Текст книги "Смешарики. Большая книга историй"

Магнетизм

А знаете ли вы, друзья, что все на свете подчиняется законам природы? Вот, например, есть такой закон природы – закон всемирного притяжения. Захотела Нюша увидеть Бараша, взмахнула ресницами, посмотрела кокетливо – и Бараш уже тут как тут. Притянулся! С цветами и полным ведром конфет.

Но законы, как и всё остальное, когда-нибудь ломаются. И тогда приходится их чинить собственными руками…

Всё утро Нюша гуляла вокруг Бараша. Строила глазки, принимала красивые позы, но он почему-то не притягивался. Сидел себе под деревом да читал. С девяти часов утра, между прочим!

И Нюша пошла на крайние меры. Она уставилась поэту в затылок и зашептала:

– Бара-а-а-ш. Иди сюда-а-а-а. Сюда-а-а! Сюда-а-а!

Бараш вздрогнул, поднял голову, почесал копытом левый рог и… продолжил читать дальше.

Нюша чуть было не расплакалась от горя. Противный Бараш – не притягивается! Да ещё эти Ёжик с Крошем. Набежали со своими лопатами – притягивать мешают. Бидон, видите ли, потеряли с морковным соком. Сначала закапывают, а потом найти не могут! Нюша постаралась снова сосредоточиться на Бараше, но где уж там!

– Нашёл! – вдруг завопил Крош. Лопата наткнулась на что-то твёрдое.

Но это был не бидон… К лопате прилипла какая-то странная штуковина. Ёжик осторожно наклонился, чтобы разглядеть получше… Дзынь! Очки слетели с его носа и приклеились к находке.

Недолго думая, друзья побежали к домику Лосяша. Потому что все подозрительные предметы нужно в первую очередь показывать взрослым!

– Что вы там нашли, покажите! Что это? – Нюша совсем забыла про Бараша и помчалась вслед за ними.

Но разве за Крошем угонишься? Когда Нюша влетела в дом, Лосяш уже рассматривал находку. Она была похожа на подкову, только одна половина была красного цвета, а другая – синего. Повертев её немного в копытах, учёный направил находку в сторону стола.

Сначала ничего не произошло, а потом железный подстаканник зашевелился и пополз по столу. А за ним двинулась чайная ложка. Нюша, Крош и Ёжик открыли рты от удивления.

– Вот это фокус! – воскликнул Крош.

Учёный между тем совсем не удивился. Как ни в чём не бывало он притянул стакан к себе, размешал сахар, глотнул чайку и спокойно сказал:

– Это магнит! Он обладает способностью притягивать…

– Бидон! – вспомнил вдруг Крош.

– Да кому нужен бидон! – В Нюшиной голове снова возник Бараш. – А можно ли им притягивать интересных собеседников? А?

Вопрос, конечно, был интересный. Если магнит может притягивать разные нужные вещи, значит, он и Бараша притянет! Нюша разволновалась и даже порозовела немного. Ей не терпелось испытать магнит, но Лосяш продолжал умничать:

– Магнетизм присутствует во многих явлениях…

Заснуть можно от скуки! Заснуть и никогда не узнать, хватит ли магниту сил, чтобы притянуть целого барана. Нюша больше не могла ждать. Ловким движением она выхватила магнит у Лосяша и ринулась к двери.

– Нюша, это ведь мы его нашли! – возмутился Крош.

– Вам-то он зачем? Вы и так с Ёжиком как намагниченные! За уши друг от друга не оттащишь! А мне надо! – хихикнула Нюша и захлопнула за собой дверь.

А между тем Бараш даже не подозревал о Нюшиных страданиях.

У него хватало своих. С самого утра поэт не сочинил ни одного нового стихотворения. Ему пришлось даже перечитать большой словарь новых слов, но вдохновения не случилось.

И теперь ему хотелось только одного – закрыть глаза, заткнуть уши и окунуться в море страдания и слёз. Поэтому, когда возле карусели замаячил розовый силуэт, Бараш не обратил на него никакого внимания.

– Ну давай же, Бараш, притягивайся! – Нюша сидела за кустом и тыкала магнитом в сторону несчастного поэта.

Бараш встал. Кажется, сработало. Но нет! Он развернулся и понуро зашагал по тропинке к своему домику.

– Хм. Расстояние, что ли, слишком большое? – Нюша вздохнула и решила в следующий раз подобраться к нему на расстояние вытянутого пятачка!

А в это время Крош с Ёжиком продолжали поиски пропавшего бидона с соком. Ёжику, правда, эти раскопки порядком поднадоели. Он выкопал уже пятнадцатую яму – и ничего. Зато Крош был бодр и надежды не терял:

– Он должен быть где-то здесь! Не надо было отдавать магнит Нюше! С ним бы мы быстренько бидончик нашли!

– А ты уверен, что вообще его закапывал? – Ёжик устало шмыгнул носом. Ему уже не хотелось морковного сока. Ему хотелось плакать.

– Если ты мне не веришь, то и не надо! Без тебя найду! – обиделся Крош и ускакал за куст.

Вот те на! Ёжик даже дар речи потерял. Он целый день копал, как ненормальный, все лапы стёр! И не ради сока, между прочим, а по дружбе! А Крош его бросил!

– Ну и пожалуйста! – обиделся он, бросил лопату и пошёл куда глаза глядят.

Если твой друг далеко и, кажется, совсем про тебя забыл – не плачь понапрасну, напомни ему о себе. Нюша так и сделала.

– Бараш, ты ничего такого не чувствуешь? – спросила она, едва переступив порог домика поэта.

– А что я должен чувствовать? – нахмурился Бараш.

Нюша даже удивилась немного.

– Как что? Притяжение! – Она достала из-за спины магнит и весело им помахала.

Зря она не дослушала учёного Лосяша! Иначе никогда бы не стала размахивать таким опасным предметом, как магнит!

Все железки в доме угрожающе зашевелились. Из-под шкафа вылезла гантеля, утюг с грохотом соскочил со стола и пополз к Нюше.

– Ой! А что это у тебя всё двигается? – Нюша сделал шаг назад. Железяки бросились за ней.

Ежик брёл по тропинке и думал о том, что дружба – она как магнит. Примагничивает – не отлепишься.

– Взы! А-а-а-а! Бдыщ! А-а-а! – раздался впереди жуткий скрежет и крик.

Со стороны домика Бараша прямо на Ёжика неслось что-то розовое, визжащее, окружённое со всех сторон клацающими железками. «Я пропал!» – только и успел подумать Ёжик, как на него посыпался железный град.

Нюша – а это, конечно, была она – лежала на дорожке, усыпанная с головы до ног ложками и кастрюлями. Откопав себя из-под завала, Ёжик подполз поближе и начал раскапывать Нюшу. Железки с грохотом откатывались в сторону, и вот наконец появился знакомый пятачок.

– Нюша, – устало произнёс Ёжик, – ты не могла бы одолжить мне магнит на время. Кажется, мы с Крошем размагнитились.

– Да этот магнит ничего, кроме железяк, не притягивает! – возмутилась Нюша, сверкая глазами из-под большой кастрюли.

Когда девочка злится, к ней лучше близко не подходить. Это тоже закон природы! На этот раз Нюша так разозлилась, что бросила магнит на землю. Хрясь! Его половинки разлетелись в разные стороны.

Мимо как раз шёл Лосяш. Он всё ещё рассказывал о силе притяжения, хотя все уже давным-давно разбежались. Увидев половинки, Лосяш поднял их с земли и сказал:

– Заметьте, если магниты неправильно перевернуть, они будут не притягиваться, а отталкиваться!

– Это касается только железяк! – недовольно хрюкнула Нюша.

– Нет, это закон природы! Он для всех! – ответил Лосяш и строго посмотрел на Нюшу:

– Без исключения!

И тут на тропинке появился взволнованный Бараш.

– Нюша, я почувствовал! – кричал он. – Я почувствовал!

Глаза у Нюши заблестели, косичка взволнованно дрогнула. Он почувствовал притяжение и соскучился! Теперь Нюша была готова простить ему всё на свете! В конце концов, с кем не бывает!

– Я почувствовал, что у меня пропала вся посуда! – Бараш поднял с земли железную сковородку, ложку и маленькое ажурное ситечко.

У Нюши в груди что-то неприятно ёкнуло, и её озарила страшная догадка. Их с Барашем магниты неправильно перевернулись!

– А как сделать так, чтобы магниты снова встали правильно и больше никогда не отталкивались? – поинтересовался Ёжик. Ему очень хотелось помириться с Крошем. Он уже успел соскучиться по ушастому другу.

Лосяш задумался. До сих пор он изучал обычный магнетизм, а теперь ему предстояло разработать магнит для притяжения друзей. Задачка не из простых!

Учёный перелистал кучу книг, вспомнил разные сложные формулы, несколько раз всё сложил и один раз вычел. К вечеру ответ был готов!

Если две половинки магнита привязать с двух сторон карусели, а потом раскрутить её, как следует, то… возникнет огромное поле притяжения! Все маленькие магниты, которые окажутся в этом поле, перевернутся и начнут притягиваться. В том числе и магниты дружбы! Теперь оставалось только построить магнитно-дружескую установку!

До позднего вечера Лосяш соединял цветные проводки, проверял свои приборы и гремел железками.

И вот, когда на небе взошла луна, всё было готово.

Размагниченные заняли свои места на карусели, пристегнулись и начали волноваться.

– Возможно, нам повезёт, и мы не только останемся в живых, но и начнём притягиваться! – напугал всех Лосяш и дёрнул за рычаг.

Карусель закружилась. С каждой секундой она кружилась всё быстрее и быстрее! Мелькали ёлки, вертелось небо, в конце концов, всё слилось в одно сплошное кружащееся чёрное пятно.

– Крош, у тебя магнит перевернулся?! – закричал Ёжик куда-то в темноту, чувствуя, как у него внутри всё переворачивается.

– Да-а-а! Ура-а-а! – раздалось откуда-то издалека.

– И у меня! – закричал Бараш.

– И у меня! – обрадовалась Нюша.

Тут из кустов вылетело что-то жёлтое и упало прямо Крошу в лапы! Это был долгожданный бидон с морковным соком. И всем сразу стало ясно – закон всемирного притяжения починился!

Живые часы

Крош, Ёжик, Нюша и Бараш ещё вчера договорились, что сегодня с самого утра пойдут на пляж. И вот, прихватив солнечные очки, пляжный зонт и мячик, Нюша, Крош и Ёжик нетерпеливо поджидали Бараша в назначенном месте. Только поэта всё не было и не было…

Крош недовольно ходил туда-сюда вдоль кустов.

– Где же этот Бараш? – проворчал он и даже топнул от раздражения. Затем обернулся к друзьям, но Нюша и Ежик только пожали плечами.

Крош заглянул в корзинку, которую держал Ёжик, выудил из неё большой будильник и уставился на циферблат.

– Уже полдевятого! – возмутился Крош.

Так просто он это не оставит! Надо пойти к Барашу домой и выяснить, чего он там копается.

А Бараш, ничего не подозревая о своем проступке, спал, как младенец. Возле кровати надрывался его собственный будильник, в комнате царил беспорядок. Повсюду были следы бессонной творческой ночи поэта: по полу разбросаны исписанные и скомканные листы, перья, карандаши…

Но Бараш сладко спал и совсем не слышал ни звона будильника, ни громкого стука. Это Крош барабанил в дверь.

Наконец Бараш всё-таки открыл глаза и, зевая, сел в постели. В голове его всё смешалось. Кто это шумит? Будильник? Или он слышит недовольный голос Кроша? Тут будильник упал на пол и рассыпался на мелкие винтики и шестерёночки. Вот теперь сонный поэт прекрасно услышал крики Кроша.

– Бараш! Бара-а-а-ш! – звал тот.

Сколько времени? Проспал? Сильно проспал!

Бараш с полузакрытыми глазами сполз с кровати, механически поднял сачок и банку для бабочек и направился к остальным.

Когда дверь распахнулась, Крош не удержался на ступеньках и кубарем покатился с крыльца.

Друзья уставились на Бараша. Поэт зевнул, прикрыв рот копытцем.

– Ну как же так можно! – сердито заговорил с ним надувной мяч. Бараш не сразу понял, что перед ним – Нюша, которую было почти не видно из-за большой игрушки.

– Мы все тебя ждём! – воскликнула свинка и перехватила мяч поудобнее. – А я, между прочим, дама. А жду, как будто это ты дама, а я и не дама вовсе!

Бараш понуро спустился с крыльца и покорно выслушал посыпавшиеся на него упрёки. Что поделать, заслужил…

– Мы же, так сказать, условились, – с укором сказал Ёжик.

Крош размахивал лапами и громко возмущался:

– И совершенно необязательно было писать стихи именно в эту ночь!

Друзья двинулись в сторону пляжа. Сонный Бараш поплёлся следом. Спать, спать, ему так хотелось спать! А Крош все не унимался:

– Можно было сделать это заранее, ну, хоть на прошлой неделе!

– Или завтра… – кивнул Ёжик.

– Да! – воскликнул Крош. – Или на следующей неделе…

Они поднялись на вершину живописного холма. Светило солнце, порхали бабочки. Бараш еле-еле волочил ноги. Глаза его слипались. Вдруг он споткнулся о камень и упал. Глаза Бараша закрылись. Ещё чуть-чуть, и он уснет. Нюша посмотрела на поэта с осуждением и хмыкнула: всё ещё злилась за то, что Бараш заставил даму ждать. Крош обернулся и вскипел пуще прежнего.

– Что это такое? – закричал он. – Хочется, значит, спать?! А почему мне, например, не хочется?! – Крош сверлил друга сердитым взглядом. – Или вот Нюше? Или Ёжику?

Ёжик совсем не был готов к тому, что про него зайдёт речь, и как раз сладко зевнул. Пришлось срочно сделать вид, что это он не зевал вовсе, а просто случайно открыл рот.

Бараш угрюмо поднялся и молча побрёл вслед за остальными. Какие там споры, когда едва стоишь на ногах!

Друзья вышли на поляну. Крош с улыбкой огляделся вокруг:

– Ведь уже давно солнце взошло. Жуки, вон, всякие проснулись. Бабочки разные…

– И Совунья, – внезапно добавил Ёжик.

И правда – чуть поодаль на берегу энергично делала зарядку Совунья.

– Да, и она давно не спит, – подхватил Крош. – И вообще, кто в такое время может спать?

Но стоило ему осмотреться повнимательнее, как он увидел… спящего Кар-Карыча! Его домик был как раз неподалёку. Ворон сидел на крылечке в кресле-качалке и мирно дремал, укрывшись газетой. Крош не поверил своим глазам. Ну что такое с этими сонными мухами!

– Карыч! Ты что, спишь?! – подскочил он к Карычу.

Ворон тут же проснулся и от неожиданности подпрыгнул в кресле, газета слетела с его лица.

– А?! Что?! Нет, я читаю… – возразил он и уткнулся в кроссворд.

Но Крош был полон решимости разбудить всех вокруг. Он отобрал у Кар-Карыча газету и потребовал:

– Ты бы лучше придумал, что нам делать с Барашем. Он опять проспал!

Бараш смотрел под ноги. У него не было сил даже поднять глаза.

– Я, конечно, проспал… – жалобно признал Бараш. – Но я ведь проспал не нарочно!

Все взгляды обратились к нему.

– А я, между прочим, дама! – снова заявила Нюша.

– Нам вообще-то тоже спать хочется! – подключился Ёжик.

А Крош подошёл вплотную к Барашу и гневно воскликнул:

– Как это так – не нарочно? А?

Кар-Карыч решил спасти несчастного Бараша. Он зевнул и сказал:

– Бараш не виноват.

– Как не виноват? – опешил Крош.

Все уставились на ворона. Кар-Карыч принялся терпеливо объяснять:

– Бараш не виноват, потому что он так устроен. Внутри каждого из нас есть свои живые часы, и они говорят нам, когда ложиться спать, а когда пора вставать. – Ворон снова зевнул. – И у всех эти часы разные.

Эти слова успокоили Бараша. Настолько, что он окончательно перестал чувствовать себя виноватым и… уснул прямо стоя! Нюша удивлённо посмотрела на него.

– И у нас тоже разные часы? – уточнила она.

– Конечно! – ответил Кар-Карыч. – Если кто-то просыпается рано, то и засыпает рано. Его называют «жаворонком». А если наоборот – «совой».

Все посмотрели на Совунью. Она продолжала делать упражнения и бодро считала:

– И ра-а-аз, и два-а-а. И раз, и два, и три, и четыре!

Тут Кроша осенило:

– Выходит, Совунья… жаворонок?!

Всеобщее внимание снова переместилось на Карыча.

– А… Ну да, ну да, – закивал он и опять накрылся газетой.

– А ты тогда… – Крош задумчиво почесал за ухом. – Кто?

– А я – сова, – пробормотал ворон и захрапел.

– Значит, Бараш и в самом деле не виноват… – решил Ёжик.

– Тс-с! – шикнула Нюша и кивнула на дремавшего Бараша. Ну, раз он «сова», что теперь поделать? Пусть спит.

Друзья снова двинулись в путь, осторожно ведя с собой спящего Бараша. Поэт брёл по тропинке и прямо на ходу досматривал последний сон. Нюша мягко подталкивала его в спину мячом, Крош расчищал дорогу от коварных камней, а Ёжик нёс банку для бабочек, сачок и корзинку, стараясь ничего не уронить.

Так они добрались до пляжа. В безоблачном небе ярко светило солнце, море было спокойным и тихим. Бараш спал на пледе, заботливо прикрытый от солнца большим зонтом.

– Эх, сова, – улыбнулся Крош, поправил зонтик и побежал к Нюше и Ёжику играть в мяч.

Что это была за игра! Подачи получались одна лучше другой, друзья прыгали и радостно кричали. Весь день они собирали цветы, купались и нежились на солнышке.

Когда солнце стало клониться к закату, Нюша, Крош и Ёжик обессиленно повалились на песок. У них выдался отличный денёк! И тут…

– Какой чудесный вечер!

Крош, Ёжик и Нюша с трудом открыли глаза и сели. Что это такое? Выспавшийся Бараш радостно скакал по берегу с сачком!

– Ну что же вы лежите? Идёмте купаться! – позвал он.

Но Нюша, Ёжик и Крош… заснули! Они привалились друг к другу и тихонько посапывали. Зато Бараш был полон энергии! Он прыгал и бегал с мячом, плескался в воде и веселился.

– Друзья, спасибо, что вытащили меня из дома!

Бараш так радостно скакал на мяче, что тот не выдержал и лопнул с громким звуком. Крош, Ёжик и Нюша вздрогнули и открыли глаза. Но ненадолго – внутренние часы снова позвали их спать.

Бараш, ничего не замечая, воскликнул:

– А знаете что? Пойдёмте ко мне! Я почитаю стихи, которые написал прошлой ночью.

И Бараш бодро потащил друзей за собой. Возражения не принимались!

Поэт оставил Смешариков на ступеньках крыльца, а сам вбежал в домик и принялся перебирать стихи, написанные ночью. Он искал лучшее стихотворение, чтобы поразить всех.

– Вот, это подойдёт! – поэт вытащил один лист, пробежал его глазами и довольно кивнул.

Бараш вернулся на крыльцо, встал в торжественную позу, чтобы начать читать, и только тогда заметил, что друзья спали. Нюша уютно свернулась калачиком прямо на ступеньках, Ёжик рядом сопел с открытым ртом, а Крош уткнулся носом в траву. Слушать поэта было некому. Бараш ласково посмотрел на них и решил никого не будить.

– Эх вы, – тихонько сказал он. – Жаворонки…

Что поделать, у всех свои живые часы. А друзья всегда остаются друзьями, даже если эти самые часы у них не совпадают.

Это сладкое слово «мёд»

Всё в долине было спокойно: светило солнце, порхали бабочки… Вдруг тишину погожего денька нарушил вой сирены. Из-за высокого холма вылетела машина скорой помощи. Она вся тряслась и ходила ходуном, подпрыгивая на кочках. Крош лихо крутил руль, рядом с ним еле держался на своем месте Ёжик, а сзади сидели Карыч и Совунья, готовые спасать и лечить.

Карыч с тревогой взглянул на наручные часы.

– Подбавь газу! – крикнул он водителю. – В этот раз мы можем не успеть!

Крош кивнул и вдавил педаль газа в пол. Машина взревела и понеслась ещё быстрее. Впереди показался домик Копатыча. На лужайке перед домом без сознания лежал сам хозяин. Вокруг него валялось множество пустых бочонков из-под мёда. Совунья соскочила на землю, не дожидаясь, пока машина скорой помощи затормозит, и подбежала к Копатычу. За ней спешили остальные. Совунья вытащила из медицинской сумки градусник и без лишних церемоний засунула его больному в рот. Крош и Ёжик достали специальный электрический прибор для стимуляции сердца и обступили Копатыча. Карыч принялся командовать ими.

– Раз и два! – махал он крылом. Крош с Ёжиком опускали прибор на грудь Копатыча, пчеловод вздрагивал, но не открывал глаза. – Раз и два!

– Мы его теряем! – в ужасе воскликнула Совунья, проверив показания градусника.

– Раз и два! – закричал Карыч, подгоняя Кроша и Ёжика. – И раз, и два! И раз, и два!

Копатыч застонал. Карыч решил попробовать ещё одно средство. На полянке стояло ведро с водой. Он схватил его и окатил Копатыча водой с головы до ног. Копатыч открыл глаза и тут же сел, удивлённо оглядываясь.

– Фу-у-х… – Совунья утёрла пот со лба. – Кажется, успели.

Пока Копатыч откашливался, вся бригада скорой помощи переводила дух. Карычу даже пришлось проглотить пару таблеток, чтобы успокоить нервы.

Крош заглянул в один из пустых бочонков.

– Он опять объелся мёду! – с негодованием произнёс кролик.

Да, этот случай был не первым! Копатыч постоянно объедался мёдом, а друзьям приходилось его откачивать! Поэтому Смешарики приняли тяжёлое решение: спрятать оставшийся мёд в сарае.

Сидя на лавочке, Копатыч с волнением наблюдал за тем, как драгоценное лакомство исчезает за деревянной дверью.

– Честное слово, не понимаю, как это происходит! – Копатыч нервно хихикнул. – Я собираюсь попробовать совсем капельку, а потом… А потом не могу остановиться. Странный какой-то мёд… но такой вку-у-усный!

Карыч закрыл сарай на засов, повесил огромный замок и запер его на ключ.

– Всё! – заявил он, уперев крылья в бока. – Никакого мёда!

– Правильно! – закивал Копатыч. – Согласен! Верное решение!

Никто из спасателей и не сомневался в этом. Мёд под надёжной защитой – теперь можно и отдохнуть. Смешарики направились к машине.

Провожая взглядом удаляющихся друзей, Копатыч жалобно крикнул им вдогонку:

– А зачем вы ключик с собой забираете?

Ответа не последовало. Друзья уехали… Копатыч со вздохом огляделся. Как грустно! Без друзей, и без мёда… А ведь он совсем рядом… В двух шагах!..

Уже через секунду Копатыч бросился к сараю, навалился на дверь всем телом и… снёс её с петель! Бочонки с мёдом выкатились на улицу и сшибли его с ног. Копатыч упал на спину, поймал один бочонок и расплылся в блаженной улыбке. Он знал, что много мёда ему нельзя – ложку-две, не больше. Тут главное – вовремя остановиться.

– Всего капельку!.. – поклялся себе Копатыч, делая глоток. А потом ещё один, ещё и ещё.

И вскоре по долине снова разнёсся вой сирены скорой помощи…

Когда друзья в очередной раз привели Копатыча в чувство, всем стало ясно, что проблему надо решать радикально. Совунья принялась деловито расхаживать по двору.

– Поскольку изолировать мёд от пациента не получилось, считаю необходимым изолировать пациента! – заявила она.

Друзья-спасатели полностью поддержали такое решение. Копатыча затолкали в дом и закрыли дверь с такой скоростью, что он не успел и слова сказать. Карыч повесил на дверь снаружи массивный засов и табличку, которая гласила: «Карантин».

– Кормёжка и прогулки пациента по расписанию. Дежурим по очереди, – раздавала инструкции своим коллегам Совунья.

Копатыч принялся колотить в запертую дверь. Из домика доносились его гневные крики:

– Откройте! Это насилие над личностью! Я буду жаловаться!

– Неблагодарный, – крикнул в ответ Карыч. – Мы тебя спасаем от самого себя!

– Так говорят все поработители! – отозвался Копатыч и продолжил колотить в дверь, скандируя: – Сво-боду! Сво-боду!

Но друзья-надзиратели остались глухи к его мольбам. Возле дома Копатыча установили сторожевую вышку и составили график дежурств. Теперь медовый кризис был под контролем!

Копатычу же взаперти было нестерпимо скучно. Он залез на печку, взял старую гармонь и заиграл, громко распевая:

 
– Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормлённый в неволе орёл молодой.
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюёт за окном…
 

Но петь ему быстро надоело, и он высунулся из окошка.

– Начальник, когда завтрак?

В это время на вышке дежурил Крош. Он с аппетитом хрустел морковкой.

– По расписанию! – прокричал он Копатычу. Заметив внизу какое-то движение, он вскочил на ноги. – Стой! Кто идёт?

– Это я, Бараш! – помахал копытцем поэт. – Пришёл навестить Копатыча.

– Мёд есть? – с подозрением спросил Крош. Нельзя терять бдительность!

– Нет! – ответил Бараш и поднял копыта, демонстрируя, что с собой у него совсем ничего нет.

– Проходи! – кивнул Крош и вернулся к своей морковке.

Бараш подкрался к забранному досками окошку. Ах, как это всё ужасно и несправедливо! Как страдает его друг! Стараясь не вызвать подозрений у Кроша, Бараш зашептал:

– Копатыч! Как ты там?

Копатыч отозвался таким же шёпотом:

– Подкоп почти готов, но силы уже на исходе.

– Держись, товарищ! Ты не один, – приободрил его Бараш.

Копатыч очень обрадовался такой поддержке. Взволнованным голосом он поинтересовался:

– Как там на свободе?

– Пока тихо.

Копатыч нахмурился.

– Это подозрительно, – решил он. – Надо рвать когти!

– Когда? – спросил Бараш.

– Сегодня в полночь. После вечерней проверки.

Бараш хитро улыбнулся и кивнул. В полночь, значит, в полночь.

Когда наступила ночь, Копатыч был готов. Посреди комнаты стояла большая спортивная сумка. Но это была не просто сумка! Она закрывала вход в подземный лаз! Копатыч оглядел свою темницу в последний раз, отодвинул сумку и прыгнул в подземный ход. Он полз и полз по выкопанному тоннелю вперёд, к свободе.

Тем временем Бараш бесшумно проник во двор Копатыча. Он бросил взгляд на вышку: там мирно сопел Ёжик.

– Бараш! – вдруг послышался голос откуда-то снизу, и поэт невольно вздрогнул. – Барашик, ты здесь?

Бараш завертел головой, пытаясь понять, откуда доносится звук. В темноте это не так-то просто! Наконец он увидел Копатыча. Тот наполовину торчал из земли, как спелая репка.

– Я не могу вылезти! – громко зашептал беглец.

Бараш подбежал к нему и понял, что Копатыч застрял в выкопанном ходу. Кому-то следовало есть поменьше мёда!

– Сделай глубокий выдох! – скомандовал Бараш.

Копатыч послушно выдохнул. Бараш схватил его за руки и со всей силы потянул. Он тянул и тянул, пока Копатыч наконец не выскочил из ямы. Подельники юркнули в кусты и, тяжело дыша, огляделись.

– Всё чисто! – кивнул Бараш. – Уходим!

Но у Копатыча были другие планы.

– Нет! Подожди.

Он побежал к сараю. Раздался жуткий грохот. Бараш в ужасе закрыл глаза. Он понял, что теперь у них не получиться сбежать незамеченными… Наверняка Ёжик услышал грохот и уже вызвал подмогу! Но вот появился Копатыч с бочонком мёда. Быстрее! Копатыч с Барашем бросились бежать. Всё дальше и дальше от темницы, вперёд, на свободу!

Когда они оказались в лесу, вдали от поработителей, Бараш спросил:

– Куда ты теперь, товарищ?

– Туда, где нет решёток и замков! – воодушевлённо ответил Копатыч. – Туда, где всегда сияет беспечное солнце свободы!

Бараша так тронули эти слова, что он взмолился:

– Возьми меня с собой, Копатыч!

Копатыч не возражал. Он взглянул на звёздное небо над головой и мечтательно сказал:

– Барашик, мы создадим мир, где каждый будет делать то, что хочет!

Там не будет никаких конфликтов! – Копатыч остановился, сделал щедрый глоток мёда из бочонка и вдруг зашатался. – Ой! – воскликнул он, широко раскрыв глаза. – Барашик…

Бочонок выпал из ослабевших лап медведя. Копатыч рухнул на землю, хватаясь за живот.

– Копатыч! – испугался Бараш. – Что с тобой?

– Ой, Бараш… Мне что-то поплохело, – слабым голосом протянул любитель мёда, а потом громко воскликнул: – Ой!.. Проклятый мёд! Мне плохо. Зови всех! Мне плохо…

Бараш сломя голову помчался назад. Он кричал что было сил: «На помощь! На помощь!»

К счастью, команда спасателей снова сработала на «отлично»! А Копатыч навсегда уяснил две вещи. Первая – настоящие друзья спасут тебя от чего угодно… хоть от самого себя! А вторая – даже мёд горчит, когда его много!