Текст книги "Обжигающие ласки султана"
![](/books_files/covers/thumbs_240/obzhigayuschie-laski-sultana-158915.jpg)
Автор книги: Кэрол Маринелли
Жанр: Короткие любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Глава 3
Как стыдно! Габи хотела провалиться сквозь землю. Но когда Алим желал с кем-то поговорить, люди соглашались, даже если предпочли бы сбежать.
– Я могу понадобиться невесте, – ухватилась за отговорку Габи. – Бернадетта только что ушла.
– Я знаю. – Алим по пути на улицу подозвал кого-то из персонала и сообщил, где их искать. – Если ты кому-то понадобишься, тебя позовут.
Они вышли из бального зала и сели за стол в стороне; когда к ним направился официант, Алим жестом отослал его.
Это был деловой разговор.
Однако в синих глазах Габи блестели слезы неловкости, и всю открытую кожу заливал румянец отчаянного стыда. «Бедняжка», – подумал Алим.
Он привык к тому, что нравится женщинам, для него это было буднично, хотя обычно женщины вокруг были опытнее. Но Габи должна это знать…
– Свадьба и прием прошли превосходно, – сказал он.
– «Матримони ди Бернадетта» вложили в них много труда, – ответила Габи как положено.
– Думаю, мы оба знаем, – сказал Алим, – что Бернадетта не вложила в эту свадьбу ни капли собственного труда.
От его прямоты Габи моргнула.
– Бернадетты здесь нет, так что… поговори со мной, Габи, – надавил Алим. – Я ценю хорошую работу. И предпочитаю, чтобы талант вознаграждался как должно.
– Я получаю вознаграждение…
Алим слегка приподнял бровь. Они оба знали, что зарплата у нее была крошечной.
– Я знаю, что граммофон предложила ты, – сказал Алим.
– Откуда?
– Я знаком с женихом. Поэтому я и пришел проверить, все ли идет как надо.
– О…
– И он рассказал, какую впечатляющую работу ты проделала.
На самом деле Джеймс не спешил восхищаться организатором их свадьбы – Алим спросил сам.
Успех в бизнесе ему принес не счастливый случай, не унаследованное богатство, не титул. Свое происхождение он держал в секрете, насколько это было возможно; и, хотя семейные деньги положили начало его бизнесу, процветание ему принесло внимание к деталям. Алим не принимал все как должное, а разбирался в мелочах. И хотя он знал, что «Матримони ди Бернадетта» – один из ведущих организаторов свадеб, но прекрасно понимал, как устроен этот бизнес.
Бернадетта выбрала превосходную ассистентку.
– Ну же. – Он видел, что Габи нервничает. – Почему ты выбрала эту профессию?
– Потому что я люблю свадьбы.
– До сих пор? Даже после стольких лет работы? – спросил он. – Сколько тебе лет?
– Двадцать четыре; и да, я до сих пор люблю свадьбы. Всегда любила, с детства.
– А сколько лет ты работаешь на Бернадетту?
– Шесть лет, – сказала Габи. – До этого я работала на портную. А в школе… – она осеклась, не желая утомлять Алима скучными подробностями.
– В школе?
– Я работала у флориста. Часто оставалась на всю ночь в пятницу, чтобы приготовить букеты для свадьбы. Вставала раньше, чтобы до школы успеть на рынок…
Именно такую страсть к своей работе Алим хотел видеть в своих работниках.
– Мне очень повезло, что Бернадетта взяла меня к себе.
– Почему?
– У меня не было никакой квалификации. Маме было нужно, чтобы я помогала зарабатывать на жизнь, поэтому я бросила школу в шестнадцать; а у «Матримони ди Бернадетта» хорошая репутация.
– Как получилось, что они взяли тебя к себе?
– Я писала Бернадетте, – призналась Габи. – Много раз. Через год она наконец согласилась провести со мной собеседование, хотя и предупредила, что у меня много конкурентов. Моя подруга Роза сшила мне костюм и… – Она напряженно пожала плечами. – Я попросила дать мне тестовое задание.
– Понятно.
– Бернадетта показала мне параметры для очень важной свадьбы и спросила, что бы я сделала, – улыбнулась Габи. – Знаешь, как говорят – притворяйся, пока не получится…
– В чем ты притворялась?
– В том, что знаю, что делаю.
– Но ты знала, – сказал Алим, и Габи сглотнула. – Ты уже работала у портной и у флориста.
– Да, но…
– И что вышло из твоих предложений в тестовом задании?
– Некоторые из них она использовала.
– Так в чем ты притворялась?
Габи нахмурилась.
– Я очень многому научилась, работая у Бернадетты.
– Конечно, – согласился Алим. – Она одна из лучших в этом бизнесе. Я рекомендую ее без колебаний. Но знаю, что большую часть похвалы заслуживаешь ты. Ты никогда не думала о собственном бизнесе?
Румянец сошел было с ее щек, но теперь вернулся, и она стиснула зубы. Алим понял, что Габи злится.
– Я не могу.
– Почему нет?
– Алим… – Габи покачала головой. Она была верна начальнице, хотя та этого и не заслуживала; к тому же у нее уже были неприятности из-за мечтательности.
– Габи, я могу тебе помочь…
– Однажды Бернадетта узнала, что я надеюсь когда-нибудь открыть свою фирму, и напомнила об ограничении в моем контракте.
– О каком?
– Что в течение шести месяцев после ухода от нее я не могу пользоваться услугами фирм, с которыми она работает. Мне придется находить собственные контакты.
– Но ты уже используешь лучших партнеров.
– Да, – кивнула Габи, обрадованная, что он сразу понял. Она потратила много часов, пытаясь объяснить это своей матери, которая отвечала, что надо радоваться, что у нее вообще есть работа. С Алимом обсуждать это было намного проще.
– Но не все эти контакты Бернадетта организовала сама, – Габи так долго держала свои мысли при себе, что теперь не могла не излить свое раздражение. – Сегодня невеста была в платье от Розы. Я когда-то помогала ей вырезать выкройки на полу в гостиной. Теперь у нее бутик в центре Рима. Она – мой партнер, но, конечно, я не догадалась оформить это на бумаге.
Она ссутулилась, признавая свое поражение. Алим с трудом сдержал улыбку, глядя, как она накручивает прядь волос на палец.
Начав делиться своими печалями, Габи как будто не могла остановиться.
– Сегодняшние цветы, гардении, – наша флористка, Анджела, придумала воспроизвести букет бабушки. – Алим отметил, что Габи признавала не только свои достижения, но и чужие, ему это нравилось. – Я работала у нее после школы. Тогда это был крохотный магазинчик, а теперь она одна из лучших свадебных флористов в Риме.
– И эти контакты тебе недоступны, – сказал Алим, и Габи кивнула.
– Шесть месяцев после ухода, и я сомневаюсь, что столько продержусь. Если, конечно, меня вообще кто-нибудь наймет. Сомневаюсь, что Бернадетта даст мне хорошие рекомендации.
– Она будет рассказывать о тебе гадости, – уверенно сказал Алим.
Он думал, что может предложить ей решение. Он мог бы закончить разговор предложением работы. Однако теперь все стало сложнее, и не только потому, что он нравился Габи. К этому Алим привык.
Но она ему тоже нравилась.
Он мог это признать. Два года отель становился теплее, когда приходила Габи. Два года Алим улыбался про себя, видя, как она цокает ужасными каблуками по мрамору фойе или бормочет ругательства себе под нос.
Он не позволял себе признать ее красоту, но сейчас не мог отрицать ее – Габи выглядела потрясающе. Ее волосы выпали из пучка, платье мерцало, облегая все изгибы… Как он сдержался и не увлек ее в танце? Но чем дольше они говорили, тем очевиднее становился ответ: он давно привык сопротивляться влечению к ней.
Он заставил себя сосредоточиться на работе.
– Что бы ты делала иначе, чем Бернадетта?
Габи нахмурилась, чувствуя себя как на собеседовании, но ответила на вопрос:
– Я бы избавилась от черного костюма.
– Ты уже это сделала. – Алим не отвел взгляд от ее лица, но дал знать, что заметил перемены в костюме.
И еще как.
Разговор больше не был похож на собеседование. Они оба боролись с собой, чтобы не начать флиртовать: Габи – потому что не хотела выглядеть глупо, Алим – потому что на работе нужно было работать.
– Я упала, – призналась Габи. – Возле церкви. К счастью, свадебный кортеж уже уехал… но я порвала костюм.
– Ты ушиблась?
– Немного.
Ему хотелось снять с нее платье и осмотреть синяки; хотелось посадить ее к себе на колени.
Но он не отвел глаз от ее лица, и разговор продолжался в вежливом тоне.
– И на что бы ты заменила черный костюм?
– Я видела ткань… зеленая и розовая клетка, похоже на тартан. Звучит ужасно, но…
– Нет, это звучит необычно, – сказал Алим. – У тебя есть фото?
Конечно, у нее было фото, и она мгновенно открыла его на планшете и вручила Алиму. Ткань выглядела более сдержанной, чем казалось по описанию; выбор был идеален.
– Что бы ты изменила в «Гранде Лючии»? – спросил он, возвращая ей планшет. Вопрос был внезапным, и он ожидал, что Габи задумается.
Но она знала, что бы поменяла первым делом.
– Я бы запретила красные гвоздики во всем отеле.
Его очень красивые губы слегка дрогнули.
– Обычно я не интересуюсь цветами, – сказал Алим.
– Зато я всегда думаю о таких мелочах, – улыбнулась Габи.
– И что бы ты выбрала?
– Чайные розы всегда хороши, хотя я считаю, что цветы должны меняться в течение недели, а в выходные они должны подбираться под приемы, проводящиеся в отеле.
– Чайные розы – твои любимые цветы?
– Нет, – сказала Габи.
– Какие тогда?
– Душистый горошек, – улыбнулась она. – Марианна от одной мысли упала бы в обморок, она считает, что эти цветы недостаточно утонченные для «Гранде Лючии», но честно, если их правильно оформить…
У нее светились глаза. Габи была полна свежих идей и пыла юности; в сочетании с мудростью Марианны… Но Алиму было все труднее думать о работе.
– Хочешь что-нибудь выпить? – спросил он.
– Я на работе, – повторила она его недавние слова, вызвав у Алима ироничную усмешку.
– Габи… – сказал он, но осекся.
Прежде чем предлагать ей работу, нужно все продумать; ей и так пришлось нелегко. Если она перейдет на работу в отель, могут возникнуть проблемы. Обычно он не проводил с женщинами больше одной ночи, оставляя личную жизнь там, где ей место, – в спальне.
Алим хотел лучшего для своего бизнеса; но в редком для него порыве он больше хотел лучшего для Габи и поэтому придумал другой выход.
– Ты никогда не думала о том, чтобы стать партнером Бернадетты?
– Партнером? – изумленно посмотрела на него Габи. – Она надо мной только посмеется!
– А когда перестанет смеяться, ты можешь сказать, что лучше ты будешь ее партнером, чем конкурентом.
Это никогда не приходило ей в голову.
– Или ты могла бы установить границы – сказать Бернадетте, что готова делать только конкретную часть работы. То, что тебе нравится…
Однако Алим не хотел ее потерять. Конечно, может получиться плохо, однако чем больше он думал, тем больше ему нравилась эта идея.
– Есть еще один вариант…
– Габи! – Она обернулась к приближающемуся официанту. – Фотограф хочет с тобой поговорить.
Габи с извинениями удалилась. Алим вернулся в бальный зал и посмотрел наверх. Дверь в конце галереи открылась, и туда прокралась Ясмин. Он улыбнулся.
А потом повернулся – и увидел своего брата.
– Поздравляю, – сказал Алим.
– Спасибо.
На людях он не мог сказать большего. Они и так рисковали привлечь внимание: хотя волосы и кожа у Джеймса были светлее, когда братья стояли рядом, сходство было очевидно.
Раздался звонок от Виолетты. Она сообщала, что султан желает поговорить с Алимом.
У них с отцом были напряженные отношения. Оману не нравилась свобода Алима; и законные дети всегда напоминали ему о том, что любовь всей его жизни, Флер, должна оставаться тайной. Алим, в свою очередь, оставаясь вежливым на словах, не одобрял отца за то, как тот обращался с его матерью.
Войдя в королевский номер, Алим поклонился, а затем приступил к рассказу о том, как проходит свадьба.
– Все идет гладко, – закончил он, понимая, что это не заменит Оману возможности присутствовать на свадьбе собственного сына.
– Где Ясмин? – резко спросил султан.
– Мы поужинали вместе, а теперь она в своем номере, – спокойно ответил Алим. – Прием скоро закончится; утром ты встретишься с Джеймсом и Моной.
А сюда наверняка скоро придет Флер.
Он полагал, что после отчета султан отошлет его, но вместо этого он вернулся к старому спору:
– Ты должен вернуться домой.
Алим был не в настроении для этой дискуссии, но не выдал раздражения.
– Я был в Зетлехане в прошлом месяце и вернусь для официального визита в…
– Вернуться насовсем, – перебил его Оман.
– Нет.
Они не в первый раз вели этот спор. Алим отказывался заниматься управлением страной только для того, чтобы отец мог чаще ездить за границу. Он не собирался способствовать бесчестью матери. Хотя он был рад за Джеймса и Мону и хотел бы принять большее участие в празднике, но все равно чувствовал себя так, словно предает мать.
– Тебе тридцать два, Алим. Не пора ли жениться?
Алим промолчал, но взгляд выражал его нежелание принимать советы о браке от мужчины, который изменял жене. Алим никогда не изменял. Он сразу давал понять, чего ждет от отношений, – и не предлагал большего, чем короткий роман. Кто-то может считать это высокомерием, но лучше так, чем обманывать.
– Я выберу для тебя невесту, – пригрозил Оман. – Тогда у тебя не останется выбора, кроме как жениться.
– Выбор есть всегда.
Он проверял совет, который недавно дал Габи, на своем опыте снова и снова в разговорах с Оманом: нужно установить границы и дать понять, что ты готов делать, а что нет.
– Если ты выберешь невесту без моего согласия, то навлечешь позор не только на нее, но и на всю страну, когда жених не явится на свадьбу, – предупредил Алим. – Ты не сможешь принудить меня к браку.
– Алим, я болен.
– Насколько? – спросил Алим; его отец вполне мог преувеличивать ради своей выгоды.
– Мне нужно долгое лечение. Около шести месяцев мне нужно будет оставаться вдали от публики. – Оман принялся рассказывать подробности, и Алиму пришлось признать, хоть и с неохотой, что это действительно так.
– Тогда я займу твое место на это время, – согласился он. Но отцу этого было мало.
– Народу нужны хорошие новости. Свадьба их порадует.
Алим не собирался вестись на такие манипуляции.
– Наш народ ждет, что султан султанов появится на такой церемонии. Если отец не присутствует на свадьбе сына, то создается впечатление, что он не одобряет выбранную невесту, а это встревожит народ.
Оман стиснул зубы.
– Обсудим это, когда ты выздоровеешь.
Отец явно собирался спорить и дальше, но его отвлек шум за дверью смежного номера, сообщавший, что его любовница прибыла.
– Увидимся утром за завтраком, – сказал Алим и с поклоном удалился.
В коридоре он удерживал спокойное выражение лица, но в душе было мрачно. Конечно, он не мог откладывать выбор невесты вечно; но не собирался и жить так, как его родители. Его мать сегодня оставалась во дворце одна. Она всегда делала вид, что все в порядке, улыбалась детям… Но они знали, что она притворяется.
И Алим не хотел невесту, выбранную отцом. Он хотел…
Чего?
Ему не удавалось избавиться от задумчивости. Алим напомнил себе, что через неделю приезжает его друг Бастиано; это его должно взбодрить. Но Бастиано – всего лишь богатый плейбой, а развлечения в клубах и казино не поднимали Алиму настроение так, как прежде.
Он вышел в фойе: последние гости разъезжались со свадьбы. Алим отпер дверь на лестницу и поднялся на галерею. Сестры не было видно; наверное, она уже ушла к себе в номер. Фотограф оставил свое оборудование, так что Алим сделал мысленную пометку запереть дверь, когда уйдет.
Он окинул взглядом великолепный бальный зал. Персонал гостиницы убирал столы и бокалы; но большая часть уборки дождется утра.
Свадьба закончилась.
Эта свадьба была его подарком молодым; Флер организовала все так, чтобы свадьба проводилась в «Гранде Лючии». Но он не присоединился к празднеству сам.
Свадьба была великолепной; но для Алима этот день и вечер стали выматывающими.
Кроме времени, проведенного с Габи.
Он опустил взгляд и увидел ее в опустевшем зале.
Алим собирался предложить ей работу в отеле; но решил, что из-за его чувств к ней не стоит торопиться. Но теперь с улыбкой вспомнил, как Габи покраснела, когда подумала, что он приглашает ее на танец.
А сейчас он уже не был на работе.
Глава 4
Габи хотела пойти домой и спрятаться от своего стыда. Она снова и снова проигрывала в голове ужасный момент, когда решила, будто красавец Алим приглашает ее на танец.
Она стояла посреди пустого бального зала, окидывая взглядом хаос, который оставался после любого успешного свадебного приема. Персонал уже унес тарелки и бокалы; столы были убраны, стулья сложены в стороне. Габи оставалось только забрать старый граммофон в машину и убрать пластинку с музыкой для свадебного танца.
Однако она остановилась на несколько минут, чтобы осмотреться. Бальный зал был таким красивым… Люстры выключили, и теперь его освещали только яркие белые лампы, которые зажгли, когда музыка закончилась и гости стали расходиться.
Габи могла себе позволить одну за другой выключить все лампы. Люстры она включать не стала. Они были красивы и без электричества, потому что лунный свет лился в высокие окна; казалось, что снег теперь падает не только на улице, но и внутри. Даже невидимые отсюда деревья оказались под крышей, потому что тени ветвей скользили по серебряным стенам.
Она словно стояла в ледяном лесу; казалось, еще немного – и ее дыхание заклубится белым в морозном воздухе.
Что Алим хотел ей сказать?
Могут пройти недели или даже месяцы, прежде чем она снова окажется в «Гранде Лючии». Может быть, она никогда не узнает.
Габи услышала, как открылась дверь, и обернулась, ожидая увидеть кого-то из персонала, пришедшего, чтобы убрать остатки беспорядка.
Но это оказался Алим.
– Я только что…
Что? «Думала о тебе»? Конечно, Габи не стала этого говорить.
– Вечер прошел очень хорошо, – сказал он.
– Спасибо. – Теперь можно было собрать вещи и отправляться домой. Но Габи не сдвинулась с места.
Габи с ног до головы покрылась пылающим румянцем, глядя, как он пересекает комнату. Она не знала, что с собой делать, куда идти. А потом по ее телу пробежала дрожь. Не от холода, в комнате было тепло; но потому, что Алим подошел к старому граммофону. Едва слышно скрипнула игла, опущенная на пластинку. Звуки прошлого снова обрели жизнь и навсегда запечатлелись в ее сердце, когда Алим повернулся, подошел к ней и безмолвно пригласил ее на танец.
И так же безмолвно она приняла приглашение.
Его объятия были бережными, но твердыми; вблизи оказалось, что в его густой мускусный запах добавились нотки чего-то иностранного, что она не могла распознать. Но сегодня все было необычным.
Обычно Алим вежливо приветствовал ее; сегодня все изменилось. И даже изощренный красавец Алим должен был бы признать, что они находятся на грани чего-то нового.
– Послушай, – сказал он на ухо Габи, и низкий голос звучал как восхитительное предупреждение. – От меня хорошего не жди.
– Я знаю.
Он почувствовал ее кивок, потому что голова качнулась у его груди; в ее словах звучала готовность, но он решил прояснить все до конца.
– Если я тебе нравлюсь, то все еще сложнее.
– И это я знаю тоже, – сказала Габи.
Важнее всего было то, что прямо сейчас, в его объятиях, Габи не беспокоилась ни о чем. Она запрокинула голову навстречу Алиму.
Сегодня ее ночь.
Габи знала о его репутации и готова была принять, что одной ночью все и закончится; но она много лет мечтала об Алиме. Она могла жить с последствиями сделанного. Но с сожалениями о несделанном она жить бы не смогла.
Она так долго воображала его тело, желала его – и теперь прижималась к нему. Алим был стройным и сильным, и он так ловко вел ее в танце, что впервые в жизни Габи чувствовала себя не только изящной, но и невесомой.
Они смотрели друг другу в глаза, покачиваясь под музыку, и изнывали, каждый по-своему.
Всю свою жизнь Алим старался разделять личную жизнь и бизнес. Это было разумно. Но в тех мыслях, которые бурлили сейчас у него в голове, не было ничего разумного.
Одна женщина.
Он представлял многочисленные поездки домой, которые ждали его в скором будущем; он представлял, как возвращается в «Гранде Лючию» к Габи в своей постели.
Он представлял, как работает с ней – и это не отталкивало его, потому что принесет пользу им обоим.
Опустив голову, он коснулся ее губ своими; и с первым прикосновением Габи поняла, что никогда не будет жалеть об этой ночи.
Ее фантазией был нежный поцелуй – может быть, поцелуй в щеку, который превращался в поцелуй в губы. Однако Алим решительно прижался к ее губам, даря ей первый в жизни поцелуй. Она растаяла от чистого блаженства.
Ее губы как будто сами знали, что делать, потому что они двигались сами, подчиняясь мягкой ласке Алима.
Он привык к худобе, но сейчас его ладони скользили по роскошным изгибам; он чувствовал, как ее грудь прижимается к его, и внезапно все причины быть осторожным развеялись.
Он хотел видеть Габи в своей постели – и не только в эту ночь. Поэтому он отстранился.
– Ты ни с кем не встречаешься? – спросил он.
Хотя она была сейчас в его объятиях, хотя его твердость прижималась к ее мягкому животу, его вопрос прозвучал так буднично и прямо, что Габи снова показалось, что она на собеседовании.
– Откуда у организатора свадеб время на личную жизнь? – пробормотала она, стремясь вернуться к поцелую.
– Значит, работа создает у тебя проблемы в отношениях?
Он откровенно выпытывал информацию. Она решила быть честной. Ей бы это не повредило.
– У меня не было никаких отношений.
Ее слова обожгли его до самого паха, и Габи почувствовала, как мужчина твердеет в ответ; его руки, лежавшие у нее на бедрах, притянули ее ближе.
Он снова накрыл ее рот своим; она ощутила странную панику, в которой не было страха. Его интимный вкус на мгновение шокировал ее. Сила и глубина его поцелуя во плоти была лучше, чем в мечтах. В воображении она не знала, что делать, но здесь, с ним, она принимала его дыхание, а он принимал ее.
У них был вкус голода и несдержанности.
Он посасывал кончик ее языка, словно источник нектара, а покалывание его подбородка дарило ей новую и сладкую боль. Ее грудь ныла под тканью. Его руки скользили по изгибам ее тела; пальцы впились в ее бедра, и он вжался в нее крепче.
В жизни Габи было не так уж много поводов для гордости. Она часто поскальзывалась и падала. Но сегодня она танцевала с мужчиной своей мечты.
«Это всего лишь танец», – сказала она себе. Но ее тело возражало.
О нет. Это было куда больше, чем просто танец.
Алим притянул ее еще на дюйм ближе; опасный дюйм, потому что их жар словно слился в одно. Она боялась отпустить его, боялась, что снова поняла все не так, – но похоже, они направлялись в постель.
Прижимаясь щекой к его прохладной щеке, Габи была готова на большее. Она открыла глаза.
И встретила взгляд, полный неутолимого жара.
– О чем я только думал… – сказал Алим, которому еще не верилось, во что превратился этот танец. Габи не поняла, о чем речь; но поскольку Алим не стал уточнять, Габи не стала отвечать.
– Пойдем в постель, – сказал Алим, и это уже нельзя было понять неправильно.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?