Читать книгу "Ночь с драконом"

Кира Фарди
Ночь с драконом

ГЛАВА 1

Я в очередной раз попалась в ловушку мамы…

Моя неугомонная родительница позвонила утром и закричала в трубку:

– Мия, подъем!

– Мамуля, я спать хочу, давай чуть позже, а…

Я отбросила телефон и вдавила голову в подушку: ничего не знаю и знать не хочу. Выходной день, суббота, спать, спать, спать…

Тяжелые веки снова слиплись, словно смазанные клеем, легла поздно, запоем читала книгу. Все мечтала дождаться, когда герои сойдутся. Увы, и там вмешались родители. И почему старшему поколению не сидится на месте? Старикам о душе пора думать, о боге, а они молодежи жизнь портят!

– День на дворе, хватит дрыхнуть! – завопил голос мамы в ухе.

Испуганно встряхнулась: неужели не отключила звонок? Или это у меня в голове шумит?

– Какой день? Ты о чем? – сонно посмотрела на серое окно, по которому с адским усердием барабанил дождь, на экран телефона. – Девять часов утра.

– Ничего не знаю! Я хочу позавтракать со своей дочерью, имею полное право! Жду по этому адресу.

Тут же щелкнула смс, а я со стоном откинулась на подушку.

И вот теперь сидела за столиком в кафе в гордом одиночестве, с тоской смотрела в окно на дождь, заливавший город, на улицу, где под колесами машин лужи превращались в маленькие цунами.

Я перевела взгляд на чашку с кофе, сделала глоток и поморщилась: американо уже остыл и был таким же черным и мрачным, как мое настроение.

А все мамочка виновата!

Она мечтала выдать меня замуж. Это ее идея-фикс, с которой она носилась, будто с торбой писаной. Еще бы! Мне уже двадцать пять лет, а на горизонте не видно ни одного жениха. С некоторых пор свидания вслепую стали нормой моей жизни. С завидным постоянством я каждые выходные сидела в кафе и скучала в ожидании очередного сыночка подруги мамы… или подруги маминой подруги… или…

Леший разберет эти запутанные отношения!

Телефон завибрировал на столе, покосилась на экран – мама, наверняка где-то спряталась в уголочке, сгорая от любопытства.

– Мия, достань айпад! – приказала она, я огляделась: интересно, откуда она наблюдает за мной. – Я сказала, что перед тобой будет стоять планшет в красном чехле.

– Мама, можно я хотя бы сначала посмотрю на то чудо, которое ты мне сватаешь?

– В этот раз нет!

Она права: я успеваю удрать до приветствия, так как все эти сыночки, засидевшиеся в холостяках, тоже кавалеры не первой свежести. Мама считала, что я не давала потенциальным женихам шанса раскрыться.

– Хорошо, – вытащила айпад из сумки, положила его на стол и хитро спросила в надежде выцыганить информацию: – А как я кавалера узнаю?

– Ну… он будет в… галстуке.

Отличная отмазка, мамулю не проведешь.

– Я не хочу замуж. Можно я сама найду себе пару?

– Где? В твоей библиотеке, где кукуют одни старые девы?

Опять вздохнула: и на этот раз мама права.

– Ну… я еще в бассейн хожу и в клубы… иногда…

– В клубах пустобрехи собираются. Выпивка и случайный перепихон – их ночное счастье.

– Зачем ты так?

– Короче, не спорь со мной, Мия!

Мама отключилась. В кафе по-прежнему было пусто, только я, бармен да трясущаяся в припадке скуки кофемашина.

– Дзинь, – зазвенел колокольчик у дверей.

Быстро обернулась: у входа стоял мужчина. Лицо я не увидела: его закрывал зонт, который посетитель в этот момент пытался сложить. Зато хорошо разглядела ноги в… резиновых сапогах, в которые по-деревенски были заправлены брюки.

Что?

Ек-макарек! Только мне лесника в женихи и не хватало! Я бросила айпад в сумку и мигом снялась с места. У дверей толкнула мужика плечом, вырвалась на улицу и понеслась к пешеходному переходу.

– Мия, стой! – голос мамы камнем прилетел в спину. – Стой!

Резко затормозила, посмотрела назад, ливень заливал лицо, вода потоком стекала с волос, закрывая обзор. Мама в дождевом мареве стояла на крылечке кафе и махала рукой. Отчего-то сжалось сердце, но я не поддалась секундной слабости.

– Все! – закричала ей. – С меня хватит! Больше никаких свиданий!

Развернулась и понеслась к пешеходному переходу, как раз запиликал светофор на углу.

– Дочка, мое время на исходе! Дай мне шанс увидеть внуков!

Кажется, будто наткнулась на каменную стену, что за сериальные страсти? Ее слова ударили по натянутым нервам и по сердцу. О чем она говорит? Это очередной хитрый прием?

– Мама, не пугай меня!

– Мия, вернись! Я говорю правду.

Ну, уж нет! Не попадусь больше на ее удочку! Мигом снялась с места. Шаг, другой… Визг тормозов взрывом ворвался в мозг, обернулась и увидела: на меня летит огромная махина автобуса. Замерла, парализованная, еще почувствовала удар, боль от падения и провалилась во тьму…

***

–Шилесса, шилесса, очнитесь!

Удары по щекам сопровождали каждое слово, но боли я не чувствовала: в голове творилось что-то невероятное, какофония звуков, голосов, мелькание образов.

– Не хочу, не хочу! – тоненько визжал кто-то женским голосом. – Не поеду!

– Вы удостоены чести, – басил мужчина.

– Да пошел ты!

– Найдите другую жертву! – появилась женщина в развевавшейся одежде. – Возьмите любую служанку.

Страшное лицо с огромным носом надвинулось на меня, я вскрикнула, сразу захотелось тараканом спрятаться в щель.

– Нужна девушка королевской крови, – ответил ей кто-то.

– Заберите дочь наложницы?

– Какую?

– Хотя бы эту.

Новый хлесткий удар ожег кожу и вырвал меня из кошмара. Я подняла тяжелые веки: на меня смотрели огромные карие глаза миловидной девчушки.

– Ох, шилесса, как вы меня напугали!

Я села, ничего не понимая, ощупала себя, кости целы, какое счастье! Во всем теле небольшая ломота, и только.

И тут вспыхнуло в мозгах: мама!

Вскочила с воплем:

– Мамочка, что ты там…

Слова застряли в горле: я была в большой комнате, рядом со мной – незнакомая девушка в странной одежде, и ни дороги, ни автобуса, ни дождя нет…

ГЛАВА 2

Истерика комом встала в горле, я с усилием протолкнула ее внутрь. «Это сон! – появилась первая мысль. – Начиталась на ночь, вот и привиделось всякое».

Я легла, плотно зажмурилась и сделала несколько вдохов-выдохов.

– Шилесса, что с вами? – захныкала над ухом девчонка. – Вы меня пугаете.

«Не обращай внимания! – убеждала себя я. – Это сон. Или бред. Я в больнице».

Но ничего не произошло. По-прежнему не чувствовала боли, наоборот, в теле была какая-то воздушная легкость, хотелось взмахнуть руками и взлететь. Это желание так тревожило, так сжигало изнутри, что я щелкнула пальцами, чтобы отогнать его. Кончикам стало нестерпимо горячо.

Рядом кто-то восхищенно взвизгнул. И чего это медсестры веселятся? Больница все же. Тишина… покой… мысли о вечности.

Приоткрыла глаза, а потом распахнула их потрясенно. Вокруг меня порхали бабочки. Десятки, сотни крохотных бабочек. Они трепетали крылышками, вспыхивали разноцветными огоньками, наполняли воздух нежным шелестом и ароматом.

– Что это? – села от шока, впервые вижу такое чудо.

– Шилесса, – ко мне на шею бросилась кареглазая девчонка. – Шилесса! Какое счастье! – она выбежала из комнаты, уже радостно крича во все горло: – К шилессе Мие волшебство вернулось.

– Что это? – я повторила вопрос в пустоту и огляделась.

Комната нисколько не походила на больничную палату. Ее стены были задрапированы тканью, такой пестрой, что в глазах рябило. Или это рябило от мелькающих везде бабочек?

– Скройтесь! – взмахнула рукой и щелкнула пальцами.

И тут же, словно по волшебству, крылатые милашки исчезли, зато в комнату ураганом ворвалась толпа людей, и впереди всех семенила женщина в широких одеждах. Где-то я ее уже видела.

– Ах, шилесса Мия! Мы уж и не чаяли…

– Такая радость! Видел бы вас батюшка…

Люди засуетились вокруг меня, захлопотали. Я смотрела на них круглыми глазами, ничего не понимая.

– Кто вы? Где я?

Все вокруг казалось странным: эти люди в непонятной одежде, их слова, восторги, обращение ко мне. Да и на мне платье в пол, а грудь невыносима стянута, невозможно сделать полный вдох.

– Снимите с меня это!

Я дернула плечом, завела руки за спину, пытаясь найти застежку. Ко мне бросилась кареглазая девушка.

– Ослабить шнуровку, шилесса?

– Что? Какую шнуровку? – не поняла я и вдруг до меня дошло – корсет. На мне древний корсет. – Да, ее.

– Выйдите все! – приказала людям женщина.

«Где же я ее видела? – напрягла мозги. – Только что видела».

Но память пока отказывалась помогать хозяйке, зато шок прошел, в работу включились мозги.

«Так, я не в больнице. Но место странное, больше похоже на съемочную площадку. Не могла же я переместиться с улицы сразу сюда. Или меня жених похитил? Черт! Это надо проверить!»

Девчонка ослабила шнуровку, и дышать стало легче. Я заметила в углу что-то похожее на зеркало, бросилась к нему и отпрянула, так испугалась отражения.

Нет, я видела себя, но в совершенно непонятном образе. На мне было нежно-голубое платье с широкими рукавами и юбкой. Талия перехвачена синим корсетом, который высоко поднимал грудь. Волосы убраны в высокую прическу, но сейчас немного разлохматились, и украшены лентами и заколками.

Совершенно не та Мия, что я привыкла видеть каждое утро. Та обычная городская девушка, живущая в век технологий. Она носит джинсы, футболки, куртки, убирает волосы в высокий хвост, бегает по утрам и выдает библиотечные книги подросткам и старушкам.

А эта нежная фиалка с растерянным лицом, кисейная барышня, готовая в любую минуту хлопнуться в обморок. На ней нет ни грамма косметики, а полупрозрачная кожа сияет розовым светом, более интенсивным на щеках, серые глаза, всегда казавшиеся мне не слишком выразительными, сейчас словно подернуты дымкой и отливают серебром.

– Кто это? – шепнула я деревянными губами.

– Ах, Мия! – женщина подошла сзади и заправила прядь волос мне за ухо. – Не узнаешь себя? Ты сегодня чудо как хороша, может, потому и магия вернулась.

Сначала мне показалось, будто дама любовалась моим отражением, но ее голубые глаза словно закрывала корка льда. Такое впечатление, что она изучала меня, исследовала в своих целях, но зачем?

– Магия – это бабочки? – еще больше порозовела от комплимента. – Я не знаю, откуда они появились.

Девчонка хихикнула, закрывав рот ладошкой. Покосилась на нее сердито: чего смешного я сказала? Она сразу сделала серьезное лицо, но от теплых глаз разбежались лучики смешинок.

– Да, кайри, – кивнула дама. – Но это не бабочки.

– А…

Я замолчала. Не время для расспросов. Придется доходить своим умом, чтобы не попасть впросак. И надо вернуться домой, но как? Хотя… зачем переживать? Скоро все прояснится, и глупая шутка мамочки и нового женишка закончится.

– Мия, нам нужно серьезно поговорить.

– О чем? – встряхиваюсь. – И вы кто?

В звенящей тишине слышалось, как где-то пела птичка, старательно выводила трели нежным голоском.

– Пикси, как это понимать? – дама повернулась к девчонке. – Ты куда смотришь? Что случилось с госпожой?

– Я… я… не знаю. Я выносила воду после умывания. Пришла, а шилесса лежит на полу…

– Несносная девчонка! Есть там кто? – в комнату сразу ворвались люди. – К позорному столбу ее! Десять ударов горящим хлыстом?

– Госпожа, простите меня! – девушка с грохотом хлопнулась на колени и ударилась лбом о пол. – Простите, недоглядела.

Она всхлипнула и залилась слезами. Я смотрела на это представление и не верила своим глазам. Я куда попала? Что за дикие нравы?

Два здоровенных парня подхватили девушку под руки и поволокли к выходу. С меня слетело оцепенение.

– Стоп! Не трогайте ее!

Кинулась наперерез и раскинула руки, не позволяв им пройти. Дама остановила мужчин властным жестом.

– Шилесса Мия, не стоит эта низкородная служанка вашей заботы.

– Я сама упала! – упрямилась я, не позволю наказать такую милую девчушку. – Запнулась и упала. Она тут ни при чем!

– Тогда, почему вы не помните, кто я?

– Не знаю. Провал в мозгах, и все. Но девчонка не виновата, она помогла мне прийти в себя.

Дама отпустила громил, а Пикси (хорошо, что теперь знаю, как ее зовут) умоляюще сложила на груди руки.

– Спасибо вам, большое! Спасибо!

Она бросилась к моим ногам, схватила край платья и исступленно его поцеловала. Я вырвала ткань, но девушка тогда припала к туфлям.

Дурдом какой-то!

– Выйдите все! – взвизгнула я. – Оставьте меня одну!

– Мия, нам нужно поговорить, – уперлась рогом дама.

– Потом, все потом! Черт возьми! Дайте мне все вспомнить!

ГЛАВА 3

Ужас охватил меня, я на миг закрыла лицо руками и замерла.

– Шилесса…

Черт!

Я не хотела больше слышать это слово, поэтому не выдержала, легонько подтолкнула женщину к двери, она недоуменно посмотрела на меня, но повиновалась. Пикси вскочила и, кланяясь на каждый шаг, тоже попятилась к выходу.

Наконец я осталась одна и выдохнула. Боль обручем охватила голову и давила, давила, давила...

«Думай, Мия, думай! – внушала себе.

Я была на улице, на меня наехал автобус, я упала, стукнулась затылком, потеряла сознание. Это нормально, рядовая авария на скользкой дороге.

Но как оказалась здесь? Какая магия? Почему бабочки не бабочки? И вообще, кто эти люди? Вопросы роились в множились, и ни на один не было ответа. Осторожно огляделась в поисках скрытой камеры. Если ее найду, мамуле и ее кандидату в мои мужья не поздоровится, ох как не поздоровится!

Медленно обошла комнату. Ее обставили старинной мебелью из дерева, покрытого резными узорами. Провела пальцем по изящным линиям и невольно залюбовалась талантом мастеров. Выдвинула каждый ящик. В них лежали украшения, какие-то баночки, коробочки, ленты, принадлежности для письма. И все невероятной красоты и тонкости работы.

На широких полках хранилась одежда, роскошная, из шелка и кружева. На столике лежали книги в тяжелых переплетах. Открыла одну и охнула: каждая страница не напечатана, а написана вязью.

«О боже! Да у них и реквизиты из музеев. Ничего себе спектакль! – покачала головой. – Респект и уважуха, как говорит мой сосед-подросток, жениху и мамуле, постарались на славу».

– Ладно, где вы? – спросила вслух. – Я впечатлилась, выходите уже, а? – обернулась, заметила, как на противоположной стене слегка колыхнулась обивка, и крикнула: – А, вот вы куда спрятались!

Бросилась туда, отодвинула ткань и с визгом отскочила: на меня смотрело чудовище.

Перед глазами потемнело, и я опять провалилась в никуда.

Пришла в себя быстро, подняла веки и сникла: вокруг те же стены, в глазах все мелькает от пестроты, но нет ни мебели, ни ложа, зато потолок был так близко, что могла достать его рукой.

И достала…

Я взвизгнула, начала метаться в панике. Неожиданно сообразила, что болталась в воздухе на каком-то сияющем облаке, и оно шевелилось подо мной, будто живое.

– Помогите! – вырвался из горла беспомощный сип, голос отказался повиноваться. – Кто-нибудь! Что происходит?

А облако подо мной еще больше заволновалось, комната наполнилась едва слышными взволнованными голосами. Слов различить было невозможно, только повторялось шипение:

– Ши-ши-ши, шилесса…

Опять? Да, они все спятили!

Взмахнула руками, облако вмиг распалось, я полетела вниз, вскрикнула, меня тут же подхватили крохотные крылышки, а в голосах появились нотки паники:

– Шилесса, шилесса, шилесса…

– Опустите меня, немедленно! – наконец я пришла в себя.

И сразу оказалась на мягком ложе, окруженная сияющими бабочками. Они порхали надо мной, радостно трепеща крылышками, и счастливо повторяли:

– Шилесса, шилесса, шилесса.

Я села, протерла глаза, пригляделась и вздрогнула: четко увидела микроскопические лица, которые смотрели на меня круглыми глазками.

Свят-свят! С трудом подавила желание перекреститься.

– В-вы кто? Хватит мельтешить! Голова кружится.

Бабочки, словно получив команду, замерли на миг и опустились на кровать. Теперь я сидела в пушистом колышущемся цветнике.

– Мы кайри, шилесса. Твои кайри.

– Святые помидоры! – сорвалось с губ ругательство.

Шелест крыльев прекратился, я слышал сказанные слова отчетливо, или мне так показалось? Может, это у меня в башке светопреставление? Так и видела, как перепутались извилины. Во всяком случае я прекрасно понимала язык этих крохотных созданий.

Чувствовала, еще чуть-чуть, и мозг сломается от мыслей и вопросов. На миг закрыла глаза. «Это иллюзия, – сказала себе. – Не поддавайся обману!»

Но от удивления прийти в себя не могла. И как мамуле и будущему жениху удалось создать такой эффект? Он точно большой мастер электронных технологий!

– А поподробнее? Кто такие кайри? И что за жуткую морду я видела там, наверху?

Показала рукой на стену.

– Там, – облако взлетело и снова опустилось на ложе, – портрет егереса драконов.

Информация ударила по мозгам и нервам, я на миг растерялась.

– Т-а-а-а-к, приехали! Тут еще и драконы водятся?

– Конечно. Это их мир.

Встряхнула головой: «Чур меня!»

Огляделась в поисках камеры. Развести меня решили по полной программе, что ж, поиграем.

– Неужели? – сарказм так и капал с языка. – А мне показалось, что я видела людей.

– Все правильно! – восторженно вспорхнули кайри. – Мир населен разными расами, и одна из них – драконы.

– Это такие твари с огромными крыльями? – уточнила я на всякий случай, мучительно вспоминая картинки из книг фэнтези.

– Что вы, шилесса! – кайри накрыли меня облаком, почему-то я почувствовала силу их страха, которая передалась и мне. – Тише, тише! У них везде глаза и уши! Драконы – главная раса на земле.

– Главная, говорите? – я опустила ноги на пол и решительно пошла к портрету, кайри за моей спиной попискивали.

Какая, к черту, раса? Какое главенство? Жрут эти твари, конечно, хорошо, может, потому их мои бабочки и боятся. Но чем тогда они отличаются от обычных диких зверей?

Отодвинула драпировку, отошла на несколько шагов назад и, наклонив голову, стала разглядывать чудовище.

В моем представлении дракон – это что-то похожее на варана, только с крыльями. Унылое по цвету, бородавчатое и ужасное на вид существо. Во всяком случае – это животное без мозгов и мышления.

И увиденное меня не разочаровало. Передо мной была огромная ящерица, наделенная крохотной головой с полным отсутствием лба. Размах крыльев впечатлял, но не больше. Еще у чешуя светилась необычным цветом, густо-коричневым с огненными прожилками. Красиво, конечно, ничего не скажешь.

Перевела взгляд на глаза дракона и окаменела. Большие, выпуклые, цвета густого шоколада с красными искрами в глубине радужки, прикрытые тяжелыми веками, они будто заглядывали мне прямо в душу. В черных зрачках играло пламя, оно то вспыхивало ярко, то гасло.

Мурашки бежали по спине, собирались в стаи и щекотали пятки. Миг – и мир перестал существовать. Были только дракон и я… Я и дракон.

Разумом я понимала, что передо мной иллюзия, но эффект живого присутствия этой твари был очень силен.

– Нет, шилесса! Не смотрите в глаза! Не смотрите!

Одни кайри заволновались, метнулись к стене, качнув меня потоком воздуха, настолько мощным был их порыв, закрыли драпировку. Другие окружили меня теплом и лаской.

– Не пугайте шилессу, – заволновались третьи. – Она не его истинная!

А это еще что за зараза? Истинная какая-то? Наваждение исчезло, но осадок остался.

– Какой кошмар! – я растерла пальцами виски. – И почему вы так переполошились? Это всего лишь картина.

– Да-да, картина, – кайри дружно затрепетали крылышками. Я пригляделась, но так и не поняла, кто же они все-таки говорили. – Но картина магическая, поэтому ее закрыли тканью.

– И чем она мне грозит? Подумаешь, посмотрела!

– Вам не грозит ничем, вы же не истинная дракона.

– Может, объяснитесь?

– Ах, шилесса! Вам лучше не знать.

Вот и отлично!

Ничего не хотела больше слышать, голова распухла от навороченной с три короба лжи. Я посмотрела на дверь и крикнула:

– Все, хватит! Я оценила ваши старания. Выходите, давайте знакомиться!

Комната мгновенно заполнилась людьми, словно они ждали за дверью.

Я искала среди постановщиков и массовки лицо мамы, но не находила. Ко мне бросилась девчушка с карими глазами, суровая дама посмотрела презрительно, а из-за его спины выглянул господин в белом одеянии. Он держал в руках сумку, похожую на старинный медицинский саквояж.

«Точно! – мелькнула мысль. – Я попала в аварию, у меня проблемы с головой. Это все видения, плод моего воображения. Меньше книжек надо на ночь читать. Мама права!»

От облегчения, что наконец-то я понимаю происходящее, чуть не заплакала.

Бросилась к врачу.

– Доктор, что со мной?

– Не волнуйтесь, госпожа Мия, – медик ласково взял меня за руку и повел к ложу. – Со всеми девушками такое случается, когда они узнают правду.

– К-какую правду? – я выдернула руку и шагнула назад.

– Шилесса, я хочу с вами поговорить, – дама медленно пошла на меня. – Не сопротивляетесь судьбе.

– Какой? Кто мне, черт возьми, объяснит, что здесь происходит?

Пикси вдруг всхлипнула и заплакала, дама зыркнула на нее леденящим взглядом, девушка захлебнулась слезами, икнула, спряталась за спину медика. Я подбежала к ней, схватила за руку и убрал девчонку себе за спину. Не хватало еще, чтобы у меня на глазах обижали ребенка!

– Королевский совет оказал вам достойную честь, – продолжала дама.

– Честь? Как мило, – усмехнулась я и крикнула. – Мама, хватит чудить. Это уже не смешно.

– Ваша мама умерла, шилесса.

– Что?

Час от часу не легче. Я полчаса назад разговаривала с вредной родительницей. Розыгрыш перешел все границы. Быстро посмотрела по сторонам. Так, в этой комнате мне ничего не добиться, надо вырваться наружу. Там все станет ясно.

– Уже давно умерла.

Все. Эти слова стали последней каплей.

– Мне нужно на воздух, – заявила я и, путаясь в длинной юбке, бросилась к двери.

Никто не ожидал от меня такой прыти. Я беспрепятственно покинула комнату, пробежала по коридору, свернула в проход.

– Держите шилессу! – догнал дикий вопль сзади.

Увидев наконец выходную дверь, я бросилась к ней, но дорогу перекрыли какие-то люди.

– Нельзя, вернитесь в свои покои, – остановил меня стражник в странном наряде.

– Покои, говоришь? Да пошел ты!

Бросилась на него с согнутым коленом в надежде, что он увернется, закон самосохранения никто не отменял. Увы, не увернулся. Я заехала ему прямо в пах. Мужик согнулся пополам, а я выскочила на крыльцо.

«Каков розыгрыш, таков и ответ», – мелькнула злорадная мысль, пока глазами обшаривала огромный двор.

И с каждым взглядом по сторонам мне становилось все хуже. Разыгрывали меня дорого и с размахом, достойным олигарха, единственное, о чем я могла подумать. Передо мной был обширный двор с аккуратными дорожками, посыпанными галькой и разбегавшимися во все стороны. В центре журчал струйками небольшой фонтан, вокруг него благоухали пестрые клумбы, порхали звонкоголосые птички.

Идиллия, ек-макарек!

Привстала на цыпочки, пытаясь разглядеть что там, за высокой оградой. Пыжилась, тянулась, так ничего и не увидела. Не стремились в небо высотки, не пиликали клаксонами машины, и вообще я не слышала ни малейших звуков большого города.

До меня начало доходить, что происходит что-то странное, не укладывавшееся в сознание. А еще я поняла, что штурмом эту неприступную крепость взять не получится. Нужен план.

На крыльцо с шумом вывалилась свита сердитой дамы, Пикси подбежала ко мне, умоляюще заглянула в глаза. Только эта девчонка держала мое сознание на плаву, я боялась, что, если еще раз отключусь, накажут служанку.

Я развернулась к даме лицом, задрала подбородок и щелкнула пальцами. Крохотные кайри тут же окружили нас с Пикси облаком и зашелестели:

– Шилесса, шилесса…

– Заткнулись все! – приказала я им и посмотрела на даму. – Я слушаю вас.

– Говорить прямо здесь? – растерялась та.

– Да, почему бы и нет?

– Шилесса Мия, вам оказана великая честь стать заложницей драконов.

– Даже так? Очень мило!

Меня уже никакой бред не пугал, хотелось избавиться от свидетелей и быстро придумать способ, как вернуться домой.

– К сожалению, вам придется расстаться с кайри.

Крошки всполошились, у меня зарябило в глазах от их мельтешения перед носом.

– Это еще почему? Мне они нравятся, правда, милашки?

– Шилесса, мы вас любим, шилесса!

Облако плотно окружило меня, словно заключило в объятия, и приподняло над землей. Мне нравилось покачиваться в воздухе, но больше хотелось чувствовать твердую почву под ногами.

– Я вас тоже люблю, а теперь, поставьте меня.

Я опустилась на землю, с вызовом посмотрела на даму: «Что, съела? С кайри мы не расстанемся ни за какие коврижки!»

– Это условие соглашения. Вы не можете владеть магией в изгнании.

– Т-а-а-а-к, – протянула я. – И что я такое натворила, что меня раз – и в изгнание?

– Ничего. Вы шилесса этой страны, ваш батюшка с болью в сердце отправляет вас в Обитель, но таковы правила.

Я ничего не понимала, но желание избавиться от дамы и ее свиты было настолько сильно, что готова была принять любую чушь, лишь бы меня оставили в покое.

– Хорошо, хорошо. Я согласна, – махнула рукой. – Могу я теперь быть свободна?

– Да, конечно, – дама переглянулась с медиком. – Ошейник целомудрия уже почти готов, в Обитель драконов отправлен гонец с письмом, егерес пришлет специальный эскорт.

Я мало что поняла из сказанного, но это было уже не важно.

– Целомудрия? О как! Суровые у вас нравы, господа, суровые, – покачала я головой.

А в голове крутилась мысль: «Свали уже, исчезни, дай мне осмотреться и подумать». Одно успокаивало: раз на меня нацепят ошейник целомудрия, то на мое тело никто не будет покушаться.

– Вы о чем? – лицо дамы все больше вытягивалось, зато Пикси успокоилась и даже хихикнула в ладошку.

– О том самом. Неужели не знаете? – я подмигнула.

Картина открылась презабавная, я сама чуть не расхохоталась. Дама явно не поняла, о чем это я толкую, и зависла, как сломанный компьютер.

– Оставляю вас с Пикси, – она поклонилась и стала пятиться к выходу.

За ней потянулись стражники, только они ушли недалеко: встали у ворот, видимо, испугались, что бешеная шилесса сбежит. Хромая, по кривой меня обошел охранник, которого я ударила, и наконец двор очистился от людей.

И тут в голове щелкнула идея, я мигом повернулась к Пикси.

– Слушай, мы можем где-нибудь остаться одни?

– Да, шилесса, в саду.

– Окей, веди!

– Сюда, пожалуйста.

Пикси побежала в дальний угол двора к калитке, скрытой зеленью плюща. Только подойдя ближе, я заметила, что здесь зеленая ограда. Кайри затрепетали крылышками и полетели за мной.

– Э, нет, подружки, нам с вами не по пути.

Я щелкнула пальцами, и крошечные создания исчезли. Мне они не мешали, но могли не дать реализовать задуманное. В саду огляделась: деревья, кустарники, клумбы, дорожки, качели на столбах…

Оценивающе осмотрела их, погладила полированное дерево. Отлично, то, что надо. Отошла на несколько шагов, разбежалась и, наклонив голову, чтобы наверняка не промахнуться, помчалась к столбу…