» » скачать книгу Записки об Анне Ахматовой. Том 3. 1963-1966

Книга: Записки об Анне Ахматовой. Том 3. 1963-1966 -

  • Добавлена в библиотеку: 14 ноября 2013, 04:32
обложка книги Записки об Анне Ахматовой. Том 3. 1963-1966 автора Лидия Чуковская


Автор книги: Лидия Чуковская


Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика


Серия: Записки об Анне Ахматовой
Язык: русский
Издательство: Время
Город издания: Москва
Год издания: 2013
ISBN: 978-5-9691-0928-5 Размер: 503 Кб

сообщить о неприемлемом содержимом

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Внимание! Вы скачиваете отрывок, разрешенный законодательством и правообладателем (не более 20% текста).
После ознакомления вам будет предложено перейти на сайт правообладателя и приобрести полную версию произведения.

Описание книги

Третий том «Записок» Лидии Чуковской охватывает три года: с января 1963 – до 5 марта 1966-го, дня смерти Анны Ахматовой. Это годы, когда кончалась и кончилась хрущевская оттепель, годы контрнаступления сталинистов. Не удаются попытки Анны Ахматовой напечатать «Реквием» и «Поэму без героя». Терпит неудачу Лидия Чуковская, пытаясь опубликовать свою повесть «Софья Петровна». Арестовывают, судят и ссылают поэта Иосифа Бродского… Хлопотам о нем посвящены многие страницы этой книги. Чуковская помогает Ахматовой составить ее сборник «Бег времени», записывает ее рассказы о триумфальных последних поездках в Италию и Англию.

В приложении печатаются документы из архива Лидии Чуковской, ее дневник «После конца», ее статья об Ахматовой «Голая арифметика» и др.

Последнее впечатление о книге
  • kisunika:
  • 18-11-2017, 18:39

Три тома. Три толстых, прекрасных тома, с которыми я провела лето и часть сентября. Лидия Чуковская была почти на 20 лет младше Ахматовой. И когда они познакомились и сблизились, в их отношениях сразу задался тон почтительного отношения младшей к старшей.

Ещё
Остальные комментарии

Комментарии
  • M_Aglaya:
  • 6-11-2016, 20:25

Вообще-то, записи по 1942, не знаю, чего это издательство так странно посчитало. Сдуру решила прочитать книжку в один присест (вместо того, чтобы читать потихоньку, неспешно).

Ещё
  • NeoSonus:
  • 3-11-2016, 13:43

Долгие месяцы и недели не могла я подобрать нужных слов, чтобы рассказать об этой книге, не могла найти в себе сил, чтобы спокойно, без лишних эмоций расстаться с Анной Ахматовой.

Ещё
  • NeoSonus:
  • 10-06-2016, 16:08

И вот, наперекор тому, Что смерть глядит в глаза, — Опять по слову твоему Я голосую за: То́, чтоб дверью стала дверь, Замок опять замком, Чтоб сердцем стал угрюмый зверь В груди… А дело в том, Что суждено нам всем узнать, Что значит третий год не спать, Что значит утром узнавать, О тех, кто в ночь погиб.

Ещё

Анна Ахматова

Когда Лидия Корнеевна Чуковская вела свои записи в 1938-1941 годах, которые позже вошли в первый том воспоминаний об Анне Ахматовой, она не смела говорить об ужасах репрессий открыто. Не смела даже перед самой собой, в своих же дневниках. Страшно было не то что писать, говорить шепотом об этом, а думать было страшно. Да, конечно, во введении она объясняет почему «содержание наших тогдашних разговоров, шепотов, догадок, умолчаний в этих записях аккуратно отсутствует». Лидия Корнеевна рассказала о том, как Ахматова записывала свои стихи, и дав прочесть ей, сразу же сжигала, как сама она бежала из Ленинграда из-за угрозы ареста, как узнала, что ее муж убит. Да, со всеми оговорками, после первого тома, читателю становится  понятно, в какое тяжелое время велись записи. Но все это не то.

Все это не то, потому что мы сейчас не умеем читать между строк. Мы не привыкли к тому, что текст надо воспринимать по другому – надо читать то, что не написано. Любому современному читателю будет сложно, читая обычный разговор, воспринимать его заведомо как шкатулку с двойным дном, искать в нем (и находить!) скрытое, задушенное, запрещенное, свободолюбивое. Они, современники Чуковской и Ахматовой, умели читать ненаписанное, вслушиваться в невысказанное, да и то – не все. Чуковская с горечью пишет о том, что Цветаева в свое время не смогла увидеть, догадаться, что стоит за скудными отрывками в печати, которые оставались от допущенной цензурой Ахматовой.  Что уж говорить о нас сегодняшних… Поэтому-то первый том, я никогда не назову «историей террора». Для меня это история на фоне далекого террора. А вот второй том… Л. К. Чуковская ведет повествование с 13 июня 1952 года и до марта 1953 года ее записи все еще осторожные и аккуратно выверенные. А потом… После смерти Сталина, после начала Оттепели, после того, когда она стала писать в дневнике открыто то, о чем думает, вот тогда жестокость, беспощадность, косность, нетерпимость власти предстала перед читателем в полный рост.

Это было время «оттепели». Это было время, когда началась (и закончилась) реабилитация, когда сын Ахматовой вернулся домой, когда ее стихи, наконец, после публичной казни 1946 года, стали появляться в печати. Это было время гораздо более свободное – о чем мы можем прочесть абсолютно в любом учебнике истории. Но если читать этот учебник внимательно, вы заметите, что всегда была оговорка о границах, что обвиняя во всем Сталина, партия оставалась у руля, что менять идеологию, давать свободу политическим заключенным не собирались. Да, многих освободили, но угрозу инакомыслия не забыли. И вот тут-то воспоминания Чуковской представляют собой бесценный источник. Потому что становится ясно, какова настоящая цена «свободе оттепели», когда преследуют и доводят до могилы Бориса Пастернака, когда идет волна гонений на Корнея Чуковского, когда доводят до сумасшествия М. Зощенко (который так и не оправился после 1946), когда разрезают корешки всех (!) книг и папок Ахматовой.

чтобы прочитать мою рукопись, не оставляя следов, достаточно было развязать тесемки. Быть может, проверяли, не вклеено ли что-нибудь в корешок?.. Разумеется, и Анну Андреевну и меня более всего интересовало – кто занимается этой хирургией со столь маниакальным упорством.

Да, интересный вопрос – кто? Ведь Ахматова в Москве всегда жила у друзей и только у друзей. У тех, кому доверяла, кто был близок ей по духу. Вывод очевиден – это делал кто-то из них. И не можешь подумать ни на кого конкретного, потому что горечь предательства нестерпима. Немыслимо подозревать своих близких друзей.

Дальше...

Эта книга – живая иллюстрация того, как жила (выживала) творческая интеллигенция в годы тоталитаризма и авторитаризма.  Ахматова и Чуковская обсуждают смерть Сталина, говорят о том, заслуживал ли он казни, палач ли он, говорят о «дворе чудес», который продолжал слежку, за ними, о стихах, которые нигде не записаны, не напечатаны, потому что было запрещено, и только теперь их можно восстановить по крупицам для себя (естественно! Такое не напечатают!).  И Лидия Чуковская, которая публиковала свои записи через много лет после этих событий, безжалостно и скрупулёзно приводит все имена всех чиновников, журналистов, доносчиков, которые поливали грязью великих поэтов и писателей, всех тех, кто участвовал в репрессиях, кто доносил, кто обвинял и подтверждал высокое мнение власти. Она верит, что врагов надо знать в лицо. И верит в то, что справедливость восторжествует со временем. Пусть даже не на ее веку.

Каким-то странным чутьем даже самые мертворожденные чиновники чуют, что подлинная ценность – Ахматова, а не Гусев. Помню рассказы – или россказни? – тридцатых-сороковых годов: конфискуя сотни и тысячи книг в интеллигентных квартирах у интеллигентных – и расстрелянных – врагов народа, энкаведэшники Ахматову и Гумилева обыкновенно присваивали. Из любви или из корысти – дочкам и сынкам преподнести? или на черном рынке спекульнуть? но Гусева они честно сдавали государству, а Гумилева и Ахматову оставляли себе…

Ахматова в этом томе тоже другая. Она много болеет, лежит в больнице, хлопочет за сына, никак не в силах его освободить, потом, когда он возвращается, тяжело переживает его упреки, в том, что она мало старалась, что не вытащила его. Порой она просто выживает, а не живет. Таит обиду на Пастернака, порой высокомерная и гордая. Она остается собой, но только каким собой можно остаться в тех условиях Нежизни? «Какая есть. Желаю вам другую, — //Получше».

Я дописываю эту рецензию... Так много сказано, а ведь я не успела упомянуть о главном – о выдержках из Ташкентской тетради Чуковской во втором томе. О тех историях детей из детских домов, что стала записывать Лидия Корнеевна в 1942 году. Это буквально две страницы, которые потрясают до основания… Прочтите.

Свернуть
  • NeoSonus:
  • 25-05-2016, 18:18

Писать отдельно о каждом томе из трех, я не собиралась. Хотя мысли копились, знакомство получалось на редкость плодотворным – и стихами, и именами, и моим горячим желанием писать… Но ведь книга одна, решила я, дочитаю и напишу сразу обо всех трех.

Ещё
  • utrechko:
  • 24-03-2013, 17:24

В первый том записок об Анне Ахматовой вошли и "Ташкентские тетради" Лидии Чуковской, материал, к которому сама Лидия Корнеевна возвращалась неоднократно, сомневаясь, как именно можно его издать (если вообще можно), потому что именно на страницах ташкентских дневников Анна Андреевна предстает в человеческой точки зрения как не самый симпатичный персонаж, и при всей любви Чуковской к ней, в них прослеживается путь к разрыву, прекращению долгой дружбы, которая возродилась только через 20 лет.

Ещё
  • Julsoni:
  • 8-07-2012, 16:28

"Чужая судьба, проведенная сквозь сердце". Дневниковые записки человека, видевшего, общавшегося, обожавшего Анну Андреевну и ее стихи на протяжении многих и многих лет, делившего с ней беды и столь немногие радости.

Ещё
  • panda007:
  • 23-06-2012, 17:35

Удивительное дело: я нежно люблю Анну Андреевну Ахматову и с почтением отношусь к Лидии Чуковской. Но Ахматова у Чуковской меня раздражала. Я заметила,что и в жизни так бывает: хорошо относишься к двум людям, но когда один начинает говорить о другом - всё не так.

Ещё
  • bahareva:
  • 7-07-2009, 14:26

Что меня больше всего удивляет - это то, отчего у Ахматовой было столько верных друзей. Не просто друзей, а действенных друзей, которые всеми силами старались избавить ее от бытовых проблем, поддержать, помочь.

Ещё
Добавить комментарий
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Популярные книги за неделю

Рекомендации