Читать книгу "Бывший муж. Вы мои навсегда"

Глава 25. Игорь

– Не дождался тебя, – хмуро произносит отец, протягивая мне руку. – Сам приехал.

Отвечаю рукопожатием и прохожу к столу. Устало плюхаюсь на кресло и пальцами сжимаю переносицу.

– Я бы сегодня заехал вечером, – отвечаю отцу.

– Что такое, сын? Устал? – он садится напротив и смотрит на меня с ухмылкой. – Вроде, только день начался...

Смотрю ему в глаза. Такое ощущение, что он о чём-то догадывается. Да откуда? Мне уже кажется.

– Я с утра у Инны был.

Говорю об этом и жду реакцию отца. Внимательно слежу за ним. Мне до сих пор кажется, что он не понял моего решения о разводе. Они с мамой всегда хорошо относились к Инне. Даже удивительно...

Но в ответ на мои слова отец лишь чуть улыбается и едва дёргает бровью. И не произносит ни слова. Будто ждёт, что же будет дальше.

И что это значит?

Такое поведение отца только усугубляет моё и без того фиговое состояние.

– Всё с ног на голову! – произношу на эмоциях. – И что с этим делать, чтобы всё окончательно не сломать...

– «Что делать», «что делать»! – ворчит отец, неожиданно перебивая меня. – Сына-то хоть видел?! Или опять старыми обидами только обменялись?

Его слова заставляют меня округлить глаза. Он что, знает?!

– Ну, что смотришь? – ворчит недовольно отец. – Когда внука покажите вживую? Только на фотке видел! Мать всю ночь рыдала! – машет рукой в отчаянии.

– Откуда... Откуда ты знаешь? – шепчу я. – Давно? А мне не сказал?

Обида. Теперь на отца.

– Остынь, – хмыкает отец. – Узнал бы раньше – другой разговор был бы! – звучит уже резче.

Стискиваю зубы.

– Видел? – спрашивает мягче отец.

Киваю, отворачиваясь к окну.

– Что делать планируешь?

Тишина.

У меня нет чёткого плана. Знаю лишь, что сын должен знать, что у него есть отец. И я хочу быть в жизни сына. Участвовать хочу. Обсуждать с Инной хочу всё, что касается нашего сына.

Что ещё?

Да много чего!

Но сначала... Достаю из кармана документ, о котором уже и забыл. Свидетельство о рождении.

– Вот, – кладу на стол и сам смотрю. – Буду менять. Хочу, чтобы у сына моя фамилия была.

– Это, конечно, хорошо, – с усмешкой произносит отец.

Выражение лица его моментально становится расслабленным. Он как будто услышал то, чего ждал. Неужели думал, что будет иначе?

– Но это что? Пф! Бумажка! – произносит с усмешкой. – Как собираешься с Инной выстраивать отношения?

– С Инной? – выгибаю бровь. – Она тут при чём? Мне о сыне думать надо. А Инна...

– Вот, смотрю на тебя, – отец расслабленно откидывается на спинку кресла. – Вроде, взрослый мужик. Умный. А рассуждаешь сейчас как ребёнок! Она мать твоего сына! – хмурится. – Ты представляешь, как она к тебе относится, что даже не намекнула за все эти годы? Даже не попросила ни о чём! А ведь наверняка ей было нелегко! Но она предпочла не говорить тебе! Ты об этом не задумывался?! Игорь?!

Отворачиваюсь, стискивая зубы. Я сам сотни раз задавал себе этот вопрос за эту ночь! И не находил ответа! Нет, он, конечно, есть! Но…

Не хочу. Я сам себе ответить не хочу. А тут ещё отец!

Поэтому зыркаю на него злым взглядом:

– За это она ответит. Она скрыла от меня сына. И за это нет ни объяснения, ни прощения, – цежу сквозь зубы.

Отец в ответ лишь тяжело вздыхает. Качает головой.

– Ясно, – тихо говорит. – Вы оба хороши. А страдает в итоге ребёнок. Но пока вы не решите всё между собой… – и опять вздох. – В общем, это ваши дела, но внуку причинять боль не позволю! – и ударяет кулаком о подлокотник кресла.

Смотрим друг другу в глаза, испепеляя. Точно так же на меня и сын смотрит…

Сжимаю губы от обиды и злости.

– Ладно, Игорь, – первым произносит отец. – Вижу, что пока не о чем нам с тобой говорить. Тебе и правда остыть надо. Я пришёл сказать, что мать хочет внука увидеть. Как и я. Сам лезть к Инне не буду. Видел, как она реагирует. Не хочу, чтобы думала, что… – осекается. – В общем, надеюсь, что ты скоро познакомишь нас с внуком. С согласия Инны, разумеется, – добавляет строго.

Встаёт под моё молчание и идёт к двери. Но останавливается, когда берётся за ручку. Оборачивается.

Смотрит мне в глаза уже по-отечески. Нет той жёсткости и злости во взгляде.

– Игорь, не натвори опять дел, – просит он. – Подумай, прежде чем что-то сделать. Попробуй отключить чувства… особенно чувство обиды. Просто подумай о сыне. Не о себе, не об Инне. О сыне.

Ничего не отвечаю, но уверен, что он по моему взгляду видит, что я его понял. Короткий взмах рукой и он уходит.

Глава 26. Игорь

Разговор с отцом окончательно выбил меня из колеи.

Почему все делают виноватым меня?! Почему даже отец не считает, что Инна поступила неправильно, скрыв от меня сына?! Даже в этом, по его мнению, виноват я!

Все забыли, как она поступила со мной пять лет назад? А, вот, я помню! Я не забыл. Как ни пытался.

Наверное, потому что слишком сильно любил её…

Любил…

Горечь от прошедшего времени усиливает ещё больше обиду. И это не только неприятно, но и необъяснимо.

Я все эти годы старался не думать о ней. Я похоронил все воспоминания так глубоко, что в груди вырос айсберг из моего равнодушия и отстранённости. Меня ничто не могло вывести из себя. И никто. И это дало мне возможность стать профессионалом. Потому что, когда эмоции отключены, так легче. Так…

Невозможно!

Я сейчас понимаю, что невозможно не реагировать на бывшую. Особенно теперь, зная о сыне…

В груди такой круговорот. Айсберг тает от пламени, разгорающемся с каждой новой встречей с Инной.

Это ненависть? Обида? Раздражение? Злость?

Но почему тогда я не испытываю негатива? Почему мне не плохо от этого? Наоборот, я хочу снова и снова испытать это.

Это ненормально…

– Можно? – короткий стук в дверь и в кабинет заглядывает мой давний знакомый и клиент Игнат, которого я не видел примерно столько же, сколько и Инну…

Увидев меня, уверенно заходит.

Я встаю и иду ему навстречу. Протягиваю руку. Крепко пожимаем, здороваясь. И даже приобнимаемся, хлопая друг друга по плечу.

– Игнат? Ты? Вот это встреча! Ты как тут? Вообще… не ожидал… – признаюсь я, так и держа друга за руку и разглядывая.

Он тоже часть событий прошлого… нашего с Инной прошлого…

– А я думаю, здесь ты или куда выше пошёл? Уже и не надеялся! – улыбается всё так же сурово Игнат.

– Садись, – провожаю его к креслу и сам сажусь напротив. – Вот это встреча! Призраки прошлого все возвращаются! – хмыкаю.

Игнат непонимающе хмурится.

– Да это я о своём! – машу чуть рукой. – Ты давно вернулся? Как вообще? По делам или?...

– Или, – коротко бросает он. – Ну, и бизнес тут у меня теперь будет.

– Вот как?

– Да, – кивает он. – Как ты? Смотрю, вырос до таких высот, – оглядывает кабинет. – Как жена? Ребёнок?

Хмурюсь, опуская взгляд в пол. Когда мы в последний раз виделись с Игнатом, то я был ещё женат, да. Но сын?! Быстро вскидываю на него взгляд.

– Откуда ты про ребёнка знаешь? – строго смотрю на него.

– Ну, вроде как, Инна беременна же была? Нет? Или…

– Откуда ты знал?

– Так… я её встретил в твоей приёмной… ну, тогда… она такая радостная была… а в руках – бумажка эта… – он чуть хмурится и словно задумывается. Но через секунду снова смотрит на меня с любопытством. – Погоди, что-то случилось?! С ребёнком?! Игорь? Инна как?

– Да нормально всё с Инной! – срываюсь я. – И с сыном всё нормально.

Произношу это, а у самого мысли скачут.

Инна.

Приёмная.

Бумажка… тест, что ли?

Когда это было? Почему она не показала? Или это было тогда, когда…

Со всей силы ударяю кулаком о подлокотник кресла. Но не хочу Игнату показывать всю свою боль. Я сам с ней справлюсь.

Сам.

– Мы развелись с Инной, – говорю сухо, выпрямляясь и снова надевая маску равнодушия. – Это всё в прошлом. Сейчас у меня есть сын и только это имеет значение.

– Развелись? Хм. Ну, не знаю, поздравлять или сочувствовать. В любом случае, вам, конечно, виднее, – произносит Игнат. – А ведь я по делу…

Внимательно смотрю на него.

– Мне одно дело предлагают тут, Игорь… Наш старый знакомый… Эдуард. Помнишь такого?

Не подаю вида, что у самого всё вспыхивает в груди от этого имени. «Помнишь?» И хотел бы забыть, да не получится. Слишком заметно наследил этот урод в моей жизни.

– Я хотел бы, чтобы ты помог мне на сделке. Ну и документы глянул, – добавляет Игнат. – Вроде, всё чисто там, но, знаешь… какое-то ощущение не оставляет. Предчувствие, что ли… В общем мне спокойнее будет, если ты глянешь.

– Хорошо, Игнат, – отвечаю я. – Я попрошу своих посмотреть, что там. Есть у меня один спец по таким делам…

– Нет, Игорь, – мотает головой Игнат, нахмурившись. – Я хотел бы, чтобы ты… лично. Мне так спокойнее будет.

Я всегда старался не смешивать личное с рабочим. Вот и здесь не вижу оснований отказать приятелю. Эдуард в прошлом.

Поэтому мы с Игнатом жмём руки, подтверждая сделку.

Игнат уходит. Время уже обед и я еду к Дмитрию. Мы с ним договаривались кое-что обсудить в ресторане.

Он уже на месте. Я тоже делаю заказ.

– Как Инна? – звучит неожиданно вопрос друга.

Хмуро смотрю на него исподлобья.

– Почему ты всё время о ней спрашиваешь?!

– Ну, вы теперь снова вместе… работаете, я имею в виду, – улыбается Дима. – Может…

– Не может! – осекаю его сразу. – Как Инна, ты спрашиваешь? Моя бывшая скрыла от меня ребёнка! Я пять лет не знал, что у меня, оказывается, есть сын! И она так и не сказала бы! Уволилась бы и не сказала мне! Я случайно узнал! Как Инна?! Инна как была обманщицей, так ей и осталась!

Я произношу это всё на эмоциях. Слишком громко для ресторана, поэтому некоторые посетители с интересом оборачиваются и смотрят на нас.

Плевать.

Отбрасываю вгорячах салфетку.

Опять всё вскипает. Опять мой айсберг тает со стремительной скоростью.

– Фух! – неожиданно выдыхает облегчённо Дима. – Ну, значит, ты уже знаешь! Прямо гора с плеч!

Круглыми глазами таращусь на него.

– В смысле? Ты о чём? Ты что?! Тоже знал?! – стискиваю зубы.

– Воу-воу! Спокойнее! Я не узнаю своего друга хладнокровного Горского! – ржёт Дима. – Ты прямо горишь!

– Дим, – цежу сквозь зубы. – Просто скажи. Ты знал?!

– Догадывался, – уже серьёзно отвечает друг. – Встретил Инну с пацаном в саду, когда Даню отводил. Собирался тебе, вот, рассказать сегодня. Но ты уже узнал. Так даже лучше. Не хочу мешать вам с Инной…

– Нет «нас с Инной», – цежу я, уткнувшись в тарелку. – Ясно? Есть моя бывшая и мой сын, которого она скрыла.

– Да ты не горячись, – спокойно произносит Дима. – Ты узнал, почему она скрывала?

– Какая нафиг разница?! – снова взрываюсь. – Ты вообще понимаешь, что она от меня ребёнка скрыла!

– Ты мне будешь рассказывать об этом, – снисходительно усмехается Дима.

Сдвигаю брови и отворачиваюсь.

– Это другое, – бурчу себе под нос. – У Аси были причины это сделать. У Инны – нет!

– Ну, откуда ты знаешь? Вообще, я тебе так скажу: злость и обида – не самые лучшие советчики тут. Инне тоже нелегко сейчас. Представляю, что она чувствует.

– Дим, – грозно смотрю на него. – Меня и так злит, что все всё знали раньше меня! Ты ещё тут! А я что чувствую?! Это хоть кого-то волнует?! Мне каково?!

– Я тебя понимаю как никто другой… – вздыхает друг. – Но злостью и обидой ты ничего не добьёшься. У тебя сын есть! Понимаешь? Сын! Это же… блин! Это такое счастье!

– Ну да. Только Олег видеть меня не хочет. Считает врагом и самым злым человеком, – с грустью усмехаюсь я.

– Хм. Надо искать пути сближения.

– Надо. Но как? Я с детьми не очень… ты знаешь.

– С Инной начни для начала общаться, – пожимает плечами Дима. – Не пыхти. Дело говорю. Слушай… хм… у Дани же день рождения в эту субботу…

– Поздравляю! – чуть улыбаюсь.

– Спасибо, – Дима тоже улыбается. – Растёт сын! Мужик! Да, так вот… ну, Олег же лучший друг Дани и тоже придёт, – выгибает бровь.

– И?

– Тоже приходи! «И»! Приходи.

– Хм.

– Хорош сомневаться! Я ещё Асю попрошу сделать так, чтобы Инна осталась!

– Да зачем это? – хмурюсь тут же.

– За тем, – строго произносит Дима. – Слушай меня. У меня-то опыта в этом вопросе побольше!

То же мне! Опыта у него больше! Асю не сравнить с Инной! Да и Даня его сразу принял! А Олег…

– Ладно, понял. Подумаю, – отвечаю неопределённо.

– Хорош думать! Действовать пора! – смеётся Дима. – Ждём тебя в субботу и всё.

Глава 27. Инна

– Мам, что мы теперь с этой дорогой делать будем? – Олежка деловито показывает на железную дорогу на полу гостиной и складывает руки на груди. – Этот Игорь! Игрушки за собой не убирает! – хмурится.

Выглядит это так забавно, что я невольно улыбаюсь.

– А тебе нравится? – тяну к себе сына и обнимаю. Целую в тёплую щёчку.

Олежка отвечает не сразу. Смотрит на дорогу, потом косится на меня.

– Честно-честно? – спрашивает тихо.

– Конечно! Мы же договорились с тобой только правду говорить, да? Помнишь?

Кивает.

– Нравится, мам, – обнимает меня и шепчет на ухо. – Я давно такую хотел! Там паровозик сам ездит!

Улыбаюсь, гладя его по спине.

– Мам, можно мы оставим дорогу? – просит сын. – Ты не обидишься?

– Нет, сынок, не обижусь, – отвечаю мягко. – Если тебе нравится, давай оставим. Игорь же тебе её принёс.

– А зачем? – сын вмиг отстраняется и смотрит мне в глаза.

Так смотрит, что сердце замирает.

Рассказать? Я вообще не готова к этому! А Олежка?! Конечно, он не готов!

– Мам! – дёргает меня за рукав сын, вырывая из круговорота мыслей. – Почему Игорь мне подарил поезд? А? почему?

– Потому что… потому что он хочет подружиться с тобой, – улыбаюсь, скрывая своё волнение. – Просто он понял, что ты мой главный защитник! И теперь хочет подружиться с тобой. Чтобы со мной тоже дружить.

Получается как-то сумбурно, но Олежке, похоже, этого достаточно. Он радостно кивает и вырывается из моих рук. Тут же оказывается на полу рядом с железной дорогой.

Я тяжело выдыхаю.

Вообще не представляю, как сказать ему. Наблюдаю за тем, как Олежка ловко играется с игрушкой Игоря. Он так увлечён, что забыл про болезнь. Да и температура спала.

Значит завтра можно в сад? А мне? Опять в офис?

Вечером ко мне заезжает моя подруга, с которой мы вместе работаем, Лена с дочкой Олесей.

– Ну, как ты тут? – спрашивает Лена, заходя в квартиру. – Ого! Ничего себе у тебя дорога, Олеж! – произносит восхищённо. – Покажешь Олесе?

Олег оборачивается и строго смотрит на гостей.

– Только пусть ничего не трогает без моего разрешения! – косится на маленькую девочку с двумя хвостиками.

– Олеж, – подхожу к сыну и серьёзно смотрю на него. – Она гостья. Нельзя так.

– А вдруг она сломает? – хмурится он.

– Не сломаю! – вдруг произносит Олеся звонким голоском. – Это мальчишки только всё ломают!

Мда. Олеся не собирается уступать Олегу и он тоже в шоке от такого положения вещей. Раскрывает рот и изумлённо смотрит на неё.

– Олеж, ты хозяин, а Олеся гостья. Будь джентльменом. Договорились? – глажу сына по волосам и с улыбкой смотрю на Олесю, которая, подперев руки в бока, тоже хмурится.

– Я девчонок не бью. Ты знаешь, – сопит сын. – Но если она сломает что-то…

Пыхтит и вдруг показывает Олесе кулачок.

– Инн, оставь их! Они сами там разберутся! Не в первый же раз! Сейчас сами договорятся! – зовёт меня из кухни Лена. – Иди сюда!

Ещё раз прошу сына не ссориться с гостьей и иду к подруге.

– Чего ты? – подмигивает она. – Олеська себя в обиду не даст! Да и Олежка не драчун же. Грозный, конечно, но внутри такой ранимый! Прям как папка! – смеётся Лена.

Вздыхаю.

– Что случилось? – Лена сразу становится серьёзной.

– Игорь… приходил сегодня.

– Сюда? К вам? Да ладно! И как? Опять зубами скрежетал?

– Дорогу, вон, собирал, – хмыкаю. – Подарок Олежке принёс.

– Ого! Горский с козырей заходит. Ну-ну. А что Олег?

Опять тяжело вздыхаю.

– Грозит ему, как, вон, Олесе.

– Мужик! Так его! – смеётся Лена.

Потом резко осекается. Молчим с ней.

– Вообще, ты же понимаешь, что Горский не отстанет? – первой прерывает тишину подруга. – Ты как, вообще? Сама? – робко заглядывает мне в глаза.

– О чём ты? – хмурюсь и делаю вид, что достаю чашки из шкафа, чтобы отвести взгляд. – Да, он отец Олежки, но это ничего не значит… ну, в смысле, для нас с ним… Всё в прошлом.

Не смотрю в глаза подруги, потому что знаю, что она всё поймёт. А я не хочу. Не хочу, чтобы она поняла! И верить не хочу, что это правда.

В этот момент из комнаты доносится весёлый гомон – дети явно затеяли какую-то игру. И в их беззаботном смехе есть что-то такое, что заставляет меня улыбнуться.

– Пойдём к ним? – предлагаю я, ища повод сменить тему разговора.

– Пойдём, – кивает подруга. – Что они там задумали?

Глава 28. Инна

Идти в офис к Горскому не хочется. Но Олежка утром встал такой резвый и активный, что дома его оставлять точно не надо. К тому же мне нехочется, чтобы Горский думал, что я прячусь от него.

За эту ночь я многое передумала. В голове, вроде как, наметился более-менее порядок.

Да, Горский – отец Олежки. Значит мне придётся мириться с тем, что он будет в его жизни.

Всё-таки, сыну нужен отец и Горский, хоть и гад, но не самый плохой вариант. Всё равно я буду контролировать, как он там будет с Олежкой.

Господи, ещё ведь как-то сказать надо ему… Как?!

Может, обсудить это с Горским? Он что вообще думает? Вижу, что не торопится рассказать сыну. Сначала в друзья набивается. Может, и правильно это.

Сколько же мне проблем он опять доставил, а! Что за человек!

– Мам! Если Игорь тебя обижать опять будет, напомни ему про мой кулак! – и Олежка, грозно нахмурившись, показывает мне свой кулачок. – Он поймёт!

– Ладно! – киваю с улыбкой и целую его перед тем, как уйти из сада.

Сын убегает, маша мне рукой.

Фух. Теперь – в офис.

Сколько там мне осталось ещё работать у Горского? А что потом?

Отгоняю ненужные мысли. Лучше не накручивать себя. Разберусь. Пять лет без него сама прожила. Что сейчас-то поменялось?

Всё хорошо будет.

Захожу в приёмную и сразу смотрю на дверь в кабинет Горского, она приоткрыта. Значит, уже тут. Выдыхаю разочарованно.

Иду к столу и слышу, что Горский с кем-то по телефону разговаривает. Я не собираюсь подслушивать, но… дверь не закрыта. Горский говорит своим обычным голосом. Поэтому до меня доносятся обрывки фраз.

– Нет, сегодня не получится… да, к нему… хватит, Евангелина!... нет, не к ней, а к сыну! Я же сказал тебе!...

Кажется, я слышу его громкий вздох.

– Нет, тебе нельзя… рано… да, потом… Евангелина… – потом тишина, по-видимому, Горский слушает, что там ему вещает его невеста.

Долго слушает. Иногда кряхтит недовольно, вздыхает. Потом снова его голос:

– Я так решил. Ты либо принимаешь моё решение, либо… Евангелина… хватит… всё, мне пора. Да, встреча. Да, по работе. Нет. Нет, я сказал! – звучит уже жёстче. – Я не сделаю этого! Потому что… – и дальше, кажется, мат.

Замираю и только взглядом слежу за дверью.

– Потому что она мать моего ребёнка! Так понятно?!

Так. Значит, обсуждают меня.

– Всё, Евангелина! Мне пора на встречу. Да, вечером я позвоню. Всё.

И потом воцаряется гробовая тишина. Я даже пошевелиться боюсь, чтобы не прервать её. Она так отчётливо ощущается. И в этой тишине я прямо слышу дыхание Горского. Чувствую его гнев и злость.

Сейчас на мне сорвётся. Даже не сомневаюсь.

Я тихо прохожу к столу и сажусь. Но случайно задеваю какую-то папку и она падает на пол.

Чёрт.

Тут же слышу шорох из кабинета Горского. И через секунду появляется и он сам.

Встаёт в дверях, засунув руки в карманы брюк, и смотрит на меня исподлобья. Смотрит и молчит.

– Извини, я опоздала, – прерываю молчание. – Я останусь после работы и отработаю.

– Как Олег? – хмуро спрашивает Горский. – С кем ты его оставила?

– Олег в садике. Он выздоровел. Алексей Фёдорович сказал, что…

Горский заметно морщится, как будто что-то кислое съел.

– Ты ему так доверяешь? Этому Алексею Фёдоровичу? – цедит недовольно. – Мне кажется, надо показать Олега другому специалисту. У меня есть хороший друг с клиникой.

– Игорь, я понимаю, что ты переживаешь о сыне, – стараюсь говорить спокойно. – Но поверь мне, там ничего страшного. Просто Олежка переволновался. Думаю, не он один, – усмехаюсь про себя. – Всё в порядке. Олежка в садике. Я на работе.

И зачем-то перевожу взгляд на стену, на мой календарь с зачёркнутыми днями. Горский тоже поворачивается и смотрит на него. Хмурится ещё больше.

– Зайди ко мне, – кивает быстро и скрывается в своём кабинете.

Тяжело вздыхаю и следую за ним.

Горский проходит и садится в кресло. Рукой показывает мне на стул напротив. Наблюдает, как я сажусь. И опять долго смотрит.

Начинает раздражать. Вот эта его манера – выжигать собеседника взглядом…

Я чувствую себя неуютно. Сажусь прямо, натягиваясь как струна. О сыне будет говорить? Что именно? Интересно, документы уже переделал?

– Я принял решение, Инна, – начинает медленно Горский. – Посмотрел твои дела, поговорил с твоим бывшим боссом…

Так.

– Я принял решение перевести тебя на место руководителя департамента судебной работы, – невозмутимо произносит Горский. – Думаю, ты справишься.

У меня от изумления чуть рот не открывается. Но я держу себя в руках. В смысле?! Это что сейчас?

– Твоё заявление об увольнении мы аннулируем, – продолжает он. – Я уже дал необходимые указания. Надеюсь, ты не возражаешь?

И, выгнув бровь, смотрит на меня. Что в его взгляде? Насмешка? Уверенность, что всё будет по его? Что?

– Мне надо подумать, – отвечаю спокойно. – Это… это немного неожиданно…

– Неожиданно? – перебивает он. – Разве ты не планировала занять это место? До моего появления?

– Вот именно, Игорь, – отвечаю прямо. – Это было до твоего появления…

– И что это меняет? Инна, не совершай глупые поступки. Ты же умная.

– Боже, неужели я слышу это от тебя! – не могу сдержать сарказма. – Помнится, несколько лет назад ты был другого мнения о моих умственных способностях, – усмехаюсь.

Вижу, что это злит Горского. Он сжимает плотно губы. Но молчит.

Пытается испепелить меня взглядом.

Не выдерживаю. Мне душно в этой комнате с ним. Давит что-то.

Встаю и прямо смотрю на него:

– Я подумаю, Игорь Витальевич. Обязательно подумаю над вашим предложением. Заявление моё пока не аннулируйте.

И разворачиваюсь и уверенной походкой иду на выход.