Текст книги "Пояс шахида"
![](/books_files/covers/thumbs_240/poyas-shahida-23377.jpg)
Автор книги: Лев Пучков
Жанр: Боевики: Прочее, Боевики
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Это не глюки и не просто совпадение по внешности, – предвосхитил реплику Север. – Это ОН. Приз в студию!
Сыч неопределенно хмыкнул, выбрал кадр поудачнее, «запаузил» его и принялся рассматривать, сосредоточенно хмуря брови. Нет, Гран-при за операторские успехи Север, конечно, не получит. Но полную реабилитацию за свою давешнюю нерасторопность, безусловно, заслужил.
Дело в том, что один из троицы проворных горцев, угодивших в объектив Северовой камеры, был безоговорочно идентифицирован боевыми братьями как Ахмед Сатуев. Ошибка тут исключена: если Север и мог попасть под обаяние случайного внешнего сходства, характерного для многих представителей горской породы, то Сыч в данном вопросе выступал в роли непререкаемого эксперта.
Думаю, вам бы тоже запомнился некультурный мужлан, который с семи метров выпустил в вас тридцать пуль. Учтите также, что спустя две секунды после того, как в вас эти пули не попали, вы намеренно прострелили мужлану правую руку и, взяв в плен, почти два месяца держали его в подвале с целью обменять на деньги (читай – продать). А в процессе этого самого пресловутого обмена старший братец мужлана устроил на вас настоящую облаву по всей ЗОНЕ, в результате чего вы не только остались без денег и заложника, но и едва ноги унесли. И долго еще после этого вынуждены были озираться по сторонам на предмет сохранения своей дырявой шкуры, а также отказываться от многих рисковых предприятий, которые сулили хороший барыш.
Как вам: запоминающаяся личность? Кроме того, в отличие от братца Ахмед – красавец. Высокий, упитанный, румяный, важный такой, бровьми союзен, блин, кровь с молоком, одним словом. Мистер Нохча-2001 да и только! Мог бы, конечно, стать и мистером 2002, но – увы. Теперь уже все. Теперь вряд ли…
А теперь – пару слов о братце. Ахмед, конечно, красавец, отнюдь не дурак и при случае может развлечь старых знакомцев какой-нибудь маленькой пакостью. Но по сравнению со своим двоюродным братом по отцу, Бесланом Стауевым, наш красавчик – полный ноль.
Беслан – один из самых, как любят в последнее время выражаться военные умники, одиозных полевых командиров. Хитромудрый стратег, хладнокровный палач и умница – можно даже сказать, настоящий серый кардинал террористического подполья, намеренно не рвущийся на первое место, но пользующийся безусловным авторитетом и поклонением среди широких масс ЗОНЫ и далеко за ее пределами.
Так вот, Ахмед – всего лишь порученец своего грозного братца, исполнитель. И если сбоку от какого-нибудь мероприятия начал мелькать Ахмед, будьте уверены – в этом мероприятии имеются интересы Беслана.
Теперь вопрос. За каким чертом Беслан отправил своего братца в Стародубовск за несколько дней до приговора? Только ли, чтобы поглазеть на процесс?
– Так… Поехал я к дяде Толе, – после непродолжительных размышлений решил Сыч. – Пусть голову ломает – он умный.
– А всего-то делов – вовремя поймать цель в объектив, – скромно напомнил о себе Север. – Правильно?
– Вопросов нет, – рассеянно кивнул Сыч, пихая камеру за пазуху. – Полная реабилитация, братишка. Камеру на час конфискую. Покажу личико дяде Толе. А то ведь не поверит! Все, бывай…
Теперь, уважаемые мои слушатели, пока Сыч с Мо едут с докладом к Шведову, полагаю, следует потратить несколько минут на комментарии. В противном случае у тех, кто впервые знакомится с командой Сыча, могут возникнуть некоторые вопросы по существу. Те же, кто все предыдущие книги читал, могут смело пролистнуть следующие две странички и продолжать далее.
Итак, господа, мои комментарии.
Во-первых – ЗОНА. Никакого покушения на классику: ЗОНОЙ можно назвать любую территорию, на которой творятся странные явления неспецифического характера, не подпадающие под общепринятые параметры. Так вот, ЗОНА, если вкратце, – это все, что за Стародубовском и аж до самой грузинской границы (а за последние два года плюс Ахметский район Грузии). Эта обширная территория по-прежнему декларативно именуется частью Федерации и числится в разряде законопослушных регионов, ей даже аббревиатуру придумали подходящую: СКР (Северо-Кавказский регион). Но команда Сыча и иные хищники, что промышляют в этой области, называют ее просто и емко – ЗОНОЙ. Видите, никакого плагиата.
ЗОНА эта живет и питается по своим неписаным правилам. Здесь совершенно иные понятия о ценности человеческой жизни и цене на разнообразный товар повышенного спроса. Здесь в течение последних пятнадцати лет пропадали, и по сей день, независимо от размаха так называемой контртеррористической операции, пропадают люди, машины и целые эшелоны – безвозвратно, безнадежно, безысходно. Черная дыра земного происхождения. В этой ЗОНЕ законы, в общепринятом понятии этого слова, не действуют. Здесь действуют законы сильнейшего и всеобщей покупаемости, действуют полевые командиры и просто «индейцы», а также всяческое интернациональное отребье авантюрного профиля и некоторые господа, зарабатывающие себе на жизнь ратным трудом.
А еще в ЗОНЕ действуют разнообразные мелкопоместные князьки. Князькам этим наша Конституция в законодательном порядке дала в кормление – совершенно официально, прошу заметить, довольно приличные наделы земель, не очень густо населенных народом, но обладающих правами отдельных государств. Вот они и балуют, кто как может на свой манер. «Возьмите столько суверенитета, сколько сможете унести…» Помните? Ну и взяли… В принципе, хотели-то как лучше, а получилось – сами видите. Результат – ЗОНА…
Краткие сведения о команде.
Вдохновитель и организатор всех наших побед, мозговой центр боевого братства: Шведов Анатолий Петрович. Он же Алексей Федорович Чернов, он же Седой и Папа. Зрелый мужчина, борода, осанка, чем-то на Юрия Лонго похож, только не черный, а седой. Бывший полковник КГБ-ФСК-ФСБ. Двадцать лет прилежно трудился в органах, имел успехи, большие связи, многого достиг. Присутствовали все предпосылки, чтобы стать полковнику генералом и подняться еще выше, но, как это принято в их кругах выражаться, стал вдруг Анатолий Петрович в одночасье «нежелательным носителем информации закрытого типа». И до того закрытого, что у некоторых властей предержащих волосы встали дыбом – и не только на голове. Решили полковника «стереть» совместно со всем его семейством. Семью вырезали под корень, а с самим промашка вышла – больно ловок да изворотлив оказался. Ушел полковник, залег на дно, поменял аксессуары и зажил нелегально под другим именем, собрав команду профессионалов ратного труда под руководством нашего славного парня – Антона.
Собственно команда.
№ 1: Наш старый знакомый, Антон Иванов, боевая кличка – СЫЧ. 32 года, женат вторым браком. Бывший офицер седьмого отряда спецназа ВВ МВД РФ. Военный преступник – в августе 1996-го расстрелял в Грозном двух пленных «духов». Бежал из Ростовского СИЗО № 1, фиктивно помер и оттого с розыска снят. Вторая ипостась: Олег Шац, уроженец Копейска, начальник СБ Зеленогорского отеля «Нортумберленд». Большой мастер по организации немасштабных специальных операций, разного рода «ликвидов» и прочих пакостей летального свойства.
№ 2: Александр Кошелев – боевая кличка – ДЖО. 32 года, с родителями отношения не поддерживает, разведен. Капитан внутренних войск. Место службы: Абхазия, Сев. Осетия, Чечня. Уволен по состоянию здоровья (после контузии). Специализация: войсковая разведка.
№ 3: Андрей Игнатов – боевая кличка – БАРИН. 36 лет, родители умерли, разведен. Майор ВДВ (начальник инженерной службы ДШБр). Место службы: Баку, Абхазия, Сев. Осетия, Чечня. Уволен по сокращению штатов. Специализация: сапер.
№ 4: Алексей Шматкин – боевая кличка – САЛО. 33 года, сирота, холост. Капитан морской пехоты. Место службы: Абхазия, Чечня. Уволен по дискредитации. Специализация: гусеничная и колесная техника, ПТУРС (противотанковые управляемые реактивные системы).
№ 5: Сергей Леонов – боевая кличка – СЕВЕР. 33 года, холост, сирота. Капитан ВДВ. Место службы: Баку, Абхазия, Чечня. Уволен по дискредитации. Специализация: артиллерийские системы, компьютеры.
№ 6: Сагир Мухаметшин – боевая кличка – МО. В команде – с июля 1999 года. 26 лет. Холост, сирота. Бывший сержант группы спецназа, которой в свое время командовал Сыч. Комиссован по ранению – три пальца на правой кисти срезало осколком мины. Специализация: снайпер.
№ 7 – внештатный: Иван Городничий – боевая кличка МЕНТ. 31 год, мать умерла, отца нет, холост. Старший лейтенант внутренних войск, командир роты СМВЧ[9]9
Специальная моторизованная воинская часть.
[Закрыть]. Место службы: Абхазия, Фергана, Чечня. Уволен по дискредитации. Специализация: рукопашный бой, стрельба. Упал со скалы в бою, побился, порвался крепко. Минус селезенка. Правая рука собрана по частям, чуть сгибается. Нога правая – на семь сантиметров короче. Коновалы неладно скроили – к нормальным специалистам в нашем положении обращаться было небезопасно. А внештатный потому, что по состоянию здоровья активно участвовать в акциях не может.
Мент – резидент команды в Стародубовске. Проживает в скромной усадебке на окраине, официальный бизнес – садоводство.
В команде были еще трое: Клоп, Винт и Лось. Винт и Клоп погибли, когда некий Зелимхан Ахсалтаков (УАЕД[10]10
Поскольку многие из тех, кто имел неосторожность общаться с Сычом и его командой, умерли неестественной смертью, в скобочках даются соответствующие пометки – УАЕД – упокой Аллах его душу – для мусульман, и – ЦН – царствие небесное – для христиан.
[Закрыть]) пытался «зачистить» команду два года назад на их базе в Стародубовске. Лось волею случая стал предателем и безвестно сгинул в ЗОНЕ – никто не знает, что с ним стало. Издержки производства, знаете ли…
Славные ребята, не правда ли? За исключением командира, который по большой любви женился на казачке, все – холостые, разведенные, изгнанные из рядов ВС по каким-то причинам… Живут все вместе в лесной усадьбе, неподалеку от кузни братьев Бирюков, которые служат Седому верой и правдой. Исповедуют принцип полигамии: совместно имеют двух девиц, которые, помимо этого самого, работают у них кухарками и домоправительницами. Боевые братья, одним словом. Если вы ранее с ними не встречались и желаете познакомиться поближе, придется поискать первые четыре книги из серии «Кровник».
До недавнего времени команда промышляла в ЗОНЕ с большим оперативно-тактическим размахом: уничтожали караваны, минировали тропы, дороги, провоцировали конфликты между преступными группировками, физически устраняли наиболее активных командиров так называемых «индейцев», проводили многоплановые спецоперации и так далее… Развлекались не сами по себе: команду держала солидная столичная «крыша», которую весьма устраивала их деятельность в ЗОНЕ… Но после известных событий в Стародубовске команда ушла в подполье и стала заниматься, образно выражаясь, «частной практикой». Так и живут по сей день – трудятся себе помаленьку в ЗОНЕ, денежки на пенсию зарабатывают…
Теперь стоит сообщить, чем занимается команда в Стародубовске. Спрашивается, чего они тут забыли, если им положено в подполье сидеть и промышлять малыми гадостями в ЗОНЕ?
Сообщу по секрету: мероприятие у них тут. Работенка небольшая подвернулась. Только не как обычно, а несколько иного рода – в этот раз хлопцы трудятся совершенно бескорыстно.
– Чтоб не было нюансов, сразу оговорюсь, – предупредил Шведов. – Денег не будет ни копейки. А неприятностей в потенциале – куева туча. Работа тяжелая. Так что, если кто сомневается в целесообразности, отказывайтесь сразу. Обижаться не стану, делать выводы – тоже. Вообще, отказ от участия в мероприятии на наши дальнейшие отношения не повлияет…
Согласитесь, прием старый, но безотказный. Это коммунисты придумали. Называется – субботник. Или воскресник – как вам будет угодно. Можно, в принципе, не ходить, но тогда получается, что ты плюнул на коллектив и глубоко уважаемых руководителей, которые в первых рядах да с засученными рукавами. Кто же откажется?
Теперь суть.
Бульдозер – Ильяс Ахмедов, которого таскают в стародубовский облсуд, вовсе не полевой командир, и даже не является активным членом так называемого чеченского сопротивления. Его основная профессия: похищение людей с целью получения выкупа.
Бульдозер – человек в Ичкерии уважаемый, с большими связями-подвязками, при хороших деньгах и плотно прикрытый чуть ли не на федеральном уровне. Кроме того, Бульдозер дьявольски хитер, изворотлив и наделен звериной интуицией. Кто читал первые четыре книги, знает, чем занимались наши хлопцы последние два года. Так вот, с Бульдозером они пересекались трижды, но до конца «вывести» его ни разу не получилось: всегда соскакивал с крючка в самый последний момент.
В пленении господина Бульдозера и троих его сотоварищей отчетливо прослеживается навязчивое вмешательство нелепого случая – того самого, от коего пострадали очень многие исторические личности, которым ветреная Судьба вроде бы железно гарантировала успех и процветание.
Взяли лиходеев во время плановой зачистки в Черноводске – и не адресно, а огульно, в числе рядовых ичкерских крестьян, у которых от трудов праведных на плечах возникают синяки, на пальцах указательных – мозоли, а поры кожи лица отчего-то пропитаны пороховой копотью. Никто улова от этой зачистки не ожидал, а потому верхнему руководству о ней не сообщали и информашка к супостатам не просочилась. Супостаты к кому-то там в гости приехали, сидели конкретно, отдыхали. Проснулись поутру с крепкого похмелья (ночью Аллах не видит – можно пить), глядь – рязанская рожа с пулеметом в ворота лезет, да покрикивает азартно.
Ничего там экстраординарного не было: брали, как обычно, всех подряд «перспективных» (в смысле – достаточно зажиточных на вид), чтоб проверить на причастность да за малую мзду отпустить до следующей зачистки. А заинтересовали опричника хозяева, у которых гостевал Бульдозер: дед шестидесяти трех лет и двое внуков. Как заинтересовали? Да просто, дорогие мои: вместо того чтобы вести себя, как подобает нормальным крестьянам – то есть тут же, на месте, предлагать откупные или за стол садить незваных гостей, вытащили из-под матрацев автоматы и давай палить!
В результате короткой перестрелки с обеих сторон получились потери: оба внука были убиты, дед – ранен в бедро и руку, а зачищающие поимели двоих «двухсотых» и пятерых «трехсотых» разной степени тяжести. Просто внезапно вышло – кабы знали, сразу расстреляли нехороший домишко из танков – и всех делов.
Бульдозер и двое его товарищей от перестрелки уклонились, вели себя смирно – отлежались в подвале – и при пленении сообщили, что просто приехали в гости и вообще тут ни при чем. Деда почему-то не добили (такие случаи иногда бывают – сам видел), а отправили под конвоем в госпиталь. Бульдозера с двумя его подельниками допросили, ничего интересного в их персонах не узрели, но тем не менее на всякий случай потащили на фильтр[11]11
Фильтр-пункт: изолятор временного содержания на ичкерский лад. Туда тащат всех подозреваемых в причастности к НВФ и вообще, всех подозрительных личностей, отловленных в зоне боевых действий. Фильтры дают совершенно мизерный оперативный результат, но с успехом используются для вымогательства денег у подозреваемых. Обычно охраняются уиновским спецназом и плотно патронируются ФСБ.
[Закрыть] – пусть проветрятся.
А на фильтре вдруг получился конфуз: Бульдозер лицом к лицу столкнулся с юношей по имени Вася.
– Да вот же он, супостат! – нашел в себе силы истошно вскрикнуть мгновенно описавшийся от страха Вася. – Берите его, хватайте – он тут самый главный гад!
Оперативная ссылка: за три дня до «зачистки» в Черноводске Бульдозер в рабочем порядке произвел акт устрашения, снял это дело на видео и юношу Васю с записью направил к родственникам заложников. Юноша оказался бестолковым: несмотря на то что его привезли чуть ли не к самому «Кавказу»[12]12
КПП «Кавказ».
[Закрыть] и рассказали, как добираться, наладился плутать и чуть было не угодил опять в заложники. Впрочем, плутал он недолго – до первого дотошного разведчика, который догадался обыскать бедолагу и обнаружил у него странную кассету.
И что же на кассете? Да ничего хорошего, дорогие мои, мерзость первостатейная: вы фрагмент с той кассеты наверняка по Центральному телевидению смотрели.
Опять оперативная ссылка. Сидели у Бульдозера в яме трое мальчишек допризывного возраста, изъятые у обеспеченных родителей, и пожилой плотник, который не стоил ни гроша по бандитским расценкам, но имел золотые руки. Родители мальчишек чуток замешкались с выкупом – никак не могли собрать требуемую сумму. Бульдозер, недолго думая, самолично отрубил голову плотнику, заснял это безобразие и отправил к родителям с кассетой одного из мальчишек – Васю. Вася, как выяснилось, оказался дитем родителей небогатых – схватили его впопыхах, под горячую руку.
В Кобыльей Пади, где располагается база наших головорезов, электричества не было, но имелся дизель. Денег на горючее Шведов не жалел и регулярно смотрел все ловимые новости, дабы пребывать в курсе последних событий, а не пользоваться одними лишь перехватами из локальных сетей спецслужб, поставляемыми ему за щедрое вознаграждение парочкой стародубовских хакеров. Как уже упоминалось выше, фрагмент той кассеты мелькнул на нескольких каналах и даже вызвал какие-то вялые протесты в соответствующих сферах: дело Бульдозера взяли на особый учет.
Так вот, самая большая неурядица для Бульдозера заключалась вовсе не в том, что он угодил на фильтр совместно со своим заложником. И не в том даже, что плотнику голову отрубил. В видеоархивах спецслужб было достаточно не менее дрянных кассет, запечатлевших деяния, авторство которых приписывалось Бульдозеру и его банде.
Плотник оказался не тот, вот в чем вопрос. Был тот плотник родом из деревни, где прошло детство Анатолия Петровича Шведова. Жил по соседству, рано овдовел и пользовался у сельчан большущим уважением, поскольку не только руки золотые имел, но и душу алмазной чистоты. За похлебку и чисто символическое вознаграждение, почитай, полсела отстроил, никому от него отказа не было. А плотниковы затейливые свистульки, резанные из липы одним лишь топором, долго хранились в семье Шведова как память о добром человеке.
– Можете считать меня сентиментальным идиотом, но… За дядьку Захара я с них взыщу, – заявил Шведов, вникнув в ход процесса, который длился уже более полугода. – Так быть не должно – это неправильно…
Действительно, подключив своих высокооплачиваемых информаторов, Анатолий Петрович выяснил, что вследствие компромисса с влиятельными людьми из центральной диаспоры с верхов судье спущена твердая установка: Бульдозеру и деду вредному, который собственноручно завалил двоих омоновцев и еще пятерых ранил во время перестрелки, – двадцать, двоим молодым членам банды – по пятнадцать лет лишения свободы.
А товарищ Бульдозер далеко не стар: в этом году ему всего тридцать пять стукнуло. Это на экране он выглядит таким пожилым – думает много, как бы половчее выкрутиться. Если даже выдвинуть нелепое предположение, что он оттрубит весь срок от звонка до звонка, нетрудно посчитать, что выйдет лиходей на свободу в пятьдесят пять. Двое других участников злодеяния вообще молодежь: старшему – двадцать четыре, младшему – двадцать. Дед-стрелок, народный мститель, конечно, может умереть в тюрьме, но… Как вы уже сами догадались, сидеть полный срок никто из них не станет: учитывая все хитросплетения нашей исполнительной и судебной системы, помноженные на большие деньги, которые диаспора готова вкладывать в такое прибыльное предприятие, как Бульдозер, можно смело утверждать, что в течение ближайшей пятилетки все лиходеи будут гулять по просторам родной Ичкерии. И не просто гулять…
– Мы с вами, дядь Толь, – выразил мнение команды Сыч. – Могли бы и не спрашивать. Тряхнем стариной, потрудимся за здоровый энтузиазм…
Вот такие обстоятельства, дорогие мои. Энтузиасты наши заняты в Стародубовске тем, что готовят для Бульдозера с его бандой небольшое мероприятие. Хотят «исполнить» его по ст. 59 УК РФ, в той старой трактовке, когда еще не был введен мораторий на ИМН[13]13
Исключительная мера наказания – смертная казнь(проф. сленг).
[Закрыть].
И исполнить по возможности публично. Чтоб другим неповадно было…
Глава 2
Щенок был похож на большую пуховую рукавицу. Притворно рыча, он неуклюже вскидывал толстый зад, бодал ботинок Сергея и, прикусив крохотными клыками шнурок, мотал лобастой башкой во все стороны. Судя по всему, маленький волчий потомок в эту минуту представлял себя огромным злющим кобелем, поймавшим особо опасную змею и спешившим прикончить ядовитую гадину до того, как она успеет нанести вред какому-нибудь менее расторопному члену стаи.
Сергей, застыв, как монумент жертвам сомнения, смотрел на резвящийся комок шерсти и разминал руки. Ладони были холодными и влажными – да что там влажными, просто мокрыми!
К товарищам с такими ладонями Сергей всегда относился настороженно. У человека с нормальным обменом веществ и ненарушенной психикой ладони должны быть сухими и теплыми. Если здороваешься с человеком впервые, по состоянию ладони можно сразу сделать определенный вывод. Влажные и холодные: психопат, моральный урод или просто больной. Если не хочешь неприятностей, с таким лучше не общаться.
– Он блохастый, – тихо подсказал Герасим.
– Ага… – кивнул Сергей. – Сейчас…
За спиной тихо гудели котлы, из приемника на столе лилась приятная мелодия, в углу, под потолком, как живой, дышал желтой диафрагмой забранный в решетку плафон: связисты на узле в это время всегда гоняют генератор, «воздушка» одна на весь полк – вот и мигает.
В общем, хорошо в котельной, уютно. Какие-либо раздражители, способные пробудить качественные звериные инстинкты, отсутствуют. И мотивы отсутствуют. Крохотное шерстяное существо со смертельной опасностью никоим образом не ассоциируется.
– Рр-ррык! – поднатужившись, щенок оторвал кусок шнурка, победно вскинул зад и, довольно урча, потащил добычу в угол.
– Шнурок порвал, гад, – намекнул Герасим.
– Ага… Минутку…
Щенка надо умертвить. Сломать шею, размозжить башку каблуком или взять за задние лапы и шмякнуть об угол. Способ не регламентируется, это твое личное дело, главное – убить.
Это последний пункт в МПП (программе морально-психологической подготовки). Экзамен. В морге Сергей уже бывал неоднократно, за бутылку смотрел развороченные в ДТП трупы. Разок присутствовал при вскрытии, на кафедре судмедэкспертизы – доболтался с приятелем из меда, чтобы взял в группу. Раскапывал безымянную свежую могилу на кладбище, вскрывал казенный гроб, трогал покойника, потом все вернул в исходное состояние. Это, вообще, была целая операция. Скрытно подъехать, замаскировать машину, перелезть через ограду, в полной темноте, буквально на ощупь, пробраться среди надгробий к месту захоронения, которое отследил днем. И часа три раскапывать успевшую схватиться за несколько часов мерзлую землю, ежеминутно прислушиваясь – дабы не быть обнаруженным кладбищенской командой. Впечатлений и адреналина – через край, когда дело дошло до ощупывания трупа, эмоций практически не осталось.
Позавчера миновал предпоследний пункт без сучка и задоринки.
Теперь нужно укокошить вот эту рукавицу, которую подобрал в подвале, воспользовавшись отсутствием сучки, убывшей в рейд за пропитанием. Подобрал, вез полчаса, грея за пазухой, ощущая доверчивое тепло и несвоевременно снизошедшие невесть откуда отцовские чувства…
– Так и будем стоять?
– Щас, дай собраться…
К заповедям Сергей относится скептически. Он не то чтобы атеист, но человек глубоко мыслящий и в свои восемнадцать лет понимает многое такое, до чего иные и за всю жизнь не додумаются.
Все религии придумали люди. Придумали, развили в ныне существующую форму и теперь вовсю стараются, чтобы охватить той или иной конфессией как можно больше тупоголовых индивидов. Религия – одна из форм управления обществом, способ держать в узде и направлять нужным путем благоговейно внимающее патриарху стадо.
По-настоящему самодостаточная личность, к каковым Сергей причислял и себя, безо всякого сомнения, в религии не нуждается, она живет по неписаным общечеловеческим законам, сформировавшимся отнюдь не после первого года хроникального упоминания о Торе (не скандинавском божестве, а Пятикнижии), Рождестве Христовом или Исламе, а в течение всего существования человечества. Законы эти – вне субъективной морали политизированного общественного сознания, они понятны и доступны каждому двуногому, живущему на земле.
Мораль, вообще говоря, возникла совсем недавно – немногим более двух тысячелетий назад. А до этого все двуногие товарищи, независимо от места расположения и антропометрических особенностей, неплохо жили по этим самым общим законам в течение многих миллионов лет. А именно: добывали пищу, дрались за место под солнцем и охотничьи угодья с соседями, размножались и плясали у костра.
Так вот, убить не просто живое существо, а себе подобного, по общечеловеческим законам – норма.
Весь вопрос – в мотивации. Ежели, допустим, товарищ в шкуре, проснувшись в своей пещере, почешет блохастую грудь и тут же, не отходя от обглоданного таза мамонта, без разговоров шарахнет дубиной соседа по башке – соплеменники не поймут. Дикари, блин, тупые. А ежели шарахнувший не вождь, то есть самый сильный и наименее уязвимый, – так ведь и наказать могут. Тут же, не отходя от таза и заколбасят. И свежей печеночки покушают с превеликим удовольствием.
Другое дело, если пара нахальных приятелей во время общей еды попытаются отнять у тебя кусок мяса. Или пришли не обедавшие товарищи из соседнего племени и пожелали забрать у вашего племени оставшуюся от вчерашнего пиршества голову мамонта. Тогда – милое дело! Вали всех без разбора своей бронебойной дубиной, получишь полное одобрение соплеменников и статус крутого мужика…
– Слабенький. Придется с тобой повозиться…
Вот так сказал к концу первого занятия Герасим.
Сергей – под метр девяносто ростом, прекрасно сложен, около десяти лет занимался айкидо, без напруги бегает в разряде КМС и вообще, в свои восемнадцать выглядит хорошо сформировавшимся мужиком за двадцать пять. Акселерат в самом лучшем смысле этого слова. Многие его сверстники, которых также относят к разряду акселератов, выглядят вполне подобающе нормальным переросткам – как радиоактивные кролики. Нескладные, субтильные, длиннющие, большие руки, большие ноги, тупые рожи: с утра до вечера гоняют по Сети в «Крутого Сэма» и «Контр Страйк», жрут одни сладости и орешки и при слове «физкультура» презрительно морщатся.
В понимании Герасима, Сергей «слабенький» морально. Есть подростки, для которых убить беззащитное животное не составляет никакого труда. Облить, допустим, бензином кошку и поджечь. А потом потешаться, глядя, как вопящий факел мечется по подвалу. Или напасть втроем-впятером на слабосильного бомжа и колошматить арматурой, пока не испустит дух. Нет проблем. Это преимущественно дети городской окраины и рабочих кварталов, которые при слове «компьютер» говорят «вау!», а при упоминании о чеховской «Чайке» на все сто уверены, что речь идет о какой-нибудь крутой «телке» из подмосковного городка.
В этом плане Сергею сложнее. Он вырос в интеллигентной семье старого московского «света», учился в частной школе, где на каждого ученика приходилось по преподавателю, обедал в элитном клубе, куда его возил личный водитель, имел собственный сайт kocherga.ru, на котором размещал с друзьями разные высокоумные идеи, играл по Сети в шахматы с приятелями из Оксфорда, в общей сложности немногим более года провел в респектабельных кварталах Лондона и Абу-Даби – языки с носителями учил. Сергей знает наизусть «Евгения Онегина», может писать несложные программы и баловать в Сети на уровне начинающего хакера, владеет английским, арабским и фарси (мама-востоковед с детства дрессировала), цитирует на память многие вещи Абу Таммама, Омара ибн Аби Рабиа, Рудаки, Хайяма и Уолта Уитмена. И вообще, бомжей ранее видел только по телевизору (в том квартале, где располагаются апартаменты семьи, бомжей нет).
Сергей в понимании Герасима – моральный урод. За каким дряблым пипизиндером, спрашивается, молодому здоровому человеку с такой антропометрией литература, компьютер, английский, арабский и фарси?
Герасим – инвалид первой чеченской, у него нет правой руки по самое плечо, нет квартиры и нет будущего. Есть старенькая мама, которая работает дворником и живет вместе с ним на окраине Балашихи, в «хрущевке», есть пенсия по инвалидности – аж девятьсот рублей! – и сезонная работа. Спасибо командирам – не дают совсем пропасть.
Герасим работает оператором газовой котельной в той воинской части, где служил до получения инвалидности. Раз в три дня заступает на сутки. День отоспится, идет помогать матери дворы мести. Мать берет дополнительный участок – еще пятьсот рублей. С пятнадцатого апреля по пятнадцатое октября котельная не функционирует – в этот период инвалид чего-то сторожит в ЦСКА. Зарабатывает немногим больше той суммы, что составляет пенсия. Как умудряется выживать – непонятно. Командование части по старой памяти подбрасывает иногда провиант из солдатского котла, но на этом ведь далеко не уедешь. Кроме того, помощь нерегулярна, особенно в последнее время. Армия наша – нищая, самой бы кто помог…
– Мне бы твою «физику» да руку… я бы нашел себе занятие. Странные вы люди, интеллигенция, – так тупо себя тратите, аж жуть берет…
На Герасима Сергей напоролся во время одной из своих совершенно секретных тренировок.
Был июнь, трава росла, птахи нежно щебетали, а граната не летала – неважнецки шли дела…
Сергей в одном из балашихинских недостроев тренировался: бросал в оконный проем третьего этажа учебную гранату «Ф-1», купленную на толкучке за пятьсот рублей у отставного военного. Каким ветром жителя Арбата занесло в Балашиху? А тут Настя живет. Он у нее с некоторых пор ночует два раза в неделю, как по распорядку. Настя – универсальное алиби. Но об этом – чуть позже.
Итак, тренировка не ладилась. До этого все было прекрасно: бросок – попадание, вспотел бегать за гранатой. А тут вдруг сообразил, что в нормальном окне жилого дома есть рамы. Значит, нужно обозначить переплет. Обозначил: побродив по окрестностям, нашел пару сломанных ящиков из-под овощей, удалил лишние дощечки, закрепил в проеме кирпичами – и вперед.
Результативность резко пошла на убыль. Вспотел бегать ящики поправлять. И дело вовсе даже не в том, что рабочая площадь цели сократилась почти в четыре раза. Просто у Сергея очень богатое воображение. Вот он и представил себе после первого же промаха, что граната не учебная, а окно – настоящее. И эта неучебная граната, не попав в стекло, отскакивает от рамы и падает обратно. ТТХ[14]14
Тактико-технические характеристики.
[Закрыть] гранаты изучил накануне – замедлитель запала горит не более четырех секунд, разлет осколков – двести метров. Если в двух шагах нет спасительного угла, попадать в раму категорически не рекомендуется.
Теперь Сергей потел от страха и неуверенности. В разработанной им программе бросок гранаты являлся одним из пяти основных нормативов, которые следовало выполнять с закрытыми глазами и в любых условиях обстановки. А после очередного промаха вообще получился сюрприз.
– Третий этаж – это неправильно, – из оконного проема выглянул тип в застиранной камуфляжной куртке, покачивая на ладони только что брошенную Сергеем гранату. – Если без балкона – большой риск. Тут надо быть циркачом. А вообще, по-нормальному, нужен гранатомет. Тогда – да. Тогда правильно.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?