Текст книги "Дороже жизни"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dorozhe-zhizni-15726.jpg)
Автор книги: Кей Мортинсен
Жанр: Короткие любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Глава 1
Уютно свернувшись калачиком в надежном кольце мужских рук, Анджелина, девочка двух с половиной лет от роду, крепко спала. Филипп, с нежностью глядя на нее, размышлял о том, как со временем она унаследует этот дом и эту землю. Осталось только решить все вопросы с бывшей женой и ее дочерью.
Он прогнал от себя неприятные мысли и с нежностью подумал, как уже очень скоро сможет рассказать Джолли об истории их рода, о древней земле, на которой она росла, о пиратах и разбойниках разных стран, которые так и не смогли завоевать и подчинить себе Остров.
Они пройдут по берегу, с которого корабли Фестанакисов отправлялись в битву, и вернутся на эту террасу, увитую плющом и виноградом. Здесь он скажет ей, что теперь эта древняя земля принадлежит ей. Этот берег, эти сады и поля, эти холмы – все это теперь ее.
Девочка что-то невнятно пробормотала во сне, Филипп с нежностью отвел легкие кудряшки с влажного лобика. Неожиданно его больно укололо воспоминание о других золотистых локонах. Сандра.
Ее нежный образ был безжалостно разрушен той страшной встречей в тюрьме два года назад. Филипп поежился от воспоминаний. Непрошеная жалость шевельнулась в глубине сердца, но он отогнал ее. Благополучие Джолли прежде всего. Он обещал это ее отцу и своему брату. Джолли прошептала во сне:
– Мама!
Филипп вздрогнул, как от удара.
– Все в порядке, я здесь, моя сладкая. Он знал, что она не проснется и проспит еще минут двадцать. В свои два с половиной года она не могла, разумеется, помнить мать, с которой рассталась в младенчестве. Или могла?
Филипп бережно отнес девочку на широкую софу и обложил со всех сторон подушками, чтобы она не скатилась на пол. В доме было тихо. Лорена, с которой он и после развода делил этот дом, настаивала на обязательном послеобеденном сне для всей семьи, и сегодня он был даже рад этому.
Скоро Джолли начнет задавать вопросы. А Филиппу предстоит найти правильные ответы.
Воровато оглянувшись на спящую девочку, он достал из запертого в обычные дни ящика стола видеокассету. Сел перед телевизором так, чтобы загородить экран, и приглушил звук.
Надо же, он уже стал забывать, какой красавицей была Сандра. Тогда ей было всего двадцать лет, и каждая клеточка ее тела излучала радость жизни. А еще – сексуальность. Он с трепетом вспомнил, как страстно они любили друг друга, как вдруг…
– Мама!
Он похолодел и медленно обернулся. Джолли сидела на софе, еще не проснувшись, но вполне сознательно глядя на экран. Он торопливо выключил телевизор, но малышка быстро сползла с софы, залезла к нему на колени и сама нажала нужную кнопку.
– Мама!
Она даже не понимает, что она сейчас говорит.
Всего однажды Джолли назвала мамой Лорену, но они поправили ее и попытались все объяснить. Джолли насупилась и продолжала повторять это слово до тех пор, пока Лорена не взорвалась. Сам Филипп тогда тщательно прятал усмешку, видя, как в малышке просыпается фамильное упрямство Фестанакисов.
А еще она чертовски обаятельная девчонка. Вот и теперь она обвила его шею своими маленькими ручками и просительно заглядывала ему в глаза:
– Джолли хочет смотреть. Что ж, если это ошибка, то он ее уже совершил. Филипп кивнул и включил пленку.
Джолли смотрела внимательно, особенно же ее позабавил момент, когда Сандра, как всегда, увлеклась танцевальными пируэтами и, разрезвившись, свалилась в небольшой утиный пруд. Наконец пленка кончилась, однако память услужливо подсказывала, что было в тот день дальше. Он тогда выключил камеру, вытащил хохочущую Сандру и целовал ее до тех пор, пока оба не начали задыхаться.
Сейчас, семь лет спустя, Филипп словно наяву ощущал воду того пруда на пальцах и вкус тех поцелуев.
Он позвал Джолли купаться, потому что боялся ее вопросов и не готов был отвечать на них. Как ей сказать о матери? Рассказать, что она сидит в тюрьме, или придумать красивую не правду? Кто эта женщина на видео?
Рано или поздно Джолли захочет увидеть свою мать, даже если он всеми силами будет этому препятствовать.
Сандра освободится не раньше, чем года через два, так что время еще есть.
Филипп любил маленькую девочку больше своей жизни. Однажды она ворвалась в его застывшее сердце, растопила лед и осталась там навсегда. Теперь она значила для него все, и жизнь без нее смысла не имела.
Сандра не получит ее назад. Пока он жив, этого не случится.
– Миссис Фестанакис, каковы ваши планы на будущее?
Голос офицера иммиграционной службы ласково мурлыкал, но Сандра все равно почувствовала, как желудок ухнул куда-то вниз, а сердце попыталось остановиться.
За прошедшие два года она научилась контролировать себя, а сегодня выдержка была ей необходима. Она с усилием улыбнулась в ответ:
– Хочу загореть как следует!
– О, разумеется. Где планируете остановиться?
Он пододвинул к себе лист со списком имен. Кто там, интересно? Наркодилеры, террористы, известные педофилы? А вдруг там ее фамилия?
– Так в каком отеле вы остановитесь?
– Еще не знаю. Поищу что-нибудь дешевое. Друзья говорили, здесь можно недорого снять комнату.
Молодой человек не дал сбить себя с толку.
– У вас греческая фамилия. Спокойно, Сандра, спокойно!
– Мой муж был греком… Он умер более двух лет назад в Англии.
Взгляд, которым наградил ее офицер, живо напомнил ей тюремных надзирателей. Тем тоже приходилось выслушивать массу не правдоподобных историй, поэтому подозрительность была у них в крови.
– У него здесь были родственники?
– Мой муж жил и работал в Англии. Его семья – где бы она ни жила – была против нашего брака. Они даже на свадьбу не приехали. Так что, все в порядке? Единственное, что мне нужно, это отдых на море. Я перенесла операцию, и мне необходим покой.
Офицер с большим интересом изучил все ее лекарства, которых было немало. В основном гомеопатия и успокоительное. Операция действительно была тяжелой. Собственно, из-за болезни ее и освободили досрочно. Адвокат тоже приложил к этому руку. Милый Джеймс! Благослови его Бог. Кстати, он наверняка ее уже ждет и гадает, куда она запропастилась.
– Вас встречают?
Инквизитор из парня получился бы хоть куда.
– Я тут впервые.
– Но вы посмотрели на часы.
– Да. Мне необходимо соблюдать режим и питаться по часам, чтобы принимать лекарство. Два часа разницы, да еще ваши расспросы – я могу пропустить время.
– Да, действительно.
Он мог бы и святого из себя вывести. Сандра неожиданно почувствовала слабость в ногах и стиснула горячий лоб рукой.
– Мне нужно сесть. Честно говоря, я не очень понимаю, что происходит. Полагаю, я не единственный посетитель Острова. Вещей у меня немного, вы сами видите, денег тоже, так что надолго я не задержусь. Ни наркотиков, ни оружия, ничего запрещенного у меня нет. Я просто обычная женщина, приехавшая отдохнуть у моря.
– Вы не могли бы подождать здесь? Как будто у нее есть выбор! Сандра ждала час, потом другой. Спать хотелось безумно.
– Миссис Фестанакис? Вы можете идти. Желаю приятного отдыха.
Она была свободна. Наконец-то она здесь, на Острове. В это трудно поверить, но она уже недалеко от Джолли. Скоро она сможет обнять ее, прижать к сердцу, услышать, как девочка назовет ее мамой. Скоро. Совсем скоро. Сандра раскинула руки и запрокинула голову к небу. Как здесь замечательно!
Офицер иммиграционной службы набрал номер, дождался ответа и тихо произнес в трубку:
– Она здесь.
Филипп быстро шел по тенистой тамарисковой аллее к зданию аэропорта. Первый звонок раздался в его доме два часа назад, и он с трудом заставил себя поверить, что это действительно Сандра.
Теперь он шел по аллее, и его дрожащие руки сжимались в кулаки. Счастье маленькой девочки зависит от его способности правильно оценить ситуацию. Времени, конечно, было маловато, но он не имеет права, не должен совершить ошибку.
Все тело напряглось, а сердце глухо забухало в ушах. Перед ним была Сандра. Пока что она его не видела, стояла, запрокинув голову, и наслаждалась солнцем. Она была очень красива. Тюрьма не смогла изуродовать ее внешность, и перед Филиппом стояла красивая женщина двадцати семи лет. Подтянутая фигура излучала уверенность в себе и сексуальность.
Забудь, приказал он себе, забудь и даже не думай.
Если она надеется, что легко отберет у него Джолли, она ошибается. Филипп на своей земле, и его окружают люди, всегда готовые помочь. Конечно, она наверняка привезла с собой целый мешок неприятностей, но он справится.
Легко сказать, но нелегко исполнить. Теперь ее фигура стала еще лучше – налились груди, округлились бедра, а тонкая талия только подчеркивала эти перемены. На ней было голубое, под цвет глаз, платье, а золотые волосы волной рассыпались по плечам. Ветерок играл подолом платья, обнажая сильные стройные ноги. Таксисты, которых она проигнорировала, восторженно щелкали языками, явно обсуждая достоинства неизвестной красавицы.
Филипп постарался унять сердцебиение. Она кого-то ждет.
На другой стороне улицы остановилась машина, и Сандра приветственно вскинула руку. Из машины вышел мужчина. Джеймс Крайтон, адвокат. За последние два года они несколько раз встречались, и адвокат не вызывал у Филиппа ни малейшей симпатии. К тому же их с Сандрой встреча не похожа на деловую, совсем не похожа. Филипп неожиданно почувствовал гнев и нечто вроде ревности, видя, как пальцы мужчины поглаживают плечо Сандры. Он шагнул вперед.
– Ба! Заключенные разгуливают по моей земле!
Сандра побледнела и беспомощно пролепетала:
– Ты?!
– Ну да, я. Я здесь живу, знаешь ли. А ты какими судьбами?
Здесь мой ребенок, черт бы тебя побрал, хотелось крикнуть ей. Вместо этого она спокойно произнесла:
– Я приехала уладить кое-какие вопросы. Джеймс официальным тоном обратился к Филиппу:
– Я собирался позвонить вам. Однако вначале мы с Сандрой должны переговорить…
– Да? Что ж, Сандра, у меня есть полчаса, мы можем все обсудить. Только без твоего бойфренда.
– Ты отлично знаешь, что Джеймс мой адвокат…
– Ну да, и хотел бы стать не только им.
– Не будь смешным!
– А ты спроси его самого.
– Мои отношения с клиенткой, мистер Фестанакис, вас не касаются.
Сандра в смятении смотрела на обоих мужчин. Неужели Филипп прав? Да нет, конечно нет. Он просто хочет внести разлад между ней и Джеймсом, ее другом и союзником.
– Джеймс занимался моим делом с самого начала, он добрый и честный человек и стоит десятка таких, как ты. Он поддерживал меня в трудные минуты, и, если бы не его помощь, я бы осталась одна на всем белом свете. И еще не известно – осталась бы…
– Как трогательно. И наверняка неплохо оплачено.
Взгляд, который он при этом бросил на Джеймса, заставил того отшатнуться. Это Сандре не понравилось. Без союзника ей не выиграть битву.
– Не твое дело, Филипп! Мне жарко. Мы не могли бы отойти в тень? Или поедем к тебе?
Она выдержала его взгляд, но после этого ощутила себя мороженым, тающим на жарком солнце. Филипп процедил сквозь зубы:
– Я сказал, что буду говорить только с тобой наедине. Или не буду говорить вовсе.
Джеймс собрался протестовать, однако Сандра успокаивающе улыбнулась ему.
– Не волнуйся. В конце концов, за этим я и приехала, не так ли? – Она дружески поцеловала его в щеку. – Увидимся позднее. У меня есть твой телефон, я позвоню.
Филипп грозно прорычал:
– Нельзя ли поскорее!
Он преувеличенно вежливо открыл перед Джеймсом дверцу его машины, но это не произвело на Сандру ни малейшего впечатления. Она улыбнулась своему адвокату и помахала ему рукой. В целом, все получилось удачно. Пока все шло даже лучше, чем они предполагали.
Они с Джеймсом тщательно готовились к предстоящей операции. Он запасся медикаментами, теплой одеждой и игрушками для Джолли, продал их с Нико дом в Лондоне и положил деньги на ее счет, зафрахтовал яхту…
Однако теперь, когда Филипп согласен поговорить, вполне возможно, что нужда в похищении дочери отпадет.
– Спасибо, что тратишь на меня время, Филипп. Как она?
– Очень хорошо.
Сандра не обратила внимания на его неприязненный и сухой тон. Какая разница, если она в двух шагах от своей девочки?
– У тебя случайно нет ее фотографий?
Неужели Филипп не понимает, как она жаждет увидеться с дочерью?
Он молча полез во внутренний карман пиджака и достал пачку фотографий. Пальцы Сандры затряслись, и она жадно схватила их. Впервые за два долгих года она видела свою дочь!
Солнечная девочка! Смеющаяся, задорная, счастливая. В платьице, в купальничке, снова в платьице, с хвостиками, растрепанная, на лодке, в бассейне, с игрушками…
Как много фотографий Джолли он носит с собой! Словно любящий отец, который гордится своей дочерью. И ее девочка на фотографиях выглядит совершенно довольной жизнью.
Господи, неужели она ошибалась? Сандра еле сдерживала слезы. Ее терзали противоречивые чувства. Радость оттого, что она видела свою малышку такой безмятежно счастливой… И горе: она, Сандра, явно была здесь лишней. Филипп глядел на нее с презрительным пониманием.
– Да, Сандра, она счастлива, вполне счастлива. Хочешь испортить ей жизнь?
Она не смогла ответить – мешал комок в горле. Планы рушились, как карточные домики.
Джеймс уверял ее, что Филипп не любит свою племянницу, а лишь исполняет свой долг перед ее отцом, своим братом Нико. На этом все их планы и строились. Если Филипп не интересуется девочкой, если любит только собственную дочь, то им будет легче увезти ее.
В действительности, похоже, все обстояло совсем не так. Он носит с собой целую пачку ее фотографий, он любит ее. Возможно, Джолли тоже его любит. Откуда ей знать, что ее дядя – злейший враг ее матери.
Сандра почувствовала острую боль в груди и поднесла руку ко рту. Филипп догадался о ее чувствах, в его глазах мелькнуло нечто вроде торжества.
– Уезжай домой, Сандра. Не мучай себя и других. Что будет с Джолли, если ты неожиданно появишься в доме? Шок, слезы…
Она старалась не поддаваться его убедительным речам. Джеймс не мог лгать. Он всегда стоял на страже ее интересов.
В чем же дело?
Если бы ей хоть раз пришло в голову, что она может причинить Джолли вред, она бы никогда не согласилась на похищение.
Неужели она зря приехала на этот проклятый остров?!
Глава 2
Сандра изо всех сил противилась очевидному. Филиппу нельзя доверять, твердила она себе. Он только и ждет, что она сдастся и отправится домой, несолоно хлебавши, навсегда отказавшись от своего ребенка.
Она нахмурилась. Где-то на самом дне сознания что-то отчаянно мешало успокоиться и мыслить логически. Нечто, связанное с фотографиями. Их так много! И на всех Джолли в полном одиночестве. Почему? Филипп на ее вопросы отвечал резковато.
– Других фотографий у меня нет. Все, что было, показал.
– На них только Джолли.
– Ну да. Моя любимая племянница. Как ни странно, на этот раз в его голосе не было и намека на цинизм или издевку. Несмотря на это, Сандра почувствовала, как ее охватывает холодная и безошибочная уверенность в том, что он попался.
– Очень интересно. Какой странный отец! Тысяча снимков любимой племянницы – и ни одного портрета его собственного ребенка. Должно же быть какое-то объяснение такому странному предпочтению?
Она послала ему обворожительную улыбку, нарочито не обращая внимания на ярость, сверкнувшую в его глазах, на неожиданный румянец на скулах, мгновенно сменившийся небывалой бледностью.
– Чем же ты сама объясняешь это? – холодно усмехнувшись, спросил он.
– Ну, например, тем, что ты заранее предполагал, что я появлюсь здесь, и собрал все ее фотографии в этом доме, чтобы показать мне…
– Жест доброй воли, не так ли?
– Только не в нашем случае. Ты ведь дал мне понять, что дочери мне не видать, как своих ушей. Зачем же фото? Они не заменят мне ее, это ясно, а вот желание увидеться с ней разожгут. Не стоило так рисковать.
– А как насчет тщеславия? Возможно, мне просто хотелось показать, как хорошо она живет, как о ней заботятся…
– Не делай из меня дурочку, ладно? Может, кто-то о ней и заботится, но не ты. Джеймс рассказывал, что тебе наплевать на девочку.
– Серьезно? Он так сказал?
– Да. И я была убита этими словами, тем, что мой ребенок лишен любви.
– Но она…
–., из рода Фестанакисов, это я знаю. Поэтому девочка и обеспечена всем необходимым. Честь семьи, как же! И все же ты не испытываешь к ней ни малейшей симпатии. Она растет, как падчерица, моя дочь! Вот что ранило меня в самое сердце. Ты терпишь ее только из-за своего чудовищного тщеславия и тупой уверенности, что ты лучше, чем я…
– Ну, последнее вряд ли можно опровергнуть.
– Это мы еще посмотрим. А что до Джолли, то она во мне нуждается, и я здесь для того, чтобы в жизнь моей дочери вошла настоящая любовь!
– Ты только запутаешь и испортишь все на свете…
– Отнюдь! Я была дурой, что верила тебе, позволила обмануть себя этими карточками и твоими заверениями, что она – самое главное в твоей жизни…
– Но это так и есть! – Его руки неожиданно сжались в кулаки.
– Расскажешь это кому-нибудь другому! – Ее лицо пылало гневом, волосы развевались. – Простой здравый смысл должен подсказывать, что собственные жена и дочь должны быть тебе гораздо дороже. Ты чудовище, если хочешь запретить ей видеться с единственным человеком, которому она по-настоящему дорога. Ты просто боишься, что правда выйдет наружу, и я докажу это. Я прекращу этот фарс!
– Ты ошибаешься насчет моих чувств к Джолли. – Его голос дрожал от еле сдерживаемых эмоций. – И мне жаль, что ты поверила Крайтону. Я думаю, у него свои причины говорить так…
– О, да! Он заботится…
– Интересно знать, о ком? Попытайся догадаться сама.
– Он говорил мне, что ты хитрый. Думаю, он прав. Это ведь не простое совпадение, что ты оказался здесь? Офицер на таможне, задержка, обыск – все это твоих рук дело. И пока я сидела там с холодными от ужаса руками, ты судорожно подбирал фотографии моей дочери, чтобы доказать мне, что я здесь не нужна!
– Стафос мне звонил, это верно. Мы приятели, вместе ходим на рыбалку. Он знает, что ты вдова Нико. Но эти фотографии никто не подбирал, они со мной всегда, – Он насмешливо и недобро усмехнулся. – И, кстати, я не рассчитывал встретиться с тобой раньше, чем еще через пару-тройку лет. Ты что, в бегах?
– Разумеется, нет. Я освободилась полгода назад.
– Полгода! – Его удивление было явно преувеличенным. – И у тебя хватило терпения не бросаться сразу на поиски обожаемой дочери?
– Я была больна. Поэтому, кстати, и освободилась раньше времени.
– Что ж, сейчас ты вполне пристойно выглядишь.
– Хорошие врачи, хороший уход и ясная цель в жизни, вот и все.
Она больше не хотела говорить с ним. У нее не было сил. Гнев и злоба опустошают, и она старалась побороть эти чувства. К несчастью, Филипп как-то странно на нее действовал. Самоконтроль, где ты? Ау!
– В любом случае, нам надо поговорить. Я еще не совсем здорова, а эта жара способна погубить любого. Если ты не против, давай заедем в какую-нибудь таверну…
– Что ж, если ты настаиваешь на прогулке, то моя машина неподалеку…
– Я настаиваю на встрече с дочерью. Это вряд ли можно назвать прогулкой, – холодно ответила она.
Стычка с Филиппом вымотала ее так, словно она провела двадцать раундов на боксерском ринге. Что ж, даже если она выстояла сейчас, в дальнейшем силы ей все равно понадобятся.
Филипп коротко поинтересовался, даже не взглянув на нее:
– Надолго к нам?
– Насколько потребуется, чтобы добиться того, за чем я сюда приехала.
– Что ж, тогда мы подыщем тебе уютный домик, в котором ты сможешь состариться и поседеть.
– Я совсем забыла. У меня уже есть дом.
– Где же?
– Я не знаю. Джеймс должен был оставить мне адрес перед отъездом.
– Он всегда останавливается в отеле Зантоса. Пять звездочек, два бассейна, сауна…
Сандра едва слушала его иронично звучавший голос. Она еле держалась на ногах. Ей нужна ванна, нужен отдых, иначе она умрет на этом самом месте. Она прикрыла глаза, тяжело вздохнула и очень тихо попросила:
– Филипп, прошу тебя. Мне нужно позвонить туда. У тебя есть телефон?
Он остановился и испытующе взглянул ей в лицо.
– Пойдем-ка в тень.
Он уверенно вел ее, переводя через дорогу, уводя в тенистую и тихую аллею. Она вдруг подумала, что уже миллион лет не шла за ним вот так, чувствуя его крепкую руку. Когда они последний раз были вместе? Ах, да, конечно. В ночь накануне его помолвки с Лореной. Она очень хорошо помнила ту ночь. Нежную. Жаркую. Полную любви.
Она очнулась и вздрогнула. Крепость рук Филиппа дарила обманчивую уверенность в безопасности. На самом деле этими самыми руками он с удовольствием швырнет ее в клетку с голодными львами, ежели такая возможность ему подвернется!
Он оглянулся, и его лицо оказалось совсем рядом. Его дыхание шевелило легкие завитки ее волос, его тело будило в ней смутные желания, его близость заставляла чувствовать все острее… Неожиданно он мягко привлек ее к себе. Она закрыла глаза, не в силах сопротивляться, чувствуя себя безвольной куклой в его руках.
– Я не слишком хорошо себя чувствую. Ее сердце проваливалось куда-то глубоко-глубоко, а вот сделать она ничего не могла. Лицо Филиппа было слишком близко. Опасно близко от ее губ.
– Что ж, тогда нам действительно лучше найти таверну и передохнуть. Съесть чего-нибудь, выпить вина…
Мне нужен Джеймс, в панике подумала она. Джеймс сначала, а потом сто часов крепкого здорового сна. Их взгляды встретились, и Филипп мгновенно стал прежним, насмешливым и циничным.
– Смотри-ка ты… А ты еще действуешь на меня! Кажется, и я тебе не безразличен…
Он открыл дверцу своего автомобиля и помог Сандре сесть. Теперь в его прикосновениях чувствовалась агрессия. Сандре даже показалось, что он почти впихнул ее в машину.
– Расслабься. Береги силы. Во имя неба, или ада, я не собираюсь посягать на твою невинность, – грубовато бросил Филипп, усаживаясь рядом с ней.
– Разумеется. Хватило и одного раза.
– Совершенно верно.
Он замкнулся в мрачном и гордом молчании, а Сандра без сил откинулась на спинку сиденья. Закрыв глаза, она вспоминала его смуглую кожу, его чувственные губы, едва не слившиеся с ее губами в жарком поцелуе. Если бы это произошло, она не смогла бы удержаться.
Слишком слаба, слишком утомлена путешествием. Иначе, разумеется, возмутилась бы его бесцеремонностью и той легкостью, с которой он распоряжается ее жизнью. Сандра отвернулась и стала смотреть в окно. Непрошеные воспоминания роились в мозгу, играя плохую шутку с обессиленным телом. Воспоминания о про шедшей любви…
Совершенно некстати, но очень вовремя она заметила, что ее чемодан остался лежать в пыли, и закричала:
– Мои вещи!
Он остановил машину и повернулся к ней. Его глаза были черными, словно антрацит. Сандра неожиданно вновь почувствовала странное напряжение, повисшее между ними, наэлектризовавшее воздух, стиснувшее ее сердце.
Он женат. И должен вести себя как подобает. А как подобает в подобной ситуации?
– Ничего с твоими вещами не случится, не кричи. На этом острове живут честные люди.
Его слова обожгли, как неожиданный удар ножа. Филипп вышел из машины, оставив за собой легкий аромат лимонного мыла и дорогого одеколона. Она с тоской смотрела ему вслед. Волосы все так же непокорно закручиваются кольцами. Как он только не пытался выпрямить их хотя бы на висках!
Пока он ходил за чемоданом, она наконец-то смогла вздохнуть свободно. Кислородная недостаточность, вот что это такое! И жара. Плохие новости: в течение нескольких дней ей придется выносить от Филиппа все его выходки, все, что придет ему в голову. Она должна держаться.
Должна вытерпеть все и еще чуть-чуть сверх того. Ради дочки.
Они поедут на побережье и будут строить замки из песка. Купаться. Смеяться. Интересно, сколько времени уйдет на то, чтобы Джолли привыкла к ней?
Любовь к ребенку помогла ей выжить в тюрьме. Болезнь помогла понять самое главное: ничто на свете не имеет значения, только ее ребенок.
Трудности еще впереди. Им с Джеймсом и Джолли предстоит по морю добраться до Ионийских островов, а затем пересечь всю Европу, и только после этого вернуться в Англию. Во время этого путешествия она будет играть с девочкой, читать ей, рассказывать сказки. Джолли полюбит ее, обязательно полюбит.
Маршрут был выверен по карте. Джеймс лично разведал все пути отхода и обнадежил ее. Теперь все дело в ней самой. Она должна быть сильной. Если она заболеет…
– Ты выглядишь так, будто вот-вот развалишься на части. Думаю, таверна не является самым удобным для тебя местом в данный момент.
– Ты прав, гостиница подошла бы куда лучше, но мне нужно экономить.
Она прогнала от себя видение мягкой кровати, чашки кофе и горячей ванны.
– Тогда доверься моему вкусу. Если не понравится, позвонишь своему адвокатишке.
Она вздохнула и прикрыла глаза. Через некоторое время почувствовала его взгляд, слабо пошевелилась и подняла отяжелевшие веки. Филипп поспешно отвел глаза.
– Поспи. Я тебя разбужу, когда приедем.
Она бы поспорила, но веки снова налились свинцом. И все же сквозь опушенные ресницы, борясь с наплывающим сном, Сандра смотрела на Филиппа, не могла больше не смотреть: классический греческий профиль, густые ресницы, черные глаза, чувственный рот. Он был в рубашке с коротким рукавом, выгодно подчеркивавшей его прекрасную мускулатуру.
Невозможно красив. Нет, не просто красив – чертовски привлекателен. Он притягивает ее даже сейчас, после стольких лет обид и унижений. Она не забыла…
Джолли совсем рядом, только руку протяни. Она добьется своего, обязательно добьется, только надо быть осторожной. И внимательной. Зачем он заботится о ней? Почему бы не отвезти ее в тот отель, который он так язвительно описывал? Сандра заснула. Во сне ее руки были беспомощно прижаты к сердцу, словно закрывая рану, нанесенную каким-то невидимым орудием.
Филипп знал, что это за орудие. Джолли. Ее дочь. А нанес эту рану он. Филипп тряхнул головой. Надо помнить, что она не успокоится, пока не нанесет ответный удар. Тем же самым оружием. Джолли.
Он не имел никакого права разлучать мать и дочь. Никакой суд не согласился бы с этим. Единственная его надежда была на то, что Сандру можно было бы обвинить в неадекватном поведении. Другими словами, в сумасшествии.
Он бросил на нее короткий взгляд, стараясь не смотреть на полную грудь, мерно вздымавшуюся под тонкой тканью. Он хотел ее. Очень. Но об этом придется забыть.
В один прекрасный день Сандра попытается похитить Джолли. Маленькая девочка в компании двух взрослых и чужих для нее людей пересекает Европу. При этой мысли на скулах Филиппа заходили желваки.
Крайтон – негодяй. Он не доверяет ему ни на грош.
Сандру надо держать подальше от девочки. Он должен быть уверен, что она не сможет добраться до малышки.
Неожиданная мысль заставила сердце забиться чаще, кровь ударила в виски. У него есть идея. Прекрасная идея. Одним ударом он убьет сразу нескольких зайцев.
Ведь и у него есть оружие.
Секс.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?