Текст книги "Даже не думай. Я все равно тебя обману:)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dazhe-ne-dumay-ya-vse-ravno-tebya-obmanu-138799.jpg)
Автор книги: Макс Халтурин
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Едва мы отошли от порога «Тоски зеленой» меня окружили лоснящиеся от света фонарей затылки. Первым слово взял обиженный жених.
– Ты урод, очкастый (на самом деле очки я никогда не носил), вали отсюда, пока ноги целы, – дал он мне шанс.
Мне бы стоило последовать его совету, но… количество спиртных напитков выпитых мною за день, сильно подняло мой боевой дух. И я, не осознавая всей серьезности положения, заявил:
– Мне и тут неплохо.
К сожалению, Антон решил меня убедить в обратном.
– У тебя со слухом проблемы, щитаю до трех и ты рисуешь здесь сквозняк!!!
– Три секунды мало, тут надо разобраться основательно с чувством, с толком, с расстано… – договорить я не успел, поскольку был прерван тяжелым хуком справа своего собеседника (откуда я мог знать, что считать он начинает с трех).
Вторым ударом он послал меня в нокдаун, из которого выйти, мне уже было не суждено.
Первая моя попытка подняться, и я тут же оказался опрокинут армейским ботинком. Все мои дальнейшие старания были столь же тщетны. К тому же в «разговор» видимо вмешались друзья Антона (не мог же он одновременно пинать меня с трех сторон).
В дальнейшем все мое сопротивление заключалось в том, чтоб как можно плотнее обхватить голову руками, для того чтоб уберечь лицо от побоев. Хотя и это не всегда удавалось. Только тогда я понял, насколько непобедим русский народ с такими его «защитниками». Их бы энергию да в мирное русло…
И вдруг удары прекратились, прекратились они внезапно. Как будто кто-то нажал стоп-кадр, и тишина: «Может я уже умер?» – думалось мне.
Но при этом голова моя раскалывалась от боли, значит еще живой. Я, наконец, открываю глаза и вижу перед собой «мента». Никогда бы не подумал, что буду столь рад работникам правоохранительных органов, но, тем не менее, это был как раз тот случай.
Он протянул мне руку и помог подняться.
– Говорил же тебе дома сидеть – сказал мне страж порядка.
Я взглянул на него своим единственным открывающимся глазом, и разглядел под серой формой своего утреннего знакомого.
– А, так это ты, мой внутренний голос, – радостно воскликнул я – а ты оказался прав. Проблем я на свою задницу нашел.
– А почему я не слышу слов благодарности за спасенную жизнь и здоровья!
– Ну, со здоровьем ты немного припозднился, а жизнь у нас общая, одна на двоих. Получается ты и свою жизнь спасал – сказал я вместо слов благодарности.
– Ну и сволочь же ты Веселов, если бы хоть иногда меня слушал, может и жизнь твоя проще была бы, – продолжал он читать мораль.
– Скучнее, – ерепенился я.
– Ну, если тебе понравилось такое «веселье» то, пожалуй, скучнее, – подколол он.
Во всем случившемся был виноват только я, но это не мешало мне валить с больной головы на здоровую. Я был ужасно зол на своего спасителя за то, что он позволил мне попасть в эту ситуации. За то, что тот своими загадками спровоцировал меня на приключения. Ведь не было же у меня с утра желания идти и напиться, а он вынудил! Такое положение болванчика уже порядком меня достало. В тот момент я твердо решил, что сам буду определять свою судьбу, так как мне советовала моя ночная проводница.
«Мне нужна Женя» – признался я вслух.
Но вопреки ожиданиям мир не перевернулся, и жизнь не остановилась и даже не замедлилась. Все осталось на своих местах. А может только я ничего не заметил?
Единственный кого эта фраза озаботила, был мой сегодняшний спаситель.
– Ой, дурак! – сказал он, – неужели жизнь тебя ничему не учит..
– Ты ведь мог все предупредить опередить меня на пару минут, и что… пришел, когда меня уже втаптывали в грязь..
– Ты просто не ведаешь, что творишь, – говорил он не обращая внимание на мои претензии..
– Вот за одно и объяснишь.
– Иди за мной – сказал он, направляясь к серому уазику с надписью «милиция».
Я решил не испытывать терпение его терпения и впервые за день поступил так, как требовал мой «внутренний голос».
Видимо злость на меня он выражал в силе, с которой давил на педаль газа, а ехали мы очень быстро. Вскоре я даже не успевал различать предметы, проносящиеся за окном автомобиля.
– Слушай сюда, – начал он – теперь жизнь у тебя будет как в сказке, « чем дальше, тем страшней». Она тебе не говорила о последствиях?
– О каких последствиях? – спросил я.
– У тебя ведь были мысли, которые ты пытался скрыть от всех, даже от меня? Страшные планы поквитаться со своим обидчиками, желание прыгнуть с девятого этажа, да что я тебе рассказываю, сам ведь прекрасно понимаешь, о чем я… Каждый раз я тебя убеждал не делать этих вещей, теперь у меня такой возможности не будет. И у тебя появится шанс реализовать все свои «мечты» без исключения, и тормозить тебя я уже не смогу, – закончил он.
– Я могу контролировать эти мысли!
– Я в этом не уверен, – ответил мне внутренний голос.
Я вспомнил его слова, когда уже стоял на грани. Перед своим последним выбором. Решая шекспировский вопрос: «быть или не быть». В голове не укладывалось, как за какую-то неделю я дошел до этого. Я уже не мог забыть все и продолжать жить, как ни в чем не бывало, моя совесть такого не позволила бы. В любом случае история не терпит сослагательного наклонения. А моя закончилась в тот момент, когда я нажал спусковой курок пистолета ТТ. у своего виска.
Вам, наверное, интересно, что думает человек в такой момент. За всех говорить не стану, лично я вспоминал расставание со своей роковой женщиной. Но обо всем по порядку.
Ночь после моих приключений в баре была, пожалуй, самой спокойной в те дни, хотя голова была тяжелой, от побоев и спиртных напитков. Видимо у моих страшилок тоже был выходной. Более того, мне снились приятные беззаботные сны, какие являются только детям, все в розовом цвете. Проснулся я бодрым и готовым к новым испытаниям.
Удивительные изменения произошли в моей голове, и не только внешние. Почему-то сама собой возникла мысль: А что если это твой последний день?» но это меня не пугало Скорее наоборот сняло некоторые ограничения. Если у тебя нет завтра, то сегодня нужно успеть самое главное, то, что ты должен был сделать давно, но боялся больше жизни. В то утро этот страх пропал…
В свой последний понедельник я решил устроить себе полноценный выходной. Тем более моя физиономия могла отпугнуть потенциальных покупателей квартир.
Мое зеркало действительно таких страшилок еще не выдавало: мой шнобель (назвать его носом было бы оскорблением для всех человеческих носов) был сильно увеличен в размере, он был опухшим и красным, как у Деда Мороза, но при этом пропорции сохранялись, значит он не был сломан. Верхняя губа лишь слегка припухла, образовав на моем лице нелепую ухмылку, дополняло этот натюрморт рассеченная бровь. Из неустранимых неисправностей я бы назвал только мой нос. После «небольшого» марафета мое лицо снова приобрело знакомые очертания. Глядя на себя любимого, мне даже показалось, что «боевые раны» шли мне к лицу (как бы абсурдно это не звучало), они придавали мне какую-то особую воинственность. В тот день я не стал испытывать судьбу, уселся на диванчик и включил свой любимый спортивный канал
И все же мое спокойствие было мнимым. Убеждая себя, что все как обычно, я каждую секунду ждал нового поворота событий. Примерно так домохозяйка ждет любимый сериал, только вот она в отличие от меня точно знает, когда он начинается, я знал лишь, что продолжение обязательно следует.
И в этот день свою порцию неприятностей я дождался. Но на сей раз меня побеспокоил не один из ночных кошмаров, а персонаж вполне земной, о котором я уже упоминал. Позвонил мой шеф. Это было не удивительно, поскольку о том, что у меня выходной знал только я! Начальство я в известность не поставил, по причине нежелание никому ничего объяснять.
Стоит сказать, что в это время я досматривал футбольный матч ЦСКА-Спартак, от того любой позвонивший в эти «святые» минуты мог попасть под такую «раздачу» трехэтажного мата, что согнулся бы пополам (во избежание цензуры я не буду раскрывать всех подробностей нашей беседы).
– Але, – «дружелюбно», начал я.
– Это Веселов (Это моя фамилия).
– Слушаю – сказал я, узнав тонкий голосок шефа.
– ..«и повинуюсь» забыл добавить – продолжал он.
Можно догадаться, как на меня подействовала эта фраза, я, даже на какую-то долю секунды забыл о футболе. И если изначально мой собеседник мог рассчитывать на трехэтажные маты, то теперь они обрушились на него небоскребами.
– Может, коней-то придержишь – завелся я.
– Что? Что ты сказал? – продолжал он, не понимая всей серьезности своего положения. – У нас вроде не свободное посещения. Здесь люди работают. У тебя есть десять минут, чтобы оторвать свою задницу от дивана и, с ускорением направиться сюда. Время пошло.
– Послушай Боря, – начал я – на твоем месте я бы заткнулся. Если я сегодня приду на работу так только затем, чтобы сделать это лично.
– Да ты… да я тебя…
– Слушай сюда, сука, еще раз перебьешь, зубы шахматный порядок примут. Ясно? – разошелся я.
– …
– Так вот, гражданин начальник, чтоб ты знал от твоего командования ни жарко, ни холодно. В гробу я видал твои планы и сметы. И тебе туда дорога, а будешь еще ПИП, я тебе ее покажу и ускорю, – выпалил я.
– Ты уволен!!!
– Поздравляю! Теперь твоя конторка точно загнется от такого горе начальника. А я еще спляшу над пепелищем, над твоим пепелищем! – закончил я, положив трубку.
Так я избавил себя от надобности ходить на работу.
Об этом поступке я совсем не сожалел, и даже немного собой гордился!!! Куда больше меня в тот момент расстроил мяч, пропущенный ФК «Спартак» на последних минутах футбольного матча.
Настоящий мужчина (а я себя к таким причислял) должен уметь расставлять приоритеты в нужном порядке. В тот день я просто решил, что моя работа не стоит того, чтобы выслушивать какие-либо нотации, даже от своего шефа.
Позвольте в этом месте совершить небольшое лирическое отступление, тем более, что я сам себе его позволил, а в любой претендующей на серьезную литературу книге без любовной линии никуда.
Наверное, у каждого мужика есть свой идеал женщины. Для кого-то это выдуманный идеализированный персонаж, а у кого-то вполне реальный. В наши дни красивая девушка стала чем-то вроде предмета интерьера, показателем благосостояния мужчины. Ее наряжают, как новогоднюю елку, украшают различными драгоценными безделушками, дабы похвастать перед людьми. А когда она теряет свой товарный вид, ее легко и без угрызений совести можно заменить новой! Но я сейчас о той самой, с которой вам бы хотелось состариться, кому вы готовы посвятит жизнь и если понадобиться, то и отдать ее.
И моим, вполне реальным персонажем, моим идеалом была девушка по имени Алина. Может кому-то из вас покажется странным, но в это не легкое для себя время я понял, как сильно ее люблю. Возможно, сейчас я боялся так никогда и не признаться ей в своих чувствах.
Моим предметом обожания была темноволосая девушка среднего роста, с невинным как у ребенка личиком и выдающейся во всех смыслах фигурой. Невинность ее лицу придавали очаровательные голубые глазки, обрамленные черными, длинными ресничками. Пухлые, большие губки добавляли ее облику определенный шарм. Небольшой слегка приподнятый кверху носик никак не портил общей картины, напротив он придавал ее личику особое очарование. Но, увидев ее впервые, вы запомните не это, и даже не ее идеальную фигуру, прежде всего вам, должна запомниться ее лучезарная улыбка. Она просто не сможет оставить никого равнодушным. Вам захочется ответить ей тем же. Алина умела поднять настроение одним своим внешним видом.
Жила моя ненаглядная в соседней пятиэтажке. Было ей около 25 лет. Периодически она снималась в глянцевых журналах, но основным его занятием было «разводить» своих поклонников на шубы, кольца, брильянты и все в этом роде. Наверняка, это прекрасно понимали и ее ухажеры, но держать обиду на девушку за это никто не мог. К тому же она всегда держала своих поклонников на почтительном расстоянии. И их материальные траты были скорее их инициативой, а никак не платой за ее благодушие.
Возможно, мне в этом плане повезло больше всех. Я был ее парнем почти два года. Правда, было это еще в школьные годы. Тогда «мой идеал» таковым не являлся. Да и расстались мы с ней не слишком хорошо. После поступления в институт я нашел ей замену среди студенток, это было гораздо круче, чем роман с девятиклассницей. И как не сопротивлялась она расставанию, я для себя уже все решил. Теперь все изменилось, «гадкий утенок» стал прекрасным лебедем, а я успел сильно пожалеть о своем поступке.
Разговор с шефом вывел меня из состояния эмоционального равновесия, захотелось острых ощущений на свою пятую точку. И я занялся «раскольниковским» вопросом: «тварь ли я дрожащая или право имею?» Человек ведь сам творец своего счастья. Если он (то есть я) чего-то захочет, то помешать ему может только он сам. После недолгих колебаний я пришел к выводу: «Право имею!». Надел на себя что под руку попалось (вязанный домашний свитер и джинсы совсем не парадно – выходные) и, со своим лицом больше похожим на морду, направился к предмету обожания.
Через несколько минут я уже трезвонил в дверной звонок. Мне открыла она, открыла без всяких вопросов, как будто своему другу, который вот-вот должен был прийти. Я стоял и смотрел на нее умиленный. Как же она хороша… даже в домашней футболке и без макияжа. Правду говорят, настоящую леди никаким спортивным костюмом не испортишь.
Стоит упомянуть, что с момента расставания мы даже не здоровались, мне не позволяла совесть, ей, по всей видимости, гордость, а может она меня успела забыть. Вариантов масса, но то, что мое появление для нее стало нежданным очевидно
– Вам что-то нужно? – спросила меня хозяйка, едва прикрыв дверь
– Тебя! – не стал я скрывать своих намерений.
– Что? – переспросила она, нахмурив черные брови, – чего надо, уважаемый? И почему на «ты»?
– Ну, на первый вопрос я уже ответил. Да и знакомы мы с тобой много лет, меня Саша зовут, если забыла.
– У тебя с головой все в порядке? – сказала она знакомую мне фразу – По-моему, по тебе психлечебница плачет.
– Может быть, – согласился я.
– Хорошо, что мы здесь согласны. Хотя бы протрезвей…
– Мне хотелось, чтоб ты знала, как сильно я тебя люблю, и всего лишь. К тому же я может быть не совсем здоров, но абсолютно трезв.
– До свидания, Саша, – сказала она, собираясь хлопнуть дверью перед носом.
– Значит, еще свидимся? – остановил я ее.
– Да я смотрю, ты совсем плох, – ответила она на это.
– А ты думаешь, зачем я к тебе пришел.
– Хочешь, чтоб я тебе лично врача вызвала?
– Я думаю, что здесь ты и сама справишься, – «тонко» намекнул я.
Мой намек она восприняла как оскорбление, отвесив мне смачную пощечину.
– Я ничего плохого не имел ввиду, – сменив тон на обиженный, пробормотал я.
– Я тоже, – ответила девушка и добавила – просто так захотелось врезать, а ты под руку попался.
– Может, все-таки впустишь к себе? – предложил я после неловкой паузы.
– П-о-ш-е-л в-о-н!!! – сказала она по буквам, как будто имеет дело со слабоумным.
И тут я сделал то, о чем она так долго просила. Я развернулся и ушел, ни сказав ей, ни слова (даже не попрощался). На самом деле это был лишь маневр. Ведь в жизни тоже действуют законы физики: пока ты пытаешься куда-то пробиться встречаешь максимальное сопротивление. Как только начинаешь уходить, тебя начинают притягивать с силой не меньшей, чем когда-то отталкивали. И вот тут главное выбрать такой момент, когда это притяжение (противодействие) максимально. На этот раз интуиция меня не подвела. Я спиной чувствовал, как девушка провожает меня взглядом. Надо признать ей этот разговор тоже был интересен, несмотря на то, что она с самого начала пыталась его закончить. Все то время пока я спускался по лестничному пролету, она искала предлог, чтобы остановить меня:
– Уважаемый! – окликнула меня Алина.
– Я, кажется, представлялся?
– Саш, ты к себе, – вспомнила девушка.
– Да – сказал я, продолжая спускаться.
Лишь пройдя один пролет, я остановился и взглянул на нее. Она немного смутилась, видимо не зная, что же сказать дальше. Я, наблюдая за ее растерянностью, улыбнулся, она ответила тем же.
– Подожди немного, – уже уговаривая, сказала девушка – я сейчас выйду.
И скрылась за дверью, не дожидаясь ответа.
Я был готов ждать вечность. Все это очень походила на хороший сон, для достоверности я даже ущипнул себя. Сильно ущипнул и почувствовал радость, потому что стало больно.
Сколько я простоял у ее дверей я и не помню, в тот момент время для меня не имело никакого значения. И вот мы уже гуляем с ней по набережной. Погода была чудесная, а собственно, какой она еще могла быть, в этот день для меня все было в радужных красках, дул легкий ветерок, нагоняющий свежесть реки. Ночной город выглядит гораздо привлекательней дневного. Он как та самая девушка-студентка, которая отсыпается днем, чтобы вечером преобразится (накраситься) и зажечь по полной. Если говорить о набережной, так это то место, которое не успели до конца изуродовать рекламными баннерами и пивными ларьками безобразного вида. Это место где очень часто собираются молодые люди. И неважно как, влюбленными парочками, шумными компаниями, большими или маленькими группками, здесь все кто еще не разучился жить настоящим. И, разумеется, именно в этот день все были как никогда чудесными
Нет в этом городе места, с которым у меня были связаны более приятные воспоминания, чем эта прогулка.
Разговаривали мы обо всем. О том, что было, что есть и что будет. Вспомнили все и всех, как еще детьми любили друг друга, про то как я лазил по пожарной лестнице к ней на этаж, как она сбегала с уроков, чтоб потом кататься со мной на каруселях. Нам действительно было о чем поговорить. О том, что со мной происходило в настоящее время, я не хотел ей рассказывать, боялся все испортить. Но все же мне пришлось это сделать.
– А почему ты решился поговорить со мной? – спросила Алина.
– Это долгая история.
– А я никуда не тороплюсь, – обезоружила меня девушка.
И я рассказал ей все, начиная с того момента, когда встретил Женю на улице, и заканчивая последним разговором с внутренним голосом. Впервые за последние дни я чувствовал, что мне верят. Она не задавала лишних вопросов и абсолютно ничему не удивлялась. Будто бы речь шла о вполне обыденной жизненной ситуации, которая случалась с каждым.
Лишь когда я закончил, она спросила меня:
– Что именно эта Женя может сделать с тобой?
– Насколько я понял, она даст мне абсолютную свободу, теперь никакой внутренний страх не способен остановить мои желания, – ответил я.
– Разве это плохо?
– Пока не знаю. Мой внутренний голос предупреждал о том, что теперь все мои грязные мысли могут воплотиться наяву.
– А ты не думал, что они уже начинают воплощаться?
– В каком смысле – не понял ее намеков.
– Сколько мы не разговаривали, лет десять? Почему ты именно сегодня решил зайти ко мне?
– Да, ты права, мне давно бы стоило это сделать, – согласился я. – но боялся.
– Я такая страшная? – сказала она остановившись, для того чтобы я мог оценить ее полностью.
– Ты слишком хороша для меня. И я боялся услышать от тебя это. Наверное, я бы не пережил отказа.
– А чего это ты стал за меня решать? Может быть я каждый день ждала, когда ты наконец соизволишь прийти ко мне со своими признаниями..
– Тогда почему ты так себя вела, увидев меня на пороге?
– Я как-то не так это себе представляла. Ты хотел взять мою квартиру штурмом, – возмутилась Алина.
– Меня не интересовала квартира, я пришел к хозяйке, – парировал я.
– А если бы я не остановила тебя, ты бы ушел и не вернулся? – поинтересовалась девушка.
– Размечталась, сегодня я твердо решил добиваться твоего расположения, как в старые добрые времена полез бы по пожарной лестнице, – ответил я ей искренне.
– Зачем так сложно, у меня ключи есть, может ими воспользуемся? – неожиданно перевела она разговор в другое русло.
– И ты после моих признаний готова меня впустить?
– Ну, я еще подумаю, стоит ли…
И мы пошли к ней. Как и ожидалось, попал я туда беспрепятственно, хотя была одна очень приятная преграда уже в прихожей. Едва я пересек порог, Алина бросилась мне в объятия, мы были настолько увлечены друг другом, что минуя все формальности, сразу перешли к осмотру спальни. Что было дальше, думаю детям до шестнадцати знать не положено, а тому, кто постарше и так все понятно, посему на этом месте ставлю многоточие…
Домой я вернулся только под утро. Уставший, я еще долго не мог уснуть. Меня переполняли эмоции, я надеялся, что сейчас, когда у меня все стало налаживаться на личном фронте, все мои чертики исчезнут сами собой. Но не верил в это. Больше всего мне не хотелось впутывать в это Алину. Поэтому я решил разобраться со своими кошмарами самостоятельно и как можно быстрей. Мне нужно было найти свою ночную знакомую. Я знал лишь ее имя, да и то у меня не было никаких гарантий, что оно не выдуманное. Я хотел новой встречи даже во сне, но боялся ее последствий. И зачем я рассказал Алине обо всем, впутал ее в свои страшилки. Не мог я допустить, чтоб она пострадала. Свои проблемы я буду решать самостоятельно, любимая пусть подождет, десять лет ждала, пусть еще немного потерпит.
Эта ночь так же не порадовала меня новыми сновидениями. Проснулся я от дребезжащих звуков мобильного телефона, звонила любимая.
– До тебя как до президента.. Все еще не можешь прийти в себя? – спросила она
– Да только проснулся.
– Какие планы на сегодня?
– Надо появиться в офисе? Забрать расчет… – ответил я.
На самом деле я просто оттягивал время, конечно же, моя работа была в этом списке не на первом месте.
– Зайдешь, сегодня ко мне? – спросила она.
Отказать ей было не возможно.
– Конечно, как освобожусь сразу к тебе?
– Не задерживайся, милый.
– Думаю, управлюсь к вечеру.
– Ну, хорошо, буду ждать, – ответила Алина и положила трубку.
Тоже самое, намеревался сделать и я. Но именно в этот момент мне пришла смска. Номер отправителя оказался скрыт. А ее содержание состояло из непонятного мне набора слов.
«Воскресенье. Второго интернационала. Дом 50 кв. 67 курок взведен»
Последняя фраза явно не предвещала ничего хорошего. Но то была зацепка, шанс выяснить правду и покончить со своими страшилками, упустить его я не мог.
Перекусив на скорую руку, я отправился на поиски указанного дома. О такой улице я ничего не слышал. Мне удалось найти таксиста, который согласился мне помочь в поисках. В итоге покрутившись по городу, он вывез меня на улицу Второго Интернационала, но тут нас ждал еще один сюрприз, дом за номером 50 оказался более призрачным, чем это можно было себе представить. Выяснилось что на «Второй интернациональной» было всего сорок домов. куда подевались еще десять было непонятно.. Таксист, понимая всю комичность ситуации, не взял с меня ни копейки, но дальнейшее путешествие я продолжил на своих двоих.
Вскоре я понял, что мои карманы ощущали острый дефицит материальных средств. Надо же я даже не подумал о том, как бы мне пришлось, расплачивается с таксистом, но «к счастью» обошлось.
Свое финансовое положение я отправился поправлять на работу, нужно было уладить все формальности с моим увольнением и получить расчет. Это заняло около двух часов, после чего я побрел в парк, который находился неподалеку от нашего офиса. Сотни раз я проходил мимо него и думал, что неплохо было бы зайти туда, подышать свежим воздухом. Наконец-то такая возможность появилась.
Состояния этого уголка природы оставляло желать лучшего, а может просто я был в том состоянии, что видел сплошные недостатки. Наверное, дворники в этом парке были не предусмотрены, потому как урны вдоль тротуара были переполнены, краска на скамейках шелупенилась от старости, а через асфальт на дорожках пробивалась трава и молодые топольки. Здесь, посреди этого убожества, я решил отдохнуть, усевшись поудобней на скамейку, державшуюся на честном слове. Наверняка, их ставили еще при царе-горохе.
Долгое время я смотрел в одну точку, разглядывая то, как муравей пытается тащить на себе травинку, гораздо больше, чем он сам. С какой бы стороны он к ней не подходил результат был одинаков.
«А воз и ныне там» – стал я разговаривать с насекомым. В голове начали возникать параллели с собой. Я увлекся настолько, что не заметил, как ко мне подсел седовласый дед с тросточкой в одной руке и поводком для собачки в другой. На меня он первоначально не обращал никакого внимания, продолжая разговаривать со своим Викингом (так звали его полуметрового долматинца). Одним словом он не далеко эволюционировал от нас с муравьем.
«Наверное, тоже местная достопримечательность» – оценил я деда. И вот эта святая простота обратилась ко мне дружелюбным тоном.
– День добрый – сказал он.
– Добрейший – ответил я.
– Хорошее время для прогулок.
– Бывало и лучше, – сказал я в надежде, что на этом наш разговор закончится.
– У вас какие-то проблемы, молодой человек?
– Каждый день у кого-то что-нибудь случается, почему я, почему опять ко мне с этими вопросами вы лезете. Вам – то зачем свой нос совать, куда не следует!!! Вы вообще кто? – бросил я презрительную тираду.
– Тихонов Степан Петрович, – спокойно ответил дед.
– Очень приятно – немного смягчился я, но при этом отвернулся к муравью.
– Так что занесло вас в наши края? – не унимался дед.
– А откуда вы знаете, что я здесь впервые? – заподозрив что-то неладное, спросил я.
– Я каждый день тут бываю, вас раньше не встречал, – сделал выводы он.
– И с каждым незнакомцем в парке вы непременно разговариваете? – решил уточнить я.
– Нет, конечно, я просто вижу, что вы чем-то озадачены. Кстати, как вас зовут? – не отставал он.
– Саша. – ответил я, – А вы что и мысли мои читать умеете?
– Нет, конечно – сказал он, будто я спросил у него что-то смешное – я ведь не волшебник, просто раньше психиатром работал. Лечил стрессы, нервные срывы… в основном конечно с дамочками работал, они более эмоциональные. Сейчас вот на пенсии, но все же привычки остались. Так что вас беспокоит?
– Надо же – ответил я, едва сдерживая хохот, – если Магомед не идет к горе, то она приходит сама.
Дед не понял моей иронии, а потому просто подождал, когда я немного успокоюсь.
– Видите доктор, за последние дни меня уже не раз отправляли к вам. Вот видимо и накаркали..
– Зря вы так, ведь я всего-то хочу вам помочь.
– Интересно, наверное, когда люди душу изливают? – с издевкой спросил я. Он ее (издевку) видимо не заметил.
– Очень. Каждая человек новая загадка, которую нужно раскрыть, – Возможно, и ваши проблемы решаемы, а вам просто нужно немножко подсказать чего…
Его тон, спокойствие, и терпение убедили меня ему открыться.
Сделать это оказалось на удивление легко, старик очень внимательно меня слушал, временами задавая уточняющие вопросы. По выражению его морщинистого лица, сложно было понять, удивлен ли он и интересно ли ему моя история.
– …так я оказался здесь. На этой скамейки, – закончил я свой рассказ.
Он ненадолго задумался
– Ну что доктор вы знаете, как мне помочь? – поторопил его я.
– Не знаю, насколько вам это поможет, но я уже слышал подобную историю.
– Как? От кого? – удивился я.
– Извините, мой дорогой это все же врачебная тайна. Я могу лишь рассказать в общих чертах.
– Да брось дед, не томи? Мне нужно знать про этого человека! – уговаривал я его.
– Нет не могу, так вот просто не могу, – ответил он, почесав свою морщинистую шею.
Намек был понятен, Степан Петрович, готов был забыть о врачебной этике под действием зеленого змия. Что ж я тоже был не против (у вас может сложиться впечатления, что я был заядлым алкашом, вы абсолютно правы).
«Не зря я сегодня зашел на работу вот и заначка сгодилась!» – подумал я, и предложил старику выпить по стопарику. Он одобрительно кивнул головой.
Мы двинулись к ближайшему ларьку. По дороге я заметил, что Степан Петрович слегка прихрамывал на левую ногу. Я не смог удержаться и спросил, что с ним стряслось. Он, поморщившись, пробурчал что-то вроде «в детстве ударился», больше на эту тему мы не разговаривали. Взяв в магазине поллитру, мы в том же парке нашли старенькую беседку и мигом вогнали в себя по сто граммов. Прочувствовав момент, я спросил.
– Так какая там у вас история?
На сей раз, он отвечал более охотно.
– То, что ты мне рассказывал, я слышал лет двадцать назад. До сих пор вспоминать жутко. Была у меня тут одна дамочка, с собачкой, Людой звали. Красивая такая, статная, так вот заходит она ко мне и говорит, мол, ей уже несколько дней сниться один и тот же человек, которого она встретила как-то на улице. Ну, в этом-то как раз ничего удивительного нет. Но она, так же как и вы, утверждала, что ее попутчик существует лишь в ее воображении. Говорила, что он обещает ей открыть будущее и еще какие-то неведомые грани. О том, что он знает, как можно жить беззаботно, без проблем, и для этого ей нужно всего лишь полностью довериться ему, – дед не спеша наполнил оба стаканчика, и, не дожидаясь меня, осушил свой.
– И что с ней потом стало? – спросил я, дождавшись пока старик, закончит смаковать выпитым.
Думаю мою заинтересованность не трудно понять, ясно было одно, в решении проблем мне следовало действовать ее методами.
– Она умерла недели через две такой беззаботной жизни, – спокойно произнес дед.
Я чуть не подавился, когда услышал ответ старика.
– Как умерла? Почему?
– Вскрыла себе вены. Никто так и не понял, почему. – ответил он.
– А что ее родные, говорят? – спросил я
– А что тут скажешь, суицид. Жила она тогда с любовником, но он там точно был не причем, наоборот, он несколько раз спасал ее, а в тот раз не успел..
– А вы можете подсказать мне, где я могу его найти?
– Откуда же я знаю, Сколько лет прошло..
Значит, адреса не вспомните, – сказал я закручивая пробку на недопитой бутылке.
– Ты это брось, я же такого тебе не говорил! – он попытался забрать емкость обратно, – насколько я помню, раньше они жили в переулке Второго Интернационала дом 50 квартира 67,но столько времени прошло.
– Этого быть не может, я был сегодня на этой улице Второго Интернационала, такого адреса не существует…
– На какой еще улице это же переулок. Находиться здесь, не далеко, хотя сейчас возможно его уже переименовали..
Я отдал ему бутылек, а сам полез в карман, нашел там свой расчетный лист, и дал его Степану Петровичу, чтобы тот нарисовал мне маршрут
Старик подробно набросал на клочке измятой бумаги схему, по которой я мог добраться до нужной мне квартиры. Интересно, что на этой импровизированной карте дед не поленился указать СЕВЕР-ЮГ. Может, ожидал, что я буду ориентироваться по звездам.
Мне удалось узнать, что звали ту даму Поляковой Людмилой. Это имя мне абсолютно ни о чем не говорило. Вряд ли мог я ее знать, она умерла, когда мне было лет пять. Ей на тот момент едва стукнуло двадцать. Она была студенткой NГУ. И жила гражданским браком с молодым человеком, о котором Степан Петрович ничего не помнил. Нас роднили только схожие проблемы. И это еще больше меня взволновало, так как мне не хотелось такой же мрачной концовки.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?