Текст книги "Песочный человек"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pesochnyy-chelovek-87175.jpg)
Автор книги: Ларс Кеплер
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 6
Приехав домой, Андерс быстро запер входную дверь и накинул цепочку.
Сердце билось быстро – что-то заставило Андерса бежать всю дорогу от машины до дому.
Из комнаты Агнес доносился спокойный голос Петры. Андерс улыбнулся. Жена читала дочке “Мы из Сальткрокан”. Обычно до сказки на ночь – последнего из ритуалов подготовки ко сну – проходило немало времени. Наверное, сегодня опять был хороший день. Новая должность Андерса позволила Петре уходить со службы гораздо раньше.
Вокруг грязных зимних сапожек Агнес на коврике в прихожей натекло мокрое пятно. Шапка и вязаная манишка валялись на полу возле комода. Андерс прошел на кухню и поставил на стол бутылку шампанского, а потом замер, не отрывая взгляда от темного сада за окном.
Он думал о письме Вальтера. Он не знал, что предпринять.
В окно стучали ветви разросшейся сирени. В черном стекле Андерс увидел отражение собственной кухни, услышал, как поскрипывают ветки, и подумал: надо бы принести из кладовки секатор.
– Стой, стой, – послышался голос Петры, – сначала я дочитаю…
Андерс неслышно вошел в комнату Агнес. На потолке горела лампа с розовым абажуром. Петра подняла глаза от книги, встретилась взглядом с Андерсом. Светло-каштановые волосы убраны в высокий “хвост”, в ушах всегдашние сережки-сердечки. Агнес сидела у нее на коленях, твердя, что мама опять ошиблась и надо перечитать про собаку.
Андерс опустился перед ними на колени:
– Привет, кроха.
Агнес быстро взглянула на него и отвернулась. Андерс погладил ее по головке, заправил волосы за уши и поднялся.
– На кухне ужин, подогрей, – попросила Петра. – А мне придется сначала дочитать главу.
– Про собаку неправильно, – напомнила Агнес, глядя в пол.
Андерс пошел на кухню, достал из холодильника тарелку и поставил ее на разделочный стол возле микроволновки.
Медленно вытащил из заднего кармана джинсов письмо, вспомнил, как Юрек все повторял, что он – просто человек.
Мелким почерком с сильным наклоном Юрек написал несколько бесцветных предложений на тонкой бумаге. В правом верхнем углу стоял адрес адвокатской конторы в Тенсте, а само письмо содержало официальный запрос – и ничего больше. Юрек Вальтер просил юридической помощи, чтобы понять содержание приговора, по которому его поместили на принудительное лечение в отделение судебной психиатрии. Он хотел, чтобы ему разъяснили его права и проинформировали о том, возможен ли пересмотр приговора.
Андерс не мог определить, откуда вдруг взялось это неприятное чувство, но в интонации письма было что-то странное. И еще – грамотно построенные фразы, но при этом описки почти на уровне дислексии.
Слова Юрека никак не шли у него из головы. Андерс направился в кабинет и достал чистый конверт. Надписал адрес, вложил в конверт письмо, наклеил марку.
Он вышел из дома в холодную темноту, прошел через сад и оказался у киоска на круговом перекрестке. Бросив конверт в почтовый ящик, Андерс немного постоял, глядя на Сандвэген и проезжающие машины, а потом повернулся и пошел домой.
Замерзшая трава гнулась под ветром, как морские волны. Заяц прошмыгнул по направлению к старым садам.
Когда Андерс открыл калитку, его взгляд упал на кухонное окно. Дом походил на кукольный – сияющий всеми окнами, такой светлый… В коридоре висела синяя картина – на своем месте, все как всегда.
Дверь в их с Петрой спальню открыта. Посреди комнаты стоит пылесос. Провод все еще торчит из розетки.
Вдруг Андерс заметил какое-то движение, и у него перехватило дыхание. В спальне кто-то был. Стоял возле кровати.
Андерс уже хотел было ворваться в спальню, как вдруг сообразил, что на самом деле незнакомец находится в саду по ту сторону дома.
Андерс просто увидел его через окно спальни.
Он бросился бежать по выложеной камнями дорожке, мимо солнечных часов, обогнул торец дома.
Человека, видимо, спугнули его шаги – он уже покидал сад. Андерс услышал, как тот продирается через заросли сирени. Он кинулся следом, отвел ветки, пытаясь что-нибудь рассмотреть, но было слишком темно.
Глава 7
…Микаэль застыл, когда Песочный человек дунул в темную комнату своей жуткой пылью. Микаэль давно уже понял, что задерживать дыхание бессмысленно. Потому что если Песочный человек хочет, чтобы дети уснули, они засыпают.
Микаэль знает: скоро глаза начнут слипаться – так сильно, что их никак не открыть. Он знает: надо лечь на матрас и стать частью темноты.
Мама часто рассказывала о дочери Песочного человека, механической деве Олимпии. Олимпия пробиралась к маленьким детям, пока те спали, и срывала с них одеяла, чтобы они замерзли.
Микаэль прислонился к стене, ощутил бороздки в бетоне.
В темноте из-за мельчайших песчинок словно сгустился туман. Трудно дышать. Легкие отчаянно стараются дать крови хоть немного кислорода.
Юноша закашлялся, облизал губы. Сухие и как будто онемели.
Веки все тяжелеют, тяжелеют.
Вся семья качается в гамаке. Солнечный свет мигает сквозь куст сирени. Скрипят ржавые болты.
Микаэль широко улыбается.
Мы взлетаем все выше, и мама хочет притормозить, но папа только прибавляет скорости. Мы задеваем стол, и клубничный сок чуть не выплескивается из стаканов.
Гамак переворачивается, отец хохочет и поднимает руки, словно на американских горках.
Голова Микаэля дергается. Он открывает в темноте глаза, шарахается в сторону и хватается за холодную стену. Поворачивается к матрасу, собираясь лечь – сейчас он потеряет сознание, – но колени вдруг просто подгибаются.
Микаэль падает прямо на пол, на руки, чувствует боль в запястьях и плечах – все это в уже начинающемся сне.
Юноша тяжело ложится на живот и пытается ползти, но не может. Задыхаясь, он лежит, прижавшись щекой к бетонному полу. Он хочет что-то сказать, но голоса нет.
Глаза закрываются, несмотря на все его усилия.
Уже соскальзывая в темноту, он слышит, как Песочный человек прокрадывается в комнату, передвигает свои мучнистые ноги по стене, заходит на потолок. Останавливается там и протягивает руки вниз, пытаясь нащупать Микаэля фарфоровыми пальцами.
Темнота.
Микаэль проснулся с пересохшим ртом. Болела голова. Глаза слипаются от старого песка. Микаэль так устал, что мозг снова пытается уснуть, но какой-то оставшийся ясным осколочек сознания регистрирует: что-то основательно переменилось.
Адреналин накатил, словно ударило чем-то горячим.
Микаэль сел в темноте и по акустике понял, что находится в другой комнате – побольше.
Он больше не в капсуле.
От одиночества он заледенел.
Микаэль осторожно пополз по полу вдоль стены. Мысли носились по кругу. Он уже забыл, когда бросил и думать о том, чтобы сбежать.
Тело все еще было тяжелым после долгого сна. Микаэль поднялся на дрожащие ноги, опираясь о стену, добрел до угла, пошарил – что дальше? – и наткнулся на металлическую пластину. Быстро провел рукой по периметру пластины, понял, что это дверь, поводил по ней руками, нашел ручку.
Пальцы дрожат.
В комнате – абсолютная тишина.
Микаэль осторожно нажал на ручку. Он приготовился к тому, что дверь будут держать с той стороны, и поэтому чуть не упал, когда она просто открылась.
Микаэль, широко шагнув, оказался в светлой комнате – пришлось на какое-то мгновение закрыть глаза.
Он шел как во сне.
Выпустите, выпустите меня отсюда.
В голове что-то взорвалось.
Микаэль прищурился, увидел, что находится в коридоре, и на подгибающихся ногах двинулся вперед. Сердце колотилось так сильно, что было трудно дышать.
Он старался двигаться тихо, но все-таки подвывал от страха.
Песочный человек скоро вернется – он никогда не забывает про детей.
Микаэль не мог как следует открыть глаза, но шагал вперед, по направлению к неясному свету.
А вдруг это ловушка? Вдруг его, как насекомое, просто приманивают на свет лампочки?
Но Микаэль продолжал идти вперед, иногда опираясь о стену.
Вот он споткнулся об огромные тюки с изоляционным материалом, задохнулся от страха, шарахнулся в сторону, ударился плечом о противоположную стену, однако удержал равновесие.
Остановился и закашлялся – как можно тише.
Свет, оказывается, проникал в коридор через стеклянное окошко в двери.
Микаэль, споткнувшись, кинулся вперед и надавил на ручку, но дверь оказалась заперта.
Нет, нет, нет.
Он рванул ручку, пнул дверь, снова рванул. Заперто. От отчаяния Микаэль осел на пол. За спиной послышались мягкие шаги. Юноша боялся обернуться.
Глава 8
Писатель Рейдар Фрост поставил пустой бокал на стол и на мгновение закрыл глаза, чтобы успокоиться. Кто-то из гостей захлопал в ладоши. Вероника, в синем платье, отвернулась, закрыла лицо руками и принялась считать.
Гости брызнули в разные стороны, шаги и смех рассыпались по комнатам большого дома.
Правила предписывали участвовать в развлечениях, но Рейдар медленно подошел к узкой потайной дверце и скользнул в кладовую. Осторожно поднялся по узкой лестнице для прислуги, открыл тайную дверцу, замаскированную в настенном коврике, и оказался на частной половине дома.
Рейдар понимал, что ему не стоит быть здесь одному, но все же шел сквозь расположенные анфиладой большие комнаты.
Проходя каждую, он закрывал за собой двери. Наконец Рейдар оказался в дальнем зале.
Вдоль стены стояли коробки с детской одеждой и игрушками. Одна коробка открылась, и из нее высунулось какое-то зеленое космическое оружие.
Послышался приглушенный полом и стенами крик Вероники: “Сто! Я иду искать!”
Рейдар выглянул в окно, на поля и выгоны.
Вдали тянулась березовая аллея, которая вела в усадьбу Рокста.
Рейдар подтащил к себе мягкий стул с подлокотниками и повесил пиджак на спинку. Шагнув на сиденье, он ощутил, насколько пьян. Белая рубашка на спине насквозь промокла от пота.
Сильным движением Рейдар забросил веревку на потолочную балку. Стул под ним заскрипел. Тяжелая веревка ударила по балке, конец свесился с той стороны.
В воздухе закружилась пыль.
Матерчатое сиденье под подошвами ботинок казалось до странности мягким.
Снизу долетали смех и восклицания. Праздник. Рейдар на миг закрыл глаза, подумал о детях, об их личиках, удивительных лицах, о плечах и тонких руках.
Он в любую минуту мог бы услышать их детские голоса и быстрый топот – воспоминания налетали летним бризом и проносились через душу, оставляя ее холодной и пустой, как прежде.
С днем рождения, Микаэль, подумал Рейдар.
Руки дрожали так сильно, что он не мог завязать петлю.
Рейдар замер, пытаясь дышать спокойнее, и уже начал было снова, как вдруг в дверь постучали.
Он подождал пару секунд, выпустил веревку, спустился на пол и надел пиджак.
– Рейдар? – тихо позвал женский голос.
Вероника. Наверное, когда считала, подсмотрела, как он исчезает в кладовке. Шла через залы, открывала дверь за дверью, и ее голос звучал все отчетливее по мере того, как она приближалась.
Рейдар потушил свет и вышел из детской. Открыл дверь в ближайший зал и остановился.
Вероника шла к нему с бокалом шампанского в руке. Теплое сияние темных пьяных глаз.
Высокая, стройная, черные волосы стрижены “под мальчика”. Ей идет.
– Я говорил, что хочу переспать с тобой? – спросил Рейдар.
Вероника обошла его, покачиваясь на неверных ногах.
– Смешно, – невесело сказала она.
Вероника Климт была литературным агентом Рейдара. За последние тринадцать лет он не написал ни строчки, но те три книги, которые он успел написать, продолжали приносить доход.
Снизу, из столовой, донеслась музыка, от быстрых басов загудел весь дом. Рейдар остановился у дивана, провел рукой по серебристым волосам.
– Вы оставили мне чуток шампанского? – спросил он и уселся.
– Нет. – Вероника отдала ему свой бокал, наполовину полный.
– Мне звонил твой муж. Он считает, что тебе пора домой.
– Не хочу. Я собираюсь развестись, и…
– Разводиться тебе нельзя, – перебил Рейдар.
– Это почему?
– Чтобы ты не думала, будто ты небезразлична мне.
– Я и не думаю.
Рейдар допил все, что оставалось в бокале, лег на диван, закрыл глаза. От выпитого кружилась голова.
– У тебя был грустный вид, и я немного забеспокоилась.
– Я себя чувствую – кум королю…
Послышался смех. От клубной музыки пол гудел под ногами.
– Гости уже скучают по тебе.
– Ну пойдем, перевернем там все вверх дном. – Рейдар улыбнулся.
Семь лет назад Рейдар устроил так, чтобы люди были рядом с ним почти круглые сутки. Его компания немыслимо разрослась. Иногда он устраивал грандиозные вечеринки в усадьбе, иногда – обеды для избранных. В определенные дни – в дни рождения детей – жизнь становилась невыносимой. Рейдар понимал: если рядом с ним не будет людей, одиночество и тишина пожрут его окончательно.
Глава 9
Когда Рейдар с Вероникой распахнули двери столовой, в грудь им ударила волна бухающей музыки. Гости, сталкиваясь, танцевали в темноте вокруг большого стола. Кто-то доедал седло косули с жареной картошкой.
Актер Вилле Страндберг расстегнул рубашку. Расслышать, что он кричит, выплясывая перед Рейдаром и Вероникой, было невозможно.
– Take it off![2]2
Сними ее! (англ.)
[Закрыть] – крикнула Вероника.
Вилле рассмеялся, швырнул рубашку Веронике и заплясал перед ней, заложив руки за шею. Пивной животик подпрыгивал от резких движений.
Рейдар осушил еще один бокал и затанцевал перед Вилле, крутя бедрами.
Музыка стала тише, теперь она шелестела. Пожилой издатель Давид Сюльван схватил Рейдара за локоть и просипел что-то с потным счастливым лицом.
– Что?
– Сегодня еще состязаний не было, – повторил Давид.
– Стреляем, боремся?..
– Стреляем! – завопили сразу несколько гостей.
– Тащите пушку и пару бутылок шампанского, – улыбаясь, велел Рейдар.
Вернулся ритмичный гул, и остаток разговора потонул в грохоте музыки. Рейдар снял со стены картину и понес в прихожую. Его собственный портрет, написанный Петером Далем.
– Мне нравится эта картина. – Вероника хотела остановить его.
Рейдар стряхнул ее руку с плеча. Почти все гости повалили следом за ним в холодный парк. Свежий снежок, легко кружась, ровным слоем ложился на землю. Снежинки плясали на фоне черного неба.
Рейдар, по колено в снегу, подобрался к яблоне и повесил портрет на заснеженную ветку. Следом за ним пробирался Вилле Страндберг с сигнальным факелом, прихваченным из коробки в чулане. Вилле снял пластиковый чехол и потянул за шнур. Грохнуло, полетели искры, и факел разгорелся. Вилле со смехом махнул рукой и воткнул его в снег под деревом. Белый огонь осветил ствол и голые ветки.
Теперь всем стал виден портрет Рейдара с серебряным пером в руках.
Переводчик Берселиус, как оказалось, захватил с собой три бутылки шампанского, а Давид Сюльван с улыбкой показал всем старый “кольт” Рейдара.
– Не смешно, – еле слышно сказала Вероника.
Давид с “кольтом” в руках встал рядом с Рейдаром.
Сунул шесть пуль в барабан, крутнул.
Вилле Страндберг так и не надел рубашку, но он был пьян и потому не мерз.
– Попадешь – можешь выбрать любую лошадь из конюшни, – буркнул Рейдар и взял у Давида револьвер.
– Пожалуйста, будь осторожен, – попросила Вероника.
Рейдар сделал шаг в сторону, прицелился, выпрямив руку, но не попал. Эхо выстрела загрохотало между строениями.
Гости вежливо захлопали, словно Рейдар играл в гольф.
– Моя очередь, – рассмеялся Давид.
Вероника, дрожа, стояла в снегу. Ее ноги горели от холода – она вышла в тонких туфельках.
– Я очень люблю этот портрет, – снова сказала она.
– Я тоже, – ответил Рейдар и выстрелил еще раз.
Пуля ударила в верхний угол полотна. Поднялось облачко пыли, позолоченная рама слегка треснула и покосилась.
Давид, фыркнув, взял у Рейдара револьвер, взмахнул рукой, упал, пальнул в небо и еще раз – когда пытался вылезти из снега.
Кто-то захлопал, остальные закричали “ура!” и захохотали.
Рейдар забрал у друга револьвер и счистил с него снег, проговорив:
– Последний выстрел решит все.
Вероника подошла к нему, поцеловала в губы.
– Как ты?
– Отлично. Лучше не бывает.
Вероника отвела ему волосы со лба. Горстка гостей на каменных ступеньках свистела и смеялась.
– Я нашла картину получше! – крикнула рыжеволосая женщина, имени которой Рейдар не помнил.
Женщина проволокла по снегу огромную куклу. Неожиданно выпустила ее из рук, упала на колени, снова встала. На платье с леопардовым узором остались мокрые пятна.
– Увидела ее вчера, она лежала под грязными жалюзи в гараже! – торжествующе выкрикнула женщина.
Берселиус кинулся помогать. Кукла из раскрашенной пластмассы представляла собой Человека-паука и ростом была с Берселиуса.
– Браво, Мари! – завопил Давид.
– Убить Человека-паука, – невнятно проговорила какая-то женщина у них за спиной.
Рейдар поднял глаза, увидел огромную куклу, и револьвер упал в снег.
– Я хочу спать, – неожиданно объявил Рейдар.
Он оттолкнул руку Вилле с бокалом шампанского и, пошатываясь, направился к усадьбе.
Глава 10
Вероника шла следом за Мари. Обе искали Рейдара. Бродили по комнатам, залам. Пиджак Рейдара валялся на лестнице, ведущей на верхний этаж, и они поднялись туда. Было темно, но в дальней комнате горел в камине огонь, отсветы играли на стене. У камина сидел Рейдар. Запонки он снял, и рукава висели свободно. На низенькой книжкой полке рядом с ним стояли четыре бутылки “Шато-Шеваль Блан”.
– Я только хотела извиниться. – Мари оперлась о дверь.
– Наплевать на меня, – пробормотал Рейдар, не оборачиваясь.
– Глупо вышло. Надо было сначала спросить, а потом вытаскивать эту куклу, – покаялась Мари.
– Да по мне, хоть все старое дерьмо сожгите.
Вероника подошла к нему, опустилась на колени и с улыбкой взглянула ему в лицо.
– Ты вообще знаком с Мари? – спросила она. – Мари – подруга Давида… по-моему.
Рейдар поднял бокал, показав рыжей, что пьет за ее здоровье, и сделал большой глоток. Вероника забрала у него бокал, попробовала вино и села.
Сбросила туфли, откинулась назад и положила босые ноги Рейдару на колени.
Он осторожно погладил икру с синяком от новых стременных ремней, потом провел пальцами вверх по бедру, до самой промежности. Просто гладил, ему было наплевать, что здесь Мари.
Языки пламени высоко поднимались в огромном камине. Жар пульсировал, согревал его лицо – щеки уже почти горели.
Мари осторожно приблизилась. Рейдар взглянул на нее.
В теплой комнате рыжие волосы начали завиваться. На измятом леопардовом платье расплылись пятна пота.
– Лапочка, – сказала Вероника, убирая бокал, к которому тянулся Рейдар.
– Я обожаю твои книги, – объявила Мари.
– Какие книги? – ощетинился Рейдар.
Он поднялся и принес из застекленного шкафа еще один бокал. Мари, неверно истолковав этот жест, протянула руку.
– Захочешь ссать – обойдешься кружкой, – пояснил Рейдар и выпил.
– Ну зачем ты…
– Хочешь вина – ну лакай тогда, – громко перебил он.
Мари, задохнувшись, покраснела. Дрожащей рукой взяла бутылку, налила себе. Рейдар протяжно вздохнул и сказал, уже помягче:
– Думаю, этот год будет из лучших.
Он пододвинул бутылку к себе и снова сел.
С улыбкой смотрел, как Мари подсаживается к нему, вертит бокал в руках, пробует.
Рейдар рассмеялся и налил ей, посмотрел в глаза, посерьезнел и поцеловал в губы.
– Зачем это? – прошептала она.
Рейдар снова нежно поцеловал Мари. Она отвернулась, но не удержалась и улыбнулась. Отпила вина, посмотрела Рейдару в глаза, потянулась к нему и поцеловала.
Рейдар погладил ей шею, провел по спине, справа, почувствовал, как узкие бретельки платья врезаются ей в плечи.
Мари отставила бокал, снова поцеловала Рейдара, с мыслью “я сошла с ума” позволила ему тискать грудь.
Подавив душившие его слезы, болезненным комом вставшие в горле, Рейдар запустил руку ей под юбку, задел никотиновый пластырь, огладил задницу.
Мари оттолкнула его руку, когда он попытался стащить с нее трусы, встала и вытерла рот.
– Наверное, нам пора спуститься, вернуться на вечеринку. – Она постаралась, чтобы голос звучал нейтрально.
– Верно, – согласился Рейдар.
Вероника застыла на диване, не отвечая на искательный взгляд Мари.
– Вы пойдете?
Рейдар покачал головой.
– Ладно, – прошептала Мари и вышла. Блеснула ткань ее платья. Рейдар уставился в дверной проем. Темнота казалась занавеской из пыльного бархата.
Вероника поднялась, взяла со стола свой бокал и выпила. Под мышками у нее расплылись пятна от пота.
– Свинья, – сказала она.
– Пытаюсь жить на полную катушку, – тихо сказал Рейдар.
Он поймал ладонь Вероники, прижал к щеке и подержал, глядя в грустные глаза женщины.
Глава 11
Когда Рейдар проснулся на диване, огонь в камине уже погас и в комнате стоял ледяной холод. Глаза слипались, и на ум пришли истории, которые жена рассказывала о Песочном человеке. Том самом, что бросает песок детям в глаза, чтобы они уснули и крепко спали всю ночь.
– Проклятье, – выругался Рейдар и сел.
Он был голый, на коже засохло пролитое вино. Издалека, с аэродрома, доносился шум. В пыльные окна светило утреннее солнце.
Рейдар поднялся на ноги и увидел Веронику, которая свернулась на полу у камина. Перед тем как уснуть, она замоталась в скатерть. Где-то в лесу лаяла косуля. Веселье на первом этаже продолжалось, но теперь уже тише. Рейдар вышел из освещенной неверным солнцем комнаты, прихватив полупустую бутылку. Боль ударила в голову, когда он по скрипучей дубовой лестнице поднимался в спальню. Оказавшись на площадке, он остановился, вздохнул и пошел вниз. Осторожно перенес Веронику на диван, укрыл ее пледом, поднял с пола ее очки для чтения, положил на стол.
Рейдар Фрост, шестидесяти двух лет, был автором трех международных бестселлеров, известных как серия “Санктум”.
Восемь лет назад он купил усадьбу Рокста возле Норртелье, куда и переехал с Тюресё. Двести гектаров леса, поле, конюшня и отличный паддок, где он иногда тренировал своих пятерых лошадей. Тринадцать лет назад Рейдар Фрост остался один после того, чего никому не пожелаешь. Однажды вечером его сын и дочь пропали без вести, улизнув из дому к приятелю. Велосипеды Микаэля и Фелисии нашли на пешеходной дорожке возле Бадхольмена. Все, за исключением какого-то говорившего с финским акцентом комиссара, решили, что дети играли слишком близко к воде и утонули в Эрставикене.
Полиция прекратила поиски, хотя тела детей так и не нашли. Жена Рейдара Русеанна не смогла оправиться после потери и к тому же перестала выносить мужа. Она переехала на время к своей сестре, потребовала развода и на деньги, полученные после раздела имущества, уехала за границу. Всего через два месяца после расставания ее нашли в ванне парижского отеля. Она покончила с собой. На полу лежал рисунок Фелисии – подарок на День матери.
Детей так и не нашли. Их имена были выбиты на могильной плите, которую Рейдар посещал нечасто. В день, когда их официально объявили умершими, он созвал друзей и устроил вечеринку. Потом он заботился лишь о том, чтобы не дать ей погаснуть, как не дают погаснуть огню.
Рейдар Фрост верил, что когда-нибудь упьется до смерти. А еще он знал, что если останется один, то покончит с собой.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?