Текст книги "Встреча с любовью"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vstrecha-s-lyubovyu-7293.jpg)
Автор книги: Конни Мейсон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Конни Мэйсон
Встреча с любовью
Моим замечательным внучкам, Бет и Пауле, и внукам – Джо, Мэтту, Алексу и Эрону
Пролог
Лондон, 1815 год
Ее пальцы, уцепившиеся за выступ шершавой, в кровь раздирающей кожу кирпичной стены, слабели с каждой минутой. Цепляясь из последних сил за тоненькую нить, связывающую ее с жизнью, она, повернув голову, осторожно посмотрела вниз. Ни единого кустика, чтобы смягчить падение, только твердая как камень земля подъездной аллеи. Щека, которую она оцарапала, нечаянно задев за стену, кровоточила. Она не должна упасть. Она еще так молода, и жизнь слишком дорога, чтобы ее потерять. «Уж лучше погибнуть, чем остаться в этом доме», – подумала она, изо всех сил прижимаясь к стене. Она покрутила головой в поисках крепких ветвей огромного старого дуба, который рос здесь еще до того, как построили дом. Ее поступок был вызван тем, что, доведенная до отчаяния, она решила сбежать от человека, который на несколько минут оставил ее одну, чтобы проводить гостей. Она выглянула в окно, внимательно оглядела дерево и постаралась убедить себя, что оно – единственный путь к спасению. Его раскидистые ветви были густо покрыты молодой весенней листвой, и она безрассудно отозвалась на их призыв. Но оно оказалось так далеко… Осмелится ли она оторвать от выступа одну руку, чтобы попасть в надежные объятия могучего дуба? А вдруг она упадет? Улыбка, слишком циничная для столь юного существа, искривила ее пухлые красные губки. Она, конечно, рассматривала такой вариант, но, решив пренебречь угрозой для жизни, бесшумно вылезла из окна. Что хорошего в жизни, которая предлагает одни проблемы? Подавив страх, она освободила одну руку – время бежало неумолимо – и, выгнувшись, в отчаянии потянулась к ближайшей ветви. Это усилие стоило ей потери равновесия, ибо второй руке не под силу было выдержать ее вес. Быстро просчитав, что промедление может привести к смерти, она уперлась ногами в стену и, стремительно оттолкнувшись, перелетела к дереву. Ее пальцы конвульсивно вцепились в тонкую ветку. Она достигла цели! Ей показалось, что руки выворачиваются из суставов, но она не могла не воспользоваться единственным шансом, который подарила ей судьба. Она обхватила ветку ногами, добралась до ствола и с проворством, свойственным юности, начала быстро спускаться вниз по дереву. Последняя ветвь располагалась слишком высоко. Даже когда она спустилась настолько низко, насколько это было возможно, ее ноги все еще находились в шести футах от земли. В огромном кирпичном доме один за другим гасли огни. С отвагой, порожденной отчаянием, она, закрыв глаза, отпустила толстый сук и упала на землю, больно ударившись о каменную стену, около которой возвышался могучий дуб. Будучи молодой, здоровой и ловкой, она в результате этой отчаянной авантюры заработала всего лишь несколько царапин, синяков и вывихнутую лодыжку, которая сразу начала опухать. Поднявшись с земли и ойкнув от боли, она, прихрамывая, побежала к открытым воротам усадьбы – к счастью, их не успели еще закрыть после отъезда гостей. Через минуту ее поглотил густой туман, растекавшийся по улицам Лондона. Она ни разу не оглянулась назад. Не сожалела она и о том, что покинула величественный, поросший плющом особняк. Не важно, какое будущее ждет ее впереди: оно не может быть хуже того, от чего она сейчас убегала.
Глава 1
Лондон, 1818 год
Дверь с шумом распахнулась, чуть не сорвавшись с петель, и разъяренный мужчина, ворвавшись в комнату и в три шага преодолев свободное пространство, остановился в нескольких дюймах от кровати, где Бен Пенрод самозабвенно занимался любовью с Кэролайн Баттерсби. Он и Кэролайн не в первый раз оказывались в одной постели, и Бен надеялся, что не в последний. Какой несчастный случай занес ее взбешенного папашу в спальню, когда он должен был появиться дома только завтра?
– Надеюсь, вы получили удовольствие, молодой человек, ибо дня вас это последняя возможность заняться любовью с кем бы то ни было, если, конечно, вы не поступите с Кэролайн по совести, сделав ее своей женой.
Прежде чем попытаться успокоить несчастного отца, Бен поспешно натянул простыню на себя и Кэролайн. В своей суетливости он не заметил заговорщического взгляда, которым обменялись отец и дочь, а если бы заметил, то сразу понял бы, что они против него что-то затеяли.
– Ставлю вас в известность, сэр, – ответил Бен, после того как тщательно закутался в простыню, – что о женитьбе не может быть и речи.
Бен Пенрод, несомненный красавец, посвятил лучшую часть своих двадцати семи лет тому, чтобы избежать брака. Так как у него не было причины жениться, чтобы обеспечить семью наследником – его брат Дир уже сделал это, – он не считал нужным обременять себя женой. И брат, и его друг Робин Флетчер столкнулись с такими трудностями, завоевывая своих жен, что Бен торжественно поклялся оставаться холостяком до конца своих дней.
– Вы погубили мою дочь! – рявкнул лорд Баттерсби. Нахальный отказ Бена жениться на Кэролайн еще больше разозлил его. – Мне известно, что в течение двух лет вашего пребывания в Лондоне вы тайно встречались с моей дочерью, и я требую, чтобы вы поступили, как подобает благородному человеку.
– Это не соответствует действительности, сэр, – произнес Бен с убийственным спокойствием. – Кэролайн одна из многих женщин, которым я уделял внимание со дня моего приезда в Лондон.
– Не знаю, как в таких случаях поступают в Австралии, но в Лондоне мужчина, обесчестивший женщину, обязан на ней жениться.
Бен проглотил это замечание, так как, будучи джентльменом, не счел возможным ставить отца в известность о том, что он у Кэролайн далеко не первый любовник и скорее всего не последний. Два года назад, приехав из Австралии, он взял Лондон штурмом, и множество женщин по всему городу еще долго потом вспоминали ночи, проведенные в его постели. Он побывал и во Франции, где довел до совершенства искусство обольщения представительниц прекрасного пола и отточил его настолько, что почти не встречал сопротивления со стороны пылких француженок. Бессчетное количество женщин стремилось завоевать сердце красивого богатого австралийца и повести его к алтарю, и их не пугала даже перспектива жить вместе с ним в захудалой колонии, хотя большинство из них сомневалось, что такой ловелас, как Бен Пенрод, променяет веселый Лондон на забытые Богом задворки Австралии. Но впоследствии некоторые из них, узнав Бена Пенрода получше, могли безошибочно предсказать, какое будущее ему уготовано и где он в конечном счете проведет оставшуюся жизнь.
– Я сомневаюсь, что мы с Кэролайн подходим друг другу, – попытался убедить разгневанного отца Бен.
Внезапно Кэролайн, которая до этого момента не подавала признаков жизни, вмешалась в разговор:
– Это неправда, Бен, мы прекрасно друг другу подходим!
Услышав это заявление, Бен с трудом сдержался, чтобы не вспылить. Он не собирался жениться на Кэролайн, да и вообще на ком бы то ни было. Он был уверен, что в первый же год их брака она наставит ему рога. Нет уж, спасибо. Его не заставят жениться на Кэролайн ни за какие блага мира.
– Ты не понимаешь, Кэролайн, ведь брак…
– Нет, Пенрод, – грубо перебил его Баттерсби, – это ты не понимаешь! Я не позволю трепать имя моей дочери по всему Лондону. Ты женишься на ней. У меня достаточно влиятельных друзей, чтобы отвести тебя к алтарю. Если нужно применить силу, я ее применю, можешь не сомневаться.
Бен застонал. Проклятие! Как такое могло случиться? Он уже не первый раз спал с Кэролайн, и она всегда заверяла его, что родителей нет дома и им ничто не грозит. Она не была девственницей, которую он соблазнил. Нет, черт возьми! Соблазнять девственниц? Нет, это не для него. Кэролайн охотно легла с ним в постель, и он убедился, что у нее за плечами не меньший опыт, чем у него. И вдруг понял, что ему устроили ловушку, в которую он так глупо попался. У нее был слишком самодовольный вид, чтобы расценивать появление отца как неприятную случайность. Маленькая сучка спланировала все заранее, чтобы женить его на себе! Она месяцами пыталась лестью вынудить Бена сделать ей предложение, и его постоянный отказ наконец ее разозлил. А когда он пригрозил разрывом, она вымолила у него «последнее свидание» в память о прошлом.
– Я ведь и раньше говорил тебе, что вопрос о браке исключен, – упрямо настаивал Бен.
– Хотелось бы знать почему? – со злостью спросил отец Кэролайн.
– Я… я уже женат! – вдруг выпалил Бен, чувствуя, что еще немного, и он кинется с кулаками на мистера Баттерсби.
Однако ложь не помогла.
– Что?! – изумилась Кэролайн, резко поднявшись и даже забыв прикрыть простыней обнаженную грудь. Ее полные красные губы, ярко выделяющиеся на бледном лице, обиженно надулись. Она была прекрасна в своей роскошной чувственной красоте, ее белая кожа контрастировала с волосами цвета эбенового дерева и наглыми черными глазами. – Я впервые слышу об этом.
– И, однако, у меня есть жена, – упрямо повторил Бен. – Она приехала вместе со мной из Австралии.
– И где же эта женщина, на которой ты будто бы женат? Неужели все эти два года ты прятал ее под своей кроватью? – ехидно ухмыльнулась Кэролайн.
– Конечно же, нет! – возмутился Бен, увязая во лжи гораздо глубже, чем это входило в его намерения. – Моя жена сейчас за городом, она навещает своих родственников.
– Тогда потрудись представить нам свою неуловимую супругу, – тоном, не терпящим возражений, заявил ее отец.
– Черт побери, неужели вы мне не верите?
– Не верю! Если не представишь нам жену через неделю, начиная с сегодняшнего дня, то женишься на Кэролайн. Для твоего же блага советую тебе не уезжать из страны.
Бен кипел от негодования. Он определенно не хотел иметь жену, но не принадлежал к тому сорту мужчин, которые убегают от своих проблем. Семью Пенрод никто не мог бы уличить в трусости, и он не был исключением.
– У меня нет ни малейшего желания покидать Англию.
– Значит, ты женишься на мне? – с тайным злорадством спросила Кэролайн.
– Я уже женат, – снова повторил Бен, досадуя на себя за то, что не смог изобрести более безопасную ложь. Если бы у него было больше времени, он придумал бы что-нибудь поумнее.
– Поживем – увидим, – заключил мистер Баттерсби. – А пока я предлагаю тебе избавить нас от своего присутствия.
– С удовольствием, – произнес Бен, радуясь, что ему удалось довольно легко выбраться из столь щекотливой ситуации. Ему не портило настроения даже то, что его чуть не обвели вокруг пальца. – Не будете ли вы добры, дать мне возможность одеться…
Баттерсби круто развернулся и вышел из спальни, оставив Кэролайн и Бена одних.
– Дорогой, надеюсь, ты не думаешь, что я…
– Именно это я и думаю, дорогая, – перебил Бен. Его голос был полон сарказма, а серые глаза смотрели с холодным презрением. – Извини, если я сорван твои планы.
– Ты несправедлив ко мне, Бен, – запротестовала Кэролайн, надув губки и как бы нечаянно спустив простыню до талии. – Я никогда не пыталась манипулировать тобой, милый. – Внезапно она хитро посмотрела на него. – А ты действительно женат?
Бен вылез из постели, оделся и не проронил ни слова до тех пор, пока не взялся за ручку двери.
– К сожалению, тебе придется подождать неделю, чтобы получить ответ на этот вопрос, Кэролайн.
Бен быстро шагал, углубляясь в трущобы Лондона, не зная, где он находится и который теперь час. С момента его ухода из фешенебельного городского дома на Сент-Джордж-сквер прошло несколько часов. Он шел, куда вели ноги: через парк, мост и дальше по улицам, совершенно ему незнакомым. Улицы сменялись темными аллеями, кривыми переулками и усыпанными мусором тупиками. Его сопровождал запах пищевых отходов, человеческих нечистот, соленой рыбы и гниющих водорослей. Он проходил мимо убогих гостиниц, и грязные нищие цеплялись к нему, выпрашивая подаяние. Но Бен не замечал ничего вокруг, не слышал призывов проституток, хватавших его за руки. Его одолевала только одна мысль: где за неделю найти жену? Если он не представит ее, то не сможет избежать брака, к которому решительно настроенный лорд Баттерсби его принудит. Его изворотливый ум подбрасывал разные варианты, но он отметал их один за другим как несостоятельные. Он додумался даже до того, чтобы попросить одну из своих многочисленных знакомых дам исполнить роль его жены, но тут же отверг эту идею, вспомнив, что все они принадлежат к высшему обществу, а значит, его моментально разоблачат. Идея заплатить дорогой проститутке, чтобы она изобразила его жену, также была отринута, поскольку Бен не мог вспомнить ни одной более или менее подходящей. И даже если он случайно найдет такую, она наверняка знакома с большинством его лондонских друзей. Бен устал и еле передвигал ноги, не замечая ни ночной темноты, ни густого тумана, который оплетал его толстыми мокрыми щупальцами, заставляя дрожать от холода. Этот чертов туман, к которому он так и не смог привыкнуть, был неотъемлемой принадлежностью Лондона. В такие дни, как этот, он с тоской вспоминал теплый солнечный климат Нового Южного Уэльса, где туман был редкостью и увидеть его можно было лишь на далеких вершинах Голубых гор. Бен так погрузился в свои мысли, что не обратил внимания на хрупкую, одетую в лохмотья фигурку, спрятавшуюся в темной аллее, к которой он приближался. Глаза бродяжки сузились, внимательно разглядывая Бена. Он окинул незнакомца опытным взглядом, отметил его дорогую одежду и гордую осанку и пришел к заключению, что этот джентльмен наверняка не из бедных. Сейчас только это и имело значение. Одноглазая Берта сегодня не в духе, и, если он ничего не принесет, порки ему не миновать. Бен приближался к аллее, не подозревая, что ждет его за углом. Просто чудо, что его еще никто не ограбил. Возможно, он отпугивал большинство потенциальных грабителей своим ростом, ведь он был очень высок, широкоплеч и мускулист. Неожиданно из-за гряды облаков выглянула луна, и бродяжка смог рассмотреть встретившегося на его пути мужчину. Смуглый от пребывания под безжалостным австралийским солнцем, он привлекал взгляд своей ленивой надменностью и красивой экзотичной внешностью. Пройдя хорошую школу у Одноглазой Берты, воришка сразу определил, в каком кармане у Бена лежит кошелек, и стал нетерпеливо разминать длинные тонкие пальцы. Все посторонние мысли моментально его покинули, и он сосредоточился на том, что ему предстояло сделать. Как только Бен вошел в темную аллею, воришка тихо выскользнул из темноты, подставил ему ногу, да так ловко, что Бен грохнулся на землю с глухим стуком и проклятиями, и не успел он сообразить, что произошло, как маленький оборвыш уже залез в его карман, вытащил кошелек и стремглав помчался прочь по темной аллее.
– Стой, мерзавец!
Бен быстро вскочил и пустился в погоню с не меньшим проворством, чем уличный воришка, в чем ему помогали длинные ноги. Но вдруг аллея уперлась в тупик, и Бен растерянно остановился, не зная, что делать. Оглянувшись, он увидел пустые ящики, нагроможденные друг на друга. Очевидно, парнишка вскарабкался на них, чтобы перелезть через высокую стену, и оказался на другой стороне. Злая решимость окрылила Бена, и он с помощью тех же ящиков преодолел неожиданное препятствие и успел заметить, как вор свернул за угол.
– Проклятый негодяй, – пробормотал Бен и бросился за мальчишкой.
Он прожил в Лондоне уже два года и впервые подвергся грабежу. Впрочем одного раза ему хватило, чтобы понять, что только дурак может бродить без охраны в этой части города. Расстояние между ним и воришкой неуклонно сокращалось, К счастью, Бен не утратил спортивной формы и легко несся вперед, не чувствуя усталости. Жизнь в диких степях Австралии приучила его к ежедневным пробежкам на большие расстояния.
Бен настиг мальчишку, когда эта куча грязного тряпья уже собиралась нырнуть в открытую дверь какой-то лачуги. Вор вскрикнул от удивления, когда Бен неожиданно выскочил из темноты, схватил его за шиворот и потащил в кусты, росшие позади огромного темного здания.
– Попался! – закричал Бен и стал трясти мальчишку с такой силой, что у того застучали зубы. – В Австралии подобных типов полным-полно – так нет же, мне надо было приехать в Лондон, чтобы здесь стать жертвой одного из них.
Когда Бен наконец разжал руки, мальчик открыл свой удивительно нежный ротик и разразился таким потоком грязной ругани, что у Бена от изумления отвисла челюсть.
– Проклятый ублюдок, убери от меня свои мерзкие лапы!
– Ах ты, змееныш… – прошипел Бен сквозь стиснутые зубы. – Меня обуревает горячее желание задушить тебя на месте. Стоит ли дожидаться суда, когда я и сам прекрасно могу с тобой разделаться?
Лицо мальчика под засохшей на нем грязью побледнело, и он, извернувшись, злобно вцепился в руку Бена маленькими острыми зубами.
– Ой! Будь ты проклят! Ты у меня поплатишься за это, грязный разбойник! – в ярости закричал Бен. Ему очень хотелось задушить маленького негодяя, но он взял себя в руки и, продолжая держать воришку за шиворот, лишь сверлил его злобным взглядом.
– Ты чуть не убил меня, мерзавец!
– Это послужит тебе уроком, А сейчас отдай мой кошелек.
– А ты отпустишь меня, если я тебе его верну?
– Нет. Я сдам тебя полицейскому.
– Чтоб ты пропал!
– Не слишком ли ты молод для такой работы? – спросил Бен, пряча в карман кошелек.
– Я гораздо старше, чем выгляжу, – задиристо ответил воришка.
– Как тебя зовут?
– Не твое дело!
– Не хами! Видать, тебя давно не пороли.
– Порку я получаю довольно часто.
Слова воришки растопили лед в сердце Бена, и злость его улетучилась. Бедный мальчик, возможно, он живет на улице и ему с раннего детства приходится отражать нападения хищных бродяг, Бена охватило чувство вины за то, что он так сурово обошелся с ребенком. Он был гораздо выше и сильнее и мог бы легко с ним справиться. «Почему я действовал с такой жестокостью? – спросил он себя и тут же ответил: – Потому что он грязный воришка, опустошающий чужие карманы». Если его сейчас пожалеть, то он, возможно, закончит свою жизнь на виселице или попадет на каторгу, или его убьет какой-нибудь негодяй. И, однако, сердце Бена затопила жалость – ведь он такой маленький и беззащитный…
Воспользовавшись тем, что «противник» расслабился, воришка вырвался из его рук и дал деру. Но Бен оказался проворнее. Одним прыжком догнав его, он выбросил вперед руку и схватил мальчишку. Но схватил не за плечо, а за шерстяную шапку, натянутую на уши… Бен замер от изумления, когда шапка слетела и по плечам рассыпались длинные пряди светлых волос. Они легли незадачливому вору на спину, словно золотистая мантия. Заинтригованный, Бен ухватился за эти волосы, намотал их на руку и сильно дернул.
– Кто ты? – грозно спросил он и только теперь понял, что вор не мальчик, а юная девушка. Он не мог определить ее возраст, но твердо намеревался это выяснить.
– Не твое дело! – закричала девушка, когда Бен, продолжая держать за волосы, подтянул ее к себе.
– Ты безобразно выражаешься, – строго проговорил Бен, заглядывая в ее чумазое лицо. – У меня возникло горячее желание хорошенько тебя отшлепать.
– Ты не посмеешь! Ты ведь получил свой проклятый кошелек, ну и вали отсюда!
На лице Бена появилось задумчивое выражение. Он определенно не мог позволить маленькой пройдохе продолжать заниматься своим ремеслом. Отвести ее в полицию? Нет, этого он тоже не мог. Он насмотрелся на таких, как она, в Австралии. А что, если найти для девочки какое-нибудь пристанище или отдать в сиротский приют? Оба варианта показались ему вполне приемлемыми. Ну в самом деле, не сдавать же ее в полицию!
– Если я отпущу тебя, ты ведь опять будешь воровать, – размышлял вслух Бен. – Как тебя зовут?
Молчание.
– Назови мне свое имя, иначе попадешь в полицию.
– Тиа! – дерзко выпалила девчонка.
– Что значит – Тиа? У тебя есть фамилия?
– Нет.
– Ну хорошо – Тиа. Сколько тебе лет?
– Я достаточно взрослая.
– Это не ответ! – рявкнул Бен, теряя терпение.
– Восемнадцать.
– Мало того, что ты воровка, так ты еще и лгунья. Тебе наверняка не больше тринадцати, от силы четырнадцать лет.
– Думай что хочешь. Что ты собираешься со мной делать?
– Я еще не решил, но в любом случае не оставлю тебя на улице, чтобы ты грабила зазевавшихся прохожих. Где твои родители?
– У меня их нет.
В серых глазах Бена вспыхнула искра жалости.
– У тебя нет опекуна? Никого, кто бы о тебе заботился?
Тиа вздернула подбородок, ее губы искривила злая усмешка.
– Тебе же ясно сказали – у меня никого нет!..
Внезапно Бен принял решение:
– Хорошо, Тиа, продолжай в том же духе, но не жди от меня сочувствия. Идем. Я думаю, мы сможем найти полицейского.
– Нет! Я сказала тебе правду. Ни одна живая душа обо мне не заботится, кроме Одноглазой Берты» и она тоже потеряет ко мне интерес, если я перестану регулярно приносить ей кошельки. Не сажайте меня в тюрьму, ваша честь! Пожалуйста…
Это «пожалуйста» растрогало Бена. Нет, он не сможет отослать девчушку в тюрьму. Возможно, он груб, но не бессердечен.
– Не называй меня ваша честь. Мое имя Бен Пенрод. Я не отправлю тебя в тюрьму, если ты будешь делать то, что я скажу.
Тиа подозрительно взглянула на него. Чего она только не навидалась и не наслышалась на своем веку, постоянно сталкиваясь с подонками лондонских трущоб.
– Что ты задумал? Я не проститутка.
– Проклятие! Я похож на человека, который соблазняет детей? В Лондоне и без тебя полно доступных женщин.
– Судя по твоей внешности, ты легко их находишь, – дерзко заявила Тиа.
– Можешь мне поверить, я не испытываю в них недостатка, – проворчал Бен, снова взяв ее за шиворот.
– Куда ты меня тащишь?
– К себе домой. Когда ты отмоешься, я поищу кого-нибудь, кто научил бы тебя хорошим манерам. Прежде всего надо хорошенько промыть твой рот, чтобы он не изрыгал всякие гнусности. Кроме того, если ты соскоблишь с себя грязь, то, возможно, на тебя будет приятно смотреть. Образование тоже не помешает. А в крайнем случае можно отправить тебя в приют для сирот.
– В приют для сирот?! Пошел ты к черту, идиот проклятый! Я уже стара для приюта. И я не рабыня.
Губы Бена сжались в тонкую линию. Почему, черт возьми, он постоянно влипает в какую-нибудь историю? Сначала Кэролайн вместе со своим интриганом-папашей пыталась насильно его женить, а теперь в его жизнь вторглась эта бродяжка. Он всегда считал, что в жизни Дира и Робина слишком много сложностей, и вот неожиданно не меньшие сложности появились у него самого. Похоже, в этом он даже переплюнул брата и друга.
– Послушай, девочка, перестань спорить: я все равно сделаю так, как сказал.
Он схватил Тиа за руку и бесцеремонно поволок по темным пустынным улицам, пока лондонские трущобы не остались позади и он смог наконец остановить наемный экипаж. Усадив девчонку в карету, Бен назвал кучеру свой адрес и приказал гнать во весь опор. Раскинувшись на сиденье, он из-под прикрытых век изучал Тиа. Он не мог составить себе представления о ее внешности, так как ее лицо было сплошь покрыто грязью. Она была тонкокостной и выглядела до странности хрупкой и уязвимой под грязными лохмотьями явно с чужого плеча.
Тиа молчала, но ее ум напряженно работал. Если она на ходу выпрыгнет из кареты, разобьется ли она? Или, может, подождать благоприятного момента, когда этот верзила отвлечется? По виду не скажешь, что его легко одурачить. Почему это случилось с ней сейчас? До сих пор ей удавалось не попадаться. Тюрьма. От одной мысли у нее по телу побежали мурашки. Ей уже однажды грозила перспектива оказаться там, и если сейчас она не подчинится незнакомцу, то, вполне возможно, вновь попадет в ситуацию, из которой когда-то чудом сумела вырваться.
Карета остановилась, и Бен, вытащив Тиа, расплатился с кучером. Его крепкая хватка не оставляла ей никаких шансов спастись бегством. Тиа огляделась. Хотя место не было таким шикарным, как Сент-Джордж-сквер или Бедфорд-сквер, она сразу поняла, что дом, который арендовал Бен, располагался в респектабельном районе недалеко от Гайд-парка. Улица была пустынной, почти все окна в домах темными, но цепкий ум Тиа запоминал и саму улицу, и расположение зданий на случай будущего побега.
Экипаж отъехал, и Бен, крепче сжав руку Тиа, повлек ее к входу.
Достав ключ, он открыл дверь и ввел Тиа в дом. Высокий мужчина с редкими волосами и величественной осанкой вышел им навстречу, держа лампу. Он был в ливрее, и Тиа догадалась, что это слуга.
– Я рад, что ты меня дождался, Дживерз. Мне понадобится твоя помощь.
– Конечно, мистер Пенрод, все, что пожелаете. – Его взгляд скользнул по Тиа, но на лице не отразилось никаких эмоций.
– Ванну, Дживерз. Принеси ее в мою комнату вместе с горячей водой, причем воды побольше.
– Слушаюсь, сэр, – ответил Дживерз, пытаясь угадать, что на этот раз задумал Бен.
Он приехал в Англию вместе с хозяином два года назад и за это время перестал удивляться любым выходкам импульсивного молодого человека. В доме побывало много красивых женщин, но еще ни разу здесь не. появлялись грязные оборвыши вроде того, которого привел хозяин. К счастью, от Дживерза требовалось не понимать прихоти своего господина, а выполнять их, какими бы странными они ни казались.
– Мне не нужна ванна! – возмутилась Тиа.
– От тебя воняет, – отчеканил Бен, зажимая нос. – Ты хоть изредка моешься?
– Только когда я грязная, – нахально заявила Тиа. Взгляд Бена, возведенный к небесам, рассмешил девушку, и она расхохоталась. Она не помнила, когда, в последний раз так веселилась. Страх прошел, и она почувствовала себя непринужденно в обществе этого непонятного человека.
Через несколько минут раздался осторожный стук в дверь, и слуга внес большую медную ванну.
– Вода скоро будет готова, – сообщил слуга, с поклоном покидая комнату.
Воспользовавшись моментом, Бен решил задать Тиа несколько вопросов, большинство которых, впрочем, остались без ответа,
– Наверняка, у тебя есть фамилия – заявил он.
– Не припоминаю, – буркнула Тиа.
– Ты что – ублюдок? Твоя мать была проституткой?
– Нет, черт возьми, моя мать не была проституткой! – возмутилась Тиа.
– Как я могу узнать правду, если ты ничего мне не рассказываешь? – ласково спросил Бен.
– Это не твое дело, – нахмурилась девушка.
– Значит, будет мое. Чтобы помочь, я должен знать о тебе как можно больше.
– Я не прошу помогать мне.
– Неужели, грязнуля? – фыркнул Бен, раздражаясь. – Для начала ответь, кто такая Одноглазая Берта? Ты упоминала о ней.
– Женщина, которая приютила меня, когда я нуждалась в помощи. Она следит, чтобы меня никто не обижал.
Бен понял, что Тиа говорит о мужчинах, которые могут позволить себе любые вольности. Эта мысль породила другой вопрос:
– Ты шлюха? В трущобах Лондона девочки рано становятся проститутками.
– Проклятие! Я уже говорила, никакая я не проститутка!
Оскалив зубы, как волчонок, и вытянув пальцы, она вихрем налетела на Бена и, прежде чем он успел поймать ее руку, оставила на его щеках несколько глубоких царапин.
– Ах ты, негодяйка! Ты мне заплатишь за это!
Схватив Тиа в охапку, Бен опустился на кровать и перекинул ее через колено вниз животом.
– В тот самый момент, как я впервые увидел тебя, я понял, что ты нуждаешься в хорошей порке.
– Пожалуйста, не надо! – захныкала она.
Не обращая внимания на мольбу, Бен спустил с нее штаны, обнажив круглые белые ягодицы, такие привлекательные, что он тут же раздумал ее наказывать.
Кожа Тиа была нежной, как бархат, и на удивление чистой. Он завороженно смотрел на ее попку, словно никогда раньше не видел ничего подобного. Тиа показалась ему такой невинной и беззащитной, что у него перехватило дыхание.
– Чего ты ждешь, проклятый ублюдок? Давай бей, если тебе так хочется. Я могу и потерпеть. – Стиснув зубы, Тиа ждала первого удара.
Но его не последовало.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?