Читать книгу "Сделка с боссом"

Глава 22. Таисия

– Романова!

Я не сразу слышу грубый мужской голос, выхватывающий меня из тумана моих мыслей.

– Романова, блять! Не слышишь, что ли?!

– Тебя, что ли? – меня толкает в плечо женщина, которая находится со мной в камере.

Отрываю заплаканное лицо от коленок и испуганно смотрю на тусклый просвет в дверном проеме.

– Романова, на выход! – командует голос и я вздрагиваю.

Мотаю головой и забиваюсь подальше в сырой и темный угол камеры. Вжимаюсь в стену спиной, ощущая холод, и дрожь пробегает по телу, заставляя руки трястись.

Громкий топот тяжелых мужских ботинок и я вижу, что их хозяин приближается ко мне.

– Нет! Не надо! – прошу я, с ужасом глядя на него и отчаянно мотая головой. – Не надо… я не хотела…

Свежие дорожки слез бегут по щекам, попадают на губы и я чувствую легкую боль. Соленые слезы раздражают свежую рану. Языком прохожусь по ней.

– Вставай! На выход! Сказал же! – голос теперь больше похож на рык.

Меня хватают за локоть и резко дергают вверх.

– Не пойду! – сопротивляюсь я. – Вы не имеете права! Отпустите меня! Отпустите! Обещаю, никому не скажу!

– Да иди уже ты! – толкают меня в спину. – Заебала!

Лязг замка на клетке камеры. Вижу, что мужчина повернулся ко мне спиной. И я решаю воспользоваться этим. Срываюсь с места и бегу по узкому темному коридору.

Оборачиваюсь, чтобы убедиться, что меня не преследуют, и тут же врезаюсь во что-то твердое и большое. Не успеваю рассмотреть препятствие, как очередной шок и испуг пронзает мое тело.

– Тихо, – хмуро произносит Виктор, крепко сжимая мои плечи. Его взгляд блуждает по моему лицу, останавливается на разорванной майке. – Сделали что? Тая! Сейчас говори. Пока мы здесь! Отвечай!

Трясет меня.

А я лишь закрываю лицо руками и ладонями ощущаю слезы. Но плачу тихо. Я не слышу своих всхлипов.

– Суки, – цедит мужчина и потом на мои плечи ложится что-то теплое.

Открываю лицо и вижу, что он пиджак на меня накинул. Пытаюсь снять его и тогда он просто подхватывает меня на руки. Хватаюсь за его плечи, а он несет меня, прижимая к себе.

Сажает в машину, пристегивает и сам садится рядом, на водительское сиденье.

– Добегалась? – кидает зло, заводя мотор и выезжая с парковки.

Я ничего не отвечаю. Лишь вжимаю голову в плечи и зажмуриваюсь. Бояться или радоваться?

Внутри все как будто заледенело. И это не от холода и сырости камеры. Понимаю, что пальцы мои до сих пор дрожат. Кладу ладони на коленки, вцепляясь в них. Пытаюсь так избавиться от дрожи.

И тут чувствую тепло на руке.

Приоткрываю глаза и вижу его ладонь на моей. Пытаюсь приподнять ее, но он лишь крепче сжимает пальцы.

Я опять зажмуриваюсь. Каждая мышца в моем теле напряжена. Я понимаю, что должна успокоиться и все узнать. Узнать, почему я не в камере. Почему он здесь. И куда мы едем.

Открываю глаза и вижу ответ на свой последний вопрос. Машина останавливается у того самого дома, где я когда-то работала. У того дома, где… Эти воспоминания накладываются на события сегодняшней ночи. Я громко всхлипываю и вжимаюсь в спинку кресла. С ужасом смотрю на мужчину, который глушит мотор. Выходит из машины, открывает дверцу и подает мне руку.

Снова молча мотаю головой.

– Опять спорить? – его брови сходятся на переносице.

Всхлипываю. В горле ком и я не могу заставить себя произнести ни слова. Прорезающий тишину звонок ударяет током по оголенным нервам.

Виктор достает телефон, всматривается в экран и хмурится. Отвечает.

– Да, Раиса. Как? Почему? Хорошо, я еду.

Не глядя на меня, опять захлопывает дверь. Садится и мы трогаемся.

Глава 23. Таисия

– Я хочу домой, – наконец, получается у меня выдавить хоть что-то.

Смотрю в окно и вижу, что мы на бешенной скорости несемся по ночной трассе. Похоже, выезжаем за город. Я понемногу прихожу в себя.

– Я хочу домой, – повторяю уже громче. Откашливаюсь.

– Молча сиди, – жестко обрывает меня мужчина, даже не повернувшись ко мне. – Или назад захотела?

Быстрый взгляд холодных глаз.

– Ты знаешь, что твои действия на статью тянут? – цедит он, не отрывая взгляда от дороги. – И понимаешь, чего мне стоило вытащить тебя оттуда?

Молчу. Сижу, вжав голову в плечи и засунув руки между коленок.

– Понимаешь? – повторяет он. – Думаешь, я просто так это все сделал? – усмехается. – Твою проблему еще решать и решать, Тая. И только от твоего поведения будет зависеть, получишь ты реальный срок или…

Продолжаю молчать.

– Слышишь меня? – мужчина вдруг останавливает машину на обочине, но мотор не глушит. Поворачивается ко мне.

Я чувствую его взгляд. Он словно прожигает меня. Но посмотреть в глаза боюсь.

– Глупая маленькая девочка, – голос его становится тише и мягче. Пальцы сжимают мой подбородок. Поднимают мое лицо и поворачивают к нему. – Понимаешь, к чему все шло? Зачем ты следака порезала? Мне пришлось очень сильно постараться, чтобы тебя выпустили. Пока выпустили. Но ты же сделаешь так, чтобы я не пожалел о своем решении?

Его потемневший взгляд опускается на мои губы. А потом и палец его скользит по нижней губе, чуть оттягивая.

– Я могу помочь решить все твои проблемы, Малыш, – с хрипотцой в голосе произносит он и приближается.

А у меня дыхание задерживается. Паника накрывает. Руками хватаюсь за кожаную обшивку сиденья.

– Меня-то не бойся, Малыш, – чуть усмехается он, оказываясь совсем близко. – Я сделаю так, чтобы никто тебя не обидел. Ну, кроме меня. Ты же будешь послушной, да?

Опять его взгляд упирается в мой рот и в следующую секунду он просто накрывает его, не дав мне даже вдохнуть.

Его жесткие и требовательные губы сейчас мягко скользят по моим губам. Не впиваются как в тот раз.

И этот поцелуй почему-то заставляет меня расслабиться и, закрыв глаза, громко вздохнуть.

– Вот, видишь, малыш, – в его голосе слышу улыбку. – Все хорошо будет. Мне надо кое-что сделать и поедем решать твои проблемы.

Проводит пальцем по моим губам и резко отстраняется. Поправляет воротник рубашки, а потом ремень на брюках.

И мы опять едем. Оказываемся перед воротами. Они открываются и машина въезжает в большой двор.

– Сиди здесь, – кидает мне Виктор, паркуясь и выходя из машины. – Поняла? Никакого побега, Малыш. Территория охраняется, – подмигивает и идет в дом.

Когда за ним закрывается дверь, я осматриваюсь. Территория и правда огромная, но никакой охраны я не вижу. Убежать? У меня с собой ни кошелька, ни документов…

Пока размышляю, слышу, что дверь сзади распахивается и в салон запрыгивает мальчишка. Тот самый, который стрелял в юбку блондинки.

Смотрю на него круглыми глазами. Он тоже.

– Привет, – выдавливаю из себя. – Ты… ты что тут делаешь?

– Папу жду! – опять хмурится и смотрит строго. – Я с ним поеду! Не хочу с няней! Хочу с папой! Это мой папа, слышишь?

– Да твой, конечно, – пытаюсь улыбнуться ему. – Никто его и не берет.

– А ты? – смотрит с подозрением.

– А мне твой папа вообще не нужен, – и ведь это правда. Я не вру.

Мальчишка смотрит на меня несколько секунд, а потом… потом вдруг закрывает лицо руками и я слышу всхлипы. Он плачет?

– Эй, ты чего? – спрашиваю и тянусь к нему рукой, но он отсаживается подальше. – Не плачь…

Но нет. Всхлипы становятся громче.

Ну, как сидеть спокойно, когда рядом ребенок плачет? Я мигом забываю о своих проблемах. Выхожу из машины и сажусь к нему на заднее сиденье.

– Эй, – осторожно приобнимаю его и тяну к себе.

И он поддается. Утыкается мне в бок своей маленькой головой и я чувствую каждый его всхлип.

– Ты чего ревешь? – спрашиваю, проводя мягко по шелковым волосикам.

– Папа меня не любит, – это звучит навзрыд, что у меня у самой сердце сжимается.

– Тебя как зовут?

– Артем. Тема.

– Тема, папа тебя очень любит.

– Нет. Он никогда со мной не спит. Он уезжает. Он любит Воблу!

– Тшшш, – глажу его по подрагивающей спине. – Просто папа… много работает…

– Я сбегу!

Вот те раз!

– Не хочу жить с нянькой! Хочу с папой!

– Ну, тихо. Не надо никуда сбегать. Папа же расстроится.

– Нет.

– Да. Расстроится. Успокойся. Папа придет и обнимет тебя. Скажет, как сильно он тебя любит.

– Он никогда не говорит, – всхлип, но уже спокойнее. – Я не нужен ему…

– Это не так.

Сама не понимаю, зачем я его успокаиваю. Но просто не могу смотреть, как плачет ребенок. Маленький еще совсем. Сколько ему? Лет пять, не больше.

Поэтому, прижав к себе, шепчу какие-то слова. Всхлипы становятся реже и реже. И, в конце концов, я понимаю, что он заснул у меня на коленях. Обнимаю это маленькое тельце, а мальчишка сжимает одну мою руку. Убежала, блин…

Глава 24. Таисия

Пока думаю, что делать дальше, замечаю, как из дома выскакивают Виктор и какая-то пожилая женщина. По лицам видно, что они очень взволнованы. Женщина машет руками, а Виктор… он замирает на какое-то время, быстр оглядывается по сторонам и достает телефон. Видимо, звонит куда-то и направляется к машине.

Не отрываясь от окна, я провожу рукой по мягким волосам мальчишки.

Виктор приближается и понимает, что я пересела. Во взгляде появляется удивление. Подходит совсем близко, резко открывает дверь машины и замирает, впившись взглядом в сына на моих коленках.

– Здесь… – выдыхает как-то тяжело. Зажмуривается и трет глаза.

Распахивает их и смотрит уже на меня.

– Почему он здесь? Что тут произошло?

– Тише, пожалуйста, – говорю строго. – Вы же видите, что он спит.

– Он должен спать в своей кровати, – мужчина неумолим.

К нам подбегает женщина.

– Батюшки, вот, он где! Зайчик! – всплескивает руками и вытирает слезы с глаз. – А мы ищем! Темочка! Зайчик!

От всего этого шума мальчик начинает ворочаться.

– Домой езжайте. Вас отвезут, – бросает сухо Виктор женщине, наклоняется и берет с моих рук мальчишку.

Я тоже выхожу из машины и думаю, что, вот, сейчас и уйду вместе с женщиной. Но в этот момент маленькая ладошка опять вцепляется в мой палец. Поднимаю взгляд на мужчину.

– За мной, – командует он, разворачивается и идет к дому.

Я плетусь следом, едва успеваю, потому что мужчина торопится.

В доме мельком осматриваюсь. Какой он большой. Мы поднимаемся на второй этаж и заходим в какую-то комнату.

Виктор аккуратно кладет ребенка на кровать. Пальчики расцепляются и я получаю свободу.

– Папа, – хнычет он и чуть приоткрывает глазки.

– Тихо, Артем, я здесь, – шепчет мужчина, накрывая его одеялом. Целует в лобик. – Спи.

Мальчик переворачивается на бок и подкладывает ладошку под голову. Засыпает.

Теплая сильная ладонь берет меня за руку и тянет из комнаты. Молча. Не говоря ни слова. Я покорно иду, боясь разбудить ребенка.

Мы спускаемся вниз и мужчина заводит меня в комнату, где вместо света лишь отблеск луны, и закрывает дверь. Отпускает мою руку и идет к столу. Вижу в полумраке, как он наливает себе в стакан и отпивает. Поворачивается ко мне.

В комнате темно, но я прямо кожей ощущаю его взгляд. Цепкий взгляд, который проникает в каждую клеточку, задевает каждое нервное окончание.

Мне опять становится страшно. Вспоминаю о своих проблемах. Невольно обнимаю себя и отворачиваюсь.

– Подойди, – в темноте его голос звучит еще холоднее. Это не просьба. Это приказ.

Но я не слушаюсь. Так и стою, обняв себя.

Слышу едва различимую усмешку. Мужчина присаживается на край стола, отпивает еще и с грохотом ставит стакан.

– Иди сюда, Тая. У меня сейчас нет настроения для игр.

Поднимаю голову и наши взгляды встречаются. Тяжелый исподлобья – у него, и прямой – у меня. Я хватаюсь за ручку двери и мужчина резко соскакивает со стола и в пару шагов оказывается рядом. Больно сжимает мое запястье, заставляя разжать пальцы и отпустить ручку.

– Все еще упрямишься? – цедит он, приближая лицо ко мне. Я прямо чувствую его злость. – Когда ты поймешь, что все уже решено? Мной решено!

Я молчу, не отводя взгляда.

– Малыш, – на выдохе произносит он более расслабленно. – Я пиздец как устал сегодня. Я решал твои проблемы, между прочим. Благодаря мне ты ночь проведешь не в клетке, а в кровати. В моей кровати, – наступает и вжимается в меня.

Отворачиваюсь, боясь касания его губ. Но они уже так близко, что я слышу его частое дыхание и жар его кожи буквально опаляет меня.

– Расслабиться хочу… Малыш… ты поможешь.

Встаю на носочки, когда его рука с силой сжимает мою ягодицу и впечатывает в его тело. В живот мне упирается нечто твердое, причиняя неудобство.

– Малыш… – хрипит он, наклоняясь.

И я чувствую словно ожог на шее. От касания его губ.

– Давай, Малыш… снимем напряжение… потом все решим… не бойся… никто тебя не обидит… обещаю…

Разворачивает меня и толкает и скоро я попой ощущаю стол.

– Малыш…

Прихожу в себя, когда сильные руки тянут с меня джинсы и мнут мое тело.

– Нет! – получается крик у меня.

И мне даже удается оттолкнуть мужчину от себя. Он сначала растерянно смотрит, а потом наступает. Грубо обхватывает меня за талию и резко разворачивает к себе спиной. Толчок в спину и я упираюсь руками в прохладную поверхность стола.

Опять словно воздуха не хватает. Открываю рот и жадно глотаю его, чтобы попытаться кричать. Звать на помощь. Кого? Не знаю! Просто кричать!

– Я заставлю тебя слушаться, – слышу его голос.

Лязг ремня, шелест одежды.

Я все еще пытаюсь встать. Но все больше осознаю, что мне страшно. Потому что… потому что опять случится это! Глаза становятся влажными. Я захлебываюсь слезами, которые не хотят стекать по щекам.

Стучу ладонями о стол. И в этот момент слышу слабый голосок:

– Папа!

Мужчина замирает. Я часто и громко дышу.

– Папа! Ты где?

С ужасом оборачиваюсь, опасаясь увидеть в комнате мальчика. Но нет. Он за дверью. Дергает ручкой.

Меня сразу отпускает. Становится свободнее. Мужчина встает с меня. Слышу его дыхание, похожее на рык. Опять лязг, шелест.

Я тоже поднимаюсь, поправляю одежду.

Вижу, как Виктор идет к двери, открывает ее и подхватывает на руки сына.

– Папа! Мне страшно!

– Что случилось, сын? Ты же уже взрослый. Ты мужчина. Чего ты испугался? Это твой дом. Тут безопасно.

Он разговаривает с ним так, словно ему не пять, а пятнадцать лет.

– Я не хочу один спать, – хнычет мальчишка.

– Хорошо, пойдем, я с тобой лягу. Пока ты не заснешь, – говорит мужчина, ставя мальчугана на пол.

– Нет. Не хочу с тобой. Хочу с ней!

Я несмело поднимаю на него взгляд. Он пальцем показывает на меня. Удивленно таращусь на него.

– С ней? – хмурится Виктор.

– Да! С ней не страшно! – и бежит ко мне.

Берет меня за руку и тянет в коридор.

Я оборачиваюсь и смотрю на Виктора. Он засовывает руки в карманы брюк и хмурится. Но молчит.

В общем, я опять оказываюсь в спальне его сына. Он вдруг обнимает меня и я беру его на руки. Ну, жалко пацана. Что-то не так у них с отцом точно.

К тому же, когда я с ним, то забываю о своих проблемах.

Он засыпает почти сразу, захватив мою руку и засунув ее себе под живот. Я лежу на боку и думаю, реальность это или нет? Я провожу ночь непонятно где. В постели с едва знакомым маленьким мальчиком.

Накатывает усталость и я прикрываю глаза, обнимая свободной рукой маленькое тельце.

Вдруг слышу громкий хлопок двери внизу. Распахиваю глаза в страхе. Но следующее, что я слышу, – это вой мотора и визг шин.

Глава 25. Виктор

Бью по рулю и свободной рукой открываю бардачок. Шарю там, выбрасывая ненужные вещи на пол. Ищу сигареты. Впервые за долгое время мне хочется закурить. И нету нихера! Со злости громко закрываю бардачок и еще больше жму на газ.

Это какой-то пиздец! Меня так рвет от этой девки! От ее поведения.

Да если бы не я! И ведь один звонок. Один гребанный звонок! И ее упекут лет на пять! Все еще можно вернуть назад!

Сделаешь это, Виктор?

Зло сверкаю взбешенным взглядом в лобовое стекло. Гоню по ночной улице.

Сделаешь?!

Пусть почувствует, каково, когда нет защиты. Пусть…

Достаю телефон, кручу его пальцами.

А потом в памяти всплывает лицо сына.

Опять бью ребром ладони со всей силы по рулю. Какого хера?! Какого?!

Артем в последнее время ведет себя плохо. Что с ним? Возраст такой? Раньше был хорошим послушным пацаном, а сейчас… На Инессу кидается. Спорит. Няньку не слушает. А сегодня вообще из дома сбежал!

И понятно, что далеко не убежал бы, но испугался я пиздец как.

Мой единственный сын. Темка.

Вспоминаю, как жался он к Тае. Почему? Чего ему не хватает? У него все есть. Все самое лучшее. И я люблю его. Люблю! Дороже его нет у меня никого.

Очередная нянька будет послана. Не уследила. Не нашла ключика к ребенку.

Сука!

Опять искать няню. Опять капризы Артема.

Задолбался я что-то. Напряжение зашкаливает. Снять бы его. А даже закурить нечего.

И сучка эта… Стискиваю зубы, вспоминая Таю. Опять сопротивляется. Все равно ведь трахну. Только хуже делает. Доведет, что трахну жестко. Чтобы уроком было.

А пока… ну, не дрочить же себе. К Инессе? Не хочу. Опять начнет мозг ебать.

И я решаю ехать в клуб. В клуб своего приятеля Михаила. Там не бывает случайных людей. Попасть туда можно только по приглашениям. Поэтому можно не беспокоиться. Выпить хочу. Ну, и, может, встречу кого. Из старых сук.

– О, привет, Виктор! – Михаил приветствует меня на входе. Мы жмем руки и обнимаемся. – Давно не заглядывал. Но вовремя! Наши здесь!

– Кто? – спрашиваю, проходя вглубь и осматриваясь.

– Да почти все. На втором этаже там, в випке. Давай! Я кое-что решу и тоже подтянусь, – хлопает меня по плечу и я иду к лестнице.

Поднимаюсь в вип-ложу. Здороваюсь со знакомыми и друзьями и плюхаюсь на кресло рядом с Ринатом. Откидывая голову на спинку кресла и прикрываю глаза.

– Тяжелый день? – спрашивает Ринат.

Смотрю на него. Официант как раз ставит передо мной уже наполненный стакан с виски. Беру его и отпиваю.

– Хреновый, – киваю с усмешкой.

– С сыном что?

– Да опять няньку искать!

– Что-то Артем твой нянек меняет чаще, чем папка баб! – смеется Ринат.

Я ухмыляюсь.

– Заебался я что-то, Ринат, – тру переносицу и еще отпиваю.

– Да трудно одному с ребенком-то. Понимаю, – кивает он. – Пусть в этот раз сам выберет няньку.

Удивленно смотрю на него.

– Ну, а чего? Ты все не то выбираешь, судя по тому, что уебывают они чаще чем ты отшиваешь очередную суку. Пусть Темыч сам выберет! Дай ему это право!

– Да ты шутишь, что ли? Ему пять лет. Какой еще выбор нахрен? Кого он там выберет?

– А ты попробуй, – ухмыляется он. – А тебе бы расслабиться надо. Трахнуть кого.

Знаю я, кого хочу трахнуть. И от злости допиваю виски. Беру бутылку и наливаю еще.

– Присмотрел кого уже? – спрашивает Ринат, проходясь взглядом по залу. – Смотри, какие соски сегодня. Так и просятся на член.

Поворачиваюсь к нему и замечаю, что его взгляд застывает на ком-то. Хмыкаю и опрокидывая в себя еще стакан. Переключаюсь на разговор с Игорем и подошедшим Михаилом. Замечаю, как Ринат встает и уходит куда-то. А потом сбоку раздается голос еще одного приятеля:

– Кого потеряла, красавица? Проходи, садись. Не обидим.

Оборачиваюсь и замечаю тонкую фигуру какой-то девчонки. Стоит и хлопает на нас огромными глазами. Что она здесь забыла? Непохожа на обычных шлюшек, которые ловят здесь добычу на ночь.

И точно. Девчонка что-то там блеет и разворачивается, чтобы уйти, но тут же из-за колонны появляется Ринат и хватает ее за локоть. И тащит вглубь. Все, попалась птичка.

Усмехаюсь и почему-то вспоминаю Таю.

Сука. Понимаю, что Ринат сейчас трахнет эту девчонку. Не шлюху дорогую, а девчонку. А я, сука, чем хуже?

Быстро скольжу взглядом по залу. Шлюхи. Дорогие, но шлюхи. А дома – Тая. Моя чистая девочка. А если она сбежит? Да я дверь же закрыл.

Блять! Надо было охрану предупредить, чтобы не выпускали!

Резко встаю под удивленные взгляды, прощаюсь и иду на выход. Стреляю у охранника сигарету и закуриваю. Выйдя на улицу, жадно вдыхаю сигаретный дым. Хорошо, сука. Выпускаю пар. Еще затяжка. Отбрасываю сигарету и иду к тачке.

Глава 26. Таисия

Я не заметила, как заснула. Просыпаюсь от того, что жарко очень и как будто кто-то хнычет. Открыв глаза, не сразу вспоминаю, где я.

Приподнимаюсь и понимаю, что жар исходит от мальчишки. И хнычет тоже он.

– Артем, ты чего? – спрашиваю, наклоняясь.

А он лишь хнычет в ответ.

Беру его на руки и прижимаю к себе. Горячий.

– Погоди, я сейчас, – говорю, снова укладывая его на кровать.

Встаю и бегу в коридор.

– Есть кто-нибудь? – зову в пустоту. Никого.

Мужчина уехал. А у меня и его телефона нет, чтобы позвонить и сказать про сына.

Очень странный отец. Оставил мальчишку со мной. И вот так уехал?!

Нахожу кухню, в холодильнике – молоко. Наливаю в чашку и подогреваю.

Возвращаюсь к мальчишке и пытаюсь напоить его теплым молоком. Но он капризничает.

– Где папа? – хнычет, всхлипывая.

Я не нахожу ничего лучше, чем позвонить в «скорую». У мальчишки явно температура. В доме кроме нас никого и просить помощи не у кого.

Пока едет «скорая», Артем засыпает у меня на руках.

Я сижу и смотрю в окно. Наверное, разумным было бы сейчас уйти. Оставить все как есть и уйти. Думая о своей безопасности. Ведь, когда вернется его отец, ничего хорошего это мне не принесет.

Но потом мой взгляд опускается на белесую макушку мирно посапывающего на моих коленях мальчишки. Как? Как оставить его? Я не смогу…

Внизу раздается хлопок двери. Врачи? Но кто их впустил?

Поглаживаю Артема по волосам, аккуратно кладу его на кровать и выхожу из комнаты.

И сразу же оказываюсь в грубом захвате сильных рук.

Успеваю упереться руками в стену, когда меня толкают к ней. Поворачиваю голову и открываю рот, чтобы просить о помощи, но тут же горячая ладонь ложится мне на губы и чуть сжимает.

– Хватит играться, Малыш, – жаркий шепот опаляет мою скулу и в нос бьет запах алкоголя. – Если я хочу чего-то, то всегда получаю, – хрипит Виктор и буквально вдавливает меня в стену.

Ощущаю его руки на бедрах. Они больно сжимают, мнут, стискивают.

Его частое дыхание уже на моей шее. Я предпринимаю попытку дернуться под ним и не могу. Мычу ему в руку, но он не убирает ее. Наоборот, пальцы сильнее сжимаются на моем лице. И в этот момент раздается звонок в дверь, а потом громкий стук.

Виктор замирает. Я толкаюсь в него бедрами и мне удается отвернуть лицо от его руки.

– Артему плохо! – выдыхаю я, захватывая ртом воздух. Чуть не задохнулась. – Пустите! Это «скорая»!

– «Скорая»? – изумлённо спрашивает Виктор и словно отходит от меня.

Резко разворачиваюсь, бросаю на него взгляд, полный ненависти, и срываюсь вниз. Сама открываю дверь и бегу за врачами наверх. Мы проходим мимо изумлённого Виктора. Он, похоже, до сих пор не поймет, что же случилось.

Врачи начинают осматривать мальчишку и только тогда его отец врывается в комнату.

– Что случилось? Что с ним? Что ты с ним сделала?! – подбегает ко мне и хватает за плечи. Трясет.

– У него температура, – отвечаю я, пугаясь злого блеска в его глазах. Там – ярость.

– Убью! – рычит он, не отпуская меня.

– Успокойтесь! – раздается грозный голос пожилой женщины-врача. – У мальчика жар. Прекратите разборки! Мешаете!

– Жар? – Виктор отпускает меня и идет к ней. – Почему?

– Дети иногда болеют, – с усмешкой отвечает она. – Ничего страшного. Вот, рецепт. Дня три и пройдет. Выяснять отношения, – и бросает на нас строгий взгляд, – в другом месте идите. Родители, – хмыкает и встает с кровати Артема. – Пусть спит. Сон – лучшее лекарство.

А Артем и правда уже опять заснул.

Пользуясь тем, что Виктор остался в комнате сына, я уговариваю врача взять меня с собой. И так и уезжаю на «скорой».

На следующий день выхожу из подъезда, чтобы бежать на лекции, и вижу уже знакомую машину.

Стоит мне появиться, как из нее выходит какой-то незнакомый мужчина и открывает передо мной дверь заднего сиденья. Я собираюсь обойти машину, но тут из салона выглядывает Виктор.

– Садись, Таисия, – кивает мне. – Разговор есть.

– Я никуда с вами не поеду.

– Ничего с тобой не случится. Садись. Сама же понимаешь, что нам поговорить надо, – настаивает он. Пауза. Я молчу. – Это в твоих же интересах, – добавляет сурово он. – Не поедем никуда. Не бойся, – хмыкает. – Просто поговорим. Пока Толя покурит, – кидает взгляд на того самого мужчину, который открыл мне дверь. – Садись.

Мужчина Толя захлопывает дверь водительского сиденья и отходит.

Но я не сажусь.

Виктор хмыкает и достает какую-то папку. Открывает ее и словно читает что-то.

– Не хочешь ознакомиться? – поднимает взгляд на меня.

Вопросительно смотрю на него.

– Твое дело, Тая, – все так же с усмешкой продолжает он. – Очень занимательное. В полиции дали почитать.

Хмурюсь. Дело?

– Садись, Таисия. Садись, – произносит тихо Виктор и двигается, приглашая меня в салон.

Я стою в нерешительности еще какое-то время, но решаю сесть. Дело? Я должна узнать, что за дело.

Сажусь, но дверь не закрываю.

Как только я оказываюсь в салоне, Виктор впивается в меня взглядом.

– Как Артем? – спрашиваю я.

– Нормально. Тая, давай сразу к делу.

– К моему делу?

– К нашему.

– Мне нужна нянька. Для сына.

Молча слушаю его. Зачем мне знать о его проблемах?

– Нянькой будешь ты, – выдает он очень серьезно.

Мои глаза округляются.

– Я…

– Не перебивай, – морщится Виктор и потирает глаза. – Так голова трещит после вчерашнего. Я очень зол, Тая. Очень, – смотрит на меня. – Меня заебало это все. Поэтому скажу прямо. Либо ты становишься нянькой для Артема… либо…

Он замолкает и, сощурившись, смотрит на меня.

– Что? – не выдерживаю я.

– Либо у тебя будут бооооольшие неприятности, Малыш, – ухмыляется он.

– Но у меня нет опыта работы няней… я никогда…

– Это неважно, – отмахивается он. – Ты нравишься Артему. Это главное. Он тебя хочет.

– Но я…

– Я тоже, – жестко произносит Виктор. – Тоже тебя хочу, Тая. Поэтому ты не только станешь нянькой для Артема, но и ляжешь в мою постель. Таковы мои условия. По-другому ты не понимаешь. А я устал от твоего мозгоебства. Условия сделки просты. Днем – ты няня для Артема. Ночью – я делаю с тобой все, что захочу. И ты, – протягивает ко мне руку и проводит пальцами по скуле. Но я отдергиваюсь от этого прикосновения. Мужчина ухмыляется, но руку убирает. – И ты будешь послушной, Тая.

– Это все, что вы хотели мне сказать? – спрашиваю я. – Я могу идти?

– Ответ?

– Нет.

Его бровь дергается вверх и взгляд становится ледяным и жестким. Виктор садится прямо и поправляет пиджак. Смотрит вперед. Опять берет папку и кидает ее мне на колени.

– Можешь ознакомиться. Подготовиться. Может, даже найдешь адвоката, который пообещает вытащить тебя из этого дерьма.

Поворачивает голову ко мне.

– Но запомни, Тая, – голос обдает холодом. – Только я смогу помочь тебе. Только я. Пока я хочу это сделать. Пока. Но могу и передумать.

Сжимаю пальцами папку и отвожу взгляд.

– Все. Иди, – говорит он. – Видишь, я сдерживаю обещания, – хмыкает. – Иди, Тая.