Текст книги "Опасный мужчина"
![](/books_files/covers/thumbs_240/opasnyy-muzhchina-33178.jpg)
Автор книги: Марианна Лесли
Жанр: Короткие любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Марианна Лесли
Опасный мужчина
1
На прилавке перед Рейчел было разложено несколько колье и ниток бус: две нитки искусственного жемчуга, одна из бирюзы и турмалина, колье из янтаря и еще одно аметистовое.
С какого же начать? Пожалуй, с жемчужного. Правда, у нее уже есть несколько ниток жемчуга, но вот это, с золотистым отливом, прекрасно подойдет к ее новому золотистому платью из шифона на атласной подкладке и к глазам. Они у нее зеленые с золотистыми крапинками.
Или, может, примерить вначале янтарное? Оно тоже прекрасно подойдет.
Рейчел протянула руку к янтарному ожерелью. Кэтрин, молоденькая продавец-консультант ювелирного магазина, одобрительно улыбнулась.
– Прекрасный выбор, миссис Каннингем. Этот оттенок янтаря восхитительно будет на вас смотреться. Позвольте помочь вам застегнуть.
Рейчел повернулась спиной, и Кэтрин застегнула на ней ожерелье. Камни казались удивительно темными на коже, словно вобрали в себя тепло солнца. Повернувшись к большому овальному зеркалу, Рейчел посмотрела на свое отражение. Ожерелье смотрелось великолепно, чего и следовало ожидать, но как-то… скучно, что ли. Да, оно прекрасно подходило ей, но словно сливалось с ее обликом, ничем не выделяя и ничего не подчеркивая. Впрочем, она ведь всегда предпочитала стильные, но неброские вещи, так что же ее беспокоит сейчас?
Рейчел скользнула беглым взглядом по знакомым чертам лица: кожа гладкая и чистая, персикового оттенка, светло-каштановые волосы уложены в аккуратную прическу. Макияж именно такой, какой и должна носить респектабельная вдова, костюм цвета кофе с молоком сидит безупречно и вполне соответствует женщине ее возраста и положения.
Но что-то в выражении глаз заставило Рейчел повнимательнее приглядеться к своему отражению. Было в них нечто такое, чего она не замечала раньше. Какой-то странный блеск. Она не понимала, чем он вызван, и это ее немного пугало.
В конце концов решив, что виной всему особое освещение магазина, Рейчел улыбнулась своему отражению и вдруг, к своему изумлению, обнаружила, что не одна в зеркале. Там была еще одна пара глаз – мужских, серебристо-серых, в которых искрилось веселье.
Рейчел даже застыла от неожиданности. Она была настолько ошеломлена, что не сразу отвела взгляд от этих нахальных, насмешливых глаз. Широко распахнутыми глазами она воззрилась на мужчину, который стоял на тротуаре перед витриной и беззастенчиво разглядывал ее через стекло.
Мужчина был высокий, стройный, широкоплечий, одетый в узкие потертые джинсы и синюю футболку, облегающую рельефную мускулатуру. У него был вид человека, знающего себе цену. Русые волосы вились надо лбом и ушами, на висках проглядывали серебристые нити. Эта легкая седина придавала его облику ненавязчивый оттенок благородства. Черты его лица нельзя было назвать классически правильными, но оно было мужественным и чрезвычайно привлекательным.
Рейчел нервно сглотнула.
Вдруг он дерзко подмигнул ей, уголок красивого рта дернулся в чуть насмешливой улыбке. Придя в себя, Рейчел поспешно отвела взгляд, сделав вид, что ничего особенного не произошло. Краем глаза она, однако, видела, что мужчина не ушел, и невольно задалась вопросом, давно ли он тут стоит. Наверное, выбирает подарок для своей жены или подружки, подумала Рейчел. Почему-то эта мысль ей не понравилась, но она тут же посмеялась над собой. Неужели ей хотелось бы, чтобы он торчал тут из-за нее? Но это же нелепо!
Она впервые видит этого человека, да и вообще подобные знакомства не в ее стиле.
Он не из Гринвилла, в этом нет сомнений. Рейчел, как жена мэра – а ныне вдова, – принимала и принимает участие во всех городских мероприятиях и знает, по крайней мере в лицо, всех местных жителей их небольшого арканзасского городка.
Но дело не только в том, что лицо его ей незнакомо. Что-то есть в нем такое, что выдает чужака, человека приезжего. Может, чей-то гость или сезонный работник?
Нельзя сказать, чтобы облик незнакомца вызывал в Рейчел какое-нибудь беспокойство, но сердце отчего-то учащенно забилось. Странное чувство для такой уверенной в себе женщины. Удивительно, но это напоминает ощущения женщины, взволнованной вниманием мужчины.
Какая глупость!
Рейчел фыркнула себе под нос и сосредоточилась на выборе украшений. Однако взгляд словно магнитом притягивало в тот угол зеркала, где минуту назад она видела насмешливое лицо незнакомца. Как только их глаза встретились, его губы растянулись в ошеломляющей по силе своего очарования улыбке.
Нахмурившись, Рейчел отвела глаза и попыталась сосредоточиться на выборе. Но это не так-то легко было сделать. Взгляд неизбежно возвращался к мужчине в зеркале. Из-под ресниц она видела, как он, чуть склонив голову набок, беззастенчиво разглядывает ее. Потом, скользнув взглядом по янтарному ожерелью у нее на шее, он покачал головой из стороны в сторону, очевидно выражая свое мнение по поводу украшения. Рейчел недоуменно вскинула брови, уже не пытаясь притворяться, что не замечает его. Бросив еще один быстрый взгляд на свое отражение, она вопросительно посмотрела на него. Он еще раз отрицательно покачал головой.
Рейчел поймала себя на том, что расстегивает ожерелье, не удостоившееся одобрения незнакомца, и взяла другое, жемчужное. Немного подержав его в руке – для того, чтобы получше рассмотреть, разумеется, – застегнула у себя на шее. Несколько секунд она рассматривала себя в зеркале, потом чуть отклонилась назад, чтобы тайком взглянуть на своего неожиданного критика. Он повертел головой, разглядывая ожерелье на ней, и снова уверенно покачал головой. Весь его вид словно говорил: в общем-то красиво, но чего-то не хватает. Ей и самой так казалось, но, чтобы дерзкий незнакомец не подумал, что она и в самом деле прислушивается – или, точнее было бы сказать, присматривается – к его мнению, Рейчел еще немного покрутилась перед зеркалом, разглядывая, как колье смотрится на ней. Смотрелось оно замечательно, но не то, снова не то…
Да что это с ней сегодня, в самом деле? Она всю жизнь носит именно такие украшения: стильные, неброские, свидетельствующие о хорошем вкусе. Но сегодня ее как будто бес подталкивает в бок, побуждая совершить какое-нибудь безрассудство, например купить что-нибудь яркое и кричащее.
Стараясь не поддаваться глупому порыву, Рейчел стала по очереди примерять все украшения, разложенные перед ней, и все они были забракованы ее неожиданным ценителем. Он ничем не давал понять, что игра ему наскучила. Но, что было особенно странно, – ей тоже.
– Нет, Кэтрин, все это не годится, – решительно сказала Рейчел, положив на прилавок последнее колье из аметистов. – Мне нужно что-нибудь особенное. Необычное. – Она взглянула на растерявшуюся девушку. – Да, именно необычное.
Кэтрин растерянно заморгала.
– Ну, у нас имеются винтажные украшения, но, миссис Каннингем, я не думаю…
– Неси, – велела Рейчел.
Девушка кивнула, на лице у нее появилось недоуменное выражение.
– Хорошо, миссис Каннингем, как вам будет угодно.
Когда через пару секунд Кэтрин выложила на прилавок еще несколько комплектов украшений, Рейчел сразу поняла причину недоумения продавщицы. Это были самые пестрые, самые кричащие украшения, которые ей когда-либо доводилось видеть. Их делали, наверное, из всего, что попадалось под руку: бусины всевозможных размеров, форм и расцветок, стеклярус, нитки, перья, бантики, розочки, кусочки меха, какие-то проволочные завитушки и цепочки. Но даже среди этой пестроты один комплект выделялся больше других: он был самым ярким и блестящим, самым пестрым и необычным. Рейчел не задумываясь протянула к нему руку.
Комплект состоял из многослойных бус и сережек. Это было украшение для раскрепощенной, свободной от условностей и предрассудков женщины, не боящейся бросить вызов окружающему ее миру, способной на безрассудство и готовой к приключениям. Словом, такой женщины, какой Рейчел никогда не была. Женщины, являющейся ее полной противоположностью.
Надев бусы через голову и вставив в уши сережки, Рейчел медленно подняла голову к зеркалу, приготовившись встретить возмущенный взгляд незнакомца, но его восторженно-одобрительный кивок свел на нет весь ее скепсис.
Он вскинул обе руки с поднятыми большими пальцами, показывая ей, что вот это последнее – просто супер.
Рейчел даже не успела толком ничего сообразить, как уже купила этот комплект. Скандальное, кричащее, безвкусное украшение, которое прежде ей бы и в голову не пришло надеть.
Расплатившись кредиткой, Рейчел поблагодарила все еще пребывающую в недоумении Кэтрин и направилась к дверям. На губах ее играла чуть заметная улыбка. На душе отчего-то было легко и весело.
Но, подойдя к двери, она приостановилась. Господи, что это с ней сегодня? Что на нее нашло? Вместо того чтобы одернуть дерзкого незнакомца взглядом, который ее дочь называла отрезвляющим, она поощряла его интерес и его игру. А что, если он поджидает ее? Что она станет делать?
Сделав глубокий вдох и придав лицу неприступное выражение, Рейчел толкнула дверь и вышла из магазина. На тротуаре никого не было. Незнакомец исчез.
Твердо сказав себе, что испытывает облегчение, Рейчел постаралась взять себя в руки, но сердце отчего-то учащенно забилось. Да что же с ней такое, в конце концов? Неужели эта дрожь, которую она испытала минуту назад, от предвкушения разговора с нахальным незнакомцем? И неужели ее жизнь настолько скучна и монотонна, что столь незначительный эпизод мог так взволновать ее?
Шагая по тротуару, она оглядывала знакомую улицу и знакомых ей людей, но ничего не замечала вокруг. Она только что купила украшение, которое вряд ли когда-нибудь наденет. Оно будет валяться в шкатулке без дела.
Непонятно и то, что она позволила незнакомому мужчине так дерзко вести себя с ней. Более того, она ему подыграла! Рейчел покачала головой. Что же это с ней происходит? Неужели ей грозит та же участь, что постигла некоторых ее подруг?
Такие же, как она, вдовы и разведенки, достигнув критического сорокалетнего рубежа, ложились под нож пластического хирурга, чтобы выглядеть молодыми. На самом деле они, на взгляд Рейчел, выглядели глупо, изображая из себя молоденьких девочек и флиртуя с молодыми парнями. Ей было жаль их. Она не хотела, чтобы подобное произошло и с ней. Ее близкая подруга Сюзанна как раз переживала такой период, и было больно смотреть, как некоторые бросают ей вслед насмешливые взгляды. Однако осуждать их трудно, ибо Сюзанна, сделав подтяжку лица и похудев на несколько килограммов, принялась заигрывать налево и направо с молоденькими мужчинами, годящимися ей чуть ли не в сыновья.
Хорошенькая блондинка, она вела себя как девочка-подросток, в организме которой бушуют гормоны. Сюзанна всегда была несколько легкомысленной и ветреной, но раньше не вела себя настолько несдержанно.
Рейчел скорее умрет, чем станет посмешищем в городе, где ее все уважают. Ее муж, умерший четыре года назад, был не только мэром городка, но и уважаемым человеком, и Рейчел делала все, что в ее силах, чтобы быть достойной его памяти и поддерживать свой имидж респектабельной вдовы и общественного деятеля. В любых ситуациях она старалась сохранять достоинство, самообладание и трезвую голову.
Внезапно Рейчел почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняв голову, она заметила на другой стороне улицы Элисон Престон, резкую и язвительную даму, которую Рейчел всегда недолюбливала. Элисон была как раз из тех, кто открыто насмехался над Сюзанной, но Рейчел поневоле приходилось часто встречаться с ней с тех пор, как та стала президентом их женского клуба. Особенно в этот период, когда они готовились к ежегодному любительскому спектаклю.
Сдержанной улыбкой и кивком головы ответив на приветствие Элисон, Рейчел увидела впереди стайку ребятишек лет семи-восьми, и ее улыбка сделалась шире и искреннее. Она любила детей и с нетерпением ждала, когда ее собственные дети подарят ей внуков. Трудно было поверить, что Лиса уже замужем и ждет ребенка, а Колин, ее любимый малыш Колин, уже учится на втором курсе колледжа и изучает экономику и бизнес, чтобы стать таким же успешным, каким был его отец. Через несколько лет он женится и обзаведется собственной семьей. Рейчел, конечно, радовалась этому, но в то же время грустила, потому что это означало: ее мальчик уже не будет принадлежать ей. У нее появится много свободного времени, которое надо будет чем-то заполнить.
Не то чтобы Рейчел жалела себя, вовсе нет. У нее прекрасная жизнь. Она живет именно так, как ей хочется, как нравится. Иногда, правда, бывает, возникает какой-то необъяснимый порыв послать к черту респектабельность и имидж и совершить что-нибудь безрассудное, но ей всегда удавалось подавить его. Кроме того, время от времени большинство людей, окружавших ее, начинало казаться ей ограниченными занудами, но эту мысль она тоже пресекала. Она уже давно жила в этом маленьком мирке, считала его своим и не имела ни малейшего желания менять свои привычки.
А как насчет ночей? – поинтересовался внутренний голос. С этим дело обстоит сложнее, но ей не хотелось думать, что в последнее время она просыпается ни свет ни заря, когда все вокруг еще спят, с безумной мыслью, что так не должно быть. Что она не должна быть одна. Что в ее жизни все неправильно.
Может, не стоит ограничиваться только общественными делами, а найти какую-нибудь интересную и нужную работу? Например, учителя. Или библиотекаря. Или музейного работника. С этим она справится. Может, тогда огромный дом, который оставил ей Марвин, дом, которым он очень гордился, не будет ей казаться таким пустым?
– Эй, мистер, тут стоянка запрещена.
– Послушайте, офицер, я могу все объяснить…
Услышав этот голос, ворвавшийся в ее размышления, Рейчел тут же сбилась с шага. Она мгновенно поняла, кому он принадлежит, хотя никогда раньше его не слышала. Еще даже не видя его, она уже знала, что это голос мужчины из зеркала. Ее непрошеного критика.
Он стоял чуть впереди на тротуаре, возле видавшего виды «харлея», и разговаривал с патрульным полицейским.
– У меня уважительная причина. Я… – он запнулся, увидев приближающуюся Рейчел, и улыбнулся, – ждал даму. Не можете же вы наказать меня за то, что она опоздала. – Он наклонился вперед, понизив голос. – Вы же знаете женщин.
Когда полицейский понимающе кивнул, Рейчел возмущенно вскинула брови. Патрульный повернулся, и веселье в его глазах сменилось уважением, когда он увидел Рейчел.
– Извините, миссис Каннингем, я не знал, что он ждет вас.
– Все в порядке, Стэн, – мягко проговорила она.
Когда молодой офицер, попрощавшись, удалился, Рейчел повернулась к дерзкому незнакомцу. Искорки смеха в его глазах говорили о том, что эта ситуация его крайне забавляет. И что он знал, что она рассердится.
– Миссис Каннингем, – нараспев произнес он. – Интересно, какое у вас имя? Мери? Джулия? Барбара? Нет, все не то. Быть может, Рита? Или Роуз? А, наверное Рейчел. Точно, Рейчел. Это имя вам идет.
Ее глаза подозрительно сузились.
– Откуда вы знаете?
– Так все-таки Рейчел? Угадал? – Он усмехнулся. – У вас на сумочке инициалы – «Р.К». Я просто предположил.
К своему удивлению, она улыбнулась.
– Так почему же все-таки не Рита или Роуз?
– Ну, не знаю. Мне показалось, они вам не подходят, – просто ответил он с лукавыми искорками в глазах. – Кроме того, я уже столько о вас знаю, что угадать имя было совсем не трудно.
Она изумленно взглянула на него.
– А что вам может быть известно обо мне?
– Мне известно, что вы не замужем, но скорее вдова, чем разведенная женщина. – Чуть склонив голову набок, он оглядел ее оценивающим взглядом. – Да, я уверен, что вдова.
– Почему вы так уверены?
– Ну, вы не из тех женщин, кто разводится с мужьями.
Рейчел не нашлась, что на это ответить. Она была слишком возмущена самоуверенностью незнакомца и не собиралась позволять ему и дальше высказывать свои неуместные предположения.
– К тому же, – как ни в чем не бывало, продолжал он, – я знаю, что ваш покойный супруг был не последним человеком в городе. – Он рассмеялся, увидев, как она вопросительно вскинула брови. – Об этом тоже нетрудно было догадаться, стоило лишь увидеть, с каким почтением с вами разговаривал полицейский.
– На этом ваши догадки закончены, надеюсь?
– Не совсем. Смею предположить, что вы много времени уделяете благотворительности и… – он снова задумчиво склонил голову набок и несколько секунд разглядывал ее, – играете в фаро*.
– Я не играю в карты! – возмутилась она и, только заметив лукавый блеск глаз дерзкого незнакомца, поняла, что он ее поддразнивает, а она позволила ему втянуть себя в его глупую игру.
– Зачем вы солгали Стэну, мистер?..
– Николас Логан. – Он поклонился с преувеличенной церемонностью. – Но для вас просто Ник.
– Так почему вы солгали, мистер Логан?
– Я не лгал. Я на самом деле ждал вас. И мне кажется, что я жду вас уже давно. Всю жизнь. – Эти слова прозвучали просто и искренне, но затаившаяся в глазах улыбка говорила о том, что он насмешничает.
Подражая ему, Рейчел склонила голову набок и окинула его взглядом прищуренных глаз.
– Вы смеетесь надо мной, мистер Логан?
– Бог с вами, миссис Каннингем, я просто заигрываю с вами.
Неужели это правда? Рейчел даже немного опешила. С ней уже сто лет никто не заигрывал. Настолько давно это было, что она уж и забыла, как это бывает. Ну и как теперь себя вести? Оскорбиться? Но она совсем не чувствует себя оскорбленной. Однако ей не нравится, что он застал ее врасплох.
– Вы, кажется, удивлены? – спросил он с улыбкой. – Но если вас так шокирует сама мысль о флирте, почему же вы флиртовали со мной в магазине?
– Я не флиртовала с вами! – возмущенно выпалила Рейчел.
– Именно флиртовали, – самодовольно заявил он. – Так я и понял, что вы не замужем. Не стали бы вы заигрывать со мной, если б у вас был муж.
– Я не заигрывала! Я не… – Рейчел запнулась, широко распахнув глаза. – Неужели я действительно заигрывала с вами?
Он кивнул.
На какое-то мгновение она порадовалась тому, что еще не разучилась флиртовать с мужчинами, и чуть подалась вперед, чтобы спросить у него еще кое-что. Вдруг краем глаза Рейчел заметила, что прохожие на улице и в ближайших магазинах уже начинают обращать на них внимание. О господи!
Нервно сглотнув, она развернулась и быстро пошла прочь. Однако если надеялась таким образом избавиться от своего нового знакомого, то ошиблась. Ник Логан последовал за ней.
Болван! Неужели он не видит, что ничуточки не интересует ее? Если она не будет обращать на него внимания, может, он отстанет?
– Вы становитесь еще красивее, когда сердитесь, – проговорил ее назойливый спутник. – А когда сдерживаетесь, чтобы не сказать грубость, ваши ноздри слегка подрагивают, а губы сжимаются.
Рейчел игнорировала его. Не стоит воспринимать его всерьез.
Не ощущать его настойчивый, пристальный взгляд, однако, было невозможно.
– Гм, – продолжал он. – Я слышал теорию, что некоторые женщины произошли от диких мустангов. Наверняка вы одна из них.
Губы Рейчел невольно дрогнули. Она не могла удержаться, чтобы не улыбнуться. Он забавный. С ним весело. Но если он заметит ее улыбку, то не преминет воспользоваться этим.
Она бросила на него взгляд украдкой. Это было ошибкой. Лицо его было таким комичным, что Рейчел уже не могла удержаться от смеха. Однако, заметив на другой стороне улицы Джонатана Диксби, адвоката из адвокатской конторы «Диксби и Томпсон», который смотрел на нее чуть ли не разинув рот от изумления, она заглушила смех легким покашливанием.
– Уходите, – настойчиво зашептала Рейчел.
– Почему? – искренне удивился Ник Логан.
Она стиснула зубы.
– Потому что на нас уже смотрят.
Он огляделся.
– Ну и что? Это имеет для вас какое-то значение?
Вопрос застал ее врасплох. Она остановилась и взглянула на него. А в самом деле, имеет ли это для нее значение? Еще час назад, до встречи в Николасом Логаном, она бы без малейшего колебания ответила утвердительно, но сейчас…
А что, собственно, изменилось сейчас? Ничего.
– Разумеется, имеет, – твердо сказала Рейчел, не зная, кого пытается убедить больше – его или себя. – Прощайте, мистер Логан.
Удаляясь по тротуару, Рейчел почувствовала спиной его взгляд, и затылку стало горячо.
– До свидания, миссис Каннингем, – услышала она.
2
Сидя на ступеньках своего дома на колесах, с которым он исколесил немало дорог, Ник разглядывал густой сосновый лес, окружавший площадку автостоянки. В Арканзасе он впервые, и ему здесь нравится. Нравится запах смолы и прелых листьев, пронзительные крики птиц, жужжание насекомых, прозрачность воздуха. Пожалуй, стоит задержаться здесь ненадолго.
Допив кофе, Ник поднялся в фургон и взял с откидного столика местную газету, которую купил в городе. Если он собирается остаться, ему нужна какая-нибудь работа.
Гринвилл городок небольшой, и объявлений о работе было не так много, но Ника это не смущало. Он никогда не гнушался никакой работы и всегда мог найти, где поработать месяц-другой. Он человек неприхотливый, предпочитает физический труд и не рассчитывает на высокую оплату, лишь бы хватило на еду и бензин.
Спустя пять минут два вполне подходящих объявления были обведены красными чернилами: мойщик машин и садовник. Что же выбрать?
Мытье машин означало дополнительный заработок в виде чаевых, а место садовника – что он все время будет работать на свежем воздухе. Второй вариант привлекал его гораздо больше. Ему нравилась любая работа на свежем воздухе.
Припомнив все те места, где ему довелось побывать, Ник улыбнулся. Скольких людей он узнал, со сколькими работал вместе, со сколькими подружился. Ник считал себя счастливым человеком, потому что на его жизненном пути встречались в основном хорошие люди. Некоторые из них стали для него той семьей, которой у него никогда не было. И, наверное, уже никогда не будет.
Ник печально вздохнул, но потом решительно отбросил грустные мысли, встал и со вкусом потянулся всем телом, потом повертел головой, разминая мышцы шеи.
Что ж, пожалуй, он отправится устраиваться на работу прямо сейчас. У него, конечно, есть деньги, отложенные, так сказать, про запас, но зачем же тратить их, если можно заработать еще?
Ник взял свою потертую кожаную куртку и шлем и направился к «харлею», припаркованному рядом с фургоном.
Проезжая по извилистым дорожкам небольшого городского парка, он чувствовал себя точно так же, как и много раз раньше, в других местах. У него было ощущение, будто он един с природой, будто она с радостью принимает его в свои объятия.
Это ощущение единения с природой появилось у него давно, с тех пор как он начал скитания по стране. Это было подобно перерождению души и тела, когда природа давала ему силы и энергию, когда в окружающем мире он черпал бесконечную радость жизни.
Было время, когда Нику хотелось разделить с кем-нибудь эту радость бытия, и в одну из поездок он взял с собой своего старого друга Натана. Однако их восприятие окружающего мира оказалось настолько разным, что из этой затеи ничего не вышло, и с тех пор Ник всегда странствовал один.
Из парка дорога вывела его на окраинную улицу, где располагалась продуктовая лавка, небольшой магазинчик запчастей для американских автомобилей, а чуть в стороне бензоколонка и кафе с едой на вынос. По другую сторону улочки виднелась вывески булочной, обувной мастерской и аптеки.
Ник подъехал к бензоколонке, на территории которой находился телефон-автомат. Мобильного телефона у него не было, потому что ему некому было звонить, и он вполне обходился телефонами-автоматами.
Подкатив к таксофону, Ник снял шлем и вытащил из кармана сложенную вчетверо газету. В объявлении о найме садовника предлагалось звонить с девяти до одиннадцати утра или после шести вечера, а в объявлении о вакансии мойщика машин не имелось никаких указаний, поэтому Ник решил позвонить вначале по этому номеру. Место все еще было вакантно. Работа неполный день на автомойке на окраине, не очень далеко от стоянки. Сама работа Ника вполне устраивала, но… Поговорив несколько минут с работодателем, он понял, что не хочет работать в подчинении у этого человека. За годы странствий он работал в сотнях разных мест на сотнях разных работ и научился сразу и безошибочно определять, сработается он с тем или иным хозяином или нет. Некоторые были слишком требовательны и даже придирчивы, но работа у них вполне устраивала Ника, а другие вроде и не требовали много, но не умели расположить к себе работников. У таких Ник подолгу не задерживался.
Надеясь, что со вторым объявлением ему повезет больше, Ник набрал номер.
– Слушаю, – рявкнули на другом конце провода.
Ухмыльнувшись, Ник сказал:
– Я по объявлению о вакансии садовника. Место еще свободно?
– Да.
На этот раз Ник был готов и даже не вздрогнул. Голос был старческим, и он догадался, что либо старик глуховат, либо ему приходится часто разговаривать с кем-то, кто туговат на ухо. А может, он просто не слишком доверяет незнакомым людям.
– Если так, то мне бы хотелось получить это место, – сказал Ник, стараясь скрыть усмешку в голосе.
– Понятное дело хотите, раз звоните, – проворчал его собеседник, – но это еще не значит, что вы его получите. Как вас зовут?
– Ник. Ник Логан.
– А я Билли.
– Билли… а дальше?..
– Просто Билли. Меня всегда называли только так, и не вижу повода это менять. – Собеседник сделал паузу, и Нику отчетливо представилось, как глаза старика подозрительно сузились. – Вы не из наших краев, я слышу это по вашему говору. Да и имя ваше это подтверждает. Я в нашем городке всех знаю, и у нас нет никого по имени Ник Локар.
– Логан, мистер Билли.
– Какая разница, – пробурчал «просто Билли». – Но хочу вас сразу предупредить, что работа эта временная и я очень строго отношусь к своим подчиненным.
– Меня это вполне устраивает, – отчеканил Ник. – Когда мы можем встретиться?
– Сможете подойти в ближайшие полчаса? – сухо спросил Билли.
Этот человек не любит терять время даром, подумал Ник. Именно с таким ему и хотелось бы работать.
– Само собой. Как мне вас найти?
Он достал из кармана записную книжку и ручку и быстро записал адрес и как доехать. Проорав указания, Билли заявил, что у него есть дела поважнее, чем трепаться по телефону.
– Обойдете усадьбу сзади и войдете в садовую калитку. Я буду поблизости.
Район города, в который, следуя инструкциям Билли, направился Ник, был довольно милым и уютным. Улицы здесь были густо обсажены кленами и тополями, дома имели респектабельный вид, лужайки ухожены, подъездные дорожки окаймлены розовыми кустами и жимолостью. Сама окружающая атмосфера говорила о том, что здесь живут состоятельные люди.
Мимо Ника медленно проехала патрульная машина. Полицейский смерил его внимательным взглядом. Очевидно, толстосумов хорошо здесь охраняют, про себя усмехнулся Ник. Впрочем, как и везде.
Он свернул на Роуз-стрит и стал вглядываться в номера на почтовых ящиках. Ему нужен был дом номер сорок пять.
Он чуть не проехал мимо. Почтовый ящик был прикреплен к каменной ограде, почти полностью увитой диким виноградом. Свернув в переулок, он остановил мотоцикл и подошел поближе. Надпись на медной табличке почтового ящика гласила, что здесь проживает Марвин Каннингем.
Брови Ника поползли вверх. Каннингем? Не с его ли вдовой он сегодня имел честь познакомиться? Неужели это она – женщина с золотисто-зелеными глазами и серьезным лицом, которая была искренне удивлена, когда он сказал, что заигрывает с ней. И которая так не хотела отвечать на его улыбку, но ничего не могла с собой поделать. Он не собирался специально искать ее, но был уверен, что они еще непременно встретятся.
Ник улыбнулся. Как непредсказуема бывает жизнь. Миссис Каннингем торопилась избавиться от него, а случилось так, что он теперь будет работать на нее. Что ж, лично он ничего не имеет против. Совсем наоборот.
Билли велел ему подъехать к задней калитке, но не предупредил, что задний двор окажется целым парком. Заасфальтированная дорожка вела к гаражу на несколько машин, на площадке перед которым стояла пара пикапов, один из которых, судя по надписи, принадлежал фирме, занимающейся ландшафтным дизайном.
Ник поставил свой мотоцикл рядом со вторым пикапом и бросил взгляд в сторону дома, которого не было видно с улицы. Дом оказался красивым двухэтажным особняком, облицованным серым камнем, под покатой красной крышей. Застекленные стены солярия, расположенного с левой стороны дома, ярко поблескивали в лучах утреннего солнца. Справа стена дома была увита диким виноградом, достигающим крыши и оплетающим широкую террасу на втором этаже. Слева виднелась оранжерея, за ней огород и какие-то фруктовые деревья. Из-за левого угла дома был виден кусочек сада в английском стиле, где трава и кустарники были так тщательно и аккуратно подстрижены и выровнены, словно не имели никакого отношения к природе, а являлись исключительно творением рук человеческих.
Направляясь по выложенной плитками дорожке к дому, Ник заметил человека, склонившегося над розовым кустом, и повернул в его сторону. Старик был одет в полинялую клетчатую рубаху и рабочий комбинезон. Из-под синей бейсболки выглядывали седые волосы.
Подойдя поближе, Ник остановился и кашлянул. Старик поднял голову и заметил его.
– Вы Логан? – громогласно поинтересовался он.
Ник кивнул, стараясь спрятать улыбку, когда старик стал его разглядывать.
– Ну… вы выглядите слишком… молодцеватым для такой работы. Мне, конечно, нужен молодой и сильный работник, но… – Глаза его подозрительно сузились. – Зачем вы хотите работать здесь? Эта работа явно не для вас.
– Я не гнушаюсь никакой работы. К тому же мне же нужно что-то есть, – широко улыбнувшись, добавил Ник.
– М-да, причина, конечно, уважительная, – проворчал Билли. – Но, как я уже говорил, эта работа временная. На этом месте работает мой внучатый племянник, но он сломал руку и пока не может выполнять свои обязанности моего помощника. Поэтому мы и поместили объявление о вакансии.
– Да, я уже понял это. Мне как раз и нужна временная работа.
Старик еще раз окинул его скептическим взглядом.
– И все равно не понимаю, зачем вам это. Могли бы найти себе что-нибудь получше. Эта работенка для таких, как мой племянник, у которых мозгов кот наплакал, да и не нужны они им, была бы сила. Как говорится, сила есть ума не надо. Но вы-то, сразу видать, не из таких, – глубокомысленно заметил проницательный старик. – Судя по разговору, вы человек образованный. Голова у вас на месте, это сразу видно. Как же вы докатились до такой работы?
– Я люблю работать на свежем воздухе, люблю природу. Мне нравится работать с растениями, наблюдать за ними. – Ник пожал плечами и улыбнулся. – В общем, такая работа мне по душе, вот и все.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?