Электронная библиотека » Луис Ламур » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Разведчик"


  • Текст добавлен: 12 ноября 2013, 22:02


Автор книги: Луис Ламур


Жанр: Зарубежные приключения, Приключения


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Луис Ламур
Разведчик

Глава 1

Он с наслаждением затянулся душистым дымком сигареты и зажмурился; от ослепительных лучей солнца болели глаза. На нем была старая, поношенная куртка из оленьей кожи; джинсы, ровесники куртки, давно потеряли свой первоначальный вид, – дождь, солнце и пот перекрасили их в серый с голубоватыми разводами цвет.

Это был мужчина высокого роста, широкоплечий, с тонкими резкими чертами лица, – его внешность говорила о решительности, даже, в какой-то степени, необузданности характера. И только внимательному наблюдателю и знатоку жизни человеческой могли открыться истинные глубины его души.

Прошло около часа, пыль улеглась. Он подполз к самому гребню холма и посмотрел вниз.

День был безветренный и жаркий. Тонкими струйками по щекам стекал пот и щекотал под рубашкой.

Облако пыли было поднято всадниками. «Кто они? Если белые, то куда они подевались? Если же краснокожие, то они, наверняка, попытаются окружить меня», – подумал он.

Он до боли в глазах всматривался в каждый куст можжевельника, в каждое пятно на равнине – никого, мертвая тишина.

Он не двигался. Сейчас самое главное – застыть и ждать. Любое неосторожное движение, даже малейший жест могли стоить жизни.

Хондо Лэйн вынул из кармана вторую сигарету. Спичку зажег, прикрыв ладонью пламя, закурил и вновь обратил взгляд на расстилавшуюся впереди равнину.

Огромный пес, что увязался за ним, лежал под кустом можжевельника и сопел, высунув язык; тяжело вздымались его бока, заросшие грязно-серой шерстью.

Жарко. По раскаленному, как медь, небу проплывали редкие облака, не бросая на землю тени.

Безмолвие. Застывшие просторы, где не на чем было остановить взор; одиночество тяжелым грузом давило на плечи и вселяло беспокойство. Лишь вдалеке на горизонте перемещался какой-то черный контур – наверное, птица.

Он пристально всматривался в рельеф местности. Справа пролегало неглубокое ущелье; именно здесь они могли проехать незамеченными.

Внизу он увидел заросли можжевельника, склоны холма были усеяны большими камнями, среди них выделялись три-четыре валуна. В голове мелькнула мысль: спрятаться в тех кустах. Если бежать быстро, то, быть может, никто и не заметит его.

Хондо Лэйн одним прыжком перемахнул через гребень и стрелой пролетел открытое пространство. Уже в зарослях, переводя дыхание, он осмотрелся. Никого не было видно, но внутренний голос подсказывал ему, что опасность где-то близко. Рядом стояла привязанная к кусту его лошадь.

Лэйн швырнул окурок на землю и, взяв лошадь под уздцы, двинулся дальше вниз по склону. Он вынул из чехла винчестер и положил его, придерживая одной рукой, на седло. Лэйн знал, что Витторо со своими воинами покинул пределы резервации, но, возможно, это был и не он. Ходили слухи, что в этих местах появились также племена мескалеро и мимбрены. За время путешествия Лэйн четыре раза видел следы апачей: это были воины, они ехали без женщин и детей.

И Хондо Лэйн понимал, что опасность грозит не только ему.

Впереди была река, после великих дождей она широко разлилась и затопила низменности. Лэйну совсем не хотелось плыть, но другого пути, кроме этого, он не знал.

Он осторожно спускался к реке, каждый камень и любая ложбинка служили ему прикрытием, он часто менял направление среди изломов склона. Уже ступив на песчаный берег, Лэйн повернул назад и поехал вдоль воды мимо зарослей можжевельника и одиноко стоящих ив. Стараясь не шуметь, он направил лошадь к броду.

Рядом, фыркая, поплыл пес. Выбравшись на другой берег, Хондо вдруг услышал резкий звук натянутой тетивы, и в тот же момент лошадь под ним вздрогнула и начала заваливаться па задние ноги.

Хондо Лэйн больно ударился о землю, покатился и упал за принесенное течением бревно. Выхватив из седельной кобуры винтовку, он зарядил ее и огляделся. Впереди мелькнуло коричневое пятно, Лэйн нажал на спусковой крючок, винтовка в руках вздрогнула и замерла. Пятно дернулось и исчезло за пригорком.

После выстрела Хондо быстро отполз в сторону в густую траву и стал ждать.

Ладони вспотели от напряжения, и он вытер их о рубашку, потом провел рукой по лбу, покрытому испариной. Солнце пекло затылок, снизу исходил жар от раскаленного песка. Лэйн чувствовал запах пота, табака и оленьей кожи, в которую он был одет. Он ждал. Было тихо.

На руку уселась черненькая мушка, рядом по камням журчала вода. Упавшее дерево, за которым он спрятался, широко разбросало засохшие ветви и скрюченные сучья.

Маленькая птичка опустилась на куст можжевельника; затрепетав крылышками, словно испугавшись чего-то, она вспорхнула и улетела прочь. Хондо решил рискнуть: вскинув винтовку, он несколько раз подряд выстрелил по кусту. Послышался сдавленный крик, он еще раз нажал на спусковой крючок, целя в то же самое место. Потом осторожно выглянул и увидел ногу, обутую в мокасин, она билась в агонии о песок и, наконец, замерла.

Сколько было индейцев, – двое или больше? Хондо лежал не двигаясь, напряженно вслушиваясь в тишину. На бревно выползла изумрудная ящерица и, обнажив розовый язычок, часто дышала; было видно, как комочек быстро задвигался вверх-вниз под тонкой кожицей высоко поднятой головы. Хондо нащупал камень и швырнул в кусты. Он услышал, как тот зашуршал сквозь густые ветви и с глухим стуком упал на землю. В ответ – мертвая тишина.

Наверное, их только двое. Во рту пересохло, хотелось пить. Но он продолжал ждать, прекрасно зная, как терпеливы и выдержаны сами апачи.

Прошло около получаса, когда Хондо, наконец, ползком выбрался из укрытия. Индеец лежал, распластавшись на земле, рядом расплывалась лужа крови, рубиновым пламенем сверкавшая под лучами солнца.

Хондо Лэйн поднялся на ноги и подошел ближе. Пуля навылет пробила индейцу грудь.

Опершись на винтовку, Хондо вынул платок и отер лицо. Он перевел взгляд на другой труп, запутавшийся в зарослях можжевельника. Два мертвеца. Пора уходить.

К нему подбежал пес и развалился на земле. Хондо снял с мертвой лошади седло и сумки. Перекинув их через плечо, он медленно побрел прочь от места, где только что разыгралась смертельная схватка. Пес быстро вскочил и побежал рядом. У поворота реки Хондо спустился к берегу и ступил в воду. Когда вода дошла до колен, Лэйн повернул и пошел вдоль отмели мимо валунов и зарослей ивняка. Наконец, он выбрался на берег и двинулся вперед, выбирая каменистые места, чтобы после него не оставалось следов.

Солнце садилось, длинные тени пролегли от вершин скал, но Хондо Лэйн шел не останавливаясь. Уже наступила ночь. Лэйн определял путь по звездам. Часа через два он сел на землю, сбросил сумки, потер натруженное плечо и огляделся.

Это был укромный уголок, окруженный со всех сторон огромными камнями, с несколькими искривленными соснами. Лэйн поужинал вяленым мясом с галетами, потом раскатал одеяла под деревом, завернулся и заснул.

Только загоралась утренняя заря, когда он открыл глаза и прислушался. Пес лежал недалеко и спал, положив морду на лапы. Хондо быстро вскочил на ноги и скатал одеяла. Он взобрался на камни и выглянул: никого поблизости не было. Вернувшись, Хондо наломал сухих веток. Пламя быстро вспыхнуло, затрещали сучья, и приятно потянуло дымком от костра.

Он сварил кофе, из сумок достал вяленое мясо и галету. Позавтракав, Хондо затоптал огонь, сверху забросал костер песком и уничтожил вокруг свои следы. Взвалив на плечо седло и сумки, он двинулся в путь.

Утренний воздух был свеж и чист. Он шел и шел, изредка останавливаясь передохнуть. Хондо никогда не жаловался на усталость: его худое, высушенное солнцем и ветрами тело привыкло переносить тяготы скитальческой жизни. Вскоре он услышал веселое щебетание птиц и пошел в ту сторону, откуда оно доносилось. В каменном колодце серебристо блестела вода. Хондо опустился на живот и стал жадно пить.

Здесь у воды он выкурил сигарету. Вокруг никого не было видно, лишь однажды пробежал меж камней койот, да высоко в небе кружил одинокий канюк.

Еще раз напившись воды, Хондо взвалил ношу на плечи и двинулся дальше.

Вдруг он остановился, увидев впереди на земле старые следы подкованной лошади. Всадник проехал здесь, по-видимому, давно, еще до дождей. Как он мог очутиться в этих местах? Что его привело сюда? Может, это был заблудившийся солдат, который искал свой отряд?

Хондо пошел вперед, ему еще дважды попадались следы, но потом и они исчезли, вероятно, дождь смыл их. Он пересек овраг и взобрался на пригорок, откуда можно было осмотреть окрестность.

Он увидел растущую на склоне индейскую капусту, наклонился, чтобы сорвать ее, и вдруг замер, заметив те же самые следы с четкими отпечатками носков. Пес неожиданно зарычал, шерсть на нем встала дыбом.

Хондо сел на землю за большим, поросшим травой камнем и снял с плеча сумки и седло. Пес опустился рядом, скалясь и рыча.

– Сэм! – зашипел на него Хондо. Рычание стихло. Издалека донесся шум, и вскоре он увидел, как мимо ехало девять индейцев, и так близко, что он мог рассмотреть их лица.

Девять. Шансов никаких. Возможно, он расправится с тремя-четырьмя из них, но остальные успеют его прикончить. И спрятаться негде. Оставалось лежать неподвижно и надеяться, что его не заметят.

Он прислушался. Индейцы ехали молча. Лишь доносилось шуршание густой травы, по которой ступали лошади, да изредка с лязгом из-под копыт выскакивали камешки. Вскоре они удалились.

Через несколько минут Хондо поднялся и пошел туда, куда отправились индейцы. Его не покидала мысль о тех, давнишних следах. Значит, здесь был белый всадник. Что если он еще здесь?

Неожиданно он очутился на краю обрыва: глубоко внизу, в долине, он увидел ранчо. Хондо нашел спуск и двинулся вниз.

У загона, рядом с воротами, играл малыш. Услышав шорох, он поднял голову и увидел незнакомого взрослого человека, идущего по склону.

– Мама! Мама!

В дверях домика показалась женщина. Она подошла к мальчику, и они вместе посмотрели наверх. Незнакомец шел медленно. Несколько дней пути и тяжелая ноша, – все это сломило его. Лэйн с трудом переставлял ноги, боясь споткнуться и полететь вниз. Женщина быстро повернулась и убежала в дом. Там на стене висела на гвозде кобура. Женщина вытащила оттуда увесистый «Кольт-Уолкер», положила его на стол, прикрыв полотенцем, и вернулась к двери.

Она погладила малыша по головке и сказала:

– Не бойся. Только не перебивай, когда говорят взрослые. Хорошо?

– Да, мамочка.

Хондо уже спустился по склону и подходил к домику. За загоном он увидел открытый навес, под которым стояла наковальня, а немного дальше – кузница. Хондо опасливо осмотрелся, мирный вид местечка и появление женщины с ребенком не успокоили его и не развеяли его подозрений.

Он сбросил на землю седло с сумками и, приветствуя обитателей домика, снял шляпу.

– Доброе утро, мэм. Здравствуй, малыш.

– Доброе утро. С вами что-то случилось?

– Да. Я потерял лошадь и несколько дней уходил от индейцев.

– Не может быть. Апачи мирно себя ведут. С ними был заключен мир.

Хондо промолчал, только оглянулся назад. В загоне стояло несколько лошадей.

– Да, мэм… Мне нужна лошадь – я мог бы взять ее на время или купить. Я заплачу. Мое имя – Лэйн.

– Миссис Лоуи. Энджи Лоуи.

– Вы можете продать или дать на время лошадь?

– Конечно. Но две из них – рабочие, а еще две – почти необъезженные. Ковбой, который ими занимался, повредил руку и уехал в город к доктору.

Они подошли к загону. Хондо увидел двух мустангов, полудиких, не приученных к седлу, но, видно, очень хороших лошадей.

– К сожалению, мужа нет дома, он бы вам помог. Сейчас он на пастбище пасет скот.

– Мэм, если позволите, я испытаю этих лошадей.

– Конечно. А я пока приготовлю поесть. Вы, наверное, голодны.

Лэйн усмехнулся:

– Спасибо, не отказался бы.

Лэйн остановился у ворот загона. Потом вынул сигарету и закурил. Оперевшись на жерди забора, он начал наблюдать за мустангами. Животные насторожились и отбежали в дальний угол загона. Отличные, мощные лошади.

Лэйн, с веревкой в руке, перелез через ограду. Мустанги забегали вдоль забора.

Он выплюнул окурок и стал медленно приближаться, ласково обращаясь к лошадям. Лэйн размахнулся и метнул петлю. Жеребец задрал морду, пытаясь избавиться от врезавшейся в кожу веревки, забил копытами, поднимая пыль. Но все тщетно. Петля плотно стянула шею и не отпускала. Мустанг остановился, словно смирившись со своей участью. Человек медленно повел его к ограде, осторожно похлопывая по бокам. При каждом прикосновении лошадь нервно вздрагивала и в ужасе вращала черными, как маслины, глазами. Но потом любопытство взяло верх, и мустанг потянулся к человеку, тихо всхрапывая.

Хондо, стараясь не делать резких движений, привязал лошадь к столбу, потом перелез через ограду и минуту спустя вернулся с седлом и уздечкой. Похлопывая мустанга по спине, он набросил на него попону, сверху положил седло и, стараясь не затягивать туго, зацепил подпруги. Теперь следовало на некоторое время оставить лошадь, чтобы она привыкла к седлу и уздечке.

Оглянувшись на дом, Хондо заметил, что женщина смотрит в его сторону. Хондо вылез из загона и пошел к дому.

У двери на лавке он увидел тазик с теплой водой, рядом лежало чистое полотенце и брусок мыла на дощечке. Сняв шляпу и рубашку, Хондо умылся и причесал волосы. Закончив свой туалет, он вошел внутрь.

– Как пахнет, мэм! – воскликнул Хондо, кивнув на печь. – Я совсем отвык от домашнего уюта.

– Жаль, что муж уехал разыскивать заблудившихся телят. Он был бы очень рад. Мы любим принимать гостей.

Лэйн пододвинул стул и сел. Энджи поставила перед гостем тарелку и положила хлеб.

– Должно быть, здесь скучно. Особенно женщине.

– О, нет. Я выросла в этих краях.

На пороге появился Сэм, настороженно посмотрел на Хондо, а потом, виляя хвостом, подбежал и лег около стола. Любопытное сходство существовало между псом и человеком. Оба бездомные скитальцы, неприкаянные и никому не нужные, не доверяющие людям и бегущие от них.

– Чем покормить вашу собаку?

– Ничем, благодарю вас. Он сам добывает себе пропитание. Сэм – отличный бегун, ему ничего не стоит, например, поймать зайца.

– Нет, все-таки… – Она начала собирать на тарелку объедки.

– Мэм, простите… Лучше не кормите пса.

Она с удивлением посмотрела на Хондо. Чем дальше, тем более необычным казался ей этот человек. Однако, Энджи не чувствовала никакого страха, наоборот, Лэйн обладал даром располагать к себе окружающих. Странными были его манеры. Двигался он бесшумно и легко, острый взгляд его проникал повсюду; держался он всегда начеку, ни на минуту не расслабляясь. Энджи решила, что этот человек ведет жизнь, полную опасностей и риска, в любой момент готовую преподнести ему неприятный сюрприз. Взгляд ее невольно упал на подвешенную к поясу кобуру, из которой торчала черная рукоятка кольта.

– О, понимаю. Вы не хотите, чтобы пес приучался брать пищу из чужих рук. Сейчас я соберу объедки, и вы дадите их сами.

– Нет, мэм. Я не кормлю эту собаку.

Увидев вопрос в ее глазах, Хондо пояснил:

– Сэм – самостоятельный пес. И независимый. Я не хочу делать его ручным.

Хондо положил себе мяса с картошкой и соуса. Энджи подошла к печи и подкинула в огонь пару поленьев. Она пыталась разобраться, кто же этот человек, и терялась в догадках.

Она помешала золу кочергой, поправила полено и вернулась к столу. Хондо ел медленно и молча, опустив голову над тарелкой.

Энджи заметила, что ботинки его изорваны и со сбитыми подошвами, джинсы изношены до блеска и протерты на коленях.

– Вы замечательно готовите, мэм, – Хондо отодвинул стул и поднялся.

– Спасибо, – поблагодарила она, сложив руки на животе. – Любая женщина должна хорошо готовить.

Он подошел к двери и, выглянув наружу, остановился. Ни у дома, ни дальше, у холма, никого не было видно. Хондо нахлобучил шляпу и вышел.

Глава 2

День был жаркий и безветренный. Малыш повис на ограде и наблюдал, как Хондо Лэйн вывел мустанга за ворота, потом поднял с земли мешок с зерном и перебросил его через седло. Жеребец отпрянул, попятился было назад, но дальше не пустила веревка. И он вновь покорился, видимо, раньше его также пытались приучать к седлу.

Хондо провел мустанга несколько раз вокруг дома, потом сбросил мешок и набросил седло.

Он взглянул на малыша.

– Пусть привыкает к тяжести, – пояснил он. – Чтобы, когда на него сядет человек, он не испугался.

Потом Хондо расседлал коня, снял уздечку и пустил его в загон. Бросив короткий взгляд на холмы, окружавшие долину, он пошел к дому.

В дверях показалась Энджи Лоуи, она что-то сказала сыну, и тот побежал к поленнице.

– Почему вы выбрали необъезженную и самую дикую лошадь? – спросила она.

– Именно такая мне и нужна, чтобы не подвела при быстрой скачке.

С охапкою дров, еле держась на ногах, по двору шел сын Энджи.

– Обед-то я должен отработать! – засмеялся Хондо, поставил полено на чурбан и взял топор. Лезвие оказалось совсем затупленным. Хондо сказал об этом Энджи.

– Вы держите топор, а я буду вращать точильный круг.

Камень был тяжелый и поворачивался с трудом. Пронзительный звон стали разорвал тишину сонного дня. Хондо на минуту остановил круг и сбрызнул водой накалившееся лезвие.

– Вы здесь выросли, миссис Лоуи?

– Да, я здесь родилась. И еще в детстве, совсем маленькой, познакомилась с будущим мужем.

Он бросил на нее короткий взгляд и взялся за ручку крута. Хондо украдкой посматривал на ее тонкое, сосредоточенное лицо. «Она очень красивая», – вдруг подумал Хондо. Ни солнце, ни ветры не иссушили ее прекрасного смугловатого лица. Но его слегка удивили голубоватые круги у нее под глазами.

Хондо разогнулся, – приходилось работать согнувшись и затекала спина.

Неожиданно Энджи заговорила о муже:

– Он сирота. Его родителей убили индейцы. Мой отец взял его в нашу семью и воспитал.

– Удивительно, – сказал Хондо.

Лезвие серебрилось после заточки, он потрогал – острое. Энджи вопросительно посмотрела на Хондо, не понимая, что он имел ввиду.

– Удивительно то, – продолжил Лэйн, чувствуя смущение женщины, – как судьба распоряжается жизнью человека: вы встретили друг друга благодаря случайности.

– Может быть. Но молва говорит, что будущее определено на небесах, и как должно быть, так оно и случится.

Хондо медленно направился к поленнице. Здесь лежало несколько чурбаков, ствол недавно спиленного дерева и гора хвороста.

Первым ударом он расколол выбранное из кучи полено. Работал Хондо размеренно и красиво, его движения были точны и верны, словно работал не человек, а механизм. Он колол дрова, не отрывая взгляд и не оборачиваясь на дом. Рядом вертелся малыш, собирая поленья и складывая их горкой. Наконец, Хондо всадил топор в бревно и выпрямился.

Из дома вышла Энджи, она увидела, как Хондо переносит дрова под навес. В это время мальчик вопросительно посмотрел на него, потом на сидевшего поблизости Сэма.

– Можно погладить?

– Как хочешь.

Мальчик опасливо протянул руку к собаке. Сэм вдруг ощетинился и рявкнул. Малыш, испугавшись и чуть не плача, бросился к матери.

Энджи рассердилась:

– В самом деле, мистер Лэйн, если вы знаете, что пес кусается, то зачем…

– Миссис Лоуи. Я уже предупреждал мальчика, чтобы он не трогал собаку, но ему все-таки захотелось это сделать. Человек всегда учится на собственном опыте. Малыш, кажется, научился.

Не найдя, что ответить, она резко повернулась к сыну:

– Джонни, не смей больше прикасаться к собаке!

Джонни поднял глаза и встретился взглядом с Хондо. Мужчина ласково погладил его по голове:

– Веселее, старина! В жизни бывает много неприятных вещей, – привыкай. И всегда полагайся только на себя.

Хондо подошел к мустангу. Конь уже почти привык к седлу и уздечке, но еще боялся и нервничал, когда удила начинали резать губы.

Он стоял спокойно, лишь легкая дрожь пробежала по спине, когда к нему подошел Хондо. Конь недовольно захрапел и попытался увернуться от противных удил, но это ему не удалось. Седло было принято благосклонно и без сопротивления. Потом подпруги плотно стянули живот и бока, конь поначалу и не понял, что это такое, но потом смирился, успокоенный мягким ласковым голосом человека. Хондо вывел мустанга из загона.

Энджи испуганно смотрела, стоя у двери дома. Ухватившись за ее руку, таращил глазенки Джонни. Хондо Лэйн легко вскочил в седло.

В то же мгновение конь задрожал и встал на дыбы. Хондо вцепился в поводья и плотно прижал ноги к бокам мустанга. Затем натянул поводья, конь высоко задрал морду и злобно заржал: удила больно резанули его по губам. Вдруг напряжение в упряжи ослабло, и мустанг начал брыкаться, вскидывая попеременно то передние, то задние ноги. Так, становясь на дыбы и брыкаясь, конь обошел весь двор.

Было какое-то странное изящество в этой борьбе человека и животного. Разъяренный непонятной тяжестью, вдруг навалившейся сверху, мустанг решительно сопротивлялся, – но все тщетно. Никакой силой, казалось, нельзя было выбить человека из седла. Он словно слился с лошадью, раскачиваясь в такт ее бешеным прыжкам, наклонялся, когда она становилась на дыбы, и откидывался назад, когда брыкалась.

Но мустанг не хотел уступать. Он бился, напрягая все мускулы, с той дьявольской изобретательностью, что досталась ему в наследство от диких степных предков.

Вокруг поднимались столбы пыли, пена клочьями слетала с боков взмыленного коня, но никакие хитрости не действовали на Хондо Лэйна. Вдруг мустанг на мгновение замер и потом бросился вскачь. Он помчался прочь от дома, попытался завернуть в кустарник, но Хондо натянул повод и заставил коня вернуться на дорогу. Резвый скакун легко взлетел вверх по склону и скрылся за холмом.

Пыль медленно садилась на истоптанную землю серыми столбами. Сразу стало тихо. Энджи напряженно смотрела на гребень холма, куда несколько минут назад ускакал всадник – никого. Джонни нетерпеливо дергал ее за руку.

– Ма, он вернется? Дядя вернется?

– Да, Джонни. Конечно, вернется.

Медленно ползло время. Энджи уже представляла, как Хондо лежит где-то со сломанной ногой, или безумный конь уносит его все дальше и дальше в мертвую пустыню. Никого не было видно на горизонте.

Она облизнула пересохшие губы, и из-под ладони, щурясь на солнечный свет, еще раз окинула взглядом обступавшие ранчо холмы.

Странно, почему ее так взволновал этот незнакомец. Да, что-то было в нем удивительное и непонятное. Но только ли это смутило Энджи? Разве дело в его неожиданном появлении на ранчо? Может быть…

Он совсем не такой, как другие мужчины. Это Энджи почувствовала сразу. Но хуже всего то, что сам Хондо видел, какие сомнения одолевали душу миссис Лоуи, хотя он и не был похож на знатока женских душ. Ясно, – здесь ей подсказывал чисто женский инстинкт, – этот человек одинок и жизнь ведет уединенную.

Поэтому-то он так тщательно скрывает свои чувства не только от окружающих, но, пожалуй, и от самого себя: прячет их под маской показной грубоватости. Странно, но в целом он производит приятное впечатление.

Хондо все еще не возвратился, дорога была пустынна. Она вошла в дом, остановилась перед зеркалом поправить волосы. Отчего-то бешено стучало сердце… Нехорошо… ведь замужняя женщина…

Вот оно что! Так, может быть, он… понравился ей? Из зеркала на нее смотрело вдруг залившееся румянцем лицо.

Энджи быстро отвернулась и замерла. Прочь эти мысли! Он скоро вернется, ей нужно успокоиться. Надо же было до такого додуматься!

Когда Хондо вернулся, Энджи увидела, что со взмыленных боков коня клочьями спадает пена, но сам он ведет себя смирно и больше не брыкается. Лэйн заметил в глазах миссис Лоуи тревогу. Неужели она беспокоилась из-за него?

Да, доставил ему хлопот этот конь. Животное сопротивлялось до последнего. Он пронес всадника в бешеной скачке несколько миль, всячески пытаясь избавиться от навалившейся сверху тяжести, но – безуспешно. Силы мустанга, наконец, иссякли, и он сдался.

Хондо Лэйн посмотрел на Энджи.

– Теперь его можно и подковать, мэм. Заодно я могу подковать ваших рабочих лошадей. Копыта уже обросли передние пластинки.

– Спасибо. Да, я знаю, их давно пора подковать.

Он отвел коня к стойлу, снял уздечку, седло и бросил в кормушку охапку сена. Потом похлопал мустанга по спине: тот задрожал и испуганно попятился. Сколько страхов натерпелось бедное животное за день, а теперь еще эти подковы.

Хондо зажег огонь в кузнице и разогрел подкову. Поодаль у двери задумчиво стояла Энджи. Вдруг она повернулась к Джонни:

– Иди в дом, уже пора спать.

Джонни засопел:

– Мама, можно еще чуть-чуть?

– Слышишь, что тебе говорю! Марш в дом!

Чуть не плача, Джонни медленно побрел от кузницы, где сейчас так ярко пылал огонь и звонко стучал молоток. Как ему хотелось посмотреть на работу Хондо!

Энджи Лоуи стояла в нерешительности, изредка украдкой поглядывая на Лэйна, словно желая сказать что-то, и не находила нужных слов.

Наконец, бросив взгляд на пустынную дорогу, она проговорила:

– Уже поздно, а мужа все нет. Он, наверное, задержался, разыскивая заблудившихся телят. Может быть, он приедет ночью.

Лэйн, поглощенный работой, ничего не ответил. Энджи посмотрела на него: он, кажется, даже и слов ее не расслышал.

– Возможно, ему придется переночевать под открытым небом, – продолжала она, – и тогда он приедет завтра, когда вас здесь уже не будет. Жаль, что вы не встретитесь с ним, гости очень редко заглядывают в наш дом.

Хондо промолчал и на этот раз.

Энджи вдруг почувствовала себя неуютно рядом с ним, ей захотелось побыстрее уйти.

– Пойду уложу Джонни.

– Миссис Лоуи!

Она остановилась, услышав его голос, и резко обернулась. Хондо склонился над огнем, переворачивая щипцами подкову.

– Вы солгали мне. – Последние слова были произнесены холодно и отчетливо.

– Не понимаю, – она выпрямилась и с достоинством посмотрела ему в глаза. «Королевский взгляд», – подумал Хондо.

Он кивнул в сторону загона.

– Тех лошадей никто не подковывал уже несколько месяцев. Топор у вас не заточен, им давно никто не пользовался. Ваш муж уехал не вчера, а значительно раньше.

Энджи Лоуи побледнела.

– Однако, мистер Лэйн, какое вы имеете право…

– Я говорю не о правах, а об обмане. Зачем вы солгали мне, миссис Лоуи? Вы боялись меня и поэтому постоянно напоминали о муже, да?

– … В общем, да.

Хондо бросил подкову на наковальню и застучал молотком. Яркие искры полетели во все стороны.

– Женщины всегда ждут неприятных сюрпризов от незнакомых мужчин, особенно, когда те застают женщин одних.

Энджи вспыхнула, гордо подняла голову и направилась к дому.

До нее донеслись слова Хондо:

– Я внимательно осмотрел все прежде, чем спуститься в долину. С тех пор, как прошел дождь, ни один всадник не покидал ранчо.

Подковав мустанга, Хондо отвел его в загон и взялся за других лошадей. В сгущавшихся сумерках он подрезал копыта и принес новые подковы.

Прибив две к передним копытам огромной рабочей лошади, Хондо закурил и вышел посмотреть на уже темневший горизонт.

Ему очень понравилась местность. Толковый человек мог бы здесь хорошо и удобно обосноваться. Однако, странно, что женщина живет здесь одна, да и какой мужчина бросил бы такую женщину… но, быть может, он мертв?

Хондо видел, что дом и все хозяйственные постройки были возведены умелой и, несомненно, мужской рукой. Но уже давно здесь не было мужчины, и постепенно ранчо приходило в упадок и разрушалось.

Дом был сложен из ладно пригнанных крупных камней и служил не только жилищем, но и надежной крепостью для его обитателей. Строил его, наверное, отец Энджи. Хорошо был сделан и загон.

Но уже давно все хозяйство нуждалось в ремонте: старая прохудившаяся крыша, засорившийся колодец, размытая дождем канавка, по которой на огород текла вода поливки.

Итак, отец Энджи давно умер, а ее муж, таинственный незнакомец, не занимался ранчо.

А женщине одной здесь не управиться. Хондо задумчиво повертел в пальцах сигарету, затянулся в последний раз и швырнул ее на землю, придавив носком ботинка. Нужно заканчивать работу. Смеркалось. Сюда ночь приходила раньше, чем на равнину, которую все еще освещали лучи заходящего солнца.

Он слышал, как хлопнула дверь и украдкой взглянул на Энджи. Она прошла мимо него не останавливаясь прямо к колодцу. Возвращаясь, Энджи задержалась у дверей кузницы. Хондо, словно не замечая ее присутствия, продолжал стучать молотком по раскаленной подкове. Вдруг он услышал голос Энджи:

– Мистер Лэйн.

– Да, мэм.

– Вы угадали, я солгала. Мой муж что-то не возвращается. Ему уже давно пора быть дома.

Хондо кивнул.

– Его могли убить апачи.

Она вздрогнула, пораженная его равнодушным тоном.

– Нет! Здесь может быть тысяча объяснений.

– Но среди них присутствует и мое.

– Ведь с апачами заключен мирный договор…

– Миссис Лоуи, – Хондо выпрямился и бросил молоток, – мой совет: собирайте вещи, берите ребенка и уезжайте отсюда. Я провожу вас. Вождь апачей, Витторо, созывал совет старейшин. Я везу донесения в город.

– Нет, – она отрицательно покачала головой. – К нам апачи всегда относились хорошо. Правда, я не знаю Витторо, но многие индейцы приезжали к нам и свободно брали воду из колодца.

– Зато я его видел, – ответил Хондо. – На гриве его коня болталось двадцать скальпов. Если индейцы восстанут, житья белым здесь не будет.

Но на Энджи его слова не подействовали.

– Меня, то есть нас, они-то уж не тронут. Мы с ними всегда мирно уживались.

Хондо взял щипцы и зажал подкову. Снова в вечерней тишине раздались мерные удары молотка по наковальне. Потом он подобрал гвозди и приподнял копыто у лошади. Работа вскоре была закончена, Хондо выпрямился, с наслаждением разогнул затекшую спину и слегка улыбнулся. Вдруг из-за кустов выскочил, виляя хвостом, Сэм, он остановился в нескольких ярдах от людей и сел на землю. На морде у него белели комочки белого пуха, – не иначе, как на зайцев охотился этот полудикий пес.

– Какая у вас странная собака.

– Она не моя.

– Но чья же?!

– Сэм приблудился. Главное – он чувствует индейцев за милю.

Хондо отвел последнюю лошадь в загон и повесил старые подковы на ограду.

– Он чует индейцев? Не верю.

– Многих псов можно обучить этому.

– Обучить? Как?

Хондо оперся на ограду загона и сдвинул на затылок шляпу, на лоб упала прядь курчавых волос.

Солнце почти скрылось за вершинами, потянуло ночной прохладой. Небо было иссечено длинными красными сполохами, облако, проплывавшее над ними, своими причудливыми формами напоминало бутон розы. Странный лиловый цвет заливал верхушки деревьев, и их листва зашептала о чем-то таинственном и неведомом людям.

Ночная мгла уже протянула изогнутые руки из оврагов, пытаясь накрыть черным покрывалом одинокий домик, затерявшийся на бескрайних просторах дикой земли.

– Берешь щенка и нанимаешь индейца. Он вырезает прут и изо дня в день сечет щенка. Пес, когда вырастает, на всю жизнь запоминает запах индейца.


Страницы книги >> 1 2 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации