Читать книгу "Мой борзый хам"

Глава 12

– Нет!

Я резко развернулась.

Ни пить, ни общаться с братом Мира я не хочу. Я выгнать его хочу! Да не могу только. Его отцу принадлежит тут все, а его родной братец считает, что и я принадлежу ему тоже.

– Ев, да погоди ты, – вполне миролюбиво позвал меня Яромир. – Я ж тебе ничего не сделал, втяни шипы.

Ну, это да.

Всего-то только заострил внимание всех на том, что Мирослав может трогать меня с какого-то перепугу. А так – совершенно ничего не сделал!

– Нам не о чем разговаривать, Яромир Михайлович, – я все же остановилась и посмотрела на мужчину. – И пить алкоголь я не люблю. Я заехала только забрать свою запасную обувь и, вообще, я... Я тороплюсь.

– От Мира бежишь? – он проницательно глянул на меня исподлобья.

Я посмотрела в потолок, в затянутые темнотой балки перекрытий.

И вздохнула.

Чего ж они умницы такие все, а? Вот только я уже убежала.

– Я ни от кого не бегу!

– Да ладно, – Яр хмыкнул. Отпил короткий глоток, буквально губы смочил в крепком напитке. – Я же видел, как он за тобой рванул. И, зная собственного брата, он тебя по-любому догнал. Так что даже удивительно, что ты здесь одна. Я думал, вы уже там...

Он кивнул головой наверх, откровенно намекая на номер Мирослава в гостинице. Нет, ну каков козел?! Они про всех девушек так думают?

У всех их знакомых при виде Медведевых сразу должны ноги разъезжаться в стороны, что ли? Нашли пионерок!

– Шли его нахер, Ев.

Что-о?!

Вот тут мне стало интересно. Я даже брови задрала от удивления. Это он серьезно? Нет, я помнила, что отношения у них не ахти, но чтобы уж до такого...

Совсем братики не дружат?

Или Яр просто решил брату подножку подставить, раз уж возможность предоставилась? Но откуда он мог знать, что я сюда приду? У меня же сегодня выходной.

– Почему вы ждали меня здесь? – у меня было ощущение, что с Яром можно разговаривать проще.

Не доверять ему, не раскрываться, нет.

Это было бы как дружить с тигром. В том, что он может делать подлянки с улыбкой на лице я уже убедилась. Просто проще разговаривать, спрашивать в лоб.

С Мирославом так нельзя. Там любое слово имеет два смысла минимум. Там любая фраза – намек на что-то. Бой на словах, а не беседа.

– Не знаю, – он снова развалился на стуле, поняв, что убегать я уже не собираюсь. – Просто показалось, что ты слишком много думаешь о работе, она для тебя много значит. Значит, если тебе будет некомфортно, ты сюда придешь обязательно. Ты тут наверное свободно дышишь.

Обалдеть.

Вот это анализ. И это за короткое время, пока он меня видел перед и на самом собрании? Да он страшный человек на самом деле.

– С чего вы взяли, что мне может быть некомфортно? – напряжение никак не отпускало, я стояла, обняв себя руками.

– Ты же ушла с Мирославом. Как тебе еще может быть?

Брат моего директора внимательно на меня смотрел.

Вроде бы по-доброму, как старый приятель. Но теперь я уже боялась этих взглядов. Он же мастер логических выводов, как оказалось. И кто знает, что он там в своей голове еще поймет?

Чувство, что вокруг меня собралась стая хищников только ширилось.

И каждый загоняет, загоняет... Каждый из них преследует свою цель. Даже Михаилу Михайловичу я уже не нужна, видимо, раз уволить грозится. Я кое-как сдержала всхлип. А еще пару часов назад он дал понять, что надеется на мой рост в своем бизнесе.

Но где я и где его собственный, родной сын...

– Слушай, сними эти туфли свои, тебя же перекосило всю, – вдруг фыркнул Яр. – Хочешь, скажи, где твоя обувь запасная, я принесу.

О, не-ет!

Еще одного Медведича с моими туфлями в руках я не перенесу!

– Я сама, – я вдруг отчего-то покраснела. – Я сейчас схожу в свой кабинет и переобуюсь.

– Ну, давай, помогу, – Яромир легко спрыгнул с барного стула. – А то смотреть на тебя больно.

Подошел ко мне и протянул свой локоть.

И я отпрянула от неожиданности. Цыкнула на себя мысленно от дурацкой реакции. Ева, блин! Этот брат тебя вроде бы не зажимает, на руки не хватает, очнись.

Чего ты как малолетка-то себя ведешь?

– Спасибо, – я оперлась на предложенную руку.

– Пользуйся моей добротой, – насмешливо хмыкнул Яр. – Показывай, куда топать.

– Туда, – я замялась. – Яромир Михайлович, а можно вас спросить?

– Яр, – он кольнул меня шоколадным взглядом. – Просто Яр, ладно? Я тут никаких должностей не занимаю, а когда красивые девушки начинают меня звать по отчеству, я себя чувствую старым пердуном, вот реально.

Я почти отшатнулась, почти.

Поймала себя вовремя, заставила вдохнуть и не оттолкнуть его руку. Ева, тихо, тихо. Может это и не комплимент вовсе, не подкат. Или после Мирослава тебе уже всюду мерещится ненужное внимание?

– Ладно, – я заторможенно кивнула.

– О чем спросить хотела?

– А вы с Мирославом Михайловичем, – я резко передумала спрашивать про их взаимоотношения. Не мое это дело. – Кто из вас старше?

– Он. На пять лет. Когда я родился, он уже был заносчивым говнюком. Дрались мы с ним, ты б знала как!

Яромир засмеялся, и я почему-то тоже. Невозможно было не ответить на этот смех. У Мира он был брутальным, а у Яра – живым, искренним.

– Слушай, Ев, – мы остановились возле двери в мой кабинет, и я достала ключи из сумки. – Я не шутил, когда сказал, чтобы ты его послала, честно.

– Почему? – ключ в моих пальцах еле заметно задрожал.

– Ты любишь свою работу, я же прав?

– Люблю, – я пыталась отыскать в его глазах правду. Отличить ее от уловки или игры.

– Отец не любит служебных романов. Тем более, не любит, если это делаем мы с братом. Я знаю, как Мир умеет ломать людей. И не хочу, чтобы он сделал это с тобой.

– Почему вы мне это говорите? – я неосознанно съехала снова на «вы».

– Ты прикольная, – Яр чуть пожал плечами. – И я думаю, что Мир не врал насчет того, что ты классный спец. В конце концов, ты своей работой приносишь бабки моему отцу. Я ж себе не враг.

Я вымучено улыбнулась на шутку. Или это не она?

Ну, да. Премии я получаю регулярно, в этом он прав. Работа для меня на первом месте всегда.

– Я бы не хотел, чтобы Мир создал тебе проблем, – Яромир вдруг поднял руку и коснулся моего плеча. – Но я его знаю. Аккуратнее, Ева.

Я раскрыла рот.

Но ответить не успела. Ни спросить что это значит, ни отшатнуться. Яромир просто развернулся и пошел по коридору на выход из клуба. Не обернулся ни разу, ничего больше не добавил.

А я... Я просто ничерта не поняла! Что это было вообще?

Пришел, рассказал мне про меня, подтвердил, что его брат – хамло последнее. Предупредил о проблемах с хозяином и ушел! Это что, акт благотворительности такой?

Я с хрустом повернула ключ в замке.

Вот уж нет! Не будет у меня никаких проблем на работе. Я сработаю на опережение просто.

Глава 13

Я почти присела.

Ох, мои коленочки... Даже когда Мирослав меня в лифте... Обнимал, назовем это так, они настолько не слабели. А вот сейчас, когда я кладу на стол перед хозяином заявление на увольнение...

Мне плохо.

Михаил Михайлович взял лист бумаги, исписанный мною от руки, молча.

И так же молча пробежал глазами по ровным строчкам.

Я наблюдала за ним. За выражением его лица, за реакцией. Но не увидела совершенно ничего. Абсолютный ноль. Никак он мне не показал свое отношение к тому, что читал.

Просто отложил лист и встал.

Засунул руки в карманы и отошел к окну. Расправил плечи так, что белоснежную рубашку чуть покосило. Кабинет хозяина находился на той же стороне, что и громадное окно, в которое я засмотрелась перед собранием. И было довольно большим тоже.

Я украдкой бросила в него взгляд.

И город видно так же почти. Почему я раньше никогда не смотрела туда? Хотя, когда мне, я сюда приходила всего пару раз и то бегом, бегом, по рабочим вопросам, которые нужно было быстро решить и дальше бежать трудиться.

– Ева, скажу честно, я не хочу это подписывать.

Я сглотнула.

С чего бы это? Я же сама облегчаю ему жизнь. Он хочет меня уволить, а тут я сама прошусь. Один автограф и всем станет намного легче. Мне так уж точно.

– Почему, Михаил Михайлович? – я посмотрела на повернувшегося ко мне мужчину.

Как же они похожи все втроем!

Высокие, статные, сильные. Очень красивые мужчины, породистые. Разного возраста, но у каждого свой шарм, своя харизма.

– Почему ты принесла это мне? – он поднял бровь, тоже сверля меня взглядом.

– А, – я растерялась. – А кому мне было это нести? В отдел кадров вначале? Я подумала...

– Где Мирослав?

– Я не знаю, – от его требовательного тона мне стало страшно, захотелось попятиться даже.

Он, правда, думает, что мы с его сыном вместе?

Да даже если бы это было так, я что, нянька для его сыночка?

– Он твой непосредственный начальник теперь. Ты должна была вначале отнести это, – Михаил Михайлович кивнул на одиноко лежащее на столе заявление. – Ему. У него тоже есть полномочия принимать на работу и освобождать сотрудников от должности.

Освобождать, ух ты.

Так это теперь называется у Медведевых? А что, тактично и как будто бы даже совсем не обидно. Наоборот, дали свободу послушной собачке!

Беги, песик, беги...

– Михаил Михайлович...

– Ев, давай так, – хозяин будто понял, что я хочу сказать. – Я понимаю, что ситуация довольно щекотливая сложилась.

О, да!

Еще какая!

Ваш старший сын пытается затащить меня в койку, утверждая, что я теперь его женщина. У меня прям щекотка по всему телу идет второй день, все нервы наружу уже повылезали, причесать не могу никак.

– Но ты хорошо подумала? Ты же не можешь не понимать, что твое место очень статусное. У тебя хорошая зарплата и перспективы роста в кампании. Шикарные перспективы, я бы сказал.

Губы кривились.

Я пыталась поднять голову выше, но мышцы на шее скручивались. Заставляли ее опустить, съежиться, закрыться от осознания того, что я сейчас вытаскиваю главный кирпич из основания своей карьеры тут.

Больно и плохо мне.

Но еще больше – обидно. Что он от меня хочет? Чтобы я вышла в холл, встала на стульчик и при всех послала его сына нахрен? И что будет? Я их уже никого не понимаю! Ум за разум...

– Михаил Михайлович, а что мне делать? Лучше вот так, с чистой трудовой и без конфликтов, чем уходить с волчьим билетом и скандалом. Куда я потом устроюсь работать в таком случае? Слухи ведь быстро разносятся в деловой среде, вы сами это знаете.

Хозяин, уже подошедший к столу, раздосадовано пристукнул по нему кулаком.

Ну, вот.

Он ведь тоже все понимает. Только давит на меня зачем, не понимаю.

– Давай так, – мне достался еще один шоколадный взгляд. – Я все понимаю, и ты все понимаешь, Ева. Мы с тобой отлично работали эти три года, лично меня все устраивало.

Меня тоже.

Я тихонько потянула носом воздух, понимая, что не дышала все это время, пока он думал. Застыла истуканом, потому что тело уже скрутило на физическом уровне от стресса.

– По закону, если ты хочешь уволиться, ты должна отработать еще две недели, пока мы будем искать нового сотрудника на твое место. Но я категорически против, чтобы ты эти две недели появлялась на работе, понимаешь?

Теплые слезки растеклись по нижнему веку, смачивая его.

Вот и все. Да, мы классно работали, и всем все нравилось, но когда на арене появился собственный сын, то хозяин логично и совершенно правильно выбрал его сторону.

Каким бы чудесным сотрудником я не была, я Медведевым гожусь только в качестве наемного работника. Ничего другого не разрешено. А как я должна Мира от себя отвадить – никого не интересует.

Разбирайся, Евка, сама. Ты же спец по людям!

Хозяин подхватил трубку служебного телефона:

– Алло, Медведев. У нас за городом сейчас есть свободные бунгало? – он внимательно выслушал ответ какого-то сотрудника. – Отлично. Оформите бронь с сегодняшнего числа на старшего администратора Логова, Лисицину Еву Сергеевну. Да. На две недели. Нет, за счет кампании. Это время включите в счет будущего отпуска.

Слезы высохли.

Я настолько широко раскрыла глаза, что вентиляции на слизистой стало гораздо больше. Что он делает? Помощь такая своеобразная? Это чтобы я наверняка не появилась в клубе?

Чтобы не дразнила его сыночка своим видом?

Какой заботливый папа!

– В смысле в счет прошлого отпуска? – Михаил Михайлович сложил пальцы палаткой и постучал ими по гладкой поверхности стола. Поднял на меня задумчивый взгляд. – Не ходила в отпуск уже два года? Ладно, я понял. Оформляйте, как положено, но уже на три недели и расширьте тогда перечень оплаченных услуг до максимума.

Он положил трубку и снова убрал руки в карманы.

– Почему ты не ходила в отпуск как положено?

– Работала, – я чуть-чуть развела ладошки в стороны. Что за вопросы? Это же логично, мне некогда было.

– Ева, ты, – он вдруг дернул пальцами узел галстука и покрутил шеей, будто он его душил. – Так, ладно. Езжай домой, собирайся. Адрес нашего корпоративного дома отдыха знаешь?

Я кивнула.

Знаю. Единственный общий корпоратив, на котором я была в самом начале своей работы тут, проходил именно там.

– Это, – Михаил Михайлович подхватил мое заявление. – Я пока подержу у себя. А ты будешь отдыхать и заодно накидаешь костяк нового регламента для кампании.

– Что? – я хлопнула ресницами.

Чертов регламент!

Я же забыла про него совершенно. Но почему Михаил Михайлович не забыл? Он серьезно воспринял этот бред, что ли?

– Ну, твой непосредственный директор предложил эту идею, я одобрил. Так что, работай Ева Сергеевна, – он широко улыбнулся. – Если сможешь, конечно.

А это он сейчас... О чем?

Глава 14. Мирослав

Машина послушно и плавно замерла перед дверями комплекса.

Я толкнул дверь от себя и вышел. Удрала, надо же... Я о таком даже подумать не мог, раньше от меня телочки не убегали как-то. Наоборот всегда было обычно. И это только лишний раз подтверждает, что высококлассный хладнокровный специалист на работе Ева Сергеевна Лисицына достаточно горячая и эмоциональная штучка в обычной жизни.

Все, что она держит в себе в Логове, выплескивается наружу, едва она выходит оттуда. Я неосознанно потер ладони друг о друга.

Мне это нравится.

Мне не нравится только та плюха, что она мне зарядила. Я ж охренел во весь рост на заправке, когда это понял! Сбежать от меня? Да ладно. От меня?! Малышка еще даже не представляет, на что подписалась. Я кивнул парковщику, оставляя ключ на консоли машины:

– Далеко не ставь, возможно, сразу же уеду.

Если эта козочка бодрая на работе, то да, я ее забираю, и мы сваливаем в темпе. А вот если ее и здесь нет, то тогда придется притормозить. Просто прикинуть, где она может быть. Дома нет, я адрес достал из личного дела еще вчерашней ночью, после нашего якобы брифинга. И проверил там в первую очередь. Даже соседку допросил, докатился, бля.

Еву мне надо, да. Мне ее хочется.

По телу побежали искры возбуждения.

Пальцы как будто снова ощутили нежную кожу маленьких женских ножек. Я натянуто улыбнулся охране и швейцару на входе в комплекс. Я найду тебя, Ев. Весь город перерою, найду всех твоих друзей, родню. Так со мной еще никто не поступал, ты просто даже не знаешь, от чего отказываешься, золотко. То, что я присвоил даже в мыслях – будет моим и точка.

Не надо злить Медведя.

Отец приказал нам с Яром вернуться в страну полгода назад. Дал время на то, чтобы мы завершили текущие дела. Я хмыкнул, вспоминая его слова. Видите ли, нам обоим уже пора остепениться. И делать это надо на Родине, а не где-то за бугром с непонятными неправильными иностранками.

Как будто я не знаю, что он просто хочет свалить на нас свой бизнес и освободиться. Я же видел документы, он все приготовил. Но до вчерашнего дня определиться, нравится мне это или нет, я не мог.

А сейчас понимаю, что лучшего развлечения и придумать было нельзя.

Бизнес? А что бизнес, в него я умею, отец учил нас думать и работать с самого раннего детства.

– Ева Сергеевна приезжала? – охранник в коридоре, который вел во внутренние помещения Логова встал при мне поровнее.

– Нет. Никого нет вообще, рано же еще.

– И не было?

– Не знаю, я заступил полчаса назад только, – покатые плечи упитанного парня чуть задрались.

Твою мать...

Камеры поднять? Нет, это позже. Вначале проверим так, ножками, а то и запароноить можно.

Я уже на автомате снова набрал номер Евы. Первый же гудок сорвался. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Захотелось раздавить его к чертям.

Заблокировала, сто процентов.

Удрала и заблокировала меня моя маленькая лисичка. Но это не страшно, это ненадолго. Поймаю и одну хорошенькую попку надеру. Она у нее просто шикарная, я чуть слюной не закапал все вокруг, когда увидел в юбке утром. Телефон пиликнул оповещением. И я выдернул его из кармана снова быстрее, чем хотелось бы.

Не она...

Но тоже достаточно интересно. Ты мне тоже сгодишься, говнюк. Хоть на ком-то злость спустить.

Обедаешь, гаденыш?

В ресторанчике первого этажа было спокойно. Несколько занятых столиков, за которыми сидели гости. Кто-то с кофе, кто-то с салатиком. И только Яромир сидел у окна за заставленным закусками столом.

– Присоединяйся, брат, – улыбка у него цвела от уха до уха. – Неплохо тут готовят, я счи...

Я сгреб его за воротник рубашки и вздернул со стула.

– Воу!

Он заблокировал мою кисть локтем, выжимая ее вниз. Даже не моргнул, не испугался. Мы оба умеем бить морды, что уж тут. И друг на друге практиковались часто как в спортзале, так и не только там.

– Остынь, братишка!

Охрана качнулась в нашу сторону, по инерции хватаясь за полы пиджаков, но сразу кинуться не посмела. Кто-то из женщин в зале резко и испуганно охнул. А мне ненавистью затопило мозги. Пальцы только крепче сжались на ткани, впились пуговицы в ладонь.

– Если я узнаю, что ты ей что-то сказал, – мне хотелось рычать. – Если я только узнаю, Яр!

– Кроет, да? – его душило воротником, мышцы вздулись на шее, выдавливая вены на поверхность кожи. – Придурок! Если бы ты не вел себя как мудак, она бы от тебя не сбежала.

– Господа, я прошу вас прекратить! – к нам подскочил администратор.

Я расслабил пальцы.

Да. Он прав. Мы не одни здесь, не стоит портить репутацию. Мы выясним все в другом месте. А пока, сыграем как всегда, в адекватных братьев, которые умеют друг друга слышать.

Мы расцепились.

Яр одернул рубашку, снова набросил на лицо непринужденное выражение, с которым всегда жил. Я зло фыркнул через нос. Ему как будто вообще на все насрать в этой жизни! Только почему-то влезает везде со своими непрошенными словами и чаще всего все портит.

Бесит!

Бесит, когда он паиньку вот такую включает и пытается меня учить. Сам не лучше! Я тоже много чего за ним знаю, но обиженных им девушек никогда не стремился утешать.

Зачем мне?

– Мирослав Михайлович, что-нибудь будете? – официантка, что к нам подошла, едва я сел за стол, выглядела испуганной.

– Борщ и водки.

– Какой выбор, – хмыкнул Яр, снова беря вилку с ножом в руки.

– Пареные котлеты с травой не прельщают, увы, – скривился я, мазнув взглядом по его тарелке.

Взял вилку, покрутил ее в пальцах.

Нет, вот задницей чую, что брат что-то знает!

– Где она, Яр?

– Ты у меня спрашиваешь? – он ухмыльнулся, закидывая в рот кусочек подсушенного хлеба. – Она с тобой ушла вообще-то.

– Я знаю, что без тебя не обошлось, – я зажал столовый прибор в кулаке. – Где она?

– Остынь, брат. Пообедай, расслабься.

Кожа на сгибе ладони побелела, а блестящий металл вилки стал медленно сгибаться наружу, пока не встала под углом в девяносто градусов. Вот только я совсем не чувствовал боли в подушечке большого пальца.

Кажется, что то, что сейчас творится внутри гораздо хуже, чем физическая боль.

– Ооо, начало-ось, – Яромир насмешливо глянул на изуродованный столовый прибор в моих руках.

Весело тебе, братик, да?

Ну-ну...

– Где она, Яр?

– Я не знаю, – отрезая еще кусок щучьей котлеты, он пожал плечами. – Ева прилетела сюда вся в слезах. Обувь поменяла и убежала снова.

– Что ты ей еще сказал?

– Еще?

Он откровенно издевался, а я ничего пока что не мог сделать. Мы же, мать твою, в общественном месте!

– Не беси меня.

– Да ничего я ей не сказал. Сказал, что служебные романы по регламенту запрещены. Это же... Пустяк?

Я резко расслабился.

Позволил крови растечься жаркой волной по телу, напитать мышцы кислородом.

– Спасибо, Яр.

– За что?

– За то, что дал мне повод тебя убить нахрен.

Глава 15

– Видишь? Видишь?

Я тыкала в дисплей своего телефона и почти подпрыгивала на стуле. Электронные письма с работы сыпались как из рога изобилия.

Сестра засмеялась, как будто правда могла увидеть то, на что смотрела я.

– Ев, ты как ребенок сейчас, честное слово!

– Алиса! – я даже грудью на стол упала. – Алиса, бронь оплачена! На три недели! Смотри, – я перевернула к ней телефон. – И бронь, и даже список услуг! Алиса, что мне делать?! У меня же смена завтра!

Смартфон победно еще раз пиликнул. Добил меня окончательно.

«Оплата проезда (такси) осуществлена. Резерв проезда на Лисицину Е.С.»

– Ого, – уважительно хмыкнула сестренка. – Они тебе даже такси оплатили.

– Это капец, – я прижала ладони к вискам и медленно проехала по ним вниз. Натянула кожу, собрала ее в складочки. – Это капец!

– Так, а шефу ты сказала про смену? – Алиска воткнула ложку в креманку с мороженым.

Мы сидели в кафе уже часа два и никак не могли наговориться. То, что она приехала в город сегодня и позвонила мне сразу же, было сродни чуду. Вытащить вольного художника из ее мастерской всегда было сложно.

А мне как раз сегодня не хотелось возвращаться домой.

Я боялась столкнуться там с Мирославом.

Очень боялась.

– Не успела, – я с досадой помешала свое растаявшее мороженое. – Во-первых, я не поняла, что он имел в виду, когда сказал «если сможешь». Что значит, если смогу? Я, конечно, смогу, это моя работа. А потом ему позвонили, и мне пришлось уйти. Да и не вспомнила я про смену, если уж честно.

Я махнула рукой и уставилась в окно кафе.

Кошмар какой-то. Просто не знаю, что думать. С одной стороны – уехать сейчас было бы неплохо. Я ведь, правда, уже два года не была в отпуске. Подозреваю, что таким перечнем бесплатных для меня удовольствий хозяин просто пытается купить меня и зачесть сразу два отпуска, но... Я соглашусь на это. Только чтобы удрать побыстрее из компании. Он ведь тоже именно этого хочет, иначе, зачем это требование не появляться на работе?

С другой – я не хочу увольняться.

Я люблю Логово. Жалко бросать то, что я выстраивала три года. Это же столько труда и столько сил. Но жизни мне там теперь не будет. Даже если Мирослав ко мне остынет и отстанет, найдет себе новую жертву, я не смогу на него спокойно смотреть. И общаться, и подчиняться тем более!

Я буду вспоминать его слова.

Его руки, его поцелуи. Будет невозможно просто быть рядом.

– Не понимаю, чего ты так паришься, – Алиса постучала ложечкой себе по кончику носа. – Ну, смена. Ну и что? Он же сам тебя отправил, вон тебе все оформляют как быстро, явно же с его подачи.

– А кто работать будет?

– А тебе не все равно? – я наткнулась на вполне серьезный взгляд младшей сестры.

– Нет!

– Ев, ты не была в отпуске хренову кучу времени! Он сам тебя туда отправил, вот пусть сам и разгребает. Съезди, развейся, чего ты.

Я насупилась.

Да верно все. Я это понимаю тоже. Только...

– Я боюсь.

– Чего?

– Ты сейчас опять скажешь, что я дурная. Алис, как клуб без меня останется? Я даже в выходные всегда с дежурным админом на связи.

– Ты не дурная. Ты больная! – сестра даже ладошки кверху развернула, показывая еще и жестом, что у меня не совсем в порядке с головой. – Ев, незаменимых людей нет!

Вот уж точно...

И Михаил Михайлович точно так же подумал, явно. Найдет нового администратора, пока я буду загорать за городом. Мирослав, может быть, побесится пару дней, а потом успокоится.

И все придет в норму. Все начнет работать как раньше.

Только не у меня.

Что делать мне, я не знаю. Работу новую искать начинать? Резюме рассылать?

Я поняла, что зависла в мыслях, когда молодой мужчина за соседним столом моргнул. Или подмигнул? Господи, у него тоже глаза шоколадные! Я резко отвернулась и даже прикрыла лицо ладонью, чтобы он не смотрел на меня.

– Ты чего? – Алиса поймала мое движение.

– У того мужчины глаза как у моего директора.

– И что? – сестра не понимала моей реакции.

– Ничего.

– Ммм, – она вдруг улыбнулась и посмотрела на незнакомца с интересом. – А он симпатичный. Твой директор тоже красавчик? Фотка есть?

– Алиса, о чем ты говоришь? – я фыркнула. – Какая фотка?

– Обычная, в телефоне. Я просто впервые тебя такую взъерошенную вижу, Ев. Ты же обычно у нас статуя ледяная, а он тебя, видимо, хорошо так разогрел, на месте даже усидеть не можешь.

– Прекрати!

– Влюбилась, признавайся? – Алиса уже откровенно смеялась.

– Иди к черту!

– Не пойду, – она продолжала веселиться. – А вот домой поеду, пора уже.

– Уже? – я опять подскочила.

– Да, – Алиса отодвинула от себя мороженое. – Я ведь и выбралась-то ненадолго. Просто тебя захотелось увидеть. А так, работы много очень.

– Новый заказ? – я посмотрела на пальцы сестры. Следы красок были на них всегда, как бы хорошо она не мыла руки.

– Угу. Ты бы приезжала почаще домой, я бы тебе все показала. Может, после этого своего санатория?

Мне стало стыдно перед ней.

Я уехала работать в Москву, а она вот не захотела. Плюнула на то, что здесь, в городе у нее было бы больше возможностей, чтобы писать картины. Осталась в нашем городишке. После их смерти даже не захотела уезжать из их дома. Жила скромно, но казалась всегда счастливой и на жизнь не жаловалась.

Видимся только редко, это плохо.

– Я приеду, Алис, – пообещала я ей от души. – Честно, приеду.

– Хорошо, – она мне подмигнула и намотала на шею шелковую ленту-шарф. – Только ты мне должна еще кое-что пообещать.

– Что? – я тоже встала, чтобы обнять ее на прощание.

– Фотографию моего будущего зятя мне пришли.

– Алиса!

Она засмеялась. Чмокнула меня в щеку, обняла крепко-крепко и вышла из кафе.

А я плюхнулась на свой стул обратно. Опять зависла взглядом в окне. Зятя, тоже мне... Я усмехнулась. Не по Сеньке шапка, Алис. Такие, как Мирослав используют таких, как мы только в весьма незамысловатых целях.

И на этом обычно все заканчивается.

Телефон пискнул еще раз, и я посмотрела на него уже почти равнодушно. Меня еще чем-то пытаются купить?

«От кого: Медведев Мирослав Михайлович»