Читать книгу "Бывший муж. Вы мои навсегда"

Глава 19. Инна

– Здравствуйте ещё раз, – доктор Петров уже у меня на пороге. – Как Олег?

– Лежит. Я ему попить дала, – отвечаю я, оглядываясь на дверь спальни, где остался сын.

– Это правильно. Где руки можно помыть? – мужчина разувается и уверенно проходит в квартиру.

Я не спорю. Веду его в ванную. Он быстро моет руки и мы идём к Олегу.

– Ну, что, скалолаз? – доктор подмигивает сыну и помогает ему сесть. – Что случилось?

– Не знаю, – пожимает плечами Олег. – Может, это из-за жука-вонючки? Я его вчера трогал.

– Хм. Жук-вонючка – это серьёзно, – доктор задирает на сыне майку и достаёт фонендоскоп. – Давай-ка вдохни побольше воздуха.

Олег послушно делает то, что говорит доктор.

– Ну, ничего страшного, – говорит мужчина с улыбкой.

Убирает фонендоскоп и достаёт из кармана яблоко. Протягивает его Олегу.

– Фу! Не люблю фрукты! – морщится он.

– А зря! – доктор легонько щёлкает его по носу. – Если хочешь выздороветь, то надо есть именно фрукты, а не конфеты! Хочешь сильным вырасти?

– Да! Я буду защищать маму!

Доктор улыбается и смотрит на меня.

– Молодец, – гладит по голове Олега.

Потом поправляет на нём майку и встаёт.

– Я думаю, пару дней Олегу лучше дома побыть, – говорит уже мне.

– Но что с ним? Почему температура? Вирус какой-то? – беспокоюсь я.

– Не думаю. Такое бывает от стресса. Возможно, вчера Олег переволновался. Организм ещё маленький, не окрепший. К вечеру, я полагаю, пройдёт. Давайте ему тёплое питьё. Ну и никаких подвижностей. Пусть полежит пока. Я вам больничный оформлю, если для работы надо.

Киваю, запоминая все эти инструкции.

Мы выходим из комнаты.

– Спасибо вам, – благодарю его. – Вы позвонили с утра… я, честно говоря, не ожидала…

– Ну, я решил проверить, как самочувствие моего пациента. Всё-таки, падение было. Думаю, дай позвоню, узнаю, как там скалолаз поживает, – у доктора такая тёплая улыбка.

Все проблемы прочь уходят. Даже удивительно.

– Может, кофе? Или чай? Или вы, наверное, на работу торопитесь? – я предлагаю, скорее, из вежливости, рассчитывая на то, что он откажется.

Но доктор Петров, к моему удивлению, произносит:

– С удовольствием! У меня с утра как раз нет пациентов. Если, конечно, я вас не стесню…

– Да нет, – растерянно отвечаю я. – Вы извините, мне позвонить надо. На работу. Предупредить, что я не приду.

– Конечно, – улыбается он.

Приглашаю его на кухню, а сама остаюсь в коридоре. После звонка на работу иду к нему.

А на кухне уже чайник закипает.

– Я позволил себе немного помочь вам, – говорит доктор в ответ на мой удивлённый взгляд.

– Вам кофе или чай? – спрашиваю я.

– Кофе, пожалуйста. А как Олег спал ночью?

Я достаю чашки, кофе, сахар, сливки, пока доктор садится за стол.

– Плохо спал, – вздыхаю. – Просыпался.

– Хм. Что-то случилось вчера? Обычно он хорошо спит?

– Обычно – да. Я…

У меня звонит телефон. Номер не определён.

– Извините, – говорю я и опять выхожу в коридор. Отвечаю.

– Здравствуй, Инна, – замираю, услышав ровный голос Горского. – Вы когда с Олегом выходите?

Ему ещё не передали, что я не приду?

Собираюсь, чтобы звучать так же спокойно и ровно.

– Игорь, я сегодня не приду.

И прямо слышу напряжение, повисшее в трубке. Наверняка Горский уже напридумал там себе!

– У Олега температура, – говорю я. – Я должна с ним дома остаться.

– Что с ним? – тревога в голосе бывшего мужа. – Врача вызвала? Может, в клинику надо? У меня есть знакомый…

– Игорь, успокойся, – прошу я. – Ничего страшного. Доктор… – поворачиваюсь в сторону кухни, – доктор уже был. Ничего серьёзного.

Горский громко выдыхает. Секунда.

– Хорошо, я поднимусь, открой мне.

У меня чуть телефон из рук не падает. В смысле?!

– Ты что… ты здесь? – шепчу моментально пересохшими губами.

– Да, я заехал, – и слышу в трубку шаги.

Он уже идёт!

– Игорь, но…

– Инна, открой мне. Я хочу видеть сына, – звучит уже жёстче.

Глава 20. Инна

– Что-то случилось? – доктор спрашивает, как только я возвращаюсь на кухню.

Я уже нажала кнопку домофона и теперь секунды отсчитывают шаги Горского. Я прислушиваюсь к каждому звуку.

– Что? Ничего, – чуть мотаю головой.

– Просто вы так побледнели… – хмурится он. – Вы знаете… – встаёт и в глаза мне не смотрит, – я, наверное, пойду.

– А кофе?

– Я вспомнил, у меня пациент скоро… пойду…

Одна моя половинка очень хочет, чтобы он ушёл до того, как в квартиру заявится Горский, а, вот, вторая… да какого чёрта?! Почему я должна бояться? Горский мой бывший муж. У каждого из нас своя жизнь.

Звонок в дверь. Пф.

Короткий обмен взглядами с доктором и я иду открывать.

На пороге стоит Горский. Хмурый. Под глазами синяки, словно он не спал всю ночь. В руках – большой бумажный пакет.

– Здравствуй, Инна, – говорит он и тут же осекается, переводя взгляд мне за спину.

Брови ещё сильнее сдвигаются к переносице. Губы превращаются в тонкую полоску.

– Добрый день, – слышу за спиной голос доктора. – Инна, я поеду. Жду вас с Олегом завтра у себя. Если ему станет хуже, хотя я не думаю, что так будет, но всё же… сразу звоните мне. Номер у вас есть.

Он обходит меня и наклоняется, чтобы обуться.

– А вы, собственно, кто? – звучит ледяной голос Горского.

Доктор выпрямляется и смотрит ему в глаза.

– Врач. Петров Алексей Фёдорович, – и протягивает руку моему бывшему.

Тот не сразу, но отвечает.

– Горский.

– Очень приятно, – улыбается доктор и потом поворачивается ко мне. – Всего доброго, Инна, – теперь уже руку мне протягивает. – И не волнуйтесь больше. Конечно, даже эта бледность не может испортить вашу красоту, но с румянцем вы гораздо привлекательнее, – и жмёт мои пальцы.

Боже, зачем он это всё говорит? Щёки моментально вспыхивают и я забираю руку.

– До свидания, – отвечаю тихо.

– До встречи завтра! – улыбается доктор. – Всего доброго, – кивает Горскому.

Я не смотрю на него. Хотя остро ощущаю на себе его взгляд. Мне даже кажется, что я слышу скрежет его зубов.

Да с чего бы вдруг?!

Закрываю за доктором дверь и отхожу. Горский всё так же стоит с пакетом. Пытается испепелить меня взглядом.

– Ты же сказала, что доктор уже ушёл, – произносит первым. – Или это другой доктор? – и я слышу насмешку в его голосе.

– Ты зачем пришёл? – поворачиваюсь к нему. – Если ругаться, то уходи. Это мой дом и я не намерена это всё выслушивать.

– Твой дом, – хмыкает он. – Здесь живёт мой сын. Сын, которого ты скрыла, Инна! Что с Олегом?

– Похоже на стресс, – отвечаю уже спокойнее. У меня нет ни сил, ни желания спорить и ругаться. – Проходи, я пойду посмотрю, как он.

Иду в спальню. Господи, за что это всё? Что делать с Горским? Он нам с Олегом нафиг не нужен в нашей жизни. Зачем он? От него будут одни проблемы. Я же знаю!

Захожу тихо в спальню и вижу, что Олег уснул. Подложил под головку ладошку и сладко спит. Рядом на подушке лежит недоеденное яблоко.

Убираю его и поправляю одеяло на сыне. Выхожу и тихо закрываю дверь. Стою несколько секунд, держась за ручку и опустив голову.

Я не знаю, как вести себя с Горским. Не знаю! В голове такой сумбур, что ни одной толковой мысли. Я думала, у меня будет время, чтобы всё обдумать, пока сижу дома с Олежкой. Но Горский… я никогда не могла его предугадать. У бывшего мужа поразительная способность ставить меня в тупик.

Не спрятаться. Он сидит там и ждёт. Я не должна ему показывать, что это сбивает меня. Пусть не радуется.

Поэтому набираю воздуха, выпрямляюсь и иду.

Застаю Горского на кухне. Он стоит у стены и хмуро смотрит на чашки на столе. Я беру их и иду к раковине.

– Олежка уснул, – говорю тихо. – Я не знаю, сколько он проспит. Всю ночь плохо спал.

– Ничего, я подожду, – отвечает Горский и садится за стол. – Не знал, что врачи пьют кофе у пациентов, – слышу усмешку.

Не отвечаю.

– Что это за доктор Петров, Инна? Твой знакомый?

Да что ему надо?!

Молчу.

– Надеюсь, сюда не ходят толпы мужиков, – хмыкает он. – И ты встречаешься на нейтральной территории, не при сыне…

Резко разворачиваюсь и устремляю на него прожигающий взгляд.

– Тебя это в любом случае не касается, Горский, – цежу сквозь зубы. – Не касается. Я же не спрашиваю, где и как ты встречаешься со своей невестой.

– Невестой, Инна. Именно, что невестой, – спокойно отвечает он, откидываясь на спинку стула. – Это не какая-то случайная девка. Она моя невеста.

– Поздравляю! – вырывается у меня. – Это как раз то, чего ты заслуживаешь!

Выражение лица Горского моментально меняется. Он резко встаёт и шагает ко мне.

Не показываю страха, кусая щёку во рту. Упираюсь руками в столешницу и мне приходится чуть отклониться назад, когда мужчина оказывается слишком близко.

– Повтори, что ты сказала, – Горский щурится и нависает надо мной.

Его вмиг потемневший взгляд блуждает по моему лицу. Желваки ходят по скулам, а грудь вздымается так, что того и гляди коснётся меня.

На мгновение становится страшно. Но я беру себя в руки и толкаю его в грудь. Освобождаюсь от невидимых оков. Тру виски.

– Прости, – звучит тихое за спиной.

Глава 21. Игорь

Я в очередной раз срываюсь рядом с ней.

Это противоречит всем правилам, по которым я привык жить эти годы. Это раздражает. Злит. И я вымещаю свою злость на ней.

Хотя мне должно быть всё равно.

Почему маска равнодушия и холода не работает рядом с Инной? Она, ничего не делая, заставляет меня снова и снова испытывать что-то забытое. Такое далёкое, но отчаянно рвущееся наружу из глубин, в которые я запрятал всё, что было между нами.

Я ведь жил так. Прекрасно жил до того дня, когда снова встретил её…

– Прости, – выдыхаю, застывая у неё за спиной.

Таращусь на хрупкую фигурку с чуть приподнятыми плечами. Она словно защищается так от меня.

А мне приходится сжать пальцы в кулаки и засунуть их в карманы брюк. И отвернуться.

– Ты права, – цежу сквозь зубы, борясь сам с собой. – У каждого из нас своя жизнь. Есть лишь сын, ради которого мы вынуждены будем встречаться, Инна. Я не хочу, чтобы ты думала, что я… – и не могу подобрать нужных слов, чтобы звучать убедительно, но не грубо.

– Я и не думаю, – приходит она мне на помощь.

Тяжело выдыхает и оборачивается. Поднимает на меня взгляд.

Секунды тишины. Я смотрю ей в глаза, чтобы убедить прежде всего себя, что всё прошло. Всё остыло. И нас реально связывает лишь этот маленький хулиган, который грозил мне кулачком.

Невольно улыбаюсь и хорошо, что Инна первой отводит взгляд и не видит этой моей улыбки.

– У сына отчество Игоревич, – начинаю я. – Это значит, что отцом записан…

– Игоревич в честь деда, моего отца, – перебивает меня Инна. Отходит к столу. – В графе «отец» – прочерк, Игорь.

Хмурюсь и смотрю на неё исподлобья.

– Покажи мне документы сына, – прошу немного жёстко, но мне сложно сдержать пламя, которое разгорается сейчас в груди от обиды.

При живом отце у моего сына стоит прочерк!

Инна смотрит на меня несколько секунд, а потом выходит из кухни.

В ожидании её я осматриваю помещение. Интересно, её квартира или снимает? А есть у сына своя комната? А мужики, которые приходят к Инне, остаются здесь на ночь?

От последнего вопроса ярость вырывается наружу и я сам не понимаю как ударяю кулаком в стенку. Раздаётся глухой удар, а костяшки моментально становятся бордовыми.

Инна заходит в комнату и удивлённо смотрит на меня. Хмурюсь, опуская взгляд на бумаги в её руке. Беру их и вчитываюсь.

Кравцов Олег Игоревич. Прочерк.

Хочется материться, но я держу себя в руках. Из последних сил, но держу.

– Я хочу, чтобы у сына была моя фамилия, – поднимаю взгляд на Инну. – И прочерк этот… – сжимаю губы.

И молча прячу бумажку в карман пиджака.

– Игорь, я ещё ничего не решила! – Инна бросается ко мне и хочет забрать документ. – Мы не договорились! Ты не можешь сам это решать0!

Мне приходится взять её за запястья. Вскидывает на меня полный ярости взгляд. Между нашими лицами какие-то сантиметры.

– Хватит, Инна, – чуть усмехаюсь, пряча за этой усмешкой желание вообще сократить расстояние между нами.

Злюсь на себя за это.

– Ты уже решала всё одна. Без меня. Теперь я буду решать.

– Я не позволю тебе, – цедит, впиваясь в меня взглядом. – Не позволю!

И я сдаюсь. Дёргаю её за запястья на себя, глядя теперь сверху вниз и видя её растерянность от этой близости.

– Да? – ухмыляюсь, празднуя хоть и небольшую, но победу. – И что ты мне сделаешь?

Взгляд опять скользит на губы. Дыхание учащается. Да что это, мать твою?!

Подаюсь вперёд.

– Пусти мою маму! Пусти! – слышу звонкий голосок.

Быстро перевожу взгляд за плечо Инны и вижу сына, бегущего к нам с какой-то палкой в руке.

Глава 22. Игорь

Отпускаю Инну и ступаю вперёд. Неужели ударит?

Мы смотрим с сыном в глаза друг другу и я в очередной раз убеждаюсь, насколько родным кажется этот суровый не по годам взгляд. Я словно в глаза отца своего смотрю!

Пока мы с сыном изучаем друг друга, Инна первая приходит в себя. Разворачивается и бежит к сыну. Быстро подхватывает его на руки и забирает палку.

– Олеж, ты что? Зачем? – смотрит в глаза сына.

– А чего он? – бурчит малыш, хмурясь и косясь на меня. – Он опять обижает тебя? Зачем он пришёл?

– Не обижает. Он пришёл… Игорь…

– Он твой враг! – безапелляционно звучит родной голосок и словно ножом по сердцу.

И сразу кровоточащая рана в грудной клетке. Враг…

– Нет, Олеж, – мягко произносит Инна. – Игорь… он… ну, вот, вы с Даней же тоже иногда дерётесь? Спорите?

Малыш переводит взгляд с меня на маму и внимательно смотрит. Кладёт ладошки ей на плечи.

– Ну да, – кивает несмело. – Мы один раз целый день не разговаривали! А потом опять подружились!

– Ну вот, – улыбается Инна. – И мы иногда с Игорем… спорим…

– То есть он твой друг? – сын удивлённо смотрит на маму.

Запутался окончательно.

– Друг, – я первым отвечаю, потому что Инна явно медлит с ответом.

А я не хочу быть врагом!

Но Олег всё ещё с недоверием смотрит на меня. Подмигиваю ему и он тут же отворачивается и прижимается к маминому плечу.

Тяжело выдыхаю. Будет нелегко. Но я не намерен сдаваться. И вспоминаю о пакете.

Быстро иду в коридор и беру его. Распаковываю находу и вынимаю большую красивую коробку. Возвращаюсь к Инне с сыном.

Олег тут же опять следит за мной. Вижу, как загораются огоньки любопытства в его глазах.

– Поможешь построить? – протягиваю ему коробку.

Хмурится и мотает головой. Опять утыкается лицом в плечо мамы.

Ну и характер! Настоящий Горский! И я испытываю одновременно и гордость, что у сына мой характер, но и обиду, что ли. Враг… да какой я враг?! Но силой тут не возьмёшь. Горских никто заставить не может. Он должен сам.

И я готов ждать.

– Может, мама тогда поможет? – вздыхаю наигранно тяжело.

Быстро осматриваюсь. Тут точно места мало. Иду в гостиную. Вот, тут лучше!

Скидываю пиджак на диван и закатываю рукава рубашки. И начинаю громко распаковывать коробку. Достаю детали, инструкцию.

Первой в комнате появляется Инна. Без Олега.

– Горский, ты что делаешь? – спрашивает она.

– Буду строить железную дорогу, – отвечаю спокойно и сажусь на пол. Открываю инструкцию.

Делаю вид, что не замечаю, но в душе ликую над маленькой победой, когда вижу, что из-за Инны выглядывает любопытная головка Олега.

Глава 23. Игорь

Чёрт. Оказывается, собирать детскую железную дорогу вообще нелегко! Особенно, когда никто не только не помогает, но и наблюдает словно так и ждёт, что у тебя не получится!

Но я упрямо складываю детали, закручиваю гайки.

Инна так и стоит в дверях. Сложив руки на груди, она смотрит на меня. Олег обнимает её за ноги, не отходит.

Это, пожалуй, самое строгое жюри.

Я не могу облажаться.

А ещё ужасно хочется собирать конструктор с сыном. Показывать ему, как надо, отвечать на вопросы. Откуда такая потребность?

Я же никогда не задумывался о детях. Мы и с Евангелиной это не обсуждали ещё.

Нет, наверное, когда-нибудь…

А тут! Тут уже взрослый пацан. С характером! Считающий меня врагом.

Чёрт.

Хмурюсь, пытаясь понять, что делать с этим со всем. Конечно, я не намерен сдаваться. Надо как-то искать контакт с сыном. Да и с Инной.

Как?

Я не умею. Никогда ни под кого не подстраивался. А тут, видимо, придётся…

Беру очередную деталь и заглядываю в инструкцию. Из кухни звонит Иннин телефон. Я напрягаюсь и поднимаю на неё взгляд.

Она мажет по мне равнодушным взглядом и уходит. Олег остаётся, не бежит за ней. Но на меня не смотрит. Наклонив голову и приоткрыв рот, разглядывает железную дорогу, которую я уже почти собрал.

– Чёрт, не получается, – решаю пойти на хитрость.

Чешу затылок, разглядывая в руке деталь от поезда.

Подойдёт?

Специально неправильно приставляю колёса к рампе игрушечного транспорта. И ещё раз с другой стороны.

– Это не так, – слышу тихий голос сына.

Поднимаю на него взгляд. Он хмуро смотрит на меня, но интерес перевешивает.

Оглянувшись назад, туда, куда ушла Инна, он нерешительно ступает ко мне.

– Дай, – протягивает ручку и я сразу же кладу в неё детали.

Олег быстро собирает поезд, прокручивает колёса и возвращает мне.

– Ловко ты! – улыбаюсь, глядя сыну в глаза.

– У моего друга такой есть, – сопит малыш. – Как же ты всё это понесёшь? – оглядывает дорогу. – Она же в машину твою не поместится…

– А я не понесу её никуда, – улыбаюсь. – Она здесь останется.

Сын почему-то усмехается недоверчиво. Щурится и снисходительно смотрит на меня.

– А ты маму спросил? Она не разрешает игрушки разбрасывать!

– Ну, думаю, мы решим это с мамой, – хмыкаю я. – А тебе нравится? Будешь играть?

Олег вдруг опять хмурится. Грозно смотрит на меня.

– Ты опять маму мою обижать будешь? Убирай игрушки! И уходи!

Та слабая надежда, которая, вроде как, появилась и даже чуть вспыхнула в груди, моментально гаснет, когда меня обдаёт вот этот ледяной ответ сына.

Злюсь, но стараюсь не показывать злость.

– Я не обижаю маму, – отвечаю уверенно, вставая и расправляя рукава рубашки.

– Да? А почему тогда она плачет? – сын наблюдает за мной исподлобья. – Из-за тебя! Я не дам маму в обиду!

– Плачет? – с прищуром вглядываюсь в сына.

– Да! Из-за тебя! Я знаю!

– Хм.

Если ей так всё равно на меня, как она хочет, показать, почему тогда плачет? Перед глазами моментально всплывает та ночь. Это вообще не было похоже на безразличие.

– Хорошо, Алексей Фёдорович, я всё поняла. Спасибо за беспокойство, – звучит из кухни голос Инны.

Опять этот чёртов доктор?!

Да что ему надо?

Голова сама поворачивается в ту сторону и слух напрягается. Я вслушиваюсь в чужой разговор. Дожил…

– Да я, я помню. Обязательно приедем, – как-то даже нежно отвечает Инна.

Да чёрт побрал этого доктора! Чувствую, не просто так он тут ошивается!

А потом и смех Инны слышу. Тихий такой, но такой знакомый смех. Когда я его в последний раз слышал-то?!

– Ты правда мамин друг? – отвлекаюсь лишь тогда, когда чувствую, как меня за пиджак дёргают.

Опускаю взгляд и встречаюсь со строгим взглядом Олега.

– Друг, – киваю без сомнений. – Ты не представляешь, какие мы с ней друзья!

– Тогда перестань обижать её! – и легонько бьёт меня в ладонь. – Разве друг должен плакать? – непонимающе моргает. – Зачем ты это делаешь?

Такой простой и прямой вопрос… и я не знаю на него ответа…

– Не знаю, – отвечаю как есть и пожимаю плечами.

– Большой, а глупый, – бурчит тихо под нос Олег.

Тут вновь появляется Инна. С тревогой смотрит на нас с сыном, стоящих друг напротив друга.

– Я пойду, – говорю я, хмурясь и отводя взгляд. – Инна, на работу выйдешь, как сможешь. Не торопись. И… не надо больничного… – добавляю, вспоминая о чёртовом докторе.

Потом сажусь на корточки перед сыном. Протягиваю ему руку. Ну? Ответит?

– А ты выздоравливай давай! – подмигиваю ему. —А то кто маму защищать будет? А я обещаю больше так не делать. Договорились?

Олег держит руки за спиной. Сопит громко. Смотрит то на мою руку, то поднимает взгляд на маму.

Я прямо чувствую, как мечется он в своих желаниях в душе. Нелегко ему. А ведь будет ещё сложнее! Но теперь есть я! У него теперь не только мама есть!

– Я подумаю, – бурчит тихо.

Но руку так не подаёт.

Упрямый, а! Просто слов нет!

Не настаиваю. И то считаю маленькой, но победой.

Трудно будет. Но я всё равно добьюсь. Должен.

– Пока, – говорю, вставая и киваю Инне, не глядя в глаза.

У меня в груди такой сумбур из мыслей и ощущений, что мне просто необходимо всё обдумать и хоть как-то систематизировать полученную информацию.

А ещё предстоит нелёгкий разговор с родителями и… Евангелиной…

Вообще забыл про неё! А вот и она – как чувствует. Звонит.

Глава 24. Игорь

– Игорь! Я даже не знала, что ты уже вернулся! Почему ты ко мне вчера не заехал?! И сегодня... ты где?

Голос Евангелины выдаёт её недовольство и раздражение. Наверное, её можно понять. Но сейчас мне вообще не до обид и упрёков.

– Евангелина, послушай, – спокойно отвечаю я, садясь в машину и ещё раз глядя на окна квартиры, где живёт мой сын, – мне надо с тобой поговорить. Я сейчас приеду. Ты дома?

– Дома, конечно! А что случилось? Меня пугает твой тон, Игорёша! Всё же хорошо? Скажи мне! А то я буду думать! Всё хорошо у нас?

– Всё в порядке. Дождись меня просто, – устало выдыхаю я и завожу мотор.

Прощаюсь с Евангелиной и трогаюсь с места.

Путь получается сложным. Нет, пробок нет. На дороге спокойно. В отличие от моей головы.

Вот там такие заторы из мыслей, что мне кажется, что я даже чувствую боль в висках.

Что-то поменялось за это утро. Что-то! Да всё поменялось!

Несмотря на поведение Олега, я чувствую, что постепенно он меняет своё отношение ко мне. И я всё сделаю, чтобы он принял меня!

А Инна?

А что Инна?

Хмурюсь и крепче вцепляюсь в руль. При чём тут она? Какая разница, как она ко мне относиться будет?

У нас с ней всё выяснено. Да, выяснено!

Убеждаю сам себя.

Та ночь ничего не значит. Ни для меня, ни для неё. Это мы тоже выяснили. У неё есть этот доктор.

Доктор! Матерюсь мысленно.

Какого вообще?!

Через сына к ней подкатывает?!

Не замечаю, как накручиваю себя. Злость моментально вспыхивает в груди, сжигая все положительные эмоции, которые были вначале.

И, вот, в таком не самом лучшем настроении я приезжаю к невесте. А ведь мне предстоит нелёгкий разговор. Но, может, так и лучше?

Евангелина встречает меня в откровенной сорочке и сразу бросается на шею.

– Игорёша! Ну, почему ты не приехал вчера? Я так соскучилась! А ты? Скучал? – и она, пошло облизывая губы, ведёт руки вниз по моей груди.

– Погоди, Евангелина, – хмурюсь я и убираю её руки с себя. Тру пальцами переносицу.

Злость не проходит. Но теперь к ней добавляется раздражение.

Почему Евангелина всегда всё сводит к постели?! Мне ведь даже поговорить с ней не о чем!

А разве меня это когда-то беспокоило?! Мне же это и нравилось в ней! Почему тогда сейчас я раздражён?

Это неправильно. Она же ни в чём не виновата.

Глубокий вдох и медленный выдох.

Я прохожу в комнату и вижу, как Евангелина следует за мной. Плюхаюсь на диван и откидываю назад голову, прикрывая глаза.

– Проблемы на работе, да? – голос Евангелины снова звучит ласково и я опять чувствую её руки на своём теле.

Открываю глаза и встречаюсь с ней взглядом. Уже сидит с готовностью на полу передо мной.

– У меня есть сын, – произношу на выдохе.

Чего ходить вокруг да около? И скрывать от неё не хочу. Пусть сразу знает.

Евангелина замирает на мгновение. Упирается ладонями в мои коленки и вздёргивает брови.

– Что? – наконец, произносит после почти минутной паузы. – Что ты сказал? Мне, наверное, послышалось?

Вглядывается в меня внимательно и, похоже, до неё доходит, что не послышалось и что я не шучу. И всё равно с надеждой спрашивает:

– Мне послышалось, что ты сказал, что у тебя есть ребёнок... Послышалось ведь? Игорь? Скажи, что послышалось!

Громко выдыхаю, не убирая взгляда.

—Нет, Евангелина, не послышалось. У меня есть сын. Ему почти пять лет. Зовут Олег. Олег Игоревич... – добавляю с какой-то жестокой по отношению к Евангелине гордостью. И тут же осекаюсь, не желая произносить нынешнюю фамилию сына. Потому что он Горский! Не Кравцов, а Горский!

Да ведь и «Игоревич» он не потому что я Игорь! А потому что отца Инны тоже зовут Игорь! И она напомнила мне об этом... Специально уколола, отчуждая от меня сына.

Но нет, Инна. Теперь всё будет иначе. Теперь...

– Игорь... – голос Евангелина, дрожащий от приближающихся слёз и истерики, выводит меня из размышлений. – Это шутка какая-то, да? Как... почему... ты же не говорил, что у тебя есть сын... как же...

– Я сам не знал, Евангелина, – вздыхаю. – Поверь, я сам в шоке. До сих пор. Я сам узнал... вчера...

Вчера... это же и правда случилось вчера, а такое ощущение, что прошла целая вечность!

– Кто она?! – Евангелина ожидаемо переходит на визг.

Вскакивает с коленок и упирается руками в бока. Грозно смотрит на меня. Но это вообще не трогает. Даже усмешку не вызывает.

– Кто, Игорь?! Это твоя секретарша, да?! Она?! Погоди! – хмурится и вижу тяжёлый мыслительный процесс на лице Евангелины. – Пять лет! Ты сказал, что твоему ребёнку пять лет?! Пять! То есть... Кто она?! Я хочу знать!

– Еванелина, успокойся. Это сын от моей первой жены. Бывшей, – снова выдыхаю. Нет, не от тяжести признания перед невестой, а от того, что снова проживаю это всё.

Инна... наш сын... взгляд этот... желание поцеловать её...

Чёрт. Стоп. Не туда несёт.

Хмурюсь и встаю. Отхожу к окну и пялюсь на улицу. Словно боюсь, что Евангелина сейчас всё поймёт...

Бред!

– Бред! – звучит как эхом голос моей невесты. – И ты поверил?! Без теста ДНК поверил?! Игорь! Ты же адвокат! Как ты можешь быть таким наивным! Что она хочет?! Денег, да?! Алименты?!

– Замолчи, – цежу пока тихо, пытаясь затушить пламя негодования в груди.

– Конечно! – Евангелину уже не остановить. Её несёт. Наверное, её можно понять. Наверное... – Неужели ты думаешь, что она молчала бы все эти годы, будь это твой ребёнок?! Просто ей деньги нужны! А ты и поверил! Игорь! Я в шоке! Как ты можешь?! Накануне нашей свадьбы! Что теперь делать?!

– Для начала – успокоиться, – поворачиваюсь к ней и чувствую лёд в собственном взгляде. Защитная реакция. – Я решу это. Тебя это не касается. Я просто хотел, чтобы ты знала...

– «Не касается»?! – кричит Евангелина. – Ты себя слышишь, Игорь?! Ты ставишь между нами какого-то...

– Заткнись! —уже жёстче произношу я. – Лучше заткнись, Евангелина! Чтобы не пожалеть! Олег мой сын и тебе придётся с этим считаться! Он будет в моей жизни! А ты... если... у тебя всегда есть выбор! Я не могу заставлять тебя! Думай, Евангелина!

Резкий короткий взгляд и я быстрым шагом иду на выход.

Она не останавливает меня. Не бежит за мной. Может, так и лучше?

Она не обязана любить моего сына. Но и ненавидеть его я не позволю.

Накрученный ещё больше я приезжаю в офис. Может, хоть тут отвлекусь на рабочие вопросы. Потом подумаю, что делать дальше. Сейчас надо просто остыть. Переключиться.

Но куда там.

Захожу в приёмную, ослабляя галстук и расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки, и так и замираю, встречаясь с хмурым взглядом собственного отца.