Текст книги "Сладостный плен"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sladostnyy-plen-4648.jpg)
Автор книги: Кэрол Финч
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Значит, первый любовный опыт тебя разочаровал? – прямо спросил Данте.
Когда его теплое дыхание защекотало ее обнаженное плечо, Эрика вздрогнула. Какой нахал! Если бы он был джентльменом, то не позволил бы себе фамильярности, никогда не стал бы так близко подходить к ней, особенно после того как задал такой щекотливый вопрос.
– Дело не в этом, – уклонилась она от ответа и отошла в сторону, прежде чем Данте успел заключить ее в свои объятия. – Мне очень нужен муж, и чем скорее, тем лучше. Думаю, на вашем пароходе найдется человек, который разрешит мне воспользоваться его именем в обмен на деньги.
– Разреши предложить тебе свою помощь, – произнес Фаулер, едва сдерживая смех. – Думаю, будет весьма занятно наблюдать, как ты обшариваешь весь пароход в поисках подходящего мужа.
Эрика досадливо поморщилась. Если бы этот тип имел хоть малейшее представление о порядочности, он бы предложил ей свое собственное имя, после того как… Нет, она не станет терзать себя воспоминаниями, решила Эрика. Нужно забыть обо всем, что было между ними, и как можно скорее.
– Сводне я ничего платить не собираюсь, – отрезала она. – Сама справлюсь с этим делом.
Взяв ее руку, Данте галантно склонился над ней и запечатлел на ней легкий поцелуй.
– Дорогая моя Эрика, никаких денег мне не нужно. Просто я заинтригован тем необычным методом, с помощью которого ты решила найти себе мужа, а потом избавиться от него, – пояснил он, с издевкой глядя на нее своими смеющимися зелеными глазами. – Я буду счастлив представить тебя мужской половине парохода.
– Данте, где, черт подери, моя… – донесся в этот момент с порога голос Корбина.
Увидев, что брат склонился над ручкой какой-то растрепанной молодой особы, завернутой в простыню, Корбин застыл в дверях вне себя от изумления.
Данте открыл дверцу шкафа, вытащил куртку и бросил ее старшему брату.
– Прости, что задержался. Непредвиденные обстоятельства.
– Вижу, – ухмыльнулся Корбин и открыл было рот, чтобы что-то добавить, но Данте поспешно вытолкал его за дверь, после чего подошел к Эрике, лицо которой от смущения покрылось красными пятнами.
– Так на чем мы остановились? – пробормотал он и, обхватив ее рукой за талию, прижал к своему мускулистому телу.
Разжав его руки, Эрика окинула яростным взглядом наглеца, пытавшегося одновременно и соблазнять ее, и вести с ней светскую беседу. Стоило ему к ней прикоснуться – и она уже сама не своя. Так что лучше держаться от него подальше.
– Вы интересовались, зачем мне понадобилось так поспешно выходить замуж, – подсказала она. – Видите ли, я попала в затруднительное положение. Если я не найду себе мужа, то буду вынуждена стать женой чрезвычайно вспыльчивого человека, который собирается наказать меня за произошедший с ним несчастный случай.
Темные брови Данте удивленно поползли вверх.
– Что за несчастный случай?
– Я в него выстрелила! – выпалила Эрика и многозначительно взглянула на Данте. – Слишком уж он давал волю рукам.
Данте громко расхохотался.
– И тем не менее он все равно хочет жениться на тебе?
– Он вообще довольно странный человек, – ответила Эрика, пожав плечами.
– А ты, оказывается, не оставляешь своих обидчиков безнаказанными, – хмыкнул Данте, живо представив себе Эрику с пистолетом в руке, целящуюся в своего жениха, который позволил себе слишком рьяно выражать свои чувства. – Полагаю, после того, что произошло прошлой ночью, меня ты наметила следующей жертвой?
– Мысль, не лишенная некоей садистской привлекательности, – злорадно ответила Эрика. – Если бы у меня прошлой ночью был пистолет…
Она замолчала, предоставляя собеседнику возможность сделать собственные выводы.
Фаулер ни капельки не сомневался, что эта взбалмошная девица с радостью пристрелила бы его, будь у нее в руках оружие. Да, она просто очаровательна! Женщин с таким бешеным темпераментом он еще не встречал.
– Но не можешь же ты одного меня обвинять в том, что произошло, – возразил он. – Откуда ж мне было знать…
– Могли бы меня хотя бы выслушать! – отрезала Эрика, сводя на нет все его попытки защититься. – Я уж не говорю о том, чтобы как-то утешить или помочь. Но нет, у вас другое было на уме! Вам нужно было женское тело! А кому оно принадлежит, вас не волновало. Меня преследовали три пьяных мерзавца, но мне удалось от них скрыться. И лишь для того, чтобы попасться вам в руки! – выкрикнула Эрика и замолчала, чтобы перевести дух.
Внимание Данте привлекла бурно вздымавшаяся грудь Эрики, однако уже через несколько секунд он нехотя перевел взгляд на ее прелестное лицо, на котором появилось воинственное выражение. Он должен разузнать о ней все, прежде чем она потеряет остатки терпения.
– А как тебе удалось попасть на мой пароход? Насколько я знаю, все билеты на него были проданы.
Похоже, он вовремя перевел разговор на другую тему: вид у Эрики был такой, что, подвернись сейчас ей под руку какой-нибудь предмет поувесистее, она бы с радостью запустила им в собеседника.
– Я добралась до него вплавь, – сообщила Эрика, гордо вскинув голову. – Однако собираюсь оплатить свой проезд.
На губах Фаулера заиграла издевательская улыбка.
– Полагаю, моими деньгами?
Эрика зашипела, словно разъяренная кобра, готовая вонзить свои ядовитые зубы в осмелившегося потревожить ее человека:
– Я их все отработала, каждый цент! То, что я потеряла, стоило больше, чем все твое состояние!
– А если бы я заплатил тебе столько, сколько ты действительно стоила, моя очаровательная нимфа, тебе не понадобилось бы твое состояние, – пробормотал Данте. Его зеленые глаза полыхали неистовой страстью.
Эрика никак не ожидала услышать такого комплимента и вспыхнула до корней волос. Придя в себя, она вытащила из-за пазухи банкноты и швырнула их в Данте.
– Думаю, этого достаточно, чтобы оплатить проезд до Натчеза!
Ловко подхватив деньги, Фаулер насмешливо поинтересовался:
– А как насчет новых платьев? Не думаешь же ты, что тебе удастся привлечь своего будущего мужа этим тряпьем?
И он указал взглядом на грязное, измятое платье, которое, побывав в мутных водах Миссисипи, не стало лучше.
Эрика тут же сникла. О том, что для осуществления заветной цели ей понадобится новый гардероб, она как-то не подумала.
– Вряд ли ты сумеешь вскружить кому-нибудь голову, если собираешься прогуливаться по палубе корабля в этой шикарной простыне, – издевался Данте.
Эрика задумчиво прикусила нижнюю губу.
– Об этом я еще не задумывалась, но на берег, пока не найду себе мужа, сойти не могу, ведь меня ищут.
Данте вытащил из кармана жилета часы.
– Если ты доверяешь моему вкусу, я мог бы тебе помочь. До отплытия осталось всего несколько минут, но я не сомневаюсь, что смог бы отыскать тебе что-нибудь подходящее из одежды.
«С чего бы ему проявлять такую заботу? – подумала Эрика. – Ведь между нами ничего не было, кроме этой проклятой ночи любви».
Словно прочитав ее мысли, Данте одарил Эрику ослепительной улыбкой.
– Считай это компенсацией за прошлую ночь, Эрика. Хотя то, что я у тебя отнял, невозможно возместить ничем. – Улыбка его переросла в нагловатую ухмылку, заставившую Эрику покраснеть. – Пусть я и не принес тебе извинения за восхитительную ночь, которую ты мне подарила, я буду счастлив оказать тебе помощь в трудную минуту, – добавил Данте, снова бросив взгляд на часы. – Так ты воспользуешься моей помощью или предпочтешь довольствоваться своим платьем цвета грязи?
Выбора у Эрики не было. Вытащив деньги, она вложила их ему в руку.
– Я буду тебе благодарна за все, что ты мне принесешь, – проговорила она и, слегка улыбнувшись, добавила: – Спасибо, Данте.
– Не стоит благодарности, дорогая. – Данте обошел вокруг Эрики, чтобы можно было осмотреть ее великолепную фигуру со всех сторон. – Сделаю все возможное, чтобы выбрать нужный размер. Оставайся пока здесь. Когда вернусь, решим, куда тебя поместить.
Как только дверь за Данте закрылась, Эрика рухнула на кровать и облегченно вздохнула. Слава Богу! По крайней мере она в безопасности: ни отец, ни Сэбин Кейри до нее не доберутся. Конечно, за пять дней пути нелегко найти человека, который согласился бы взять ее в жены на предлагаемых ею условиях, однако Эрика не отчаивалась. В данном случае цель оправдывала средства. Ей просто необходимо избавиться от Сэбина. Она ни за что не выйдет за него замуж! Ей ненавистен весь его образ жизни, кроме того, он слишком вспыльчив и раздражителен и наверняка всеми силами будет бороться против ее свободолюбивых взглядов. Сэбин покупает, продает и избивает своих рабов, а она не в состоянии жить на плантации, где с человеком обращаются, как со скотиной. К отцу вернуться тоже нельзя, поскольку тот у Сэбина под каблуком. С тех пор как Эрика вернулась из Филадельфии, где обучалась в колледже, отец с дочерью только и делали, что ругались. Когда Эрика предложила отцу перевозить хлопок по железной дороге, связывающей запад с востоком и пользовавшейся все большей популярностью, Эвери отказался, сославшись на то, что Сэбин уже разрешил ему воспользоваться своей шхуной и будет очень огорчен, если Эвери пойдет на попятную. А когда разговор зашел о неравенстве женщин, Эвери вообще заявил, что зря посылал Эрику учиться в Филадельфию. Если бы она осталась дома, то не стала бы настолько упрямой и своевольной.
Эрика печально вздохнула. Быть может, отец и прав. Если бы она сидела дома, то никогда не узнала бы, сколько беззакония и несправедливости существует в мире. На Севере начали применять на фабриках вольнонаемный труд, а южане как использовали рабов на плантациях сахарного тростника, хлопковых и табачных, так и продолжают использовать. После восстания Ната Тернера против рабства, которое произошло в Виргинии в 1831 году, Эрика думала, что теперь на Юге все пойдет по-другому. В законодательных учреждениях начались горячие дебаты по проблемам рабства, однако большинство плантаторов придерживались традиционного ведения хозяйства. И Эрика, к огромному неудовольствию отца, стала сотрудничать с политическими группировками, выступавшими за отмену рабства. Однако хлопок продавался по двенадцать центов за тюк, а каждый раб приносил доход в тысячу двести долларов. Так что южане не опасались, что их образу жизни может что-либо угрожать. А вот перед Эрикой, поскольку она не разделяла подобных убеждений, маячила угроза быть изгнанной из общества. Ну и попала же она в переплет! Теперь она вообще находится на положении отверженной, и за ней идет настоящая охота.
Погруженная в эти невеселые мысли, Эрика машинально разглаживала складки на своем безнадежно испорченном атласном платье. Может, после того как она получит свою долю наследства, ей стоит вернуться на восток? По крайней мере хоть отец вздохнет спокойно, не с кем будет препираться. Эвери не разрешил ей работать в своей компании по продаже хлопка и терпеть не мог, когда дочь разглагольствовала о необходимости отмены рабства. Эрика ни капельки не сомневалась: отец надеялся, что, став женой Сэбина, она окончательно оставит в покое эту тему. И в самом деле, как может супруга рабовладельца выступать за отмену рабства? Нет, она не станет лицемерить! В конце концов, слишком дорогую цену заплатила она за то, что отказалась выйти замуж за отъявленного негодяя.
Легкая улыбка появилась на лице Эрики, когда у нее перед глазами встал образ Данте. По крайней мере этот человек оказался нежным и страстным любовником. Руки его сводили ее с ума, и она…
«Сейчас же прекрати!» – приказала себе Эрика. Прошлое нужно похоронить и забыть о нем навсегда. И вообще, все мужчины негодяи, да и Данте ничем не лучше, разве что красивее остальных, вот она и потеряла голову. В будущем она станет вести себя с ним, как со знакомым, не более того, твердо решила Эрика. Только вот как это осуществить, она пока не представляла. Ведь они с ним уже достигли наибольшей степени близости, какая возможна между мужчиной и женщиной. Ну да ладно, подумает об этом на досуге. Но дать Данте понять, что ночь, которую они провели вместе, была первой и последней, просто необходимо.
Глава 5
– Данте, что, черт подери, происходит? – воскликнул Корбин, догоняя брата и стараясь идти с ним в ногу. – Как эта женщина попала в нашу каюту и что она там делает?
– Потом объясню, – на ходу бросил Данте, спускаясь по трапу на пристань. – Оставь ее в покое до моего возвращения.
– А ты куда собрался? Мы ведь сейчас отплываем!
– Постараюсь вернуться побыстрее. Без меня не отплывай, – приказал Данте, пробираясь сквозь собравшуюся на пристани толпу.
Корбин раздраженно вздохнул. Он отдал бы правую руку, лишь бы узнать, что задумал Данте и почему у него такой довольный вид. Как у лисицы, только что полакомившейся жирненьким цыпленком. Корбин сгорал от любопытства. Данте должен все ему выложить по возвращении, и чем скорее это произойдет, тем лучше. У него нет никакого настроения играть в кошки-мышки, не до того ему сейчас: голова раскалывается и к горлу подкатывает тошнота. Как же отвратительно он себя чувствует! А этот мерзкий братец вместо того, чтобы как-то ему посочувствовать, взял да и умотал в город, не сказав ни слова. Ну ничего, он ему это еще припомнит, решил Корбин.
Когда Данте, распечатав коробки, выложил перед Эрикой платья, одно лучше другого, она восхищенно ахнула.
– Но я не могу себе этого позволить! – воскликнула она, обретя наконец дар речи. – Ведь ты потратил на них гораздо больше денег, чем я тебе дала.
– Если ты собираешься подцепить себе мужа меньше чем за пять дней, ты должна одеваться так, чтобы мужчины не в силах были глаз от тебя отвести, – возразил Фаулер и, улыбнувшись во весь рот, добавил: – Я заплатил бы за них и дороже, лишь бы посмотреть, как ты будешь ухлестывать за мужчинами в надежде отхватить мужа, который согласится на твои условия.
Эрика бросила на зубоскала раздраженный взгляд. Недовольство ее еще более усилилось, когда Данте представил на ее суд великолепное кружевное нижнее белье. Похоже, этот наглец знает, что нужно женщине. Наверняка не одну раздевал и имеет представление о том, что находится под платьем. Надо же, не забыл ни об одном предмете!
– Тебе не нравится? – удивленно вскинул брови Данте, заходя сзади и наблюдая за тем, как Эрика молча открывает коробку за коробкой.
– Ты что, подрабатываешь тем, что снабжаешь женщин туалетами? – не отвечая на вопрос, язвительно спросила она.
– Нет, но я знаю, что им нравится, – ответил Данте, и руки его заскользили по ее крутым бедрам.
– Вижу, – насмешливо бросила Эрика, стараясь не показывать, что от его прикосновения у нее перехватило дыхание. И, круто обернувшись, одарила Фаулера яростным взглядом, говорившим о том, чтобы он держал от нее руки подальше. – А теперь, пожалуйста, выйди за дверь. Я хочу одеться. Когда буду готова, позову.
Нагловатая ухмылка сменилась на лице Данте разочарованием.
– К чему строить из себя скромницу? – заметил он. – Может, ты забыла? Я видел тебя не только в простыне, но и голенькую.
Эти слова вызвали у Эрики такой приступ ярости, что она, не осознавая, что делает, схватила искусно вырезанную из дерева модель шхуны, стоявшую на тумбочке, и запустила ею в Данте. Стукнув его по плечу, безделушка упала на пол и разбилась на мелкие кусочки. Эрика испуганно вскрикнула, а Данте в сердцах бросил:
– Черт бы тебя побрал, женщина! Ну что у тебя за характер! Это была модель моей шхуны! Она со мной уже несколько лет. Каких только штормов не повидала, а вот перед тобой не устояла. – Данте шагнул к Эрике, отрезая ей путь к отступлению. – Если ты собираешься найти мужа, хотя бы временного, научись-ка держать себя в руках! И учти, если ты вдруг разозлишься настолько, что пробьешь в «Натчез бель» брешь, всего твоего вожделенного состояния не хватит, чтобы возместить мне ущерб!
Круто повернувшись, Фаулер вышел из каюты и с такой силой хлопнул дверью, что стены затряслись. А Эрика, досадуя на себя за то, что потеряла над собой контроль и позволила себе так разозлиться на капитана, присела на корточки и принялась собирать рассыпанные по всему полу осколки.
Ладно, успокаивала себя она, когда-нибудь она постарается найти точно такую же модель и прислать ее Данте вместе с запиской, в которой принесет ему свои извинения. Ладно уж, сделает такой дружеский жест.
Покончив с угрызениями совести, Эрика надела элегантное синее платье и тщательно расправила его. Она должна выглядеть как можно лучше. Пять дней – небольшой срок для того, чтобы отхватить себе мужа. Так что придется отдать этому делу, каким бы неприятным оно ни было, все свои силы.
– А теперь, если тебя, конечно, не очень затруднит, может быть, ты расскажешь мне, что, черт подери, здесь происходит? – набросился на брата Корбин.
Подавив раздражение, вызванное последней стычкой с разъяренной девицей, прохлаждавшейся сейчас в его каюте, Данте повернулся к Корбину.
– Мой ангел оказался не ангелом, а настоящей фурией, – заявил он и, ухмыльнувшись, добавил: – Так что теперь у нас на борту на одного пассажира больше, поскольку, как бы мне ни хотелось выбросить эту маленькую мегеру за борт, рука не поднимается.
– Если ты считаешь, что такое объяснение меня удовлетворит, то глубоко заблуждаешься, – проворчал Корбин.
Издав тяжелый вздох, Данте попытался взять себя в руки и более внятно рассказать брату о том, что произошло.
– Понимаешь, эта леди… – Данте запнулся, размышляя над словом, которое он использовал для характеристики этой темноволосой взрывоопасной девицы, и пришел к выводу, что Эрику можно назвать кем угодно, только не леди. – Ее зовут Эрика… пробралась на наш пароход без билета. Она скрывается от одного человека, от которого ничего хорошего не ждет. Я разрешил ей доехать с нами до Натчеза и сходил на берег, чтобы купить ей что-нибудь из одежды.
– И где ты собираешься разместить эту особу? – спросил Корбин. – Ты же знаешь, что все каюты забиты до отказа и мы не можем предложить твоей многострадальной знакомой даже койку.
Данте криво усмехнулся.
– Ты мог бы перебраться ко мне и уступить Эрике свою каюту, – заметил он.
– Мог бы, если бы ты подошел ко мне с этим вопросом не тогда, когда настроение у меня оставляет желать лучшего, – проворчал Корбин. – И потом, у меня нет ни малейшего желания тесниться с тобой в одной каюте. В следующий раз, когда ты вздумаешь играть роль доброго самаритянина, прежде чем доставлять мне неудобства, быть может, сначала сообщишь мне об этом, хотя бы из вежливости?
– Я знаю, что ты слишком добр, чтобы заставлять нежное юное создание ночевать на палубе, – насмешливо бросил Данте.
– И поэтому решил поселить свою строптивую принцессу в мою каюту, – фыркнул Корбин. – И когда же мне будет позволено с ней познакомиться? Я должен хотя бы увидеть женщину, которая будет наслаждаться роскошью, обычно предназначенной для капитана. – Тут он заметил на лице брата ухмылку и, прищурившись, спросил: – Или ты собираешься держать ее под замком из опасения, что кто-нибудь утащит ее у тебя из-под носа?
Проигнорировав последний выпад брата, Данте пояснил:
– Думаю, тебе представится возможность часто встречаться с Эрикой. Она охотится за мужем. Так что если увидишь на палубе толпу мужчин, знай, что Эрика находится в середине.
– Охотится за мужем, говоришь?! – поразился Корбин.
– И мой долг познакомить ее с каждым мужчиной, который мог бы подойти для этой цели, прежде чем она сделает выбор. – Пройдясь по палубе, Данте облокотился о перила и с наслаждением вдохнул свежий воздух. – Должен поблагодарить тебя за то, что ты настоял, чтобы я отправился в это плавание вместе с тобой. Оно обещает выдаться самым интересным из всех.
Корбин задумчиво нахмурил брови, глядя на безмятежное лицо брата и на его губы, на которых играла лукавая усмешка. Он чувствовал: что-то здесь не то, а что именно, он непременно узнает. Но прежде чем Корбин успел забросать Данте вопросами, брат пошел прочь, оставив его мучиться головной болью и полнейшей неизвестностью.
Данте постучался в дверь своей каюты и, получив разрешение, вошел. Эрика стояла перед ним с самым что ни на есть смиренным выражением лица, чего Фаулер никак не ожидал – он уже приготовился к очередной схватке.
– Прости, что я так себя вела, Данте, – прошептала она, опустив глаза, чтобы не встречаться взглядом с ярко-зелеными глазами капитана, действовавшими на нее неотразимо. – Я непременно раздобуду для тебя модель шхуны, и вообще, я очень благодарна тебе за помощь.
Данте был настолько ошеломлен и покорностью Эрики, и ее необыкновенной красотой, что потерял дар речи. Темно-синее платье, которое он ей принес, плотно облегало ее великолепную фигуру, подчеркивая все округлости. Свои роскошные черные волосы Эрика уложила на затылке в замысловатую прическу, лишь лицо обрамляли мягкие локоны.
– Ты выглядишь потрясающе. Буду чрезвычайно удивлен, если твои поиски мужа продлятся дольше одного дня.
Он взглянул на красивое, без единого изъяна лицо Эрики, на ее нежные губы, которые совсем недавно с таким жаром отвечали на его поцелуи, и почувствовал острое желание, охватывавшее его всякий раз, когда он смотрел на эту обворожительную девицу слишком долго и слишком пристально.
Почувствовав на себе похотливый взгляд Данте, Эрика раздраженно отвернулась. А она-то надеялась стать ему другом! Какая идиотка! Он не испытывает к ней ничего, кроме самых низменных чувств. А как он на нее смотрит! Прямо раздевает своим взглядом! Впрочем, он и так знает, что скрывается под этим шелковым платьем, раздраженно подумала Эрика. У них с Данте после вчерашней ночи нет друг от друга секретов. Она, например, знает, что под ребрами у него тянется длинный шрам, а другой, поменьше, в форме дуги, проходит под левой коленкой. А еще она знает… Но об этом лучше не вспоминать. Да и Данте о ней тоже многое известно, причем такое, о чем она сама до вчерашней ночи даже не догадывалась.
Отбросив эти не вполне пристойные мысли, Эрика обернулась и едва сдержалась: оказывается, пока она стояла к Данте спиной, его изумрудные глаза не отрываясь смотрели на ее ягодицы.
– Наверное, трудновато тебе было выбирать для меня платья? – спросила она, не найдя, о чем еще говорить под его ласкающим взглядом.
– Для того чтобы угодить женщине, которая их носит, можно преодолеть любые трудности, – ответил Данте, одарив Эрику лукавой улыбкой.
Эрика нахмурилась.
– Я чувствую себя как уличная девка, предлагающая всем желающим свое тело, – призналась она. – Как бы мне хотелось, чтобы нашелся хоть один мужчина, который полюбил бы женщину за ее ум или душу, а не прельстился лишь ее смазливым личиком!
– Как это ни прискорбно, нам, мужчинам, нравятся красивые женщины, а не какие-то недотепы, одевающиеся в рванье или заворачивающиеся в простыню, – парировал Данте, подходя к Эрике.
У нее тотчас же перехватило дыхание, что случалось всякий раз, когда этот красавец к ней приближался.
– Это я недотепа? – воскликнула она, встав руки в боки, гордо вскинув голову и стараясь ничем не выдать охвативших ее чувств. – Да как ты можешь такое говорить! Мне на голову за последнее время свалилось столько несчастий, что и представить страшно. Подумай только, я вынуждена искать себе мужа лишь для того, чтобы избежать домогательств ненавистного жениха! – Ее голубые глаза яростно сверкали. – Я только стараюсь выжить, пустив в ход всю свою находчивость и изобретательность, как бы странно это тебе ни казалось.
Данте потрепал ее по щеке. Он едва сдерживался от смеха.
– Не сомневаюсь, что в твоем безумии есть какая-то система. Тем интереснее мне будет наблюдать за ходом событий. Ну что, может быть, отправимся на палубу и начнем ловлю женихов?
И он предложил ей руку. Тяжело вздохнув, Эрика неохотно оперлась на нее.
– Никогда, даже в самом страшном сне, мне не могло привидеться, что я буду выискивать какого-нибудь отъявленного негодяя, чтобы взять его в мужья. И вот, пожалуйста, готова выйти замуж даже не за джентльмена, а за любого мерзавца, лишь бы он согласился дать мне на время свою фамилию, не ожидая взамен брачной ночи, – с горечью проговорила она.
– Да, придется изрядно потрудиться, чтобы такого найти, – хмыкнул Данте. – Какой нормальный мужчина согласится лишить себя по крайней мере одной ночи любви, если уж позволит тебе на время воспользоваться его фамилией.
А ведь он прав, уныло подумала Эрика. Она не может позволить себе выйти замуж за нормального человека – слишком велик риск. Так что придется довольствоваться каким-нибудь недоумком. Однако очень может быть, что с ним тоже трудно будет иметь дело. Если Господь наградил человека убогим умишком, то с таким типом невозможно будет разговаривать ни на одну тему.
«Похоже, ничего у меня не выйдет», – грустно подумала Эрика. Когда она лежала в кровати, уставясь невидящим взглядом в темноту, все казалось понятно и просто. А теперь ее план трещал по всем швам. Нужно быть круглой идиоткой, чтобы такое придумать.
Раздраженная этими мыслями, Эрика покрепче оперлась на руку Данте. Хорошо хоть он с ней рядом, сможет защитить в случае чего.
Некоторое время они прогуливались по палубе, наслаждаясь раскинувшейся по обеим сторонам реки величественной панорамой, пока наконец Данте не обратил внимание Эрики на элегантно одетого мужчину, задумчиво глядевшего на воду.
– Смотри, вон стоит Хайрем Джонсон. Он холостяк, так что вполне тебе подойдет. При игре в карты, правда, любит плутовать, однако за соответствующую цену купить его можно.
Эрика внимательно рассмотрела мужчину средних лет и пришла к выводу, что он недурен собой, по крайней мере издалека, да и «Эрика Джонсон» звучит очень даже неплохо. И когда Данте вопросительно вскинул брови, она кивнула.
– Хайрем, разрешите представить вам Эрику… – Данте нахмурился, лишь сейчас сообразив, что до сих пор не знает фамилии Эрики.
Хайрем окинул потрясающую красотку зорким взглядом, не упуская из виду ни одной детали.
– Очень рад с вами познакомиться, моя дорогая, – проворковал он, изобразив на лице самую соблазнительную улыбку, на которую только был способен. – Вы в первый раз плывете на пароходе?
– Нет, мне уже доводилось на них плавать, – сообщила Эрика, разглядывая бородку своего нового знакомого, обрамлявшую массивную нижнюю челюсть, и маленькие усики, удлинявшие и без того длинный нос. Да, этот мужчина вполне способен очаровывать женщин. Только слепых.
– Не могли бы вы вместо меня прогуляться с Эрикой по кораблю? – попросил Данте. – Я должен провернуть для брата одно маленькое дельце.
– Буду просто счастлив избавить вас от Эрики, – промурлыкал Хайрем, впиваясь жадным взглядом в ее полуобнаженную грудь, которую открывало его взору глубокое декольте.
Когда они стали пробираться сквозь толпу, Хайрем приобнял ее рукой за талию, и Эрика вздрогнула. Прикосновение это было ей неприятно, а вот стоило Данте хоть на мгновение дотронуться до нее, и по телу растекалось блаженное тепло. Усилием воли выкинув из головы мысли о Данте, Эрика сосредоточилась на светской беседе. На каждую остроумную реплику Хайрема, изо всех сил пытавшегося ее развлечь, она отвечала лучезарной улыбкой, хотя на самом деле уже поняла, что с юмором у этого бедолаги не все в порядке, и если он имеет на этот счет противоположное мнение, то глубоко заблуждается.
Полчаса спустя Эрика уже вертела головой, высматривая Данте. Наконец поиски ее увенчались успехом, она его увидела. Однако радость ее длилась недолго: Данте прохаживался по палубе под руку с какой-то довольно привлекательной блондинкой, которая так и льнула к нему, что-то нашептывая ему на ухо. Ревность обожгла Эрику, как огнем, однако она тотчас же попыталась взять себя в руки. Да что это с ней? Ей-то какое дело до того, что этот распутник ухлестывает за хорошенькими женщинами? Пускай делает что хочет. Просто она рассчитывала на то, что он поможет ей избавиться от этого наглеца Хайрема, который уже готов был дать волю своим шаловливым ручонкам.
Когда Данте взглянул в ее сторону, Эрика незаметно сделала ему знак, чтобы он подошел. Но тот лишь махнул рукой и прошествовал дальше, оставив Эрику тихо закипать от негодования. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он наконец соизволил подойти к ней. Эрика едва подавила в себе желание его задушить. Каков негодяй! Отдал ее на растерзание этому Хайрему!
– Вижу, как ты проворачиваешь для брата одно маленькое дельце, – передразнила она Данте. И, когда Хайрем, откланявшись, отошел, презрительно фыркнула: – Эта красотка так и вешалась тебе на шею.
Данте ухмыльнулся:
– А ты считаешь, что я должен был проявить грубость по отношению к этой молодой леди и сказать ей, чтобы она оставила меня в покое?
– Если ты даже не способен поставить на место женщину, то где уж тебе справиться с реальной опасностью! – бросила Эрика, дав Данте понять, что подобное объяснение ее не удовлетворяет.
– А тебе не приходило в голову, что мне могло быть приятно внимание, которое оказывает мне эта женщина? – парировал Данте и, схватив Эрику за руку, потащил ее по палубе. – Однако я очень признателен тебе за заботу. И впредь при выборе знакомых непременно буду спрашивать твоего совета, – язвительным тоном добавил он.
Эрика тяжело вздохнула. Она уже раскаивалась в том, что набросилась на Данте.
– Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто я никак не могла дождаться, когда ты ко мне подойдешь. Мне не терпелось отделаться от этого зануды Хайрема. Ты очень красивый мужчина, и нет ничего удивительного в том, что ты пользуешься у женщин огромным успехом.
Данте остановился так внезапно, что Эрика налетела на него.
– Что я слышу? Ты делаешь мне комплимент? – насмешливо бросил он, скрывая удивление.
– Если будешь насмехаться, я возьму его обратно, – предупредила Эрика.
– Что ж, думаю, на пароходе найдется немало женщин, которые не будут столь скупы на комплименты… и на проявление знаков внимания, – заметил Данте, подводя Эрику к салону, тянувшемуся по всей длине парохода. – Сейчас я представлю тебя своему брату, однако должен предупредить, что он женат и счастлив в браке. Так что советую не пытаться его охмурить.
В другое время Эрика тотчас отреагировала бы на эту колкость, но сейчас она не обратила на нее ни малейшего внимания: замерев от восторга, она рассматривала великолепный салон. Он и в самом деле у кого угодно мог бы вызвать чувство благоговения. Окна украшали дорогие шторы, по стенам были развешаны огромные зеркала, отчего помещение казалось просторнее. С высокого потолка свисали хрустальные люстры, украшенные золотой резьбой. В самом дальнем конце салона вдоль стены стояли обитые бархатом кресла и банкетки, а посередине – столы, покрытые белыми скатертями. Да, такого великолепного парохода, как «Натчез бель», Эрике еще никогда не доводилось видеть.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?