Читать книгу "Власть кризиса. Как глобальные угрозы меняют мир. Ян Бреммер. Кратко"

«Власть кризиса. Как глобальные угрозы меняют мир.»
Ян Бреммер

© Культур Мультур, 2025

Введение

Однажды Рейган спросил у Горбачева, поможет ли СССР США в случае нападения инопланетян. Горбачев ответил утвердительно. Этот разговор, по мнению Горбачева, заложил основу для дальнейших отношений между странами.

Мировые лидеры сталкиваются с угрозами существованию своих государств. COVID-19 стал такой угрозой, которая нанесла ущерб всем странам. В будущем ожидаются ещё большие риски. Чтобы справиться с ними, необходимо учиться на ошибках, допущенных во время пандемии.

Несмотря на разногласия, ведущие страны должны сотрудничать в борьбе с общими угрозами. В противном случае, катастрофы неминуемы.

Грядущие кризисы

Два года спустя после пандемии мир все еще нестабилен.

Сегодня мир стоит перед тремя такими кризисами: последствиями COVID-19, войнами, изменением климата и неожиданным воздействием новых технологий. Внутренние проблемы США и американо-китайское соперничество угрожают международному сотрудничеству.

Американцы видят врагов не за рубежом, а внутри страны, в представителях другой политической партии. Это разделение затрудняет для других стран восприятие США как источника решений глобальных проблем.

США и Китай вступают в новый конфликт, последствия которого могут быть хуже, чем первой холодной войны. Несмотря на разногласия, взаимозависимость США и Китая гораздо сильнее, чем была между США и СССР, и новая холодная война будет разрушительной для обеих стран и всего мира. США и Китай могут стать прагматичными партнерами и работать над общими угрозами.

COVID-19 был предсказуем, и будут новые вирусы. Опыт пандемии дал уроки как успешного международного сотрудничества, так и фатальных ошибок.

Изменение климата, как и COVID-19, игнорирует границы. Оно уже разрушило жизни и средства к существованию миллионов людей. Чтобы справиться с этой угрозой, правительствам необходимо сотрудничать, несмотря на недоверие и различия в ценностях.

Наибольшая угроза – это неконтролируемое внедрение разрушительных технологий. Хотя инновации обогащают человечество, новые технологии, такие как беспилотники, кибервойны, биотехнологии и ИИ, меняют жизнь и общество быстрее, чем мы можем это понять. Эти технологии меняют отношения между гражданином и государством, а также между людьми, изменяя само понятие человечности.

COVID-19 выявил накопленный ущерб от многолетнего политического пренебрежения растущими проблемами. Пандемия стала первым настоящим глобальным испытанием мира без лидеров, способных решать глобальные проблемы, и правительства мира его провалили.

Геополитическая рецессия подорвала международную систему. Многие международные институты больше не отражают баланс сил, а популисты отказываются от торговых соглашений и международных организаций.

Чтобы заставить политических лидеров инвестировать в международное сотрудничество, нужен кризис. Однако человечество не может пережить новую мировую войну или холодную войну между США и Китаем. Поэтому необходимо использовать текущие кризисы – COVID-19, изменение климата и технологические разработки – для создания новой международной системы.

Для решения сложных проблем нужны видение, стойкость и вера. Современные опасности превосходят те, с которыми столкнулись Рейган и Горбачёв. Нет гарантии, что мир переживет следующие пятьдесят лет. Возможно, существует ограниченное время между зарождением разумной жизни и моментом, когда она уничтожает себя.

Мировым лидерам необходимо думать об этом. Хотя США и Китай – самые могущественные страны, сотрудничество должно быть глобальным. Европа и другие страны могут сыграть важную роль. COVID-19 разъединил мир, но извлеченные уроки могут помочь создать новую международную систему реагирования на кризисы.

Европа, США, Китай и другие страны будут сотрудничать, но достаточно ли быстро и эффективно? Глобализм провалился, потому что слишком многие люди были исключены из его преимуществ, что привело к росту популизма.

Следующее десятилетие будет отмечено конфронтацией между США и Китаем, будущими пандемиями, изменением климата и новыми технологиями. Сотрудничая и разделяя ответственность за общие опасности, мировые лидеры могут построить новую международную систему. Как сказал Горбачёв: «В этом нет никаких сомнений».

Глава 1
Два столкновения – США против всех, дома и за рубежом

Чтобы справиться с надвигающимися кризисами, необходимо решить проблемы во взаимоотношениях внутри США и между США и Китаем. Американцы слишком часто относятся друг к другу как к препятствию для прогресса, а отношения между США и Китаем обостряются.

США – страна противоречий. Несмотря на передовые технологии и инновации, политическая система страны нестабильна. Главная задача – восстановить доверие и сотрудничество внутри страны.

Американцы разобщены. Согласно исследованиям, большинство американцев считают, что разногласия между республиканцами и демократами растут, и они не согласны не только по вопросам политики, но и по «базовым фактам». Партийная вражда усиливается и внутри правительства, что уменьшает возможности для компромисса.

Одна из причин разделения – растущее неравенство в доходах. Доходы самых богатых американцев значительно выросли, в то время как доходы рабочего и среднего класса остались на прежнем уровне. Это связано с аутсорсингом рабочих мест, снижением влияния профсоюзов и ростом стоимости высшего образования.

Американская капиталистическая культура почитает предпринимательство и свободный рынок. Это приводит к пренебрежению интересами рабочих, низким уровнем социальной защиты и растущему влиянию денег в политике. Высокая стоимость политических кампаний делает избранных должностных лиц зависимыми от крупных спонсоров.

Чтобы привлечь внимание и деньги, политики делают скандальные заявления и занимают крайние позиции. Социальные сети усиливают эту тенденцию, а их алгоритмы способствуют распространению дезинформации. Американцы теряют доверие к СМИ, все больше полагаясь на источники, подтверждающие их собственные взгляды.

Структурный расизм остается серьезной проблемой. Историческая дискриминация в жилищной сфере, социальном обеспечении и образовании привела к значительному разрыву в благосостоянии между белыми и чернокожими семьями. Несмотря на прогресс в области гражданских прав, республиканская партия, поддерживаемая преимущественно белыми американцами, пытается ограничить избирательные права чернокожих граждан.

Перечисленные факторы – захват власти корпорациями, влияние денег на политику, неравенство, социальные сети и институциональный расизм – продолжают усугублять ситуацию.

Демократы и республиканцы могут инвестировать в образование, создать более гибкую систему здравоохранения и социального обеспечения, привлечь к ответственности компании социальных сетей за дезинформацию, реформировать избирательную систему и экспериментировать с различными формами всеобщего базового дохода. Некоторые штаты уже внедряют такие решения, как минимальная заработная плата в размере 15 долларов и рейтинговое голосование.

Важно, чтобы внешняя политика США учитывала потребности рабочего класса. Американская экономика быстро восстановилась после пандемии, но это не должно привести к самоуспокоенности. Штаты и местные органы власти могут играть важную роль в решении проблем.

Решение глобальных проблем требует лидерства, в том числе со стороны США. Дисфункциональная политика США подрывает способность страны к лидерству, делая долгосрочные инвестиции невозможными и подрывая доверие союзников. Американским консерваторам и прогрессистам необходимо сотрудничать по ключевым вопросам, включая построение прагматичного партнерства с Китаем.

Столкновение 2: Америка и Китай

В 2017 году Си Цзиньпин выступил на Всемирном экономическом форуме в Давосе, защищая глобализм и осуждая популизм. Девять месяцев спустя он провозгласил «новую эру» для Китая, представив страну как альтернативу западной демократии.

Китай стремится доминировать в Восточной Азии и стать незаменимой экономической державой во всем мире. Пандемия COVID-19 предоставила Китаю новые возможности для расширения своего влияния, предлагая помощь пострадавшим странам.

Хотя усиление Китая началось задолго до президентства Трампа, именно Си Цзиньпин направил американо-китайские отношения в сторону конфронтации. Мир движется к ситуации, когда крупнейшей экономикой будет управлять авторитарный режим.

США и Китай вряд ли станут союзниками, но партнерство в решении глобальных проблем – здравоохранения, изменения климата и технологий – необходимо для создания новой международной системы. Однако отношения между странами ухудшаются.

Китай добился впечатляющих успехов, его доля в мировой экономике значительно выросла. Страна стала лидером в торговле, владеет ценными ресурсами и становится все более инновационной. Китай также взял на себя международные обязательства, например, предоставляя миротворцев ООН.

Однако дальнейший рост Китая не гарантирован. Си Цзиньпин консолидировал власть, но сталкивается с внутренними проблемами, такими как замедление экономического роста, рост безработицы, старение населения и риск финансового кризиса.

Влияние Китая растет отчасти потому, что многие страны больше не считают американское доминирование лучшей альтернативой. Китай предлагает модели развития, привлекательные для развивающихся стран, не требуя болезненных реформ.

Некоторые страны, особенно союзники США, обеспокоены усилением Китая и хотят, чтобы США продолжали играть роль противовеса. Выход США из Тихоокеанского партнерства усилил сомнения в долгосрочных обязательствах США в Азии.

Несмотря на военное превосходство США, в будущих конфликтах решающую роль будут играть кибервойны и экономическое влияние.

Отношения США и Китая напоминают описанную Фукидидом ситуацию, когда растущая держава (Афины) вызывает страх у доминирующей державы (Спарта), что приводит к войне. Обе стороны опасаются друг друга.

Однако взаимозависимость США и Китая также углубилась. Китай стал важным рынком для американских компаний и кредитором для правительства США.

США обеспокоены методами Китая, такими как закрытые рынки, субсидии и кража интеллектуальной собственности. Торговая война между странами выявила уязвимости, созданные экономической интеграцией, и привела к стремлению к разделению.

К 2030 году, когда Китай, вероятно, станет крупнейшей экономикой мира, преимущества США уменьшатся.

COVID-19 обострил конфронтацию. Трамп обвинял Китай в сокрытии информации о вирусе, а китайские чиновники распространяли дезинформацию о США. Отношения достигли наихудшего уровня за десятилетия.

Напряженность вокруг Тайваня остается опасной точкой. Военный баланс в Азии изменился, и неясно, готовы ли США защищать своих союзников в регионе от Китая.

Конфронтация между США и Китаем будет опаснее холодной войны из-за использования кибероружия. Борьба будет идти за экономическое и технологическое превосходство.

Главный вопрос – будущее технологий. США и Китай создают две отдельные онлайн-экосистемы. Это «мы против них» в глобальном масштабе. Разделение технологической экосистемы – это не только угроза глобализации, но и конкуренция, которую сторонники политических свобод могут проиграть.

Чтобы построить партнерство с Китаем, американцам нужно признать ценность его роста. Западное лидерство привело к нынешнему хаотичному состоянию мира. Китай стал защитником мировой торговли, а западные страны не смогли эффективно сдержать коронавирус. Кроме того, военное вмешательство США не всегда приводило к стабильности. Некоторые интервенции, такие как в Ираке и Афганистане, оказались провальными.

Китай может помочь в решении проблем развития. Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ), созданный Китаем, финансирует инфраструктурные проекты в Азии, сотрудничая с другими международными банками. Китай удовлетворяет потребность развивающихся стран в инвестициях.

Критика Китая за «дипломатию долговой ловушки» несостоятельна, поскольку страны-заемщики должны сами решать, какие кредиты они могут себе позволить. Кроме того, США также преследуют свои стратегические цели, предоставляя кредиты. Выход США из Транстихоокеанского партнерства (ТТП) усилил позиции Китая в регионе.

По мере роста экономики Китай использует свое богатство для увеличения своего влияния, как это делали все великие державы. Миру нужен Китай, его инвестиции и стабильность.

Партнерство с Китаем не означает игнорирования связанных с ним опасностей. Китай придерживается политики невмешательства, но это не всегда оправдано. Например, без вмешательства НАТО в Югославии могло бы погибнуть больше людей. Существуют риски, связанные с китайскими инвестиционными проектами. Например, Шри-Ланка была вынуждена передать Китаю контроль над портом из-за невыплаты кредитов. Также есть опасения, что китайские проекты лишают местных рабочих возможностей.

Китай не принимает беженцев, даже из Северной Кореи, и не берет на себя риски ради общего блага.

Китай проводит политику «кибер-суверенитета», контролируя доступ к интернету внутри страны. Государство может получать доступ к личным данным, а компании, такие как Google и Facebook, заблокированы. Китай использует свое рыночное влияние, чтобы контролировать действия западных технологических компаний. Вторжение государства в частную жизнь становится абсолютным: полиция собирает образцы крови для создания «генетической карты» населения.

Система социального кредита в Китае может быть использована для наказания за мелкие правонарушения и контроля политического инакомыслия. Высокий рейтинг дает преимущества, а низкий – ограничивает доступ к различным возможностям.

Китай экспортирует технологии слежки в другие страны. Синьцзян служит испытательным полигоном для инструментов репрессий. Китай продает системы интеллектуального мониторинга и обучает другие страны «управлению общественным мнением». В отличие от западных стран, в Китае нет свободной прессы, которая могла бы контролировать действия государства.

Несмотря на мнение некоторых экспертов, США и Китай пока не вступили в новую холодную войну. Конфронтация подорвет взаимозависимость стран. США и Китай должны определить, по каким вопросам возможно сотрудничество, а по каким – конкуренция. Главная угроза для Америки исходит от ее внутренних проблем.

США должны сотрудничать с Китаем по важнейшим вопросам, даже конкурируя в других областях. Подъем Китая нельзя сдерживать. США должны поддерживать развитие Китая там, где это выгодно миру.

Кризисы, описанные в следующих главах, нельзя решить, если США и Китай начнут холодную войну. Необходимо сотрудничество между странами. Главная борьба – не между правительствами, а внутри каждой страны, между теми, кто верит в необходимость сотрудничества, и теми, кто в это не верит. Существует общая основа для конструктивного сотрудничества, если стороны смогут доверять друг другу.

Глава 2
Политика пандемии

Кризис необходим для формирования нового международного сотрудничества и построения лучшей международной системы. Пандемия COVID-19 предоставила такой кризис, и в этой истории есть уроки, которые могут помочь нам справиться с более серьезными вызовами в будущем. Важно помнить о скорости развития этого кризиса: менее чем за три месяца от первой смерти от COVID в Китае число зараженных во всем мире превысило миллион. Истинное число зараженных никогда не будет известно из-за ограниченного доступа к тестам и перегрузки систем здравоохранения, особенно в развивающихся странах. Эта стремительность развития событий делает еще более важным для правительств активную подготовку к следующему кризису здравоохранения заблаговременно, что невозможно без международного сотрудничества и коммуникации.

Некоторые кризисы трудно предвидеть. COVID-19 к ним не относился. Президенты Буш и Обама предупреждали о неизбежности пандемии и необходимости создания глобальной инфраструктуры для быстрого реагирования на нее, включая выделение финансовых средств, подготовку медицинского персонала и создание запасов необходимого оборудования. Билл Гейтс также неоднократно предупреждал о необходимости подготовки к пандемии и инвестирования в исследования вакцин и системы отслеживания заболеваний. Ученые, десятилетиями бьющие тревогу по поводу пандемий, признают, что полностью сдержать каждый смертельный вирус невозможно. Поэтому необходимы глобальные усилия по созданию новых систем эпиднадзора, отслеживания и изучения каждого вируса, механизмов быстрого реагирования на вспышки в их источнике и систем быстрого и эффективного лечения заболеваний, вызванных внезапными вспышками. Эти усилия требуют не только инвестиций, но и политической воли и умения представить себе масштаб проблемы, а также готовности правительств идти на компромиссы и координировать свои действия для всеобщего блага.

Первоначальная глобальная реакция на COVID-19 была не обнадеживающей. Наиболее разрушительные конфликты, связанные с пандемией, возникли внутри двух самых могущественных стран мира. В США даже ношение масок превратилось в политический вопрос. Споры о балансе между сдерживанием вируса и поддержанием экономики переросли в политическую войну, усугубляемую СМИ. В отличие от событий 11 сентября, COVID-19 не объединил американцев, а наоборот, углубил раскол в обществе.

В Китае, где нет выборов и культурных войн, COVID-19 также создал проблемы для политиков. Известно, что правительство замалчивало информацию о вирусе на ранних этапах, что вызвало международную критику. Чтобы отвлечь внимание от этих проблем и экономических последствий, Си Цзиньпин занял более жесткую позицию по ряду внешнеполитических вопросов. Хотя Китай быстрее других стран восстановился после первой волны пандемии и использовал это для укрепления своего международного влияния, недоверие к нему со стороны других государств только усилилось. Европейская комиссия обвинила Китай (и Россию) в проведении дезинформационных кампаний. В результате пандемия укрепила уверенность Китая на фоне политической дисфункции США, но одновременно усилила подозрения других стран в отношении его целей. Таким образом, COVID-19 усугубил геополитическую рецессию: глобальный кризис привел к взаимным обвинениям вместо сотрудничества, страны не обменивались информацией и ресурсами, а лидеры ведущих держав не поддержали ВОЗ.

Неэффективная реакция на COVID-19 наблюдалась во всем политическом спектре, независимо от идеологии правящих партий. Это свидетельствует о провале системы международного управления в условиях фрагментированного мирового порядка. Данную проблему необходимо решить для эффективного реагирования на будущие пандемии и другие глобальные вызовы.

Главным достижением глобализации за последние пятьдесят лет стало сокращение разрыва в уровне благосостояния между богатыми и бедными странами и формирование единого глобального среднего класса. COVID-19 обратил этот процесс вспять. Наиболее тяжелые последствия пандемия имела для бедных стран с хрупкими системами здравоохранения, неэффективной бюрократией и ограниченными финансовыми ресурсами. Восстановление этих стран займет годы. Китай восстановился первым благодаря жестким мерам контроля, США и Европа – благодаря доступу к вакцинам и финансовым ресурсам. Бедные страны остались один на один с пандемией и ее экономическими последствиями.

Важно понимать, что проблемы бедных стран затрагивают и богатые государства. Вирусы не знают границ, а экономические спады заразны. Бедность порождает политическую нестабильность, преступность и миграцию. COVID-19 остановил прогресс в борьбе с бедностью и болезнями, отбросив мир назад на 25 лет. Пандемия усугубила неравенство, особенно среди женщин. Развивающиеся страны нуждаются в помощи богатых государств, но идея международной помощи теряет популярность.

Время до следующей пандемии может быть короче, чем мы думаем. Рост международных поездок, контактов людей с животными и небезопасное промышленное сельское хозяйство увеличивают риски возникновения новых вирусов. COVID-19 был не самым смертоносным вирусом, и следующий штамм может быть гораздо опаснее. Политизация вспышек заболеваний затрудняет борьбу с ними. COVID-19 не заставил мировых лидеров сплотиться и создать новую систему международного сотрудничества. Тем не менее, пандемия дала нам ценные уроки.

Первый урок – необходимость подготовки. Правительства должны инвестировать в системы тестирования, больницы, оборудование и планы реагирования на чрезвычайные ситуации. Важна избыточность ресурсов, чтобы избежать дефицита в кризис. Международное сотрудничество и инвестиции в производственные мощности бедных стран – ключ к глобальной безопасности. Частные компании и филантропические организации должны участвовать в планировании, а граждане – знать, как действовать в случае пандемии.

Быстрый и открытый обмен информацией жизненно важен. Китай мог бы сдержать вирус, если бы своевременно предупредил мир. Иран также допустил ошибку, скрывая масштабы заражения. Закрытие программы Predict в США оставило страну неподготовленной. Необходимы дополнительные исследования и финансирование. Массовое тестирование – критически важный инструмент. Политизация результатов тестов приводит к росту смертности и экономического ущерба. Успех в борьбе с вирусом не зависит от политического устройства страны. Фармацевтические компании должны делиться информацией о своих разработках.

Международные кредиторы должны предоставить финансовую помощь уязвимым странам. Богатые государства должны укрепить МВФ и предложить льготные условия кредитования. США и Китай могут и должны сотрудничать в этой сфере. ВОЗ нуждается в реформе и дополнительном финансировании. COVAX доказал свою эффективность и также требует больших инвестиций. Помощь бедным странам – это инвестиция в глобальное экономическое восстановление.

Пандемия ускорила развитие мРНК-вакцин и переход к цифровой экономике. Она также снизила спрос на ископаемое топливо и стимулировала развитие возобновляемых источников энергии. ЕС продемонстрировал эффективность международного сотрудничества, согласовав пакет мер по восстановлению экономики и развитию зеленых технологий. Этот опыт важен для США и Китая. Предложение о международном договоре о пандемической готовности– важный шаг, хотя США и Китай его не поддержали. COVID-19 не был кризисом, который нам был нужен, но он дал нам ценные уроки и надежду на более эффективное реагирование на будущие пандемии и другие глобальные угрозы.