Читать книгу "Мой борзый хам"

Глава 16. Мирослав

– Где Ева?

Я почти вынес дверь в кабинет отца, чего не делал никогда раньше.

Вообще, со мной что-то творилось странное. Особенно после того, как мы с Яром заглянули в спортзал комплекса и обменялись взаимными любезностями. Просто чтоб пар сбросить. Вот только мне не помогло. Я ведь добрался до камер внутреннего наблюдения потом, посмотрел все, отследил ее. Внутренности лихорадило, поджигало кровь непонятным раздражением. И это тоже злило. Чего так вштыривает-то меня из-за женщины?

Подумаешь, цыпочка вкусная.

Отец развернулся ко мне в кресле, сжимая в пальцах простой карандаш.

– Тон пониже, сын. И сядь, – он указал кончиком грифеля на кресло.

Я сел.

Вдохнул поглубже, пытаясь самого себя успокоить. Что-то я, правда... Надо было хоть поздороваться, что ли, вначале. Я постарался взять себя в руки.

– Где Ева? – да, бля... Не срослось...

– Какая Ева?

– Отец!

Вот терпеть не могу, когда они с Яром так делают!

– Я сказал: снизь тон. И что с твоим лицом? – он коснулся своей скулы, обозначая место.

– Противник на спарринге был хороший. Не уходи от вопроса, пап. Я знаю, что она приезжала в клуб, – не заводиться не выходило никак. – Но у нее выходной! Знаю, что она заходила в Логово. Знаю, что она приходила к тебе в кабинет. О чем вы говорили, отец, а?

Он прищурился.

Откинулся в кресле, покачался, медленно крутя сраный, бесящий меня нереально карандаш.

– И как же ты все это узнал, сынок?

– А меня когда-то отец учил информацию искать, если очень нужно.

– А тебе, значит, было очень нужно, да?

– Отец, зачем она приходила? О чем вы говорили? – от его улыбки меня окончательно перевернуло.

Я сжал пальцами пышные кожаные подлокотники кресла.

Они издеваются все надо мной, что ли? Одна удрала, когда я приказал задницу прижать и слушаться. Второй ей хрени наговорил, а третий как раз не говорит, что он ей сказал.

Это что за заговор, мать вашу?!

– Я просто, – отец развел руки в стороны. – Отправил девочку отдыхать. Ты же сам сказал, что у нее выходной. Нечего ей тут делать было.

– Ты, – меня пробило неожиданной догадкой.

Регламент же, сука!

Отношения на рабочем месте запрещены, я его читал! И Яромир говорил о нем же. А уж учитывая, какая Ева поборница этой мерзотной бумажки, то она сразу же прибежала сдаваться отцу, наверняка.

Меня бы так слушалась, проблем бы не было!

– Ты что, ты ее уволил?! – я сам охренел от собственных слов.

– Ты считаешь меня дебилом? – серьезно удивился отец. – Кто такими сотрудниками разбрасывается? А вот ты, – он вдруг подобрался, подался вперед и поставил локоть на стол, тыкая в меня карандашом. – Ты отвянешь от девочки, понял меня? Я тебе не зря это сразу написал.

– Отец! – меня выбросило из кресла.

– Я все сказал. Я тебя знаю, сын. И я знаю, что когда ты вот так начинаешь горячиться, значит, кому-то придется несладко. Напомнить тебе истории из твоего института?

– Не надо, – процедил я сквозь зубы.

– А я напомню. Двум! Двум девушкам мне пришлось помогать перевестись в другое заведение, чтобы избавить их от тебя. Мир, ты охренел?

– Учителя были хорошие!

Отец выдохнул.

Опустил плечи, что задрались инстинктивно, когда он повысил голос. Отложил карандаш и погладил гладкую поверхность рабочего стола. Даже кивнул, соглашаясь с моими словами.

– Да, возможно. Ты такой же гад, как и я. В точности.

– Мама бы с тобой не согласилась, – я, как и он, резко успокоился от его вспышки.

– Не трогай память Ольги, пожалуйста, – отец тоже поднялся из кресла и подошел к окну. – Мое уважение к вашей с Яром маме было и остается громадным.

– Я не трогаю память мамы, я просто не понимаю, почему тебе было можно, а мне нельзя?

– Чего нельзя?

– Отец, ты женился на маме спустя 4 дня знакомства. В то время! За взятку, она рассказывала.

– А ты хочешь побить мой рекорд? – вдруг заинтересовался он.

– Я ничего не хочу бить. Пока что. Но я не понимаю, почему ты пытаешься мне запретить испытывать какие-то чувства.

– Я не запрещаю.

– Да неужели?

– Да, не запрещаю. Еще раз тебе говорю, я Еву очень уважаю, я тебе об этом тоже написал. Она очень хорошая девочка, толковая. – Он повернулся ко мне. – Но ты мешаешь ей работать, Мир. Она тебя боится.

– Да почему? – мне захотелось зарычать от непонимания.

Нет, я не сахарок сладенький, я понимаю.

Может, где-то и перегнул, но не везде же? Просто обозначил новые реалии для нее, что в этом пугающего?

– Посмотри, что она мне принесла, – отец вернулся к столу и достал из ящика какой-то лист.

Я взял его.

Пробежался взглядом по строчкам. Да, ладно?

– Видишь, чего ты добился? Будешь продолжать в том же духе, потеряешь ее, сын.

– Ладно, я понял, – я перехватил заявление на увольнение от моей лисички и разорвал его пополам.

Отец поднял бровь, но комментировать мой жест не стал. А я сложил получившиеся половинки еще раз и разодрал еще раз.

И еще раз.

– Сам ее найду, – я положил аккуратную стопочку бесполезных уже бумажек на край стола и пошел к двери. – Раз так.

– Куда ты?

– А непонятно? – я хмыкнул, уже взявшись за ручку на двери.

– Ева уехала из города, Мир, – жестко припечатал меня отец. – Клуб остался без руководителя. А твоя должность, насколько я помню, звучит как директор? Вперед! Работа ждать не будет. Найди нового админа на ее смену, сделай перестановку кадров. Ты прекрасно знаешь, что хаоса в работе быть не должно.

Перед глазами потемнело.

Так, значит, да? Л-ладно...

– Хорошего дня, отец, – я вышел в коридор.

Сука! Захотелось подойти к окну напротив и дать по толстому стеклу кулаками так, чтобы трещинки разбежались во все стороны. Ну, или кровь потекла по пальцам. Она бы тоже помогла, привела в чувства. С Яромиром мне не хватило, не то.

Окей, найдем другой вариант.

Отказываться от поиска Евы я не собираюсь, что бы ни говорил отец. Мне уже не десять лет, чтобы слушаться папу, не для того он меня учил, чтоб я в рот ему смотрел постоянно. Он в курсе, так что...

Я пошел к лифту, набирая нужный номер на мобильном.

– Ну, что, подобрал сопли, брат?

– А ты? – усмехнулся где-то там Яр.

– И я, – злобная ухмылка рвала губы. – Повеселиться хочешь?

Глава 17

– А-а-ах!

Я упала спиной на широкую кровать, раскидывая руки в стороны.

Матрас упруго спружинил, чуть подкидывая меня обратно. Волосы разлетелись, растрепались по простыни. А я, в совершенном шоке, смотрела в потолок.

С ума сойти, я решилась!

Я! Оставила работу, задвинула свое вечное желание все контролировать и приехала сюда. Повернув голову набок, я медленно еще раз осмотрела домик, куда меня поселили. Довольно просторный, для одной меня так точно.

Из одной комнаты, только кровать отделена от остального помещения огромными шторами, свисающими с потолка. Но тут была и кухонька, и столовая группа. Все красивое, новое, блестящее и удобное. А шикарный тропический душ в объединенном санузле?

И камин!

Камин тут тоже был. Электрический, правда, но как же классно он сейчас трещал звуками настоящих дров...

Просто рай для отдыха. Почему я никогда не приезжала сюда раньше? Ведь можно было взять путевку на работе на пару дней, пока выходные. И просто выспаться, воздухом надышаться, нагуляться.

Я закрыла глаза.

Потому что ты сумасшедший человек, не умеющий делегировать обязанности, Ева. В этом тоже есть плюсы, но есть риск немножко закончиться. Поэтому сейчас я дала себе задание отдыхать по максимуму. Выключиться.

Тело приятно ныло после массажа.

Сразу же после разговора с Алиской я поехала домой. Трусливо и быстро. Потому что мэйл от Мира меня испугал больше, чем убеждали уговоры сестры. Я даже читать его не стала. Собралась в темпе, вызвала такси, назвала им номер оплаченного резерва и приехала сюда. И началась карусель: оформление, кислородный коктейль на полдник, процедуры. Я устала от отдыха больше, чем от работы!

И просто сейчас лежала.

В распахнувшемся от падения халате, в одних трусиках после душа. Но я ведь здесь одна, дверь заперта. Я слушала тишину и треск ненастоящих дров.

Блаженство...

Главное, чтоб никто не позвонил...

Я поморщилась. Сглазила же! Телефон на подушке замурлыкал популярной мелодией. Не буду брать, ну его. Сотовый настойчиво гудел.

Да чтоб тебя!

Я дотянулась до него. Сашка. Потерял, что ли? Я смахнула бегунок, принимая вызов. Ткнула сразу же кнопку громкой связи и снова откинулась на кровать. Не хочу сейчас даже в руках телефон держать.

Все, у меня отпуск, я желе...

– Да, Саш.

– Привет, – голос друга был явно довольным. – Занята?

– Нет.

– А чего трубку так долго не брала?

– Саш, у меня выходной, – ой, мамочка моя, даже языком шевелить лень, честное слово.

– Понял, не разбудил?

– Нет, – мне стало смешно. Он в курсе, что я могу уснуть после работы даже на ходу. – Что-то случилось?

– Нет. Просто соскучился, хотел узнать как у тебя дела, как день прошел.

Я нахмурилась с закрытыми глазами.

Что-то не нравится мне его вот такая забота, честно. Не замечала за ним раньше, чтоб он по мне скучал. Я вздохнула. Да нет, Ев. Параноишь ты просто. Тебе уже даже старый друг подозрительным кажется.

– Тебе, правда, интересно? – я все равно закинула удочку.

– Конечно! Мне о тебе всегда все интересно, Ев.

Я нахмурилась еще сильнее.

– Да нормально все. Уехала за город отдыхать. Просто валяюсь, на массаж сходила. Просто хочу расслабиться немного, загналась, похоже.

– Ого!

Я усмехнулась его удивлению. Даже Сашка обалдел от моего поступка. Я тоже от себя такого не ожидала, нда. Если бы не хозяин, так бы и сидела в городе.

Точнее, если бы не Мирослав.

Это ведь из-за него все.

Медве-едич... Безумец просто... Уголки губ едва дрогнули, словно тело само хотело улыбнуться чему-то.

– Не говори! Лежу сейчас. Жду, когда ужин принесут, поем и буду дальше лежать, смотреть на огонь. Тут такой камин классный, почти как настоящий, представляешь?

– Звучит круто, – я как будто кожей почувствовала, что Сашка заинтересовался. – А во что ты сейчас одета?

– Что, прости?! – от такого вопроса меня подбросило на кровати.

– Ой, извини, Ев! Я не это хотел спросить!

Я посмотрела на телефон как на змею.

И это мой друг? Значит, я все же не ошибаюсь?

– Я просто подумал, раз ты там так круто отдыхаешь, может, я тоже приеду? Проведем время вместе. Я тебя вот день не видел и уже скучаю. Наверное, нам стоит с тобой работать без выходных, чтоб не расставаться.

Сашка в трубке засмеялся, а я еще сильнее обалдела.

Он сейчас серьезно? Перед глазами замелькали воспоминания. Случайные будто прикосновения. Сашкины комплименты. Его забота обо мне, да даже та же вода! Он всегда давал мне теплую воду, ни разу не забыл, что я пью только такую.

Ой, я ду-ура...

Я даже сжалась от накатившего понимания.

«Ева Сергеевна, ко мне в кабинет!»

Голос Мирослава рявкнул в голове в ответ на прикосновение Сашки на последнем собрании. Я словно наяву увидела злой взгляд шоколадных глаз. И ревность, что хлестала из него потоком.

Теперь улыбку было точно не удержать, она пришла сама.

Мирослав меня приревновал. В отличие от тупенькой меня, он сразу понял, что Сашка за мной ухаживает. И взбесился.

Правда ведь, взбесился!

– Ев? Ева, ты меня слышишь? – донесся откуда-то из реальности голос друга.

– Да, – спохватилась я. – Да, слышу, извини.

– Ев, я говорю, может, я приеду? Побудем вместе?

Громкий стук в дверь домика меня спас.

Я вскочила и стала судорожно завязывать пояс на халате. Очень нужная мне передышка. Потому что как отказать Сашке я пока не представляла.

– Саш, подожди, пожалуйста, мне ужин принесли. Ты говори, я тебя слышу, ладно? Телефон на громкой, – я впихнула ноги в тонкие гостиничные тапки.

– А, ладно.

Я подхватила телефон и побежала к двери.

Отщелкнула затвор замка и распахнула ее. И отступила назад. Обхватила ладонью рот, зажала его, чтоб не вскрикнуть.

– Сбежала от меня, моя лисичка? – Мирослав стоял на пороге, навалившись плечом на дверной косяк. – Реально думала, что не найду?

Я замотала головой, отступая еще дальше от него. А из телефона донеслось:

– Ев! Евушка, ты подумай, ладно? Я очень хочу быть с тобой.

Глава 18

Я попятилась.

Нашел... Приехал... За мной приехал... Желудок сжался холодным комком внутри, стал тяжелым, сосущим энергию из всего тела.

– Ева? Ты уже закончила? – я моргнула.

Ой...

Сашка!

– Дай мне телефон, – Мирослав шагнул в домик, заслоняя солнечный свет из двери, среагировал сразу же.

Я споткнулась, зацепив бедром стул возле обеденного стола. Руки не поднимались, силы просто покидали тело, утекали. Приехал... Он приехал, он, действительно, меня искал и нашел.

Мирослав сам вынул сотовый из моих пальцев.

– Держи свои яйца при себе, – он не отводил от меня взгляда вообще.

Поднес телефон к лицу, говорил четко в микрофон, задирая верхнюю губу от злости. Но смотрел только на меня.

Черт, он реально злится как зверь...

На меня злится Медведь? Или...

– Поздняк подкатывать к девочке. Ева только моя, понял? Отдыхай, братишка.

От его шальной ухмылки в голове поднимались какие-то вихри. Резко ставший крошечным от присутствия крупной мужской фигуры домик стал кружиться. Я услышала только короткий гудок, когда Мир сбросил звонок Саши.

Приехал...

Я не могла в это поверить. И в то, как отчаянно этого хотела – тоже.

– Иди ко мне, – Мирослав бросил мой телефон на стол, а меня дернул за халат к себе. – Беглянка.

Меня сгребли в охапку.

Прижали всем телом, обхватили руками, всеми руками так, что дышать стало сложно. Я пропахала лицом по мужской груди короткую дорожку и вывернула голову вбок. Уткнулась в расстегнутую полочку сорочки и замерла.

Ткань коснулась лица еле уловимо.

С одной стороны – его жаркая кожа. Обжигающая, пахнущая только ему присущим запахом. Щекочущая меня упругими, жестковатыми темными волосками на груди. С другой – идеально отглаженный до остроты краешек хлопкового полотна.

Он накрыл собой кончик моего носа.

Спрятал меня под собой. Как будто приблизил еще теснее к Мирославу. Отгородил от всей вселенной, позволил уединиться с мужчиной, в чью реальность я только сейчас начала верить.

Приехал...

Мирослав молчал. Держал меня в объятиях, сдавливая в своем медвежьем захвате. И ничего не предпринимал пока что. Дышал мне в макушку, прижимался, втирал меня в себя. Как будто насыщался тем, что я рядом. Как будто ему не только секс со мной был нужен.

Как будто ему была нужна именно я.

Боль из желудка переместилась к сердцу. Сдавила его когтями, заколола иглами. И я постаралась вдохнуть поглубже. Вытолкнуть ее, выдохнуть. Отказалась в нее верить. Вобрала аромат мужского тела до самого дна легких. Разрешила ему проникнуть в кровь пьянящими пузырьками. Если голове кружиться, так только от того, что я сейчас там, где хотела быть.

Оказывается...

– Еще раз узнаю, что этот хрен к тебе клеится, ноги ему к чертям переломаю, поняла меня? – ставший хриплый голос Мирослава прошелся по моим мозгам как терка.

Какой хрен?

Кто ко мне клеится? Я растекалась по его рукам киселем. Но, кажется, мне только что поставили какой-то ультиматум?

Я оттолкнулась от его груди руками:

– Как ты меня нашел?

– Шшш, малыш, – он даже не пошевелился. Не сдвинулся ни на сантиметр, не выпустил меня. – Не дергайся пока. Захотел – нашел.

– Пусти меня!

– Нет.

– Мирослав Михайлов...

Он резко отстранился, схватил меня за подбородок пальцами, разворачивая голову к себе. И я с жалобным писком упала, утонула в шоколаде его глаз:

– Мир, поняла меня? Я для тебя весь Мир! Я твой, хватит сопротивляться, Ева!

– Почему-у?! – взвыла я. – Что тебе надо от меня? Развлечься? Тебе скучно?

Медведич зарычал.

Сдавил мои щеки, буквально силой подтаскивая мои губы к себе. Прижался к ним всем ртом, захватил их. Ворвался в меня наглым языком, подчиняя сразу и заставляя молчать.

И я сорвалась.

Полетела куда-то, ощутила его вкус не только языком, но самим мозгом. Захлебнулась его жаждой, его желанием, нашим общим вспыхнувшим дико и жарко возбуждением.

Он не давал себя обнять, не разрешал шевелиться.

Только пил меня.

Вдавливал в себя неистово, сминал мою кожу под халатом, разогревал ее, растирая ладонями так, что вафельная белоснежная ткань вставала дыбом. А мне оставалось только принимать его терзающий поцелуй.

Я дышала Мирославом.

Те крохи воздуха, что удавалось схватить, мы делили сейчас пополам.

– Тебя только так можно заставить замолчать, да? – он оторвался от меня, когда я уже стала слабеть от недостатка кислорода.

Посмотреть на него уже было невозможно, веки даже не поднимались.

– Лиса моя дурная, – он прижался к моей шее губами, оттолкнул мою голову своей, без слов приказал ее запрокинуть. – Я же предупреждал – только моя будешь теперь, ясно?

– Нет, – на остатках здравого смысла выдохнула я в потолок, что падал на меня тяжеленной горячей плитой.

Я ощутила его улыбку всей кожей...

Наглую, яркую, до скрежета зубовного самодовольную. Будоражащую меня легким покалыванием мужской щетины.

– Ев, да-а... И я тебе это сейчас докажу!