Текст книги "Сложный выбор"

3 глава

– Ладно, на этом и порешали.

Нет, вроде, извинился, вроде, всё сделал, как надо. Но почему у меня такое чувство, что он всё равно хамит и издевается? Да плевать, мне домой пора, а на таких… Кхм, таких… И только сейчас до меня дошло, что я толком не обращала на него внимание, он просто бесил меня.

– Да, а теперь сдвинься, мне надо пройти.

Чёрт, а он высокий! А ещё стройный и подтянутый, модная стрижка, одет не по форме, а в обычные джинсы, белую футболку и серую кожанку. Мои глаза невольно опустились на его руки в поиске кольца, но кроме красивых длинных пальцев, я ничего не увидела.

Кольцо? Серьёзно? Ох, и занесло же меня! Дав мысленно себе хорошую оплеуху, сдвинулась вбок в попытке обойти, но…

– Эй, истеричка, имя-то у тебя есть? Или мне так тебя и звать?

Опять? Ну, и козёл он всё-таки! А, может, просто не умеет по-нормальному заводить знакомства, или это его фирменный ход? Офигеть. И тут меня накрыла волна истерического смеха, я стала хохотать, прям как ненормальная, даже думать не хочу, как это выглядело со стороны.

– Эй, ты чего?

Я смеялась до слёз и хваталась свободной рукой за его руку.

– Ты точно больная.

– Да, нет… Просто… Ох, просто представила, что ты… ах, ха-ха… всегда так знакомишься с девушками.

– Вот же, сука.

– Что ты сказал? А ну, повтори!

Ну, всё, урод! Я резко перестала смеяться, готовая отвесить ему звонкую пощёчину.

Вместо того, чтобы повторить сказанное, этот хам притянул к себе, одной рукой сжал мою ягодицу, а второй схватил за голову и жёстко впился в мои губы. Это было так неожиданно, что я даже не успела сделать глоток воздуха. Этот поцелуй длился всего-то несколько секунд, но он успел за это время укусить мою нижнюю губу до крови.

Затем также резко отпустил, а я стала жадно глотать воздух и яростно вытирать губы. Ну, ты мне за это ещё заплатишь!

– Понравилось? Могу повторить.

– Да пошёл ты!

– Я Брайан. Запомни моё имя, детка.

Брайн обошёл меня, цокая при этом языком и бросая оценивающий взгляд, и направился в здание полиции.

– Козёл ты, Брайан!

Меня колотило от бешеной ярости, а мимо сновало множество людей. Кто-то из них улыбался и нагло подмигивал, а кто-то проносился мимо, не обращая на меня внимания. Я же была готова растерзать Брайана, кинуться за ним и выкрикнуть всё, что думала, а думала я много чего, и это были в основном слова, которые вряд ли бы пропустила цензура. Меня переполняла злость. А что толку? Мой обидчик уже ушёл.

Всё, это предел! Хватит здесь торчать. Я зло топнула ножкой и, кинув последний взгляд на здание, двинулась домой.

Добравшись через каких-то полтора часа по пробкам до дома, я, вымотанная, рухнула на диван и уже ни о чём не мечтала, как о душе и плотном ужине. Но кто бы мне его ещё приготовил?

С большим трудом я оторвала свой зад от мягкого и такого уютного дивана и поплелась в душ. И вот, смыв с себя всё, что накопилось за день, решила всё-таки заняться готовкой. Но, видимо, тихий вечер мне будет только сниться. У Ники были планы на меня и на бутылку виски.

– А вот и я! И не одна, а с другом! Двенадцатилетний вискарик!

Ника чмокнула меня в щёку и уверенной походкой прошествовала на мою кухню.

– И чего ты пришла? Виделись же сегодня. Ещё и вискарь притащила! Женщина, ты меня пугаешь!

– Ой, ладно тебе. Есть повод.

Так, а вот это уже интересно. Ведь Ника могла и без повода ко мне вот так ввалиться, но вместо вискаря было бы либо вино, либо мартини.

– Сразу расскажешь или подержишь интригу?

Я уже доставала бокалы и соображала, что можно поставить на закуску к виски. Да ничего! Холодильник пуст, а готовить теперь некогда.

– Кстати, скоро курьер с доставкой будет. Ты как насчёт итальянской кухни?

– Только за!

– Ну, и отлично.

Удобно разместившись, Ника откупорила бутылку и наполнила бокалы.

– Начнём?

– Я не буду на голодный желудок, – я села за стол и покачала головой, скрещивая на груди руки.

– Ой, я тебя умоляю, сделай тогда маленький глоток.

– Хорошо. За что-пьём-то, скажешь?

Ника взяла выжидательную паузу и смотрела на меня горящими глазами.

– Ну, я жду.

– Я влюбилась, Сэм! ВЛЮБИЛАСЬ!

– Да поняла я, не ори так!

Вот это, действительно, новость. Ника и влюбилась, что-то просто невероятное! Скорее метеорит упадет на Америку, нет, скорее пирамиды рассыплются, нет, скорее… Да на фиг, скорее я втюрюсь, чем она. Ведь я реально верила в любовь, а Ника – только в секс и деньги. Короче говоря, я пребывала в небольшом шоке.

– Тогда я с большим нетерпением жду продолжения.

Я немного нагнулась вперёд и превратилась в абсолютный слух, а она, наоборот, подскочила и, как девочка, запрыгала по моей маленькой кухне.

– Он такоооой, такой!

– Какой?

– Офигенный, Сэм!

В это время раздался звонок в дверь, и я, прервав Нику, пошла открывать, надеясь, что это курьер с едой. Мой желудок срочно требовал топлива для хорошего настроения. Забрав еду и вернувшись на кухню, была приятно удивлена, Ника достала тарелки и столовые приборы.

– Ника, я очень прошу, давай сначала поедим, а потом ты мне всё подробно расскажешь, идёт? Я умираю от голода.

– Ладно, только ради тебя.

Я быстро справилась со своей порцией еды, наслаждаясь каждым кусочком, ощущая, как ко мне возвращаются силы и настроение. Да, именно это было мне так необходимо. Ника лишь слегка поковыряла вилкой в тарелке, с нетерпением и надеждой ожидая, когда я, наконец, закончу свой ужин. А я решила её немного помучить и заставила себя ждать и нервничать. Как же я люблю мелкие пакости!

– Так, ну, всё, я же вижу, что ты поела!

Ника быстро убрала тарелки и налила новую порцию алкогольного друга в бокалы.

– Ладно, давай, пьём за твою влюбленность!

– Блин, нет!

– В смысле нет?

– Милая моя, простушка Сэм! Это не влюбленность, а настоящая любовь!

– Ну, о'кей, за любовь!

– За неё!

Поставив бокал, я демонстративно подперла ладошкой голову и приготовилась слушать Нику.

– Так вот. Знаю, что выглядеть это будет странно, может, как в сказке, но так и было!

– Да начинай уже!

Ника набрала в лёгкие побольше воздуха и стала рассказывать.

– Когда мы с тобой расстались, я заскочила в пару магазинчиков, чтобы купить кое-какую обновку для моего мужичка. Такой съедобный набор, ну, ты поняла…

– Да, ближе к делу, прошу.

– Вот, а потом поехала домой. На парковке меня подрезал байкер, ну, на очень крутом байке. Ты же меня знаешь! Я вышла из машины и давай на него орать, мол, олень, как можно, и так далее… А когда он поднял свой визор, то, пиздец, Сэм, я забыла обо всём! Таких ярких серебристых глаз я в жизни ещё не видела! Стою такая, как статуя, и глазею. Даже не поняла, как он успел снять шлем, подойти ко мне и взять за руку. Только от его красивого, низкого голоса пришла в себя, он очень-очень сексуально извинялся.

– Ого, даже так?

Ника зависла, глядя в одну точку, пришлось её немного потрясти.

– Ника, ау, что дальше?

– Ах, дальше… Ну, я его конечно простила. Мы вместе прошли в здание, в лифте он спросил, где я живу, а когда лифт остановился на моем этаже, так нежно поцеловал в щёку. Ох, а как от него пахло! Сэм, я до сих пор чувствую его парфюм.

– Да, рассказчица из тебя никудышная.

– В смысле? Да и иди ты! Ну, не владею я талантом и что? Но суть-то понятна?

– В принципе, да. А потом?

– А потом, я сунула ему номер своего телефона и вышла, а он поехал выше.

– И как же этого загадочного байкера с серебристыми глазами зовут?

Ника уставилась на меня и несколько раз смешно хлопнула своими глазищами.

– Сэм… Я не знаю.

– Вот это сюрприз! Ты влюбилась в человека, а, как его зовут, не знаешь! Ника, ты кадр!

От вида растерянной подруги меня начал пробивать истерический смех. Я ничего не могла поделать, просто смеялась, уткнувшись в ладони, стараясь не смотреть на Нику, чтобы быстрее успокоиться.

– Да пошла ты! У него есть мой номер!

– И ты думаешь, что он позвонит?

– Уверена!

– Удачи. Да, Ника, так облажаться… Это на тебя не похоже.

– Да хватит.

– Ни имени, ни телефона…

– Я тебя сейчас стукну!

– Всё-всё.

Я подняла руки вверх в знак капитуляции. И тут во мне проснулось журналистское любопытство.

– А ты сама как думаешь, к кому он мог приехать?

– Ой, и правда. Думаю, что догадываюсь. На последнем этаже расположены пентхаусы, их несколько, но живут там, в основном, семейные парочки. Я проверяла. Так вот, этот красавчик нажал кнопку верхнего этажа. Может, он чей-то гость? Или родственник? Или… Ха, чей-то любовник?

– Тебя понесло.

– Ну, а что? Я была бы не прочь иметь такого любовничка.

– Своих мало?

– Сэм, он потрясающий! Я просто поплыла!

– Хм… Верю я, верю.

Через часик захмелевшая подруга, наконец, свалила. Несмотря на то, что я так мечтала сегодня начать писать свою супер статью, даже не начала её, потому что усталость меня свалила.

Как говорила героиня «Унесенных ветром» Скарлетт О'Хара: «Я подумаю об этом завтра». С этой мыслью я погрузилась в царство морфея.

Следующие дни были насыщены работой, можно сказать, сплошной работой. Может, я трудоголик или больная на голову, но я с упоением ушла в работу над статьёй. Когда же написала большую часть и прочитала, то чуть не завыла в голос, как раненное животное. Не ТО! Совершенно не то! Мне нужно что-то особенное, что-то нереально интересное, интригующее, захватывающее и… пережитое!

А ведь правду говорят – бойся своих желаний!

4 глава

Сейчас

– Брет! Брет, очень прошу, приди в себя!

Только этого мне не хватало! Оставалось мелочь – забинтовать, а он решил потерять сознание. Очень вовремя! И что мне теперь делать? Оставить так лежать и вызвать полицию? А идея неплохая… А если умрёт? Чёрт, мне ещё трупа здесь не хватало!

– Эй, Брет!

Только я попыталась занести руку, чтобы немного привести его в чувство лёгким ударом по щеке, как, о чудо, Брет пришёл в себя и с силой сжал моё запястье. Да так, что я чуть не взвыла от боли.

– Жить надоело?

Его голос был тихим, а глаза по-прежнему закрыты.

– Смотрю, очнулся!

– Я и не отключался.

– Ага, конечно. Может, отпустишь руку? Больно ведь.

– Извини, реакция.

Да, блин, кто он такой, что с закрытыми глазами смог поймать мою руку? Он всё же отпустил руку, а на том месте осталась тянущая боль, и я сразу принялась растирать. Ничего, сделал мне больно, так пусть теперь подождёт.

– Сэм. Бинты.

– Сейчас.

Вот что за человек? Сам без пяти минут в отключке, а продолжает командовать! Мне пришлось заставить Брета подняться и облокотиться о стену, в полулежащем положении вряд ли что-то получилось бы.

– Ты должен в таком положении постоять пару минут. Слышишь?

Брет кивнул, и я приступила к бинтованию. Мне приходилось очень близко к нему нагибаться, почти соприкасаясь лицом с его смуглой кожей на груди, и я непроизвольно несколько раз вдыхала его парфюм. Этот древесно-пряный аромат приятно щекотал ноздри и вызывал непонятную реакцию в моем теле. Сердце при каждом вдохе стало биться быстрее, а к щекам опять прилила кровь. Да что со мной такое?

Ну, да, у меня давно не было мужчины. Но почему сейчас? Да кого я обманываю? На такого красавчика, да с такими глазами, у каждой была бы такая реакция, а может и похлеще. Эта мысль как-то немного меня успокоила, и я решила всё своё внимание переключить на дело, даже дыхание задержала на всякий случай.

– Ох…

– Что?

– Сильно перетянула…

– Ты же молчишь… И мысли я читать не умею. Сейчас нормально?

– Пойдёт.

Я закончила и перевела взгляд на лицо Брета, при этом напрочь забыв убрать руки с его горячего тела. Секунда, две… Просто молча наблюдаю, никаких мыслей в голове, только сердце опять бешено бьётся в груди. Какие же невообразимо красивые яркие глаза! Сверкают и манят, поглощая всю без остатка, не вырваться, чувствую себя, как птичка, пойманная в силки опытным охотником.

– Сэм… Спасибо.

Когда он успел обхватить за талию и так нежно поглаживает мою щёку? Ничего не почувствовала, будто в трансе пребываю. Нет, не транс, а гипноз – самый настоящий гипноз ярко-серебристых глаз. Вот, о чем я думаю? Надо прийти в себя, очнуться, оторваться и…бежать. Но вместо этого стою и глазею, как этот ворвавшийся в мой дом мужчина нагнулся и легко коснулся легким поцелуем щеки.

Этот мимолетный поцелуй обжег щеку, жар медленно стал спускаться на шею, грудь и приятно растекаться по телу, устремляясь к низу живота. Я даже зажмурилась от удовольствия.

– Сэм, приди в себя, я сейчас упаду прямо здесь.

Вот же дура! Нашла время растаять! Да и где? С кем?

– Прости, вижу.

– Мне надо лечь.

– Тогда надо переместить тебя в спальню.

Брет кое-как выпрямился, и я быстро юркнула к нему, подставляя своё плечо и обхватывая его, давая нам обоим равновесие. Медленно мелкими шажками мы добрались до спальни. Я аккуратно помогла лечь незваному гостю на кровать, и чуть сама не свалилась у его ног от перенапряжения. До чего же тяжёлый этот Брет, и угораздило же меня так влипнуть!

– Ты как, Сэм?

– Я… Я нормально.

Моё дыхание было сбивчивым, ноги не хотели подчиняться. Лишь усилием воли, я заставила себя встать и сесть на край кровати. Что дальше?

– Сэм, ложись со мной.

Что? Видимо мой мозг играет со мной, я переспросила.

– Что? Зачем?

– Так мне будет спокойней.

Вот же какой! Сам практически в бессознательном состоянии, а продолжает приказывать.

– Хочешь, чтобы я тебя согрела?

Ого, у меня пробился чёрный юмор! Видимо, вечерок хорошо дал мне по нервам.

– У меня есть, кому меня согреть. Ложись со мной, чтобы я точно знал, что ты не натворишь глупостей.

– Не доверяешь?

Да, глупый вопрос, сама понимаю. Но попытка не пытка.

– Я никому не доверяю.

От этих слов я вздрогнула и сразу вспомнила, кто передо мной. Он же опасный человек с оружием. Но почему я хочу ему сопротивляться, пойти наперекор? Что это? Чувство самосохранения или самоубийство?

– А если я откажусь?

– Не советую.

– Угрожаешь?

– Нет, пока предупреждаю.

От его рыка я вздрогнула, и мне стало по-настоящему страшно. Брет поманил меня рукой, а потом похлопал по кровати рядом с собой. Я выгнула бровь, недоверчиво наблюдая за его рукой. Что он задумал? Как долго он будет держать меня возле себя? Я почувствовала себя заложницей без права выбора, но со слабым правом голоса.

– Хм… Ложись, я не в том состоянии, чтобы купиться на твои прелести.

– Да, уж, прямо успокоил.

– Сэм, твою мать! Ложись!

Я аж подпрыгнула от его крика. И зачем так ругаться на меня? Немедля ни секунды, легла рядом с Бретом, демонстративно повернувшись к нему спиной.

– Вот и отлично. Имей в виду, сплю я чутко, и если ты надумаешь хоть немного рыпнуться, мне придётся сделать тебе больно. Хотя, если честно, мне этого совершенно не хочется.

Я молчала, от его слов бежали мурашки, и самое лучшее, что могла придумать в эту минуту, просто кивнуть в темноту. Я тихо лежала, боясь пошевелиться. На меня напала такая апатия, что уже абсолютно ничего не хотелось, только закрыть глаза, а потом проснуться и понять, что приснился кошмар, просто жуткий кошмар и ничего больше.

Через несколько минут я услышала равномерное дыхание моего надзирателя. Брет спал. Но я ему верила, верила его словам, и мне совсем не хотелось проверять эти слова на деле. Поэтому продолжала лежать тихо, как мышка.

Утро пришло ко мне с осознанием того, что на талии лежит тяжёлая рука, а моя спина прижата к тёплой, голой мужской груди. Несколько секунд понадобилось, чтобы прийти в себя и вспомнить прошлый вечер и, конечно, того, кто сейчас меня обнимал. Ну, если не открывать глаза и не думать о плохом, а просто взять и представить, что этот мужчина не плохой незнакомец, а мой парень, то даже очень приятно.

Брет ещё спал, его размеренное дыхание щекотало мелкие волоски у меня на затылке. Мурашки побежали по всему телу и собрались в небольшой клубок в самом сокровенном месте. Ох, вот только этого не хватало! Да тут недалеко, прямо совсем рукой подать, до Стокгольмского синдрома. Так, всё, не о том думаю, совсем не о том! И вообще, пора бы ему и проснуться, у меня всё тело затекло и в туалет очень хочется.

Я потихоньку начала от него отодвигаться, каждый раз замирая и прислушиваясь. Вот уже и край кровати, можно опустить ноги… и вуаля… Но нет, рано обрадовалась. Меня грубо сжала его рука и притянула обратно, от чего я невольно вскрикнула.

– Далеко собралась?

Да чтоб тебя! Не мог ещё поспать? Скрипнула зубами и злобно прошипела:

– Вообще-то мне нужно в туалет.

Ну, а что? Зато это правда. Все мы люди, имеющие потребности, а физиологические вообще стоят на первом месте.

– Хорошо, помоги мне подняться.

Я приподнялась и посмотрела в его такие красивые…. Так, стоп Сэм. Всем своим видом показала удивление и недовольство.

– Серьёзно? Ты пойдёшь со мной в туалет?

– С тобой нет, но буду рядом с дверью стоять на всякий случай.

Брет так мило улыбнулся, от чего появилась ямочка на левой щеке, но меня этим не проймешь.

– Ты больной.

– Может, в каком-то месте да, но не на голову. Сэм, не глупи, обычная предосторожность.

– Так, а если я пообещаю ничего не предпринимать? Просто буду спокойно перемещаться по своей квартире и всё?

– Сэм, ты, кажется, куда-то хотела?

– Я да, а ты не ответил.

– Тогда пошли.

Брет с трудом встал с кровати и многозначительно посмотрел на меня, мол, что стоим? Я закатила глаза и, подставив плечо, повела его в сторону ванной.

– Отдай мне все ключи, телефон и старайся всё время быть у меня на виду. Тогда сможешь гулять по дому, где хочешь.

Ого, вот это милость!

– Спасибо за разрешение, господин-надзиратель.

– Ты всегда такая утром?

– Обычно ещё хуже.

Да остановите меня!

– Хм… Как хочешь, я предложил.

– Мы дошли, как видишь. Может стул принести, раз будешь ждать за дверью?

– Не умничай.

Брет держался за свой бок, всё его тело было напряжено, но на лице играла улыбка. Ему явно было весело, чего совсем не скажешь обо мне. Быстро совершив свой утренний ритуал, я вышла из ванной с надеждой уговорить Брета на завтрак, то есть на его приготовление в одиночестве. Мне надо было подумать.

– Ну, наконец-то.

– Эээ… Теперь ты иди в ванную, а я завтраком займусь.

Но Брет явно не торопился.

– Сэм, ты же понимаешь, что нам придётся бок о бок провести ещё несколько дней?

Вот! Именно это я и хотела обдумать! Я кивнула.

– Да.

– Тогда сделай, как я сказал.

5 глава

Я смотрела в его глаза и понимала, что он подавляет меня только одним взглядом. И где таких выращивают? Глубоко вздохнув, я собрала ключи, телефон и принесла ему.

– Вот, держи, здесь всё, о чём ты говорил: ключи от дома и телефон. Что-то ещё?

– Да. Хочу знать, как часто к тебе кто-нибудь приходит, где работаешь, есть ли парень.

– Это допрос?

– Нет, но от ответа зависит твоя и моя безопасность.

– Да кто ты? Что мне угрожает?

– Сэм, мне просто надо знать, ответь.

Вот же упертый! Сам ничего не говорит и не объясняет, а от меня постоянно требует ответа. И тут я поняла, что уже не боюсь его, вот, правда, ни капельки. Интересно, в какой момент пришло то время, что я забыла об угрозах и его пушке, откуда появилась уверенность, что Брет ничего мне не сделает?

– Ладно, но давай сначала поедим?

Брет кивнул и, взяв мои вещи, отправился в ванную, а я – прямиком на кухню. Хорошо, что вчера сходила в магазин и теперь в этом принудительном заточении у меня хотя бы есть из чего приготовить еду, да и просто причина, ради любопытства, заглянуть в холодильник.

Желудок сводило от голода, мне безумно хотелось кушать, но воспитание не позволяло наплевать на гостя и сразу наброситься на еду. Пришлось по-быстрому приготовить более-менее приличный завтрак, хотя сама могла бы просто проглотить бутерброд и сразу сесть за работу. Блин, работа…

Как же мне теперь работать? Я уже молчу про то, что надо появляться в редакции.

Брет очень тихо появился на кухне и так же тихо сел за стол.

– Сэм, закрой поплотнее окна.

Я вздрогнула от неожиданности.

– Хорошо.

Я закрыла окна и повернулась к нему. Вот как добиться от человека ответов, когда он так успешно от них уходит? Почему я со своим опытом пытать людей и добиваться от них нужного, от него не смогла узнать ровным счётом ничего?

– Вкусно пахнет.

– Это просто завтрак.

Я поставила перед ним тарелку и кружку со свежесваренным кофе. Сама села напротив и сразу принялась за еду, лихорадочно обдумывая, как уговорить Брета дать мне хотя бы позвонить, чтобы не лишиться работы.

– Брет, у меня есть работа, и меня могут уволить за прогул.

Он оторвался от завтрака и выжидающим взглядом уставился на меня. Ну да, конечно, зачем вникать в мое положение? Ведь можно мило сидеть и ждать продолжения моих уговоров, хорошо, хоть майку надел!

– Мне надо позвонить на работу. Неужели не ясно?

– Предельно.

– И?

– Закончи с завтраком, сделай мне перевязку, а потом можешь звонить.

– И на том спасибо. Ты всегда такой?

– Какой?

Он отложил в сторону вилку, взял кружку и с интересом уставился на меня. Ко мне пришло осознание, что он с любопытством меня рассматривает, а я всё в той же одежде – домашней майке на бретельках, без бюстгальтера, но хоть майка чёрная и не просвечивающая; в мягких свободных штанах, с сексуально вытянутыми коленями.

Взгляд Брета гулял по груди, спускался ниже и вновь поднимался. Я непроизвольно посмотрела на свою одежду. Вот же чёрт! Как же я не заметила? Майка и серые штаны были в пятнах крови.

– Теперь ты мне должен новую одежду.

– О'кей, с меня халат.

– Очень смешно. Эту одежду мне придётся выкинуть.

– Ну, иди, переоденься и быстрее возвращайся.

– А смысл? Новую испачкать?

– Как хочешь…

Брет закатил глаза и отпил кофе. Почему он меня сейчас так бесит? Я демонстративно встала и прошла в ванную за аптечкой, Брет же остался на кухне. Ладно, надо признать, что на кухне провести процедуру будет намного удобнее. Глупо, Сэм, очень глупо ты себя ведёшь.

– Ты закончил? Может, начнём?

Брет немного отодвинулся от стола и, не глядя на меня, снял майку. Крови на бинтах не было, и это было хорошим знаком. Но сменить повязки и обработать рану всё равно надо было.

Разложив всё необходимое на столе, подошла к нему и почувствовала, что мои руки опять начали подрагивать. С чего бы, ведь всё самое сложное и страшное было вчера, а сегодня остался пустяк – всего лишь перевязка. Брет сидел тихо и старался не мешать, полностью отдав себя и свою рану в мои руки, а я не знала с чего начать.

– Сэм, соберись.

Я вздрогнула, так как поняла, что его голос звучит возле самого уха, а тёплое дыхание щекочет шею. В миг по коже побежали миллиарды мурашек от макушки до самых кончиков пальцев. Надо собраться, надо сделать это и заняться своими делами. Что-то этот Брет плохо на меня влияет.

В принципе, с перевязкой я справилась относительно быстро, но могла и ещё быстрее, если бы он не дышал у самого уха и не касался своей рукой моего бедра. Это было безумно приятно и очень сильно отвлекало. Рана не кровоточила, не воспалилась, а это значит, что вчера я сделала всё правильно, и она быстро заживёт, а, значит, Брет сможет скоро оставить меня в покое. Очень на это надеюсь.