Читать книгу "Гостиница заблудших душ"

Глава 4

– Девушка, я не пойму, вы денег хотите? Так я могу дать! Сколько? Или вам нужны неприятности? Их я тоже могу вам устроить!

Четверг выдался сложным. Лина первый раз вышла на прием граждан. Вела прием, конечно, Анна, а задачей Лины было стоять рядом и учиться, но это не сильно облегчало ситуацию. Поток людей не иссякал, у каждого посетителя были свои проблемы, требующие вдумчивого разговора, и к середине дня Лина стала брать на себя часть обращений. Вот взяла на свою голову стоящего напротив мужчину, которому требовался ордер на квартиру, но получить его он не мог. Во всяком случае, у них.

– Давайте успокоимся и не будем ссориться, – проникновенно проговорила Лина. – Как я уже сказала, ордеров у нас на хранении нет. Они находятся в управлении жилищного фонда, поэтому вам нужно обратиться туда.

– Вам что, нравится меня пинать из организации в организацию? – прошипел мужчина, эмоции которого явно требовали выхода, и лучшего способа, чем наорать на Лину, он найти не смог. – Я вам что, мальчик для битья? Ванька-встанька? Если не хотите нормально работать и давать людям то, что им нужно, не надо идти на такую работу!

Он говорил что-то еще, но Лине на какое-то время удалось отключиться от звука его голоса. Виноватой она себя не чувствовала, понимая, что посетитель требует того, чего их архив дать просто не в силах, но все равно было неприятно. Мужчина упрямо не желал понимать, что не все вопросы решаются скандалами. Если у них каких-то документов нет, то ни от криков, ни от угроз они, к сожалению, не появятся.

А ведь за этим скандалистом, пришедшим не по адресу, другие люди ждут своей очереди, чтобы решить насущные вопросы. Если бы мужчина спокойно выслушал ее, ознакомился со стендом с адресами и отправился в управление жилищного фонда, они уже успели бы принять еще несколько человек. А он сам оказался бы гораздо ближе к нужному результату, чем был теперь. Увы, объяснить ему это не удавалось.

– Вы меня слышите вообще, нет? Я в суд подам!

– Подавайте, – вклинилась в разговор Анна, отвлекшись от женщины, с которой разговаривала. – Это ваше право. Но, скажу вам сразу, смысла в этом не будет никакого. Специалист сказал вам, что у нас ордеров нет, и подсказал, где они находятся. Чем идти в суд и оплачивать судебные издержки, ваши и наши, поскольку суд вы все равно проиграете, уже давно бы получили свой ордер, обратившись в управление жилищного фонда.

– Вы что, сговорились все?

Лина снова постаралась не слушать очередной поток ругательств и оскорблений. Причем мужчина явно распалялся все сильнее от осознания того, что у него есть зрители.

Люди в очереди вели себя по-разному. Кто-то с обреченным видом ждал разрешения ситуации, другие уже начинали роптать. Одна женщина, одетая в пеструю юбку, закрытую, несмотря на жару, блузку и платок с длинными кистями, нервно вышагивала из стороны в сторону, поглядывала на кричащего мужчину и беззвучно шевелила губами.

– Слушай, мужик, ты тупой, что ли? – не выдержал другой мужчина примерно того же возраста, что и скандалист, но несколько выше и шире в плечах. Он пришел совсем недавно и сейчас был в очереди последним, но нервы у него сдали быстрее, чем у других. – Тебе русским языком сказали, что ордер твой в жилищном фонде! Может, тебе морзянкой это по лбу настучать, чтобы лучше дошло? Я могу, если что.

Скандалист обернулся, визуально оценил габариты добровольного помощника, готового объяснить ситуацию альтернативным образом, как-то моментально успокоился и снова повернулся к Лине уже с совсем другим выражением лица.

– Так что, мне там, в этом вашем фонде, дадут наконец ордер? – спросил почти заискивающим тоном, разительно отличающимся от того, что звучал еще минуту назад.

Лина уже отвечала на этот вопрос минут десять назад, но сейчас почти дословно повторила:

– Для получения ответа вам нужно обратиться в соответствующую организацию с письменным запросом, как к нам. Приемный день в управлении жилищного фонда был вчера, но вы можете отправить письмо, которое будет рассмотрено в установленные сроки, после чего вам будет предоставлен ответ.

Она сама была не в восторге от нарочитой казенности фраз, но уже знала со слов коллег, что именно такие формулировки хорошо действует на проблемных заявителей. Многие считают это показателем профессионализма и начинают прислушиваться к словам специалиста.

– Ну так бы сразу и сказали! – заявил мужчина почти радостно. – А где можно узнать адрес фонда?

– На стенде, вон там, – с каменным лицом в который раз указала Лина.

Мужчина кивнул и направился к стенду, где сфотографировал нужную информацию, а Лина не удержалась и обменялась с Анной многозначительными взглядами. В глазах коллеги читалось: «Вот! А ты не верила, что так бывает…»

Лина действительно не поверила, когда в прошлый приемный день Юра жаловался на одну из посетительниц:

– Я ей три раза – три! – объяснил, что за справкой о начислении заработной платы она должна обратиться в тот санаторий, в котором работала в восьмидесятые годы, так как он еще действует и вполне процветает, но она меня словно не слышала и гнула свою линию. Думал, с ума сойду… Реально как об стенку горох…

– И как же ты в итоге справился? – с сомнением поинтересовалась тогда Лина. Про себя она решила, что Юра, должно быть, просто не слишком доходчиво объяснял.

– Да никак… – Юра пожал плечами. – Сан Саныч зашел, услышал наш разговор, а потом даме этой слово в слово повторил то, что я ей уже сказал. Она его поблагодарила и ушла.

– Это потому, что ты молодо выглядишь, – хмыкнула тогда Жанна Семеновна. – А Сан Саныч – взрослый и внушительный мужчина. Вот она и прислушалась к нему, а тебя игнорировала.

Лина тогда все же решила, что коллеги преувеличивают, а Сан Саныч в действительности просто более внятно преподнес ту же самую информацию, что пытался донести до посетительницы Юра. Однако теперь она уже не была в этом так уверена.

Проводив скандалившего мужчину взглядом, Лина снова посмотрела на ожидающих своей очереди граждан. Она намеревалась узнать у нервной женщины, в чем ее вопрос, поскольку ей показалось, что той больше других нужна срочная помощь. Может, ребенок дома один остался или с работы ненадолго отпросилась, надеясь быстро все решить. Однако женщины уже нигде не было. Видимо, не выдержала и незаметно ушла прежде, чем вопрос с ордером так внезапно разрешился.

После обеда поток посетителей внезапно схлынул. Только одна девушка забрала выписку по своему дому, поблагодарила и упорхнула. Анна велела Лине идти в кабинет, заявив:

– Лучше другими делами займись. Почему-то люди всегда ломятся к нам с утра, а теперь до самого вечера будет тишь да гладь.

Вернувшись в кабинет, Лина пододвинула к себе стопку несложных запросов, которые должна была обработать. На верхнем документе значилось: «О переименовании улицы Рабочей». Это моментально заставило вспомнить ее недавнего гостя, которому требовалась справка о перенумерации дома. Она как будто снова увидела перед глазами высокую фигуру в строгом старомодном костюме на фоне окна, услышала обволакивающий нетерпеливый голос, требующий документ немедленно.

– А за справкой так и не пришел, хотя сегодня уже четверг, – пробормотала Лина себе под нос.

Если бы незнакомец приходил во вторник, запрос тоже передали бы ей, а она такого не видела. Лина очень хорошо запомнила адрес, ведь мужчина повторил его несколько раз: Морская, восемь. Интересно, что это за дом?

Найти нужную информацию не составило особого труда. Часть документов, особенно старых, уже оцифровали и каталогизировали, поэтому достаточно было ввести в поиск нужный адрес – и все имеющиеся сведения появились на экране. К сожалению, как Лина уже успела узнать, в таком удобном виде хранилось от силы пять процентов информации, а на продолжение работы по оцифровке не хватало ни техники, ни рабочих рук: занимавшийся этим отдел уже некоторое время не работал, поскольку все три специалиста уволились и на их место пока никого не могли найти.

Как бы там ни было, а интересующий Лину адрес оказался в крошечном проценте отработанного, позволяя быстро выяснить главное.

Улица Морская, несмотря на название, находилась на противоположном от моря конце города. Дом номер восемь сперва значился как восемь дробь восемь, а после перенумерации осталась только первая цифра. Откуда там изначально взялась дробь, Лина так и не поняла. Обычно такие номера дают домам на перекрестках, но, судя по схеме из городского управления градостроительства, никаких перпендикулярных улиц рядом не было. Впрочем, едва ли это имело значение.

Сам дом оказался усадьбой, построенной в начале девятнадцатого века и тогда принадлежавшей некоему Фролову, судя по документам, местному купцу. Однако первый хозяин довольно быстро умер и оставил дом сыну, после скоропостижной смерти которого дом долго стоял заброшенным. После революции бесхозное имущество национализировали, а после войны в усадьбе открыли туберкулезный санаторий. Когда Советский Союз прекратил свое существование, здание снова забросили, но в начале двухтысячных нашлись предприимчивые дельцы, превратившие бывшую усадьбу в роскошную гостиницу. Однако та просуществовала недолго: ее закрыли уже через два года, и теперь здание снова потихоньку ветшало.

Скользя по строчкам на экране, Лина задумчиво грызла кончик ручки. Мужчина, посетивший ее, мог быть новым хозяином бывшей усадьбы или его доверенным лицом. Кажется, именно таким лицам обычно нужны общие справки о недвижимом имуществе.

Но даже если так, все равно возникала целая туча вопросов.

Кому и как могло прийти в голову заглянуть в выходной день домой к только что устроившемуся на работу сотруднику и требовать справку у него? Люди обычно вообще не рассматривают исполнителя как некую личность. Даже если это большие люди, желающие сделать все побыстрее и попроще, они приходят в рабочее время к руководителю и разговаривают с ним наедине за закрытой дверью.

Да и как незнакомец узнал ее адрес? Как попал в квартиру? Да, конечно, дверь какое-то время была открыта, но, когда Лина выбегала следом за кошкой, на площадке никого не было! Да и спрятаться там негде. По лестнице навстречу ей никто не поднимался, а она не покидала подъезд, только спустилась немного, так что пройти мимо нее тоже никто не мог.

Сама не зная зачем, Лина невозмутимо подготовила справку о перенумерации восьмого дома по улице Морской, а потом, убедившись, что на нее никто не смотрит, незаметно сунула ее в свою сумку.

Теперь, если загадочный незнакомец решит снова нанести ей визит, она будет к этому готова. Возможно, ей даже удастся задать ему все интересующие вопросы и получить на них ответы.

О том, чем ей может грозить повторный визит неизвестного мужчины и ее собственное любопытство, Лина старалась не думать. В ее жизни впервые происходило что-то необычное и интригующее.

Глава 5

Вечером Лину ждала давно назревшая проблема. Смеситель в ванной подтекал с самого начала, но руки до него все никак не доходили. Она собиралась в выходные подкрутить гусак, как подсмотрела в одном видео, но судьба распорядилась иначе. Уже в четверг кран встретил хозяйку тонкой струйкой из-под гайки и противным пофыркиванием. Пришлось быстро переодеваться и доставать из кладовой запас прабабушкиных инструментов. Они были старые, местами с ржавчиной, но еще вполне могли послужить.

Гайка поддавалась плохо: мешала текущая вода. Лина попыталась перекрыть ее во всей квартире, но кран, который это делал, видимо, тоже был древним, как и все остальное, поэтому держал плохо. Мисти сидела на бачке и с нескрываемым любопытством наблюдала, как Лина, шипя сквозь зубы, пытается подкрутить гайку, не давая гусаку упереться в стену. Вода брызгала на пол и намочила ноги, пассатижи поцарапали руки, но через какое-то время Лине удалось приноровиться и мелкими плавными движениями подтянуть гайку.

Конечно, кран требовал замены, как и многое другое, но все сразу заменить не получится, еще надо бы разобраться, что лучше взять, чтобы потом через полгода снова не менять и не тратить лишние деньги. Пока хоть как-то работает, сойдет и то, чем пользовалась прабабушка.

Сделав что могла, Лина подала воду и присмотрелась к крану. На первый взгляд все было нормально, но потом ей показалось, что где-то еще все-таки подтекает, и она залезла в ванну, чтобы посмотреть поближе.

Это оказалось не совсем верным решением: нога, поскользнувшись на мокром, поехала назад. Руки инстинктивно схватились за то, что промелькнуло перед глазами, а это оказались шланг душа и смеситель. Лина каким-то образом одновременно задела «пимпочку», переключающую подачу воды с гусака на душ, которую в видео называли умным словом «дивертер», и один из кранов, в результате чего холодная вода окатила ее с ног до головы.

Рядом раздраженно мяукнула Мисти, которой тоже досталось, поскольку незапланированный душ превратился в маленький фонтан: лейка оказалась на дне ванны, когда Лина выронила ее. Посмотрев на недовольную кошачью мордочку, она внезапно расхохоталась.

– Мисти, купаться полезно. И не надо корчить такую рожицу! Давай лучше вытирать пол и стены, пока мы не устроили душ соседям снизу.

Когда ванна наконец снова приобрела почти нормальный вид, Лина решила вознаградить себя за непростой денек и заменить скучный ужин, который к тому же надо было готовить, неполезными, но очень приятными сладкими удовольствиями. В чашку свежесваренного какао она насыпала горсть забавных мелких зефирок в форме сердечек, открыла пачку печенья с кусочками шоколада и добавила к этому булочку с изюмом от тети Аши. Та уже пыталась соблазнить ее другими вариантами, но Лина пока оставалась верна им.

– Нет, ничего у меня не слипнется, – хмыкнула она, когда Мисти, вспрыгнув на кресло, укоризненно посмотрела на низкий журнальный столик.

Помимо сладкого разврата, на нем поджидала еще и недочитанная книга из библиотеки прабабушки. Усадив кошку себе на колени, Лина устроилась в потертом, но удобном кресле под торшером и запустила пальцы в кошачью шерсть, поглаживая питомицу. Та тихо заурчала от удовольствия.

Однако перипетии любовного романа, начатого еще накануне, сегодня почему-то не очень-то увлекали. Поведение героев казалось неестественным, наигранным, ситуации – притянутыми за уши, проблемы неубедительными. А еще вчера подобных ощущений не было. Лина решила, что просто устала, потому и не может нормально погрузиться в историю.

Она отложила книгу, откинулась на спинку кресла, чуть сползая вниз, и подтянула поближе тарелочку с печеньем. Какао успело немного остыть, зефирки частично растворились, образовав причудливую шапочку. Мисти урчала, прикрыв глаза и расслабившись от ласковых прикосновений, и Лина поймала себя на мысли, что это и есть настоящее счастье. Иногда для него нужно так мало: просто остаться наедине с собой. Там, где тебе уютно, где действуют только твои правила, где никто не стоит над душой и ничего не требует.

В доме матери она никогда не смогла бы заменить ужин на посиделки в кресле с книгой, какао и сладостями. С этим у них всегда было строго: есть нужно только за столом, на обед обязательно должен быть суп, а на ужин – что-то горячее и полноценное. И никаких исключений. Вынести чашку с напитком из кухни считалось смертным грехом.

Были и другие вещи, раздражавшие Лину, особенно в подростковом возрасте. Не слишком-то интересуясь жизнью дочери, мать реализовывала свою заботу через периодические обыски комнаты Лины. Никак иначе она назвать это не могла: мать просто приходила в любое удобное для нее время, начинала рыться в письменном столе, проверяла содержимое книжного шкафа, а под конец совала нос и в платяной.

– Мало ли что ты тут прячешь! – объясняла она. – В твоем возрасте за детьми должен быть глаз да глаз!

Лина не считала себя ребенком, ужасно злилась и пыталась заявлять о личных границах, но мать в ответ только смеялась и напоминала, что это ее дом, а потому никаких границ у Лины быть не может.