Текст книги "Камбер Кулдский"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kamber-kuldskiy-7306.jpg)
Автор книги: Кэтрин Куртц
Жанр: Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Пока они шли за монахом по длинным коридорам, тот не сказал ни слова.
Они проходили мимо других монахов, которые, казалось, даже не замечали их.
Наконец друзей привели в маленькую комнату, в которой горели ароматические свечи, пахло травами и в каменном камине пылал огонь. Монах, приведший их, указал на сухие покрывала и сказал, что они могут погреться перед камином. Затем он исчез за тяжелой резной дверью, которая бесшумно закрылась за ним.
Йорам немедленно скинул мокрую шляпу и перчатки, снял плащ и повесил его сушиться.
– Сейчас нам принесут что-нибудь сухое переодеться, – сказал он, скинул сапоги и начал снимать тунику.
– А тем временем нам нужно снять все сырое, пока мы не простудились.
Рис ухмыльнулся в ответ и последовал его примеру. Завернувшись, как в кокон, в сухое монашеское покрывало, он пристроился поближе к огню. От его мокрых волос пошел пар. Рядом с ним уселся Йорам, который, несмотря на беспорядок в одежде, каждым своим дюймом выглядел, как лорд, нисколько не потерявший своего великолепия. Рис с завистью покосился на него и решил, что ему никогда не Удастся увидеть Йорама в неподобающем виде.
Дверь тихо отворилась, и оба они встали, когда в комнату вошли два человека. Первый был, вероятно, аббат монастыря. Серебро сверкало у него на пальцах и на груди, одежда была ярко-красного цвета, откинутый назад капюшон сутаны открывал бритую голову. У носа он держал большой платок, поминутно громко сморкаясь в него. Монах, сопровождавший его, нес на руке две сухие сутаны. Йорам поклонился и поцеловал перстень аббата.
– Благодарю, что вы пришли к нам, достопочтимый отец. Я отец МакРори, а это-лорд Рис Турин, Целитель. Рис тоже поклонился и поцеловал перстень.
– Мы очень признательны за гостеприимство. Аббат ответил им поклоном.
– Не надо церемоний, отец, и примите, пожалуйста, сухую одежду, которую принес Эгберт. Я-Грегори Арденский, аббат монастыря святого Джарлата.
Он снова оглушительно чихнул, поднеся к носу платок. Брат Эгберт помог Рису и Йораму одеться, после чего вышел из комнаты. Аббат подошел к камину и приложил руки к теплому камню.
– Мне передали, что вы из Ордена святого Михаила, отец, – сказал он простуженным голосом. – Я могу вам чем-нибудь помочь?
Йорам обескураживающе улыбнулся и затянул веревку на талии.
– Мы бы хотели посмотреть списки вступивших в ваш Орден за последние несколько лет, отец аббат.
– Это официальная проверка, сэр?
– О нет! Частная. Дело совести, отец аббат.
– Ясно.
Аббат явно почувствовал облегчение.
– Это можно устроить. Но если вы ищите конкретного человека, то он уже принял последний обет и, следовательно, не примет вас.
Рис искоса посмотрел на друга, затем откашлялся.
– Простите меня, отец, но, возможно, отец Йорам неясно выразился. Он выполняет мою просьбу. Дед человека, которого мы ищем, был моим пациентом долгие годы вплоть до смерти. На смертном одре он просил, чтобы я нашел его внука и передал его просьбу молиться о его душе. Ведь вы не откажете старику в его последней просьбе?
Аббат поднял бровь, затем пожал плечами.
– Конечно, это можно ему передать. Каждый человек имеет право оплакивать близких, даже если весь остальной мир рушится. Как его зовут? Может, я могу сказать сейчас, где он.
– Бенедикт. А в миру… дед пожелал, чтобы светское имя внука осталось в тайне, отец, – ответил Йорам. – Можем мы сейчас взглянуть на записи?
– Сейчас?! – Аббат с изумлением взглянул на Йорама. – Разве это не может подождать до утра?
– Дед этого человека испытывает большую потребность в молитве, – спокойно солгал Йорам. – Мы обещали ему найти его внука как можно быстрее. Кроме того, мы не хотим нарушать покой вашего монастыря дольше, чем это необходимо. Если кто-нибудь из братьев проведет нас в архив и снабдит светом, то мы будем очень благодарны.
– Понимаю.
Аббат снова пожал плечами и поклонился. По всему было видно, что он ничего не понял.
– Хорошо. Брат Эгберт покажет вам записи и снабдит всем необходимым. Может, вы, господа, присоединитесь к нам на нашей утренней мессе, а потом разделите с нами трапезу?
– Вы оказываете нам честь, отец. – Йорам поклонился.
– Благодарим, достопочтимый отец.
Кинув недоверчивый взгляд на них и приложив платок к красному носу, аббат вышел из комнаты и скрылся в темноте коридора. Брат Эгберт повел их в противоположную сторону.
Перед большой тяжелой дверью они зажгли свечи, и монах Эгберт открыл ее тяжелым железным ключом. Он указал на шкаф в дальнем углу библиотеки, заполненный туго свернутыми свитками-списками вступающих в монастырь, затем поклонился и исчез.
Когда скрип двери подтвердил его уход, Йорам поставил свечу на стол и вытащил один из свитков. Расстелив его на столе, священник быстро просмотрел заглавие.
– Decimus Blainus– десятый год правления короля Блэйна. Это слишком недавно. Дэниэл сказал, что мальчик вступил в монастырь двадцать лет назад?
Рис кивнул.
– Он сказал-больше, чем двадцать лет. Но нам следует проверить пять или десять лет до и после этой цифры. Дэн говорил, что мальчику тогда было всего девятнадцать лет, но самому Дэну, по его утверждению, уже восемьдесят три года, так что он мог спутать даты.
– Хорошо. Двадцать лет-это 883-й год, как раз перед кончиной Фестила III. Мы возьмем десять лет назад и пять вперед. Плохо, что мы не знаем его имени в миру, даже фамилии. Драпировщик не может помочь нам, поскольку в церковные книги не вносятся фамилии. Но за пятнадцать лет не может быть много людей, которые взяли имя Бенедикт. Начинай подыскивать материалы по годам, а я буду их просматривать.
Однако оптимизм Йорама оказался преждевременным. К тому времени, как Рис вернулся со свитками, перьями и чернилами, священник нашел уже четырех Бенедиктов.
Рис положил все на стол и взглянул через плечо друга.
– Рольф, сын Керрола, принят в Орден Бербилан и принял имя Бенедикт, находится в монастыре святого Пирана. Авель, сын Джона Голдсикта, принят в Орегонто, взял имя Бенедикт и послан в монастырь святого Иллтида. Генрих, младший сын графа Дегена. Но этого мы можем исключить. Отец не подходит. Джозаф, сын мастера Гилларди… имя Бенедикт… святой Ултэн. И это всего за одиннадцать лет!
Рис вздохнул, сел за стол, обмакнул перо в чернила и приготовился писать.
– Начнем с этих трех. Те, что раньше, наверное, уже умерли. Да и наш тоже мог умереть. Ну, давай, я буду записывать.
– Хорошо. Йорам вздохнул.
– У нас будет долгая ночь.
Через три часа они составили список из шестнадцати имен, правда, троих из них они могли исключить сразу как происходивших из широко известных дворянских фамилий. К несчастью, они не знали имени отца, а сведений о более дальних предках в записях не было.
Так что в списке осталось тринадцать имен. После просмотра возрастных списков они сократили число претендентов до десяти.
Теперь следовало найти списки умерших, чтобы удостовериться, кто из этих десяти еще жив.
В восточные окна библиотеки уже пробивался слабый свет, предвестник близкого рассвета.
Утро наступило, когда последний список был просмотрен и занял свое место в шкафу.
Два друга откинулись на спинки кресел и расслабились.
– Пятеро еще живы и имеют подходящий возраст, – пробормотал Йорам.
Он повернулся и громко зевнул.
– Хорошо, что мы настояли на том, чтобы прийти сюда сразу же. Представляешь, что было бы, если бы все монахи монастыря дышали нам в затылок, пытаясь понять, чем мы занимаемся?
Рис отложил перо, пошевелил уставшими пальцами, поднял со стола исписанный лист. Глаза его были воспалены от бессонной ночи, но дело было сделано.
26 Ф 2 Эндрю, сын Джеймса, сорок пять лет, монастырь святого Пирана.
28 Ф 3 Никлас, сын Ройстона, сорок три года, аббатство святого Фоиллана.
31 Ф 3 Джон, сын Дэниэла, сорок два года, монастырь святого Пирана.
32 Ф 3 Роберт, сын Петера, тридцать девять лет, монастырь святого Ултэна.
2 Бл 1 Мэтьюз, сын Карла, сорок шесть лет, монастырь святого Иллтида.
Он еще раз просмотрел лист, затем аккуратно сложил его и спрятал.
– Святой Ултэн в Мурине, на побережье, святой Фоиллан-в горах Лендура, три дня пути на восток отсюда. Я думаю, нам сначала надо направиться в святой Пиран. Этот Джон, сын Дэниэла, у меня как-то ассоциируется с родом Халдейнов. Имя Джон напоминает имя Ифор. И тут еще Дэниэл. Драпировщик мог назвать своего сына тоже Дэниэлом.
– А если все Бенедикты в святом Пиране-не те, кто нам нужен, тогда что?
– Тогда попытаем счастья в святом Фоиллане, святом Ултэне и даже в святом Иллтиде, хотя мне очень не хочется в это время года ехать в Найфорд. Надеюсь, что ты находишься в лучшей форме и съездишь сам.
Он со страдальческой миной потер свой зад, а Рис усмехнулся. Собрав все черновики, Рис приготовился сложить их в корзину для бумаг, но Йорам забрал их и, поднеся к пламени свечи, терпеливо ждал, когда они превратятся в пепел. Рис ничего не сказал, но когда все было кончено, повернулся к Йораму.
– Ты только что уничтожил остатки моей невинности, – сказал он. – До этого момента мы могли говорить, что ищем просто брата Бенедикта. И пока мы его не нашли, мы в безопасности, но когда мы его найдем, тогда что? Что нам останется, кроме как низвергнуть узурпатора и восстановить на троне подлинного короля?
Йорам поднял свечу и повернулся к Рису. Его лицо, освещенное снизу мерцающим желтым светом, выглядело каким-то сверхъестественно-призрачным.
– Да, это настоящая измена; даже просто искать его, не думая о восстановлении на престоле, – «это тоже измена. Но, с другой стороны, вся эта история может кончиться очень быстро. Может оказаться, что наш брат Бенедикт, если еще жив, настолько не годится для короны после двадцати лет монастырской жизни, что даже Имр покажется нам хорошим королем.
– О, Боже, я не думал о такой возможности.
– Это одна из перспектив. Йорам рассмеялся.
– Но подумай сам: даже если он захочет нарушить свой обет и предъявить права на престол, что вовсе не очевидно, то это только начало. Человек может быть рожден королем, но если он не получил воспитания и образования, необходимого королю, то ему будет очень трудно. Даже мы, михайлинцы, критикующие Имра и его политику, не решимся выступить за такого человека.
Он посмотрел на свечи. Губы его вытянулись в тонкую длинную линию.
– Имр объявил новый налог на строительство столицы в Найфорде. Все страшно возмущены. Но свергнуть с трона короля-это уже слишком даже для нас, михайлинцев. Это понимают даже наши горячие головы.
Рис долго молча смотрел на него, затем опустил глаза
– Твои михайлинцы получат те сведения, которыми мы располагаем?
– Может быть, – пробормотал Йорам. Рис поднял голову.
– Ты не хочешь сообщить им?
– Ты же понимаешь, что я один не могу принимать решения, – сказал Йорам. – Может, во мне говорит осторожность, а может, я помню, что мы все время ходим по острию ножа. Во всяком случае, если мы найдем Синила и он окажется вполне подходящим для королевского сана, то нам придется подключить других людей. Мне бы хотелось, если ты не будешь возражать, рассказать обо всем отцу.
– Камберу? – выдохнул Рис. – Если Камбер решит, что Реставрация трона Халдейнов-это единственный выход, то я с надеждой буду смотреть вперед.
– Ну хорошо. – Йорам снова зевнул. – Тогда пойдем поспим немного. Ведь нас скоро потянут на утренние молитвы.
ГЛАВА 4
Слушайся совета и принимай обличение, чтобы сделаться тебе впоследствии мудрым.
Книга Притчей Соломоновых 19:20
Им оставалось спать совсем немного. Только они переступили порог отведенной им для отдыха комнаты и расстелили перед огнем покрывала, как уже пришло время утренней молитвы.
Гораздо раньше, чем они надеялись, в дверях появился хмурый монах. Он стоял в дверях, как бдительный страж, терпеливо дожидаясь, когда они с кряхтеньем поднимутся и натянут на себя непросохшую одежду.
Рису поведение монаха показалось немного странным, и он сказал об этом Йораму, когда они остались одни. Но тот просто рассмеялся и напомнил Рису, что они находятся в монастыре. Монахи, очевидно, принимали их за простых путешественников, получивших в монастыре убежище на ночь. По мнению монахов, лучшей платой за ночлег в таких случаях было участие путешественников в общей молитве, которая очищает души от грехов.
Рис согласился, что участие в мессе-вполне умеренная плата за теплый сухой ночлег. Однако он устал от бессонной ночи, и его голова была совершенно не готова к восприятию духовных богатств. Он с большой неохотой последовал за Йорамом в монастырскую церковь, пытаясь изобразить на лице покорность и смирение, которых вовсе не ощущал в это время.
В молитвах прошло почти все утро, и затем аббат пригласил их на завтрак, в течение которого он засыпал их вопросами о столице, о событиях в ней. Когда наконец они смогли выйти на улицу, над ними было хмурое бессолнечное небо, вновь обещающее дождь.
Лошади уже отдохнули и были готовы к поездке. Их копыта высекали искры из булыжников, которыми был вымощен двор монастыря. Но когда они выехали на улицу, задорный цокот копыт превратился в глухое хлюпанье и чавканье-вся дорога представляла собой жидкое месиво. Снова начался дождь, и, не проехав и двух миль, они уже снова вымокли до нитки.
Дождь преследовал их до полудня, и только когда они добрались до владений МакРори, он превратился в надоедливую водяную пыль.
Всадники поднялись на последний холм перед деревней, и их глазам открылся величественный замок-Кэррори.
Это был замок Камбера. Серо-зеленые крыши, отмытые до блеска дождем, весело сверкали, как изумруды. Два друга постояли на вершине холма, переглянулись, как заговорщики, затем расхохотались и пустили лошадей вскачь вниз по склону, ведущему к деревне. Они подхлестывали лошадей, свистели, гикали-в общем, вели себя, как расшалившиеся мальчишки.
Они с шумом скакали по деревне, распугивая кур, собак и детей. Вдруг они увидели старого слугу МакРори, стоявшего с двумя лошадьми у маленькой деревянной церкви.
Одну из них молодые-люди узнали сразу же.
Они остановились, слуга взглянул на них и всплеснул руками. На его лице отразилась неописуемая радость.
– Отец Йорам!
Йорам с улыбкой спрыгнул с седла и тепло обнял старого слугу.
– Сэм'л, старина, как поживаешь? Это лошадь моей сестры?
– Да, отец, это она. – Слуга хмыкнул. – Леди сейчас преподает детям катехизис. Она скоро выйдет. Может, вы подождете, и вернемся в замок вместе?
– Теперь-то я не уеду отсюда! – воскликнул Йорам. Он с улыбкой повернулся к Рису, который спешился подчеркнуто лениво и безразлично.
– Рис, ты помнишь Сэм'ла?
– Конечно. Как дела, Сэм'л? Рис пожал руку старика.
Сэм'л, очень довольный, поклонился, затем вдруг стал серьезным и опустил глаза.
– Вы, вероятно, ничего не слышали об убийстве, раз не задаете вопросов?
– Убийство?!
Рис посмотрел на Йорама, а священник положил руку на плечо старого слуги.
– Что случилось, Сэм'л? Кто убит?
Сэм'л пожевал губу и взволнованно посмотрел на Йорама.
– Это дерини, отец. Его убили в деревне несколько дней назад. Он был не из тех, кого уважают люди, это-лорд Раннульф.
– Дерини…-выдохнул Йорам.
– Да. И король применил закон Фестилов. Он захватил пятьдесят заложников и будет вешать по два человека ежедневно, пока не объявится убийца. Чтецы мыслей не смогли узнать его имени у жителей деревни. Казни начнутся завтра.
Рис тихо присвистнул.
– Вчера в Валорете я видел, как во все стороны мчались гонцы, я встретил троих или четверых на дороге в святой Лайэм, но тогда мне это не показалось заслуживающим внимания.
Йорам хмыкнул.
– Неужели они не знают, кто настоящий убийца, Сэм'л?
– Пока нет, отец. Некоторые думают, что это виллимиты, но доказательств нет. Лорд Камбер послал своих людей, среди которых были и чтецы мыслей, чтобы они собирали слухи и расспрашивали всех. Но прошло два дня, а результатов нет. Только что все были обеспокоены новым налогом, и тут еще это. Лорд боится, что опасность грозит и другим дерини. Он даже попросил меня сопровождать молодую госпожу, так как боится, как бы ей не причинили вреда.
– Сэм'л, я тебя люблю, но ты большой паникер, – послышался приятный музыкальный голос.
Они обернулись и увидели закутанную в плащ Эвайн, спускавшуюся по ступеням. Ее роскошные волосы выбивались из-под капюшона.
– Отец знает, что я и сама могу позаботиться о себе, – продолжала она. – Да и кто будет угрожать мне? Я ничем не оскорбила виллимитов, даже если они и виноваты в том, за что их клянут. А простых, добрых людей мне бояться нечего.
Она со смехом обняла Йорама, а ее глаза встретились с глазами Риса. Тот взял ее руку и поцеловал, стараясь скрыть смятение, которое охватило его при неожиданной встрече с Эвайн, он ведь готовился к тому, что встреча будет гораздо позже. Однако он испытал большое удовлетворение, когда Эвайн притянула его к себе и легко поцеловала в щеку, обняв одной рукой. Сэм'лу тоже досталась доля шарма, который Эвайн могла излучать в изобилии, когда этого хотела, и он был вне себя от радости.
– О, сестра, дорогая, – пробормотал Йорам, – тебе следует подумать о своей безопасности. Это правда, что отец боится за тебя?
– Конечно, нет.
Она шаловливо стукнулась лбом о его лоб и состроила смешную гримасу.
– Это наши преданные слуги, вроде Сэм'ла, боятся за нас. А со мной все в порядке.
– Мне бы хотелось услышать об этом побольше, – сказал Йорам.
Он освободился из объятий сестры и дал знак Сэм'лу, чтобы тот подавал лошадь.
– Поехали домой, если ты тут все закончила. Рис, ты можешь на время погасить звезды в своих глазах? Я хочу узнать, что же здесь произошло.
* * *
– Ну вот и вся история, вернее, то, что нам известно, – закончил Камбер свой рассказ.
Был уже вечер. Все сидели вокруг горящего камина.
– Раннульфа нашла старая вдова Кларет. Она была в истерике, ведь труп был на ее земле, или, вернее, часть трупа-голова и четверть тела. Остальное… Впрочем, достаточно сказать, что несколько других семейств тоже имели ужасное пробуждение в это время. Бейлиф немедленно сообщил мне о случившемся.
Рис и Йорам кивнули, и Камбер вновь наполнил их бокалы. Друзья прекрасно понимали весь ужас создавшегося положения, и несколько минут стояла мертвая тишина.
Последний из слуг был отослан к себе уже час назад, и теперь у камина в большом холле оставались трое мужчин и Эвайн.
Рис сидел возле Эвайн и изредка прикладывался к бокалу. Он взглянул на Йорама и увидел, что тот еле заметно кивнул ему, Рис собрал все свое мужество и повернулся к Камберу.
– Сэр, я и Йорам хотим сообщить тебе нечто важное. Возможно, это имеет отношение к тому, что ты рассказал только что.
В его голосе было что-то, что приковывало к нему всеобщее внимание. Все взгляды устремились к нему. Юноша опустил голову, подбирая подходящие слова. Рис почувствовал успокаивающую руку Эвайн на своей руке. Он физически ощущал на себе взгляд Камбера.
– Вы все знаете, что я-Целитель, и поэтому мне приходится иметь дело с разными людьми.
Он нервно откашлялся и выпил глоток вина.
– Два дня назад умер один старик. Он не был важной персоной, во всяком случае, для окружающих, но история, которую он рассказал мне перед смертью, заставила меня помучиться.
Он поднял свои золотые глаза и твердо встретился со взглядом Камбера.
– Сэр, он объявил себя принцем Эйданом Халдейном, младшим сыном последнего короля Халдейна.
В ответ не прозвучало ни слова, но слушатели обменялись удивленно-встревоженными взглядами. Камбер посмотрел на Йорама, стараясь отыскать на его лице подтверждение словам Риса. Затем он молча подал Рису знак продолжать.
Рис снова опустил глаза.
– Мне пришлось сделать то, что я делаю крайне редко, – медленно сказал он. – По просьбе старика, нет, по его требованию, я проник в его мозг, чтобы получить подтверждение его словам. И он говорил правду! Он действительно был принцем Эйданом! А что еще важнее, у него был законный сын, и у этого сына тоже был сын. Сын погиб во время резни двадцать лет назад, но у нас есть все основания полагать, что внук его еще жив.
Он опять поднял голову и посмотрел прямо в глаза Камберу.
– Этот внук-принц Синил Донал Ифор Халдейн, законный наследник трона Гвинедда.
Наступила мертвая тишина, и в ней послышался мягкий вздох Эвайн, чьи голубые глаза расширились от изумления. Затем все повернулись к Камберу. Лорд дерини все еще молчал. Он взвешивал и оценивал, он читал мысли в глазах Риса, потом он прервал считывание мыслей Риса и обвел глазами остальных. Когда его взгляд касался того или иного, каждый почтительно опускал голову, почтительно, но без страха. Даже обычно дерзко-мятежный Йорам молчал, подавленный могучей личностью и авторитетом отца.
– Ты сказал, что у тебя есть причины полагать, что он еще жив, Рис. А ты знаешь, где он? Рис покачал головой.
– Не точно, сэр. Но мы думаем, что он один из пяти человек, которых мы выписали из регистрационных книг. Он-монах. Двадцать лет назад он принял обет-это последнее, что дед слышал о нем. Кроме того, мы не знаем, как звали Синила в миру. Дед перед смертью назвал только имя, которое тот взял при вступлении в братство: Бенедикт. Нам неизвестно имя, которое носил его отец, а известно только королевское, которое он скрывал-Элрой. Мы просмотрели книги Ордена и нашли пять Бенедиктов того возраста, который нам нужен. Принц Синил, если еще жив, должен быть одним из них.
– Ясно.
Камбер вздохнул, откинулся на спинку кресла и аккуратно поставил стакан вина на стол перед собой.
– Этот Синил или Бенедикт-монах. Если вы найдете его, что вы собираетесь с ним делать?
Теперь была очередь Йорама ответить.
– Мы еще не знаем, отец. Возможно, нам удастся определить, не вызывая подозрений, кто же из пяти нужен нам. Мы также рассмотрим вопрос, что нужно сделать, чтобы вызволить его из монастыря, если дело дойдет до этого, естественно. Но сначала мы должны будем определить его потенциал. Ну а затем…-Он пожал плечами. – Посмотрим.
– Хорошо сказано, Йорам. Камбер кивнул.
– Ты хитер. Говоришь об измене, а обвинить тебя в ней невозможно. Но что вы ждете от меня? Чтобы я прикрыл глаза на ваши поиски, на вашу измену? Но ведь я уже давно вышел из состава Совета Имра, потому что Имр не нравится мне как человек. И вы знаете мое отношение к тем законам, которые он ввел. Но я никогда не пойду на свержение его с трона. Неужели вы думаете, что я изменю себе ради человека, которого никогда не видел? Да и вы оба его не видели. Даже твои михайлинцы не так глупы, я полагаю. Как относится ко всему этому ваш главный викарий?
Йорам беспокойно заворочался в кресле и посмотрел на Риса.
– Я еще не говорил ему. И мы вовсе не требуем от тебя измены твоим принципам. Но ты же знаешь, что мы должны по крайней мере разобраться во всем, исследовать весь вопрос о наследнике Халдейнов. А кроме того, ты же лучше нас знаешь, каков нынешний режим. Мы надеялись получить от тебя мудрый совет, что делать дальше.
– Мой мудрый совет, а не совет михайлинцев? – мягко спросил Камбер.
– Отец, я знаю, что ты не одобряешь…
– Нет, мое одобрение или неодобрение не имеет отношения к этому делу, сын мой. Я даже не хочу пытаться заставить тебя сделать выбор между твоей семьей и твоим Орденом, – прервал его Камбер. – По правде говоря, если все начнет развиваться так, как хотите вы, то, я уверен, вам придется обратиться к помощи Ордена. Реставрация потребует больших затрат в виде солдат, а михайлинцы-одни из лучших. Без них вы не добьетесь успеха, будь ваш Синил хоть сам Господь Бог, а я уверен, что это далеко не так.
Йорам осторожно кивнул, слегка удивленный и обескураженный тем, что его отец так неожиданно поддержал михайлинцев.
– Но вернемся к вашему Халдейну, – продолжал Камбер. – Предположим, что он тупое животное или что он вовсе не желает быть королем, что весьма вероятно, если он не дурак. Предположим, что религиозные обеты для него значат больше, чем права, полученные в результате случайности рождения. Или что он знает, кто он, и не желает бороться за свое право на престол. Не кажется ли вам, что он именно по этой причине вступил в Орден, чтобы навсегда избавиться от груза своего наследства, чтобы избежать своего уничтожения? Ведь для него предъявление прав на трон равносильно самоубийству.
– Значит, ты утверждаешь, что мы потерпим неудачу? – звенящим голосом спросил Йорам.
– Нет, я просто хочу, чтобы вы предусмотрели все варианты развития событий. Это ведь не игра. Как только вы начнете действовать, ваши жизни окажутся под угрозой-и не только ваши.
Йорам переглянулся с Рисом. Целитель выпрямился в кресле.
– Сэр, – начал он, – мы рассматривали почти все варианты, которые ты предложил нам, поверь мне. Но ради успокоения нашей совести мы должны хотя бы просто поговорить с этим человеком. Если у него окажется нужный потенциал, тогда мы решим, что делать дальше. Но когда мы достигнем этого этапа, нам понадобится твоя помощь.
Он опустил глаза и продолжил:
– Мы можем найти Синила, прозондировать его мозг, узнать его душу лучше, чем он сам знает ее. Но я не уверен, что мы-по крайней мере, я-имеем право на окончательное решение: может ли этот человек быть королем. Разумеется, мы ничего ему не скажем, кроме того, что его дед умер, пока не будем уверены, что он не побежит с криком к своему настоятелю. Мы просим твоего разрешения только на такие действия. Ты дашь нам свое благословение, сэр?
– Разве вы отступитесь от всего этого, если я скажу «нет»? – спросил Камбер.
Два друга долго смотрели на Камбера, затем одновременно покачали головами. Им даже не понадобилось советоваться друг с другом.
Камбер взглянул на Йорама, на Риса, затем перевел взгляд на Эвайн. Лицо девушки было непроницаемо, и по нему нельзя было прочесть, как она относится ко всему этому.
– Ну что, дочь, ты скажешь? Ты видишь, что твой брат и Рис хотят, чтобы это стало семейным делом, – сказал он дочери. – Кстати, не по этой ли причине и ты завела со мной политическую дискуссию? А что тебе известно об этом?
– О, я ничего не знала до сегодняшнего вечера, – горячо начала защищаться Эвайн.
Но она тут же поняла, что отец поддразнивает ее, и поняла, почему.
– Но я рада, что мы поговорили, – продолжала она, бросив искоса взгляд на Риса. – Потому что Рис и Йорам сообщили очень важные сведения.
– Ясно.
Камбер рассмеялся.
– А что ты думаешь об этом новоявленном короле Гвинедда?
– Пока у меня нет никакого мнения, ведь я ни разу не видела его. Но я тоже согласна с тем, что Рис и Йорам должны и дальше вести поиски, чтобы удостовериться, действительно ли Бенедикт-сын Халдейна.
– Неужели и ты хочешь свергнут!» нынешнего короля? Эвайн натянуто улыбнулась.
– Отец, мы все знаем истинные причины твоей отставки. Я думаю, ты согласен с тем, что такой человек, как Имр, не должен быть на троне, а тем более теперь, когда появилась вполне реальная альтернатива.
Она помолчала.
– Теперь появился законный наследник, и, следовательно, шанс на восстановление древнего и благородного рода, который успешно правил Гвинеддом в течение нескольких столетий. Кроме того, я совсем не верю, что Халдейны в свое время узурпировали трон, как пишут наши историки-дерини, чтобы оправдать захват власти. По моему мнению, Фестилы в своей алчности делают все, чтобы скрыть правду. И если появится новый достойный претендент на трон, его следует поддержать.
Камбер выслушал все это, слегка улыбаясь, сложив руки перед собой и задумчиво барабаня пальцами по груди. Когда Эвайн закончила, он улыбнулся и посмотрел на Йорама и Риса.
– Видите, к чему приводит женское образование? Твои же слова возвращаются к тебе. Йорам, никогда не давай образование своим дочерям.
– Я не думаю, что эта проблема встанет передо мной. Йорам улыбнулся.
– Ах да, верно. Рис, но ты, во всяком случае, должен это учесть.
Рис не мог сопротивляться взгляду, который искоса бросила на него Эвайн.
– Я полагаю, что этим будет распоряжаться моя жена.
– Хм-м. Ну, дело твое. А если ваш Бенедикт-Синил Халдейн, то неужели вы рискнете необразованного, необученного…
Йорам откашлялся, чтобы привлечь к себе внимание.
– Отец, я думаю, он хорошо образован. В этом Ордене очень много внимания уделяют наукам. Камбер поднял руку.
– Согласен. Но он не обучен главному-быть королем, а это большая наука. Не перебивай, Эвайн, неужели ты согласишься посадить на трон Гвинедда такого человека?
– Разве образование помогает Имру? – возразила она. – И если мы спроектируем его действия на будущее, основываясь на его прошлых действиях, разве не станет ясно, что нас ждет? А наш Синил вполне может оказаться хорошим королем. И если у него обнаружится высокий потенциал, то обучить его ничего не стоит. А кто может быть лучшим учителем, чем тот, кто служил двум королям, у кого хватило ума уйти в отставку, чтобы не служить третьему, когда он понял, что не может служить ему?..
– Тише! – воскликнул Камбер, четко выделяя оба слога. Он в восхищении хлопнул себя по коленям.
– Рис, разве я не говорил, что она корифей в логике? Опять она положила меня на лопатки моими же аргументами. Но в этом я сам виноват. Скажи мне, дочь, я правильно понял, что ты не колеблясь вступишь в заговор, если окажется, что этот Синил способен быть хорошим королем?!
– А разве у нас есть выбор? – вопросом на вопрос ответила она. – Но в любом случае нам не обойтись без твоей помощи и без твоего совета.
– Нам? – Он улыбнулся. – Отлично. Но у меня есть условия.
– Естественно.
Йорам с облегчением вздохнул.
– В таком случае, я предлагаю следующее. Йорам, Рис, если он не окажется животным или, хуже того, если он согласится, чтобы мы работали с ним, если мы увидим, что он лучше того, кто сидит сейчас на троне Гвинедда, – вот тогда, возможно, мы начнем обдумывать, как вернуть ему трон. Но вы должны, как и обещали, держать меня в курсе Дел все время. Вы также не должны забывать, что ваш брат Катан находится вблизи трона, и какие-либо ваши неосторожные действия могут грозить ему смертью. Так что вы не должны выходить за границы простого поиска до тех пор, пока мы все не решим, что эти действия будут на благо Гвинедда.
Йорам и Рис переглянулись, а затем Йорам повернулся к отцу.
– Твои условия более чем разумны, отец. Мы оба согласились с тем, что нельзя подвергать опасности Катана, пока он не введен в курс дела. Если у тебя нет возражений, то мы на этой неделе отправимся в святой Пиран. Там находятся двое из нашего списка.
– Вы ничего не откроете ему сейчас? – спросил Камбер.
– Нет, сэр. Мы скажем только о смерти деда и о его просьбе молиться за него. Ты одобряешь мой план?
– У меня нет возражений. Когда вы вернетесь?
– Через три дня, если все пойдет хорошо. Здесь день пути в одну сторону и…
В этот момент во дворе послышался лай собак, а затем глухой стук в ворота.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?