Читать книгу "Во главе обмана"

– А кто такие последовательницы Мены? – заинтересованно встряла Дамали.

Дея тяжело вздохнула, глянув на часы. Она оставила Ника одного с подругами всего на час, а он уже растрепал об их семье больше, чем она за годы. Ник никогда не выдаст ничего на самом деле серьёзного: что, кому и как отвечать, они обучены с детства, но Дея держала подруг подальше от любой информации о Лазарисах. Чем меньше знают – тем безопаснее для них же.

– Разве вы в Даории не изучаете общую историю? – уточнила Аэлла, а Дея как можно тише прикрыла дверь и заперла, продолжая слушать.

– Изучаем. Я знаю, что Мена – это богиня вашего ближайшего спутника, который похож на луну у людей.

– Ага, наша луна зовётся Меной. Это второе имя богини, первое – Селена, – поддержал Мениск, применяя специальную обворожительную интонацию, когда хотел кого-то очаровать.

– Селена чем-то особенна для вас? Она же не покровитель Палагеды, – недоумевала Дамали.

Дея помедлила, отложив сумку. С одной стороны, ей хотелось изучить данные и убедиться в полученной информации, но, с другой, появилось желание повременить и притвориться, что она ещё не угодила в трясину проблем.

– Действительно, – растягивая слово, с улыбкой подтвердил Ник. – Однако Мена единственная из богов помимо Танатоса, Мороса и Гипноса, для кого у нас есть древний храм. Ей начали поклоняться ещё до Войны разрыва.

– Дея! Ты пришла! – встрепенулась Дамали, когда хозяйка прошла в гостиную.

Подруги расселись на креслах, пока Ник занял диван напротив. На кофейном столике были десерт и открытая бутылка вина. Дея и бровью не повела, увидев этикетку. Помимо вещей брат притащил и часть семейных алкогольных запасов. Она знала, что вино очень дорогое. С одной стороны, Дее было приятно, что Ник захотел произвести на её подруг хорошее впечатление, но с другой – не была уверена, ради неё ли он так старается или уже положил глаз на Дамали.

– Твой ужин на столе, – заверил Ник, махнув рукой в сторону кухни, которая соединялась с гостиной и столовой, но Дея пожала плечами. Аппетита не было. Поэтому она налила себе вина и с ногами забралась на диван рядом с братом.

– Ник, расскажи Дамали, зачем построили отдельный храм для Мены, – отвлекла Дея, заметив немые вопросы о прошедшей встрече в глазах подруг.

– Верно, – вспомнил он прерванный разговор. – По легенде, у одной из женщин проходили очень тяжёлые роды. У неё была двойня, но лежали они неправильно, и целители тех времён не могли никак помочь. Нужно было выбрать между жизнью матери и детей, хотя была велика вероятность, что погибнут все. Тогда родственники взмолились поднявшейся на небосвод Мене. Богиня услышала мольбы, сошла с небес, погрузив ненадолго весь мир во тьму, и помогла женщине разрешиться. Мать осталась жива и родила здоровых мальчика и девочку.

Дея сделала несколько глотков вина и накрыла ноги пледом. Губы невольно дрогнули в улыбке при взгляде на Дамали и Аэллу, которые не отрываясь смотрели на Мениска. Брат, любя быть в центре внимания, источал обаяние, умело пользуясь интонацией и голосом. Ораторское искусство лучше всего давалось Немее и Мениску, но если старшая сестра применяла навыки ради помощи родителям в управлении бизнесом, то Ник – чтобы кружить головы девушкам.

– Но это не всё. Когда дети подросли, их потянуло к искусству, – продолжил Ник, вальяжно уложив руку на спинку дивана. – Девочка писала прекрасные картины, пока мальчик с отрочества создавал немыслимые по красоте скульптуры. Их таланты росли вместе с ними, а их творения, казалось, наделены притягательной магией. Мену нарекли не просто спасительницей, но и покровительницей одарённых. Ей построили храм, и те дети стали первыми последователями богини. Затем всё чаще рождённые в период лунного затмения проявляли тягу к искусству, а количество последователей росло.

– То есть все рождённые в затмение талантливы? – заинтересовалась Дамали.

– Нет, лишь те, кому Мена помогла родиться. – Ник ткнул в Пандею, и она скрыла гримасу в бокале с вином. – Дея как раз такой пример. Она родилась в затмение, но среди всех ни разу не проявила интереса к искусству. Мама рассказывала, что роды прошли легко. Вероятно, в ту ночь Мена спускалась ради кого-то другого. – Мениск наградил сестру жалостливо-насмешливой улыбкой.

Старая шутка в семье, но надоела она только Дее.

Пандея сделала большой глоток вина, чтобы не встрять. Интерес она проявляла, а помимо него было и сотни попыток, однако не нашла в себе и капли той искры и таланта, что были в матери или Месомене. Но она устала оправдываться, почему Мена её ничем не одарила, словно сама Пандея была в этом виновата.

– В школе мы проходили древнее искусство, – дополнила Аэлла для Дамали. – И там были художники и скульпторы с фамилией Лазарис. Думала, однофамильцы, а оказывается, это род Деи!

– О-о-о, – с восхищением протянула даорийка, разглядывая Ника и Дею, будто они на её глазах превратились в дорогущее произведение искусства.

Мениск ответил ей заговорщической улыбкой, но Дея качнула головой.

– Это раньше, – остудила их восторг Пандея. – Легенда старая. Да, наша мама талантливый художник и является официальной последовательницей Мены. Скорее всего, Месомена тоже будет включена в список одарённых.

Ник согласно кивнул, отпив вина. У него самого выходили неплохие картины, но особой тяги к творчеству он не имел. И его это не печалило, кажется, брат решил, что сам является достаточным шедевром. Хотя тут не его заслуга, а матери. Она же его родила.

– Теперь вдвойне ясно, откуда у тебя такие обширные знания в искусстве, – заявила Аэлла, взглянув на Дею. – Я читала твои статьи. Они не всегда понятные, но очень интересные.

Пандея вымученно улыбнулась. Хоть в одной теме, но знаниями она могла похвастаться, слышала сотни имён художников, скульпторов и творцов с детства. Большая часть ежедневных разговоров состояла из новостей в художественном и криминальном мире. Пандея качнула головой, до сих пор не понимая, как родителям удалось сойтись. Мать художница и последовательница Мены, а отец глава подпольного бизнеса, торгующий теми самыми произведениями искусства. Часто крадеными. Именно благодаря ему матери удалось собрать немыслимо редкую коллекцию картин, которую теперь она хотела показать в Санкт-Данаме, лишь бы переплюнуть даориев.

Мениск засмеялся какой-то фразе Аэллы, и Пандея заморгала, осознав, что пропустила часть разговора. Она сосредоточилась, но её отвлекла вибрация телефона. Она достала его из кармана джинсов и замерла, не веря написанному.

«Он снова начал приходить. Скорее всего, вернётся в пятницу. Я отпишусь. Кэл».

Ого.

Год она гонялась за одним мужчиной, не зная, как подступиться. В здание, где он работает, её даже на порог не пустят, по клубам его уже не найти, а просто так нигде не перехватить – он всегда пользуется личным транс п ортом.

И вот спустя год Иво вновь объявился.

У Пандеи спёрло дыхание. Она с трудом спрятала идиотскую улыбку и убрала телефон, чтобы подруги и брат ничего не заподозрили. Её охватило облегчение от осознания идеального стечения обстоятельств. Хоть она и достала документы, но хотела поскорее от них избавиться, передав дальше. Пандея допила вино, позволив себе полностью расслабиться.

Кажется, она наконец сможет добраться до Кая.

4

Пять с половиной лет назад

ПАНДЕЯ

– Милосердные боги, у тебя не лицо, а поросячья морда! – Элион выдал это с таким правдоподобным ужасом, что смысл слов дошёл не сразу.

Тот самый похититель с поросячьей мордой со всей силы врезал племяннику архонта в живот. Элион согнулся, борясь то ли со смехом, то ли с кашлем. Пандея отшатнулась к ближайшей стене и мелко задрожала. На глазах против воли выступили слёзы. Она помнила, что у Элиона раскрыты наручники, но вместо попыток защититься он сильнее дразнил каждого громилу.

– Ой, прости, кажется… я действительно перегнул палку, – откашлявшись, промямлил Элион. – Всё-таки я видел свиней симпатичнее тебя.

Следующий удар кулака пришёлся ему по лицу. Дружки «поросячьей морды» не присоединялись, но и не торопились останавливать избиение. Элиону достался пинок по рёбрам, но он мрачно засмеялся и пробормотал что-то ещё, Пандея не расслышала. Бандит за рубашку вздёрнул Элиона и приставил к его виску пистолет, угрожая прострелить башку.

Племянник архонта смеяться перестал, но улыбка превратилась в мстительный оскал. На виске появился темнеющий отпечаток от прикосновения металла.

– Убери пистолет, Аллен. За этого идиота мы выручим в несколько раз больше, чем за девчонку, – властно приказал другой наёмник.

Дея припомнила его среди своих похитителей. Мужчина лет сорока. Крепкое телосложение, сломанный нос, коротко стриженные чёрные волосы. Человек. Все похитители были людьми.

Аллен нехотя, но послушался. Элион нацепил скучающее выражение лица, несмотря на свежеразбитую губу и новый синяк на скуле.

– Ещё раз откроешь пасть – и останешься без зубов, – сухо пригрозил, видимо, главарь Элиону и шагнул к Пандее, которая сильнее вжалась в стену.

– А ты без башки, – скопировав его тон, бросил племянник архонта.

Наёмник на миг замедлил шаг, потом фыркнул и, схватив Пандею под локоть, грубо дёрнул на себя.

– Тебе повезло, что я уже договорился. Так бы сбросил тебя в какой-нибудь агрегат. Вроде есть тут для резки.

Элион и бровью не повёл, не спуская с него убийственно холодного взгляда, Пандею же замутило от красочных картин перед глазами. Иногда живое воображение – сущее проклятие.

Пандею потащили по тёмному коридору. Она старалась собраться, не паниковать и шагать ровно, но из-за сломанных каблуков двигалась неуклюже. Голова болела и кружилась от голода, язык казался распухшим от жажды.

Элиона так же подхватили и поволокли следом.

– Куда вы нас ведёте? – хрипло спросила Пандея у главаря, но тот её проигнорировал и лишь грубее дёрнул на повороте, заставив покачнуться.

Пандея заморгала от обилия света, когда их вывели в огромный ангар. На самом деле окон было немного и все грязные, свет лился в основном через некоторые трещины в высокой крыше. Фабрика была настолько старой, что сквозь потрескавшийся бетонный пол проросли сорняки. Пандея с опаской посматривала на обилие ржавеющего металла вокруг. Сломанные станки, еле держащиеся балки над головой, железные лестницы, обломки на полу. Если бы не туфли, она бы уже не могла ходить из-за обилия металлической стружки. Всё здание – буквально минное поле для таких, как она.

Пандею грубо усадили на старый стул. Деревянный с металлическим каркасом. Она зашипела и поморщилась, дотронувшись связанными за спиной руками до металла. Дея отстранилась, неудобно устроившись на краю обшитого сиденья.

Элиона вынудили сесть на стул справа. Он быстро оглядел помещение, но предусмотрительно замер, когда «поросячья морда» направил на него пистолет. Остальные двое куда-то ушли. Пандея вскинула взгляд, заметив на верхнем ярусе фигуры. Те лежали, скрываясь в тенях. Прикрытие.

– Дыши, малышка. Скоро пойдёшь домой, – едва слышно успокоил Элион.

Пандея сомневалась, что контролирует своё выражение лица, широко распахнутые глаза болели.

– Умолкни, – приказал главарь, продолжая смотреть куда-то вперёд.

Прошло пару минут, прежде чем из пролома в стене показался незнакомец. Несмотря на тёплую погоду, он был в чёрном костюме и с кожаной сумкой в руке. Он шёл один, уверенно продвигался мимо металлических обломков. Светлые волосы сохраняли холодный бежевый оттенок даже при солнечном свете, на привлекательном лице отражалась скука. Он остановился в семи шагах от заложников и стоящих по обе стороны похитителей.

Похоже, это и есть тот Кай, о котором говорил Элион. Устрашающе он не выглядел, скорее напоминал молодого бизнесмена, хотя ледяной взгляд обжёг, едва скользнув по Пандее. Внимание на Элионе он задержал чуть дольше. Разбитое лицо племянника архонта ему явно не понравилось.

– Пиджак, – сказал главарь, предупреждающе ткнув Пандее в висок дулом пистолета.

Кай раскрыл пиджак, демонстрируя, что оружия у него нет.

– Твои парни меня уже проверили на входе.

Главарь подбородком указал на кожаную сумку в руке Кая:

– Там всё?

– Да. За двоих, как и договаривались.

Сумка выглядела тяжёлой, Пандея засомневалась, что там только деньги. Возможно, ещё драгоценные металлы Палагеды. Артемзия, например.

– Раскрой, чтобы я увидел, – заупрямился главарь. Он хоть и направлял пистолет на Пандею, но сделал шаг вперёд, ближе к Каю, который не двинулся с места – лишь выражение его лица стало более скучающим.

– У меня нет привычки лгать. Забирай деньги и проваливай.

Кай бросил сумку буквально в двух шагах перед собой. Одновременно с этим он вскинул вторую руку, словно отмахнулся от надоедливого диалога. Пандея отвлеклась от своего волнения, заметив странный жест. Рука на первый взгляд казалась расслабленной, но три пальца…

Три?

Что это? На счёт «три»?

Три слова?

Три минуты?

– Подними и прине…

Главарь не договорил, потому что на третий удар сердца раздался выстрел. Пандея вздрогнула, когда её забрызгали кровь и мозги. Элион резко отклонился, и пуля, которая предназначалась его голове, врезалась в бетон под ногами Пандеи. Следующий выстрел откуда-то сверху прикончил и «поросячью морду». Должно было стать тихо, но в ушах Пандеи продолжало звенеть эхо. Прямо перед ней лежало тело главаря с разорванным черепом.

Похоже на снайперскую винтовку.

Пандея оцепенела, с непонятной, неживой отстранённостью глядя на тело. Она хотела моргнуть или отвернуться, но просто не могла.

– И это всё? – раздался возмущённый голос Элиона, послышался звук сброшенных наручников. – Мы теперь переговоров не ведём? Он даже не успел выдвинуть ещё парочку тупых условий.

Недовольство Элиона было наигранным. Кай отреагировал скупо приподнятой бровью.

– С тобой, идиот, будет отдельный разговор. Я сказал дать себя схватить, а не позволять себя избивать.

– Ой, да я пару раз пошутил, а эти неженки чувствительные оказались, – расслабленно отмахнулся Элион, пока лужа крови из чужой головы доползла до туфель Пандеи.

– Дерек! – позвал Кай, и откуда-то сбоку появился мужчина. Походил на человека. Военная форма, крепкое телосложение, бронежилет, пистолет на бедре и винтовка в руках. – Вы всех убрали?

– Ага. Семеро сверху, десять снаружи.

– Зачистите место, и деньги твои.

– Непыльная работка вышла. Всегда приятно иметь с тобой дело, парень. Зови ещё. – Со смешком Дерек подхватил сумку и посмотрел наверх: – Сбрасывайте! Зачищаем!

На втором ярусе началось шевеление, Пандея наконец оторвала размытый взгляд от тела перед ней и тут же пожалела, увидев, как мужчины сбрасывают убитых с высоты нескольких метров. Семь тел с неприятным звуком рухнули на бетон.

– Ты всех прикончил, никого мне не оставив?! – возмутился Элион. – Да эти придурки мне чуть в трусы не залезли, ища керов маячок.

Пандея вздрогнула, когда рука легла на её плечо.

– Не дёргайся, малышка, я разрежу верёвку, – предупредил Элион. Дея замерла, ощутив холодное лезвие кожей.

– Пандея Лазарис?

Девушка вся выпрямилась, когда Кай обратился к ней. Теперь этот палагеец её пугал, как и Элион, и Дерек, и все, кто с ними заодно. Даже отец не вёл дела так категорично, эти же походили на головорезов.

– Она самая, но немного в шоке, – вместо неё ответил Элион.

Пандея потёрла запястья, как только руки освободились. Вставать она боялась – не факт, что не грохнется в обморок.

– Её насиловали? – осведомился Кай уже у Элиона.

Дея даже не возмутилась. Она просто не могла вспомнить, как пользоваться голосом и издавать звуки.

– Сказала, что нет, но ей досталось. Лучше отвести к Дардану сперва, чтобы врачи осмотрели.

Вокруг стало многолюднее. Мужчины в форме умело паковали трупы. Один за ноги оттащил тело главаря перед Пандеей, оставив кровавый след с ошмётками мозгов. И тогда она наконец ощутила чужую кровь на своём лице, волосах и одежде. Дея оцепенела, пока Кай и Элион перебрасывались какими-то фразами. Она боялась дышать или говорить, уверенная, что её стошнит при первой же попытке открыть рот.

– Как вы нас нашли? Маячок сработал?

– Сработал, – заверил Кай.

– Отлично. Я немного сомневался.

– Ты реально идиот. Иво сказал, что ты его проглотил.

– Проглотил, – подтвердил новый голос.

Пандея уставилась на молодого парня с растрёпанными светлыми волосами. Он уступал ростом Каю и Элиону, одет был в простые джинсы и толстовку-кенгуру, но расслабленно, даже с небрежностью нёс на плече тяжёлую снайперскую винтовку.

Он выглядел молодо, не старше, а может, и младше её, но расчётливый взгляд, которым он осмотрел лежащее тело «поросячьей морды», пугал. Для него это было обыденностью.

– Если б не проглотил, то вы бы нас не нашли. Может, и идиоты, но мою обувь они проверили, – оправдался Элион.

– Маячок с покрытием, но из человеческого металла. Это я пытался тебе сказать, но ты ведь, как всегда, не дослушал, – ровным тоном осадил, вероятно, тот самый Иво.

Да он же себя отравил!

Все оставались неподобающе спокойными, Элион и вовсе закатил глаза.

– Нам всё равно к Дардану, пусть его ребята сделают мне промывание желудка.

– Кай, дай платок, – попросил Иво, и тот без лишних вопросов извлёк платок из внутреннего кармана пиджака. – И поздно уже промывание. Теперь нужна клизма.

– Не хочу я клизму!

Пандея не могла поверить своим ушам, когда поняла, что мысль о клизме пугала Элиона в разы сильнее человеческого – смертельного для палагейцев – металла в желудке.

– Раньше надо было думать, придурок. Не выйдешь из сортира, пока врачи маячок не найдут, – непреклонно решил Кай.

Дея вздрогнула и дёрнулась, ощутив прикосновение к щеке.

– Прошу прощения, из-за меня вы испачкались, – сказал Иво, продолжая платком Кая стирать чужие мозги и кровь с её лица и волос.

Несмотря на извинение, в голосе не было должного раскаяния. Он лишил двоих жизни, а говорил так, будто нечаянно наступил Дее на ногу. Пандея сглотнула: вряд ли это были его первые жертвы.

Иво не смотрел ей в глаза и не окидывал оценивающим взглядом. Его внимание было сосредоточено исключительно на пятнах, которые он намеревался стереть. Однако, глянув на брюки Пандеи, понял, что занятие уже бесполезное.

Дея краем уха слышала, как Кай и Элион продолжили препираться о клизме, Дереке и том, что из-за Элиона сэкономить денег не удалось. Спасти одного заложника с дулом у виска проще, чем двоих. Чтобы не рисковать, Кай нанял отряд Дерека, те наёмники были людьми и состояли из бывших военных.

– Можешь идти? Если нет, Кай донесёт до машины. – В голосе Иво не проскользнуло ни единой эмоции, ровная интонация казалась абсолютно отстранённой.

– Я сама, – справившись с языком, прохрипела Дея и торопливо поднялась. Резкое движение заставило покачнуться.

Кай и Элион обернулись, но стоящий рядом Иво был быстрее. Рука крепко обхватила её талию, удерживая в вертикальном положении. По ногам прошла судорога, но Пандея скрыла приступ слабости.

– Спасибо, – поблагодарила она, отстранившись.

Иво, не сопротивляясь, сразу убрал руку с её тела, но согнул её в локте, предлагая ухватиться. Этот странный светский жест опять же никак не вязался с его одеждой и окружающей обстановкой. Винтовка по-прежнему висела у него за спиной. Другие с такой же обыденностью носили тубус с бумагами или простой рюкзак с книгами. Пандея приняла помощь, и Иво повёл её к выходу.

5

Пять с половиной лет спустя

ИВО

Иво привычным жестом поправил чёрный галстук и расстегнул пуговицу пиджака, выходя из своего кабинета. Пару лет назад Кай повысил его, передав часть своих дел. Партнёрами они не стали, но Иво и не хотел брать на себя такую ответственность – его полностью устраивала роль подчинённого. Тем более Кай был начальником, которого невозможно не уважать.

Ещё несколько лет назад, глядя на Кая, Иво находил его костюмы стесняющими, однако рабочий этикет обязывал иметь надлежащий внешний вид. Со временем Иво привык к ним с удивительной лёгкостью. Никаких больше очков, растрёпанных волос и толстовок, разве что только по выходным. Которых у Иво не было с тех пор, как Кассия приняла венец архонта.

Дерьмовые четыре года.

Они наконец позади.

Сжатые челюсти расслабились, Иво невольно улыбнулся своим мыслям, заходя в лифт, и нажал на кнопку нужного этажа.

Двери раскрылись, но Иво побоялся сразу зайти в квартиру, сперва высунулся, проверяя обстановку, а затем шагнул в холл. Стояла умиротворяющая тишина, почти везде привычно горел свет. Воздух пах дорогим освежителем воздуха, совсем немного едой и абсолютно точно – сексом.

Последнее Иво определил благодаря принадлежности к Дому Соблазна. Остальные вряд ли что-либо чувствовали, но он ощущал влечение как лёгкое пощипывание на коже, как определённые ноты парфюма.

Улыбка Иво стала шире, но он торопливо её стёр. Прошло пять дней с момента воссоединения Кая и Кассии.

Кай действительно взял отпуск. Иво ставил на то, что начальник с его трудоголизмом не выдержит дольше трёх дней без работы, однако прошло пять. Иво был впечатлён. Благо вышибать чужие мозги Кай любил в разы меньше, чем Кассию и секс.

Иво прошёл в гостиную, уверенный, что они оба дома. И оказался прав, хотя застыл, удивлённый представшей картиной.

– Ты его убила? – едва шевеля губами, уточнил Иво у Кассии.

Она сдержала смешок и ласково погладила Кая по голове.

Тот спал.

Прямо на широком диване в гостиной, в домашних спортивных штанах и чёрной футболке. Голова Кая покоилась на животе Кассии, сам он обнимал её за талию обеими руками, пока она в полусидячем положении опиралась на высокий подлокотник спиной и пыталась читать книгу. Бывший архонт Раздора сама была в домашних шортах и свободной футболке.

Кассия прижала палец к губам, призывая к молчанию, отложила книгу и с неимоверной аккуратностью выбралась из объятий Кая. Иво бросил задумчивый взгляд в окно. Солнце село лишь недавно, а Кай спал.

За все те многие годы, что Иво знал Кая, он никогда не спал днём. Разве что транквилизатор или серьёзное ранение могли вырубить его до захода солнца. Отпуска, выходные, дневной сон, расслабленный отдых, безделье. Никакое из этих слов не могло стоять в одном предложении с Каем. Теперь же он спал на диване в гостиной. И, судя по одежде, сегодня из дома он даже не выходил.

Кассия взяла Иво за руку и увела на кухню. Там, прежде чем он задал новый вопрос, она его обняла. Стиснула до боли, напомнив, что за прошедшие дни они не виделись. Пять дней назад Иво довёз Кассию и Кая домой, Морос вытянул недостающие воспоминания, и с тех пор Иво ночевал в гостинице в квартале отсюда, решив дать им как можно больше времени наедине.

Иво обнял Кассию в ответ, согнулся, уткнувшись ей в плечо. Он скучал по ней. Не стал говорить, насколько сильно, но за короткий срок Кассия успела стать для него частью семьи, а после смерти Элиона любая мысль о потере ещё кого-то пугала до тошноты и не свойственного Иво гнева. Даже по Мейв он скучал, хотя одновременно был рад, что она в Пелесе рядом с Аникой. Сестре она нужнее.

Иво погладил Кассию по спине, отпустил и отступил на шаг, оценивающе окинув её взглядом. Выглядела она хорошо, чуть старше, по-совиному ярко-жёлтые глаза были полны жизни, хотя его немного беспокоили её бледность и худоба, такие, словно в прошлые годы она плохо ела.

– Хочешь перекусить? В холодильнике есть десерт, – предложила Кассия, отходя к кухонному островку.

– Скажи мне честно, Кас, ты опоила Кая снотворным, устав от секса с ним? Если что, я не осуждаю, но то, что он не направил на меня пушку, когда я вошёл, настораживает. Он даже не проснулся.

Кассия зарделась, издав пару неловких смешков.

– Или ты держишь его на фантазиях?

Теперь она засмеялась, но быстро умолкла, заметив выражение лица Иво.

– Боги, ты это серьёзно спрашиваешь? – изумилась она.

– Пятьдесят на пятьдесят, – признался Иво.

Он был единственным, кто ежедневно наблюдал за Каем последние четыре года. Стал свидетелем того, что с ним сделали новость о смерти Элиона, потеря памяти и отсутствие Кассии рядом. Иво своими глазами видел, как его начальник, ближайший друг и практически член семьи умудрялся разрушать себя работой. Мысленно он уже поставил Каю пару диагнозов, уверенный, что тот на самом деле склонен к зависимостям. Но в случае с Каем речь шла вовсе не об алкоголе, сигаретах или сексе. Иво ни разу не видел, чтобы Кай курил, выпивал он в ограниченных дозах, а секс… ну, может, всё-таки у него есть некоторая зависимость от секса, но разве что с одним партнёром. С Кассией. Это Иво решил, заметив пару засосов на шее, когда она откинула белоснежные волосы с плеча.

Нет, за те четыре года одиночества у Кая выработалась сильная зависимость от работы, постоянной занятости, выплёскивания гнева с определённой долей жестокости. Но сильнее всего Иво заволновался, когда Кай перестал спать. Иногда он просто не мог, хоть и пытался. Ситуация казалась абсурдной. Сын бога сна не мог погрузиться в беспамятство. За четыре года Кай дважды попал в аварию из-за своего состояния. Первый раз – с Иво в машине, второй раз – один. Автомобиль перевернулся несколько раз, Кая спасла лишь педантичная привычка пристёгиваться. Тогда Иво с трудом сдержался от того, чтобы не рассказать всё Весте и Кассии. Кай запретил.

Потом ситуация слабо, но улучшилась: Веста разработала маковое снотворное для Кая. Иво изредка подливал его начальнику в напитки. Тот так ничего и не заподозрил. А рассказывать Иво никому не собирался.

Дерьмовые четыре года.

– Нет, разумеется, нет, – вырвала его из отвратных воспоминаний Кассия. – Я бы не стала его опаивать. Тем более маковый нектар может вызывать привыкание.

Иво кивнул, он это слышал от Весты, поэтому подливать снотворное Каю приходилось редко. В совсем критичные дни. Заметив подозрительность и обеспокоенность на лице Кассии, Иво натянуто улыбнулся и сел на высокий стул.

– Давай десерт.

– Ты что-то хочешь мне рассказать? – Догадливая девочка. Начала издалека.

Иво подтянул к себе переданную коробку с пирожными и взял самое маленькое. Иво отказался от чая и кофе, поэтому Кассия налила для него воды.

– Нет, ничего такого. Просто у Кая поразительный слух.

Иво не стал делиться, что узнал это, уткнувшись лицом в дуло пистолета, когда решил проверить Кая в его спальне.

– Думаю, он отсыпается. Использует отпуск по максимуму, – поделилась Кас, садясь на стул напротив. – А ты отдыхаешь?

– Немного. Я и заглянул ненадолго, чтобы удостовериться, что всё хорошо.

Кассия кивнула, но от Иво не укрылся её заинтересованный взгляд по его костюму. Кажется, его вид удивлял её даже сильнее, чем повязка на глазу. Иво отрастил волосы, чтобы немного её скрывать. В целом благодаря глазу Грай он мог и вовсе её не носить, но решил, что повязка будет настораживать людей в разы меньше, чем глаз богинь, который и на глаз-то не похож.

– Что тебя удивляет? – напрямую спросил Иво.

– Ты.

Иво усмехнулся.

– Что именно?

– Ты стал больше похож на Кая.

Иво доел пирожное и невольно провёл рукой по галстуку, распрямив его.

– Я помогаю вести бизнес.

– Да, Кай рассказал. Но… ты стал… крупнее.

Действительно. Иво немного набрал массы. До Кая ему далеко, но всё же разница была заметна каждому.

– А вот это твоя вина, – с преувеличенной обидой отозвался Иво, заставив Кассию растерянно раскрыть рот.

– Я-то здесь при чём?

– Из-за твоего отсутствия Кай снимал стресс в долбаной качалке. Я за ним присматривал, чтобы он штангу себе на голову не уронил, но не стоять же там столбом. Пришлось заниматься.

Иво поморщился, чем вызвал у Кассии новый приступ смеха. Он демонстративно состроил оскорблённое выражение лица.

– Не жди от меня извинений, ты ему сдал, что я упала с лошади!

– Нефиг было с неё падать! Скажи спасибо, что я рассказал только про одну. Думаешь, что я не знаю про второе падение?

– Там всего-то ушиб был.

– Лошадь стояла, Кас, а ты грохнулась, не сумев ногу из стремени вытащить.

– Кто тебе рассказал?!

– Своих информаторов я не раскрываю.

Перепалка вышла смехотворной, и они оба рассмеялись. Веселье оборвалось, когда Кассия потянулась к лицу Иво. Пальцы замерли на краю повязки.

– Кай сказал, что всё отлично зажило, почему ты её не снимаешь?

– Чтобы людей не пугать.

– Покажи.

Иво сделал глоток воды, прежде чем снять повязку. Кассия не отрывала от него пристального взгляда. Иво отвёл пряди волос назад, позволив подруге рассмотреть.

– Ого, – выдала она после продолжительной паузы.

Иво усмехнулся и вернул повязку на место.

– На самом деле выглядит необычно, но красиво. Тебе стоит иногда показываться без повязки. Вряд ли кого-то глаз Грай испугает, скорее заворожит.

– Глупости.

– Ты красивый, Иво.

Он оцепенел на мгновение, а затем вновь принял расслабленную позу, догадавшись, какой реакции она ждала.

– Можешь перестать на меня так таращиться. Я больше не икаю от смущения.

Кассия рассмеялась: он угадал. Хотя, по правде, Иво солгал. Он продолжал икать, но в девяноста процентах ситуаций научился подавлять или скрывать эту слабость. Помогли практика и несколько десятков связей на одну ночь. Ему тоже время от времени как-то надо было расслабляться. Однако с его Домом, внешностью и родом деятельности вопрос о постоянных отношениях даже не стоял.