Читать книгу "Сделка с боссом"

Глава 27. Таисия

– Ничего не понимаю… погодите… как документы… почему?

Когда мне в университете сказали, что ждут в деканате, я и подумать не могла, что для того, чтобы сообщить об… отчислении?...

– А ты что же думала, Романова? – секретарь кафедры, которая и сообщила мне новость, строго смотрит на меня из-под очков. – На тебя же дело уголовное завели… как же…

– Так ведь я как свидетель прохожу, – чуть не плачу.

– Это пока как свидетель. Пока, Романова. Ты думаешь, родители Касьянова это так оставят? Звонили уже ректору… Да и следователь приходил. За характеристикой на тебя.

– За характеристикой? – растерянно спрашиваю я.

– Ну да. Я не знаю, уже что там дали ему. Но он обмолвился, что свидетель ты пока там. А скоро будешь переведена в подозреваемую. Так что… вынуждены отчислить. Дабы не марать лицо университета. Сама понимаешь. Давай, забирай документы и…

На ватных ногах я выхожу из здания. Все произошло так быстро…

Замечаю группу бывших уже однокурсников. Среди них – Алик, друг Архипа.

– Алик, – зову его.

– О! Уголовница! – ржет он и остальные тоже подхватывают. – Чего тебе? Вали давай отсюда!

– Подойди, пожалуйста, – проглатываю обиду. Потерплю. Мне нужна его помощь.

Он долго смотрит на меня и лишь потом, хмыкнув, отделяется от толпы и идет ко мне.

– Ну? – спрашивает, ехидно улыбаясь.

– Дай мне телефон Архипа, пожалуйста, – прошу я.

– Нафига?

– Хочу с ним поговорить.

– Навряд ли захочет, – хмыкает он. – Да тебя и не пустят к нему. Он в больничке. Из-за тебя!

– Я не делала этого, – упорно говорю я. – Не делала.

– А следак иначе говорил. Ты еще и мента там порезала? Вообще без тормозов! Кто бы мог подумать! А строила целку из себя! Слушай, тебя же посадят скоро? Погуляем напоследок? – хватает меня за талию и дергает на себя. И громко смеется. – Будет, что вспомнить в камере-то! Поехали!

Кое-как отбиваюсь от него и бегу к метро.

Дома захожу в квартиру и понимаю, что дед вернулся.

– Здравствуй, Тая, – он обнимает меня и целует. – Вот, пораньше приехал. Соскучился. Как ты тут?

– Все хорошо, дед. Все хорошо.

– Тая, мне врач звонил.

– Когда?

– Сейчас вот. Буквально перед тобой. Через месяц на плановое обследование меня кладут.

– Ну, так это же замечательно! – выдавливаю из себя улыбку.

– Да, но… – вижу, что его что-то тревожит.

– Что, деда?

– Мне квоту подтвердили на это обследование только на двадцать процентов, – вздыхает он. – Остальное самим надо будет доплатить…

– Ну, разберемся. Мы же собирали, – обнимаю его. – Я работаю же, зарплата хорошая. Все хорошо будет, дед!

А сама понимаю, что просто успокаиваю его. Нет у меня работы и денег явно не хватит. Надо завтра же заняться поиском работы. Благо теперь я могу работать полный день. Сглатываю слезы, вспоминая разговор в университете.

– Тая, телефон, – говорит дед, а я и не слышу за своими мыслями.

Иду к сумке и достаю аппарат.

– Таисия Романова? – незнакомый мужской голос.

– Да.

– Это следователь Лаверчук. Завтра к восьми жду вас у себя. По делу Касьянова.

– Касьянова…

– Да. Подписать надо будет кое-что. Завтра в восемь. Хорошего вечера! – и гудки.

Всю ночь я почти не сплю. А утром, пока дед думает, что я поехала на занятия, я еду к следователю.

– Вот, подпишите, – он кладет передо мной какую-то бумажку.

– Что это?

– Подписка о невыезде, – сухо отвечает он. – Формальность перед избранием ареста.

Я дышать перестаю.

– Ареста?...

– Да, – поднимает на меня взгляд. – Даем вам возможность подготовиться, вещи собрать, близких предупредить. Надеюсь, понятно, чтобы без глупостей?

Если меня посадят, дед не переживет. Кто о нем позаботится? А я? Даже если останусь на свободе? Ни учебы, ни работы… Что делать?

Глава 28. Таисия

Я сижу в сквере рядом с домом, не решаясь зайти в квартиру и встретиться взглядом с дедом. Боюсь, не смогу ему соврать. И что тогда? Как рассказать ему о том, что его внучка подозреваемая в уголовном деле? Даже в двух… Как?!

Чувствую, как вибрирует телефон в кармане куртки. Достаю его – неизвестный номер. Опять из полиции? С тревожным чувством отвечаю.

– Таисия Романова? – на том конце приятный мужской голос.

– Да, – несмело отвечаю.

– Меня зовут Григорий Андреевич. Я адвокат.

Адвокат?! Наверное, адвокат Архипа?! Все сжимается в груди.

– Алло, вы слышите меня?

– Да, – отвечаю. – Что вам надо?

– Меня назначили по вашему делу. О причинении телесных повреждений. Потерпевший – Касьянов А. И. Понимаете, о чем я?

Мой адвокат?! Сердце словно вырывается на свободу и начинает чаще биться.

– Да, конечно. А вы… мой адвокат? – я все еще не верю.

– Да. И я хотел бы встретиться с вами. Чтобы, так сказать, обговорить всё. Наши дальнейшие действия.

– Да, конечно! Когда?

– Сейчас вы можете подъехать? Не хотелось бы оттягивать. Сами понимаете, в вашем деле дорога каждая минута.

– Да, конечно. Я подъеду! – встаю со скамейки и ладонью вытираю застывшие слезы. Может, не все еще потеряно? Адвокат… Ну да, следователь же говорил, что мне положен адвокат!

– Алло? Таисия? Вы слышите меня?

– Да, простите…

– Запоминайте, – и он диктует мне адрес. – Адвокатская контора. Приезжайте, жду, – и гудки.

Я быстро стираю остатки слез в лица, поправляю прическу и буквально бегу к метро.

Адвокатская контора, куда меня пригласили, поражает своим размахом. Тут все очень красиво и дорого. И люди тут все красивые. В хороших костюмах. И холеные такие все.

Милая девушка провожает меня к кабинету и открывает дверь:

– Проходите, Григорий Андреевич ждет вас.

Вбираю побольше воздуха и захожу в просторный и стильно обставленный кабинет.

Мужчина за столом отрывается от бумаг и приветствует меня уже знакомым бархатным голосом. Короткое знакомство и он сразу же переходит к моему делу. Вернее, к двум моим делам. Потому что, кроме Архипа, есть еще один потерпевший – тот самый следователь…

– Вот такой расклад, Таисия, – произносит мужчина в конце. Встает и подходит к окну. – Дело непростое. Но я готов взяться за него. И гарантирую, что нам удастся избежать ареста. Поживешь пока под подпиской о невыезде. Все равно ведь никуда не собиралась? – улыбается.

Мотаю головой.

– Вы поможете мне? – не верится до сих пор. Но почему-то его тон и слова внушают мне уверенность. Он говорит мало, но все по делу. Наверное, он очень хороший адвокат. И дорогой? Неужели государство предоставляет таких хороших адвокатов? Мне всегда казалось…

– Помогу, – отвечает Григорий Андреевич. – Это моя работа, Таисия. И не такие дела раскручивали.

Улыбаюсь. Наверное, впервые за несколько дней.

– Но есть еще кое-что, что я хочу рассказать вам, – он подходит и садится напротив. Открывает передо мной папку. – Это фотографии из СИЗО, – раскладывает на столе мрачные фото. Решетки, стены без окон. Серые женщины. – А это тюрьма, – новые более мрачные снимки, – куда, скорее всего, вас доставят для отбывания наказания в случае, если признают виновной.

Поднимаю на него взгляд.

– Зачем вы мне это показываете? – спрашиваю, глядя ему в глаза.

– Чтобы вы понимали, что все серьезно. Что, возможно, вам придется провести в таких условиях лет пять. Ну, при хорошем поведении будет шанс выйти через три года. Если… – берет паузу, – если вы не приглянетесь начальнику колонии…

Хмурюсь и чуть отстраняюсь от него.

– Да, Таисия, красивые женщины и в колонии не остаются без внимания, – очень серьезно говорит он. – А у любой красивой женщины должен быть покровитель.

– Я не понимаю… – встаю.

Он тоже встает.

– Мои услуги дорого стоят, Таисия, – говорит он, поправляя пиджак и не глядя уже на меня. – Очень дорого, – поднимает взгляд.

– А вы… вы разве не назначенный адвокат? Следователем…

– Нет, – усмехается. – Нанять такого адвоката, как я, может себе позволить только очень богатый человек. И поверьте, я свою работу делаю хорошо. Я гарантирую, что вы останетесь на свободе.

– Богатый человек… – повторяю я, с ужасом понимая, к чему все идет.

– Да, Таисия. Очень богатый. Один его звонок и я в деле.

– А сейчас? – с тревогой смотрю на него.

– А сейчас… считайте это небольшой презентацией для вас. Я ознакомился с вашим делом. Я знаю, как помочь вам. Я жду звонка от Виктора Сергеевича.

Я опять падаю на стул. Опускаю взгляд и утыкаюсь в дорогие, начищенные до блеска ботинки.

– Завтра следователь вынесет постановление об изменении меры пресечения, – он продолжает как ни в чем ни бывало. – Поэтому в ваших интересах, Таисия, как можно раньше решить, буду я вашим адвокатом или… – берет со стола и кидает мне на колени снимки. – Или это станет вашей реальностью…

Отбрасываю от себя фотографии и встаю. Не глядя на мужчину, иду к двери.

Он не произносит больше ни слова.

Пять лет… Деда точно не переживет такого позора… Кто за ним присмотрит? А операция?

«Я жду звонка от Виктора Сергеевича», – эти слова так и стучат в голове. Больно стучат. Словно раскалывают меня на до и… после…

Стать няней для милого мальчика и… продажной женщиной для его отца… Для мужчины, который уже сломал меня однажды…

Иду по улице и не сразу понимаю, что дождь. Сильный дождь. Все бегут под зонтами и только я иду, не чувствуя холодных капель. Они смешиваются со слезами на моих щеках. Слизываю их языком, ощущая соль.

Я приезжаю к офису Виктора. Вижу его машину на парковке.

На охране уже как будто ждут меня. Пропускают и я сама, оставляя капли на мраморном, идеально чистом полу, иду к лифтам.

Перед дверью знакомого кабинета меня начинает трясти. Секретаря нет и я берусь за ручку двери и вижу, как пальцы колотит. То ли от холода, то ли от напряжения, то ли…

Зажмуриваюсь. Еще раз слизываю слезы и капли дождя с дрожащих губ. Открываю глаза и тяну дверь на себя.

В кабинете приглушенный свет. Окна прикрыты жалюзи.

Хозяин кабинета медленно разворачивается ко мне на кресле. Взгляд впивается в мое лицо и я ощущаю такой резкий контраст. От холодного дождя до прожигающего насквозь взгляда.

– Дверь закрой, – звучит ледяной голос. И опять контраст. И мурашки по телу от этого контраста.

Медленно закрываю дверь. Так и стою. Мы с Виктором смотрим друг на друга.

– Какие-то проблемы, Тая? – усмехается он и откидывается на спинку кресла. Потирает скулы и подбородок. – Зачем ты пришла? Что-то случилось?

Отвожу в сторону взгляд. Это особое издевательство – спрашивать, почему я здесь. Но я проглатываю и это. Стараюсь думать о деде. Не о себе.

– Молчишь. Хорошо, я скажу. Все просто, Тая. Я готов помочь решить твою проблему, – с едва заметной ухмылкой произносит он. – Мои условия ты знаешь. Раз ты здесь, я так понимаю, ты согласна, – не спрашивает, а утверждает. Он уверен в том, что я не смогу отказаться.

– Я хотела бы знать срок, – говорю, сгорая от его прожигающего насквозь взгляда. – Как долго это будет длиться?

Тишина. Гнетущая и заставляющая еще больше дрожать от ожидания тишина.

– Пока я не решу, что хватит, – звучит жестко. – И первое правило.

Поднимаю на него взгляд. Правило?

– Да, Малыш, правило, – он словно читает мои мысли. – Этот вопрос ты больше мне не задаешь. Потому что я теперь буду решать, как, когда, сколько и все остальное.

И опять тишина.

– А теперь подойди ко мне, – опять его голос как будто режет по живому.

Я пришла сама. Я согласилась. Я уже пала.

Вбираю побольше воздуха. Как последний глоток. Перед падением. А после… после меня просто не будет…

Ступаю, не чувствуя ног. Не я иду. Кто-то другой. И пола я не чувствую.

– Молодец, – довольная ухмылка уже рядом.

Смотрю на усмехающееся лицо и не вижу его.

Горячие пальцы на моей руке. Сильно сжимают. Тянут на себя. Еще ближе. Прямо на край пропасти. И резко вниз.

– На колени, – звучит словно из пещеры. Или из пропасти. Да, из пропасти. Так же глухо и безнадежно. Без вариантов на спасение. Без попытки выбраться.