Читать книгу "Беременна от олигарха"

ГЛАВА 17. Егор

Вот и настал час расплаты. Пусть только дернется, когда я буду засовывать член между её ножек. Всё, попалась детка. И теперь уже надолго.

В душе я ликовал.

Когда мне сказали, что дело выгорело, да ещё и малыми силами, почти ничего не пришлось платить. Следователь идиот, как только узнал, что фонд занялся этим делом, тут же списал всё на недосмотр, рутину и всякое такое.

Короче. Всё в ажуре – Теплова на свободе и скоро будет благодарить меня за такое быстрое избавление.

Я прямо представил её у себя в кабинете, ползающую на коленях и просящую, чтобы я её трахнул в любое, какое захочу отверстие. А что, очень даже ничего.

Ох, как хочется унизить её и как-то по-особому поиздеваться. За все ее побеги и динамо. Месть моя будет страшной и изощрённой. Может не такой страшной, но позы часто придется менять.

Представляя всю эту сексуальную благодарность, я нажал кнопку.

– Слушаю, – монотонно проговорила секретарь.

– Теплову ко мне, – быстро сказал я.

– Минуту, Егор Валерьевич, сейчас будет.

Я откинулся в кресле.

Довольный и немного возбуждённый от предстоящей встречи. Вздохнул несколько раз, как будто хотел успокоить себя. Развернулся в кресле к стене, и в ожидании уставился на Пикассо.

Сейчас я получу то, чего хотелось. Ну, как всегда, впрочем.

В дверь постучали.

– Входите.

Стук каблуков. Идет к столу. Остановилась. Шорох, на стол легли бумаги.

Мой слух наслаждается этими звуками как прелюдией.

– Извините, пожалуйста, я ещё немного не успела доделать, – о, Боже, это её голос, голос моей девственницы.

Ну всё, хватит тянуть… Поворачиваю кресло и тону в испуганном взгляде серых глаз. Её испуг, её страх, вот ради чего стоило потерпеть. Но там, в этих серых глазках не только это, там есть ещё что-то другое. То, в чём мне ещё предстоит разобраться.

Фигура, грудь, бёдра, ножки. Мать его…

– Вы? – голос дрогнул.

– Я, – стараюсь не улыбаться.

На «Вы» ко мне. Как еще мне ее трахнуть, чтобы она перешла на «ты»?

Лея отступает к двери, медленно пятится.

Черт, я так давно ни до кого не домогался, что даже забыл как это приятно, самому хотеть женщину, а не пользоваться тем, что само лезет тебе в руки.

Вот смешная, думает уйти.

Я нажимаю на кнопку под крышкой стола и двери блокируются. Мышеловка захлопнулась.

Наблюдаю за Леей. Она отлично слышала щелчок замка, но, упершись спиной в дверь, судорожно ищет ручку и дергает ее. Не переставая при этом смотреть на меня своими глазищами. Забавная. Не скрывает своего страха.

Я встал и подошел к ней.

Лея вжалась в дверь. Еще немного и она просто станет с ней единым целым.

Я поднимаю руку, Лея переводит на нее взгляд и следит.

Касаюсь ее волос, перебираю. Мягкие, шелковистые. Пальцами обвожу скулы.

Кажется, что она не дышит. Смотрит на меня. У нее такие глаза, что я просто теряюсь в них. Нужно оторваться и прийти в себя. Вернуть прежнего Егора Громова.

Не могу. Ее испуганный взгляд маленькой лани пиздец как заводит. Но что-то останавливает от того, чтобы впечатать ее в стену своими толчками.

ГЛАВА 18. Егор

Что со мной? Почему меня так торкает от этой девчонки? Она ведь толком ничего не умеет.

Хочу ее. Очень хочу. Но сейчас я должен сделать так, чтобы и она захотела меня. Чтобы сама просила, даже умоляла вставить в неё мой член.

Эта игра начинает мне нравиться. Сложности всегда меня привлекали. Чем сложнее путь, чем выше вершина, тем слаще награда.

Да детка, я заставлю тебя ползать на коленях. Ты будешь хотеть меня также сильно, как я тебя сейчас.

Глазки Леи бегают по моему лицу. Что она пытается найти? Совесть?

Люблю, когда меня боятся. Только страх подчиняет людей.

– Не ожидала? – спрашиваю я и кладу руки в карманы брюк.

Так мне легче их контролировать. Потому что они так и тянутся к моей девочке. Зудят от желания стиснуть ее в объятьях, сжать до боли.

– А ведь я единственный человек, которому ты должна быть благодарна.

– За что? – не понимает она.

– Не догадываешься? За то, что ты здесь, а не в камере за наркоту. Кто, по-твоему, тебя оттуда вытащил?

– Так это Вы… – еле слышно выдыхает она.

Даже как-то разочарованно. Обидно. Неблагодарная девчонка. Надо ее, все-таки, наказать.

Я делаю еще полшага к ней и почти касаюсь ее тела. Вижу, как часто вздымается грудь под тонкой блузкой. Лея опускает взгляд, смотрит в пол.

Похоже, поняла, что сопротивляться бесполезно. Люблю эти моменты приниженности, обреченности и покорности. Она в моей власти.

Кладу руку ей на шею и толкаю подбородок, заставляя посмотреть на меня.

Лея поднимает голову, но взгляд её совсем не приниженный, а даже дерзкий.

Эй, постой, откуда этот взгляд?

– Если у Вас есть деньги и Вы помогаете людям, это хорошая Ваша черта. И за это, я говорю Вам спасибо. Но ещё хочу сказать. То, что Вы помогли мне, Вы поступили благородно и достойно, а вот то, что делаете теперь, совсем не благородно и не достойно.

Во дает! Охуеть! Вот это разговоры!

– Да мне плевать! – рычу я.

Девчонка начинает выводить меня из себя. Все то хорошее, что просыпалось во мне десять минут назад, беспощадно засунуто назад и там утрамбовано. Чтоб больше даже попыток не предпринимало всплыть опять.

– Если я хочу, всегда получаю то, что хочу, – я крепче сжимаю ее шею.

Второй рукой лезу под юбку. Она пытается помешать мне руками. Но это все бесполезно. Ее хрупкие ручки не справятся.

– И чего же вы хотите, – чуть слышно произносит она.

– Тебя, дура. Ещё не поняла?

Она сверкает глазами. Ох ты ж. Того и гляди обожжет. Раньше не замечал за ней такого.

Ну, теперь я точно должен ее проучить. Хватаюсь за ткань трусиков и слышу:

– А если я не хочу?

– Я. Хочу, – четко произношу каждое слово, чтобы она поняла, кто тут главный.

Наклоняюсь, чтобы накрыть ее губы своими, но в следующий момент чувствую резкую боль. Эта сучка пнула меня… прямо… в…

Бляяяяя….! Как же больно.

Я зажмурился, слёзы выступили из глаз. Схватился рукой за яйца и последнее, что увидел, это как девчонка подбежала к моему столу, нащупала кнопку, разблокировала двери и выскочила из кабинета.

Бля, сука, ну ты у меня ещё….

ГЛАВА 19. Лея

И на этот раз мне повезло. Ну, как повезло. Я просто вынуждена была дать ему по яйцам. И сбежать. Опять.

Как долго я смогу ещё бегать от него?

Теперь уже нет сомнений, что он меня преследует.

Это не похоже на реальность. Сон. Страшный кошмар.

Вот попала. Сходила на работу.

А у меня прямо стабильность просматривается – по два дня на каждой работе. И каждый раз – увольнение. Из-за одного и того же человека.

Я уже искренне жалею о своем поступке. Теперь мне точно конец.

Но что оставалось делать? Как ещё остановить его напор?

Он уже поимел меня дважды, когда я побоялась оказать сопротивление. Похоже, подумал, что так теперь будет всегда.

Нет, я конечно благодарна ему за освобождение. Но это не даёт ему права трахать меня, когда и где ему это захочется.

Я готова работать и постепенно возмещать все расходы на адвокатов или ещё чего там. Пусть выставит счёт. Я готова честно отработать.

Он же не думает, что после того, как вытащил меня из тюрьмы, получил на меня все права.

Или думает?

В мыслях возник образ того мужика. Черт, а ведь я даже не знаю, как его зовут. Надо будет в интернете посмотреть, что за Громов такой.

Я укладывалась спать, а Юлька уже отвернулась к стене, отставив свой ноутбук. Я решила воспользоваться моментом и, пока она не уснула, попросила:

– Юль, дай ноут глянуть кое-что.

Своего-то у меня нет. Не заработала ещё. И, судя по моим карьерным скачкам, случится это не скоро.

– Возьми там, на столе, – сонным голосом промычала Юлька.

Я встала с кровати и взяла ноутбук.

Первый же поисковик на мой запрос выдал следующую информацию:

Громов Егор Валерьевич, 38 лет. Какой-то там номер в списке Форбс. Владелец того, другого, третьего. В общем, бесконечный список. Кандидат в депутаты.

Так, надо запомнить. Специально схожу на выборы, чтобы проголосовать за кого-то другого.

А вот и фото.

Ну, точно. Эта самодовольная физиономия властелина мира, ехидная улыбочка ловеласа и любителя женщин. Пафосный костюм, небось, в Париже заказывал, или у итальянцев, они ведь кажется самые лучшие мужские костюмы шьют.

И почему он мне так неприятен? Я разглядывала его на разных фото, в разных костюмах, с разным выражением лица и с разными людьми, даже знаменитостями. И чем дольше рассматривала, тем больше понимала, что не могу просто взять и выключить компьютер, а просто сижу и, не отрываясь, рассматриваю того, кого терпеть не могу.

Нельзя не признать – что-то в нем есть. Сила какая-то. Он даже сейчас, через монитор смотрит на меня так, что вся моя уверенность куда-то улетучивается. Этот взгляд как будто говорит – всё равно я тебя достану.

Я тряхнула головой. Попыталась сбросить это гипнотическое состояние.

Читаю дальше. О его личной жизни ни слова. Разве меня должно это волновать?

Нет. Не должно. Но ведь интересно. Чего он прицепился ко мне?

Уверена, у него нет проблем с тем, кому вставить свой член, как он любит говорить.

При слове «член» я сначала покраснела, а потом внизу живота как-то потянуло.

Вспомнила, как его член оказался у меня во рту.

После этого я уже много раз пыталась разобраться в своих ощущениях. И то, что я там находила, мне совсем не нравилось.

Губы запомнили только нежную, обжигающую кожу. Такое двоякое ощущение – нежная кожа и пугающая твердость.

Почему меня не тошнит от воспоминаний? Юлька говорила, что после каждого минета своему парню ее воротит и она убегает в туалет.

У меня не было ничего подобного. Наоборот, воспоминания о том, как его член скользил во рту, а мой язык облизывал его, заставили плотнее свести ноги. Захотелось прикоснуться у себя там.

Никогда такого раньше не было. Девчонки рассказывали, что можно как-то в душе поиграть с собой. Но я никогда не пробовала. Юлька всегда смеялась, что я полный антисекс и получаю оргазм от учебников.

И вот сейчас мне захотелось в душ. Я закрыла ноутбук, схватила полотенце и понеслась по коридору.

ГЛАВА 20. Лея

– Теплова! К тебе там пришли! – звонкий голос Ленки из соседней комнаты ударяет в спину.

– Кто? – оборачиваюсь я, смотрю удивлённо.

– А я знаю? – отвечает она. – Сергеевна велела тебе передать.

И Ленка скрывается за дверью своей комнаты.

Сергеевна – это наша вахтёрша.

Совсем ничего не понимая, повернулась, спускаюсь по лестнице. Вместе с полотенцем. Желание сходить в душ пока ещё никуда не делось.

Кто мог ко мне приехать? У меня только мама. Она далеко. Может, из университета кто пришел.

– Добрый вечер, – приветствую я Сергеевну.

– А, Теплова. Иди, там приехали к тебе.

– Кто?

– Родственник какой-то. Сказал срочное что-то. Седой, представительный такой мужчина.

Я уже не слышу ее, бегу на выход. Если родственник и срочное, то наверняка что-то с мамой случилось.

Выхожу на крыльцо как есть в одной майке и шортах. Ну да, ещё с полотенцем в руках.

Обнимаю себя руками. От вечерней прохлады знобит.

Оглянулась по сторонам. Никого нет.

Шутка что ли?

Решила посмотреть за углом, где девчонки обычно курят. Рядом со входом ведь нельзя.

Захожу за угол и слышу сзади шаги. Не успеваю обернуться. Чья-то тяжёлая рука закрывает мне рот. Другая рука обхватывает за талию и приподнимает. Меня куда-то несут.

Я стараюсь освободиться. Бью кулаками, мычу, кусаю руку, закрывшую рот. Бесполезно. Хватка железная. Рядом с нами резко тормозит тонированный джип и меня просто запихивают на заднее сиденье.

Машина с визгом трогается. На глаза сразу одевают повязку.

– Сиди тихо. Повязку не трогай. И тогда все будет хорошо, – слышу я спокойный, даже немного приятный голос. – Ослушаешься, придется связать тебя и в рот тряпочку засунуть. Кивни, если поняла.

Я кивнула. Что ещё мне остаётся?

– Ты не перестарался? – слышу другой голос. Похоже, водителя. – Шеф голову свернёт.

– Все аккуратно, – ржет мой сосед.

Дальше мы едем в полнейшей тишине. Едем долго.

Господи, за что? Кому я перешла дорогу? Это, наверняка, ошибка. Сейчас приедем и все это поймут и отпустят меня.

Я сильнее прижимаю к себе полотенце.

Наконец, машина останавливается, мотор глохнет.

Слышу звук открывающейся двери.

– Выходи. Приехали.

Меня берут за руку, помогают выйти из машины. Потом ведут куда-то. Все ещё с повязкой на глазах. Бесконечный путь. Лестница. И тишина. Пугающая, давящая.

Ну, когда же они поймут, что ошиблись?

Открывается дверь, мы заходим. Потом мою руку отпускают и я слышу удаляющиеся шаги. Звук закрывающейся двери.

Где я? Я одна?

Так и хочется снять повязку, но я помню угрозы. Стою. Дрожь пробивает тело. Каким-то шестым чувством ощущаю, что не одна. Слух обострился настолько, что я слышу чье-то дыхание. Здесь кто-то есть.

Боже, как страшно. Надо вспомнить какую-нибудь молитву.

– Можешь снять повязку, – говорит мужчина.

Теперь мне становится ещё страшнее. Этот голос я не забуду никогда.

Вот сейчас, Лея, ты и узнаешь, как обижать взрослых дяденек…