Читать книгу "Лихач. Мой сосед"

Глава 5

– Пусти меня!

– Ты чего, Лапуль? Испугалась Вялого? – он посмотрел на меня как на глупое дитя. Снисходительно и ласково.

– Что за Вялый? Ты для него меня привез?

– Для него? – Лихач откровенно удивился. – Ну-ка, пойдем.

Он взял меня за руку и потащил навстречу щуплому парню в грязной робе.

Я заполошно оглядывалась вокруг.

Гаражи с высокими воротами освещались фонарями по периметру. Огороженная высоким забором стоянка с боксами. И куча машин. От откровенной распиленной пополам рухляди до блестящих и дорогих машин.

– Уй, какая! – тот, кого Лихач назвал Вялым, протянул ко мне руки. Как будто грудь хотел ощупать. – Ты где такую блондиночку зацепил? Конфета, а не девочка!

Лихач выбросил руку вперед.

А я вскрикнула. Перехваченный сильными пальцами за глотку, Вялый захрипел. Затрепыхался в захвате Лихача как рыба на крючке.

Даже колени подломились.

Он пытался вывернуться с помощью собственного веса. Но Лихач как будто этого не ощущал даже. Держал его на вытянутой руке. Только мышцы вздулись упругими канатами.

– Это моя девочка, – внушительно сказал он ему. – И пугать ее не надо. Тем более – тянуть к ней свои лапы. Оторву. Дошло?

– Дошло-о, – Вялый закашлялся, как только пальцы на его шее разжались. Покачнулся, сжимая ее ладонями. – Что сразу не сказал?

– А ты мне напомни, когда я тебе сюда телок привозил?

– Никогда.

– Во-от. С какого хера ты решил, что сейчас что-то изменилось?

Вялый что-то забубнил. Отвел глаза. И больше вообще их на меня не поднимал.

– Танк мне выгони, покататься хочу, – приказал ему Лихач.

– Щас.

Парень, местный сторож или просто работник, нырнул в узкую дверь бокса. А я в изумлении развернулась к Лихачу:

– Танк?

– Ты просила побольше. Значит, будет побольше.

А что, так можно было?

Можно у него что-то попросить и он сразу сделает? Так я просила от меня отстать. Раз двести уже, наверное.

Почему не сработало только, не пойму.

– Лихач, что ты задумал?

– Свидание же, – он притянул меня к себе за талию. – Кино не але. Ночь. Для кабака мы оба херово одеты. Так что судьба нам просто покататься. А может и не совсем просто.

Он завораживал своим взглядом.

Огромный. Я по сравнению с ним как будто ребенок. Маленький, тонкий. И хрупкий.

Сдави он меня изо всех сил, я сломаюсь, наверное.

Лихач ловил мой взгляд, но я упрямо отворачивалась.

– Посмотри на меня, Лапуль.

– Зачем? – я разглядывала распилы машин неподалеку и кусала губы.

– Хочу.

– И все? – его наглость и самоуверенность поражала.

– Да, – он пожал круглыми широкими плечами. – Если бы не хотел тебя, нахер бы на свидание позвал?

– Кто тебя знает, – я нахмурилась. – Может тебе просто нравится людей принуждать.

– Лапуль, – он силой повернул мое лицо к себе. – Ты меня щас ни с кем не путаешь? Я настолько ублюдок, по-твоему?

Я благоразумно молчала.

Ну его.

– Ты можешь бояться кого угодно. Только не меня, – он погладил мою щеку пальцами. – Тебе я никогда вреда не причиню, Лап. И никому не позволю этого сделать.

Я зажмурилась легонько.

Такого мне никогда еще не говорили. Тем более было странно слышать это от него. Он же деревянный абсолютно на вид.

Хамло и наглец.

Огромные ворота сбоку заскрежетали.

Я хотела отстраниться, но Лихач не позволил. Развернул меня к себе спиной, чтобы я все видела. Обхватил за плечи и прижал к своей груди

Можно было бы воспротивиться, но я не стала.

В его руках было теплее.

Прохлада ночи кусала за плечи и коленки все сильнее.

А потом я забыла про это. Из темного бокса ударили два луча от фар. С утробным рыком оттуда выкатилась машина. Хотя, нет. Это была не машина. Действительно, танк.

Здоровый, блестящий даже в тусклом свете фонарей внедорожник.

Длинный, широкий. Хром передней решетки так сиял, что в зрачках, наверное, отражался.

Джип медленно, лениво и вальяжно, подкатился к нам.

Я замерла от восхищения.

Гул его двигателя совпадал с сердцебиением. Резонировал в груди дрожью.

– Нравится? – Лихач пощекотал щетиной мое ухо.

– Да, – восхищенно выдохнула я.

Такой монстр не может не нравится! Это же мощь в чистом ее виде!

Я знала, что Лихач позади улыбается. Каким-то шестым чувством чувствовала это. Флюиды удовольствия шли от него упругой волной.

– Тогда поехали!

Это был корабль!

От непонятного священного страха я даже держалась за панель и за ручку на двери. Земля за окошком была далеко-далеко! А перед капотом я вообще ее не видела.

Хотелось повизгивать от восторга!

Лихач с легкостью крутил руль и поглядывал на меня. Одновременно с любопытством и одобряюще. Ему нравилась моя реакция.

– Погоняем?

– Да!

Послушный монстр взревел от нажатия на педаль.

Перепрыгнул с грунтовой дороги промзоны на асфальт широкой улицы. И рванул вперед.

Да так, что меня вжало в спинку большого кресла.

– Ай!

– Пристегнись, Лапуль! На этом аттракционе нужно сидеть крепко!

Ночные огни за окном стали смазываться от скорости.

А я поняла, о чем говорили девчонки в клубе. Это нереальный кайф! Вот так лететь по улицам, забывая обо всем на свете!

Пальцы Лихача крепко легли на руль.

Он, казалось, умудрялся смотреть сразу в трех направлениях: вперед и по обоим боковым зеркалам. Проскакивал все светофоры. И только смеялся, когда я визжала, если они были красными.

– Гражданин Лихач, вправо пристраиваемся!

Я округлила глаза.

Вокруг заметались красно-синие огни мигалок.

– Ах, суки! – вдруг громко захохотал мой бешеный водитель. – Нашли все-таки!

– Они что, тебя знают? – я напряглась всем телом. Чуть ли не подпрыгнула на сиденье от испуга. – Надо остановиться!

– Да хер там! Держись, Лапуля, сейчас мы вдоволь накатаемся!

Странно, но полицейские сзади больше ничего не говорили. А через несколько минут я поняла почему. На ближайшем перекрестке поперек дороги стояли еще два экипажа.

Лихача загнали в ловушку.

И меня вместе с ним.

Глава 6

– Это все ты виноват! – я зло ударила по плечу Лихача кулачком.

– Ага.

Чурбан бесчувственный!

Я тихонечко заныла. Впервые оказаться в обезьяннике! Не так я себе представляла свидание, вообще-то!

– Лапуль, мозг не делай, – Лихача как будто бы все устраивало. Он выглядел спокойным и расслабленным. В отличие от меня. – Я же сказал, пару часов потерпи. Потом выпустят.

– Ты проехал херову тучу светофоров на красный! – зашипела я. – Это лишение прав, тебе же сказали. Так что тебе придется попрощаться с гонками!

Лихач иронично хмыкнул.

А я скукожилась. На деревянных жестких лавках сидеть было холодно.

Вообще, насколько я знаю, девочки и мальчики в таких местах должны отдельно содержаться. Но нам, видимо, «повезло».

– Иди ко мне, – Лихач поднял руку. Как будто в объятия приглашал.

– И не подумаю!

– Иди, говорю. Голой задницей на этой грязи сидеть лучше? Отморозишь все нахрен.

Я вскочила.

Холодно-то ладно. А вот про грязь я как-то даже и не подумала в злобном запале.

– Иди, Лапуль.

– Я постою, – я вздернула нос.

– Ох, блядь… Капризная какая мне досталась.

Он со вздохом поднялся с лавки и шагнул ко мне.

– Не трогай меня!

Ага.

Еще бы он послушал.

Сгреб в охапку. Подбросил, перехватывая под попку. И сел обратно. Со мной на руках.

– Сиди смирно.

– Эй, Лихач, телку свою хватит гонять по камере, – из-за угла донесся насмешливый голос дежурного.

– За своими телками смотри, – рыкнул Лихач в ответ. – У меня только хорошие девочки.

Я замерла в его руках.

А, правда, так намного теплее.

Он же огромный. И жаркий как печка. Я заерзала, устроилась поудобнее на коленках.

– Ножки сюда клади, – он подхватил мои ноги и поставил их прямо на лавку. – Пахнешь вкусно, Лапуль.

Он провел носом по моему уху.

Коснулся мимолетно губами щеки. Сжал вдруг крепко в руках. Зарылся носом в шею под волосы. Выдохнул шумно, с тихим рычанием.

И отстранился

Навалился спиной на стену, уложил меня на себя.

Я застыла в его руках как кукла.

Под попкой явно все было напряжено. Ощущалось ого-го как! Но приставать и намекать на что-то он не стал.

Странный он. То пугает меня, то заботится и защищает так, словно любит меня без памяти.

Теплое дыхание Лихача проникало сквозь волосы. Он как будто задумался. Поглаживал мои голые колени и молчал.

Молчала и я.

Что еще делать?

Когда нас задержали, он кому-то успел позвонить. И на этом все. Дальше кататься пришлось в патрульной машине, а сейчас вот. Сидеть в тесных объятиях этого невозможного большого человека в стылом обезьяннике районного отделения.

Шикарное свидание.

Я улыбнулась в полудреме.

Романтика.

Такое точно до самой смерти не забудешь.

Глаза слипались. У нас обоих отобрали телефоны, так что сколько времени я не знала. Но дело явно уже идет к утру.

Широкая грудь Лихача ритмично поднималась и опускалась от мощного дыхания. Его прикосновения были мягкими, ласкающими. И отторжения уже не вызывали.

Но заснуть мне не удалось.

– Выходите, герои ночных дорог, – полицейский загрохотал замком по металлическим прутьям камеры.

– Ссс, – раздраженно зашипел Лихач, едва я встрепенулась в его руках. – Разбудил, бля.

– Не, ну можете до утра сидеть, мне-то что.

– Нет! – я вскочила на ноги. – Нет, мы пойдем! А можно уже, да?

– На выход, – полицейский распахнул передо мной дверь. – Лихач, не прощаюсь.

– Пош-шел ты!

Я испуганно вцепилась в его руку.

Потянула вперед, за собой. Знаменитость, тоже мне! Зачем грубить? Опять же посадят!

Выдохнуть получилось только на крыльце.

Я огляделась. И где мы? В сером предрассветном сумраке даже не получалось узнать район, в котором мы оказались.

И холодно опять, бррр…

– Иди ко мне, Лап, – Лихач снова притянул меня к себе. Обнял за плечи. – Сейчас нас заберут.

– Кто? – я уже не пыталась сопротивляться. С ним реально теплее.

– А вот уже.

Перед зданием отдела притормозил джип. Не такой огромный, но тоже довольно внушительный.

– Пойдем.

Нырнуть в теплое нутро машины было облегчением. Объятия объятиями, но ноги у меня тоже подмерзли. Я же в тонких тапках, в которых на смену вышла.

– Здорово, брат, – за рулем сидел незнакомый мне мужчина.

– Здорово, – меня опять подгребли поближе. Опять посадили на колени. – Чего так долго?

– Так вышло, – машина тронулась с места. – Куда вас? Домой, в Ильинку?

– Да, давай туда.

Ильинка?

Это же пригород! Двадцать километров от города! Зачем?

Он же живет со мной на площадке вроде бы!

Я растерялась окончательно.

– Я не хочу в Ильинку, – я повернулась к нему. – Мне на работу надо! Там мои вещи.

– Привезут.

– Кто привезет? Слушай, хватит мной командовать! Мне и так Голландец из-за тебя всю кровь выпьет!

– Не понял, – Лихач сузил глаза. – С какого хера?

– С такого! Он же взбесится, что я с тобой ушла, – прикусить язык я не успела.

Глаза Лихача налились злобой.

Большое тело подо мной напряглось. Он стиснул мне бока так, что я выгнулась.

– Ты что, спишь с ним?

– Ты больной?! – вот тут я охренела окончательно. – Если бы я была шлюхой, я бы и тебе вчера…

Мне захотелось зажать себе рот рукой.

Заткнись, Лада.

Просто заткнись!

– Что? Дала бы?

– А разве шлюхи не так делают?

– Не знаю, – по его скулам загуляли желваки мышц. – Не сплю со шлюхами.

Брови как-то сами влезли повыше на лоб.

Чего?

Это Лихач-то? Весь такой чистый и непорочный?

Ха-ха два раза, пардон муа.

– Так что про Голландца? Он к тебе приставал?

Я нахмурилась.

Как же хочется нажаловаться большому и сильному. Чтоб пришел и защитил, надавал противному Валентину по граблям.

Эх, хоть бы раз в жизни, а?

Но это будет означать потерю работы сто процентов. Отношения между гостями и официантками Голландец пресекал сразу.

А мне нельзя остаться без зарплаты.

Так что я сама как-нибу…

– Лада!

– Да! – от его рыка я подпрыгнула. – Да, приставал! И пристает! Он ко многим пристает! Доволен?

– Многие меня не интересуют. Брат, давай в Покрышку, – Лихач тронул водителя за плечо.

Машина притормозила и на перекрестке резко ушла направо.

– Не надо! Он меня уволит!

Неожиданно для самой себя я обхватила ладонями его лицо.

Волоски бороды закололи, защекотали ладошки. Я всмотрелась в злые глаза. Ну, пожалуйста!

Не делай мне плохо!

– Никто тебя не уволит, Лапа. Трогать мою девочку не разрешается никому. И он это сегодня усвоит.

Глава 7

Я почти сожрала собственные ногти.

Пока Лихач не сжал мои руки в собственной ладони. Поцеловал в щеку, потерся бородой. И не сказал как всегда убийственно спокойно:

– Лапуль, отвыкай нервничать. Я же с тобой.

Охренеть!

Вот так просто, да?

Я смотрю, у него вообще вся жизнь простая. Все по щелчку пальцев делается. Проблемы с полицией – не проблемы! Кто-то посмотрел на девчонку – придушим его, да и все.

Делов-то!

Вот только в моей жизни все как-то иначе обычно.

Просто не срабатывает.

Получается только хуже!

Пока нас везли в Покрышку, я сидела на его коленках как на руках у огромного ежа. На здоровенных таких иголках.

И даже постоянно напряженный член под моими ягодицами уже не волновал настолько.

Джип зарулил на пустую парковку.

Я вытянула шею, привстала невольно. Машина Голландца стояла там же, где и всегда. Длинный белый Мерседес. Хищный и респектабельный.

Попасть в его салон – кошмар для меня.

Я нахмурилась.

Девчонки-официантки стояли кучкой возле урны. Кто-то курил, кто-то просто вышел подышать свежим воздухом после насыщенного алкогольными парами зала.

Значит, клуб уже закрылся.

Я не успела.

Полный финиш, твою мать…

– Приехали. Ждать? – водитель припарковался поодаль от входа и глянул в зеркало на Лихача.

– Подожди, да. Потом в гараж нас отвезешь. Лапа, я сказал, тихо!

Он отцепил мои пальцы от ручки на двери и открыл ее сам.

Вынес меня на руках в прохладу утра.

Как пушинку. Даже не позволил самой выпрыгнуть.

– Куда ты торопишься всегда?

Он расслабил чуть руки. Мне оставалось только съехать по его телу вниз. Прочувствовать животом твердый пресс под футболкой.

И внушительный бугор в паху тоже.

– Слушай, что ты делать собрался? – я ощетинилась. Его намерения пообщаться с Голландцем меня порядком пугали.

– Поговорить, – он даже не изменился в лице.

– О чем? Лихач, не надо этого делать!

– Я уже, по-моему, все сказал. Нехер тянуть грабли к моей девочке.

– Да с чего ты взял, что я твоя? – вспылила я. Его спокойствие выводило из себя на раз.

– Я так решил.

Я посмотрела на него снизу вверх.

Нет, до него вообще как-то можно достучаться? Или это в принципе занятие бесполезное?

– А я не соглашалась твоей быть! Понимаешь? Не хочу!

– А я твоего мнения и не спрашивал.

– Да бли-ин, – зарычала я от бешенства. – Зачем я тебе? Чтобы что? Вогнать в долги своей якобы защитой? А что потом? Мне отрабатывать твою типа доброту придется? Собой? Трахаться с тобой по первому зову, пока не надоем? Так давай прямо сейчас! Чего тянуть-то? Авансом возьмешь?

Я почти приплясывала рядом с ним.

От бешенства. От злости.

От топящего мозги отчаяния. Почему мне все пытаются навязать свою волю? Почему, если девчонку некому защитить, то ее сразу же кто-то пытается прибрать в свои лапы?

И использовать только так, как ему хочется.

– Лапа, – Лихач брезгливо поморщился.

– Меня! Зовут! Лада! – почти заорала я.

Уже было плевать на то, что нас видят.

С кем я приехала. На чем. Что такого, уже все все вечером рассмотрели. Косточки перемыты до блеска.

– Лапа, у тебя температуры нет? – широкая ладонь легла мне на лоб. И закрыла почти половину лица сразу. – Может, простудилась?

– Нет!

– Тогда какого хера ты всякую срань несешь?

– Это для тебя срань! А для меня жизнь! Я так живу, понимаешь? Я вот так живу, прикинь?! И не надо ко мне лезть! Я без тебя как-то жила все это время и сейчас проживу! Сама!

Он дернул меня на себя вроде бы легонько.

Двумя пальцами за плечо.

Но я впечаталась в мускулистое тело словно с разбегу.

Лихач обхватил мое лицо ладонью. Запрокинул к себе и склонился.

– Лапуля моя вкусная, я полезу туда, куда я захочу. И буду делать это столько, сколько мне будет нравиться. А ты мне нравишься. У меня на тебя стоит. А значит, ты моя. Так что тебе бы не рыпаться, а кайфовать из всех своих сил. Это понятно?

– Иди к черту!

Я не успела выдохнуть воздух из груди до конца.

Лихач накрыл мой рот своими губами.

Жадно. Требовательно. Бескомпромиссно.

Дергаться было неудобно. Даже одной рукой он вдавливал меня в себя так, что любое движение было неудобным.

Он нажал мне на скулы пальцами.

Больно не было, но челюсти разжались сами собой. И наглый настойчивый язык Лихача проник мне в рот.

Закружил на моем языке.

Придавил его, заставил выгнуться дугой.

Я впервые растерялась от поцелуя. От электричества, которое он запустил по телу. Нервы загудели от напряжения как натянутые до предела канаты.

Две секунды и мужские объятия стали другими.

Бережными.

Он больше не съедал меня. Не грыз губы. Мягко толкался внутри рта. Вызывал на взаимность. Приглашал разделить с ним безумство дурманящей мозг страсти.

– Ну, же, Лада. Ответь мне, девочка.

Его взгляд затуманился желанием.

Ненасытным. Диким как у животного.

Но теперь он не принуждал. Он предлагал присоединиться. Разделить с ним страсть и вожделение тел.

– Не надо, – прошептала я едва слышно.

Прикрыла веки, чтобы не видеть этого огня.

Нам не надо сближаться. Хуже будет. Точно. Я знаю. Уверена в этом.

Не хочу привыкать.

«Пока мне будет нравиться…»

А потом что?

Нет.

Не хочу снова боли и ненужных расставаний. Оно же так обычно происходит?

– Надо. Просто ты не поняла еще этого, – он коснулся поцелуем уголка губ. – Но ты привыкнешь. Сама меня захочешь.

– Русланчик! Ты приехал!

Я отскочила от него под высокий женский возглас.

По парковке к нам шла какая-то девица в вызывающе-коротком мини. К нам?

Я ошарашенно посмотрела на Лихача.

Русланчик?!

– Привет, котик! А мне Голландец сказал, что ты освободился, и я сразу примчалась. Почему ты не приехал ко мне? Я соскучилась!

Она повисла на плече у Лихача. Приобняла его, положила голову на широкую грудь, прижалась.

А я отвернулась.

Сжала зубы и вскинула взгляд на клуб перед собой.

Издевательски ухмыляясь, на пороге стоял и курил Голландец.

Глава 8

– И имей в виду, не заплатишь в этом месяце вовремя, можешь сразу свои вещички собирать и забыть про залог, поняла меня?

Я хлопала глазами как дурочка.

Как же она достала каждый раз так говорить!

Хозяйка, у которой я снимала эту убогую квартиру, приходила стабильно два раза в месяц.

В одни и те же числа.

В одно и то же время.

Будильник у нее стоял, что ли, на посещение моей скромной персоны?

– Я задолжала один только раз. Чего вы мне напоминаете постоянно теперь?

– Вот для того и напоминаю, чтобы не забывала, – брюзжала она. – Соседи жаловались на шум. Что музыка громко играет. Прекрати немедленно!

– Это не я, – я даже не разозлилась. Вообще на все плевать сейчас. – Это новый сосед на площадке поселился. К нему претензии.

– А мне без разницы кто. Значит, пойди и скажи ему, чтобы не включал. Будут жаловаться дальше, съедешь ты отсюда, а не он.

Я закрыла дверью за ее спиной.

Нормально?

Теперь из-за этого гада меня еще и из квартиры могут выгнать! Круто, просто круто.

Нет, реветь я, конечно, не буду.