Текст книги "Амброзия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ambroziya-278131.jpg)
Автор книги: Кристин и Ник Кроуфорд
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
7. Ава
Каждый раз, когда просыпалась, тело вновь обжигало болью, и я жалела, что приходила в сознание.
Потому я снова засыпала и грезила о прохладном лимонаде, клубничных молочных коктейлях и манго…
На задворках сознания я все время слышала, как Торин выкрикивает мое имя, и сны переходили в кошмары – пейзаж с острыми сосульками, замерзшая тундра, где Торину нужна была моя помощь, а я не могла его найти.
Я резко распахнула глаза. Боль в плече стала другой, теперь она была не такой раздирающей, а скорее, напоминала жжение. Плечо опухло.
Я потянула левую руку и поморщилась. Кожа была горячей и болезненно реагировала на прикосновения. В рану попала инфекция.
Черт. Хоть фейри и исцеляются проще и быстрее людей, мы все равно можем умереть от инфекций.
– Ава! – cнова голос Торина. Галлюцинация, подумала я.
Горло слиплось от жажды, и я едва смогла смочить губы слюной, чтобы ответить. Мое «да» прозвучало скорее как «а-а-а».
– Ава! – звук отдаленный. Приглушенный, но, без сомнений, это был Торин.
Мое сердце застучало быстрее.
– Торин? Прохрипела я.
Я попыталась подползти к стене, из-за которой раздавался голос, но снова рухнула без сил.
– Ава!
– Я здесь! – Я попыталась крикнуть, но слова не шли с языка, и внезапно пришло осознание, что по лицу текут слезы. Я радовалась, что Торина здесь не было и он не видел, в каком плачевном состоянии я находилась.
– Я здесь! – сумела сказать я срывающимся голосом.
Он что-то кричал мне сквозь камень, снова и снова. Но стены были слишком толстыми, и я не могла разобрать его слова. Они эхом отдавались в моей голове, и я уже не могла отличить, что из происходящего было реальным, а что фантазией.
– Ты кричишь уже несколько дней, – крикнул он.
Я моргнула. Несколько дней? Должно быть, я кричала во сне. О чем он на самом деле беспокоился – обо мне или о том, что я выдам врагам все государственные секреты Фейриленда?
Я сглотнула. В горле было сухо, как в пустыне.
– Почему ты все еще здесь? – мой голос звучал прерывисто. Я вытерла слезы со щек. – Возвращайся домой, Торин.
Наступила тишина, затем я снова услышала его голос, зовущий меня по имени.
Мысли ускользали и путались, я не могла понять ничего из того, что он говорил. Каждая частичка моего тела была одновременно слишком горячей и холодной.
Я уставилась в пол и смутно различила влажный блеск воды, скопившейся между узловатыми корнями. Неужели был дождь? Я проползла немного вперед и слизнула дождевую воду с привкусом земли.
* * *
Вдалеке скрипнула дверь. Я вдохнула густой и тяжелый грязный воздух. Я понятия не имела, как долго пролежала, уткнувшись лицом в пол.
Повернув голову, я увидела в дверном проеме Морганта, который смотрел на меня сверху вниз. Он держал оловянную чашку, но, учитывая предыдущий опыт общения с ним, облегчения ждать не приходилось.
Он опустился рядом со мной на колени, и мне стало страшно. Сколько еще я здесь продержусь?
Прохладная, успокаивающая магия разлилась по спине, а затем проникла в мышцы. Казалось, будто в тело вливалась чистая вода, смывая боль и инфекцию. Магический компресс, бальзам, успокаивающий лихорадку.
– В рану попала инфекция, – пробормотал он.
Мне хотелось съязвить что-то вроде «да неужели», но я усвоила урок о том, что не стоит ему перечить.
– Это не входило в мои намерения.
Я испустила долгий вздох облегчения, слегка выгибая спину. Впервые за долгое время я могла пошевелиться.
– Я слишком затянул с лечением, – произнес он. – У тебя останется шрам. Но инфекция исчезла. Ты научилась использовать магию?
Когда он закончил, я повернулась на бок и медленно села. Завела руку за плечо и коснулась пальцами неровной бугристой кожи. Шрамы, да, но больше не болезненные и не горячие на ощупь.
Я подняла на Морганта взгляд, ожидая увидеть, какой новый ужас для меня приготовили, но он всего лишь протянул мне оловянную чашку. Я поднесла ее к губам и сделала большой глоток, а затем перевела дыхание, пытаясь успокоиться.
– Не пей слишком быстро. Тебя может стошнить, – посоветовал он, словно прочитав мои собственные мысли.
Между ветвями дерева лился яркий медовый свет, окрашивая золотом белые волосы фейри. Я и не подозревала, что сейчас день. Мир действительно мог быть прекрасным, когда ты не корчишься от боли на полу подземелья.
– Это ты сейчас притворяешься хорошим полицейским? – спросила я.
Он сдвинул брови на переносице, и до меня дошло, что он понятия не имеет, о чем я говорю.
– Твоя отравленная кровь на весь замок чувствуется. Без исцеления ты бы умерла. – На его квадратной челюсти дернулся мускул. – В моей природе исцелять, но иногда долг Неблагого – делать то, что причиняет боль другим. И нам от этого плохо. Невозможно стать сильнее без боли.
– М-м-м.
– Теперь ты готова рассказать нам о Благом короле?
Пока я не признаюсь, что знаю его, Моргант не сможет выпытать у меня подробности.
– О ком?
Он поднялся, посмотрел на меня сверху вниз, и вытащил маленький кусочек хлеба из небольшой кожаной сумки, висевшей у него на поясе.
– Если хочешь жить, съешь это. Но не слишком быстро. Меня не будет некоторое время. – Он посмотрел на листья над нами. – Скоро у тебя появится больше воды.
Он повернулся и вышел, хлопнув за собой дверью. Я услышала, как металлический засов вновь вошел в паз, надежно запирая меня.
* * *
Я проснулась от грохота и ощущения вибрирующих стен. Я невольно вздрогнула, пока до меня не дошло, что именно в этом я так отчаянно нуждалась – шторм.
Сверху по моему телу стекала холодная вода, пропитывая зеленое платье. Я распахнула глаза и инстинктивно открыла рот. В горло тут же полилась дождевая вода, утоляя жажду. Вверху вспыхнула молния, и от высоких стен эхом отразился раскат грома. Я сложила ладони чашечкой, собрала дождевую воду и жадно выпила ее.
И продолжала наполнять ладони, выпивая столько, сколько могла.
Моя кожа напитывалась дождем.
Я сидела, прислонившись к стене и позволяя воде стекать по мне. Дрожа, я обхватила себя руками. Но казалось, что дождь смывал зловоние из моей камеры, которое вместе с водой впитывалось в корни деревьев. Я молила Бога, чтобы у меня была чашка или что-нибудь в этом роде, чтобы набрать воды, но Моргант забрал ее с собой.
Поскольку это, возможно, мой единственный шанс принять душ в ближайшем будущем, я сняла платье и нижнее белье. Сначала вымылась сама, а затем, как смогла, выстирала платье. Моргант сделал это нарочно, оставив меня без одежды и мыла, в то время как сам выглядел безупречно в своем зеленом бархате и золотой короне. Очередной механизм давления, так что мне необходимо вернуть себе достойный вид, насколько это возможно.
Закончив стирать одежду, я повесила ее сушиться и свернулась калачиком у стены.
Вдруг от одной из каменных стен эхом отразился какой-то стук. Неужели у меня до сих пор галлюцинации?
Слова Морганта прокручивались в голове снова и снова.
Если ты пытаешься защитить человека, который тебя ненавидит, то должен сказать, что нахожу это довольно жалким.
8. Торин
Я привалился к стене, обхватив голову руками. Сломленный король. Но думал лишь о том, что нужно вытаскивать отсюда Аву.
На полу скапливалась дождевая вода, смешиваясь с кровью из моих ног. Моргант использовал на них свои «целительные» способности, чтобы изувечить их до неузнаваемости.
С тех пор как меня здесь заперли и отравили мое тело ядом, я был не в состоянии призвать достаточно магии, чтобы открыть портал. Даже если бы мог, я не брошу Аву.
Сначала худшей частью моего заключения стала железная труба, воткнутая Моргантом мне в горло, или, может быть, когда он вырубил меня, приковал цепями, а затем дождался, пока я проснусь, и с помощью магии разорвал мышцы на моих ногах. Плохо, но не самое худшее. Хуже всего оказалось слышать крики Авы и быть не в состоянии ей помочь.
Я дотронулся до своего горла, и оно запульсировало тупой болью.
С кроны дерева высоко над головой продолжали падать капли дождя, стекавшие по моей обнаженной груди. Я откидываю голову назад, и капли успокаивают меня, как нежное благословение древних богов.
С тех пор как я разговаривал с Авой через стены, я еще несколько раз попытался позвать ее по имени, но не думаю, что она услышала меня.
Мой разум продолжал утопать в фантазии, в которой я нес ее в свою комнату и укладывал на кровать. Там, под огромным стеклянным потолком, росла яблоня. Если мы с Авой окажемся там вместе, мы сможем съесть столько яблок, сколько захотим, и их сладостный сок будет стекать по пересохшему горлу. Его вкус практически чувствовался на языке…
Я глубоко и медленно вздохнул. Даже если каким-то чудом получится вытащить нас отсюда и воспользоваться порталом обратно в Фейриленд, в мою прекрасную комнату, я могу убить ее одним прикосновением.
Перед закрытыми глазами маячило лицо моей сестры. За последние несколько дней я прокрутил множество мысленных разговоров с ней. Окажись Орла сейчас рядом, я бы сказал ей, что хочу привести Аву домой. Она бы напомнила мне, что я не могу. Велела бы держать Аву на расстоянии вытянутой руки. Она напомнила бы мне, что я уже чуть не убил Аву, и мороз уже коснулся ее кожи.
Я поморщился от боли в изувеченном теле и взглянул на свое предплечье. Под кожей медленно срастались сломанные демоном кости. Без магии я выздоравливал гораздо медленнее, чем обычно.
Кряхтя, я заставил себя встать на окровавленные ноги. Каждый раз, когда у меня накапливалось достаточно энергии, я пытался открыть портал. В чем я отчаянно нуждался, так это в Шепчущем мече.
Но в полный рост магию призвать было легче, открыть свою грудь древней силе прежних богов.
Я стиснул кулак, представляя, как держу в руке Меч Шепота и пробиваю им каменные стены, чтобы добраться до Авы. По моему виску скатилась капля воды.
Раз я король, помазанный на царствование древними богами, они же не оставят меня здесь умирать, правда?
Я провел рукой по губам, вспомнив, как Ава пыталась подползти ко мне, когда мы попали в засаду. Она пыталась вытащить дротики из моей спины.
Сгущались сумерки, и на алом небе над головой проступали едва заметные оттенки фиолетового и золотого. Сумерки. Именно в это время фейри могли легче путешествовать между мирами. Это было лучшее время суток, чтобы воззвать к древним богам.
Магия замерцала, разгораясь немного ярче и приобретая цвет закатного солнца.
Тело ныло, пришлось прислониться спиной к стене и откинуть голову. Я мог представить, как Ава делает то же самое с другой стороны этой же стены. С красиво изогнутыми рожками.
В моих снах я часто носил рога Цернунноса, как это было перед коронацией. Олень мог путешествовать между мирами. Я взглянул на пятнышки лиловых сумерек между красными листьями, и пламя моей магии разгорелось чуть сильнее.
По венам заструилась холодная магия, а образ Шепчущего меча маяком зажегся перед мысленным взором. Я пользовался им всего один раз в жизни, и это навсегда запечатлелось в моей душе. Но я не позволил ему свести меня с ума.
Столетия назад король Каэрлеон лично казнил Шепчущим мечом одного предателя за другим. А когда предатели закончились, он нашел новых, а потом еще и еще, а потом и вовсе принялся бродить по улицам Фейриленда. Он решил побаловаться темной магией и вызволил из гор свирепого дракона по имени Синах. Когда королю Каэрлеону наскучило убивать мечом, он заставлял Синаха сжигать людей заживо, и Фейриленд погрузился в жестокую и кровавую эпоху, известную как Анархия.
Я никогда не хотел пользоваться мечом. Но сейчас? Момент был идеальный.
Сквозь ветви над темницей прорвался прохладный ветерок. Несмотря на то, что в моей камере все еще было тепло, в воздухе начал кружиться снег. Я почувствовал, как в груди разгорается остаток магии богов, и прошептал слова, чтобы создать портал. Подобно оленю, я способен перемещаться между мирами. Меня окутало прохладным воздухом, и снегопад усилился.
Ледяной ветер взметнул снег в воздух и закружился передо мной белым вихрем, который разлетелся в стороны, обнажив темную щель в центре. Мое сердце застучало сильнее.
Грудь будто распахнулась. Слава богам, светящееся бледно-голубым отверстие получилось двенадцати дюймов в поперечнике. Как раз достаточно для моей цели. Я просунул руку в портал, кожей касаясь его краев, твердых и холодных, как лед.
Краем глаза заметил меч с обсидиановой рукоятью и ножнами из черной кожи. Легенда гласила, что этот меч создал бог смерти, спрятав в навершии одну из своих стрел и вырезав на рукояти из темного камня своих гончих. Когда я схватил его, то почувствовал, как сквозь меня проходит его призрачная сила.
Я забрал меч и ножны с собой во Двор Скорби, и портал снова закрылся.
Когда меч оказался в моей руке, вокруг на своем божественном языке зашептали опьяняющие голоса богов. Я закрыл глаза и прошептал благодарность на их родном языке, на котором помимо них могли говорить лишь короли.
Я иду за тобой, Ава.
Сжав рукоять обеими руками, я взмахнул мечом и принялся разрубать толстые стены, одну за другой. Я вырезал для себя двери. К ней.
Пока, наконец, не увидел ее, пробуждающуюся от глубокого сна.
Она была покрыта пылью от камней.
И буквально ничем больше.
9. Ава
Я была уверена, что кошмар воплотился в жизнь, когда стены задрожали, и камень прорезало острое лезвие, прорубая отверстие в толстой стене.
В воздух полетели обломки, а вокруг эхом разнеслись звуки ударов о камень.
В облаке пыли я мельком увидела мускулистую руку и золотистую кожу, а также покрывающие бицепс татуировки, которые я сразу узнала.
Сердце забилось чаще. Неужели это все на самом деле?
В проеме появился Торин, его татуированную грудь покрывала серая пыль. Он опустил на меня взгляд, и его светлые глаза сверкнули неземным светом.
Может быть, это из-за обезвоживания и помутнения рассудка, но, возвышаясь надо мной, он так сильно походил на бога, что у меня перехватило дыхание. Избитый, окровавленный, но, тем не менее, бог.
Откуда у него столько сил после нескольких дней, проведенных здесь.
Его внимательный взгляд медленно скользнул по моему телу, и я вспомнила, что до сих пор совершенно голая. Я оставила свое платье сушиться после стирки.
Сердце бешено заколотилось, и я прижала колени к груди.
Благой король опустил свой меч.
– Мы уходим отсюда, Ава.
С мечом в руке он повернулся лицом к стволу дерева и закрыл глаза, благоговейно проводя кончиками пальцев по лезвию. Затем, взмахнув по широкой дуге мечом, он рубанул по стволу. Я открыла рот, не веря своим глазам, когда лезвие рассекло толстые дубовые стены насквозь, и в воздухе пронеслось эхо потусторонних голосов.
Шепот…
К горлу подступил ком, и я поморщилась. Почему вид меча в стволе вызывал ощущение, будто у меня на глазах кого-то зарезали?
Я потянулась за своим платьем, мышцы дрожали от слабости. Едва успела сжать его пальцами, как Торин подхватил меня на руки и вынес в ночь.
Сердце неистово зашлось в груди от опьяняющего ощущения свободы, разгоняя по венам адреналин. Я ведь была уверена, что умру там. И теперь не могла поверить, что мы на свободе, под звездным небом. Я накрылась платьем. Надевать его времени не было.
Из замка донеслись звуки рога.
– Ты в порядке? – спросил Торин. – Я слышал, как ты кричала несколько дней назад.
Он пытался двигаться быстро, но от меня не укрылось, что он слегка припадал на правую сторону.
– Что он с тобой сделал?
– Я в порядке. Это тебя он искренне ненавидит. Торин, ты хромаешь? Я сама могу бежать.
– Мы возьмем лошадь из загона, – сказал он, игнорируя мой вопрос. Его взгляд снова скользнул по моему телу.
Я повыше подтянула платье, пытаясь прикрыться. Это было не из-за скромности, просто мне казалось, что сейчас не самое подходящее время отвлекать его.
– Торин. Моргант утверждает, что ты находишь меня грязной и мерзкой, но по твоему поведению этого не скажешь.
– Я сказал так только для того, чтобы заставить его оставить тебя в покое. Я не хотел, чтобы он считал нас союзниками. Очевидно, это не сработало. – Его дыхание было затрудненным, но он крепко прижимал меня к себе. – Мы почти на месте.
Я повернула голову и увидела небольшой загон, где за каменным забором паслись лошади. Над нами пронеслась стая ворон, и ночное небо прорезала безумная какофония карканья.
– Я не позволю им снова добраться до тебя, – произнес он скорее самому себе. После страшных событий последних дней его бархатистый голос был подобен целительному бальзаму. – Я уведу тебя подальше от этих демонов.
– Неловко, что я одна из них, – пробормотала я.
Продолжая держать меня на руках, он перелез через каменный забор. На мгновение он опустил свои темные ресницы, и наши взгляды встретились.
– Не похоже, что они так считают.
Он опустил меня на траву, и я схватилась за подол своего платья, чтобы одеться, но Торин вырвал его у меня из рук и повернулся обратно к лошади.
– Что ты делаешь? – зашипела я.
– У нас не так много времени. – Он свернул мое платье и положил его на спину белой лошади. – И поверь мне, когда мы пустимся в галоп, тебе захочется, чтобы между тобой и лошадью что-то было. Кроме платья у нас ничего нет.
Он огляделся и схватил недоуздок и веревку, которые были перекинуты через край забора.
Я обхватила себя руками и посмотрела на замок. Мой пульс участился. В свете звезд блеснула сталь. За нами уже выдвинулись солдаты.
Торин что-то сказал лошади на языке фейри и смастерил из веревки поводья. Словно зачарованная, белая кобыла опустилась перед ним на колени, скрестив передние копыта перед собой.
– Забирайся, – велел Торин. – Живо.
Я снова оглянулась на возвышающийся над нами замок. Башни из темного камня пронзали небо, вырастая из переплетенных полуночных корней. Камень смешивался с деревом, темные, усеянные цветами ветви с красными листьями обвивали стены и каскадами свисали вниз. Создавалось впечатление, будто замок вырос из-под земли, а деревья тянулись вверх, чтобы утащить его обратно. От его чудовищного величия у меня сжался желудок.
Забравшись на лошадь, я уселась на собственное платье и вцепилась в белую гриву. Оказывается, Торин был прав. Мне действительно хотелось, чтобы между мной и спиной лошади было что-то еще, потому что сидеть на ней и так было достаточно странно и некомфортно.
Как называется список, который противоположный списку желаний? Потому что, как бы он ни назывался, пункт «поездка голышом верхом на лошади» стоял бы первым. И все же, очередной взгляд на приближающихся солдат, и я поняла, что сейчас не время переживать о способе передвижения.
Торин взобрался на лошадь позади меня и обнял за талию. Свободной рукой он схватил поводья.
Когда он снова заговорил на языке Благих, лошадь поднялась во весь рост.
Торин легонько пришпорил ее, и мы рванули с места, галопом проскакав по газону, а затем перепрыгнув через каменную ограду. Прохладный ночной ветер растрепал волосы и холодил обнаженную кожу.
Сердце бешено колотилось, и я изо всех сил вцепилась в гриву кобылы. При этом хватка Торина на моей талии была железной. Через несколько мгновений все происходящее начало казаться волнующим и будоражащим. После стольких дней, проведенных в темнице, мне показалось, что я заново родилась.
Хотя в данной ситуации я бы все же очень оценила спортивный бюстгальтер.
Как только я убедилась, что Торин никуда меня не отпустит и его крепкая хватка на моей талии надежно защищает от падения, я одной рукой отцепилась от гривы коня и попыталась удержать свою грудь на месте.
Боги, это было потрясающе – оказаться наконец-то на свободе.
Из замка донесся звук рога и разнесся по залитому звездным светом королевству. Я скользнула взглядом по холмам слева от нас, усеянным маленькими каменными постройками, в окнах которых мерцал теплый свет. Вдалеке, на горе, стоял круглый форт, купавшийся в серебристом свете звезд. А еще дальше, за горизонтом, на фоне неба вырисовывался темный горный хребет, вершина которого была подсвечена красным.
Лошадь помчалась к линии деревьев. Над нами сквозь красные листья пробивался лунный свет.
* * *
Мы пронеслись по тропинке, и вокруг нас сомкнулся лес, скрывая под своим пологом. Торин направил лошадь на узкую тропинку, отклоняющуюся от основного маршрута. Мы галопом углублялись в лес, и нас начал окутывать туман. Торин свернул на тропу, которая вилась между стволами.
– О, боги. Торин, ты сделал это! – Все произошло так быстро, что я почти забыла о самом моменте побега. Мне казалось, что это было частью сна. – Как тебе удалось раздобыть меч, способный прорубать стены?
– Подарок богов их помазанному королю. Я смог открыть портал, достаточно большой, чтобы протащить его через него. Но сил, чтобы вывести нас, у меня уже не хватило. – Я почувствовала, как Торин пошевелился у меня за спиной, и шеи коснулось его горячее дыхание. – Что, черт возьми, случилось с твоим плечом? Это была магия демона?
Я покачала головой.
– Да. Вероятно, именно тогда ты и услышал мой крик. А потом в рану попала инфекция, и Моргант вернулся, чтобы вылечить меня.
– Это он забрал твое платье? – В его голосе сквозила сталь. – Я уже хочу вырвать ему легкие и повесить на воротах замка, но если он взял тебя силой, я придумаю более медленный способ смерти.
– Нет. Сняла одежду, чтобы постирать ее под дождем. Я отчаянно нуждалась в ванне. И в еде. Как можно больше. – Я прислонилась спиной к Торину. – О боже, я все время мечтала о мороженом.
– А я мечтал о яблоках, – тихо отозвался он.
Я снова повернула к нему голову, и наши лица соприкоснулись. Что-то было такое в ощущении его теплой щеки, что я еще острее почувствовала собственную наготу.
Он опустил большой палец на мою бедренную кость и медленно погладил нежную кожу, как будто пытался успокоить меня.
Я крепче стиснула бедрами бока лошади.
– Есть какие-нибудь идеи, куда мы направляемся? – спросила я.
– Не особо. Но я хочу увести нас подальше от замка, и, может быть, найти какое-нибудь укрытие. А потом отыскать Ту, что под Вуалью. И я накормлю тебя яблоками.
Его слова немного походили на бред, но у меня все равно потекли слюнки.
– Яблоки, – повторила я. – Погоди. Что ты сказал? Какая Вуаль?
Он глубоко вдохнул.
– Согласно легендам, она оракул, живущий среди Неблагих. Они называют ее Покрытой Вуалью. Она как Неблагой вариант нашего оракула, Модрон. Модрон может видеть только прошлое, но поговаривают, что Покрытая Вуалью видит будущее. Некоторые говорят, что старухи – это древние боги или духи самой земли. Я действительно не знаю, что именно они из себя представляют, но если кто-то и может сказать нам, как выбраться отсюда, то это она. Но я не имею ни малейшего понятия, где ее найти. И когда мы все-таки найдем ее, нет гарантии, что она нас не убьет.
– Она обладает могущественной магией?
Он прерывисто вздохнул.
– Думаю, что да.
Мышцы горели от напряжения, пока мы мчались с головокружительной скоростью.
– Ты видишь какие-нибудь признаки укрытия?
– Я пока не вижу. Если получится отыскать реку, то она поможет скрыть наш запах от ищеек.
Воздух стал прохладнее, и по моей оголенной коже побежали мурашки.
Я снова прижалась к Торину в поисках тепла и услышала тихое бормотание.
Его пальцы крепко сжимали мою талию.
Вокруг нас сквозь кроны деревьев просачивался лунный свет и струился на лесную подстилку, раскрашивая ее серебряными крапинками.
Наконец между деревьями показались отблески света на поверхности реки.
– Вот мы и на месте, – тихо произнес Торин, направляя лошадь в воду.
Лошадь галопом влетела на мелководье, и меня окатило холодными брызгами. Я облизала губы, горло все еще саднило от жажды. Дождь, конечно, помог тогда, но этого было явно недостаточно. Каждая капля речной воды была благословением богов.
Грудь Торина согревала меня сзади. В кольце его объятий мои мышцы начали постепенно расслабляться, и я растворялась в нем. По крайней мере, на данный момент я чувствовала себя с ним в безопасности. Но если подумать, пока что мы застряли в этом мире на неопределенный срок. Каковы были шансы найти эту Женщину в Вуали? И если нам удастся, станет ли она помогать?
Это было похоже на погоню за дымом.
Но пока у Торина была надежда, я держала свои мрачные мысли при себе. Я не вынесу выражение его лица, если скажу ему, что, по моему мнению, мы оказались в ловушке.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?