Текст книги "Империя наших надежд"
![](/books_files/covers/thumbs_240/imperiya-nashih-nadezhd-255639.jpg)
Автор книги: Лина Мур
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Глава 3
Мира
– Не нравится мне это, – бормочет Сиен, наблюдая из окна моей спальни, как в ночи через дорогу у дома братства горит пламя, и сколько студентов, приглашённых сегодня на праздник, направляются туда.
– Чем именно? – Интересуюсь я.
– Рафаэль и братство это две противоположные вещи. Он ведь не понимает, что Оливер так просто не даст ему жить, как и Калеб. Эти две «подружки» изведут его, а ты сама прекрасно помнишь, какие подлянки они могут устраивать.
– Вряд ли Оливер полезет на рожон, а Калеб раз уже получил от Рафаэля. Так что вероятность того, что кто-то из них проявит свою скудную фантазию, сегодня очень мала. К тому же Оливер ничего не сделает, считая, что его деньги в моих руках. А потом… – замолкаю, обдумывая, как бы корректно продолжить.
– Что потом?
– Потом начнётся война. Будет весело, – пожимая плечами, отхожу от окна и подхватываю с кровати лёгкое пальто. Набрасывая его на себя, ожидаю, когда следом за мной пойдёт Сиен.
Спустившись вниз, даю команду девушкам выдвигаться в сторону братства. Сегодня, в связи со вступлением нового члена в братство «Альфа», разрешены и алкоголь, и вечеринка. Каждый из студентов может присутствовать на празднике, но не факт, что он будет допущен в сам дом. А вот сестринство обязано присутствовать при таком интересном моменте, когда в разгар года в братство вступает новый участник и присоединяется к «семье». То же самое было и со мной. Оливер лично принимал у меня присягу перед всеми и наградил лентой, которая передаётся главам из поколения в поколение. У парней это значок, который висит в главной гостиной дома рядом с фотографией главы и именем. У девушек – лента, тоже размещённая рядом с фотографией и именем на видном месте.
Подобные вечеринки ничем не отличаются от обычной пьянки. Замечаю, что в дом допущены только парни из «Омеги» и мы, не считая ребят «Альфы», остальные ждут приглашения войти после испытания, чтобы отпраздновать, точнее, попросту нажраться и отдохнуть. Только вот они рады. И не той возможности разрешённого распития спиртных напитков, а тому, что именно Рафаэль станет одним из братьев «Альфы». Именно парни из этого братства пытаются скрыть от мрачного Оливера и недовольного Калеба этот факт. Они хотят, чтобы Рафаэль был в их числе, и я уверена, что когда Рафаэль устроит переворот, то они его поддержат. Всё складывается очень хорошо.
Когда Рафаэль появляется в доме братства, то его встречает Белч, хмуро поглядывая на насмешливо бросающего взгляд на толпу Рафаэля. Его глаза встречаются с моими, и между нами словно происходит безмолвный диалог. Отворачиваюсь, улыбаясь Сиен, наблюдающей за мной, и снова возвращаю своё внимание на происходящее.
Оливер приветствует Рафаэля, произнося вступительную речь и отмечая все положительные качества парня, которые удовлетворяют запросам братства, просит его разуться и приготовиться к испытанию, которое они для него приготовили. Без возмущений Рафаэль разувается и отставляет ботинки, закатывая джинсы. Белч ведёт его к стулу, стоящему в центре комнаты напротив двери, откуда ведётся наблюдение остальными студентами за испытанием.
Это так скучно. У парней никогда не хватало фантазии, чтобы разнообразить испытания. Они всегда действуют по одному и тому же сценарию. Идиоты, что ещё сказать.
Рафаэль стоит на стуле с завязанными глазами. Парни вытаскивают ведро с разбитым стеклом и перемешивают его, создавая пугающую и гнетущую атмосферу, отчего я зеваю, прикрывая рот ладонью.
– Идиотизм, – фыркает Сиен.
– Не могу не согласиться, – усмехаюсь я.
Оливер объясняет Рафаэлю правила. По его команде он должен прыгнуть вниз без сомнений, доказав тем самым, что он готов на всё ради своей новой «семьи». В это время ребята продолжают шуметь стеклом, высыпая его на тряпку позади Рафаэля, и одновременно Белч бросает чипсы впереди него. Слуховой обман, но очень и очень тупой.
Оливер выкрикивает цифры по порядку, и на счёт «три» Рафаэль прыгает на чипсы, раздавливая их ногами. Вот и всё. Это так банально, но я должна признать, что рада однообразной фантазии Оливера и его явному нежеланию напрягаться в этом, ведь Рафаэль не пострадал.
Вокруг раздаются аплодисменты, Рафаэль снимает повязку и вытирает влажными салфетками ноги, обувается и подходит к Оливеру. Теперь наступило время его клятвы братству «Альфы» и официальное признание Рафаэля их частью.
– Какая тягомотина, – бубнит Сиен.
– Парни, они всегда торопятся, чтобы быстрее залить свои глаза водкой, – отвечаю я и поворачиваюсь к девочкам, на лицах которых написана та же скука, что и на моём.
– Теперь веселимся, но в меру. Будьте осторожны, – даю разрешение на начало праздника для них.
Свет гаснет, свист наполняет гостиную братства, и все приветствуют Рафаэля, похлопывая его по спине. Все, кроме Калеба, демонстративно ушедшего к бару, и Оливера, поднимающегося к себе. Я выполнила свою миссию, поэтому оставляю сестёр развлекаться и направляюсь за Оливером.
– Ты довольна? – Зло цедит он, когда я закрываю за собой дверь в его комнату.
– Ситуация с твоим отцом выправится сегодня-завтра. Ты же знаешь, что не сможешь выбросить из состава братства Рафаэля, верно? – Насмешливо интересуюсь я.
– Я найду способ, не волнуйся, Мира. Он не задержится здесь надолго, – фыркает Оливер, отпив виски из открытой бутылки, стоящей на столе.
– Или же эта участь постигнет тебя. В твоём тылу враг, но враг сильнее тебя, – спокойно замечаю я.
– Откуда тебе знать, что Карстен решит меня уничтожить?
– Хватит пить, Оливер, я уже тебе говорила о том, что он сказал мне это прямо в лицо. Ты его разочаровал, и не только в этом причина твоего исчезновения.
– Что ещё? Недостаточно прогнулся под ублюдка Рафаэля? – Ядовито шипит он.
– Нет. У Карстена есть какая-то веская причина желать твоего уничтожения.
– Мира, блять, ты задолбала. Я глава «Альфы», и Карстену насрать на меня. Главы всегда развлекались так, насколько позволял их кошелёк. Я взял к себе Рафаэля только из-за того, что твой мудак-отец решил нажиться на честном имени моего.
– Насчёт честности могу поспорить, но ты слов таких не знаешь. Я тебе не враг, Оливер. Мы на одной стороне. Я помогла тебе, слив информацию раньше. Мой отец никогда бы не позволил нам быть вместе. Ты не моего поля ягода, по его мнению, а меня тоже никто не спрашивал. И главная задача сейчас для нас – уничтожить Карстена. Как только это произойдёт, то у тебя будут руки развязаны, и ты сможешь убрать Рафаэля отсюда, как того и желаешь. Война выгодна и тебе, и мне, и всем.
Оливер делает ещё один глоток из бутылки и опускается на стул, расставляя ноги.
– А если я сам поставлю условие. Буду поддерживать тебя в войне против Карстена, но потребую что-то особенное.
– Ты не в том положении. Оно у тебя шаткое, так что мечтать ты можешь о многом, но вот условия здесь ставлю только я, как более сильный соперник, чем ты. Ты не улавливаешь смысла, сказанного тебе, Оливер. Меня ты не волнуешь, я хочу добиться свободы. Тебе она тоже нужна. Поэтому моё предложение работать вместе ещё в силе. Подумай и ты всегда знаешь, где меня найти. А что касается твоих тайных и душещипательных планов, то оставь их для Калеба. Он ещё тупее тебя и проглотит наживку моментально. Да, тебе не кажется, что Калеб в тебя влюблён?
– Чего? Рехнулась совсем?
Приподнимаю уголок губ и тихо смеюсь.
Идиот, я ведь тебе зацепку даю, а ты не видишь. Сам виноват.
Оставляя Оливера без ответа, выхожу из его спальни, и по ушам моментально ударяет музыка. Кривлюсь, потирая ухо, и в этот момент меня хватают за талию одной рукой, а другой закрывают рот и тащат назад. Испуганно брыкаюсь, пытаясь кричать, но меня втаскивают в одну из комнат.
– Это я, – меня обдаёт сладким ароматом яблочного сока и водки.
Рафаэль убирает руку, и я поворачиваюсь к нему.
– Ты меня напугал, – шёпотом признаюсь я.
– О чём ты говорила с ним?
– Проверяла почву. Оливера можно вычеркнуть. От него ничего не добиться. Вообще, ничего, он не желает помогать, да ещё и постоянно пьёт. Вряд ли он помнит что-то странное из той ночи, – быстро объясняюсь я.
– Я ведь просил тебя не лезть, Мира. Я сам справлюсь…
– Снова начинаешь? Снова за своё, Рафаэль? Или мы вместе, или пошёл ты в задницу, плебей необразованный! – Возмущённо толкаю его в грудь.
К темноте в незнакомой комнате я уже практически привыкаю и замечаю наглую ухмылку на лице Рафаэля.
– Не смей смеяться, мон шер. И ты пил, – выставляю палец вперёд.
– Я не мог не уважить своих братьев. Пришлось, и мне хорошо. Мне очень хорошо, – растягивая слова, Рафаэль приближается ко мне, и его ладонь ложится на мою талию, опускаясь к ягодице.
– Ты с ума сошёл? Если сюда войдут…
– Это моя комната, как мне сказали. Я её проверил. Здесь нет ни камер, ни жучков. И здесь есть замок, – подтверждая свои слова, Рафаэль щёлкает им, и его губы скользят по моей шее.
– Мон шер…
Упираюсь ладонями в плечи Рафаэля, опасаясь, что его будут искать. Этот вечер в его честь, и вряд ли отсутствие парня останется не замеченным. Но он даже не слышит меня, целуя мою шею и поднимаясь губами выше по подбородку.
– Я не настолько пьян, чтобы не понимать последствий, любимая моя. Я хочу тебя сейчас и здесь. Ты только подумай, внизу столько людей, в нескольких метрах Оливер, а за стеной, может быть, Белч. Они близко и даже не понимают, что в данный момент я совершаю ещё одно преступление. Люблю тебя, – шепчет он в мои губы. Поднимает мою водолазку, вызывая на коже миллион мурашек от возбуждения.
Музыка отдаётся толчками повсюду, сливаясь с моим повышающимся сердцебиением, когда наши губы встречаются. Мы целуемся, как сумасшедшие. На моём языке остаётся вкус водки, и он проникает в мою кровь, опьяняя меня сильнее и сильнее. Рафаэль сжимает руками мою грудь, скрытую бюстгальтером, который опускает вниз, обнажая соски, по которым моментально бьёт холодный воздух.
– И они не знают, где сегодня будет мой язык. Они не знают, что я буду им делать. Все будут в неведении, – бормочет Рафаэль, опускаясь ниже и подхватывая губами один из сосков. Он посасывает его, вызывая у меня приглушённый стон. Цепляюсь в его волосы, наслаждаясь тем, как моё тело просыпается и отвечает ему вибрацией.
Он целует мой живот, расстёгивая джинсы и стягивая их вместе с трусиками. Его губы проходят по лобку, и я выгибаюсь, когда он задевает клитор.
– Повернись и прогнись немного. Я хочу попробовать тебя снова, – Рафаэль сам ставит меня спиной к себе, и я опираюсь о дверь, немного наклоняясь.
– Ты такая аппетитная, Мира. Такая маленькая и уютная в моих руках, – шепчет он, поглаживая мои ягодицы, а я только могу дышать глубже.
– Чёрт, Мира, я так хочу не прятаться, – он целует мои ягодицы. Водит губами по ним и упивается ароматом, который наполняет комнату.
Его язык проходит по губкам влагалища, и я с шумом втягиваю в себя воздух. Он играет с моим клитором, посасывая его и вырывая из моей груди тихие стоны. Я пытаюсь их контролировать, но это сложно. Моё тело извивается под его губами. Надеюсь, что музыка скроет наши эмоции, потому что я не в силах терпеть и задыхаюсь от страсти. Она пронизывает меня с ног до головы, когда его язык входит в мою дырочку, вылизывая её.
– Рафаэль, – я даже не знаю, чего прошу сейчас. То ли того, чтобы его язык был ещё быстрее, щекоча мой клитор, то ли чтобы заполнил меня полностью и выбил душу из тела на несколько секунд.
Мои ногти царапают дверь, и я издаю стон за стоном, упиваясь от удовольствия прикосновений его языка и губ, всасывающих мой клитор. По моему телу бьёт волна первого оргазма, и я, опуская голову, кусаю себя за руку, заглушая крик. Меня потряхивает, а Рафаэль не прекращает изводить меня, играя со мной. Поднимается поцелуями по пояснице. До моего слуха доносится, как джинсы падают на пол, и я ощущаю головку его члена у своей дырочки. Резко подаюсь назад и выгибаюсь. Один стон на двоих.
– Я люблю тебя, – целую губы Рафаэля, ощущая свой же вкус, и это заводит ещё сильнее.
Он берёт меня прямо у двери, крепко держа за талию, целуя мои скулы, мою шею. Задыхаюсь от возбуждения и удовольствия, когда его член входит в меня быстрее и быстрее. Я слышу только нас с ним. Эти шлепки обнажённой плоти. Эти стоны и слабые, преступные крики. Я слышу наши сердца, отдающиеся в висках. Его ладонь сжимает мою грудь, щиплет за сосок, вызывая шумные и сдавленные стоны. Подаюсь назад к нему, а он ко мне. Так бесконечно долго. Наши губы то сливаются, то разъединяются. Его шёпот о том, как внутри меня горячо и тесно, сводит с ума. Его слова о том, как скользко во мне и как его член наполняет меня до самых яиц, заставляюсь двигаться быстрее. Чёрт возьми, музыка ударяет по ушам. Рафаэль трахает меня и сжимает рукой грудь, а другой опускается ниже, надавливая на клитор. Калейдоскоп удовольствия, наслаждения и безумия наполняет моё тело и разум. И меня накрывает оргазмом. Выкрикиваю в его губы и кусаю нижнюю, оставляя на своём языке привкус крови. Рафаэль стонет и ожесточённо делает толчок в меня, подрагивая на пике наслаждения. Моё тело дрожит в его руках. Его член выскальзывает из меня, и из меня вытекает сперма, скатываясь по бёдрам.
– Прости… я укусила тебя, – шепчу, едва держась на ногах.
– Кусай столько, сколько захочешь. Я ничего не чувствую, кроме тебя и своего сердца, – хрипло отзывается Рафаэль. Его ладонь опускается вниз, и он собирает пальцами струйку спермы.
– Когда-нибудь она будет работать правильно. Её останется в тебе столько, чтобы ты подарила мне ребёнка. Нашего ребёнка. Нашу семью. Я приду сегодня к тебе, – шепчет он, целуя меня напоследок в губы.
– Обещаешь? – Тихо спрашиваю его, пока Рафаэль одевает меня, опускает водолазку и приводит в порядок себя.
– Клянусь. Я проверю обстановку, а потом ты выйдешь, – ещё один быстрый поцелуй в губы, и он выходит из комнаты.
Через несколько секунд Рафаэль показывает головой, что я могу идти.
– Мы выиграем, – до меня доносится его обещание. Оборачиваюсь, и меня до сих пор трясёт после оргазма. Ноги ватные. Не ощущаю даже пола под собой. Он улыбается мне прокушенными губами, и моё сердце умирает от надежды на будущее.
– Ты где была? – Едва успеваю спуститься и сделать пару шагов в танцующую толпу, как музыку перекрикивает Сиен.
– Да здесь была. Домой иду. Ты со мной? – Зачем-то приглаживаю волосы.
– Останусь у Белча.
– Хорошо. До завтра, – выскакиваю из дома братства, ощущая, как вся моя кожа пропиталась ароматом секса. Мне кажется, что его чувствуют и окружающие, замечая меня, сбегающую отсюда так быстро, словно за мной гонятся волки.
Захожу в тихий дом и поднимаюсь к себе. Падаю на кровать, и на моих губах расплывается удовлетворённая улыбка.
Приняв душ, переодеваюсь в ванной комнате и поворачиваю голову к спальне Рафаэля. Бывшей спальне. Толкаю дверь, оказываясь в ней. Включаю торшер, и мой взгляд останавливается на написанной на стене картине. Она очень страшная и даже безумная, но прекрасно передающая всё, что происходит со мной. Только вот сейчас можно нарисовать идентичную картину, где именно я падаю на колени, а Рафаэль держит моё сердце в своих руках. Это именно так. Я чувствую себя именно так, когда оказываюсь в его руках.
– Почему ты здесь?
Поворачиваю голову к двери и вижу Рафаэля, прислонившегося к косяку.
– Ты больше не рисуешь? – Интересуюсь я.
– Нет.
– Почему?
– Зачем, Мира? Не хочу, чтобы это стало причиной нового шантажа и принесло нам проблемы, – пожимает он плечами.
– Но у тебя хорошо получалось. Может быть, твои комиксы сделать книгой?
– Смеёшься? Я не литератор, а любитель измазать стены, – усмехается Рафаэль, отталкиваясь от косяка, и подходит ко мне сзади.
Он обнимает меня, и я снова смотрю на картину.
– Знаешь, мне кажется, что тебе нужно завершить эту историю. Напиши ей хеппи-энд.
– Сразу конец? – Рафаэль прижимает меня к себе, целуя в висок.
– Не сразу, но хороший конец. Думаю, что таких историй должно быть больше, чем печальных. Иногда людям нужна вера в то, что есть смысл бороться дальше.
– Я предпочту реальность, Мира. И конец для нашей истории очень и очень далеко. Я только жить начинаю с тобой. Я только привыкаю к тому, что ты снова рядом со мной. Не переворачивай так быстро страницы, – улыбаюсь и смотрю на Рафаэля.
– Я боюсь не успеть. Неизвестно, что будет завтра или же через месяц. Вдруг я тебя снова потеряю, и ты уйдёшь. Исчезнешь, или тебя заберут у меня. Обстоятельства никто не отменял. Пока мы здесь, то мы вместе, а что будет там? В настоящей жизни? Как мы это сделаем? Мой отец…
– Мира, не забегай вперёд. Для начала нам нужно избавиться от Карстена и опасности, исходящей от него. А твой отец… ему придётся смириться, потому что я тебя никому не отдам. Пошли, – Рафаэль толкает меня к двери и попутно выключает свет.
– Я не хочу, чтобы ты без моего ведома искала информацию. Если Карстен узнает об этом, то всё закончится плохо, – говорит он.
Закрываю дверь на замок и поворачиваюсь к Рафаэлю, стягивающему с себя свитер вместе с футболкой.
– Я не искала её, а только прощупывала почву. Мон шер, я не дура. Мы работаем над этим вместе, и я лишь пошла к Оливеру, чтобы понять – готов ли он сотрудничать, и получила ответ – нет, – раздражённо передёргиваю плечами, сбрасывая халат и забираясь в постель, ожидая, когда рядом ляжет Рафаэль.
– Я знаю, что ты не дура, Мира, но это очень тонкое дело, к которому нужно найти подход. Оливер вряд ли скажет что-то сносное. С той ночи он растерял свои мозги, да и никогда не был внимателен к деталям. А я уверен, что на том видео есть что-то странное, и именно оно может объяснить причину возвращения сюда Карстена, как и вывести меня на кукловода. Я думаю, что дело обстоит именно так. Ты тоже не можешь вспомнить. В том состоянии, в котором ты была, это невозможно. Так что я буду сам искать видео…
– А Белч? Он же тоже может, – перебиваю Рафаэля, вспоминая об этом пронырливом парне.
– Я не хочу втягивать его в эту историю. Он знает, что я Каратель. Остальное для него лишнее. И не надо меня отчитывать, Мира. Ты тоже многого не рассказала Сиен.
Поджимаю губы и шумно вздыхаю. Он прав.
– Но Белч это не Сиен. Сиен эмоциональная и она девушка, а Белч… моё мнение о нём изменилось. Он умеет разговорить Оливера. Ведь именно он вытащил из кузена информацию, которую передал тебе обо мне и о наших отношениях, значит, можно попытаться снова. У Белча есть подход к Оливеру.
– Я подумаю, ладно? Иди сюда, – Рафаэль притягивает меня к себе, и я кладу голову ему на плечо.
– Когда ты начнёшь переворот?
– Как только Карстен прикажет, пока он молчит.
– Сообщи мне об этом, ладно? Или я рехнусь от страха.
– Хорошо. Я обещал тебе защищать тебя, Мира, и я буду это делать, даже если мне придётся открыть всем свои преступления. Всё будет хорошо, клянусь тебе. Ты, главное, будь рядом. Вот как сейчас, и я буду рисковать ради тебя постоянно. У нас всё получится.
Глава 4
Мира
Ветер бьёт по стеклу. Капли дождя, словно мутная дымка, накрывают горизонт. Бросаю взгляд на часы и снова смотрю в окно.
– Я бы хотела её уничтожить, – удивлённо оборачиваюсь к Сиен, сидящей в моём кресле и покачивающей ногой.
– Да, не смотри так на меня, Мира. Я хоть и за мир во всём мире, но Саммер – неугомонная, противная стерва. Нам и без того сложно, а она ещё один враг для нас, – подруга передёргивает плечами, а я возвращаю своё внимание на подъездную дорожку к дому.
– Рафаэль сказал, что в данный момент у неё нет ничего на нас, кроме смонтированного видео со мной, и информации о финансовом состоянии Рафаэля, точнее, о его отсутствии. Так что пока она нам не угрожает.
– Пока. В том-то и дело, что пока она не угрожает. То видео…
– Уже найдено и перехвачено Рафаэлем. Он поставил какой-то второй пароль на этот файл. Саммер убеждена в том, что если она захочет, то легко сможет переслать его, только вот она ошибается. При нажатии на кнопку «отправить», система выдаст ей ошибку, а Рафаэлю придёт уведомление о том, что она решилась на это, – уверенно перебиваю Сиен.
– А сам Рафаэль? Его банковский счёт не пополнился на несколько миллионов?
– Здесь есть варианты обойти угрозу. Например, сказать, что Рафаэль специально сыграл эту роль, намеренно выставив себя бедным парнем, и ему было жаль денег на Флор. Она здесь, – отпускаю штору и отхожу от окна.
Прошло уже больше недели с того момента, как Рафаэль стал частью братства «Альфа». Карстен пока не давал никаких распоряжений, поэтому последнее время мы более или менее живём мирно, даже месье Леду вернулся и отчитывает всех за прогулы, наказывая карцером. Мы подготовились к возвращению Саммер, прикрыв все тылы, но не продвинулись ни на йоту в поиске полного видео той ночи, что меня очень заботит. Оно точно не у Карстена, иначе бы Рафаэль уже вычислил его. И я убедилась, что кукловод существует. Три дня назад Рафаэль вскрыл замок на двери в комнату, принадлежащую Карстену, обыскал её, но безуспешно. На самом деле он пробыл там всего пять минут, делая вид, будто что-то ищет. Затем он отправился к охране и заплатил за то, чтобы они удалили этот момент с камер видеонаблюдения, но буквально в ту же секунду Карстен позвонил Рафаэлю и сказал, что тот глуп, раз решил искать что-то в «загоне для скота». Значит, есть кто-то ещё, докладывающий Карстену о происходящем здесь, и у него есть доступ не только к камерам видеонаблюдений, но и к документам. Это кто-то из администрации, вероятно, даже сам месье Леду или озлобленный профессор, желающий свести счёты с нерадивыми и наглыми студентами. Значит, война будет ожесточённой, ведь дело касается не обычного идиота, который здесь учится, а взрослого человека, который планирует нечто очень страшное.
– Боже, девочки, я так рада вас видеть! Мира, дорогая моя! – Резко вскидываю руку вперёд, останавливая Саммер, подскакивающую ко мне.
– Я только душ приняла. Не пачкай.
– Ты, как всегда, радушна. Сиен, а ты поправилась, налегаешь на мучное, – подруга кривится, когда её чмокает в щёку Саммер.
Другие девочки с опаской смотрят на вновь вернувшуюся сестру.
– Как у вас дела? Мне рассказывали так много, и я просто обескуражена тем, что Всадники объявились. Может быть, это к новому перевороту? – Со льстивой улыбкой говорит Саммер.
– Ты знаешь путь в свою комнату. Девушки, готовимся к предстоящему благотворительному приёму. Каждая из вас должна написать резюме и предоставить мне до конца следующей недели. Я передам их месье Леду, – обращаюсь к сёстрам, и они с облегчением расходятся по своим спальням. Мне нравится их преданность мне и понимание ситуации.
– Ой, а я и забыла про это восхитительное событие, как удачно я вернулась. Надеюсь, что в этом году я поеду. Сиен, милая, поможешь с чемоданами? А то рука до сих пор болит, и врач мне запретил носить тяжести, – Саммер страдальчески показывает на свою руку, отчего я закатываю глаза.
– У тебя, как я вижу, две руки, поэтому справишься сама. Сиен, ты хотела погулять, – показываю подруге на дверь. Лучше пусть она сейчас будет с Белчем, чем здесь, пока я лично не поговорю с Саммер.
– Но…
– Буду вечером, – Сиен хватает зонтик и выскакивает из дома.
Перевожу взгляд на Саммер, недовольно фыркающую на то, как её встретили «дома».
– Мира, ты же не сердишься на меня из-за Рафа, правда? Я ведь не знала, что ты влюблена в него и…
– Я? Сержусь? Что ты, Саммер, я ни капли не сержусь, всего лишь презираю тебя и ненавижу, а так у меня нет к тебе никаких претензий, – улыбаюсь ей и подхожу ближе.
– Выглядишь ужасно. Снова отбелила волосы дешёвой эмульсией, да и прыщи у тебя появились. Налегаешь на сладкое? Хорошо, что ты здесь, теперь я буду следить за твоим рационом, и ты снова кому-нибудь приглянешься, – с отвращением подхватываю уложенную прядь волос и перекатываю её между пальцами.
– Ты не можешь меня отсюда выгнать, иначе я подброшу тебе проблем.
Вот оно. Я даже удивлена тому, что Саммер не выждала хотя бы день, чтобы угрожать.
– А ты не в курсе? Я люблю решать проблемы и прекрасно справляюсь с математическими задачками – заслуга Рафаэля, конечно же. И вряд ли ты здесь задержишься, поэтому можешь начинать вытаскивать все свои заначки, только вот выложить их некуда. Сайт ведь больше не принадлежит нам, он полностью контролируется Всадниками, – специально дёргаю её за прядь и отпускаю, цокая языком, и мило улыбаясь.
– Знаешь, что самое интересное? Ты до сих пор никому не нужна, и никто тебя не ждал, даже Карстен, которому ты докладываешь всё, вероятно, считая, что он тебя спасёт. Увы и ах, всё так прозаично и глупо. Ты никогда не отличалась умом, но я прощаю тебя, ведь на инвалидов не стоит обижаться, им нужно помогать справиться с их недомоганием. Располагайся, Саммер, только в следующий раз бери в компаньоны не идиотку-Джульетту, а кого-то более умного. Вдруг что-то и получится, – похлопывая её по щеке, обхожу и, хватая зонт, открываю дверь.
– Но есть ещё Рафаэль, Мира. И он в моих руках, – летит в спину.
– Ошибаешься, в твоих руках пустота. Рискни, если так уверена в ней, – раскрываю зонт и оказываюсь на улице под проливным дождём.
Мне противно находиться в этом доме сейчас. Саммер точно пойдёт в мою спальню, чтобы обыскать её, но она заперта. Она попробует подобрать ключ и, вероятно, вскроет замок, как и постарается проникнуть в комнату Рафаэля.
Печальная улыбка появляется на моих губах, когда я медленно иду по дорожке, доставая телефон из кармана джинсов. Пришлось закрасить стену, но я сфотографировала картину Рафаэля, а мне бы хотелось оставить её навсегда. Перенести её в наш скромный уголок на краю мира и смотреть на неё постоянно.
– Заболеешь ведь, – мне на плечи опускается пальто, я мягко улыбаюсь и, поворачивая голову, встречаюсь с озабоченным взглядом Рафаэля.
– Следишь за мной? – Прищуриваюсь я.
– Всегда. Видел, что сука вернулась, – Рафаэль складывает свой зонт и юркает под мой, забирая его из моей руки.
– Уже сделала пару ходов.
– Я могу убрать её.
– Это было бы очень просто, – цокаю я.
– А тебе нужны проблемы, да, Мира? Их мало?
– Нет, не нужны, но я не хочу прибегать к помощи Карателя, ведь тогда Карстен поймёт, что я в курсе о твоей роли. Ничего нового не выяснил?
– Нет, но сегодня в столовой я слышал о том, как девушки со второго курса обсуждали возмущение их родителей из-за повышения стоимости оплаты за второе полугодие.
– Оплата была повышена в начале года на сто тысяч. Зачем повышать снова?
– Не знаю. Но многие здесь, по моим данным, платят не только за обучение и проживание, но и за дополнительные льготы. К примеру, пропуск занятий, несдачу нормативов и другого, и эти деньги идут в карман мистеру Леду.
Хмурясь, смотрю на Рафаэля, прокручивая в голове полученную информацию.
– То есть кукловод именно это пытается вытащить на свет?
– Или он очень зол из-за того, что получает меньше, чем ему хотелось бы. Эти документы были зашифрованы, но я вошёл с компьютера мистера Леду в систему платежей и счетов, и не увидел дополнительной защиты на них. Значит, её сняли.
– Ты с ума сошёл? Тебя никто не заметил? – Испуганно шепчу я.
– Марджори, – кривится Рафаэль.
– Чёрт, она сдаст тебя. Она дура, и я думаю, что спит с месье Леду.
– Она не спит с ним, Мира, точно тебе говорю, – усмехается он.
– Откуда такая информация? Она с ним работает давно, как и многие преподаватели.
– Марджори соблазняет меня.
Мой рот от шока приоткрывается, и ревность просыпается внутри.
– Ещё раз. Она что делает? – Сквозь зубы цежу я.
– Она хочет трахнуть меня, и спит с другими студентами, а они пользуются ей и получают поблажки. Тот же Оливер её трахал, и…
– И ты собираешься трахаться с ней? Я убью тебя! – Злобно ударяю Рафаэля по груди.
Он тихо смеётся и одной рукой притягивает меня к себе.
– Конечно, нет, Мира. Успокойся, я тоже использую её в своих целях. Я умею разговаривать с женщинами, и у меня встаёт только на тебя. Это должно тебя немного утихомирить, – с улыбкой говорит он.
– Если она спит со студентами, то может спать и с кукловодом, Рафаэль, – меня озаряет мыслью. – Смотри, ты убеждён, что ребята трахают её, чтобы пользоваться поблажками, и им это легко удаётся, но это же может делать и кукловод. Среди профессоров много старых развратников, которые обожают смотреть на наши коротенькие юбочки. И компьютер месье Леду связан с компьютером Марджори.
– Я проверил компьютер Марджори. С её аккаунта нет доступа к файлам директора. Он закрывает их, и хранит только у себя, да и у него много ответвлений в системе, а там везде тайники, и они запаролены. Есть вероятность, что кукловод узнал раньше о том, что Леду забирает себе часть денег, которые должны идти определённому преподавателю в счёт уплаты экзаменов. Может быть, кто-то проболтался, здесь, вообще, рты не закрываются, поэтому эта информация могла легко просочиться. К тому же каждый из профессоров имеет доступ к камерам видеонаблюдения, и охрана всегда выполнит в первую очередь их указания, а не студентов. Они возьмут деньги и забудут о просьбе, выставив всё так, что это произошло раньше. Как было со мной, в тот момент, когда позвонил Карстен. С компьютера Марджори я вытащил всё, что было возможно, и я следил за ней. Она уезжает к себе каждый день после шести часов, иногда не одна, а с ребятами. Их я тоже проверил. Здесь работает человек, который знает все тонкости программирования, и является отличным стратегом.
– Но зачем ему уничтожать студентов? Тот же Тимоти, чем он ему не понравился? Или другие? Если дело касается денег, а оно всегда касается денег, то можно было просто вытащить на свет все чёрные счета и, показав их на собрании, обратиться к адвокату. Да есть много вариантов, как вывести на чистую воду месье Леду, – хмурюсь я.
– Я не знаю, Мира. Ты права в том, что денежные вопросы решаются иначе, но здесь что-то ещё. Он вернул сюда Карстена и узнал какую-то его тайну, которую тот скрывает. Зацепка есть в том видео, и я думаю, что кукловод даёт не наводку, а разрешение, а Карстен убирает тех, кто был причастен к событиям той ночи. Остальные – просто мимолётные жертвы, чтобы запутать следы. Если начать убирать точно по списку, то легко понять мотив. Это глупо. Тем более Всадников боятся, и посмотри, практически все студенты сейчас посещают занятия, сдают всё, и стало меньше вечеринок. Точнее, их просто нет. Даже братства затихли. Дисциплина. Вероятно, именно это – одна из задумок кукловода. Я говорил с мистером Леду, как только он вернулся сюда. И он бессилен перед Карстеном. Всадники никогда не подчинялись директору, так было заведено, и он не имеет на них управы, так как это не зелёные юнцы, это уже серьёзные и перспективные активы, с которыми ругаться невыгодно. Да и директору насрать на это. Он получает хорошие деньги от Карстена, поэтому ко мне больше нет претензий у Леду.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?