Читать книгу "Матабар X"

Кирилл Клеванский
Матабар X

Глава 151

Борис схватил Арда за запястье.

– Выйдем, – прошипел он едва слышно. – Выйдем, Ард.

Ардан смотрел на немного проржавевшие ступени лестницы, спиралью уходящей внутрь тускло освещенного бетонного рукава. И там, за дверьми, находилось нечто, что, наверное, переполнило чашу терпения юноши. Сколько можно было…

– Ну же, идем, – уже не шипел, а цедил лорд Фахтов, явно напрягая руку, чтобы утянуть с собой Арда.

Хватило ли бы сил у Бориса, чтобы насильно утащить друга в коридор «второго» этажа полигона? Конечно нет. Если бы Ардан захотел, он бы спустился туда, несмотря на все усилия лорда Фахтова. Вот только… вот только чего бы тогда стоила их дружба, насколько много в ней бы осталось сути, кроме одного лишь громкого названия, если бы Ард пренебрег явно встревоженным лицом Бориса и его участившимся дыханием?

Может быть, Ардан все еще не до конца разобрался в мироустройстве людей, но среди лесных друзей действовал главный закон – ты никогда, ни при каких обстоятельствах, не споришь с другом при помощи когтей и клыков. Потому что стоило хоть раз так сделать, как вы уже больше не друзья, а просто два охотника, дерущихся за одну тропу.

Так что Арди разжал пальцы, и его тут же утащил в сторону Борис. Тот посохом, под колкое хмыканье Эвелесс, распахнул дверь и буквально выдернул туда Ардана. Подхватив друга под локоть, Борис поспешил, кривясь от резкой боли в колене, сделать несколько размашистых шагов, удаляясь от входа на балкон настолько, насколько ему позволяла травма.

Наконец, тяжело дыша, лорд Фахтов остановился и отпустил руку Арда.

Какое-то время они молча стояли.

– И что… и что ты собирался сделать? – спросил, наконец, Борис, поднимая взгляд на Арда.

Тот открыл было рот, чтобы ответить, но тут же вновь сомкнул губы и отвернулся в сторону.

– Не знаю, – честно признался он.

– А я знаю, – вздохнул Борис. – Собирался вызвать его на кровавую дуэль, да? Прямо там, на месте. Чтобы время не терять.

– Мы с Тесс планировали прокатиться ночью по побережью…

– Даже не отрицаешь, – без особой радости хмыкнул Борис. – А знаешь, что было бы дальше?

Ардан только пожал плечами.

– А дальше он бы поступил точно так же, как уже отрепетировал сегодня с Полиной, – чуть ли не сплюнул Фахтов. – С той лишь разницей, что в твоем случае ему не пришлось бы позволять себя ранить. Достаточно было бы защититься таким образом, чтобы не остаться калекой и сильно не пострадать.

– Да, но…

– Не перебивай, – едва ли не гаркнул Борис. – А даже если ты хотел не дуэль, а просто по голове ему настучать, нос там сломать или руку… Тогда еще лучше. Иолай добился бы всего, чего хотел.

Ардан с сомнением посмотрел в глаза другу.

– Вечные Ангелы, Ард… – Борис чуть успокоился и понуро покачал головой. – Я не особо понимаю, чем ты занимаешься на… своей работе, но спустись сюда, на наш бренный уровень. Иолай знает, что не сможет тебе ничего сделать на дуэли, и он, может, и ублюдок, и идиот, но не клинический кретин. Зачем ему использовать Алирова, чтобы тебя спровоцировать ради того, в чем не выиграть?

Ардан снова открыл было рот и тут же его закрыл.

– Потому что…

– Потому что ему нужно что-то совсем другое, – с легким кивком головы закончил за него Борис, после чего ткнул ладонью в сторону закрытой двери, ведущей на балкон. – Там, Арди, при всей моей к тебе любви и уважении, просто зверь. Опасная, о Свет, аномалия, которая при прочих равных порвет любого человека, только дай возможность. Ждала она потомства или нет – обычному человеку плевать. Да что там, Арди. Даже мне, если честно, немного все равно. Жаль ее, конечно, но не более того.

Борис не врал. Его сердце билось пусть и не очень спокойно, но вовсе не из-за лжи.

– Кроме как местным исследователям, никому до нее дела нет и не будет, – продолжал лорд Фахтов. – Более того, большинство лишь обрадуются, что в мире стало на одно чудовище меньше. Зато знаешь, до чего всем, обязательно, дело точно будет?

Ардан сжал кулак, а затем так же медленно его разжал. Он уже догадался, о чем говорил Борис.

– Газеты.

Лорд Фахтов медленно, очень медленно, опустил голову, а затем снова поднял.

– Знаешь, каких заголовков добьется эта отрыжка рода человеческого? – прищурился Борис. – О, я уже вижу, Арди. Уже вижу… «Потомок правой руки Темного Лорда, Арора Эгобара, не кто иной, как Ард Эгобар, напал на Великого Князя Иолая Агрова в приступе бешенства, когда Великий Князь достойно оборонялся от особо опасной Алькадской аномалии». Или что-то в этом духе. Но, так или иначе, тебя выставят безумным дикарем, а его едва ли не рыцарем в светлой броне. Просто потому, что именно за это Иолай им и заплатит. Точно так же, как, очевидно, через Алирова он заплатил местным, чтобы эта аномалия в принципе оказалась на полигоне.

– Переживу, – глухо произнес Ардан.

Борис с ног до головы смерил его таким взглядом, будто видел перед собой совершенно непроходимого упрямца.

– В твоей способности напрочь игнорировать общественное мнение я нисколько, дружище, не сомневаюсь, как и, собственно, в своей. – Борис, услышав, как скрипнули петли, схватил Арда за плечо и потащил его вглубь коридора. – Но ты забываешь, Арди, что в Метрополии теперь не только ты носишь фамилию Эгобар.

Ардан едва не споткнулся на ровном месте.

– Тесс…

– Именно, дружище, – хлопнул его по спине Борис. – Знаешь, что будет уже через месяц? Я тебе подскажу. Тесс Эгобар, жена безумца Арда Эгобара, вдруг окажется если не персоной нон-грата, то близкой к тому. Билеты на ее выступления перестанут покупать. Пластинки начнут возвращать в лавки, а вскоре любое крупное заведение, беспокоящееся о своей репутации, закроет перед ней двери. И все потому, Арди, что это для тебя там, на полигоне, лежит нечто большее, чем просто аномалия. Но для всего остального мира все как раз в точности наоборот. Там находится один из Агровых. Людей, которые сбросили гнет Эктасса. Основателей и защитников Империи. И на одного из них нападет один из потомков тех, кто пытался все вернуть так, как оно было раньше. Из-за зверя, Ард. Зверя…

Арди прикрыл глаза и задышал чуть медленнее…

– Я знаю, что очень хочется поддаться эмоциям, дружище, – Борис придерживал его под локоть, уводя все дальше и дальше от полигона. – Точно так же, как и мне бы хотелось немедленно сорваться в родной город, но кому мы этим сделаем лучше, кроме как, в один только момент, себе? И даже если ты сейчас наплюешь на все мои слова и покалечишь этого дерьмоголового, то что дальше? Да ему же, по сути, даже дуэль от тебя принимать не надо. Ему даже лучше будет, если ты ему просто нос набок свернешь или заклинанием отморозишь то место, которым он думает. А ты в курсе, что значит пролить кровь Агровых?

Ардан знал. Все, так или иначе, знали. Нападение на одного из великих князей приравнивалось к измене Империи. А с изменниками Корона обращалась с той же жестокостью, с которой Черный Дом расправлялся с теми, кто вредил семьям служащих.

– Тебя в лучшем случае отправят в штрафной батальон на границу, – озвучил Борис. – А семью сошлют куда-нибудь в небольшое поселение, чтобы бескрайние просторы Империи осваивали. И это в лучшем случае! В лучшем… А если ты не сдержишься и отправишь его к Ангелам? Тебя расстреляют. А твою семью сгноят на рудниках. И не потому, что захотят, а потому, что должны будут продемонстрировать, что закон работает для всех.

– Я не собирался его убивать, – вкрадчиво произнес Ардан, а про себя добавил, что во всяком случае попытался бы этого не допустить.

– Да, – снова кивнул Борис. – Я это знаю. Ты это знаешь. И самое поганое, что и Иолай это знает. Потому и спланировал всю эту дрянь. Самый меньший из призов, который он может выиграть, – ты со свистом вылетишь из Большого. А если все зайдет слишком далеко, то отправишься рыть окопы.

Ардан прикрыл глаза и провел ладонью по лицу.

– И что ты предлагаешь, Борис? В очередной раз закрыть глаза и ничего не делать?

– Нет, Арди, но я тебя предупреждал еще тогда, когда ты отвесил ему пощечину, что ничем хорошим это не закончится, – напомнил Борис. – Ты тогда думал, что выиграешь время, и ты его, признаться, действительно выиграл. Но Иолай так просто от тебя не отстанет.

– Тогда…

– Тогда! – с нажимом перебил его Борис. – Нужно включить вот это… – Лорд Фахтов постучал себя указательным пальцем по виску. – Хочешь того или нет, Ардан, но ты по уши погряз в аристократических дрязгах. Просто потому, что де-факто ты и сам являешься частью аристократии.

– Я отказался от всех титулов.

– Я не про твою возню с Конклавом, которого де-юре вообще не существует, – отмахнулся Борис. – Сам факт того, что ты потомок Арора, а твой отец, как выяснилось благодаря ее императорскому высочеству-консорт, герой Фатийской резни… все это ставит тебя, Арди, на одну ступеньку с аристократией. И ладно бы все только этим и ограничивалось, но…

– Тесс… – с той же интонацией, что и прежде, повторил Ардан.

– Именно, – вновь кивнул Борис. – Ты женат на дочери пусть и не самого родовитого человека в Империи, но одного из самых видных генералов. И не просто кабинетного, а непосредственно защитника Фатийской границы. И ты. Женат. На. Его. Дочери.

Борис повторил последние слова с особым ударением на каждом из них.

– И поскольку ты никуда не лезешь, то и тебя не трогают. – Они свернули за очередной угол, и Борис снова остановился, чтобы дать колену отдохнуть. – Так что хочешь – валяй. Иди. Надери ему задницу. Я только рад буду. Вот только последствия на сей раз затронут не одного лишь тебя.

Ардан промолчал. Он прекрасно понимал, что Борис желает ему только лучшего. И что в его словах находится не просто зерно истины, а целый амбар. Лорд Фахтов был прав. Прав во всем, что говорил. Только легче от этого нисколько не становилось. Скорее даже наоборот.

– И что ты посоветуешь? – задал, наконец, главный вопрос Ардан.

Борис прищурился и, улыбнувшись, опасно сверкнул глазами. Кто, как не лорд, отлученный от семьи, переживший несколько судов с генерал-герцогом, командующим Южным Флотом, знал, что делать в подобных ситуациях?

– Если Иолаю так хочется настоящего конфликта, он его получит. – Лорд Фахтов всем весом оперся на посох и встряхнул больной ногой. – Мы ударим его на том же поле, где, как он думает, кроме него никто из нас играть больше не может.

Ардан нахмурился.

– Думай, дружище, думай, – Борис снова постучал себя по виску. – Чего больше всего на свете боится Иолай?

– Своего отца.

– А чего наш драгоценный двоюродный брат Императора, великий князь Аркадий Агров, не терпит в своем сыне? – Борис подмигнул и тут же сам ответил на свой вопрос: – Того, что Иолай, по его мнению, недостаточно прославляет кровь Агровых.

Арди вспомнил сцену на дирижабле, когда великий князь Аркадий прилюдно обвинял Иолая в слабохарактерности и недостоинстве.

– Так что мы ударим тем же оружием, – продолжил Борис. – Газеты, Арди. Газеты. Если тебе так сильно плевать на общественное мнение, то вот Иолаю в точности наоборот. Вся его жизнь, по сути, построена именно на том, чтобы создать вокруг себя образ если не такой же, как у папашки, то не меньшего калибра.

– У меня есть только одна знакомая в газетах, Борис, но до нее сейчас будет не добраться.

– И не надо, – махнул рукой лорд Фахтов. – Ты забыл, чьи собрания я регулярно посещал, пока Агнесс не родилась?

– Социалисты? – вздернул брови Ардан. – При чем тут они?

– Во-первых, Арди, у них есть свои газеты, некоторые из которых раскупаются весьма немалыми тиражами… – Пока Борис говорил, от Ардана не укрылась короткая оговорка «у них есть», а не «у нас есть». – А во-вторых… ты только представь заголовок. «Великий Князь Иолай Агров пренебрег правилами безопасности, в результате чего пострадал ценный экземпляр Питомника. В очередной раз налоги рабочего населения оказались спущены на блажь иждивенца „высокой крови“».

– Звучит как бред.

– А и не надо, чтобы звучало как-то иначе, – качнул головой Борис. – Главное, что это заденет Иолая.

– И какой смысл его задевать?

– Смысл в том, Арди, что сам Иолай, на втором месте после отца, больше всего боится потерять лицо перед общественностью. – Борис повернулся и спокойно зашагал в сторону платформы. Ардан вздохнул и направился следом. – Сейчас ты в проигрышной позиции, Ард. Не тот антураж. Не те декорации, как сказала бы твоя собственная жена. Так что нам требуется их сменить.

– Я не понимаю…

– Кровавая дуэль, Арди, не такой уж плохой вариант, – Борис хрустнул шейными позвонками и бросил быстрый взгляд за спину на пустой коридор. – Только надо все сделать так, чтобы она прошла не по условиям Иолая, а по твоим собственным. Прилюдно сбить спесь с этого засранца – дорогое дело. Но любое дорогое дело надо сперва правильно обставить. Пусть это не ты сорвешься, образно говоря, не в обиду будет сказано, с цепи. Пусть это у него нервы окончательно сдадут. И тогда, под камерами журналистов, где-нибудь не меньше чем на Арене господина Бролида, ты закончишь ваш конфликт раз и навсегда. И что бы он потом, после публичного поражения, ни сделал, для общественности любые его козни будут выглядеть не иначе как размахиванием руками после драки. Иолай проиграет. Раз и навсегда. Да, это займет время. Да, потребуются усилия. Но это все еще лучше, чем играть под чужую дудку. Причем играть партию, в которой ты заведомо проиграл.

Арди несколько по-новому посмотрел на Бориса. На человека, который, даже зная, кто именно стоял за нападением на его жену и, тогда еще, нерожденную дочь, не бросился очертя голову в полымя. Нет, Борис ждал. Ждал и работал над тем, чтобы его решения и их последствия окончательно поставили точку в споре. И более того, не затронули дорогих ему людей.

Напоминал ли Борис, пусть и отдаленно, Полковника? Может быть, лишь в самой малой степени. Как щенок неизменно напоминает волка. Но в любом случае даже такой толики было достаточно, чтобы Арди проникся к своему товарищу еще большим уважением, чем прежде.

– Ты уже думал над этим раньше, – догадался Ардан.

Борис сдержанно кивнул.

– Думал, – подтвердил он. – С того самого момента, как ты в начале зимы щелкнул ему по лицу. Просто потому, что знал… точно знал, Ард, к чему именно все это приведет. О чем тебе тогда и сказал. Впрочем – повторяюсь.

Они встали на платформу. Ардан и сам не заметил, как они сюда дошли. Он смотрел на низкорослого, крепко сбитого, рыжеволосого молодого мужчину – своего ровесника. Борис стоял прямо, широко расправив плечи, и хищно улыбался в пустоту коридора, откуда постепенно выходили и другие студенты.

И почему-то на душе Арду стало куда легче, чем не то что парой минут назад, а просто, в целом – легче. Будто бы у него появилась какая-то новая точка опоры. Что-то надежное и крепкое, на что, в случае когда устал и когда невмоготу, можно опереть плечо.

– Борис.

– Да, дружище?

– Спасибо.

Лорд Фахтов ничего не ответил. Но ему и не требовалось что-то говорить. Они просто молча стояли плечом к плечу.

* * *

Ардан нацепил на лицо защитные очки на толстом кожаном ремешке и с не менее толстыми линзами, в которых почти ничего не было видно. Затем подумал немного, снял очки, надел железную маску, которую использовали механики-отладчики генераторов, а поверх, на прорезь, нацепил все те же очки.

Проверив, что фартук (тоже из кожи) прикрывает все, что требуется прикрыть, Ардан активировал защитный контур испытательной площадки, после чего спрятался за самодельную баррикаду. Выкупил на любимом блошином рынке старенькие палеты, вытащил из них самые крепкие доски и сколотил несколько щитов. Между ними проложил войлок, поставил мешки с песком, а затем соединил все несколькими рейками.

Рядом с юношей, облаченным едва ли не в подобие доспеха дорожного бандита прошлых веков, лежала рабочая тетрадь. На ее обложке красовалась надпись «Аппарат Автоматической Гравировки Печатей». На первых страницах чернели чертежи прототипов, а Ардан, вооружившись карандашом, обвел последнюю запись.

«Прототип 4, версия с изолированной входной функцией. Испытание 5».

Выглянув ненадолго из-за укрытия, Ардан проводил взглядом соединенные в систему четыре Болванки, которые он пока не спешил подключать к каким-либо приводам и тем более к непосредственно станку для гравировки.

– Двадцать девять эксов и сорок семь ксо, – чуть ли не плачущим голосом сам для себя озвучил он итоговую стоимость прототипа управляющего блока для будущего станка. – Пожалуйста…

Ардан, мысленно надеясь, что не попрощается с очередной немаленькой суммой денег, опустил тумблер. Сперва ничего не происходило и… через минуту тоже ничего не происходило.

Арди резко, как мышка из норки, ненадолго высунулся из укрытия, а затем втянул голову обратно. Коршуном он впился взглядом в секундную стрелку на часах, висевших на стене. Та внезапно начала отстукивать невидимым каблучком так нарочито медленно, что Ардану даже показалось, будто время над ним издевается. Но вот прошла уже минута, а собранная им конструкция все еще не спешила превращаться в короткую, но очень яркую вспышку.

Ард, с толикой недоверия, выбрался из укрытия и сделал пару осторожных шагов по направлению к бортику испытательной площадки Конюшен. Впереди слегка мерцали Болванки, к которым подходили очередные метры потраченной Лей-проводки. В катушке, которую Ардан заказал в первый день экзаменов, осталось всего сорок пять метров, так что скоро придется оформлять новый заказ на Рынке Заклинаний и…

– Ahgrat, – обреченно выдохнул Ардан и в самом прямом смысле опустил руки.

Стенки квадратных блоков внезапно раскалились добела, а затем, даже сквозь очки, Арди все же на мгновение ослепило. Следующим, что он почувствовал, стал невероятно мощный удар в живот. Как если бы он пропустил во время игры особенно меткий шлепок Гуты.

Юношу оторвало от земли и с силой приложило спиной о бортик собственной баррикады.

Кашляя и кряхтя, Ардан стянул с лица маску и очки. Протерев глаза ладонью, он нашарил выпавший карандаш и сделал пометку на полях, что в следующий раз надо выждать не минуту, а все пять. Или даже десять.

Окончательно придя в себя, Арди поднялся на ноги и, подойдя к пульту управления площадкой, выключил изолирующее поле.

– И там траты, и здесь траты, – вздохнул он, печально разглядывая один из тумблеров.

Тот самый, который включал печать, ответственную за то, чтобы поглощать ударную волну от взрыва. Арди после первых же экспериментов перестал его поднимать. То количество Лей, которое потребляла данная печать, слишком быстро тратило расходники генераторов. Так что, благодаря нехитрым расчетам, стало понятно, что особых разрушений Конюшням волна не причинит, а чтобы сберечься самому, достаточно будет баррикады.

– Баррикады и десяти минут, – напомнил сам себе Арди.

Стянув фартук и кинув тот на один из рабочих столов, Ардан снова вооружился тетрадью и карандашом. После эксперимента наступала самая важная, пусть и весьма рутинная работа. Ему требовалось разобрать каждый из блоков и попытаться понять, что именно помешало устройству удержаться от неконтролируемой реакции.

– Очевидно, что помешало отсутствие трансмутационных рунических связей, – проворчал Ардан.

Он переступил через бортик и, усевшись среди оплавленных обломков, потянулся карандашом к первому из них, чтобы получше рассмотреть остатки от пластины. Но увы, а может, и к лучшему, учитывая, что Ардан разменял в Конюшнях уже пятый час, его бедро обжег сигнальный медальон Черного Дома.

Размяв затекшую шею, Арди поднялся на ноги, бросил скорбный взгляд на площадку и поспешил к своему импровизированному гардеробу. Тот состоял из железной стойки для вешалок и урны для зонтиков, в которой те редко когда появлялись. Ардан постоянно забывал про особенность Метрополии менять погоду в самый неожиданный момент.

Переодевшись из рабочего костюма в повседневный, Ардан нацепил плащ и выскочил за тяжеленную бронированную дверь, которая уже в следующий момент гулко захлопнулась за его спиной.

Щурясь из-за яркого солнца, Ардан закинул за спину посох в чехле, сшитом Тесс, и легкой трусцой, стуча каблуками недорогих туфель по тротуару, помчался прочь из тупика. Вскоре он уже добрался до оживленной улицы, где запрыгнул в первый же попавшийся трамвай, ехавший через Ньюву в Центральный район. Уже там, покинув остров Святого Василия, он сможет сменить транспорт на нужный. Пока все, что ему требовалось, – это пересечь реку. А еще, разумеется, немного поразмышлять над проблемой.

Увы, стоило ему открыть гримуар, как вагончик набился до той степени плотности, когда даже думать было тесно, не то что писать что-то на страницах карандашом.

В итоге спустя полчаса в кафе «Эльтир» на канале Маркова Ардан вернулся мало того что с относительно опустевшим кошельком, так еще и не в самом приятном расположении духа.

Над головой прозвенел колокольчик, и Арди вошел в небольшой зал, рассчитанный всего на дюжину столиков. Здесь, как и всегда, сидели господа с красноречивыми лицами и в не менее красноречивых черных костюмах. Несколько из них приветственно кивнули Арду, и он ответил тем же.

За дальним столиком, около окна, обнаружился Милар, спокойно потягивающий кофе и стряхивающий пепел с сигареты. В легком летнем костюме, он порой косил взгляд на газетный заголовок, в точности повторявший слова Бориса Фахтова.

Они с капитаном пожали друг другу руки, и Арди уже открыл было рот, как к нему подошла официантка.

– Вам как обычно? – спросила она.

– Только чай, – ответил Ардан. – Каргаамский с лимоном, пожалуйста.

Та кивнула и исчезла за прилавком.

Милар чуть приподнял уголок губ.

– Как экзамены? – спросил он, отодвигая газету в сторону. – Или ты еще не всё сдал?

– Почти две недели уже как сессия закончилась, – Арди уныло подпер кулаком подбородок. – На стипендию не получилось, но хотя бы со спонсорства Короны не вылетел. Что уже само по себе маленькое счастье.

– Надо же… капрал Эгобар настроен сегодня на удивление оптимистично.

Ардан неопределенно помахал рукой в воздухе.

– Что нового в жизни, напарник? – поинтересовался Милар.

– Размышляю над тем, чтобы попробовать взять заказ у Гильдии магов на разработку печатей по их техническим заданиям, – нехотя признался Ардан. – В качестве дополнительного приработка.

Милар приподнял брови.

– А как же, Ард, все остальное? Я полагал, что ты у нас теперь яркий пример богатого Звездного мага. Или не ты на днях приобрел весьма недешевый автомобиль?

Арди даже нисколько не удивился тому, что Черный Дом был в курсе его трат.

– Исследования, – только и ответил он. – За неделю, Милар, я в самом прямом смысле сжег что-то около двухсот тридцати эксов.

Капитан поперхнулся и едва не вылил кофе обратно в кружку. Причем, судя по всему, через нос.

– Ты при мне, господин маг, такие суммы больше не озвучивай, ладно? – прокряхтел Милар, утирая мокрое лицо. – А то я человек уже не молодой. Глядишь, сердце не выдержит. И с горя, и из чувства несправедливости я прострелю тебе колено. Причем через лоб.

Ардан поднял ладони в примирительном жесте.

– Ладно, теперь к делу, – Милар вытащил из внутреннего кармана пиджака конверт. – Я посмотрел фотографии, которые ты передал. И… не могу ничего обещать.

– Но там…

– Но там, напарник, просто фотографии, – перебил его Милар. – Ты вообще в курсе, что их можно подделать?

– Догадываюсь, – безрадостно пробурчал Ардан.

– Вот-вот, – Милар затянулся и выдохнул облачко дыма. – И на фотографии мы видим, причем весьма нечетко, госпожу-лорд Фахтову-Агрову, которая делает… что? С кем-то имеет разговор?

– Это все сплошь всякие бандиты, Милар.

– Сказал человек, который регулярно сидит за барной стойкой «Брюса» и мило болтает с новым главой Орочьих Пиджаков, – тут же парировал Милар. – Не подумай, Ард. Я тебе верю. Борису в меньшей степени, потому что нюх мне подсказывает, что не так все просто в этой рыжей башке, но… в целом тоже верю. Но вот это, – Милар, не выпуская сигареты из рук, ткнул пальцем в конверт. – Это тянет максимум на проверку корпусом стражи.

– Милар! – возмутился Ардан. – Она же просто откупится! Либо стражи, учитывая расстояние от Метрополии, и вовсе испугаются влезать в дела аристократов.

– Скорее всего – да, – капитан Пнев не стал даже пытаться спорить. – Но что ты хочешь, Ард? Случай на Малой Вироэйре – полный голяк. Просто потому, что не осталось вообще ни одного свидетеля среди нападавших, а опознанием их тел занимались два, я подчеркиваю, два отдела умников. И кого мы за это благодарим?

Ардан отвел взгляд в сторону.

– Я был на эмоциях.

– Ага, – только и сказал Милар. – Едем дальше, господин маг. Фотографии сами по себе не доказывают ровным счетом ничего. И да, ты будешь прав, если скажешь, что Черному Дому должно хватать, хотя бы для проверки, и этого. И ты был бы абсолютно прав… если бы мы сидели в этом кафе пятьдесят лет назад. А не сегодня. Лезть, как бы это ни звучало, под юбку к жене генерал-герцога, командующего Южным Флотом, Семена Фахтова, опираясь на весьма сомнительные, изначально скомпрометированные самой своей сутью, косвенные улики? Парламент потом Вторую канцелярию и лично Полковника будет очень долго, очень весело и даже самозабвенно снош…

– Ваш чай, – официантка поставила перед Ардом чашку.

– Спасибо, – поблагодарил юноша.

Милар прокашлялся и продолжил после того, как они снова остались один на один.

– Максимум… Максимум! – с ударением повторил Милар. – Которого я смогу добиться, – это чтобы кто-то из местных на юге побыл ее хвостом на протяжении пары-тройки месяцев.

– И все?

– Да уже одно это и так много, господин маг, – всплеснул руками Милар и тут же выругался, когда пепел на плечо упал. – И это «много» целиком и полностью опирается на нашу с тобой репутацию.

– У нас… вернее – у меня есть репутация? – искренне удивился Ардан.

– Ага, – повторил Милар. – И именно сейчас ты ее тратишь. Воспринимай как ресурс. Доверие начальства называется. Вот только оно, как и любой другой ресурс, не бесконечно.

Ардан вздохнул и постучал пальцами по столу.

– Хорошо, ладно, – кивнул он. – А если мы добудем какие-то более весом…

– Молчать, – Милар почти в приказном тоне перебил Ардана. – С этого момента я ничего не хочу слышать. И, прежде чем ты себе что-то напридумываешь, то… если вдруг, каким-то неизвестным для меня, я подчеркиваю, неизвестным для меня образом у вас с его лордышеством появятся неопровержимые доказательства, господин маг, то будет совсем другое дело. Но пока их нет.

– Милар…

– И я, – капитан вздернул указательный палец, – ничего не хочу знать. Потому что если вы где-то на этой кривой дорожке оступитесь и у меня вдруг спросят: дорогой капитан Пнев, а не проклинаете ли вы тот день, когда запросили военного мага в свой отдел? То я слезно расплачусь и скажу, что практически каждый вечер. После чего у меня обязательно спросят, не знаю ли я планов некоего капрала, связанного, возможно, с причинением особого дискомфорта представительнице аристократии, и! И! К тому же! Пусть и в невероятно малом объеме, но крови Агровых! Я смогу сказать честно – нет. И даже если там умники как-то придумают мне под черепушку забраться, то ничего не выудят. Понял?

Ардан медленно кивнул. До тех пор, пока Милар ничего не знал, то… ничего и не происходило. Если, конечно, их не смогут уличить напрямую.

– Ладно, это все лирика, – Милар потушил сигарету и достал второй конверт. – Держи. Записал здесь все места, которые вам стоит посетить.

Ардан улыбнулся и, забрав конверт, от души поблагодарил Милара.

– Да не за что, – с той же улыбкой отмахнулся капитан Пнев. – Ну что же, дорогой капрал. Получается, пока вы будете греть свои косточки, мы тут продолжим рыть землю.

– И, знаешь, Милар, я не испытываю ни малейших угрызений совести по данному поводу.

– Господин маг, я вам уже говорил, что вы становитесь слишком, порой до омерзения, похожи на Аверского, да примут его Вечные Ангелы?

Милар с Ардом посмотрели друг другу в глаза, после чего встали и крепко обнялись.

– Давай там, Арди, удачи и постарайся ничего нигде не взорвать, не потопить и держись подальше от небоскребов.

– На Лазурном берегу нет небоскребов, Милар.

– А я не сомневаюсь в твоей способности их отыскать, – хохотнул Милар, отстраняясь от напарника. – До осени, Ард.

Ардан посмотрел на Милара и кивнул:

– До осени, Милар.

* * *

– Ты точно все взял? – прищурилась Тесс.

Ардан показательно предъявил посох, гримуар, обручальное кольцо, а затем ткнул ладонью в сторону самой Тесс.

– Это не смешно, Арди!

– Но ты ведь смеешься.

– Потому что ты жульничаешь, – улыбнулась его… жена.

Удивительно, но даже спустя полгода это слово звучало все еще непривычно.

– И… тебе точно нормально, что мы уезжаем? – спросила Тесс, опускаясь рядом с несколькими чемоданами и пахнущим дорожной пылью походным мешком Арда.

Рыжеволосая красавица пыталась убедить мужа в том, чтобы тот отказался брать данную, по ее словам, ветошь, но Ардан был непреклонен. Этот мешок уже почти как талисман.

– Разумеется, – подтвердил Ардан. – Мы планировали эту поездку еще год назад. Вместе на нее откладывали.

– Но аптека и твои исследования…

– Для аптеки я сделал все, что Бажену от меня требовалось до осени, – начал перечислять Ардан. – Мои исследования если и не зашли в тупик, то очень к этому близки. А новый сезон на Арене начинается только осенью. Так что дел в столице у меня нет. Как, собственно, и у тебя. Потому что ты, Тесс, напомню, специально для поездки успела договориться уже со всеми. С музыкантами, с Бельским, с Бролидом. Со всеми.

Тесс вздохнула и переместилась с кресла на колени Арда. Она прижалась к нему плечом и уютно устроилась на груди.

– Наверное, я просто переживаю, Арди-волшебник, – тихонько протянула она. – Я никогда не забиралась так далеко на запад. Да и, если честно, не считая путешествия до Дельпаса, я вообще дальше Метрополии не бывала.

Ардан молча гладил ее по волосам. Говорить, насколько он знал, в данной ситуации ничего и не требовалось.

– Купили, называется, автомобиль, – хохотнула Тесс. – Поездили три недели, а теперь он три месяца будет стоять в гараже у Бориса. Может, надо было подождать до осени?

– К холодам цены на зимние модели всегда выше, – напомнил Ардан.

– Ну да… точно…

Тесс повернулась и обвела взглядом их гостиную. За минувшее время они успели обжиться в новой квартире (хотя это только для Арда, четыре месяца пробывшего в командировке, она казалась новой), и теперь тут стало так же, а может, даже и более уютно, чем в доме двадцать три по каналу Маркова.

– Мы ведь вернемся сюда, Арди-волшебник? – внезапно спросила Тесс.

– Разумеется! – подтвердил Ардан.