Читать книгу "Опекун для попаданки"

Глава 14. Манюня

Викториан

*

Я ожидал, что Рональдина сразу назовёт имя счастливчика. Но вместо этого женщина пустилась в пространные рассуждения о том, какую великую роль играет зоокомиссия в современном мире и как важно придерживаться идеалов гуманности в отношении к животным.

Она прочитала целую лекцию о необходимости обеспечивать максимальный комфорт нашим питомцам. Ведь они сами не в состоянии позаботиться о себе.

Женщина особо подчеркнула стрессовое состояние Манюни и посттравматический синдром после жестокого обращения на пиратском корабле.

– Так кого же вы выбрали опекуном? – не выдержав, задал вопрос качок-художник.

Ответ Рональдины припечатал меня, как удар под дых:

– Никого.

– Она останется здесь, в этом центре? – уточнил в звенящей тишине Рик.

– Конечно же нет, это против правил, – заявила женщина и добавила, наслаждаясь произведённым эффектом: – Манюня сама выберет себе опекуна.

– Это как? – опешил я.

– Она примат из высших обезьян и обладает довольно развитым мозгом. Посмотрим на её реакцию: кто из кандидатов вызовет её расположение. Мы произвели отбор и оставили из всех соискателей лучших из лучших. Теперь дело за Маней, – пояснила Рональдина.

– И как всё будет происходить? – неуверенно потёр лысую макушку толстяк-кукольник.

– Посмотрим, как она отреагирует на ваш запах и внешний вид, – отметила женщина.

Её главный помощник – похожий на угря Лео Узирани – выступил вперёд и потыкал в свой планшет.

Из небольшого отверстия в потолке высунулась лазерная установка: тонкая металлическая трубочка с небольшим треугольным наконечником, как у стрелы. Я едва сдержал рефлекс, чтобы не нырнуть под стол, утянув за собой Рика. При виде таких военных штучек тело реагировало автоматически, ожидая атаки. Не раз сталкивался с подобным во время сражений.

Но вместо боевого лазера оттуда выскочил голографический луч, сделавший интересную размётку на полу.

Такое чувство, что большую мишень для дартса разрезали пополам и одну половинку придвинули к стене.

– Как вы видите, тут у нас в центре красный полукруг. На него встанет Манюня, – приступил к объяснениям Лео. – За её спиной будет стена, бежать и отступать некуда. От этого полукруга расходятся лучи. Их шесть, по числу соискателей. Каждый кандидат встанет на свой луч. Генерал и адвокат идут за одного, поэтому будут стоять рядом, на одном делении. К какому кандидату подойдёт Манюня, или хотя бы на чей луч она наступит – тот и станет её опекуном.

Вроде бы всё понятно и даже логично.

Вот только для меня такой вариант был рискованным.

– Позвольте мне встать на луч одному, – обратился я к зоокомиссии. – Манюня может испугаться двух мужчин сразу.

Рик, конечно, парень привлекательный по женским меркам. Отлично выглядит, неплохо пахнет. И глаза у него добрые. Но всё равно Маня может насторожиться и не подойдёт к двум мужикам.

– Никаких исключений из правил, – жёстко отвергла мою просьбу Рональдина.

Проклятье… Как же сделать так, чтобы Маня выбрала именно нас?

– Давайте доверимся её инстинктам, – повёл плечом Лео. По-моему, он так и не простил Манюню за прокушенный палец.

– Как вы сидели за столом, в таком порядке вставайте на лучи, полукругом, – распорядилась Рональдина.

Получается, я стоял не только вдвоём с Риком, но и вдобавок в конце шеренги. Точнее, дуги. Более невыгодной позиции нельзя было придумать.

Угорь в очередной раз нажал на планшет, и наступил тот момент, которого я так долго ждал.

Дверь распахнулась, и ввели Манюню. Вооружённые до зубов охранники держали её под руки с двух сторон и буквально тащили в зал, преодолевая сопротивление хрупкой самочки.

Сердце сделало рваный кульбит, из помещения словно выкачали весь воздух.

Я был потрясён. На меня произвели сильное впечатление изящность, нежность, да и в целом милота Манюни. Её густые шикарные волосы – длинные, белые, шелковистые, в которые хотелось зарыться пальцами. Миловидное личико. Точнее, мордочка. Да нет же, личико! Огромные серебристые глаза, в которых можно было утонуть. Ровный аккуратный носик, нежные пухлые губы. Светлая персиковая кожа. Босые ступни с маленькими пальчиками, каких не бывает у арнианок с их большими размерами ноги.

А ещё я был поражён тем, во что она была одета!

Вот честно – если бы её привели сюда обнажённой, это выглядело бы менее провокационным.

То ли она отняла наряд у какой-то мартышки, то ли её намеренно так вырядили, но при виде Мани я нервно сглотнул. Чересчур облегающее и до неприличия короткое платье с глубоким декольте слишком подчёркивало все изгибы женственной фигуры, впиваясь в тело и едва прикрывая попу.

Рик за моей спиной судорожно выдохнул.

А в штанах толстяка-кукольника образовалась большая выпуклость.

И чисто по-мужски я его прекрасно понимал!

А ещё мне совершенно не понравилось то, каким голодным, вожделенным взглядом уставился на Манюню Джон Роу. У этого вояки аж вены вздулись на висках.

– На выход! – возмущённо посмотрев на взметнувшуюся «палатку» чуть ниже пряжки ремня в брюках кукольника, Рональдина решительно показала ему на дверь.

Лицо мужика пошло пурпурными пятнами, и он обречённо побрёл из зала.

– Не забывайте, что перед вами не сексуальный объект, а домашний питомец! – рявкнула на нас Рональдина.

Мы все дружно кивнули как по команде.

– Итак, приступаем, – подвёл итог Лео, когда двое вояк поставили Маню в красный полукруг у стены.

Самочка обхватила хрупкие плечи руками, обводя нас испуганным взглядом, и мне дико захотелось схватить её и спрятать от всего мира.

Только бы она выбрала меня…

Глава 15. Похищение

Мария

*

Передо мной замерли шестеро мужиков на пяти лучах, буравя пристальными взглядами. А чуть поодаль выстроились в шеренгу семеро знакомых мне садистов в белых халатах, которые с любопытством гиен наблюдали за этой сценой.

Я вжалась в стенку, инстинктивно обхватив себя руками и кляня чересчур вызывающее платье. Но если бы не оно, эти твари меня бы вообще приволокли сюда в голом виде.

Хорошо, что я смогла дотянуться до соседней клетки, где недавно держали гориллу, и схватила оставленный там цирковой наряд. Узкий, короткий и блестящий. Чёрный с фиолетовой и жёлтой вышивкой. Обезьяне он никогда не нравился. Мне тоже.

Едва в него влезла.

А когда мою самодеятельность заметили и попытались стащить с меня это одеяние, – шипела, вырывалась, царапалась и кусалась изо всех сил. Если бы могла – ещё и орала бы при этом. Только горло было повреждено и выдавало лишь шипение или стоны.

В конце концов победа осталась за мной, и меня поволокли на выход прямо в этом откровенном костюме.

Теперь вот застыла перед шестью мужиками, а внутренний аналитик подавленно вопрошал: как меня, фотомодель Марию Розанову, угораздило попасть во весь этот ад?

Я всего-навсего отправилась на пикник с друзьями. Мы поехали на наше старое излюбленное место, куда выбирались несколько раз в год. Широкий песчаный пляж на берегу большого озера. Впереди – изумрудная гладь воды, за спиной – сосновый лес. Над головой – безмятежные облака.

Нас было шестеро: я, две мои подруги – Лариса и Таня, их мужья. И брат Ларисы – Антон, недавно вернувшийся из Италии. Лара была уверена, что мы с Тони могли бы стать отличной парой и поставила цель свести нас вместе. Не могу сказать, что мне сильно нравился этот высокий замкнутый блондин. Но и антипатии я к нему не испытывала. Симпатичный, но слишком скованный.

Он вёл себя очень сдержанно: не делал мне комплиментов, не пытался заигрывать. Ну а я первая никогда не навязываюсь мужчинам. Он лишь украдкой бросал в мою сторону оценивающие взгляды.

Поймала себя на мысли, что Тони изучает меня, как неведомую зверюшку.

Такое чувство, что в тот момент я себя сглазила…

Пока друзья растягивали большую палатку, Антон занялся костром, а меня потянуло к озеру – пройтись вдоль воды.

Отошла не так уж далеко – метров на сто, наверное. Прогуливалась, любуясь красотой заходящего солнца. И остолбенела, увидев в небе странные яркие огни в виде круга.

Это определённо не было самолётом!

– Ребята, там НЛО! – заорала я друзьям, тыкая пальцем в небо.

Даже не знаю, услышали ли они мой крик.

Потому что не успела моргнуть, как меня затянуло в искрящийся луч, от которого голова взорвалась острой болью, и я потеряла сознание.

Очнулась на борту этой проклятой тарелки. Точнее, на операционном столе.

Обнаружила себя обнажённой и привязанной за руки и за ноги к холодному пластиковому столу. Голова была зафиксирована металлическим ободком.

А ещё у меня дико саднила шея. Словно в горло насыпали битого стекла – мелкого и горячего. Попыталась закричать, но получились лишь хрипы.

Повернула голову и увидела возле себя двух мужиков – брюнетов с сероватой кожей, в чёрной униформе. В руке одного из них было нечто, напоминающее шприц.

Я не понимала, что они говорят, но было ясно, что они ругались между собой. Тот, что повыше, был готов прибить второго, со шприцем, – то и дело толкал его в грудь, орал и периодически махал в мою сторону. А ещё хлопал самого себя по шее, голове и губам, пытаясь донести до провинившегося какую-то мысль.

Пока шли эти разборки, я попыталась выскользнуть из удерживающих меня пут, но это оказалось невозможно. От отчаяния по лицу потекли слёзы. С большим трудом взяла себя в руки и попыталась понять, из-за чего разгорелся такой спор.

Безумно хотелось верить, что меня похитили случайно и осознали свою ошибку. И вот-вот вернут домой, на родную планету. Хоть в дикое африканское племя, всё равно, лишь бы на Землю.

Внимательно наблюдая за пришельцами, начала догадываться, что мужик со шприцем ввёл мне в шею какой-то неправильный препарат. Или сделал это не так, как нужно. И теперь у меня из-за этого проблемы с голосом. И высокий его за это отчитывал.

Заметив, что я проснулась, высокий подскочил ко мне, что-то пробормотал и с досадой покрутил в руках прядь моих белых волос.

Белых!

У меня всё похолодело внутри: я же была шатенкой! Что эти гады со мной сделали, что я разом поседела? И мой голос? Вернётся ли он, или я до конца жизни буду шипеть, как несчастная змея?

Лишь потом, некоторое время спустя, я поняла, что это была не седина. Просто я внезапно стала платиновой блондинкой.

Судя по растерянным лицам моих похитителей, они сами не ожидали такого эффекта.

Высокий быстро залопотал, пытаясь мне что-то объяснить, но я смотрела на него непонимающими глазами, полными слёз.

С досадой фыркнув, он быстро освободил меня от пут, подхватил на руки и притащил в небольшую каюту, напоминающую бочку, где из мебели была лишь кушетка с мягким синтетическим матрасом и небольшой стол.

За незаметной боковой панелью обнаружился шкаф, откуда пришелец достал для меня подобие серебристого платья, по форме напоминающее мешок с вырезами для головы и рук.

И бормоча под нос какие-то ругательства, выскочил за дверь, которая закрылась за ним с тихим шипением.

Всё, Маня, допрыгалась. Погуляла у воды. Добро пожаловать в космос...

Глава 16. Отбор

Викториан

*

Манечка застыла у стены, не собираясь делать никакой выбор.

– Сделайте к Манюне шаг вперёд, чтобы ей было проще уловить ваш запах, – скомандовала Рональдина.

Мы все дружно шагнули.

Маня вжалась в стену ещё сильнее.

Я внимательно рассматривал её хрупкую фигурку, подмечая всё новые детали. Заметил небольшое пятно крови в уголке рта. Встревожился: это её собственная или она кого-то укусила? Синяки на руках. Растрёпанные волосы.

Такое чувство, что она недавно с кем-то дралась.

– Постарайтесь привлечь внимание самочки, приманить её к себе. Но оставайтесь на месте! Действуйте в порядке очереди, начиная с первого в ряду, – озвучила новое указание Рональдина.

Итак, кроме нас с Риком, было ещё четверо претендентов.

Первым оказался долговязый худой блондин с белесыми глазами снулой рыбы. Для таких весь мир – сплошная депрессия. Где только берут таких кальмаров?

Неуверенно переступив с ноги на ногу, он помахал Манюне рукой, как вентилятор в истерике, и похлопал себя по бедру:

– Зая, ко мне!

Лучше бы он себе по голове постучал.

В глазах Мани вспыхнул вопрос: «Мужик, ты вообще охренел?»

Она демонстративно отвернула от него носик в сторону.

Но этот кальмар не успокаивался:

– Ко мне, зая! Ко мне!

Он бил себя по бедру с таким остервенением, словно за что-то себя наказывал.

Повторного взгляда он уже не удостоился.

– Следующий! – скомандовала Рональдина.

Плечи блондина поникли, и всеобщее внимание переключилось на рыжего парня с веснушками. Тихий, флегматичный. Тонкие губы-бритвы, близко посаженные глаза. Вроде бы он вёл себя адекватно, нормально отвечал на вопросы при собеседовании. Но всё равно он инстинктивно вызывал у меня недоверие. Я чувствовал, что парень с гнильцой. Ни за что бы не взял его в разведку своим напарником. Предаст врагам за печенюшку.

– Кири-кири-кири, иди сюда! – поманил он Манюню пальцем, звонко похлопал в ладоши, как в театре, и снова поманил: – Кис-кис-кис! Давай ко мне, котёнок!

На лице Мани застыл вопрос: «Совсем идиот?»

– Достаточно, – вынесла вердикт Рональдина. – Следующий!

Качок-художник улыбнулся и внезапно принялся стаскивать с себя футболку, обнажая мускулистый торс.

Изображает перед Маней самца, чтобы вызвать её интерес?

Гад.

– Вы что вытворяете? – возмутилась Рональдина.

– Хочу, чтобы обезьянка поняла, что я не скрываю под одеждой ничего опасного. Пусть проникнется ко мне доверием и почувствует мой запах, – он помахал на Маню своей футболкой.

Серые глаза лапушки расширились от изумления.

– А, тогда ладно, – ответила учёная дама. – Только штаны снимать не советую.

– Конечно, я понимаю, – затряс головой качок. – Иди сюда, моя хорошая! Ты такая красавица! Будешь моей моделью для рисования, да? – зачем-то похлопывая себя по груди, ласково уговаривал он Манюню.

Но та смотрела на него с опаской, как на уроненного в детстве маньяка.

– Интересная стратегия, но она не сработала, – вынесла вердикт Рональдина. Качок с досадой поморщился. – Следующий!

Последний, кроме нас с Риком, кандидат вызывал у меня наибольшие опасения.

Жгучий брюнет с волосами чуть ниже плеч. Гармоничные черты лица. Цепкий взгляд, дорогой костюм. Спортивная фигура. Этакий хищник в городских джунглях. Держался очень уверенно, привычно покоряя женский пол одним только взглядом.

И этот поганец хорошо подготовился!

Достал из кармана сочное красное яблоко и протянул его лапушке, с хрипловато-сексуальным придыханием произнеся:

– Маня…

Рональдина – и та прониклась, нервно потеребив верхнюю пуговку халата.

В душе всё обрушилось: я был уверен, что проиграл этому дерзкому искусителю. Он сейчас заберёт мою Маню, увезёт к себе домой. В голове уже выстраивался план по захвату его дома, похищению Манюни и бегству за границы Серого сектора.

Но моя лапушка меня удивила. Всех нас.

Вместо того, чтобы поддаться искушению и взять яблоко, она посмотрела на брюнета, как на опасного змея, а в её глазах высветилось возмущённое: «Да ты издеваешься?!»

Я даже не понял, почему она так отреагировала. Может, предлагать надо было что-то другое? Более вкусное? Например, хомячка?

Взял это себе на заметку.

Глава 17. Выбор

Мария

*

Я ожидала, что эти типы будут делать ставки на меня, как на аукционе. Кто даст больше – тому и вручат живой приз. Только на сколько? На час, день, неделю, месяц, год? И сколько таких аукционов у меня впереди?

Но вместо озвучивания ставок мужчины начали пытаться привлечь моё внимание. А может, у них такой спор – выиграет тот, кого я выберу? Получит много денег, а заодно меня. Опять же, на какой период?

Кажется, в этой игре были свои правила. По крайней мере, эти типы ко мне не прикасались, а лишь облизывали взглядом. Ну, некоторые из них.

Белесый верзила с безжизненными глазами потомственного некроманта меня откровенно пугал. И он так рьяно лупил по своему бедру, призывая к себе, что было несложно догадаться: мои ноги постигнет та же участь, если я выберу его.

Рыжий с его «кири-кири-кири» и хлопками в ладоши, как на детском утреннике, откровенно выбесил. Надоело, что ко мне относятся тут как к животному. Да и вообще в целом он был каким-то неприятным. Слишком прилизанный. Да вокруг него даже микробы ходят строем.

Атлет сразу принялся раздеваться. Наверное, решил показать себя во всей красе. Бой-баба его резко одёрнула, и он оставил на себе штаны. А потом ещё и помахал на меня своей потной футболкой. Аж затошнило от его запаха.

Вообще, я долгое время была уверена, что командует тут всем именно эта рослая мужеподобная женщина, от которой коням стоит держаться подальше, а избам срочно заниматься самотушением. Про себя я называла её Бертой – по аналогии с «Большой Бертой» – огромной немецкой гаубицей времён Первой мировой войны.

Но потом пришёл он. Самоуверенный, бесцеремонный, жёсткий. Этакий властный пластелин с генеральскими замашками. Тот, перед кем склонялись и лебезили все. Кроме меня.

И этот гад прекрасно знал, что я разумный человек, а не какая-то там зверюшка. Его забавляло моё унизительное положение – что меня держат без одежды в клетке, кормят по часам из миски и пытаются обтирать моё тело влажными полотенцами. А иногда просто обливают из шланга.

Конечно, среди персонала встречались те, кто искренне считал меня экзотической обезьянкой. Но были и такие, кто в этом сомневался. Смотрели на меня с сочувствием. Но они боялись пикнуть под суровым взглядом вояки. И ничего не делали, чтобы помочь.

Этот белобрысый гад приходил ко мне несколько раз. Сначала просто оценивающе сканировал взглядом, словно принимая решение, что со мной делать, а потом дошло до того, что припёр к стенке и грубо поцеловал. Нагло, жёстко, держа за горло.

Сопротивляясь, прокусила ему губу, а он лишь расхохотался в ответ.

А потом припал к моему уху и хрипло что-то произнёс, обжигая горячим дыханием.

Даже без переводчика догадалась: это была угроза о том, что скоро я окажусь в его власти. И вот теперь был организован такой фарс – эта странная игра, где мужики на жёлтых лучах пытались приманить меня к себе.

А в паре шагов позади них стояли семеро в белых халатах. И белобрысый гад – посередине.

Никто, кроме меня, не видел, с какой издёвкой и одновременно вожделением он на меня смотрел. Откровенно, бесцеремонно, обжигающе.

Определённо, он оценил короткий обезьяний наряд на моём теле.

Я старалась не подавать вида, но мне было настолько неуютно от его разглядываний, что хотелось забиться под плинтус.

Но пока что всё, что я могла, – это вжаться в стену и обхватить себя руками за плечи, прикрывая глубокое декольте.