Читать книгу "Саммари книги «Причины детских неудач. Почему умные дети не справляются с учебой и как им можно помочь»"

Саммари книги «Причины детских неудач: почему умные дети не справляются с учебой и как им можно помочь»

Джон Холт – писатель, педагог по математике и реформатор образования, автор множества книг, в том числе «Залог детских успехов» и «Как учатся дети». В книге «Причины детских неудач» он раскрывает принципы работы детского сознания и опирается на идеи ответственности и вовлеченности всех сторон образовательного процесса.

По мнению автора, дети неуспешны в школе не потому, что им не хватает способностей, а из-за страха, скуки и непонимания, возникающих в учебной среде. Он призывает обращать внимание на эффективность методов образования. И если что-то перестает работать, значит, необходимо пробовать новые подходы, вместо того чтобы обвинять детей.

В книге Джон Холт делится заметками, размышлениями и наблюдениями со своих уроков: о стратегиях, которые дети используют для того, чтобы соответствовать школьным требованиям; о влиянии страха и неудач на учебный процесс; о разнице между тем, что ученики, как кажется, знают, и их реальными знаниями; анализирует то, как школы поощряют поверхностное обучение и создают систему, не отвечающую потребностям детей.

«Делатели» и «мыслители»

«Проблема не в том, чтобы призвать детей спрашивать нас о том, чего они не знают: проблема в том, чтобы научить их осознавать разницу между тем, что они знают и не знают»

Учителя могут сталкиваться с тем, что некоторые дети испытывают трудности в учебе и используют различные стратегии защиты, чтобы избежать ошибок или признания своей неуверенности. Некоторые ученики предпочитают быстро выполнить задание, не задумываясь о результате, и часто ошибаются, не придавая этому значения. Во время групповых занятий они могут менять свою точку зрения, когда другие участники выражают сомнения, чтобы не брать на себя ответственность за возможные ошибки. Подобные стратегии позволяют детям минимизировать риск неудачи, однако таким образом они избегают рефлексии и осознания собственных ошибок.

Дети могут создавать вид какой-то деятельности, потому что «учителя хотят, чтобы они что-то делали». В таком случае даже слепая активность может показаться обучением. Бездумные ответы на вопросы учителя в итоге вынуждают последнего сказать «правильный» ответ, поэтому можно не стараться слишком сильно.

Некоторые дети могут сопротивляться пониманию материала, даже если на короткое время им удается уловить суть.

Автор приводит в пример девочку Нелл. Она несколько раз следовала объяснению дробей, но затем останавливалась и отказывалась думать дальше, говоря: «Я этого не понимаю». Детей, которые так делают, Джон Холт называет «делатели»: ученик стремится просто получить правильный ответ, не вдумываясь в смысл, и, столкнувшись с трудностями, теряет мотивацию. Другой тип – «мыслители», они стремятся осмыслить задачу, и это позволяет им быть более вовлеченными и добиваться успеха. Например, в игре с числами некоторые дети пытались угадывать ответы, что иногда приводило к успеху при большом количестве ошибок, но другие ребята старались уменьшить количество возможных вариантов, исключая категории, их стратегия была более осмысленная.

Частой детской проблемой является трудность с концентрацией и отслеживанием своих мыслей во время занятий. Это приводит к тому, что учителя могут считать умственные способности таких детей низкими, хотя в других жизненных ситуациях они могут обладать смекалкой. Проблема заключается не столько в том, что дети не понимают материал, а в том, что они не могут проследить, когда их внимание уходит в сторону.

Именно поэтому важным образовательным этапом развития детей является обучение их самоконтролю, пониманию своих особенностей и навыку проверки уровня своих знаний. Хороший ученик стремится к обнаружению пробелов в своем понимании сути материала и их восполнению, в то время как плохой их даже не осознает.

Еще одно наблюдение Джона Холта заключается в том, что учителя часто непреднамеренно дают подсказки своим ученикам, влияя на их ответы. Так, на уроке по частям речи учительница просила детей классифицировать слова в три колонки: существительное, прилагательное, глагол. Не осознавая, она наклонялась к нужной колонке, так что дети быстро подметили и стали использовать это как сигнал для правильного ответа, хотя они не всегда понимали, о чем идет речь. Кроме того, дети заметили закономерность в равномерном заполнении колонок, что также помогало угадывать ответы.

Учитель может оказаться заложником собственных ожиданий. Например, учительница попросила определить, к чему относится слово «печь». Она думала о существительном и была так одержима верным ответом, что даже не предполагала другой вариант, когда это слово может являться глаголом. Даже несмотря на логические рассуждения ученика, она не останавливалась и быстро отвергала их.

Некоторые дети очень хотят угодить взрослым и хорошо учиться, но не всегда понимают материал. На уроке математики, когда спрашивали одного ученика, сколько времени потребуется, чтобы проехать 10 км со скоростью 40 км/ч, он ответил неправильно, но попытался объяснить свое решение. Он не понимал, как решать задачу, но давал красивые ответы, не осознавая, что они неверные. При этом те дети, для которых желание быть идеальным учеником не столь велико, могут позволить себе ошибаться, уточнять и даже спорить с учителем, если считают, что ответ последнего неверен.

Чтобы понять детей, важно не просто следить за их действиями во время урока, необходимо длительное наблюдение. Большинство детей, особенно те, у кого трудности с концентрацией, не проявляют интереса к урокам, преимущественно когда они становятся скучными или запутанными, и часто отвлекаются на разговоры, заметки и фантазии.

При этом сторонний наблюдатель, который может прийти для оценки эффективности учебного процесса, не заметит важных аспектов поведения детей, так как будет во многом сосредотачиваться на учителе, а не на учениках. Также на детей будет влиять само присутствие наблюдателя, они могут быть более собранными и примерными, но и этот эффект будет постепенно сходить на нет.

Важно, чтобы два опытных учителя работали вместе для лучшего понимания поведения и потребности детей. Учитель должен создать физическое, интеллектуальное и эмоциональное пространство, где ученики могут свободно выражать себя и быть вовлеченными. Чтобы узнать своих учеников, учителям нужно учитывать их интересы и чувства, предоставляя им свободу действий. Освободившись от традиционных ролей, таких как начальник или судья, учителя могут лучше понять, как помочь своим ученикам.

Автор подчеркивает, что учителя могут учиться у своих учеников. Интересы и увлечения последних могут стать проводником и указанием того, как именно стоит подбирать материалы и методы обучения. Это улучшает образовательный процесс и вовлекает не только детей, но и самих педагогов.

Учителя склонны видеть процесс обучения как увлекательное путешествие к важной цели. Например, учитель истории считает, что знание истории полезно и захватывающе, и полагает, что его цели и цели его учеников совпадают.

Однако на деле оказывается, что ученики воспринимают школу как обязательную рутину, а учебные задания – как неприятные задачи, которые нужно просто выполнить, чтобы избавиться от них. Дети в классе находятся не из-за интереса к предмету, а потому, что должны быть там, и их основная цель – минимизировать усилия и неприятности. Автор сравнивает такую позицию с приемом у врача: как бы врач ни убеждал в пользе лекарств, для ребенка главное то, насколько больно или неприятно будет лечение.

Учителям приходится решать сложную задачу: настроить учеников на размышления, особенно тех, кто привык к простым ответам и боится ошибиться. Так, на одном уроке математики ученики исследовали закономерности в числовых рядах. Сэм, один из учеников, сначала заметил лишь очевидные вещи, например, что некоторые числа повторяются в разных строках. Однако позже он сделал неожиданное, более глубокое обобщение. Сложность в том, что Сэму и многим другим детям бывает трудно понять, что комплексные идеи важнее простых.

На других занятиях, посвященных принципам равновесия, дети экспериментировали с уравновешиванием балки, используя гири. Они должны были предсказать, сбалансируется ли балка, и за правильные прогнозы получали очки. Хотя замысел был в том, чтобы интерес к баллам мотивировал их к размышлениям, ученики быстро нашли способ обойти задачу. Некоторые нарочно размещали гири так, чтобы балка не уравновешивалась, заранее договариваясь с командой предсказать этот результат. Так они зарабатывали баллы, не углубляясь в суть эксперимента.

Поняв, что дети увлеклись не исследованием, а набором баллов, учитель решил изменить подход. Он оставил балансир с гирями на задней парте без объяснений и формальных заданий. Без жестких инструкций ученики, включая тех, кто ранее испытывал трудности, начали сами экспериментировать и в итоге смогли понять принципы равновесия. Иногда полезнее дать детям свободу для самостоятельных открытий.

На другом занятии дети играли в игру, где нужно было угадать страну, задавая наводящие вопросы. Большинство учеников сосредоточились на том, чтобы избежать насмешек за якобы глупые вопросы, а не на том, чтобы как можно быстрее сузить варианты. Некоторые дети, такие как Джесси, предпочитали безопасный вариант – пасовать. Другие разработали «защитные» стратегии, чтобы не чувствовать себя неловко. Сэм, например, использовал завуалированные вопросы, чтобы его предположения не звучали слишком очевидно. В ситуации, когда нужно было угадать страну, он осторожно спросил: «Эта страна похожа на сапог?», имея в виду Италию.

Такие защитные стратегии мешают детям развивать открытое мышление и погружаться в исследование. Страх перед ошибками и реакцией окружающих порой сковывает детей. Задача учителя – создать безопасную, интересную атмосферу, где ученики не боятся ошибок и учатся на них, задавая вопросы из подлинного интереса.

Страх и неудачи

«Чтобы многое узнать о мире, мы должны доверять ему, должны верить, что он в целом последователен и имеет смысл. Более того, чтобы разобраться в нем, мы должны доверять самим себе»

Концепция успеха, которую мы часто навязываем детям, может приводить к непониманию того, что действительно важно. Мы хотим, чтобы дети стремились к достижению, но успех – это не получение высокой оценки, а освоение чего-то нового, несмотря на все неудачи по пути.

Размышляя об успехе, вспомним бейсбол: даже у отличных игроков успешное отбивание мяча происходит лишь в 30 % случаев. Если бы ребенок каждый раз ставил себе целью только совершенный результат, любая ошибка могла бы его разочаровать. Но умение продолжать попытки несмотря на неудачи гораздо важнее, ведь именно так формируется уверенность в себе и стойкость. У ребенка, который учится кататься на велосипеде и постоянно падает, нет мысли о провале, он просто снова садится на велосипед. Успех для него – это само действие, а не оценка за него.

Стратегия «избегать неудачи» может завести нас в ловушку, если мы начинаем слишком сильно защищать детей от любых провалов, лишая их опыта разочарования и преодоления. Создавая для ребенка условия, где ему не приходится стараться, мы можем снизить его интерес к делу.

Эта мысль касается не только детей, но и взрослых. Взрослые тоже сталкиваются с задачами, где результат измеряется не в категории «успеха» или «провала», а в том, насколько улучшился сам навык. Представим человека, изучающего новую мелодию на музыкальном инструменте. Он может ставить себе маленькие цели – выучить определенный отрывок наизусть или достичь нужного темпа. Каждый шаг становится «успехом», но если он оценит все занятие целиком, то увидит, что нельзя назвать его полностью успешным или провальным, ведь процесс продолжается, совершенствование бесконечно.

«Дети, которые берутся за что-то, как моя пятилетняя подруга Вита, которая начинает серьезно изучать игру на скрипке, думают не об успехе и неудаче, а об усилиях и приключениях. Только когда угождение взрослым становится важным, появляется четкая грань между успехом и неудачей»

Некоторые дети испытывают страх перед ошибками и негативной оценкой, боятся быть названными «глупыми». Автор сравнивает это с собственными переживаниями при игре на флейте – внутренний голос критикует, напряжение внутри нарастает, и в таком случае ошибка становится освобождением от напряжения. Но пока первая ошибка не совершена, страх перед ней может сковывать и мешать обучению.

Другой вариацией является страх перед успехом. Ученики могут предпочитать оставаться на низком уровне, опасаясь, что учителя начнут требовать большего от них. Автор объясняет это тем, что некомпетентность человека снижает ожидания по отношению к нему как со стороны других, так и с собственной стороны. Это проявление защитной стратегии, направленной на избегание разочарований.

«Как гласит старая поговорка, вы не можете упасть с кровати, если спите на полу»

Страх не вписаться в общество сверстников может сильно влиять на процесс обучения в классе. Ребенок находится в постоянном поиске одобрения, даже через вызывающее поведение. При этом эта сплоченность внутри формирующихся групп очень ценна для них. Вместе они противостоят внешнему миру, где остальным людям они могут быть безразличны, и в этом заключается главный ужас для ребенка.

Дети могут чувствовать себя увереннее, если сами выбирают, над чем и как долго работать. Одна учительница создала систему, где ученики могли свободно выбирать рабочие листы по математике, которые их заинтересовали. Они решали их столько раз, сколько хотели, до тех пор, пока не почувствуют уверенность. Это была не просто попытка угодить учителю или заработать оценку – дети делали это «для себя» и каждый раз получали новые знания или закрепляли уже известное.

«Если дети оказываются в ситуации, когда на них не давят, требуя придумать правильный ответ за короткий промежуток времени, они могут творить удивительные вещи»

Чтобы снизить напряжение на своих уроках, Джон Холт предлагает ученикам метафору забытых вещей: если ты забыл свои вещи в отеле, то можешь спокойно вернуться и забрать их. Также если ты забыл что-то из объяснений учителя, то можно спокойно обратиться за помощью, зная, что это нормально.

Полезным методом может стать проведение открытых неформальных занятий, где ошибка не имеет последствий, ведь это пространство для экспериментов.

Недоверие к детям и тревога по поводу их возможных ошибок и оплошностей стали почти привычной частью атмосферы большинства детских садов и развивающих центров. Взрослые, как правило, искренне стараются поддерживать безопасную и позитивную среду, но их беспокойство мешает наладить спокойное взаимодействие с детьми. Воспитатели, чаще всего доброжелательные и внимательные люди, чувствуют необходимость постоянно следить за обстановкой, переживая, что кто-то из детей может что-то испортить или пораниться. Из-за этого дети редко получают полное внимание взрослых, а напряжение и тревога передаются и малышам, даже если они заняты интересными для них делами.

Уровень тревоги взрослых зависит от общего числа детей в группе. Взрослый ощущает ответственность за всех. Если бы детские группы были меньше, воспитателям было бы легче сосредоточиться на взаимодействии с детьми, не чувствуя постоянного беспокойства.

Другим вариантом может стать возвращение к практике, когда детей разных возрастов обучали в одном классе, где старшие могли помогать младшим, а младшие – учиться у старших.

Настоящее обучение

«Мы, учителя, должны пытаться смотреть на наши идеи и наше преподавание глазами того, кто ничего не знает, не может принять ничего недоказанного и не терпит непоследовательности и парадоксов. Мы должны попытаться освободить наше учение от двусмысленности, путаницы и самопротиворечия»

То, что взрослым кажется очевидным, может быть непонятным для ребенка. Например, число 10, где сочетание цифр «1» и «0» представляет что-то большее, чем каждая из них по отдельности. Для детей это может быть нелепым и запутанным, и, если не признать это при обучении, такая встреча с числом 10 может их шокировать. Но когда дети учатся сами, они не пугаются таких непонятных моментов. Они воспринимают все новое с любопытством и без страха, пока взрослые не начинают навязывать им «правильное» понимание, придавая слишком большое значение ошибкам.

«Плохие объяснения намного хуже, чем отсутствие объяснений вообще»

Мы часто обращаемся к детям так, как будто слова имеют фиксированные значения, но многие понятия относительны. Например, длинный и короткий, горячий и холодный – это значения, которые зависят от контекста. Дети сталкиваются с путаницей, когда одно и то же слово может означать противоположное в разных ситуациях, но редко обсуждают это на уроках.

Кроме того, ученики часто фокусируются на нахождении правильного ответа, а не на понимании сути задач. Некоторые дети воспринимают задачу как загадку, которую можно решить, глубже осмыслив условия, тогда как другие видят задачу как инструкцию по поиску ответа. В первом случае мыслительный процесс становится творческим исследованием, где ответ сам по себе становится очевидным. Во втором случае ученики просто ищут способ угадать ответ, часто ориентируясь на реакции учителя или на прошлые решения. Такой подход формирует стремление к внешнему одобрению вместо углубленного понимания.

Многие ошибочно считают, что любых детей можно «сделать умными», просто нужно потратить на них больше времени. Но дети уже обладают интеллектом. Учителю важно создать среду, где ученики могут проявить свой ум, самостоятельно исследовать и оценивать свои действия.

Ошибочная установка на «обучение интеллекту» как дисциплине только мешает развитию. Интеллектуальное развитие происходит не через зубрежку, а через возможность для детей учиться на собственном опыте. Навязчивое «обучение» умными методами мешает ученикам раскрыть свои способности, как если бы кто-то продолжал толкать машину, которая уже завелась.

Учителя часто считают, что повторение помогает, но на деле это приводит к тому, что ученик привыкает к формальным процедурам, не понимая сути. Некоторые дети, например, сталкиваются с трудностями из-за отсутствия основного понимания чисел, и преподаватели часто обвиняют их, не задумываясь о возможных проблемах в обучении. В таком случае стоит начать с выяснения того, что именно в концепции чисел понятно ребенку, прежде чем предлагать ему палочки для счета Кюизенера. Настоящее развитие требует постепенного и вдумчивого подхода, который строит крепкий фундамент, а не просто изображает успех.

Понять, действительно ли ребенок что-то усвоил, бывает нелегко. Часто дети не могут сказать, понимают ли они материал или просто дают заученные формальные ответы. Один из способов оценить понимание – предложить детям задачи, требующие размышлений и описания взаимосвязи между фактами. Также можно понаблюдать за тем, что и как дети делают, когда свободны заниматься тем, что их больше всего интересует.

Дети могут делать открытия, даже если решают задачи на простом уровне. Например, когда одна ученица открыла для себя, что каждое второе число делится на 2, а каждое третье – на 3, это было для нее таким же важным интеллектуальным шагом, как для более продвинутых учеников открытие более сложных математических закономерностей. Таким образом, важно не торопить детей и не заставлять их переходить к более сложным задачам, пока они не освоят базовые концепты, и радоваться даже их маленьким открытиям, ведь они уже на этом этапе делают значительный шаг вперед.

Существует целый подход, позволяющий обучаться математике через самостоятельные эксперименты и открытия. В математической лаборатории, разработанной профессором Дьенешем, дети получают разные предметы, с которыми они могут проводить эксперименты, например, кусочки разных форм или детали, которые нужно собрать в другие формы. Никто не говорит им, как именно это делать – они сами решают, как использовать эти материалы. Когда задача оказывается слишком сложной, дети могут попробовать более простое решение. Процесс обучения становится игрой и исследованием, где главное – не результат, а сам процесс поиска решения.

После того как дети проведут эксперименты и найдут ответы, они записывают свои выводы. Со временем они начинают замечать закономерности и связи между тем, что они делали в одном эксперименте и что сделали в другом. Эти наблюдения и выводы помогают детям сформулировать обобщения, которые, хотя и простые, становятся их собственными и полезными. В какой-то момент дети могут решить задачи без использования дополнительных материалов, потому что они уже поняли, какой принцип лежит в основе решения.

«Мы измеряем вещи не из праздного любопытства. Мы измеряем их, чтобы иметь возможность принимать решения о них и что-то с ними делать. Поскольку все это по своей сути интересно и важно для нас, это заинтересует и детей»

Дети очень любопытны и интересуются тем, что происходит вокруг них, в том числе взрослым миром и тем, что делают взрослые. Когда обучение связано с реальной жизнью и с чем-то, что имеет практическое значение, оно становится более увлекательным и понятным.

Дети с радостью изучают то, что связано с их собственным телом и личными достижениями, такими как рост, сила и скорость. Например, можно предложить им провести эксперименты, чтобы измерить свой рост, силу и скорость, а затем наблюдать, как эти показатели меняются. Это может быть увлекательным занятием – измерить дыхание и пульс до и после физических упражнений, чтобы увидеть, как они восстанавливаются, или замерить свою скорость, чтобы понять, как она меняется в зависимости от времени отдыха или тренировки.

Это не просто игра с цифрами – это настоящая наука, в отличие от пассивного восприятия того, что уже известно. Это помогает детям увидеть, как математика работает в жизни, а не просто воспринимать ее как теорию.

Также дети проявляют интерес к деньгам, потому что видят, как взрослые беспокоятся о финансах и как деньги влияют на их жизнь. Для детей это становится важной темой для обсуждения. Рассказ о том, что означают деньги в жизни взрослых, и о том, как управлять финансами, может быть очень увлекательным для детей. Например, можно дать детям возможность увидеть, как ведутся семейные финансовые записи, как составляются бюджеты и оплачиваются счета. Некоторые дети могут быть не слишком заинтересованы, но многие, вероятно, захотят активно участвовать в этом процессе.

Кроме того, дети могут быть заинтересованы узнать, как работают такие понятия, как бухгалтерия, если они увидят их в контексте реальной жизни. Это не только интересный процесс, но и полезный навык, который пригодится в будущем. Это могло бы стать частью школьной программы, где дети могли бы обсудить, как школа управляет своими финансами, откуда получает деньги и на что их тратит. В идеале такие обсуждения могли бы стать важной частью учебного процесса, вовлекая детей в принятие решений и давая им возможность понять, как финансовые процессы влияют на их жизнь.

Таким образом, самый эффективный способ познакомить детей с миром чисел и математики – это показать им эти числа в действии, в реальной жизни, когда они видят, как они влияют на окружающий мир и на их собственные действия.

Джон Холт призывает постоянно задавать себе вопрос: Кого мы пытаемся воспитать? Умных людей или тех, кто знает «правильные» ответы и умеет сдавать тесты?