Читать книгу "(Не) настоящая семья губернатора"

(Не) настоящая семья губернатора

Глава 01

– Вы что натворили?!

Перманентным чёрным маркером!

Да по белому внедорожнику!

«Козёл»

«Жадина»

– Мы отомстиви, – Ромка закрывает свой маркер и засовывает в карман.

– Да, мам! Он заслужив, – поддерживает брата Мишка.

Я хватаю ртом воздух и едва не падаю со ступенек торгового центра. На минуту же отвернулась к банкомату денег снять. Попросила просто постоять рядом!

Но, как назло, у бабушки передо мной банкомат затянул карточку, и старушка начала охать. Слёзно просила помочь разобраться, у неё же там вся пенсия. Пока я позвонила в банк, пока рассказала, как бабушке дойти до нужного отделения, – обернулась, а дети мои уже вот! Опять напроказничали.

И на этот раз по-крупному.

– Миленько, – хмыкает Виктор Семёнович Ломов – владелец нашего торгового центра и мой злобный арендодатель. Это именно он в прошлом месяце поднял нам аренду в два раза без объяснения причин.

Гад, жадина и козёл. Именно такими эпитетами я награждала Ломова по телефону, когда жаловалась на него подруге. Не думала, что сыновья слышат. Я же в ванной заперлась и воду включила, чтобы не травмировать их детские уши своей несдержанностью.

И всё равно травмировала…

Как же так?

– Простите, – шепчу онемевшими от страха губами. Это же сколько будет стоить покраска такой тачки?

– Да ничего, – он равнодушно пожимает плечами.

– Правда? – не верю своему счастью. Неужели есть в нём хоть что-то хорошее? Неужели простил моих сорванцов?

– Правда, – Ломов крякает от смеха и чешет круглый живот. – Какая мне вообще разница? Это ж не моя.

– Как не ваша? – Я сглатываю и растерянно осматриваю машину. Его же! Точно! Мы ещё вчера мимо неё с сыновьями проходили, и я в сердцах по колесу пнула. – Ваша!

– Не-а, – он обнажает в улыбке ряд крупных жёлтых зубов. Вынимает из кармана брелок и нажимает кнопочку. Откликается на него совсем другой автомобиль. Точно такой же, как этот, но спрятанный во втором ряду парковки за красным «Ауди». – Но я бы отказался от такой, конечно, – Ломов присвистывает, – в два раза дороже моей.

– Боже!

Как по мне, они одинаковые.

Почему эта дороже в два раза?

И чья она?

– Доигрались, охламоны? – Ломов нависает над Ромкой и Мишкой.

Я тут же сбегаю по ступенькам и становлюсь перед сыновьями. Пытаюсь спрятать их за свою юбку, но сыновья сопят, руки мои отпихивают. У обоих характер крутой.

– Не смейте так говорить с моими детьми! – шиплю на Ломова коброй.

По-хорошему, с ним нельзя ругаться, но кто он такой, чтобы на Рому с Мишей кричать? Тем более это даже не его машина.

– Ай, ну вас, – он отмахивается от меня, как от мухи, – слава богу, ты больше не моя проблема, Туманова.

Что значит – я больше не его проблема?

Он нас выселяет?

Мой с подругой маленький детский центр? Место, которому мы с ней отдали столько сил и времени? Куда детки идут учиться чему-то новому с радостью и улыбкой?

Я же наскребла на аренду на этот месяц и следующий!

Он права не имеет так с нами поступить!

– Мам, мы сейчас, – пытается вырвать свою детскую ручку из моей Ромка. Но я про маркеры у них в карманах не забыла. И покраску сразу двух дорогих машин точно не потяну.

– Ну нет, – смотрю на них строго, – быстро в «Детский островок»! А мне теперь нужно найти хозяина машины. Рома, Миша, – присаживаюсь перед ними, – нельзя портить чужое имущество. Мы же с вами об этом уже говорили.

– Он тебя обидев! – Рома непримиримо поджимает губы.

– Взрослые сами решают проблемы с другими взрослыми, – вздыхаю я, бросая унылый взгляд на надписи на машине. Что я скажу владельцу? А перманентный маркер вообще реально оттереть? Может, если я сильно постараюсь… Растворителем? Или средством каким-то специальным?

– Нам довго расти, – с досадой разводит руками Мишка, – а сама ты не можешь дать ему отпов! Ты девочка, мама!

На секунду прикрываю глаза и массирую переносицу пальцами.

Я взрослая! Я сильная! Я их мама и всё решаю!

– Идем, – забираю сыновей с улицы и веду через большой холл торгового центра. Люди уже постепенно начали приходить, открываются магазинчики и салоны. В кофейне очередь из желающих взбодриться кофе, но я бодра уже и без него.

Снимаю дверь «Детского островка» с сигнализации и пропускаю Ромку с Мишкой внутрь. Пару дней они со мной, потому что в садовской группе эпидемия ротавируса. Я переживать эту заразу не хочу, так что занимаю детей в островке. Они у меня тут и учатся, и даже немного помогают.

Сыновья сами снимают с себя курточки и шапки. Ботиночки ставят на подставку и надевают сменную обувь. Виновато на меня посматривают.

– Мам, пвости, – буркает Мишка, – мы не знали, что там камевы.

– И что мафыны перепутали, пвости, – подключается Ромка.

Класс!

Оба извиняются не за то.

Вот что с ними делать?

– Побудьте в игровой, пока я позвоню из кабинета на пост охраны, – провожаю сыновей строгим взглядом. Игровая у нас тут же, рядом с ресепшеном. Есть и раскраски, и наборы лего, и множество развивающих игрушек.

Снова с тревогой вспоминаю слова Ломова, что мы теперь не его забота. Если не его, то чья?

У нас тут ходили слухи о продаже торгового центра, но я не думала, что это всерьёз.

Прохожу в свой тесный кабинет и сажусь за стол. Дверь оставляю открытой, чтобы следить за сыновьями.

– Вадим Олегович, доброе утро, – набираю номер начальника охраны, – тут у меня небольшая проблема, нужна ваша помощь.

– Доброе, Сонька, – зевает он, – какая именно?

– Да вот Ромка с Мишей тут кое-что сделали. Они не со зла. За меня заступиться хотели, – понижаю я голос и на нервах принимаюсь рисовать в блокноте перед собой цветочки и закорючки.

– Что на этот раз? – усмехается Вадим Олегович.

– Машину разрисовали, – отвечаю почти шёпотом, – дорогую. Белую. Перманентными маркерами.

– Ломова которая? – присвистывает он.

– Нет. Другая. В два раза дороже, – тяжело сглатываю. – Вы можете по камерам посмотреть, чья она?

Скорее всего, это кто-то из новых арендаторов или чей-то обеспеченный клиент. У нас тут и салон красоты, и мобильная связь, бутики всякие на втором этаже. Вариантов много, на самом деле.

– Сейчас загружу компьютер и перезвоню.

– Спасибо, – кладу трубку и выхожу из кабинета. – Рома? Миша? Вы где?! Оглядываю пустую игровую и ресепшен. Обегаю весь «Детский островок» – сыновей нигде нет.

Неужели они решили закончить начатое?

Глава 02

Богдан

Просыпаюсь от детского плача.

Первые минуты вообще не понимаю, что происходит. Накрываю голову подушкой и переворачиваюсь на бок. Пытаюсь снова уснуть.

Но детский монотонный плач не прекращается. И до меня наконец доходит, что он реальный.

– Никогда не привыкну, – сонно сиплю себе под нос и сажусь на постели. Свешиваю ноги вниз.

Руки сжимают кромку матраса, я делаю пару глубоких вдохов.

Очнись, Богдан. Тебя зовут, ведь больше тут никого нет.

Когда-то я мечтал о семье и ребенке. Даже жену завел. Но не вышло.

В груди вскрывается старая рана, напоминая про незакрытый вопрос с нашим браком. И где Соня теперь? Счастлива после того, что сделала? Скоро узнаю, как только ее найдут. В глаза наконец посмотрю и спрошу за все.

Перевожу взгляд на детскую кроватку. Малышка стоит, вцепившись ручками в деревянные прутья и смотрит на меня. Глаза огромные, мокрые. Губки дрожат.

– Доброе утро, Мия, – стараюсь ей улыбнуться. За неделю я так и не привык, что теперь она у меня есть. Благо существуют няни.

Одна из них должна прийти через полчаса. Я отдам ей Мию и смогу поехать по делам.

– Что у нас случилось? – подхожу к кроватке. Мия тут же требовательно тянет ко мне ручки и обнимает за шею. Кладу ладонь на прилично раздутый подгузник.

Что ж, все понятно без слов.

Ба-ба-ба… – повторяет Мия. И все сливается в одно бабаба… Это она пытается произнести Богдан, но для нее это пока сложно. Мне же не нравится это «баба».

– Па-па-па... – предлагаю свой вариант. Так лучше.

Мия вытягивает губки, шлепает ладошками меня по щекам, щурится. Видимо, думает, а достоин ли я такого важного слова.

– Па, – выдыхает, – па…

Видимо, достоин.

– Так лучше, – крепче держу Мию и поворачиваюсь к пеленальному столику. Пока мне пришлось переехать в детскую, чтобы за малышкой присматривать. Но будет лучше, если я все же найду няню, готовую жить у меня двадцать четыре на семь.

Я отсмотрел пять кандидаток, но все они меня не устраивают. Временная тоже не нравится. Не знаю, может, я слишком придирчивый?

С другой стороны, речь идет о Мие, и мне не хочется доверять ее кому попало.

Проблема еще и в том, что в моем случае важна конфиденциальность. Будущему губернатору не пристало иметь маленького ребенка, неизвестно от кого и непонятно откуда взявшегося. Правду я точно на публику не вынесу. Ни мне, ни Мие это не нужно.

Кадровое агентство, с которым я заключил договор о неразглашении, новых кандидаток подыскивает. На днях должны кого-то прислать.

– Кушать хочешь? Ням? – спрашиваю после смены подгузника.

Она радостно улыбается и причмокивает. Показывает на ротик пальчиком.

– Значит, пойдем кушать, – снова сажаю ее на руку, придерживаю и иду в кухню. То и дело поглядываю на часы в ожидании няни.

День сегодня насыщенный, весь расписан. Утром еду в «Новый берег» – торговый центр, который я выкупил. Мы с моим партнером по бизнесу Платоном Дубровским разделили капитал, и я ушел в свободное плавание. Временно. Но деньги просто так лежать не могут, их нужно вложить.

А «Новый берег» построен всего три года назад, находится в центре, парковка большая. Удобный, добротный, с хорошей репутацией у жителей округи. Опять же для моих целей очень подходит.

Внутри детский центр, которому меня попросили посодействовать. Есть пустующие площади. Пиар-отдел уже думает, что бы такого открыть, что будет на руку моему новому политическому амплуа. Все ж в губернаторы подаюсь.

Усаживаю Мию в детский стульчик и заглядываю в холодильник. Тут должна быть для нее еда. Так и есть, куча контейнеров со временем и датой на них. На каждом стикер с надписью «разогреть».

Разогреваю, перекладываю пюреобразную субстанцию в пластиковую мисочку с присоской и ставлю ее перед Мией. Рядом бутылочку с водой комнатной температуры.

Кажись, папкой быть не так и сложно.

Мия ковыряет пластиковой ложкой еду. Часть размазывает по своему бодику, и я понимаю, что забыл надеть силиконовый слюнявчик.

– Черт, – вздыхаю и снова смотрю на часы на стене. Но стрелка там как будто залипла и не двигается.

Варю себе кофе в турке, потому что Мия боится шума кофеварки. Переливаю в кружку.

Малышка за это время успевает проглотить всю свою пюшерку и стучит ложкой по тарелке. Подкладываю ей добавку.

На телефон начинают поступать звонки и сообщения. Мой рабочий день начался, а я все еще изображаю папку.

Опрокидываю в себя кофе и звоню няне. Первые два звонка срываются, приходит сообщение:

«Я в больнице. Аппендицит»

– Какого?! – матерюсь про себя. – И что мне теперь делать?

Я дядька серьезный.

Дьявол!

Мне что, на работу Мию брать?

Вспоминаю, что с самого утра еду в «Новый берег», где есть детский центр. По описанию на сайте с детьми возраста Мии они уже работают. У них там строгий отбор преподавателей, используют современные методики, имеют кучу сертификатов.

У них проблемы, так что я помогу им, а они помогут мне. Никуда не денутся.

– Сейчас мы поедем в очень интересное место, тебе там понравится, – обещаю перепачканной едой малышке. Няню с ее аппендицитом уволю. Вообще это не повод от работы отлынивать! Она там на койке отлеживается, а мы тут с Мией страдаем.

Сборы получаются сумбурные. Сначала я мою в раковине Мию – в джакузи страшно ее отпускать. Одеваю во все сухое и оставляю в манеже. Сам моюсь меньше чем за минуту.

Сразу вспоминается армия. Я думал, там порядки строгие. Но нет, маленькие дети дисциплинируют и придают ускорение, заставляя все делать в два раза быстрее. Вылетаю из ванной, чтобы обнаружить Мию там же, где и оставил, с ухом плюшевого зайца во рту. Рядом на кровати разрывается детской мелодией мой сотовый. Малышарики, чтоб их!

Натягиваю на себя деловой костюм, параллельно названивая в кадровое агентство. Кажется, я готов еще раз пробежаться по предыдущим кандидатурам. Учитывая обстоятельства, планку придется снизить.

Одетую в розовый комбинезончик Мию усаживаю в автокресло. Пристегиваю, что ей сразу не нравится. Выдаю игрушки.

Включаю детские песенки на аудиосистеме и под них еду на объект. Мия временно отвлекается на шуршащую разноцветную бабочку, которую я повесил на окно. Лепечет что-то неразборчиво себе под нос.

По-хорошему, ей не нужна няня. Ей мама нужна.

Но где ее взять?

У торгового центра оставляю внедорожник прямо у входа. Мы с Мией с дальнего конца парковки топать не будем, к тому же тут теперь все мое, где хочу, там и ставлю.

Вынимаю из салона Мию вместе с детским креслом. Ее в дороге укачало, и она опять уснула. Кресло у меня трансформер, легко превращается в компактную коляску. Это очень кстати, не нужно малышку перекладывать и будить.

Детский центр закрыт, судя по расписанию на двери, откроется он через двадцать минут. Ломов застрял в пробке, так что подписание документов тоже задерживается.

Толкаю коляску в сторону кофейни в холле. Сажусь за единственный свободный и заказываю кофе. Замечаю, что на меня с интересом посматривают посетительницы. Коляска с ребенком их никоим образом не смущает.

Заглядываю к Мие – спит в обнимку с шелестящей бабочкой.

Расслабляюсь.

Одна чашка кофе, вторая.

Двадцать минут почти прошли.

Одна из девушек, та, что посмелее, подходит и пытается познакомиться. Фигуристая, рыжая, но не в моем вкусе. Она то и дело с восхищением смотрит то на мои часы, то на дорогой костюм. Подтянутая фигура тоже без ее женского внимания не остается.

Перекидываюсь с ней парой слов, одновременно зависая в телефоне по работе. Отвечаю на звонок Ломова.

Он уже подъехал.

Прощаюсь с разочарованной рыжей. Свой телефон я ей не оставил, как она ни старалась. Толкаю коляску на выход, отмечая что она как будто стала легче.

Заглядываю под козырек.

– Твою мать! Мия?!

Шальным взглядом окидываю кофейню. У выхода из кофейни брошенная шелестящая бабочка.

Все тело покрывается липким потом, и я несусь в холл.

Глава 03

Соня

Выскакиваю из детского центра и несусь через холл на улицу. Только бы не разрисовали машину Ломова в этот раз. Мне тогда хоть почку продавай, чтобы за две расплатиться!

Взгляд цепляется за небольшую толпу недалеко от кофейни. Замечаю пару светлых детских макушек и выдыхаю. Вот же они, не успели еще никуда.

На негнущихся от волнения ногах иду в гущу событий. Всё равно что-то натворить успели, иначе почему вокруг люди?

Протискиваюсь между хозяйкой «Ноготочков под ключ» и женщиной в цветастом плаще. Обе активно жестикулируют и переговариваются.

До меня долетает плач. Но это не мои парни, плачет маленькая девочка.

– Пустите, это мои. Рома? Миша?

Оказываюсь в круге зевак и замираю. Между моими мальчишками действительно девочка в розовом комбинезончике. Она неуверенно покачивается, поддерживаемая Ромкой и Мишкой с двух сторон.

Откуда она тут?

Одна?

Где родители?

– Бросить детей! Троих! – верещит сухонькая женщина в очках и с сумкой, из которой торчат тетради. Точно учительница из школы неподалеку. – Вы чем думаете, мамаша? Нужно срочно вызвать социальную службу! – надрывается она напоказ.

– Прекратите кричать, – смотрю на нее строго, – вы разве не видите, что малышку пугаете!

– Что? – задыхается праведным гневом женщина.

– Миша, Рома, что тут происходит? – заглядываю в насупленные лица сыновей.

– Мы ее нашли, – Миша задирает нос, – шли на улицу и нашли. Она пвакала!

– Ее папа потевяв, – Ромка пожимает плечами.

– Па-а-а-а… – тоненьким голоском тянет малышка. Большие карие глаза наполнены горькими слезами. Губки дрожат.

– О боже, – прикрываю рот ладонью. На данный момент не обращаю внимания на информацию, что мои детки направлялись на улицу. Знаю зачем! Но с этим потом разберусь. Сейчас главное – папашу нерадивого найти. Это же надо – потерять ребенка! Девочке года нет. Она же толком ходить еще не может.

– Мы ее забиваем, мама! – Ромка решительно сжимает ладонь девочки в своей.

Малышка трет кулачками глазки и всхлипывает.

– Ма… ма…? – лепечет она, разглядывая меня во все глаза.

– Мама, мама, – подтверждает Ромка.

– Мы знаем, ты дочку хотева. Вот у тебя и будет! – Мишка хмыкает.

Да с чего они взяли? Мне двоих сыновей вполне достаточно. С их проказами хоть бы справиться!

– Ма… ма… – малышка вдруг прекращает плакать и тянет ко мне ручки.

– Я не твоя мама, – присаживаюсь перед ней.

Как же так, почему она называет так чужую тетю?

Улыбка девочки меркнет, в глазах снова набегают слезы.

– Ма… ма… – шепчет она упрямо.

– Мама, мама, – поддакивают сыновья.

Малышка тянется ко мне и обнимает за шею. Такая маленькая, как пушинка легкая и пахнет сладкой ванилью. Я уже и забыла, что такое держать в руках малыша.

Подхватываю ее на руки и поднимаюсь. Озираюсь по сторонам в поисках отца.

– Сейчас найдем твоего папу, – говорю ей, мягко улыбаясь, – я ему сделаю а-та-та.

– Ма… ма… ма… ма… – продолжает щебетать повеселевшая малышка.

– Мия! – раздается рев со стороны кофейни. На меня несется мужская фигура в черном пальто, и девочка мгновенно исчезает из моих рук. – Мия, всё хорошо? Тебе ничего не сделали?! – басит он, напряженно вглядываясь в ее личико.

А я стою, не в силах пошевелиться.

Прошлое наконец-то нагнало меня. Вот таким вот странным образом.

– Соня? – взгляд Богдана Туманова соскальзывает с Мии и врезается в меня.

Я резко хочу затеряться в толпе, прихватив с собой сыновей. Его сыновей, между прочим. Тех, о которых он не знает, потому что я не решилась ему сказать. И до сих пор считаю, что сделала правильно. Такой, как он, не может быть отцом моих мальчиков.

Но, оказывается, не одна я родила ему детей. Есть еще милая малышка Мия. Она сидит у него в руках, но упрямо тянет ручки ко мне.

– Ма… ма… – капризничает малышка.

Я мотаю головой в разные стороны.

– Отдай, – подает голос Роман, – мы ее забиваем, раз ты не умеешь смотреть за детьми.

– Да, к нашей маме! – поддерживает его Мишка. – Адавай. Ты пвахой отец.

Взгляд Богдана стекленеет и опускается на них. Он медленно моргает, разглядывая наших сыновей. Радует, что они совершенно на него не похожи. Ромка с Мишкой блондины с голубыми глазами, как и я сама. А Богдан брюнет с карими, как и девочка у него в руках. Его дочка.

– Твои, – говорит сипло. Не спрашивает. Утверждает.

– Мои, – от моего лица отливает краска. – Твоя, – получается грубовато.

Богдан кивает.

Много времени прошло с тех пор, как мы виделись последний раз. Каждый продолжил жить свою жизнь. И лишь одна деталь нас все так же связывает.

– Вот и свиделись, наконец, жена, – шипит сквозь зубы.

Перед глазами сразу всплывает наша свадьба, с которой мне пришлось сбежать. Я все боялась, что Богдан будет искать. Но он не искал.

А мне духу не хватило прийти к нему за разводом.

Выходить снова замуж я не планировала, так что малодушно оставила как есть.

– Ах вот ты, где, Соня, – к нам подбегает начальник охраны. – Нашлись уже?

– Нашлись? – переспрашиваю его.

– Ну да, это ж машину Богдана Руслановича ваши Ромка с Мишкой размалевали, – крякает он и подобострастно добавляет, – начальника нашего нового. Доброе утро, Богдан Русланович.

Зажмуриваю глаза, потому что этого не может быть!

Этого не может быть никогда!

Да за что судьба со мной так?

– Что они сделали?! – грозный взгляд Туманова падает на моих детей.

Глава 04

Соня

– Они случайно перепутали машину, – хватаю сыновей и за спину завожу, – я оплачу ремонт.

Туманов отвлекается на телефонный звонок, при этом не переставая буравить меня и сыновей напряженным взглядом. Дочка у него на груди притихла, на меня с мальчиками глазищами своими заплаканными смотрит, обиженно сопит.

– Я сейчас подойду и подпишу, – роняет Туманов холодно. Отключается. – Я зайду через час, Соня.

– У меня занятия, – пытаюсь возразить.

– Меня это не волнует, – равнодушно осаживает меня.

Уходит широкими шагами в сторону лестницы. Там на втором этаже офис Ломова.

Мия из-за спины Туманова тянет ко мне с мальчиками ручки, всхлипывает.

Где же мама этой малышки? Почему она так к чужим тянется?

– Мама, а посему он тебя женой назвав? – тянет меня за юбку Ромка.

– Пе-перепутал, – я прикрываю глаза. Нужно собраться и решить, что дальше делать.

Мы встретились, и нужно что-то решать.

Идеальный вариант – развестись. У каждого из нас своя жизнь. У меня мальчики, у Туманова тоже семья. Дочка маленькая. Значит, и женщина есть.

В груди неприятно колет.

Ревность?

Похоже на нее. Но ведь так много времени прошло, давно должно было отболеть.

Или первая и единственная любовь не может отболеть? И даже раскрывшаяся ужасная правда о любимом человеке не может ничего изменить? От Туманова я убежала, но от себя не убежишь. Я теперь дефектная, да?

– Перепутав? С кем? – хмурится Ромка.

– Не знаю, сынок. С кем-то, – печально вздыхаю.

Возвращаемся в «Островок», где я сразу изымаю маркеры. Серьезный разговор будет вечером, потому что сейчас голова у меня занята совершенно другим.

Отправляю сыновей в группу к Регине. Она у нас новенькая, очень старается. Занимается с детками трех-четырех лет. Учит с ними стихи и скороговорки, знакомит с буквами и цифрами.

Сама отправляюсь в группу двухлеток. Кругом шум, гам, беготня. Собираем огромные пазлы на полу, рисуем, лепим, играем в мяч. Дети не оставляют мне шанса подумать о проблемах. У них миллион вопросов, каждому нужна помощь и внимание.

После полуторачасового занятия я как выжатый лимон. Раздаю деток родителям и плетусь к себе в кабинет, чтобы попить чаю. Надеюсь, Туманов не дождался меня и ушел.

– Наконец-то, – раздается ледяным тоном, стоит мне войти в кабинет. Туманов сидит в моем кресле.

– Что тут происходит? – окидываю взглядом его и царящий вокруг беспорядок.

– Пришла бы вовремя, этого бы не случилось. А так Мия заскучала, – он равнодушно пожимает плечами.

Коробки с игрушками и раздаточными материалами вытащены и перевернуты. Под ногами россыпь цветных карандашей, кисточки, фломастеры и буквы на магнитиках. Сама виновница созданного беспорядка тихонько посапывает у себя в коляске. Комбинезон комом где-то в ногах, весь бодик и ручки в следах от фломастеров.

Для ее возраста это нормальное поведение, так что смысла сердиться на девочку нет. А вот ее отец! Ему бы я за такое серьезный выговор устроила, если бы могла. Мне это теперь до вечера разгребать.

Поскольку мое место нагло занято, присаживаюсь на стул для посетителей. На столе царит такой же беспорядок, как и во всем кабинете. Мия изрисовала мои рабочие бумаги, порвала ежедневник и залила желтой краской стационарный телефон. До гуаши добралась, значит.

На белоснежной рубашке Туманова отпечатались желтые пальчики. Коробка с баночками на шкафу. Ну хоть что-то он предотвратил, когда понял, что и самому достаться может.

– Думаю нам нужно подать на развод, – выдыхаю тихо, чтобы не разбудить Мию.

В кабинете повисает молчание. Туманов ничего не отвечает, лишь сверлит меня равнодушным взглядом. Ищет, что изменилось за пять лет?

Думаю, я стала более уставшей, на этом все. Я всегда одевалась скромно и удобно, не любила краситься. Да и времени на эти глупости нет с двумя детьми и работой. Я как белка в колесе – утром встала, потом все вертится словно в калейдоскопе, и вот я уже упала лицом в подушку и уснула. Так день за днем. Я обычная, и почему его выбор когда-то пал именно на меня, до сих пор не понимаю.

– Нет, – так же тихо звучит его ответ.

– Почему? – непонимающе таращусь на Туманова.

– Впереди выборы, мне нужна семья для красивой картинки, – холодно бросает он, – на год или два.

Семья для красивой картинки?

О чем он говорит?

– Но у тебя есть семья, – мой взгляд останавливается на его мирно посапывающей дочке, – у Мии же есть мама.

– Нет.

– Как это?

– Я лишил мать Мии родительских прав.

– Боже, – шокированно закрываю ладонью рот. Он лишил мать девочки возможности быть с ней? Как же так? Миюшке очень нужна мама, особенно в таком ранимом возрасте. Она тянется ко всем – меня мамой назвать пыталась.

Что же он натворил? И что будет, если он узнает правду о моих сыновьях?

– Я не могу, – отчаянно мотаю головой.

Божечки, я не хочу снова оказаться во власти человека, который еще хуже, чем я о нем думала!

– Твой детский центр не окупается, хозяйка съемной квартиры вас выселяет, – начинает Туманов перечислять, загибая пальцы.

– Откуда ты знаешь? – впиваюсь пальцами в кромку деревянного стула подо мной и совсем не дышу. Легкие схлопнулись.

– Неважно. Как ты планируешь содержать своих детей? – Он усмехается. – В опеке не поймут, если ты станешь бездомной и безработной.

– Ты мне угрожаешь? – по спине пробегает ледяной озноб.

– Предупреждаю, – встает Туманов. – Собирай вещи, Соня. Завтра я за вами заеду.