Текст книги "Дар колдуна"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dar-kolduna-247490.jpg)
Автор книги: L.Aletta
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Людей пока и правда собралось немного – пара лекарей, которые пользуются только травами, трое чародеев разного возраста и даже одна чародейка. Все тут же вскочили, с поспешностью приветствуя вошедшую наследницу.
– Сидите, – сухо бросила она, внимательно вглядываясь в лица пришедших.
Чем дольше принцесса рассматривала, тем больше нервничали маги и лекари. Они мялись, кивали и льстиво улыбались, не понимая, чего же от них хотят. Леона прикрыла глаза, подавляя вздох. Ни в одном из них не чувствовалось хотя бы половины той мощи, что излучал их враг. Это были заурядные маги, испуганные, растерянные, готовые покорно следовать приказам короны – и не способные ничего сделать с проклятием. Отведя взгляд, Леона ровным тоном произнесла:
– Я очень рада, что вы пришли помочь королю. Когда до вас дойдёт очередь, за вами придут.
И, не прибавив больше ничего, принцесса вышла из зала. Отойдя от двери, она остановилась и, задумчиво глядя в пространство, протянула:
– Если никто сильнее не найдётся, то мы пропали.
Чародей отвёл взгляд и тихо вздохнул. Все понимали, что задача им предстоит нелёгкая, и найти мага, способного спасти короля, почти невозможно. Они пошли по коридорам прочь от комнаты. Чародей молчаливой тенью следовал за принцессой, не спрашивая, куда они направляются теперь. Главный придворный маг вообще с самого появления Рикарда стал намного тише и печальнее, словно уже заранее признал своё поражение в этой борьбе. Впрочем, его дело. Пока мужчина покорно исполнял её приказы, Леону не волновали ни его мысли, ни настрой. Вместе с чародеем Леона вышла на парадную лестницу и начала подниматься.
– Ваше Высочество, подождите! – неожиданно послышался сзади знакомый взволнованный голос.
Обернувшись, Леона увидела спешащего к ней Рудольфа, принца Хорванды. У девушки невольно ёкнуло сердце. Неужели ещё что-то случилось? Принц остановился рядом, торопливо кланяясь.
– Здравствуй, Рудольф. Ты собираешься у нас задержаться?
Хорвандец неопределенно повёл плечом.
– Еще не знаю. После вчерашнего я пребываю в растерянности. Наверное, стоит возвращаться домой, но бросать Вас в такой беде кажется мне недостойным поступком. Как себя чувствует король?
– Пока без изменений, – осторожно заметила Леона, предпочитая не вдаваться в подробности.
На лице Рудольфа промелькнула досада, а потом оно приобрело задумчивое выражение, будто юноша что-то мысленно взвешивал.
– Возможно, Вам это покажется странным, но я чувствую себя виноватым, – наконец признался принц. – Я представляю Хорванду, отвечаю за подданных своего королевства перед вами. Этот же человек прибыл из моей страны, и я, не зная о его прибытии, не зная даже его самого, никак не смог предотвратить трагедию. Это не даёт мне покоя. Позвольте помочь Вам. Маг, который меня сопровождает, – я упоминал его во время бала, – может осмотреть короля. Он сильный волшебник и, хотя врачевание не лучшее его умение, может дать дельный совет.
Леона задумалась. Рискнуть и, возможно, спасти отца или справляться своими силами? Девушка вспомнила сидящих совсем рядом местных врачевателей и мысленно усмехнулась. Да уж, они-то точно справятся. С Рудольфом они были в хороших отношениях, почти приятельских, но всё же он оставался принцем другой страны. Показать ему свою слабость означало бы подвергнуть королевство опасности. Как же ей стоит поступить?
Правильно истолковав сомнения принцессы, Рудольф твёрдо произнёс:
– Я клянусь сохранить в тайне всё, что узнаю в этих стенах. Я не буду использовать Ваше горе на благо собственного королевства. Слово принца.
Леона немного помолчала, а потом кивнула, отбрасывая последние сомнения. Сейчас любая помощь пригодится. Придётся рискнуть.
– Я принимаю ваше предложение. Жду вас обоих наверху.
– Скоро будем, – пообещал хорвандец и, развернувшись, исчез в гостевом крыле.
Леона проводила его взглядом, а потом повернулась и медленно пошла вверх по широким ступеням. Сбоку шёл задумчивый и тихий придворный чародей. На этаже по-прежнему было людно, то и дело мимо проходили слуги и маги. Как только Леона подошла к двери в королевскую спальню, та отворилась, и дворецкий вывел из комнаты одного из пришлых лекарей. Увидев принцессу, незнакомец тут же отвесил торопливый, подобострастный поклон. Виноватое выражение лица, с которым он скользнул следом за дворецким, только выдавало его беспомощность. Задержав прошедшего мимо слугу, принцесса негромко добавила:
– Следующего пока не зови. Я сама пришлю за ними.
Кивнув, дворецкий повёл неудачливого лекаря за собой по коридору. Оставшись у двери, Леона шагнула вперёд, протянула ладонь к ручке – и замерла. Глаза девушки были прикрыты, а пальцы едва заметно дрожали. Длилось это замешательство не больше секунды, потому что Леона тут же взяла себя в руки, и всё же чародей успел заметить промелькнувшее на лице наследницы беспокойство, как будто она не хотела заходить внутрь.
– Подождём Рудольфа, – решительно сказала Леона, опуская ладонь. Мужчина лишь кивнул, предпочитая делать вид, что ничего не произошло.
Принц вернулся быстро. Сначала на лестнице послышались его лёгкие шаги, а потом показался и сам Рудольф. За ним шёл невысокий мужчина средних лет со взглядом спокойным и немного усталым. Увидев принцессу, хорвандский маг поклонился и заговорил, держась с исполненной достоинства учтивостью, не оскорблявшей наследницу, но и не унижавшей его самого.
– Доброе утро, Ваше Высочество. Нужна моя помощь?
– Да, – ответила Леона твёрдо, рассматривая волшебника с пристальным вниманием. – Я хочу, чтобы Вы осмотрели короля и попробовали вылечить его.
Волшебник кивнул, и все четверо вошли в спальню Гильема. Придворный чародей немного замешкался у входа, тайком присматриваясь к собрату, и в его глазах отразилось невольное уважение. Леона тоже чувствовала, что этот человек гораздо сильнее тех, кого она видела внизу. У него могло всё получиться.
Хорвандец остановился у самой кровати монарха и аккуратно присел рядом. Вид у Гильема был неважный. За прошедшую ночь отец словно стал ещё слабее. Его тело казалось непривычно немощным и даже истощённым. Неожиданная худоба и бледность придавали ему сходство с Рикардом, но это сравнение лишь подчёркивало болезненное состояние Гильема. Его молодой враг был уверен в себе, полон сил и безрассудной дерзости. Гильем же раскинулся на подушках, и каждая чёрточка его лица выражала обреченность. Если Рикард держался как человек, который всегда побеждает, то король выглядел так, будто уже проиграл бой и смирился со своим поражением.
Леона тоже остановилась рядом и стала смотреть, как чужеземный волшебник водит ладонями над грудной клеткой короля. Ей было жутковато. Каждый раз, когда она бросала взгляд на лицо отца, внутри пробегал неприятный холодок. В нём не осталось ничего от того великого правителя, которого знала вся Румия, будто Гильема в одну секунду подменили другим человеком. И принцесса не знала, связано ли это с болезнью, или с чем-нибудь ещё.
Волшебник осматривал короля Румии долго и дотошно, по всем правилам. Он тихо говорил с больным, так, что никто не понимал его едва слышной речи, что-то рассказывал, а руки хорвандца тем временем порхали над ослабевшим человеком, то считывая характер остаточной магии, то посылая импульсы своей. Гильем ни разу не ответил лекарю, но, видимо, к словам всё же прислушивался, и что-то менялось. Король расслаблялся, по лицу иногда пробегали тени былых эмоций. Наконец волшебник поднялся и низко поклонился лежащему на кровати Гильему.
– Благодарю Вас, я всё понял. Скорейшего Вам выздоровления, Ваше Величество.
И, повернувшись к Рудольфу, взглядом предложил выйти. Один за другим все молча покинули огромную спальню короля. Гильем остался в одиночестве лежать на кровати, глядя в потолок взглядом, полным боли и тоски.
Отойдя на несколько шагов от дверей, волшебник из Хорванды вздохнул и почтительно склонился перед принцем и принцессой.
– Я осмотрел его. Как я и предупреждал достославного Рудольфа, младшего брата великого Мефета, я хороший маг, но плохой лекарь. Я не смогу его вылечить.
Леона почувствовала, как ей становится плохо, и усилием воли постаралась успокоиться. Поиски только начинаются. Может, кто-то еще… Но она так рассчитывала на хорвандца! Волшебник заговорил снова, не дав принцессе погрузиться в отчаяние.
– Тем не менее, я могу рассказать Вам кое-что и о состоянии короля Гильема, и о возможности дальнейшего лечения.
– Я слушаю, – кивнула Леона, чувствуя слабое облегчение. Хоть что-то.
За её спиной послышался деликатный кашель, и придворный чародей шагнул вперед.
– Может быть, поговорим в Вашем кабинете, принцесса Леона? – предельно вежливо предложил он. – Там нас не смогут подслушать.
Подумав секунду, принцесса кивнула. Да, так будет действительно лучше. К тому же в кабинете можно будет хоть чуть-чуть расслабиться.
Оказавшись в комнате, Леона опустилась в своё высокое кресло и положила руки на письменный стол. Рудольф сел напротив, с интересом осматриваясь по сторонам и – как показалось принцессе – мысленно сравнивая помещение с собственным кабинетом. Его маг тоже пристроился рядом и, пододвинув кресло поближе, начал рассказывать:
– Кто бы ни наслал проклятие на вашего отца, этот человек очень тщательно подготовился. Всё тело короля Гильема пронизано изнутри сетью остаточной магии, которая после пробуждения разрослась до невероятных размеров. Она таит в себе две опасности. Во-первых, хозяин может повелевать ею силой разума, таким образом причиняя дополнительную боль, задерживая или ускоряя развитие болезни. В обычное же время, когда он этого не делает, магия целенаправленно и неотвратимо разъедает организм, уничтожая его с заранее избранной хозяином быстротой. Основной упор идёт на лёгкие, мышцы, сердце. – Леона открыла рот, собираясь что-то спросить, и волшебник понимающе кивнул. – Я понимаю, что Вас интересует. Да, я выяснил, какой срок ему отмерен. По моим подсчетам королю осталось жить, – он потупил взгляд, – чуть менее двух суток. За это время болезнь успеет прикончить его окончательно.
Принцесса услышала, как у двери тихо вскрикнули, и вечно спокойный чародей бессильно облокотился на стену. Она подняла голову и встретилась с его паническим взглядом. Сама же Леона даже говорить не могла. Сидящий перед ней Рудольф невольно отшатнулся, и на его лице появилось неверящее выражение.
– Вы уверены? – дрогнувшим голосом спросила Леона и получила незамедлительный ответ:
– Абсолютно. Если короля Гильема не спасти, то послезавтра он будет уже мёртв.
В комнате повисло гнетущее молчание. Принцесса сидела в этой тяжелой тишине, прикрыв глаза, чтобы не видеть обращенных на неё взглядов. Волшебник немного подождал, и, откашлявшись, продолжил:
– Учитывая сложившиеся обстоятельства, действовать вам нужно быстро. Обычные лекари без магических способностей здесь не помогут. Нужен кто-то очень сильный в лекарской магии, либо тот, кто умеет бороться с остаточной. И того, и того найти сложно. – Волшебник укоризненно покачал головой и заговорил с явным сожалением. – Если бы эти чужеродные чары обнаружили раньше, когда они ещё спали, уничтожить их не составило бы труда. Но, когда остаточная магия пробуждается…
– Избавиться от неё уже невозможно, – в один голос произнесли принцесса и чародей. Рудольф удивленно покосился на них, а хорвандец согласно кивнул.
– Именно. По крайней мере, невозможно для простого мага. Что же касается лекарской магии… Вы, наверное, знаете, Ваше Высочество, что маги редко становятся хорошими лекарями?
Леона кивнула. Да, она это знала, но всё же надеялась на тех, редких.
– Сейчас я объясню, с чем это связано. Коротко. Видите ли, лекарская магия требует особого склада ума. Как правило, у магов к ней не слишком приспособлено мышление, она нам тяжело даётся. Хорошими лекарями становятся только те, у кого это в крови, или те, кто приобрели интерес к делу в самом раннем возрасте. У магов, берущихся за лекарское дело позже, как правило, это требует много сил и тренировок. – Волшебник нахмурился, словно его посетила какая-то мысль. – Как зовут вашего противника? Быть может, я его знаю? С такими способностями он должен быть очень известен.
Леона поморщилась и бросила быстрый взгляд на своего чародея. Тот тихим голосом произнес имя, но в комнате его услышали все. Леона вздрогнула – в абсолютной тишине это имя прозвучало проклятием, словно даже в самих словах заключалась некая страшная сила.
В глазах иноземного волшебника неожиданно промелькнуло что-то странное, и между ним и остальными на миг словно возникло взаимопонимание.
– Рикард Моди? Я слышал это имя. В Хорванде этот маг достаточно известен.
Леона вскинулась. Ей показалось, что она нашла зацепку, очень важную деталь, которая может помочь разузнать хоть что-нибудь, а заодно и придумать спасение.
– Я о нём ничего не знаю и не слышал, – гневно отрезал Рудольф, разглядывая подчиненного с недобрым вниманием.
Тот лишь развёл руками.
– О нём известно лишь в определенных кругах. Его знают чародеи, знают, как я убеждался, те, кто связан с преступным миром. Каким-то непонятным образом слава о нём никогда не доходила до дворца, и я ни разу не слышал о нём от людей простых. – Немолодой хорвандец виновато пожал плечами. – Его известность велика, но лишние люди с ним не знакомы.
Рудольф нахмурился и замолчал, напряженно о чём-то думая. Леона же подалась вперёд, не сводя с рассказчика жадного взгляда. Это уже становилось интересно.
– А сами Вы с ним знакомы? Что Вам о нём известно?
Волшебник снова развёл руками и смущённо пояснил:
– Да ничего особенного, Ваше Высочество. Я его даже не видел никогда. Так, слышал краем уха. – Мужчина замолчал, пытаясь что-нибудь припомнить. – Говорят, в своё время к нему приходили те, кому нужны были услуги мага. Люди, у которых уже не осталось надежды на помощь. И он за определенную плату мог сделать что угодно. Я помню, кто-то из моих знакомых утверждал, что Рикард мог запросто убить человека, если ему заплатят, и никакие запоры или охрана его не останавливали. Может быть, слухи. Во всяком случае, лет семь-восемь назад он внезапно пропал, – вспомнил волшебник, и лицо его просветлело. – Точно, я помню. В те годы о нём прекратились всякие разговоры, а потом я от кого-то услышал, что Рикарда больше нет в столице. Куда он исчез и почему – не знаю.
Леона задумчиво прищурилась. Вот оно что. Жаль только, что так мало сведений. Впрочем, это уже что-то.
– Спасибо, – улыбнулась она волшебнику, чувствуя, как силы бороться, оставившие было её, возвращаются вновь. – Вы нам всё равно помогли. Гораздо больше, чем все, кто уже был этим утром.
Хорвандец сдержанно поклонился и отступил, встав за спинкой кресла, в котором сидел его принц.
– Что ж, – произнёс Рудольф, медленно поднимаясь, – не знаю, чем ещё мы можем помочь. Я глубоко сожалею обо всём произошедшем. Надеюсь, что Вы найдёте мага, который сможет помочь королю. В любом случае, принцесса, Вы всегда можете рассчитывать на мою поддержку.
Леона улыбнулась и тоже встала из-за стола.
– Я знаю. Вы сейчас уезжаете?
Рудольф согласно кивнул.
– Да. Боюсь, здесь я буду бесполезен. Я надеюсь, что Его Величество вылечится. Если погибнет король Румии, это будет трагедия для всех нас.
Леона вздрогнула и склонила голову в согласии. Сердце прошил неприятный холодок.
– Да. Для всех. – Она вежливо указала на дверь. – Пойдёмте, я вас провожу.
Принц кивнул, и побрёл вслед за Леоной к выходу. Чародей открыл дверь, пропуская наследников двух престолов. Последним процессию нагнал хорвандский волшебник, и взметнувшееся в камине пламя очертило его фигуру тёмным контуром. Лицо мужчины было задумчиво. Впрочем, ввиду всеобщего состояния никто даже не заметил его небольшой задержки.
Экипаж Рудольфа уже поджидал принца внизу, у самых ворот во дворец. Среди прочих по коридору бегали и хорвандские слуги, вынося последние вещи. С тоской проводив взглядом одного из таких пажей, принц остановился у лестницы и повернулся к Леоне. Сожалеюще развел руками, поклонился сначала принцессе, потом чародею.
– Что ж, мне пора, – Рудольф склонился к ладони принцессы, бережно её целуя. – Если понадоблюсь, только позовите.
Леона улыбнулась и присела в реверансе. Кажется, Рудольф планировал остаться её хорошим другом. Оставалось посмотреть, что из этого выйдет. В конце концов, с Хорвандой у них до этого дня были хорошие отношения.
– Обязательно. Хорошей дороги!
– Благодарю, Ваше Высочество, – усмехнулся Рудольф и неторопливо направился к экипажу.
Его волшебник шел следом, изредка, как показалось Леоне, косясь назад через плечо. Проводив их взглядом, принцесса встряхнулась и повернулась к молчаливому чародею.
– Нужно действовать, – скомандовала она, чувствуя, как отчаяние отступает перед необычайной решимостью. – Иди и займись теми, кто надеется вылечить короля. Лекарей гони сразу, магов принимай, присутствуй при осмотре – всё на тебе. Понял?
Чародей склонил голову.
– Я понял, принцесса. Не волнуйтесь. Хоть надежды почти нет, – в его измученных глазах мелькнула тоска, – я сделаю всё возможное.
– Не сомневаюсь, – вздохнула Леона и пошла прочь, не прибавив больше ни слова.
Чародей посмотрел ей вслед, и, внезапно осунувшись, одними губами прошептал:
– Что же мы тогда натворили? Что наделали? – И, покачав головой, горестно прибавил: – Лучше б он умер тогда, этот Рикард.
По дворцу продолжали сновать слуги, лекари, чародеи. Никто из них не знал страшных новостей, но тем не менее все как один переживали случившееся с королём горе. И только нескольким людям во всем королевстве была известна правда. Один из них наверняка сейчас довольно потирал руки в ожидании конца своего врага. Едва слышно застонав, чародей повернулся и шаркающей походкой побрёл вниз – за новой партией совершенно бесполезных волшебников.
Этот день был невероятно долгим, но Леоне всё равно показался одним мигом. Девушка изучала список хранящихся в сокровищнице волшебных предметов, их свойства, до боли в голове рылась в волшебных свитках и книгах, едва прерываясь на еду. Забыв обо всём и всех, она искала спасение – и никак не могла его найти.
Гости успели разъехаться по своим странам – скорее всего, мать тактично торопила их, не желая в такое время заниматься чужаками. Утреннюю суету сменило оцепенение, дворец погрузился в тишину. И в этом жутком безмолвии Леона одну за другой листала книги, всей кожей чувствуя, как утекает время. Листала и захлёбывалась отчаянием. Ничего. Ни единой зацепки. Даже в самых тайных и редких книгах о лечебной магии говорили мало, и всё не то. Леона понимала, что не может сдаться – и с новой силой бралась за поиски, изредка бросая взгляды за окно, где уже стремительно темнело. Принцессе казалось, что именно сегодня ночь опускалась непривычно рано, а в темноте столичных улиц мелькали странные силуэты. Поднимая глаза, она видела то фигуры могучих коней, то высокого юношу в длинной куртке. В такие моменты сердце Леоны испуганно вздрагивало, и она вглядывалась пристально, пытаясь различить нечёткие образы. Бесполезно. Они исчезали раньше, чем принцесса успевала их рассмотреть. Обессилевшая, уставшая, Леона с трудом водила взглядом по старинным строкам, возилась в словарях, когда попадались книги на других языках. Ни придворный чародей, ни даже Мартин к ней не заходили, да и королева только раз зашла проведать дочь. Каждый вёл свою борьбу, не мешая и не помогая другим. И всё-таки они безнадежно проигрывали.
Отослав девушку, звавшую её к ужину, принцесса пододвинула к себе новый свиток, посвященный проклятиями и способам защиты от них. Протерев ладонью уставшие глаза, развернула лист и углубилась в чтение. От обилия полученной за день информации мысли казались тяжелыми. Море сведений о заклятиях, убивающих мгновенно… Почему Рикард не убил Гильема сразу? Надеется вырвать из него добровольное отречение от знака? Лечение классических болезней – эта явно не походила ни на одну из описанных. Способы устранить неактивную остаточную магию, и ни слова про уже запущенную. Сама того не замечая, Леона всё ниже склонялась над свитком, а моргала с каждой минутой всё реже. Её голова всё больше тяжелела, а мысли тянулись неторопливо, медленно. Девушка попыталась встряхнуться, снова уставилась на буквы затуманенным взглядом. За окном тихо, заунывно завыло какое-то животное. «Волк? Откуда в городе взяться волку?» – успела подумать Леона, прежде чем её голова упала на стол и девушка окончательно забылась сном прямо в зале библиотеки. Удалившийся по её приказу в каморку библиотекарь ничего не заметил, и только бродящий за воротами чёрный конь разразился торжествующим тявканьем. Его запрокинутая морда в свете луны казалась похожей на волчью.
Ночь вновь вступала в свои права, и страшные тени безбоязненно бродили по городским улицам. Сейчас, когда утомленные за день люди отдыхали в своих домах, тени были хозяевами, и весь город, до каждой пустой улицы принадлежал им. И снова больного короля мучила кошмары, и кто-то приходил в его сны, обнажая зубы в недобром оскале. Всё тонуло во мраке, и герои отступали перед ним, не имея возможности дать отпор…
На следующее утро Леона проснулась оттого, что кто-то звал её. Открыв глаза, принцесса увидела над собой лицо служанки.
– Ваше Высочество, просыпайтесь! – робко повторила девушка и невольно покосилась за окно.
Леона бросила взгляд в том же направлении и даже подскочила от изумления. Солнце давно поднялось. Сколько же она спала?
– Вы здесь умываться будете, или к себе пойдёте? – снова мужественно прервала молчание служанка.
Леона резко встала из-за стола. Сон как рукой сняло, а события последних дней моментально навалились кошмарным осознанием – вместо того, чтобы наконец найти хоть что-то полезное, она просто заснула в библиотеке. А проснулась так и вовсе около полудня!
– Нет, спасибо, ничего не надо, – быстро бросила принцесса и побежала.
За один миг проскочив длинный зал, девушка вылетела в коридор и понеслась, чуть не сшибая встречных.
– Куда Вы, Ваше Высочество? – растерянно крикнула ей вслед служанка, комкая в руках край своего передника.
Леона мчалась со всех ног, и в голове билась лишь одна мысль: «Успеть!» Осталось так мало времени. Хоть бы у чародеев были какие-нибудь подвижки! Хорвандец говорил про двое суток, и было это вчера утром. Значит, вторые сутки уже пошли. Под удивленные и испуганные возгласы промчавшись людными коридорами, Леона ворвалась в спальню отца.
В этот раз комната была почти пуста. В камине дрожало пламя. Шторы были плотно задёрнуты, так что лучи полуденного солнца почти не освещали спальню. У кровати своего друга молчаливо сидел чародей. Повернувшись и заметив принцессу, маг медленно встал.
– Есть новости? – бросилась к нему Леона.
Чародей отрицательно покачал головой.
– Ничего. Ни один не смог его излечить. Поиски продолжаются, но, боюсь, мы уже ничего не успеем.
По телу отца пробежала едва заметная дрожь, и дочь перевела взгляд на него. Он совсем отчаялся. Может быть, они ещё успеют и смогут… если отец не умрёт раньше от страха.
– Я поняла. Всё равно продолжай принимать тех, кто приходит, – бросила Леона и тоже подошла к кровати. – А теперь оставьте нас вдвоём.
– Конечно, – безропотно кивнул чародей и побрёл к выходу.
Через пару мгновений Леона осталась в комнате один на один с королём.
– Отец, – она подошла и тихо опустилась рядом с постелью. Отец лежал, отвернувшись к стене, и принцессе пришлось говорить, не видя его лица. – Я уверена, что-нибудь можно сделать. Не падай духом. И я, и Мартин, и все чародеи Румии ищут способ тебя вылечить. Просто подожди ещё немного, и у нас обязательно всё получится. Слышишь? – Леона взяла в руку его ладонь, оказавшуюся непривычно холодной, будто из короля по капле вытягивали тепло. – Ничего не бойся. Мы тебя не бросим. Даже я. – Принцесса прикрыла глаза и прошептала: – Я буду с тобой.
Несколько мгновений прошли в тишине, а потом Гильем заворочался. Двигался он с явным трудом, а с губ срывалось хриплое дыхание. Всё-таки развернувшись к дочери, он зашептал так тихо, что той пришлось склониться совсем близко.
– Леона…
– Да, отец? – переспросила Леона, пытаясь различить слабый голос.
В ответ послышался вздох, и Гильем прошептал:
– Ничего уже не получится. Я умираю. Я чувствую это… – Слабо закашлявшись, Гильем горько произнёс: – Он приходит ко мне по ночам. Рикард является мне во снах и глумится надо мной. Он меня не отпустит, а победить его невозможно. Я готов что угодно отдать за спасение… Но он требует самое дорогое. Самое… – Леона с ужасом слушала тихий шёпот правителя и не могла оторвать взгляд от искажённого гримасой лица. – Знаешь, Леона… Лучше бы ты вообще никогда не рождалась.
Принцесса отпрянула от кровати. Её лицо тоже исказилось, только от обиды и боли. Выпрямившись, Леона повернулась к собственному отцу спиной и направилась к двери, гордо держа голову. И только у самого выхода, не оглядываясь, бросила:
– Лучше бы? Лучше бы ты действительно был тем великим правителем, которым считают тебя твои подданные.
Дверь резко захлопнулась за её спиной, ударив по косяку. Гильем так и остался лежать на боку, бездумно разглядывая зловеще мечущееся в камине пламя.
Выскочив из спальни отца, Леона снова торопливо пошла по коридору, не видя ничего вокруг. Ком, вставший в горле, мешал дышать. Леона прикрыла глаза, чувствуя, как внутри разрастается ненависть. Она изо всех сил старалась спасти его, разрешить ту кошмарную ситуацию, которая по его же вине возникла. Защищала, несмотря ни на что. В памяти мгновенно возник тот самый вечер, когда она узнала правду о своём рождении – и в сердце всколыхнулся гнев, который она раньше старалась подавить. Воспоминания потянулись цепочкой, цепляясь одно за другое, и перед внутренним взором промелькнуло всё, что девушка старалась выкинуть из головы. Все события её жизни, на которые она закрывала глаза, возрождались в памяти, подстёгнутые только что услышанным. И после всего, что сделал, он смеет говорить ей такое! Он! Леона зажмурилась и прислонилась к ближайшей стене, стараясь унять дрожь. Редкие люди проскакивали мимо принцессы, не решаясь потревожить. Она всё равно сделает всё возможное. Она не бросит отца даже теперь. Но, после того как всё закончится, Леона больше никогда не хочет его видеть.
Открыв глаза, принцесса всё-таки выпрямилась и невидящим взглядом уставилась перед собой. Чтобы не желать видеть отца, надо, чтобы он для начала выжил. И книги в этом деле больше не помощники. Если она до сих пор не смогла ничего найти, то сейчас уже и подавно поздно. Надо было действовать по-другому, но, как назло, идеи не было ни одной. Надеяться на сильного чародея было слишком рискованно, искать волшебные предметы тоже времени не оставалось. Можно было попробовать выследить Рикарда и убить его. Только вот убийство мага не отменит запущенную смерть. Да и сомневалась Леона, что это очень легко – победить такого человека. На мгновение принцесса вспомнила его худое, аристократическое лицо с хищным прищуром глаз – и ощутила, как по коже пробежал холодок. Выхода не было. Совершенно. Способа излечить проклятие колдуна они так и не нашли, а сам Рикард отменит его только при одном условии. Леона точно знала, что трон они отдать не могут. Это их страна, их королевство, бросать которое было бы страшнейшим предательством. Этот маг с лёгкостью уничтожит всё, что так бережно хранили поколения династии Дебю, поработит жителей Румии, повернёт вспять реки, погрузит улицы во мрак. Убьёт всю их семью – и отца, и маму, и саму Леону. Надо было бороться. Но как это делать, если силы настолько неравны? Если шансов почти нет? Леона вздрогнула, а в голове невольно промелькнула мысль – если борьба за трон и защита своей земли означает гибель короля… То что же им делать? Но не успела Леона всерьёз задуматься над этим вопросом, как сзади послышался знакомый голос:
– Лео! Лео, я нашёл!
Принцесса резко обернулась. По коридору навстречу ей бежал Мартин, и его счастливое лицо словно бросало вызов окружающему унынию. Паренёк подлетел к девушке, отдышался и снова расплылся в радостной улыбке.
– Я нашёл выход, Лео, – громко произнёс он и вытянул вперёд руку. На ладони, слабо мерцая внутри простой коробочки, лежало старинное серебряное кольцо. Вставленный в оправу хрусталь играл в свете люстр. – Это осталось ещё от прародительницы нашего рода, великой чародейки, – пояснил Мартин и, затаив дыхание, произнёс: – Камень в кольце может уничтожить активную остаточную магию.
Леона вздрогнула и во все глаза уставилась на камешек. Тот загадочно поблёскивал в ответ.
Глава 5
Тотчас был собран совет. Чародей, мать-королева, Мартин и сама Леона собрались в кабинете принцессы. Все не отрываясь смотрели на юного Мервея, а тот торопливо рассказывал, то и дело запинаясь от волнения.
– Этот хрусталь был добыт далеко в горах Глетеры. Он волшебный – лечит многие болезни и очищает тело от чужой силы. Однако для лечения нужен маг – без него кольцо не более чем украшение. Камень собирает силу чародея внутри себя, приумножает и направляет на борьбу с болезнью.
Мартин говорил, непроизвольно поигрывая лежащим на ладони кольцом. Леона не отрываясь смотрела на камешек, завороженная сверкающими, дымчатого оттенка гранями.
– Из-за того, что камень служит лишь проводником чужой магии, появляется сложность: для серьезной болезни и силы нужно много. Кроме того, она должна быть добровольно и с радостью отдана хрусталю, иначе сомнения мага развеют чары. Это значит, что нам нужен сильный, уверенный в своем желании спасти короля чародей, и только тогда всё получится.
В комнате повисло короткое молчание, а потом придворный чародей, всё это время не сводивший с мальчишки цепкого взгляда, произнёс:
– Ты ведь не всё нам сказал, верно? О чём ты умолчал?
Мартин поежился, потом повернулся и взглянул ему прямо в глаза. Стиснул губы, словно желая так сдержать ответ.
– Да, есть ещё кое-что, – признал он. – Лечение невозможно прервать. Начав, нужно довести до конца, и если магу не хватит на это волшебства, хрусталь вытянет из него жизненные силы, хоть все до последней капли.
– Другими словами лекарь умрёт? – переспросил чародей.
Мартин медленно кивнул. Взгляд его лихорадочно блестящих глаз не открывался от дымчатых граней.
Прежде чем Леона успела что-либо сказать, королева откинулась на спинку кресла и глухо застонала.
– Час от часу не легче. Гильему грозит смерть, и никто не в силах его спасти, потому что нет никого сильнее этого проклятого колдуна. И вот, когда мы нашли волшебный кристалл, нам снова нужен сильный маг, чтобы его использовать.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?