Текст книги "Случайностей у судьбы не бывает"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sluchaynostey-u-sudby-ne-byvaet-243949.jpg)
Автор книги: Кира Леви
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7. Ярослав Давыдов
Тридцать пять лет. Возраст, когда ты – уже состоявшаяся личность с твёрдой жизненной позицией, и появляется возможность остановиться, оглянуться по сторонам, оценить достижения и пересмотреть планы на будущее.
Позади остались учёба в престижном американском колледже, получение учёной степени по экономике, стажировка в солидной компании там же, в Америке. Время нарабатывания навыков и опыта, чтобы в настоящем помогать отцу развивать наш семейный бизнес – перспективную фармацевтическую компанию, приносящую солидную прибыль. Развитие предполагает и расширение сфер интересов, в том числе, и в военной отрасли. Уже второй год государственные заказы обеспечивают нам постоянный рынок сбыта и дают толчок к финансовому росту и продвижению компании вверх в рейтинге Forbes.
Отец, Александр Давыдов, воспитывал нас с братом Артуром в строгости, всегда был к нам требователен и рьяно следил за нашими успехами. Быть его сыном – значит, быть первым во всём. Если учишься, то должен учиться так, чтобы занимать первые места на олимпиадах и конкурсах, если занимаешься спортом, то должен быть капитаном команды – не меньше. Иного отец не принимал. Подобные требования никогда не были для меня какой-то сверхзадачей. Учился я всегда легко, с удовольствием. И спорт я выбрал интересный, в первую очередь, для себя – плаванье. Вода – моя стихия. Я взрослел, менялись и интересы. Мне наскучило плавать только лишь под руководством тренера, и в колледже я занялся водным поло.
Артур так же, как и я, старался соответствовать представлению отца о настоящем Давыдове. Прилежно учился, спорт выбрал контактный – греческую борьбу, и даже получил кандидата в мастера спорта. Только что-то перевернулось в его сознании, когда брату исполнилось восемнадцать.
Наша мать сразу же после дня рождения Артура объявила, что уходит от отца. Мол, разлюбила и у неё есть другой мужчина, более внимательный, понимающий, не такой тиран, как законный супруг. Я легче воспринял эту новость, может быть, потому, что был старше Артура, всё же у нас разница в возрасте шесть лет, а может потому, что не был с матерью так близок, как брат. В двенадцать лет меня отправили на учёбу в Америку в закрытый пансион для мальчиков. И я чаще виделся с отцом, прилетавшим в США по делам нашей компании. Артур же уход матери из семьи воспринял, как предательство, но при этом он люто возненавидел отца, обвиняя того во всех смертных грехах. Взбунтовался. Ушёл из дома, что-то доказывая себе и окружающим. Правда, ума хватило, несмотря на всё, что он вытворял, поступить в университет и получить диплом юриста, отучившись на бюджетном отделении. Только к окончанию университета Артур вернулся в семью. Что послужило толчком к изменениям, брат не признался. С отцом, который не отказывал младшему сыну в доме, помирился.
Уход матери сильно сказался на отце. Он озлобился на весь женский пол и долгое время, кроме как для удовлетворения физиологических потребностей, отношения не заводил, пока в его жизни не появилась Полина. Эта миниатюрная женщина сумела встряхнуть отца и заставить задуматься над своей жизнью. Брак отца с Полиной был принят мной и Артуром сразу же. Не было испытаний на прочность чувств, каверзных проверок. Меня удовлетворила проверка, проведённая Бизоном, и личное общение с Полиной. А Артур принял новую жену отца, стоило только Полине несколько раз отчитать его за аморальное поведение в присущей ей учительской манере. Мне порой кажется, что Артура только так и нужно держать в узде.
Учась в Америке, вдали от строгого родительского надзора, я жил не только учёбой и пай-мальчиком явно не был. Встречались в моём окружении разные люди. Но неизменными оставались пятеро: Арсен – тоже сын состоятельных родителей, отправленный за лучшим образованием, Джеб – выходец из латинской Америки (мы всё шутили, что он сын мексиканского наркобарона), американец Майкл – южанин из известной семьи политиков, и две девчонки – Маргарет и Джулия. Маргарет – подруга Майкла, у них отношения начались ещё в средней школе. А Джулия прибилась к нам, сдружившись с Маргарет на почве защиты планеты от пагубного влияния пластика на окружающую среду. Яркая, экспрессивная, единственная дочь очень состоятельных родителей, не похожая ни на одну из тех девчонок, с которыми у меня были отношения, Джулия с первой минуты захватила моё внимание. Отношения с ней были похожи на американские горки или фейерверк: то вспыхнут яркими красками, взлетая вверх, то сползут на нет. Но она была первой девушкой, к которой у меня появились чувства. Со времён колледжа мы раз пять сходились и расходились, и вот дошли до того, чтобы официально оформить наши отношения. Я сделал Джулии предложение, она с радостью согласилась.
Но скромно расписаться у нас не получилось. Я поставил отца в известность о запланированном изменении семейного статуса, но он был категорически против празднования в узком семейном и дружеском кругу. Ему нужно было масштабное мероприятие, которое можно было использовать для дальнейшего развития бизнеса. Он сказал: «Мой сын, первенец и наследник, должен заявить о себе!» А где же ещё сразу собрать всех нужных людей, как не на свадьбе. Вот так начались мои хождения по мукам, то есть, подготовка этой чёртовой свадьбы. Все организационные вопросы взяла на себя Полина, за что ей огромное спасибо. Моей же задачей было не опаздывать на репетиции, примерки костюма, и вовремя привезти Джулию, которая легкомысленно относилась к самому ритуалу и порхала, как неразумная бабочка, из одного города в другой, занимаясь организацией или участием в акциях по спасению лишь бы кого-нибудь.
Я не справился с третьим пунктом, самым основным. Мне нужно было самому съездить и забрать Джулию, но я понадеялся на её сознательность, а зря.
И вот сейчас рядом со мной, под цветочной свадебной аркой, стоит другая, совершенно чужая девушка, фактически незнакомка, а не моя Джулия, и собирается ответить «да» регистратору брака. Надежда. Имя-то какое говорящее, учитывая мою ситуацию. Держу её крепко за руку и чувствую, как девушка дрожит, словно в ознобе. Боковым зрением вижу, как подрагивают длинные ресницы, как от лица отхлынула кровь, делая его алебастрово-белым. Ровная спина застыла в напряжении. То, что моя новоиспечённая невеста переживает, и она не в восторге от этого брака… фиктивного брака, я знал.
Полчаса назад Надежда оказалась единственной кандидатурой на роль спасительницы репутации семьи бизнесменов Давыдовых. Бывшая ученица Полины, девушка из того ресторана, где я гулял свой мальчишник, а Артур устроил пьяный дебош, случайная свидетельница моего позора. Хорош жених, если невеста бросила его у алтаря. Я был в ярости, когда Джулия в присущей ей легкомысленной манере сообщила, что не приедет, поскольку ей нужно срочно спасать долбаного кита. Я задохнулся собственными словами негодования и возмущения. Что-то объяснять Джулии и уговаривать её было поздно. Она не прилетела тем авиарейсом, на который я забронировал ей билет, оправдываясь тем, что перебронирует на вечерний рейс. Но ни вечерним, ни утренним самолётом Джулия не прилетела. Почти сутки телефон перенаправлял мой звонок на автоответчик, пока она не подняла трубку и бодрым, полным значимости голосом не сообщила, что только что приземлилась в аэропорту на западном побережье вместе с другими ребятами, такими же фанатиками, как и она. Моя девушка искренне делилась со мной впечатлениями о полёте: «Всего-то тряхнуло разок из-за турбулентности». Сначала я просто слушал такой знакомый щебет, вникал в то, что она говорит, и даже с облегчением радовался, что с Джулией всё в порядке: каток не переехал, кирпич на голову не упал. А потом до сознания начало доходить значение сказанного.
– Какое ещё западное побережье? – недоуменно переспросил, не совсем понимая, как моя невеста собирается прилететь ко мне на родину к началу свадебной церемонии, находясь на западном побережье Америки.
– Дорогой, мы с ребятами едем спасать Вилли. Ты представляешь, бедный кит, как он там? Развёрнут целый палаточный лагерь волонтёров, – с энтузиазмом и жаром рассказывала она мне по телефону.
– Постой, постой, – перебил Джулию, подумав, что она шутит, – причём тут кит и наша свадьба? Милая, это шутка?
– Какая это шутка, – возмутилась девушка, – если разумное существо погибает?!
На несколько секунд у меня пропал дар речи. Я уставился на дисплей смартфона, вглядываясь в безмятежные черты лица на фото моей невесты. И тут меня прорвало.
– Джулия, ты хоть понимаешь, что ты наделала?! Церемония начнётся через четыре часа. Будут гости… много гостей. Президент нашей страны, политики, бизнесмены. Все бросят свои важные дела и приедут поздравить нас с тобой! Ты сошла с ума?
Я перевёл дыхание, вслушиваясь в тишину на том конце провода, и не понимал, как такое могло произойти со мной и Джулией, ведь мы же столько слов сказали о любви друг к другу, ведь наши отношения проверены временем… Сколько бы мы не расходились, нас всё равно тянуло друг к другу, и мы сходились вновь.
– Дорогая, за что ты так со мной?! – выдохшись, почти безэмоционально спросил её.
– Яр, успокойся, ну ты же знаешь, что то, что я делаю, очень важно. Ну не знаю, скажи им, что я участвую в важной миссии по спасению… – она говорила об этом так спокойно, а внутри меня эмоции стали перевешивать чаши весов в другую сторону – от полной безэмоциональности к жгучей ярости. Внутри вскипало желание крушить и ломать всё вокруг, но прежде всего хотелось сломать прекрасную шейку Джулии. Свернуть, как глупой курице. Порой мне казалось, что и мозгов у неё столько же, как у этой птицы, даром, что закончила университет с отличием.
– Ты понимаешь, что свадьбы без невесты не бывает?! Ты это понимаешь?! – я сорвался на крик, отчаянно сжимая в руке телефон, и остановился в последнюю секунду, чтобы не запустить им в стену.
– Не кричи и перестань давить на меня! – возмутилась девушка и, помолчав немного, добавила, – ну прости, я неправа. Я должна была сразу сообщить тебе, что планы изменились, как только увидела у себя на мыле письмо с «криком о помощи». Я сразу же созвала ребят, и мы рванули сюда. Сладкий, расписаться мы всегда успеем. Главное – наши чувства. Мы же любим друг друга. А всё остальное – условности. Ну хочешь, включи видеозвонок, и я в реальном времени скажу тебе «да»?
То, что она предлагала, было бы приемлемо в некоторых штатах её родины. Сейчас закон позволял зарегистрировать брак по интернету, подписавшись электронной подписью, даже за документами ехать не нужно – вышлют по почте на указанный адрес. Но это в Америке.
– Джулия, мы не в Америке. Ты должна понимать – это другая страна. У нас другие законы и порядки. Невеста обязана лично присутствовать на свадьбе и засвидетельствовать своё согласие подписью в журнале регистрации актов бракосочетания.
– Сладкий, в век технологий вы ведёте себя, как пещерные люди. Ну, тогда я не знаю, что тебе предложить… Том, постой! – она отвлеклась и позвала одного из своих друзей. – Закинь мои вещи в микроавтобус. Я сейчас вас догоню. Яр, я должна бежать, как только освобожусь, то приеду к тебе. И прости, кажется, в этот раз я действительно неправа, но, милый, ведь уже ничего не исправишь. Всё равно я не успею к тебе прилететь. Люблю тебя… До встречи.
Ответить на всё это мне было нечего. Я молчал, ужасаясь от мысли, как теперь выкручиваться из сложившейся ситуации? Как объяснить отцу, что свадьба не состоится?
– Прощай, Джулия. Можешь… – «ту-ту-ту» сорвался звонок, и в пустоту я добавил: – …не приезжать.
Телефон с грохотом упал на деревянную поверхность письменного стола. Меня распирали эмоции, и все негативные. Внутри зрело что-то нехорошее, способное разрушить всё вокруг. Оно наполнило меня и выплеснулось в злобном рычании. Что было мочи, стукнул кулаками по столу и в бешенстве разметал всё с его поверхности, пнул кресло, и снова, и снова бил кулаками по стене, пока не выпустил пар, и боль не перевесила ярость.
Случившееся уже не исправить. Осталось только достойно выйти из сложившейся ситуации. До начала церемонии остаётся не так много времени. Необходимо всё сообщить отцу и придумать, как оправдаться перед гостями. Поднял с пола телефон и нажал быстрый вызов.
– Данила Егорович, Джулия не приедет. Зайди к отцу. Я сейчас иду к нему.
На другом конце провода начальник охраны помолчал и спокойно ответил:
– Может, это и к лучшему. Зачем тебе идиоты в семье? А вот Александр Андреевич расстроится. И Полине Сергеевне нервничать нельзя.
– А то я не знаю! Я, можно подумать, радуюсь! – раздраженно высказался, на что получил ответ Бизона:
– Я бы радовался!
Глава 8. Церемония
– Надежда, – я подхватил напуганную девушку под руку и потянул её в сторону от канапе, на котором Бизон оказывал помощь Полине.
Отец совсем позабыл о том, что его давно уже ждут важные гости, и встал на колени перед женой, заглядывая ей в лицо и растирая ступни. Эта сцена перед глазами что-то затронула внутри, там, где сердце. Или, возможно, душа? Какое-то чувство угнездилось в груди и тревожило. Идентифицировать его было сложно, но, порывшись в недрах памяти, понял – это зависть. Я завидовал своему отцу. Завидовал тому, что он нашёл в этом мире свою любовь, свою половинку.
Я оглянулся, чтобы увидеть лица других людей, находящихся в комнате.
Артур хмурился и выглядел очень серьёзным, действительно взрослым, не похожим на самого себя. Карпов переминался с ноги на ногу, сосредоточенно и тревожно поглядывая на присутствующих. Надежда же по бледности конкурировала с Полиной и, не отрываясь, следила за действиями Бизона. Мне было несколько непонятно, почему девушка так близко к сердцу воспринимает состояние жены отца. Понимаю, так выражается человеческое сострадание и сопереживание, но не в такой же степени!
Что это? Игра на публику, чтобы в будущем получить дивиденды в виде нашего с отцом хорошего к ней отношения? Может ли так статься, что на самом деле Надежда – прожжённая стерва, охотница на богатых женихов? Разум говорил, что да, такое возможно, и даже подбрасывал примеры-воспоминания, как милые до свадьбы кошечки превращались в истеричных, требовательных чудовищ после. Но почему-то именно эта девушка со стервой не ассоциировалась. Она казалась мне больше похожей на Полину. Слишком правильная и какая-то бесхитростная.
Полина пришла в себя и даже слабо улыбнулась. Присутствующие, все, как один, облегчённо выдохнули. С каждой секундой женщина всё больше приходила в себя. Напряжение, стоявшее в комнате, уходило. Первым опомнился Карпов.
– Александр Андреевич, вертолёт, – он посмотрел на окно.
И действительно, был слышен гул и стрекот приближающегося вертолёта. Это значило одно – самый важный гость будет здесь с минуты на минуту.
– Надежда, подойдите к Сергею Григорьевичу. И ты, Ярослав, – отец не отходил от жены и только взглядом следил за нами.
Мне было как-то всё равно, что сейчас мы подпишем брачный контракт, и я обзаведусь статусом женатого мужчины, что ценится в бизнес-кругах и свидетельствует о серьёзности человека. Семейный человек менее склонен к риску, лучше продумывает свои действия прежде, чем принять какое-то стратегическое решение. Таково профессиональное мнение психологов, об этом говорит статистика.
Надежда не шелохнулась, а я, как держал её за локоть, когда отводил к окну, так и продолжал держать. И сейчас, видя, что она не спешит, легонько подтолкнул к адвокату. Несколько секунд чувствовалось сопротивление, словно девушка противилась движению, а затем, тряхнув головой, сама уверенно пошла впереди меня. Бросилась, как в омут с головой. Почти не читая, Надежда подписала брачный контракт, отказавшись увеличивать сумму отступных, которую она получит при разводе. По сути, ни она, ни я не претендовали на движимое и недвижимое имущество друг друга, которое уже имели до этого момента. Все доходы, которые будут у нас за шесть месяцев брака, а также приобретенные во время брака материальные ценности, считаются общими и будут разделены при разводе поровну.
Вслед за Надеждой я также подписал контракт, будучи уверенным в том, что семейный адвокат предусмотрел соблюдение интересов семьи в первую очередь, и то, что я успел просмотреть, меня устраивало.
В комнату зашёл один из охранников и доложил, что прибыл высокий гость. Отец отряхнул костюм и подал Полине руку.
– Саша, ты иди с Ярославом, – Полина осталась сидеть на канапе. – Нам с Надей нужно привести себя в порядок. Носики припудрить.
Все сразу пришли в движение. Отец резко выдохнул и принял свой обычный невозмутимый вид, будто бы не он только что переживал за жену и ребёнка.
– Яр, – коротко бросил мне, – на выход. Встретитесь с невестой на церемонии.
Почти уже вышедшего из комнаты отца окликнула Полина:
– Саша, а кто поведёт Надю к алтарю? Ведь её родители отсутствуют.
Я обернулся и увидел, как Надя сокрушённо покачала головой и тихонько чертыхнулась, видимо, только после слов Полины вспомнив о родителях и представив, как будет объявлять им, что вышла замуж за незнакомца.
– Так Бизон пусть и ведёт, – отец принял решение в один миг, даже не задумавшись, – он же сосватал Надежду, вот пусть и доведёт дело до конца, в смысле, невесту до алтаря.
Возражений ни с чьей стороны не последовало, и мы ушли встречать дорогих гостей.
Площадка, приготовленная для торжественного мероприятия, была заполнена под завязку. Ровные ряды кресел, задрапированных белоснежной тканью, стянутой на спинках бантами бледно-зелёного цвета, практически полностью были заняты. Времени до церемонии уже не оставалось. Распорядитель тут же подскочил ко мне и напомнил, что согласно сценарию, я должен стоять под цветочной аркой, украшенной белыми гортензиями и розами, и там ожидать, пока подведут невесту. Мужчина вежливо уточнил наличие невесты и, получив положительный ответ, успокоился и отошёл, оставляя меня наедине с представителем ЗАГСа. Чиновник спросил, будет ли невеста менять фамилию. Я ответил утвердительно и сказал имя невесты – Надежда Владимировна Яровая. Если распорядитель и удивился, то виду не подал. Достал бланк свидетельства о браке с прочерком для имён и от руки вписал новые данные. Заготовленный бланк с именем Джулии разорвал и спрятал в карман пиджака.
Всё правильно. Если уж обманывать, то так, чтобы все в это поверили. Фиктивный брак? Тот, кто об этом знает, будет молчать. А для всех остальных мы должны выглядеть настоящей парой, а иначе и смысла во всём этом действе нет.
Музыканты сменили мелодию, гости притихли, я оглянулся. По широкому проходу между креслами шли двое маленьких детей и бросали лепестки цветов. За ними Бизон вёл Надежду. Стройная, с правильными славянскими чертами лица, мягкой улыбкой на розовых губах, девушка шла лёгкой походкой, держа в руках свадебный букет. Бизон подвёл невесту и передал мне её руку. Если бы я не чувствовал сейчас, как дрожат её пальцы, то со стороны ни за чтобы не догадался, что она нервничает. Девушка выглядела безмятежной и довольной, как и положено быть невесте. Подбадривая, я улыбнулся ей. В ответ она крепче сжала мою руку. Церемония началась.
– Дорогие молодожёны, вы обладаете драгоценностью, что не каждому дано найти, даже прожив целую жизнь и, встретив на своём пути не одного человека, тем, что обретают лишь избранные – Любовью! Именно она соединила ваши сердца и судьбы, мысли и стремления.
Чиновник вещал о том, как прекрасно, что все мы здесь сегодня собрались, о том, что сейчас на глазах присутствующих рождается новая семья, что любовь свела нас под сенью этого дома. Половину слов я пропустил мимо ушей. Очнулся на слове «клятва».
– А сейчас молодые обменяются свадебными клятвами!
Я развернул Надежду лицом к себе и увидел, как её и без того выразительные, красивые, лучащиеся светом глаза расширились от ужаса. М-да, каково ей сейчас на ходу придумывать клятву и произносить её не любимому человеку, а так, случайному жениху. Впрочем, заготовленная для Джулии клятва сейчас была бы неуместна.
– Надежда, – начал я импровизировать, – слова – это только слова. Я же хочу делом доказать тебе, что наша совместная жизнь будет наполнена уважением, ты всегда будешь моим верным партнёром по жизни, я обещаю дать тебе лучшее, что есть у меня, и просить у тебя не более, чем ты можешь дать мне взамен. Я буду беречь и защищать тебя, принимать тебя такой, какая ты есть, ведь именно благодаря этому мы вместе. Клянусь уважать тебя, как личность, считаться с твоими интересами, желаниями и потребностями. Обещаю быть открытым тебе. Ты красивая, умная, умеющая сострадать. Я счастлив, что судьба случайно соединила нас. Прошу тебя, Надежда, стать моей законной супругой, чтобы пройти отмеренный нам путь совместной жизни вместе.
– Ярослав, – моё имя прозвучало слегка хрипловато, и она громко сглотнула, всё больше сжимая мне руку, – сегодня я выхожу за тебя замуж. Клянусь уважать тебя и принимать таким, какой ты есть. Обещаю быть честной, помогать в трудные минуты твоей жизни тем, что мне по силам, буду верна тебе, пока мы вместе. Я сейчас не буду говорить о том, как сильно я тебя люблю, ты сам об этом знаешь. Но могу пообещать, что мои чувства останутся неизменны. Я согласна стать твоей законной супругой, мой друг.
– В присутствии свидетелей, родных и близких, прошу Вас ответить, является ли желание стать мужем и женой обоюдным? – взял слово чиновник.
– Да, – в унисон ответили мы.
– Прошу скрепить Ваш союз подписями, – стоило нам подписаться, как мужчина продолжил: – Объявляю Вас мужем и женой. Прошу обменяться кольцами. Обручальное кольцо – древний священный символ любви и преданности, глубоких и чистых чувств. Кольцо – это знак бесконечности, пусть оно напоминает вам об этом дне и чувствах, которые объединили Вас в семью.
Артур на правах шафера подал подушечку, на которой лежали два парных кольца белого золота. Женское было украшено тремя небольшими бриллиантами. Это были не те кольца, которые я приготовил для нашей с Джулией свадьбы. Откуда они взялись в такой короткий срок? Полина подсуетилась? И когда только успела!
– Примите этот документ, – торжественно продолжил мужчина хорошо поставленным голосом, – это официальное подтверждение законности Вашего брака. Отныне, Надежда Владимировна, Вы носите фамилию мужа – Давыдова.
Теперь уже моя жена покачнулась, но смогла удержать лицо и даже открыто улыбнуться.
– Приглашаю поздравить молодых! Сначала родители, затем родственники и друзья.
Нескончаемым потоком к нам с Надеждой подходили люди и поздравляли, произносили прекрасные слова пожеланий, кто искренне, а кто не очень, желали процветания и счастья, любви, наследников. Последнее меня от души веселило. Когда те ещё появятся! И от кого?
И вот, произошло то, что, собственно говоря, было свадебной традицией, но для нас с Надей происходило впервые и со сложностями. Гости хотели видеть, как мы поцелуемся.
– Горько! Горько! – скандировали гости на моей собственной свадьбе, приветствуя создание новой семьи игристым напитком. Присутствующих было так много, что я всех и не знал, а ведь это были гости только с моей стороны. Моя случайная невеста знала лишь Полину, да официантов, которые работали на неё. Я несколько раз ловил ошарашенные взгляды молодых людей, подносящих нам с моей новоиспечённой женой вино. Надежда не пила. Кажется, если бы я не поддерживал её за талию, то она упала бы в обморок. Сотни лиц смотрели на нас, сотни глаз желали увидеть первый поцелуй нашей семьи. Я не медлил, понимая, что это неизбежно. Надя подняла на меня глаза, и мне показалось, что в них зажёгся какой-то магический свет. Я потянулся к нему, склоняя к девушке лицо и вглядываясь в эту фантастическую красоту. Мои губы накрыли её, чуть сладковатые, и я отдался поцелую. Что есть более естественным, чем целовать красивую девушку, которая так прижимается к тебе в поиске защиты и поддержки. Надина беспомощность пробуждала желания. Хотелось испробовать её, и я не отказал себе в этом. Напористо, раздвигая замершие губы, проник вглубь её рта и исследовал его с интересом первооткрывателя. И мне ответили, коснулись робко языка, тронули, словно мягкой лапкой, и позволили целовать с жаром, как любовницу, отвечая тем же. Это было будоражаще и волнительно.
«Восемь… девять… десять!» – громко считали гости. Я отстранился, прервав поцелуй, и мимоходом поцеловал Надежду в висок, благодаря за то, что она делает.
– Господа, – раздался голос распорядителя, усиленный микрофоном, – прошу пройти в следующую часть сада. Там вас ждёт продолжение сегодняшнего праздника.
Влекомые его словами, гости потянулись, кто парами, кто небольшими компаниями. Я знал, что там установлены шатры с фуршетными столами и сцена, на которой будут выступать приглашённые артисты. Внимание к нам уменьшилось, и я тихо спросил Надежду:
– Ты как?
– Могло быть и лучше… – помедлив, она добавила, – на собственной свадьбе.
– А это и есть твоя свадьба, Наденька, – рассмеялся, видя удивлённое выражение лица девушки. – Самая настоящая. Теперь мы с тобой муж и жена. У нас и документ имеется соответствующий, и кольца, – я подхватил её руку с кольцом и галантно поцеловал холодные пальчики. – И мы с тобой даже целовались по-французски, с языком. Хочешь, повторим?
Надя расслабилась и засмеялась в ответ. Я залюбовался тем, как она красива, когда улыбается, и радость озаряет её лицо.
– Ярослав, – услышал голос отца откуда-то слева и оглянулся через плечо. Приобняв Надю за талию, взял с подноса пробегающего мимо официанта фужер с шампанским и вручил ей, второй взял себе.
– Выпей немного, – предложил, чувствуя, как опять напрягается под моей рукой тело девушки, – поможет расслабиться. Программа ещё не завершена. – Надя понимающе кивнула и отпила пару глотков. К нам подошли отец и его партнёры по бизнесу.
– Что, Ярослав, никак не натешишься? Смотрю, жену из рук не выпускаешь, – отец довольно улыбнулся, словно выиграл партию в покере. А может и выиграл. Немцы, похоже, всем довольны.
– Боюсь, чтобы не украли, – ответил тем же тоном, – а то слишком большой выкуп придётся платить за такое сокровище.
– Украли? Вы остерегаетесь похищения? – обеспокоенно спросил господин Вермеер и настороженно переглянулся со своим компаньоном.
– Нет, – голос Надежды звучал спокойно, – Ярослав говорит о свадебных традициях. Невесту или её туфельку могут украсть, а потом требовать выкуп у нерадивого молодожёна, что не уследил.
– О! Как интересно, – отозвался второй немец, господин Кёльн. – Ярослав, ваш отец говорит, что в свадебное путешествие вы отравляетесь на Сейшелы. Конечно, вам с молодой супругой никто не нужен, кроме друг друга, но будет интересно пообщаться с вами в неформальной обстановке. Мы с Уве и жёнами как раз летим туда на отдых. Мы можем с пользой провести это время.
– Дитер, ты всё о работе, – второй немец неодобрительно покачал головой. – Твоя Барбара не простит, если ты будешь сидеть в кабинете весь отдых, зарывшись в бумаги.
– Ничего страшного, Уве, – отец по-дружески похлопал Вермеера по плечу, – пока мужчины будут обсуждать важные вопросы, женщины найдут, чем заняться. Надежда с дамами на шопинг сходит. Вы, главное, действительно не увлекайтесь работой, отдохните. Нам предстоит сложный год – в планах открытие европейского филиала, организация производства, наладка процессов.
– Да, Александр. Теперь мы не видим препятствий. Ярослав окончательно убедил нас, что он серьёзный молодой человек. Эта свадьба стала подтверждением.
Трое мужчин уставились на нас. Пока старшее поколение разговаривало, мы благопристойно молчали. Основная цель свадьбы была достигнута. Европейские партнёры отца приняли решение в нашу пользу.
– Вы красивая пара, – господин Вермеер отсалютовал бокалом. – И где вы, Давыдовы, таких красавиц находите? Я бы там для сына поискал.
– Нас свела сама судьба. Даже искать не пришлось, – я улыбнулся, понимая, что смысл моих слов поймут только отец и Надя, и чокнувшись с женой фужерами, выпил шампанское до дна, тут же заменяя бокалы на новые у официанта, что тенью следовал за нами. – Мы пойдём к гостям?
Оставив мужчин позади, я повёл Надежду вперёд на звуки музыки.
– Постой, Ярослав, – она затормозила, и я выпустил её из рук. – Какой медовый месяц? – тихо, чтобы никто не услышал, возмутилась девушка. – Мы так не договаривались!
– А как мы договаривались? – серьёзно спросил. – Или ты думала, всё ограничится днём свадьбы? Надя, если уж сказал «да», то теперь придётся отвечать за это и тянуть роль жены до истечения срока контракта.
Она нахмурилась и недовольно поджала губы, размышляя над моими словами.
– Я не подумала о последствиях, когда сказала «да» в тот момент, когда Полине Сергеевне было плохо. Глупо, правда? И что же мне теперь делать? У меня свои планы. Я не могу уехать с тобой. Ресторан… Он требует моего постоянного присутствия, иначе я подведу родителей. Они приедут только через неделю. Кошмар! Что я скажу родителям о нас с тобой? Они же меня убьют.
– Давай договоримся. Все твои проблемы мы решим завтра. А родителям скажи, что у нас с тобой любовь с первого взгляда. Придумай какую-нибудь романтическую чушь. Я подтвержу всё, что захочешь. А сейчас успокойся, полдела сделано, но вечер ещё не окончен. Идём… жена моя, – я подставил ей локоть и, помедлив, Надя уверенно взялась за него.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?