Текст книги "Волшебная дорога"
![](/books_files/covers/thumbs_240/volshebnaya-doroga-35022.jpg)
Автор книги: Лоуренс Уотт-Эванс
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 6
Келдер пятился все быстрее. Над его головой раздался крик, хлопнули крылья, затем все стихло.
Демоны, отвратительно улыбаясь и визжа, двинулись на юношу. Один побежал, заранее занеся топор, за ним последовал второй, с коротким мечом. Мужчина в черном на крыше фургона замахал руками, вновь принялся что-то выкрикивать, но у Келдера уже не было времени раздумывать, что сие означает.
Он повернулся и бросился бежать со всех ног: только они и могли спасти ему жизнь.
Демоны с визгом устремились следом, их вопли становились все громче по мере того, как сокращалось расстояние. Внезапно все стихло.
Звенящая тишина столь поразила Келдера, что он споткнулся и упал. Закрыл руками лицо, ноги подтянул к животу, свернулся калачиком в дорожной пыли, ожидая, когда в него вонзится топор.
Ожидание затягивалось. Он осторожно открыл глаза и убрал руки.
Караван остался на прежнем месте, мужчина в черном одеянии слезал со своего насеста, купцы и охранники потянулись к дороге.
Демоны исчезли.
Как сквозь землю провалились.
Единственным свидетельством их появления оставались изуродованные тела лошадей и всадников. Келдер осторожно поднялся на ноги.
Нет демонов. Видать, демонолог отправил их туда, откуда вызывал, и они ушли.
Один из охранников каравана отрубал мечом головы бандитов. Зачем, Келдер не понимал, во всяком случае, не для того, чтобы гарантированно их убить: демоны об этом позаботились.
Келдер постоял, прикидывая, что же делать дальше, потом поплелся к каравану. Не потому, что хотел поближе взглянуть на трупы, фургоны или что-то еще. Юноша боялся, что демонолог примет его за уцелевшего грабителя, если он попытается убежать. Шагая, Келдер оглядывался в поисках Ирит: ему очень не хватало ее компании.
Но видел лишь синее небо с редкими белыми облаками. Ирит как сгинула.
Келдер застыл. Куда же она могла улететь? Он медленно повернулся, вглядываясь вдаль. И таки заметил ее, далеко на западе. Крылатая фигура уже превратилась в точку. Келдер запаниковал: очень уж ему не хотелось терять ее. Он просто не мог позволить себе потерять ее! Иначе пророчество никогда не станет явью! Юноша закричал, замахал руками, потом опустил их и замолчал, осознав, что девушка слишком далеко, чтобы увидеть или услышать его.
Он уже собирался бежать за ней, но точка вроде бы начала увеличиваться в размерах. Келдер пригляделся. Да. Точно увеличивается. Ирит возвращалась.
Пока он стоял и ждал ее, в трехстах метрах к востоку караван двинулся в путь, не обращая внимания ни на него, ни на летящую девушку. К тому времени, когда Ирит опустилась на землю, все фургоны уже покинули поле боя. Теперь каждый из них украшали пики, на которых красовались окровавленные головы бандитов.
Ирит сложила крылья, они исчезли.
– Что, что это было? – спросил ее Келдер.
Ирит пожала плечами:
– Не знаю.
– Как это не знаешь? Ты же училась магии.
Девушка посмотрела на него так, словно он сморозил глупость, усмехнулась:
– Я училась у чародея, а не демонолога.
– Но разве тебе ничего не говорили о других магах? Чтобы ты знала, на что способны конкуренты?
– Нет, – качнула головой Ирит. – Обучение чародейству отнимало все мое время. – Голос ее немного смягчился. – Там, где я жила, ничего не знали о демонологии.
Последняя фраза Ирит в который раз смутила юношу. Если исходить из ее слов, получается, что обучение она закончила давным-давно.
– Когда это было?
Она сердито зыркнула на него, хотя Келдер и не мог взять в толк почему.
– Давно. – Ирит отвернулась, всем своим видом показывая, что не хочет иметь с ним никаких дел.
Келдеру оставалось лишь тяжело вздыхать.
Наконец она посмотрела на юношу:
– Пошли.
Он кивнул, и крылья Летуньи тут же исчезли. Пять минут спустя они поравнялись с первым из убитых бандитов. Кровь, заливавшая все вокруг, уже побурела, обезображенное тело покрывали бесчисленные раны. Голова, естественно, отсутствовала.
Такие же изувеченные трупы лежали и дальше, вперемешку с трупами лошадей. Мухи кружились над ними тучами, ползали по открытым ранам.
К горлу Келдера подкатила тошнота, ему пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы не расстаться с завтраком. Видеть смерть ему доводилось: на ферме убивали животных, старики умирали в постели. Но с такой жестокостью он столкнулся впервые.
– Фу, – поморщилась Ирит, переступая через лужицу свернувшейся крови.
– Фу? – вскинулся Келдер. – И это все, что ты можешь сказать?
Ирит недоуменно подняла глаза:
– А что еще я должна сказать?
– Не знаю, – раздраженно бросил Келдер. – Что-нибудь более уважительное, чем “фу”!
– Уважительное? – Ирит явно ничего не понимала. – А что ты нашел неуважительного в “фу”?
– Неужели мертвые не заслуживают более... более... – Слов ему не хватило. Впрочем, он сомневался, что сможет произнести приличествующую случаю фразу даже на родном шуларском, не говоря уж о торговом наречии или этшарском.
– Мертвые? – В голосе Ирит слышалось облегчение. – Я думала, ты имеешь в виду себя!
– Себя? – Теперь пришел черед удивляться Келдеру. Он надеялся, что в конце концов завоюет уважение Ирит. Но не ожидал, что это произойдет так быстро. – Нет, я имел в виду не себя... трупы.
– А им-то что до моих слов? Они умерли, так что мои “фу” им без разницы. И они действительно отвратительно выглядят. Я не люблю кровь.
– Я тоже, – не задумываясь, добавил Келдер. – Но все-таки ты могла бы проявить больше... больше сострадания. Я хочу сказать, это же люди, может, у них были семьи.
В душе Келдера бушевала буря. Ирит такая прекрасная, владеющая магией, столько знающая. Он ждал от нее совершенства во всем. Но ожидания вступали в противоречие с реальностью.
Он хотел, чтобы его жене не были чужды забота о ближнем и сострадание, а Ирит сама судьба предназначила ему в жены.
Девушка пожала плечами:
– Я их не убивала.
– Но у тебя же возникают какие-то чувства, когда ты видишь, что с ними сталось?
Он так хотел вернуть Ирит на возведенный для нее пьедестал.
Но она раздраженно покосилась в его сторону:
– Разумеется, возникают. Поэтому я и сказала: “Фу!”
Келдер чувствовал, что запутывается в словах и недопониманиях. Ему не хотелось спорить с Ирит, наоборот, он бы лучше во всем с ней соглашался. Глядя на нее, он буквально таял, такая она была красивая. Какие уж тут споры.
Может, все дело в том, что несовершенен он?
– Извини, – сдался Келдер. – Просто такого я никогда не видел. Вот и разволновался. И мне казалось, что ты должна волноваться больше меня.
Ирит оглядела трупы.
– Кажется, я тебя понимаю, особенно если ты впервые на поле боя. Но для меня все это не в диковинку. На войне я видела много трупов. Понимаю, это зрелище малоприятное, но мне доводилось видеть и другие, ничем не лучше.
– Тебе доводилось? – Келдер огляделся и его вновь едва не вырвало.
– Да, – кивнула Ирит. – Как-то раз заклинание сработало неудачно, и чародея с помощниками разорвало на куски... – Она заметила кислую мину Келдера и не стала продолжать. – Но тебе, полагаю, не хочется знать подробности.
– Да, – согласился Келдер. – Не хочется.
– Тогда не будем об этом говорить и постараемся побыстрее выбраться отсюда.
Келдер кивнул и быстрым шагом двинулся по дороге. Ирит же еще раз оглядела обезображенные трупы, оторванные конечности, лужи крови, скорчила гримаску, выпустила крылья и полетела вперед.
Миновав последний труп, Келдер все еще гадал, какую же войну могла видеть Ирит. В Малых Королевствах всегда где-нибудь воевали. Иначе и быть не могло, когда на небольшой территории располагались двести с небольшим независимых государств, но о серьезных сражениях в последнее время никто не слышал. И королевства, по территории которых пролегал Великий Тракт, всегда старались жить в мире с соседями, поскольку войны резко снижали число путников, что незамедлительно отражалось на деловой жизни и, следовательно, на доходах казны.
Так о какой же войне говорила Ирит? Может, она обучалась чародейству в Корозе или Тротлурии, воевавших в последние годы? Если она участвовала в войне, следовательно, видела поля сражений. Поэтому она и унеслась прочь?
Тут Келдер вспомнил, что Малые Королевства воевали без привлечения магии, хотя ходили самые невероятные слухи о так называемой Империи Вонда, где какой-то сумасшедший ворлок вроде бы воспользовался своими магическими способностями, чтобы покорить окрестные королевства. Но ученицу чародея в Корозе и Тротлурии и близко не подпустили бы к полю боя.
Ирит сказала, что заклинание сработало не так, как положено. Где такое могло случиться? У Вонда?
Так откуда же она пришла на Великий Тракт?
Прямого вопроса он не задавал, но подозревал, что ответа ему не получить: Ирит старалась обходить эту тему. Еще одна загадка, подумал Келдер, но, взглянув на Ирит, ожидавшую его в сотне ярдов, решил ни о чем не спрашивать.
Во всяком случае, пока.
А может, признался он себе, и никогда. Девушка вроде бы не хотела говорить о войнах, в которых участвовала, и он не знал, хочет ли о них слышать. Его, разумеется, интересовало прошлое Ирит, но куда больше его интересовало ее будущее. И забыть о бандитах в сложившейся ситуации, возможно, наилучший выход.
Он шел, не оглядываясь, но неожиданно замедлил шаги.
To ли уловил какое-то движение. То ли почувствовал на себе чей-то взгляд.
Ирит нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, но Келдер все равно остановился, повернулся.
Увидел пыль и кровь. Если кто и шевелился, так это мухи. Келдер посмотрел по одну сторону дороги, по другую. Одна трава. Присмотрелся повнимательнее. Вроде бы к северу от дороги в высокой траве кто-то сидел.
Нет, показалось. Келдер поспешил к Ирит, крикнув, чтобы она подождала его, хотя девушка и не собиралась идти одна.
Глава 7
Кастл Ангаросса расположился на равнине. Каменные стены окружали не только замок, но и рыночную площадь с примыкающими к ней домами и лавками. То есть замок скорее напоминал укрепленный город.
Келдер увидел его буквально через несколько минут после того, как они покинули поле боя. Заходящее солнце окрасило крыши домов багрянцем. Караван, уничтоживший бандитов, втягивался в городские ворота. Над фургонами по-прежнему вздымались пики с отрубленными головами.
– Скорее, – торопила Ирит, и они поспешили вперед.
Келдер полагал, что Ирит не сильно на него сердится, иначе давно бы улетела в город одна. Он не хотел портить с ней отношения и рассудил, что лучший способ добиться этого – ничего не говорить. Так что до ворот они дошагали молча.
Солнце уже зашло, сгустились сумерки, единственными источниками света остались фонари и факелы. Келдер замялся и спросил, не опасно ли заходить в замок короля, который открыто покровительствовал бандитам. Ирит его высмеяла.
– Это единственное место в Ангароссе, где можно не бояться бандитов, глупый! – объяснила она. – Сюда они не полезут. Зачем им сердить короля?
– Понятно.
Келдер злился на себя. Его невежество и излишняя осторожность проявлялись очень уж явно. Ирит вполне могла принять его за дурака. Дав себе слово, что больше этого не повторится, он решительно отправился на рыночную площадь.
– Ты знаешь здесь хорошую гостиницу? – спросил он.
– Конечно, – ответила девушка. – Но сначала хочу прогуляться по площади.
Келдер спорить не стал и последовал за Ирит, которая уделяла особое внимание тканям и украшениям.
Торговцы уже начали закрывать лавки: мало кто жаждал делать покупки при свете факелов, когда разглядеть дефекты куда сложнее. Келдера это только радовало – его ноги давно ныли от усталости.
Караван, за которым они шагали чуть ли не весь день, разместился на постоялом дворе на одной из улиц, отходящих от площади. Келдер узнал ярко разрисованные фургоны и пики с боевыми трофеями.
Он уже хотел указать на них Ирит или поговорить с кем-то из купцов, но передумал. Во-первых около фургонов не было ни души, во-вторых, ему не хотелось иметь никаких дел с демонологом. При воспоминании о маге в черном по телу Келдера пробежала дрожь.
– Демонология узаконена? – спросил он Ирит.
Они как раз остановились у прилавка с тканями.
– Где?
– В каком-нибудь государстве.
– Конечно. Во многих. Во всем Этшаре.
– В Шуларе вроде бы нет. – Голосу Келдера недоставало уверенности.
– Скорее всего нет, – согласилась Ирит. – В большинстве Малых Королевств демонов не жалуют. Я, кстати, тоже.
– А здесь? – Келдер обвел рукой рыночную площадь.
– Кто его знает? – пожала плечами девушка.
– Если демонология запрещена законом, как же караван мог ее использовать?
– Бандиты тоже не в законе, Келдер, – напомнила Ирит. – Даже если король не хочет прижать их к ногтю. Многие нарушают закон.
Последнее, естественно, не стало для Келдера откровением, но он продолжил расспросы, поскольку любопытство взяло верх над желанием лишний раз не досаждать Ирит.
– Я думал, ворота ада закрылись с окончанием Великой Войны. Как получилось, что демонология по-прежнему в ходу?
Ирит вздохнула.
– Келдер, неужели ты полагаешь, что я с демонологией на ты?
– Нет, – признался Келдер.
– Тогда больше не задавай мне подобные вопросы, хорошо? – Она пристально посмотрела на юношу, потом добавила: – Скажу лишь, что закрытие ворот Ада означает, что демоны не могут появляться в Мире без вызова, по собственному желанию. А демонологи умеют их вызывать. – Девушка вновь повернулась к выставленным тканям.
– Понятно, – пробурчал Келдер.
А Ирит уже внимательно разглядывала отрез черной парчи. Хозяйка убрала с прилавка часть товаров и терпеливо дожидалась, купит ли что-нибудь последний покупатель.
И тут, как совсем недавно на поле, Келдер почувствовал на себе чей-то взгляд. Он оглянулся.
Площадь заметно опустела. Остались лишь несколько покупателей да два десятка купцов и фермеров, еще не закрывших свои лавки. На сторожевой башне, под факелом, опираясь на алебарду, зевал солдат. Трое или четверо детей бегали друг за другом у ворот. Какая-то босоногая девочка в поношенной синей тунике стояла особняком.
Она-то и смотрела на него, решил Келдер, или на Ирит, или на лавочницу, чей товар заинтересовал Летунью. Ее взгляд он и почувствовал.
Келдер подумал, что со стороны маленькой девочки опасность ему не грозит. Хотелось только знать, чего она на него уставилась. На площади было скорее темно, чем светло, но Келдеру показалось, что девочка плачет.
Может, ее побила мать, предположил Келдер. А может, ей просто не хочется идти домой и она завидует возрасту Ирит и ее красоте.
Может, она даже узнала Ирит: Келдер уже неоднократно убеждался, что Летунью знают по всему Великому Тракту. Сейчас она, правда, без крыльев, но много ли блондинок в Ангароссе?
Много ли блондинок во всех Малых Королевствах?
И тут Келдера осенило: Ирит-то родом не из Малых Королевств. Наверное, она из далеких варварских стран, что лежат за Гегемонией Этшаров. Из Тинталлиона или Керроа. Говорили, что на севере блондинок куда больше.
А ведь Тинталлион охвачен гражданской войной. Это многое объясняло. К примеру, ее участие в сражениях. Может, там действовали другие законы и ученики брали не с двенадцати лет, а раньше? Тогда становилось понятно, почему она столько успела, хотя ей всего пятнадцать. И в Малые Королевства она удрала потому, что от Тинталлиона они очень далеко и суровый учитель не мог ее тут найти.
Версия получалась убедительная.
Значит, Ирит из Тинталлиона. Он задумчиво смотрел на девушку, болтающую с хозяйкой лавки на торговом наречии, и пожалел, что не знает ни слова на тинталлионском.
Келдер забыл о девочке, вслушиваясь в разговор и пытаясь по произношению определить, откуда Ирит родом. Однако ее акцент ничем не указывал на то, что она с северо-запада. С другой стороны, он никогда не слышал настоящих этшарцев, только местных жителей, говорящих на этшарском. Опять же, где гарантии, что варвары говорят на этшарском с тем же акцентом, что и народы Малых Королевств?
А Ирит вообще говорила без всякого акцента, так и шпарила на торговом наречии. Чего там, она говорила на нем лучше, чем хозяйка лавки, и женщины отчаянно торговались.
Келдер задумался. Вроде бы он мог просто спросить Ирит, откуда она родом. Вопрос-то вполне естественный.
Надо просто улучить удобный момент и как бы между прочим задать его по ходу разговора. Она уже сердилась на него из-за вопросов о демонологии, так что о лобовом вопросе не могло идти и речи. Зачем самому нарываться на неприятности?
Ирит отвернулась от прилавка. Хозяйка лавки прокричала ей в спину “последнюю цену”, но Ирит лишь рассмеялась и зашагала прочь. Келдер поспешил за ней.
– По-моему, ты ничего и не собиралась покупать, – заметил он.
Ирит улыбнулась, подмигнула Келдеру.
– Разумеется, нет. Что я буду делать с отрезом черной парчи на дороге в Шан? Нести на плече? – Девушка вновь рассмеялась. – Если б я решила остаться в городе, то купила бы. Ткань хорошая.
Келдер кивнул.
– Гостиница там. – Ирит указала на узкий проулок.
– Правда? – с сомнением спросил Келдер.
– Правда. Это самый короткий путь к черному ходу. Я тебе покажу.
Она пошла первой, Келдер за ней. Пройдя несколько шагов по проулку, юноша обернулся.
Девочка, наблюдавшая за ними, стоя у ворот, перебралась к лавке, где торговалась Ирит, и пристально смотрела им вслед. Келдеру стало не по себе. Он тронул Ирит за руку:
– За нами следит какая-то девочка.
Ирит обернулась, пожала плечами и спокойно отравилась дальше.
– Мне к этому не привыкать.
Келдер еще раз взглянул на девочку, тоже пожал плечами и последовал за Ирит.
Проулок вывел их на кухонный двор. В одном углу воинственно вышагивал петух, в другом располагался колодец. Большой серый кот спал на подоконнике освещенного окна у массивной черной двери. К ней-то и направилась Ирит, постучала.
Открылась заслонка, за ней появилось озабоченное лицо.
– Привет, Ларси, – поздоровалась Ирит. – Это я.
– Летунья? – спросил женский голос.
Ирит кивнула.
Заскрипел засов. Серый кот шевельнулся, но с места не сдвинулся. Келдер глянул в проулок.
Девочка в синей тунике бежала к ним со всех ног.
Дверь открылась, и Ирит поднялась на гранитный порог. Полная женщина, которую она назвала Ларси, отступила в сторону, давая ей пройти.
– Я привела друга. – Девушка указала на Келдера.
Келдер поймал выражение лица девочки, как раз пробегавшей мимо факела, и импульсивно поправил ее:
– Двух друзей.
"Ты станешь защитником униженных и оскорбленных”, – предрекла ему Зиндре, а девочка, судя по всему, в аккурат подпадала под эту категорию.
Ирит удивленно обернулась, увидела девочку, вбегающую во двор, прочитала молчаливую мольбу в глазах Келдера и поправилась:
– Двух друзей.
Юноша облегченно вздохнул. К живым Ирит могла проявлять сострадание, в котором отказывала мертвым, и ему это понравилось. Может, благодаря этой маленькой девочке он сможет еще больше сблизиться с Ирит, а заодно и осуществить пророчество.
– Что ж, заходите оба, – разрешила Ларси.
Они оказались в большой кухне с каменным полом. Деревянная бочка стояла на железной подставке над каменной раковиной. Столы с каменным верхом примыкали к облицованным каменными плитами стенам. Большие деревянные двери вели в глубь гостиницы. В металлических подсвечниках мерцали свечи. Тона преобладали черные и серые. Яркими пятнами выделялись разве что огонь в огромном очаге да овощи на одном из столов: оранжевая морковь, зеленый салат, белый, только что почищенный картофель.
– Выходите отсюда. – Ларси открыла одну из дверей. – На кухне вам делать нечего. Я уже жалею, Ирит, что показала тебе эту дорогу!
– Я бы все равно ее нашла, – улыбнулась Летунья. – Сверху ее отлично видно.
Ларси скорчила недовольную гримаску и выпроводила их в обеденный зал.
Свету прибавилось, но цветовая гамма практически не изменилась: серое и черное уступили место черному и коричневому. Коричневые деревянные столы и стулья, черный камень камина, коричневый деревянный пол. Зал освещался дюжиной фонарей, кое-где за столами сидели посетители.
– Я принесу вам жаркое. – Ларси усадила их один из двух длинных столов.
Ирит кивнула:
– И пиво, которое ты варишь.
Ларси выразительно посмотрела на девочку в синей тунике:
– Она будет пить воду.
Девочка согласно закивала.
Ларси фыркнула и ретировалась на кухню.
– Н-да, смотреть тут особо не на что, – отметил Келдер, как только за ней закрылась дверь. Действительно, обеденный зал выглядел очень уж мрачно. Ни ярких картин, ни медной чеканки, вообще никаких излишеств.
Ирит пожала плечами:
– Возможно, но еда здесь лучшая в Ангароссе. – Она повернулась к девочке.
Посмотрел на нее и Келдер. Ему представился шанс показать Ирит, какой он добрый, отзывчивый, но одновременно строгий.
– А теперь говори, кто ты и почему преследуешь нас?
Девочка замялась, но потом ответила:
– Меня зовут Аша из Амрамиона, и я думаю, что вы убили моего брата.
Келдер и Ирит удивленно вытаращились друг на друга. Такого ответа они не ожидали.
Девочка не сводила с них глаз.
– Я вообще никогда никого не убивал, – признался ей Келдер.
– Думаю, я не убивала твоего брата, – добавила Ирит.
Келдер не преминул отметить, что Ирит не ответила: “Я тоже”. Но размышлять о том, что сие означает, не хотелось, поэтому он сосредоточился на Аше.
– Значит, кто-то его убил, а вы при этом присутствовали.
– Мы? – удивился Келдер.
Аша кивнула.
– Где?
– Сегодня на дороге, в лиге от города.
– Ты хочешь сказать, что твой брат был среди бандитов? – спросила Ирит.
Аша с неохотой кивнула.
Несколько мгновений над столом висела тишина, нарушил ее Келдер:
– Мы никого не убивали. Это демоны.
На лице Аши читалось недоверие.
– Правда, правда, – заверила ее Ирит. – Эти маленькие чудища растерзали бандитов в клочья. Отвратительное зрелище.
– Откуда они взялись? – пожелала знать девочка.
– Выскочили из-под земли, – ответила Ирит.
– Их призвал демонолог, – пояснил Келдер.
– Какой демонолог? – спросила Аша. – Не видела я никакого демонолога. Если только это один вас.
Брови Келдера взлетели вверх.
– По-твоему, я похож на демонолога? – воскликнул он.
Аша молча смотрела на него, потом ткнула пальцем в Ирит:
– Она может летать. Я видела.
– Конечно, – кивнула Ирит, – я летаю. Когда хочу, у меня появляются крылья. Я – оборотень. Но это чародейство, а не демонология. О демонах я ничего не знаю.
– А откуда мне знать, что моего брата и его друзей убило не чародейство? – спросила Аша. – Почему я должна верить вам на слово?
Келдер взглянул на Ирит, пожал плечами:
– Не знаю. Но тебе не остается ничего другого, как верить нам.
– Но почему?!
До этого Аша говорила в взвешенной, рациональной манере взрослых, но тут голос ее дрогнул, чувствовалось, что она на грани истерики.
– Потому что мы его не убивали. Честное слово, не убивали.
– Тогда кто его убил? – вопросила Аша. – Я следовала за Абденом, но они ехали верхом, и я отстала, а когда добралась до дороги, они уже лежали мертвыми. Вы двое стояли рядом и спорили. Больше я никого не видела, поэтому и последовала за вами...
Тут она начала всхлипывать.
Келдер уже хотел сказать ей что-нибудь успокаивающее, но первой заговорила Ирит:
– А что бы ты сделала, если б твоего брата убили мы?
Слезы Аши мгновенно высохли, лицо перекосило от злобы. Рука нырнула под стол и вернулась с ножом. Обыкновенным поясным ножом, не боевым, но тоже способным причинить немалый вред.
Келдер схватил ее за оба запястья.
– Мы никого не убивали, – повторил он. – Мы шагали за караваном, бандиты напали на него и угодили в ловушку. Караван сопровождал демонолог. Я практически ничего не знаю о магии, но он призвал демонов, которые повыскакивали из-под земли за считанные секунды. Должно быть, заклинание он подготовил заранее, по-моему, вот так сразу призвать нельзя.
Аша смотрела на него и молчала.
– Караван двинулся дальше, мы тоже и, должно быть, как раз поравнялись с... мертвыми, когда ты нас увидела. Но мы никого не убивали.
– Какой караван! – Аша боролась с рыданиями. – Не видела я никакого каравана!
– Брось нож, девочка, – раздался голос Ларси, и острие меча уткнулось в шею Аши.
Все трое обернулись.
Ларси стояла у стола с полным подносом еды, рядом с ней – юноша с мечом. Тощий и прыщавый.
Аша, не шевелясь, смотрела на сверкающий клинок. Келдер отпустил ее запястье и взял нож. Девочка не сопротивлялась.
Келдер облегченно вздохнул и взглянул на Ларси.
– Продолжай, – подбодрил ее Келдер.
– Я убежала, – повторила Аша, – а идти мне было некуда. Кроме Абдена, у меня нет ни родственников, ни друзей.
– А он подался в бандиты?
Аша кивнула:
– Он убежал в прошлом году куда глаза глядят, его остановили бандиты, денег у него не было, выкупа за него никто бы не дал, но силы ему хватало, драться он умел, так что ему разрешили остаться. Он нашел возможность послать мне весточку.
– А сегодня их всех убили, – уточнил Келдер.
Аша кивнула и всхлипнула.
– А что в это время делала ты?
– Я убежала позавчера. Хотела найти Абдена и остаться с ним. Нашла его этим утром, но он сказал, что оставаться мне нельзя, что они не могут заботиться о маленьких девочках, но я никуда не уходила, надеясь что-нибудь придумать, потому что не могла идти домой. А потом прибежал разведчик с сообщением о караване, и они ускакали, а я побежала следом. Когда добралась до дороги, их уже убили, кроме вас двоих, я никого не увидела, и решила пойти за вами.
Аша посмотрела на него.
– Поэтому я здесь.
– Сколько тебе лет, Аша? – спросил Келдер.
Девочка нахмурилась:
– Точно не знаю. Думаю, что девять.
"Точно не знаю”. Келдер изумленно уставился на нее. Как можно не знать, сколько тебе лет?
– Ты слишком мала, чтобы жить самостоятельно.
– Все так, поэтому я и хотела остаться с Абденом! – Она всхлипнула. – А теперь его нет.
– Может, тебе все-таки вернуться домой?
– Нет, – сказала как отрезала Аша.
– И что же ты собираешься теперь делать? – поинтересовался Келдер.
Аша опустила голову.
– Не знаю, – прошептала она.
– А что бы ты хотела делать? – спросила Ирит.
Девочка повернулась к ней:
– Я бы хотела найти этот караван и перебить всех. Они убили моего брата, а он никому не желал дурного!
– Вот тут ты не права, – покачал головой Келдер. – Он собирался их ограбить, не так ли? Едва ли их это могло порадовать. Они зарабатывают на жизнь торговлей. Если б у них отняли товары, они бы умерли с голоду.
Аша пепелила его взглядом.
– Бандит – опасная профессия. Твой брат не мог этого не знать.
Девочка отвернулась.
– А потом, убив их, ты ничем не поможешь своему брату.
– Ему уже никто не поможет, – вырвалось у Аши. – Его даже не похоронят!
– Вот тут, – Келдер обдумал ее слова, – мы можем что-нибудь сделать. Втроем. Скажем, вернуться и сложить погребальный костер. – В его голове зазвучали слова пророчества: “...ты будешь защитником униженных и оскорбленных, тобой будут гордиться мертвые...” – Среди нас нет теурга или некромансера, дабы направить его душу на истинный путь, но уж по крайней мере мы можем освободить ее от тела.
– Нет, не можем, – возразила Аша.
– Почему нет? – удивился Келдер.
– Потому что его голову увезли, – напомнила девочка.
Келдер действительно об этом забыл. Караван увез головы всех бандитов, насадив их на пики. Так всегда поступали с ворами, Келдер это знал, но как-то не задумывался над религиозными аспектами сей процедуры.
Если человек умирал и его не хоронили, душа оставалась в теле недели, месяцы, а то и годы, не имея возможности улететь и найти путь к богам загробной жизни. Она становилась добычей ловцов призраков, ночных татей и демонологов, которые соответственно порабощали души, ели их или отдавали демоном, расплачиваясь за услуги. У магов были действенные способы выхода на неприкаянную душу.
Опять же, все знали, что нет смысла сжигать тело, лишенное сердца или головы: за похороны такое считаться не могло. Лучше, конечно, хоронить тело целиком; в крайнем случае чего-то могло недоставать, но только не головы или сердца.
Так что, отрубая бандиту голову, его душе одновременно отрезали путь в загробную жизнь.
И Келдер сразу увидел, что создавшаяся ситуация позволяет сделать еще один шаг к исполнению пророчества: не просто помочь Аше, несомненно, униженной и оскорбленной, но и освободить душу ее брата, тем самым заслужив уважение мертвых.
Столь благородным поступком он бы произвел впечатление на Ирит, что не могло не радовать. И стал бы героем для девочки и ее убитого брата, причем для этого ему не пришлось бы убивать дракона или совершать иное деяние, чреватое немалыми опасностями для собственной жизни.
– Может, завтра мы сумеем вернуть его голову, – предположил он.
– Ты рехнулся? – спросила Ирит, а глаза Аши вспыхнули надеждой.
Келдер ожидал от Ирит совсем иной реакции.
– Я подумал, а почему нет? Им же не нужно столько голов.
Ирит нахмурилась, хотела что-то сказать, но передумала и лишь повторила: “Ты рехнулся”.
Келдер погрустнел, он-то рассчитывал, что Ирит горячо его поддержит, но отступать было уже поздно: Аша ему поверила, а защитник униженных и оскорбленных не мог ее разочаровать.
– Почему не попробовать? Чем нам это повредит? Ты же знаешь, караван в городе, мы оба видели...
Аша сразу подобралась, и Ирит, вздохнув, заговорила:
– Послушай, эта затея – чистое безумие, но, если ты хочешь попытаться, надо все обдумать. Ты же не собираешься всю ночь блуждать по улицам Ангароссы, а я не намерена говорить тебе, как выйти отсюда в нужное место. Давай подождем до утра. Если Аша все еще будет здесь, а у тебя не отпадет желание добыть голову ее брата, мы поговорим.
– Хорошо, – кивнул Келдер.
На ночные улицы его не тянуло, и он понял, что это предложение – разумный компромисс.
– А что я буду делать ночью? – спросила Аша.
Келдер посмотрел на нее, потом на Ирит.
Золотые волосы, белоснежная кожа, туника, которую не пачкала дорожная пыль. Островок света в темном море обеденного зала. Как ему хотелось вновь оказаться с ней в одной комнате, за которую пусть даже придется заплатить половину оставшихся у него денег, в одной постели.
Ирит едва заметно кивнула. Юноша вздохнул. Теперь он понимал, сколь непросто быть защитником униженных и оскорбленных. Приходилось идти на жертвы.
– Ты можешь провести эту ночь с нами, – с неохотой выдавил из себя Келдер.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?