Текст книги "Сделаю тебя взрослой"

Глава 12. Лис

Это просто завораживающее зрелище.

То, как наливаются румянцем ее щеки.

То, как сжимаются тонкие пальцы в кулаки.

Как сверкают огнем глаза, а тело становится тонкой, натянутой струной.

Еще в прошлом злить ее и доводить было гораздо интереснее, чем пытаться соблазнить.

Лукерья заводилась с пол-оборота. Эмоциональная и яркая в порыве своих редких истерик.

– Ты просто… Ничтожество! – налетает она на меня, но я отступаю, поднимаю сумку, смотрю, как грудь под футболкой колышется, как запахом цитрусовым меня окутывает, как волосы выбиваются из строгой прически.

Но самое интересное – глаза.

Они метают молнии.

Пара искр, и я бы просто сгорел. Пара искр, и я сам как пламя.

Немеет тело, адреналин в крови хлещет.

Я не готов даже на секунду взгляд оторвать.

И пофиг, что в ее дворе, и пофиг, что смотреть могут.

Главное, видеть вот эти эмоции, чувствовать, как ее бомбит!

– Сережа! – толкает меня.

Отвлекаюсь, шаг назад делаю и падаю, но за собой ее увлекаю.

Мы просто валимся в какие-то кусты цветов, явно, кем-то посаженных с любовью.

– Ну, вот что ты наделала? А кто-же выращивал!

– Ты полный придурок! Отдай чертову сумку! Как ты мог так поступить?! Я чуть на девок не настучала! Это ты ее украл, признавайся, извращенец!

Одно простое движение, и она уже подо мной. Сладкая, возбужденная, пытается меня ударить, чем только распаляет желание!

– Ты больной! Отпусти меня! Мы же в моем дворе! Что все подумают?

– Вечно ты только об этом и думаешь. Что все подумают? Хочешь честно? Всем на тебя наплевать!

– Это ты так оправдываешь свои гнилые поступки? Свое предательство тогда? Свою тупую шутку сейчас?! – новая попытка ударить, но я хватаю ее руки, поднимаю над головой.

Черт знает, сколько я представлял ее именно так.

Сочной, сладкой, беспомощной, но готовой!

Еложу по ее телу, коленом ноги раздвигая.

– Сережа, я закричу! Скажи! Скажи, зачем? – почти плачет. Слезу с щеки стираю.

– Я не брал вещи из шкафчика, заглянул, когда девки выходили, шептались, увидел на самом дальнем шкафу. Не смог удержаться. Ты бы иначе не села в мою машину! А мне так хотелось подвезти тебя, прикоснуться к тебе, почувствовать тебя!

– Почему? – спрашивает почти шепотом, не сопротивляется, когда коленом ноги ее развожу, между них вклиниваюсь.

– Вот поверишь – нет, я сам объяснить не могу. Нам вообще вместе быть не стоит, тем более, так близко, тем более, когда моя ширинка в твою упирается, особенно когда твои сладкие губы на расстоянии пары миллиметров.

– Прекрати!

– Особенно когда ты сама меня хочешь!

Все это как переключатель срабатывает. Она всегда это отрицала. То ли самой себе врет, то ли мне?

– Слезь с меня. Придурок! Я не хочу тебя! – толкает довольно сильно.

Откатываюсь в сторону и тут же натыкаюсь на взгляд отца Луши.

Еб… Это хренарики. Он же меня убьет сейчас!

– Пап, мы просто упали. Сережа меня подвез.

Не вариант. Не работает. Меня уже поднимают за футболку и под визг Луши бьют рожу.

Заслужил, да!

Сопротивляться не буду. Хотя бы потому что старших уважаю, а еще потому что убить могу одним ударом. Он кидает меня на асфальт, царапаюсь локтем, но спокойно встаю.

– Если еще раз, Самсонов…

– Да ничего вы не сделаете, – сплевываю кровь, кидаю. Последний взгляд на Лушу и прыгаю в тачку.

Даю по газам и срываюсь с места. Кровь кипит, в висках пульс бьется, еще немного, и башка расколется надвое от этих ударов, отражающих биение сердца.

Наплевать бы на него, поиметь Лушу и закрыть этот гребаный гештальт, который не дает спать нормально уже два с половиной года! Набираю скорость, обгоняю тачки.

Помню, мы в машине «Скорой помощи» с такой же скоростью неслись. После матча. Я со сломанной ногой и Луша, крепко к себе прижимающая. И шепот ее как морфин.

– Потерпи, милый, потерпи!

Сидела, за руку держала, когда вправляли, потом мандарины свои таскала, будоражила сознание своими спортивными штанами. Вроде, прилично все, а меня так перло, что змея душил чаще обычного. Она как-то застукала, пришлось наорать, выгнать.

– И чтобы больше здесь не появлялась, малолетка! – сказал, да. А потом ждал. Что появится, что мандаринов принесет. Вышел из клиники и попал на ее выступление. Меня так крыло, что готов был прямо там ее на ковер этот уложить. И даже стрижка ее эта не помешала бы, так она была хороша!

– Это что?

– Мандарины. Ты же мне приносила, долг возвращаю.

– Мм, спасибо!

– Будем встречаться? – первый раз в жизни предложил и уже думал, пошлет, а она улыбнулась сладко-сладко и кивнула.

– Я надеялась, что ты предложишь.

Руль крепче сжимаю. Ошибка. Уже тогда нужно было просто найти замену. И сейчас найду замену. Прямо сейчас сворачиваю к Васе, звоню и тут же ответ получаю.

– Привет? Дома?

– Да, только с учебы вернулась.

– Как тренировка прошла?

– Зашибись, снимай одежду, я поднимаюсь, – бросаю трубу в карман и тут же натыкаюсь на ткань. Достаю и рассматриваю крошечные белые трусики. – Извращенец, говоришь? Ты бы знала, как права!

Глава 13.

Утро было тяжелым. Тело болит, башка раскалывается. Еще Вася свою ногу на меня положила. Сталкиваю ее с себя и встаю.

Разминаю шею, беру телефон и на балкон иду подымить. Вчера всю ночь Луша мерещилась. Пару раз даже имя ее проскакивало. Да, это полная хрень, особенно по отношению к Васе, но я никого не принуждаю. Сама всегда готовая. Открываю телефон, Луша уже в сети. Ранняя моя пташка!

Лис: «Отец сильно быковал?»

Отправляю, жду, смотрю, как город начинает просыпаться, как лениво люди плетутся на остановки.

Зайка: «Да».

Вот так. Без объяснений. Еще страшнее.

Лис: «Не бил?»

Зайка: «Лучше бы бил. Орал. Потребовал уйти из спорт школы».

Лис: «Ого. Ты послала его?»

Зайка: «Ты часто своего отца посылаешь?»

Лис: «Мой таких заявлений не делает. Не верю, что ты откажешься от возможности стать чемпионкой».

Зайка: «Зато я легко откажусь от общения с тобой».

Лис: «Не понял».

Зайка: «Мы нашли компромисс. Я прекращаю с тобой всякое общение и остаюсь в гимнастике. Как только нарушаю запрет, сразу вылетаю».

Вот так, значит. Нашел, за какой хвост дернуть. Красавчик!

Лис: «Твой отец мастер компромиссов, конечно. Жалко, я думал, что вчерашняя заварушка растопила твое сердце».

Зайка: «Ты ошибся».

Лис: «До сих пор чувствую твой запах, Луш. Всю ночь думал о тебе. Представлял».

Зайка: «Все, я сказала! Ничего не будет. И у меня вообще-то парень есть!»

Лис: «Он тебя так же лапает? Твои трусики мокнут от его прикосновений?»

«Абонент отправил вас в черный список». Зашибись! И вот что я не так сказал? Лицемерка.

– Сереж, – зовет меня Вася, нежась в кровати. Улыбается, тянет руки. Ну, шикарная же! Вот чего мне надо? С ней и секс отпадный, и в жизни она «свой пацан». Но нет, ты в пять утра смски целке строчишь. Дебил! – Иди ко мне. Ты сегодня прямо зверь.

– Ага, мне на тренировку валить надо.

– Так рано?

– Да, еще домой заеду и друга обещал забрать.

Она пожимает плечами и отворачивается, обнимая подушку. Ну, вот, и даже не обиделась. Не то что эта… Луша. Луша, Луша! Пока иду на парковку, открываю переписку двухлетней давности. Фоточки, которые она слала, когда на сборах был. Ничего неприличного, но даже от этих пальчиков на плоском белом животе меня возбуждением всегда крыло. Сколько бы прошло, прежде чем я бы ее оприходовал? Она была почти готова! Она и сейчас готова. Осталось только ей это доказать. Может, даже повстречаться какое-то время, пока не надоест слушать ее истерики. А может, в какой-то момент показать ее отцу интересные хоум видео, чтобы больше не думал искать компромиссы?

Все эти мысли отходят на второй план, когда я приезжаю на треню. Меня встречает Павлик Морозов, с которым мы в футболе с пяти лет, а еще Ромыч Лесовский. Именно они играли со мной в дворовом матче, и именно они приглядели Клима. Он борзый, ему хочется побед и денег, а это отличная мотивация для будущих побед. Правда, жаль Лушу. Уже второй парень променяет ее волшебный грааль на кубок с вином. Сомневаюсь, что он сумеет сохранить отношения с ней, если будет ходить с нами по вечеринкам.

Конечно, после тренировки он встречает ее, даже предлагает проводить домой, сильны чары Зайцевой, тут не поспоришь, но гораздо интереснее потусить с нами после тренировки.

– Точно не обидишься?

– Ну, конечно, нет, – обнимает она его, а меня встряхивает. Хоть бы раз посмотрела. Телефон до сих пор в блоке. И это та, что не любила нежностей на людях? И целовать себя ему дала, и обнять. Что еще она ему дает делать с собой?

– Из тебя сейчас дым повалит, – Морозов толкает меня в плечо, а я фыркаю. – Просто смешно смотреть, как он пыжится. Она, все равно, ему не даст.

– Когда-то тебе Ефим говорил точно так же, но ты все равно пер, как баран, на его сестру.

Я помню. Помню, как крыло от ее профиля, вздернутого носика от волос, что так и норовят коснуться нежных губ, от тела, что было таким податливым в моих руках.

– Не хочешь предупредить парня о бесполезности этих ухаживаний?

– Когда придет время.

– Ну, что, парни, куда? – Клим активно вливается в нашу компанию. Еще немного, и задницу начнет лизать.

– Ко мне поедем. Искупаемся.

– Это где? В смысле.

– В бассейне. Позвоню Васе, она девчонок позовет.

Глава 14. Зайка

Неделю спустя.

– Луш, ну, поедем хоть сегодня, твой отец уже на полчаса задерживается, – Кирилл обнимает меня у всех на виду и кивает на своего извозчика. Собственно, на того, чье имя я даже произносить не хочу, тем более, садиться в его машину!

– А что, в течении этих семи дней я не по-русски говорила? Я не поеду с вами.

– Знаешь, если бы я тебя не знал, подумал, что вы в ссоре. Ревновать ведь начну!

– При чем тут ссора, – сразу стараюсь перевести тему. – Я езжу с отцом. Зачем мне напрягать кого-то другого?

– Да Сереге не сложно.

– Я знаю о его альтруизме, но мне его помощь не требуется. Езжай, ты, вроде, говорил, у тебя дел много.

– Да, нужно сгонять на медкомиссию. Анализы там всякие сдать, – он хочет меня поцеловать, но с меня достаточно публичных спектаклей. После последнего меня чуть дома не заперли. Договориться пришлось лишь с определенным условием. – Я вообще чист.

– Я в тебе не сомневаюсь, – обнимаю его крепко, но взгляд то и дело касается Сережи, который, даже не стесняясь, на нас пялится. Придурок. – Позвони мне вечером, погуляем, может.

Если отпустят.

– Супер! – целует меня в щеку и скачет к Самсонову. Тот машет мне рукой, на что я кривлюсь и сразу отворачиваюсь.

Условие отца, да. Не общаться с Самсоновым, ни в каком виде! Иначе я прекращаю заниматься гимнастикой. Вот так вот категорически. Орал папа так, словно я не просто там лежала с ним в кустах, а как минимум уже залетела от него.

Это, конечно, смешно, учитывая, что я его к себе не подпущу больше. Нет, я ему, конечно, благодарна за помощь с девчонками из команды. Своим поступком и враньем он решил проблему и свел конфликт на нет. Теперь они если не считают меня подругой, то хотя бы здороваются и прощаются.

– Луш, – подходит как раз Ливнева, когда машина Самсонова, свистнув шинами, скрывается за поворотом. – Ты, конечно, откажешь, но я, все равно, хочу тебя позвать на свой день рождения.

– Ну, если бы был шанс, что я пойду, ты бы не приглашала?

Она смеется, но качает головой.

– Не, не, я правда буду рада тебя видеть! Завтра вечером. Знаю, что ты у нас домосед, но вдруг вырвешься?

– Я по субботам обычно с Кириллом гуляю.

– А, так его тоже позвала!

– И он согласился? – неприятное открытие.

– Ну, конечно. Какой нормальный парень пропустит пати у молодой, сексуальной девчонки?

Обидненько, что мне он ничего не сказал.

– Давно позвала?

– Да вот, в среду. Они стояли вместе с Серегой.

– Я, все равно, пас. Меня отец не отпустит. Иначе плакал Питер и чемпионат России.

– Ну, тут да, у тебя свои приоритеты. А мне не светит, и я расслабилась.

– Ну, и зря, мне кажется!

– Не успокаивай меня. Знаешь же, что тебя отправят и Кожину с Маркиной.

– Прости.

– Да ладно. Я смирилась. Решила пойти в шоу балет один. Там не такие изнуряющие тренировки, и сразу деньги платят. Ты не устаешь от родителей зависеть?

– Они мне плохого не желают. Да и мне много не надо.

– Да, ты не от мира сего. Ладно, побегу. В общем, если что, приходи! Буду ждать!

– Спасибо! – машу в след, как раз в тот момент на телефон приходит новое уведомление, в котором Сережа в очередной раз пытается выйти на контакт. Он тоже пойдет на эту вечеринку. И Кирилл пойдет. И ни разу никто из них не сказал про это! Я бы не пошла, нет. Но сказать-то могли бы?

Лис: «Позвала Арина тебя на день рождение?»

Ах, вот оно что! А я-то уж думала, что девочки, и правда, меня в свою компанию приняли. Наивная! Просто Самсонову очень хочется оказаться со мной наедине?

Зайка: «Твоя идея?»

Лис: «Нет, просто знал, что она позовет».

Зайка: «Опять ты врешь! И когда на утро мне сопливые сообщения писал, тоже врал!»

Лис: «С фига ли!?»

Зайка: «Потому что Вася твоя выложила пост, какую бурную ночь она провела со своим парнем! И выложила фотку с твоей рукой на ее ноге. За дуру меня принимаешь?»

Лис молчит, ничего не пишет. А я стою вся на нервах. Папа, и правда, сильно опаздывает. Надеюсь, ничего не случилось?

Лис: «Я сказал правду. Я хочу быть с тобой. То, с кем я душу змея, значения не имеет».

Зайка: «Вот поэтому я выбрала Кирилла! Он, по крайней мере, делает эту мерзость в одиночестве и мне об этом не рассказывает».

Лис: «Думаешь, он лучше меня?»

Зайка: «Я это знаю! Он уважает меня! И будет ждать! И однажды дождется. Он станет моим первым, а ты иди и дальше души своего змея с Васей».

Глава 15. Лис

– А гимнастки-то ничего, отжигают не по-детски, – говорит и так очевидную вещь Павлик, смотря на окружающую обстановку. Нам открыла сама именинница в весьма откровенном наряде. Вроде купальника, в котором они обычно выступают. Для дня рождения она решила организовать настоящее пати, которое может перерасти в весьма откровенное мероприятие. И судя по-боевому раскрасу и морю алкоголя, она все прекрасно понимает, но взор потупляет, как девственница.

– Ну, что вы, прям, мы же тоже должны иногда веселиться!

– Должны, конечно, – Павлик накрывает плечо Арины тяжелой рукой и уводит на танец. Мы с парнями вливаемся в вакханалию. Если подумать, я даже рад, что Луша на такие мероприятия не ходит, а если бы хоть раз появилась, я бы ее вытащил, да еще по заднице надавал.

Спустя пару минут на мне виснет Василина, как обычно выделяясь своим несомненным совершенством. Целует меня в губы, шепчет.

– Успела соскучится. Хочу снова Сережу зверя.

– Боюсь, после такого количества взрослых напитков тебя ждет только Сережа ленивец. Клим, я тебя еще не знакомил, это моя подруга Василина.

– Ой, приятно, – кивает он, жадно впитывая ее лук. Длинные ноги, торчащие из-под короткой юбки, обтягивающий топ и голую полоску кожи на плоском животе. – Так вы вместе?

– Да.

– Нет, – отрезаю. Ты дебил? Я же сказал. Подруга.

– Ну, да. Мы просто друзья, – фыркает Васька и оставляет нас одних. Клим и Ромка гудят, за что получают предупреждающий взгляд.

– Предлагаю создать петицию, чтобы каждому парню выделили такую подругу!

– Поддерживаю, – смеется Клим. Интересно, он все-таки рассказал Луше, что придет сюда или решил не париться? Мы же, вроде как, друзья, я его выдать не должен, верно? Но я уже знаю, что желание поиметь Лушу сильнее, чем оставить такого друга в своей компании. Из команды он, все равно, никуда не денется.

Мы какое-то время веселимся, поздравляем именинницу, закусываем, режем огромный торт, пунш льется рекой, заставляет хмелеть и сдвигать рамки приличий. Вот и девчонки уже освобождаются от лишних покровов, а руки парней становятся откровеннее. Рома тоже себе нашел развлечение. Павлик так и зажигает с хозяйкой вечеринки. Вон даже Вася возвращается, уже простив все обиды.

– Я ведь однажды не вернусь.

– Я буду по тебе скучать, – смотрю на нее, обнимаю за талию, от чего девчонка трепещет. Убираю с лица волосы. Судя по запаху обиделась она сильнее, чем обычно. Даже попыталась с кем-то отомстить. Вопрос лишь, как далеко зашла? Правда, меня это не трогает. Она никогда моей и не была. Никогда особенно не переживала периоды наших разлук. Всегда находила, с кем оторваться. Настоящая современная девчонка! Просто атас, настолько она опытна в сексе! Если она когда-то решит это сделать своей профессией, то будет еще богаче, чем сейчас.

– А я по тебе нет. Что с тобой? Ты последнее время сам не свой. Футбол, новые друзья, вечеринки гимнасток, я больше тебе не интересна?

– Понимаешь, детка, отец одной правильной девочки решил угрожать моей семье. Есть у него компромат. Не слишком приятный.

– Он что, не понимает, с какой семьей связывается? Твой отец его в порошок сотрет!

– Он бы мог, но если видео увидят, то подозрения упадут на него. А тогда плакала карьера политика. Для него. Для брата моего. Для меня.

– Так. И что ты думаешь делать?

– Думаю, надо папе показать, какой неправильной может быть его дочка. Так сказать, компромат на компромат.

– Так, – загорается Вася энтузиазмом, садится ближе. – Луша эта, да? Тебе просто надо поиметь ее, снять на камеру и показать видео ее отцу?

– Да, я тоже так думаю! Поможешь?

– Так она вроде с Климом этим встречается? Не сильно с тобой хочет общаться, судя по всему, – кивает на Кирилла, который сидит, елозит жопой по дивану, но не лезет. Он, кстати, весьма правильный, Лушу ждет, тем более, после сегодняшнего разговора, ждать ему недолго. Было бы, если бы я не решил иначе.

– Да. Смотри, какой скромный! Нужно его расшевелить, показать девчонке, что все мы парни – кобели. Все одинаковые! А там дело за малым. Успокоить, пожалеть, уложить в кроватку.

– Что мне нужно сделать?

– Потанцуй с ним, пусть полапает тебя, еще лучше поцелует.

– Спать я с ним не буду!

– Никто и не просит. Просто сделай все, чтобы было понятно, он не верный пес, ждущий подачки, а кобель, прыгающий на любую сучку.

– Ты это заснимешь?

– Пацаны заснимут, а мне надо сделать вид, что я тут ни при чем, поэтому я уйду раньше, идет? Сделаешь это для меня? Ради моей семьи, ради моего будущего?

– Ради нашего будущего я пойду на все!

– Ты ж моя умница, – обнимаю ее затылок и оставляю влажный поцелуй на ее щеке.

Глава 16. Зайка

Нужно просто позвонить Кириллу и напроситься на эту вечеринку, да? Все же просто. Я уже не маленький ребенок, мне тоже иногда нужно отдыхать. Я выхожу из комнаты в гостиную, где мама вяжет очередную шапку, а папа читает Ремарка.

Ничего особенного, мне просто нужно сказать, что я хочу уйти на день рождения.

– Пап, мам, я вам тут забыла сказать. Меня с Кириллом позвала Арина на день рождения. Он сегодня.

Папа хмурит густые брови, поднимает глаза.

– Ты хотела сказать, забыла отпроситься?

– Нет, пап. Я не буду отпрашиваться, твой запрет распространяется только на встречи и общение с Самсоновым. Ты же не будешь нарушать свое слово? А мне тоже иногда нужно веселиться в компании ровесников.

– Раньше тебе этого не требовалось.

– Раньше по Земле динозавры ходили!

– Дерзишь.

– Качаю свои подростковые права. Или ты мне не доверяешь?

– Слава, пусть Лушенька повеселится, это же не каждый день! Сейчас начнется учеба, подготовка к чемпионату, у нее совсем минутки свободной не останется.

Отец если что-то и хотел сказать, то передумал.

– Ладно, допустим. Пусть этот твой Кирилл зайдет за тобой, и я отвезу вас. Пока я не выпил.

– Он сейчас приедет! – подбегаю к отцу и целую его заросшую щеку. —Спасибо! Спасибо!

– Права она качает, – слышу от отца и возмущение от матери.

– Слава! Ослабь повод, чтобы так же не исчезла, как Ефим!

Да. Я помню, сколько слез мама пролила, когда брат уезжал. Отец, кстати, был не против, но тоже считал, что в Европе у него все шансы стать отличным футболистом, а отучиться на банального менеджера можно и заочно. В тот момент даже казалось, что отец избавляется от брата. Но я надеюсь, ошибаюсь.

За этими нелегкими мыслями привожу себя в порядок. Сначала волосы. Вытягиваю их утюжком, счастливая, что они спускаются до самой талии. Потом наношу стрелки и губную помаду. За столько лет я натренировалась во многих видах макияжа. Пока выбираю наряд, набираю Кирилла. Гудки нервируют, ощущение такое, что он просто меня игнорит. Но нет, когда я уже была готова, он, наконец, снимает трубку.

– Привет, Луш, звонила?

– Раз сто. В общем, я тоже хочу пойти на день рождения, бери такси, приезжай. Отец нас отвезет.

– Какой день рождения?

– Будем считать, что я не знаю, где ты, и вопроса не слышала. Если ты еще мой парень, то ты приедешь.

Я бросаю трубку. Вздыхаю. Переборщила, да? Но и он меня взбесил своим: «Какой день рождения?»

Осталось убедить отца, что там не будет Самсонова, а ему самому сказать, чтобы не показывался. Надеваю юбку клеш и белую блузку. Остаюсь довольна своим видом. Последний штрих – летнее пальто, которое дарила мне мама, но надеть его было некуда. В основном я хожу в спортивных костюмах.

Через полчаса в комнате раздается стук, и заглядывает папа.

– Там к тебе пришли.

– Спасибо, – широко улыбаюсь, внутри пузырьками газировки бурлит мандраж. Возбуждение. Странное чувство, словно готовлюсь не веселиться, а выступать. – Спасибо, что не злишься!

– Кто тебе сказал? Еще как злюсь, но понимаю, что если совсем тебе ограничить подростковые развлечения, то ты выкинешь нам какой-нибудь неприятный сюрприз.

– Типа незапланированной беременности? – смеюсь я, а он улыбается.

– Нет, думаю, ты не настолько безалаберна, чтобы губить свое будущее. Я, скорее, думаю, типа привода в полицию или связи с нежелательными объектами.

– У тебя только один такой объект, – наношу капельку духов и подхожу к отцу. – Я тебя не подведу.

– Я желаю тебе самого лучшего, ты же знаешь?

– Конечно, – проскальзываю мимо него к прихожей, где стоит Кирилл. На лице улыбка, в руках букет, в глазах удивление и восторг. Да уж, это тебе меня не с тренировки встречать.

– Какая ты красивая, Луш! Просто супер!

– Спасибо, твой свитер тоже ничего. Пойдем, папа отвезет нас.

– Это, типа, условие? – спрашивает Кирилл очень тихо, пока я завязываю кроссовки.

– Типа, да.

Толкаю его в коридор, где он тут же пытается меня поцеловать, но пока отца нет, я спрашиваю.

– Почему ты не сказал?

Улыбка пропадает, а взгляд тухнет.

– О чем?

– О дне рождения.

– А-а! Да я был уверен, что ты не пойдешь, а обижать тебя не хотел.

– Ложь во благо?

– Точно! Я даже не знал, что тебя позвали. Да и когда ты вообще на такие мероприятия ходила?

– Какие такие?

– Ну… Взрослые.

– Ну, не всегда же мне быть ребенком, – беру его под руку и иду к лифтам, как раз, когда из квартиры выходит отец, прикрывая входную дверь. – Слушай, а Самсонов там?

– Уехал уже, а что?

– Да у отца с ним конфликт. Не хочет, чтобы я с ним общалась.

– Ого, понял. Главное, чтобы со мной не запретил.

– Я тоже так думаю, – быстро целую его в губы под строгое покашливание отца.

Мы спускаемся в лифте в неловком молчании. В таком же садимся в машину моего отца и едем по вечернему городу.

Мы с Кириллом шепотом обсуждаем, кто еще остался на вечеринке, потом держимся за руки. Мне нравится, что при этом меня не ломает от желания и волнения. Мне спокойно и хорошо. Нет в груди разрывающего сердца взрыва, нет перед глазами пелены, я в полном сознании, полностью осознаю свои действия. Но все меняется, когда мне на телефон присылают видео. Я быстро втыкаю в уши наушники и включаю его. Шумно дышу, наблюдая, как Кирилл, тот самый Кирилл, который общается с моим отцом, сосется с какой-то черноволосой мымрой. Горечь поднимается от самой груди к горлу. Губы горят огнем при мысли, что я тоже его целовала. После нее. Она коротко мелькает профилем, но я узнаю ее. Василина. Лучшая подруга Сережи. Очевидно, не только его.

Все повторяется. Один в один. Еще один парень собрал яблоки с земли вместо того, чтобы забраться на самую высокую ветку и взять лучшее. Они все одинаковые! Сережа. Кирилл. Зачем ждать любимую девушку, когда в свободном доступе есть вот такие Василины, готовые оказать непосильную помощь в удовлетворении?