Текст книги "Мятежница"
![](/books_files/covers/thumbs_240/myatezhnica-172068.jpg)
Автор книги: Марина Эльденберт
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
3
Меня привели в княжеские покои, швырнули на стоявшую у стены кровать. Воздух вышибло из груди, но я извернулась и схватила подсвечник. Артанец с уродливым шрамом через всю щеку прошелся по кругу, проверил окна. В камине резко вспыхнуло пламя, и руки сильнее сжались на металлической ножке, особенно когда маг обернулся и скользнул жадным взглядом по моему телу. В горле запершило от отвращения.
– Что смотришь, артанец? – процедила сквозь зубы. – Хочешь опередить своего князя?
Маг осклабился, металл в ладонях раскалился в одно мгновение.
Проклятье!
Я, зашипев, отшвырнула подсвечник, и он с грохотом ударился о пол. Артанец отвернулся и направился к выходу из спальни. Внутренний засов ждала та же участь, что и подсвечник: сейчас он горел ярче, чем пламя в камине. Скрежет возвестил – меня заперли снаружи.
Осторожно приблизилась к двери: оттуда не доносилось ни звука.
Идиотка! Какая же я идиотка. Нужно было выждать в саду до утра… К счастью, на этот раз удача не оставила меня. Боги, могла ли я даже помыслить, что из всех спален замка Мрак выберет именно покои ее светлости?
Морщась от боли в ладонях, зажгла свечи, чтобы лучше осветить комнату. С чего начать? И сколько у меня времени? Какого проклятого не спросила у этого огненного уродца? Нет, все правильно, не стоит искушать судьбу. И так понятно, какой бы могущественной ни была армия артанцев, прорыв через Врата Ортоса их истощил. Без волшебного родника восстанавливать силы придется самыми обычными способами: отдыхом и едой. У меня есть время, пока Мрак и его псы будут набивать брюхо.
Все переворачивалось в груди от одних лишь воспоминаний о ледяных глазах. Монстр, самый настоящий монстр.
Я вернулась к двери и двинулась вправо, прощупывая стены, пытаясь сдвинуть все крючки и выступы, что попадались на моем пути. Искать потайной ход вручную – безумие, но выбирать не приходится. По крайней мере, я знаю, что он существует.
Раньше комната не вызывала у меня трепета, сейчас же повсюду мерещились призраки. По балдахину метались тени, они же плясали на гобеленах. Черными глазницами уставились в беззвездную ночь узкие высокие окна.
Жар от камина согревал, но я не могла унять дрожь. Вздрагивала от каждого шороха, опасаясь, что отмеренное мне время вот-вот закончится. Представляла, как дверь откроется и в покои шагнет Мрак.
Хотелось кричать от бессилия, но я лишь сжала кулаки и перешла к камину. И тут же отпрянула, натолкнувшись на свое отражение в зеркале над каминной полкой.
Мои волосы посветлели и теперь напоминали золотую кору Древа. Не только волосы, но и брови. А широко распахнутые глаза даже в полумраке отливали зеленью. Печать родника изменила меня до неузнаваемости.
Впрочем, теперь все изменилось. Не будет ни уютных вечеров в гостиной, ни долгих разговоров наедине. Ее светлость больше никогда не позовет меня почитать вслух или просто развлечь беседой, смягчить дар, когда он становится особенно невыносимым.
По щеке скользнула слеза, которую я поспешно стерла тыльной стороной ладони. Время скорбеть и оплакивать обязательно придет, но позже. Когда я найду князя Брока и передам ему то, что поможет сокрушить артанцев. Если, конечно, успею выбраться.
Почему, ну почему ее светлость не сказала мне, где потайной ход?! Надеялась на Лидию? Неужели не понимала, что мы можем даже не встретиться? И что мне делать, если он укрыт магией?
В сердцах ударила по каминной полке и вгляделась в комнату в отражении. Такую знакомую, но теперь чужую. Обычно я сидела в кресле, возле постели… Точнее, нет, я всегда садилась в одно и то же кресло. Как просила ее светлость.
От внезапной догадки замерла, продолжая смотреть в зеркало. Княгиня была очень умна, очень. Конечно, она не могла рассказать обо всем раньше. Возможно, боялась напугать. Но она допускала вероятность, что замок захватят, а значит, должна была оставить для меня подсказки. Как можно незаметнее.
До кресла с высокой спинкой я не дошла – долетела. Опустилась в него и заскользила взглядом по парчовому балдахину, по измятому покрывалу, по квадратным столбикам.
Не то, не то, не то.
Закусила губу и представила тяжелый фолиант на коленях. Если опустить глаза, то…
Сердце пропустило удар, а потом радостно заколотилось вновь.
Взгляд уперся в символ, вырезанный на изголовье кровати: сплетение листьев. Не родовой точно. Символом рода Фэранса было Древо.
Замочная скважина есть, но где же ключ?
Ключ?..
Ну конечно! Я достала из туфли перстень. Он был изящным, несмотря на крупный камень, окруженный золотыми листьями. Точно такими же, как на кровати. Не раздумывая, приложила перстень к клейму. Вспыхнули серебристые искры, а символ, наоборот, почернел, обуглился. Зато за спиной что-то щелкнуло, заволновалось пламя свечей, по полу потянуло сквозняком. Но это был самый желанный сквозняк в мире.
Сжимая перстень в ладони, я бросилась к гобелену, на котором были вытканы нифрейские леса. Отодвинула плотную ткань и судорожно вздохнула. Скрытые за тканым пейзажем деревянные панели сейчас раздвинулись в стороны, открывая проход в стене.
Провал зиял темнотой.
Я метнулась к сундуку в углу, перетряхнула одежду и набросила на плечи первую попавшуюся накидку. Светло-серую, без меха, но теплую. Мысленно попросила прощения у ее светлости, захватила подсвечник, оглянулась на двери и только затем нырнула внутрь, аккуратно расправив гобелен.
Этим тоннелем явно давно не пользовались: на потолке и стенах разрослась паутина, запах оставлял желать лучшего. Затхлый и приторный. Но все это казалось неважным. Впрочем, я понимала, радоваться рано – мой путь к свободе только начался.
Помня о том, что случилось в саду, пошла быстрее. Не хватало еще, чтобы люди Мрака обнаружили мое исчезновение. Несколько раз замедляла шаг, чтобы отдышаться и прислушаться, но по узкому коридору разносилось только эхо моих шагов, да кровь стучала в висках. Всегда считала свой рост средним, но здесь приходилось хорошенько пригибаться, чтобы уберечь голову. Тоннель то сворачивал вправо, видимо, шел вдоль стены замка, то полустертыми ступенями уводил вниз. На моем пути попадались двери – видимо, потайной ход связывал разные комнаты. Я толкала створку и подносила поближе к ней подсвечник, чтобы не пропустить следующую подсказку, но пламя оставалось неподвижным, как и двери. К счастью, хотя бы развилок не было.
Где сейчас Роуз и остальные фрейлины? Известно ли им о смерти ее светлости? И что случилось со стражей замка? Будет ли Лидия ждать меня в конце пути? Все эти мысли я тщетно гнала из головы.
По ощущениям, я давно обошла замок по кругу и спустилась глубоко под землю. Так и до царства проклятых можно дойти. Подбадривания сейчас не помогали, спина и шея затекли, пальцы отказывались разгибаться от холода. Поэтому очередную дверь я толкнула плечом, особо ни на что не рассчитывая, и…
Она распахнулась настежь, с грохотом ударившись о стену. Я едва удержалась на ногах, чтобы не рухнуть со ступенек, да так и замерла с зажатым в руке подсвечником.
Мужчины, сидевшие за длинным дубовым столом, дружно повернулись в мою сторону. Напряженные, хмурые, злые.
Стража замка Норг!
Живые и невредимые. Впервые за несколько часов непроглядной тьмы в душе полыхнула радость. Я опустила подсвечник, и все вмиг ожили. Лязгнул металл, заскрипели скамьи, мужчины поднимались со своих мест. Я готова была бежать им навстречу, но магия ветра выдернула из рук подсвечник, подхватила меня и швырнула к столу.
– Лазутчица? – гневно поинтересовался рыжеволосый коренастый маг, в котором я узнала начальника стражи.
Что?!
– Нет! – воскликнула я. – Сэр Руперт, я младшая фрейлина…
– Она приведет артанцев! – перебил меня высокий стражник, имени которого я не знала.
Его слова подхватили вихри возбужденных голосов:
– Заколдована, как и остальные…
– Его силе невозможно противостоять.
– …он придет за нами.
– Убейте ее! Если он прочитал ее мысли и навязал свою волю, значит, у нас совсем не осталось времени.
Радость вмиг растаяла. От последней фразы я вовсе похолодела.
Только сейчас поняла, что они меня не узнали. И не узнают, потому что…
– Сэр Руперт… – сдавленно пробормотала я.
– Молчать!
– Амелия? – Руки и ноги были скованы магией, и я могла повернуть только голову. Столкнулась взглядом с Лидией, которая поднялась с ящиков в углу. – Что ты здесь делаешь? Где ее светлость?
– Ее больше нет, леди Лидия, – не стала лгать я.
– Ты это видела?
Я лишь кивнула, а старшая фрейлина прижала ладони ко рту и разрыдалась. Это словно послужило сигналом, кипевшие во мне ярость и скорбь выплеснулись на стражу.
– Ее светлость умерла, слышите? – прошипела я. – А перед смертью вручила мне перстень, рассказала про тайный ход и помогла спастись. Неужели для того, чтобы меня тут же убили воины-нифрейцы?
Сработало.
Мужчины опустили оружие. Хотя лица по-прежнему выражали подозрительность, на них проскользнул стыд. Сэр Руперт подался вперед, и магия перестала сжимать меня в тисках. Но сил в ногах почти не осталось, поэтому я оперлась о стол, чувствуя скрестившиеся на мне взгляды. Только Лидия, поглощенная своим горем, на меня не смотрела.
– Где перстень?
Я протянула начальнику стражи руку, и голос его окончательно потеплел:
– Так ты от нее знаешь про подземелье?
– Я не знала про него, пока не оказалась здесь.
Теперь я могла разглядеть низкие потолки и скромное пристанище стражников. Кроме этого стола да ящиков у стен, здесь ничего не было. Освещали зал лишь несколько факелов.
Один из мужчин указал мне место на скамье, и я благодарно кивнула.
– Где мы? – спросила осторожно.
– Это тайный зал, своды которого напитаны магией разума, ни одна мысль или слово не может пробиться наружу, – объяснил высокий стражник. – Поэтому артанский выродок нас не учует. Здесь мы в безопасности.
– А… что случилось с Древом? – поинтересовался совсем молодой светловолосый воин с другого конца стола.
– Оно погибло, – без зазрения совести солгала я. Обвела взглядом мужчин, их лица были преисполнены мрачной решимости. Покосилась на Лидию, но та вряд ли могла помочь. – Сэр Руперт, помогите нам с леди Лидией выйти из замка. Вы наверняка знаете все тайные ходы и тропы. Прошу вас.
– Нет, – отрезал начальник стражи. – Ее светлость мертва, Древа больше нет, и нам терять нечего. Отсюда больше не выйдет никто. Сегодня замок Норг станет могилой для артанских ублюдков. И для всех нас.
Осознание сказанного обрушилось на меня тяжестью камня, словно стража уже исполнила свое обещание. Осознание, с которым я безуспешно пыталась справиться.
– Что?.. Как?..
– У нас есть запас магии, – мрачно ответил сэр Руперт. – Его мощи хватит на то, чтобы обрушить опору замка.
Перевела взгляд на остальных воинов, но те молчали.
– Но там же люди! – Я вскочила из-за стола и оказалась лицом к лицу с начальником стражи. – Нифрейцы! Подданные ее светлости. Их вы спросили, прежде чем приносить в жертву?
Небо знает, как я ненавижу артанцев, но это бесчеловечно!
– Мы станем героями для всего мира. Лучше умереть с честью, чем жить рабом.
– Отсиживаться в подземелье вы называете честью? Или честь – это убийство ни в чем не повинных людей?!
Тяжелый кулак врезался в стол с такой силой, что кружки задребезжали.
– Хватит! – рявкнул сэр Руперт. – Я отправлю артанцев к проклятым, и точка.
Я задохнулась, готовая броситься на него, но тут услышала слабый голос Лидии:
– Амелия, они правы. Лучше умереть… и забрать их с собой.
Боги, нет. Я все еще не могла поверить, что они это всерьез.
Целый замок, наверху столько людей… женщины… дети.
– Вы ничем не лучше артанцев! – выдохнула я. – Остановитесь или…
– Или что? – презрительно процедил сэр Руперт. – Смирись с тем, что твоя никчемная жизнь подошла к концу. Смирись и не мешайся под ногами. – Он одарил меня полным ненависти взглядом и повернулся к воинам. – Начинаем!
Мужчины расступились, и в противоположном конце зала вспыхнул широкий, зависший в воздухе круг. Он горел белым и зеленым. Я ахнула, узнав опасное заклинание, порождение магии земли и ветра. Если каждый из стражников вложил туда свою силу, то никому не выжить.
– Нет! – Я бросилась вперед, но магический ветер, взметнув накидку, не позволил ступить и шага.
Все словно повторялось. Я смотрела, но ничего не могла сделать. Что я вообще могла? Рассказать о своей тайне? Нет, это бесполезно. Они ослеплены злобой и отчаянием, поэтому в лучшем случае просто мне не поверят. А в худшем… Что вообще может быть хуже?
Хуже может быть только уничтоженное Древо. Надежда Нифрейи.
Внутри все словно сковало льдом. И не только внутри, ветер хлестал по щекам. Я вновь попыталась шагнуть вперед, но меня отшвырнуло к стене. К рыдающей в голос Лидии, сцепившей руки так, что они побелели. Мужчины замкнули круг, и теперь магия вплеталась в их тела. От силы, что развернулась передо мной, взметнулись за спиной волосы. Треск молний почти заглушил речитатив заклинания.
Почему, ну почему я не маг? Сосуд… Ее светлость сказала: просто сосуд. Мне бы хоть каплю силы!
Хотя бы одну…
В груди полыхнуло жаром, в кончиках пальцев закололо, и я резко вскинула руки ладонями вверх. В тот самый миг, когда свод подземелья обрушился, погребая под камнями стражников, не успевших завершить заклинание. Пронзительно завизжала Лидия, круг полыхнул сильнее и погас. Я не успела даже выдохнуть, как в зал ворвались артанцы. Тех, кто выжил, добивали на месте, сполохи боевой магии взрезали пространство, впиваясь в тела стражников, пытавшихся отползти. Кошмар повторялся наяву.
Особенно когда в зал шагнул Мрак, и серебро, плескавшееся в его глазах, на этот раз отливало смертью.
– Спасибо, фрейлина, – презрительно произнес он. – За то, что привела меня к заговорщикам.
Сердце грохотало в груди, уши заложило от взрывов и стонов, от боли, что лилась рекой и впитывалась в кожу. Куски мозаики быстро сложилась в картину. Ужасающе отвратительную картину, от которой все внутри сковало льдом. Мрак закрыл меня в покоях ее светлости, чтобы посмотреть, что я стану делать дальше. Он не мог выследить стражу княгини из-за защиты, поэтому приказал оставить меня одну. Позволил сбежать, чтобы я привела в подземелье – в укрытие стражников. И все их стоны, все предсмертные хрипы, весь этот ужас… их кровь… На моих руках.
– Предательница! – завизжала Лидия. В голосе фрейлины было столько ненависти, что я отшатнулась. – Ты выдала нас артанцам!
Мир перед глазами задрожал, покачнулся, но теперь я не была уверена, что дело в магии.
– Это не я, – хотела закричать, но с губ сорвался какой-то хрип. Горло перехватило, сдавило тисками.
Это не я. Не я.
Не я обрушила потолок.
Не я обрекла всех на смерть.
Мрак оглянулся на старшую фрейлину, и в ее глазах отразились серебристые искры. По телу Лидии прошла судорога, она выгнулась дугой и рухнула как подкошенная. Я метнулась к ней, но артанец перехватил меня, дернул за волосы, заставляя запрокинуть голову.
– Замок Норг полон сюрпризов, – хрипло произнес он. – Но я бы разочаровался, если бы это было не так.
Боль отрезвила, привела в чувство.
– Отправляйся к проклятым! – прошипела я и охнула, когда он встряхнул меня и подтянул ближе к себе.
– По законам Артана предателя и убийцу ждет смерть. – Мрак провел пальцем по моей щеке.
– Я не убийца! – Дернулась еще сильнее, рискуя остаться без волос. На глазах даже слезы выступили.
– Правда? – Мрак отшвырнул меня, скалой нависая сверху. В глазах его клубилась магия, клубилась и обжигала – смотреть в них было физически больно. – Случись им замкнуть круг земли и ветра, все в этом замке отправились бы в обитель богов.
Сердце защемило, казалось, болеть сильнее оно просто не может, но болело. Мрак считал, что я должна была передать весть стражникам? Чтобы те воплотили в жизнь свой чудовищный план.
– Конечно же не ты прошла тайным ходом, чтобы предупредить стражей об уничтоженном Древе и смерти старой карги? Смерть артанца – не убийство? А что насчет остальных, фрейлина?
Магией ударило наотмашь. Ударило, опрокинув навзничь, заставляя судорожно хватать ртом воздух. До тех пор пока я не смогла приподняться, дрожащими руками опираясь о ледяной пол. Ладонь ужалило так, что я едва не вскрикнула: подо мной оказался кинжал, присыпанный каменной крошкой. Это был словно знак свыше!
Перехватив его, я рывком бросилась на артанского князя, короткий замах – и запястье обожгло болью. Кинжал звякнул об пол, а в следующий миг мне больно надавили на шею. В глазах потемнело, и я повисла в его руках сломанной куклой.
– Я сохраню тебе жизнь, фрейлина, – холодно произнес он. Холодно и равнодушно. – Ты привела меня сюда. За помощь надо платить.
– Подавитесь своей щедростью, – сдавленно прошептала я.
Меня с легкостью взвалили на плечо: не в силах пошевелиться, ткнулась лицом ему в спину. Перед глазами покачивался пол, обагренный кровью, волосы стекали по темной одежде князя. Камни рассыпались на нашем пути, и я закрыла глаза. Лучше смотреть в темноту, чем на монстра без сердца и совести и на оставшихся в подземелье навеки. Оставшихся там по моей вине.
«Предательница! Ты выдала нас артанцам!»
Крик и судорожный хрип Лидии, оборвавший ее жизнь, стали последней каплей воспоминаний. Я не обращала внимания ни на лестницы замка, по которым мы поднимались, ни на артанцев, попадающихся на пути. Мы вновь оказались в покоях ее светлости, и, когда за нами сомкнулись двери, Мрак швырнул меня на постель.
– Попытаешься бежать – умрешь, – жестко произнес он.
С губ сорвался смешок, я с трудом приподнялась на локтях: похоже, возможность двигаться понемногу ко мне возвращалась.
– Вы же обещали подарить мне жизнь!
– Жизнь. Не свободу. – Он шагнул ко мне, и я с трудом подавила желание отпрянуть. – Я научу тебя ценить жизнь, фрейлина. И свою и чужую.
Не говоря больше ни слова, артанец развернулся и вышел. А я без сил рухнула на кровать и закрыла глаза.
4
Весь остаток ночи я проворочалась: то соскальзывала в тяжелую полудрему, где меня мучили кошмары, то возвращалась к действительности. Вскидывала голову, и становилось еще страшнее. Потому что в голове возникали картины случившегося в подземелье. И, в отличие от снов, они были реальны.
Чтобы сдержать слезы, сильнее сжимала кулаки, вонзала ногти в многострадальные ладони. Кольцо клеймом горело на пальце, я несколько раз порывалась стянуть его и бросить в огонь. Но потом напоминала себе, что мой путь не закончен и что теперь только от меня зависит судьба Нифрейи.
Когда забрезжил рассвет, я чувствовала себя так, словно не спала сотню ночей. Голова болела, в глаза будто насыпали золы из камина. По крайней мере, именно так мне показалось, когда попыталась их приоткрыть. Скользнула взглядом по комнате и вздрогнула: у кресел стоял мужчина.
Остатки сна как рукой сняло.
Темноволосый артанец пристроил поднос со снедью и большим кувшином на столике. Я следила за ним из-под полуопущенных век, чтобы не выдать себя. Но он даже не смотрел в мою сторону.
Кто он?
Притворяться спящей дальше не было смысла, поэтому я осторожно стянула покрывало и села. От шнуровок болела спина, платье и накидка измялись, а другие остались в покоях для фрейлин. Поэтому я отыскала туфли и постаралась расправить юбки. Не сильно помогло. Обычно нам с Роуз прислуживала горничная, но теперь все это осталось в прошлом.
Артанец, что расставлял еду, обернулся на шорох и едва не сбил кувшин. В последний миг подхватил его, водрузив обратно на стол, и пробормотал:
– Извините… Кхм-кхм… – Он прочистил горло и поклонился со смущенной улыбкой. Правда, улыбка предназначалась балдахину, потому что на меня он старался не смотреть. – Доброе утро, леди.
Не знаю, от чего я опешила больше, от вежливости или улыбки артанца. На вид не старше, а может, и вовсе младше меня, невысокого роста, он улыбался так широко, словно мы были лучшими друзьями.
– Я принес завтрак, но уже ухожу.
– Это шутка? – Моему ледяному тону мог позавидовать даже сам Мрак.
– Шутка? – приподнял брови артанец и оглянулся на стол. – Нет. К сожалению, это все, что я смог достать.
Я всматривалась в него, пытаясь отыскать подвох и раздуть в душе пламя ненависти, но натыкалась на искренность.
– Я не про завтрак, – раздраженно махнула рукой. – Про то, как ты меня назвал.
Артанец сосредоточенно нахмурился.
– Ах, вы про леди? Но вы же леди!
– Я пленница.
– Но это же не мешает вам быть леди, – совсем сбил он меня с толку. – Вы первая пленница моего господина, остальные сами приходили.
По ощущениям, у меня глаза полезли на лоб.
– Простите, – непонятно за что извинился артанец.
Хлопнула дверь, и в спальню вошел Мрак. Внутри тут же поднялась волна гнева, которая осела горечью на языке, тяжестью легла на плечи. На нем совершенно не отпечаталась усталость бессонной ночи, в мою сторону он даже не посмотрел. Словно яростный огонь в глазах мне ночью привиделся. Мужчины не сказали друг другу ни слова, только серебро сверкнуло во взгляде князя. Молодой артанец тут же ушел, притворив за собой дверь. А Мрак направился к столику и скомандовал:
– Поторопись, если хочешь есть. Через час мы покидаем замок.
Час? Всего лишь час?
Так мало…
Бессмысленно спрашивать, относится ли ко мне это «мы». Вещи всегда путешествуют вместе со своим хозяином, а я теперь трофей.
Трофей.
Так называли кабаньи головы или оленьи рога, что вешали на стены после удачной охоты, а еще больших рыбин, которых удавалось поймать в море. Но не людей! От одних только попыток примерить это звание на себя накатывало отвращение. В Нифрейе не было рабства, и каждый человек рождался свободным.
Аромат выпечки и молока дразнил ноздри. Кроме хлеба на столе оказалось вяленое мясо, сыр и вареные яйца. Под пристальным взглядом замершего в кресле Мрака кусок не лез в горло. Но я все равно заняла соседнее кресло и заставила себя жевать. Назло ему! И чтобы не свалиться в голодный обморок. Пусть думает что хочет, называет, как ему вздумается, но я никогда рабыней не была и не буду!
– Почему я тебя не слышу? – хрипло спросил он, нарушая тишину.
Наверное, секрет этой хрипотцы крылся в его привычке приказывать мысленно. Со мной же приходилось разговаривать с помощью слов.
– Потому что я молчу, – ответила, рассматривая стену за его спиной. Гобелен валялся на полу, а тайный ход теперь закрывали камни – маги постарались, чтобы никто больше не прошел этим путем.
– Твои мысли. Они скрыты.
Продолжала есть, но почти не чувствовала вкуса. Внутри разрасталось напряжение, которое нельзя было выдавать. Я старалась не встречаться с Мраком взглядом, но этого было недостаточно. Все равно продолжала чувствовать его. При свете дня артанский князь выглядел менее мрачным: темные волосы падали на плечи, даже резкость черт немного смягчилась за счет исчезнувших теней, только глаза оставались холодными. Сейчас он казался моложе, чем представлялось вчера, но я хорошо помнила его истинное обличье. Слишком хорошо, чтобы поверить в обманку нового дня.
– Как ты это делаешь? – спросил он.
– Делаю что?
– Закрываешься от меня. – В его голосе скользнули ноты раздражения. – В чем суть твоей магии?
Разговаривать с ним не хотелось, но, возможно, получив ответы на свои вопросы, он просто уйдет.
– Это не магия, князь. Это моя особенность с рождения. Я ощущаю магию разума, но на меня она не действует.
– Почему?
– Никто не знает, – пожала плечами я.
Мрак подался вперед, сцепив пальцы в замок, взглядом приковывая меня к креслу. Хотя лицо его оставалось спокойным, я знала, что это тоже обман.
– И я должен поверить тебе на слово?
– А у вас есть выбор? – Я вздернула подбородок, несмотря на то что внутри все мигом сковало льдом. Прекрасно знала, что выбор есть всегда. Покосилась на его руки, вспомнив о той боли, что он уже причинил. Если артанский князь решит вытрясти из меня правду силой, выдержу ли?
Он не спешил разубеждать.
– Я разгадаю все твои загадки, фрейлина, – неожиданно произнес он. – Собирайся. Времени осталось мало. Браден проведет тебя вниз.
Браден? Это он про молодого артанца?
Я встала следом за ним.
– Мне нужно забрать свои вещи.
Наряды княгини не подходили мне по росту, да и брать их – настоящее кощунство. К тому же я привыкла к замку Норг, к небольшой комнате, которую делила с Роуз. Но помимо светлых воспоминаний там осталось все, что я привезла с собой из дома. А еще я хотела попрощаться с единственной подругой. И это стоило того, чтобы поступиться собственной гордостью.
– Прикажу, чтобы их собрали и принесли сюда.
– Я могу сделать это сама.
Мрак прищурился:
– Нет.
Ну и на что я надеялась?
– Позвольте хотя бы поговорить с подругой, – сделала последнюю попытку. – Ее зовут Роуз, она тоже фрейлина.
– Хорошо, – вдруг легко согласился Мрак. Подозрительно легко.
Его глаза полностью заволокло серебром. Серебром, за которым даже не рассмотреть зрачков. Ее светлость редко использовала магию, и ее взгляд лишь подергивался дымкой. Именно так княгиня общалась с фрейлинами или стражами, когда хотела скрыть свои мысли или сделать это незаметно. Я присутствовала при таких разговорах, замечала всякий раз. Но сейчас в комнате никого не было. Либо кто-то стоял за дверью, либо… Насколько же он могуществен?
Он протянул руку:
– Перстень. И больше никаких глупостей.
Сняла кольцо и вручила ему. Его ладонь обожгла, и я быстро отдернула пальцы, отворачиваясь к стене.
К счастью, Мрак сразу же вышел, оставив меня одну. Обещание свое он выполнил: через некоторое время вновь появился молодой артанец с моим сундуком, а следом за ним в комнату вошла Роуз.
– Роуз! – Я бросилась к подруге, заключила ее в крепкие объятия. Она обняла меня в ответ, но как-то слабо. Бледная, дрожащая, от улыбчивой хохотушки не осталось и следа.
– Что с твоими волосами? – тихо спросила она.
И тут пришло осознание, почему Мрак это сделал. Почему позволил нам увидеться.
Потому что не мог читать мои мысли, но мысли Роуз – вполне. Что бы я ни рассказала подруге, чем бы ни поделилась, все это тут же обернется против меня.
А поделиться очень хотелось. Болью. Скорбью. Страхами. А еще надеждой.
Но даже этого я была лишена. Пока Мрак видит во мне загадку, считает просто пешкой, пока не знает про Древо, я буду жить. Сейчас любые слова опаснее ядовитого кинжала. И не только слова. Мысли.
– Это все магия, – солгала, покосившись на юношу. Только бы не обратил на это внимание! – Меня задело заклинанием, когда… Когда на замок напали.
– А что с твоими руками?
Покрасневшие ладони и правда выглядели так, словно я заново училась вышивать. Не совсем удачно.
– Я просто упала.
Роуз осторожно погладила запястья.
– Нужно промыть и перевязать… Он велел собрать твои вещи и помочь тебе.
Подруга все время боязливо оглядывалась на молодого артанца, словно он вот-вот на нее накинется. Пришлось попросить его принести теплой воды. Стоило юноше выйти, Роуз горько разрыдалась. Я бы хотела присоединиться к ней, но понимала, что не могу себе этого позволить. Не сейчас, когда нужны все силы. Когда каждое слово смертельно.
– Роуз, что случилось? Тебя кто-то обидел?
– Артанец, – всхлипнула она. – Огненный маг. Один из тех, что стерег фрейлин в большой гостиной. Нас заперли там. Всех, кроме вас с Лидией. И ее светлости. Он вытащил меня за двери, сказал, что просто позабавится со мной, потому что я красивая, и чтобы я не сопротивлялась, если хочу жить. А потом…
У меня все внутри оборвалось, затопило горечью и отвращением.
Чудовища! Они все настоящие чудовища!
В памяти оживали прикосновения Мрака. Когда он держал меня за подбородок. Когда взвалил на плечо. Вчера меня спасло чудо, но Роуз не повезло.
– Нам сказали, что княгиня мертва, – пробормотала подруга, опустив глаза.
Я кивнула, и Роуз заплакала еще горше.
– Боги, пошлите ее душе лучший мир, – пробормотала она, сложив руки на сердце, – а этому артанскому зверю – адские муки. Всем им! За то, что они с нами сделали.
Меня передернуло. Обхватила ее заплаканное лицо ладонями, заставляя подругу смотреть мне в глаза.
– Он за все заплатит, – поклялась горячо.
За смерть княгини. За гибель стражников. За то, что назвал своей игрушкой и пытается подавить мою волю. За Роуз.
За Нифрейю.
Не знаю, сколько времени прошло, пока она перестала всхлипывать и обняла меня, как раньше. Только на этот раз крепко-крепко.
– Помоги мне переодеться, – попросила подругу, оглянувшись на дверь. Времени оставалось совсем мало.
В первую очередь открыла сундук и отыскала взглядом шкатулку. К счастью, она была на месте, и в ней – все мои сокровища. Остальное меня интересовало меньше.
Руки мы спрятали под перчатки, волосы под светлую сеточку, а измятую одежду сменили штаны и дорожное серое платье с длинными разрезами по бокам. В этом костюме я приехала в замок Норг. Впервые в жизни рассматривала громаду, заслоняющую половину неба. Тогда шел снег, и приходилось кутаться в черную накидку, отороченную соболем, потому что я отказалась от экипажа. Ехала верхом вместе с отцом и братьями, но с тех пор не садилась на лошадь: что достойно для мужчины, не подобает фрейлине ее светлости. Казалось, сотня лет минула, не меньше. Отец хотел для меня лучшей судьбы, поэтому и представил ее светлости, а мой дар привлек внимание княгини. Мог ли он предположить, как все обернется? Что дар заинтересует артанского князя и станет моим проклятием?
Мысли оборвались: молодой артанец пришел, чтобы проводить меня к своему господину. При упоминании Мрака губы Роуз снова задрожали.
– Что же с нами будет?
Этого я пока не могла знать. Нифрейцы лишились магии Древа, а значит, не смогут дать отпор и останутся беззащитными. До тех пор пока князь Брок не оживит родник. Но кое-что хорошее было точно: жители замка пережили эту ночь. Это немного согревало сердце.
– Все будет хорошо, – пообещала я, сжав ее руки.
– А с тобой?
– И со мной.
В больших глазах Роуз я прочитала сомнение, но времени убеждать ее не осталось.
За пределами покоев княгини я ожидала увидеть тьму и скорбь, но замок напоминал взбудораженный улей, а сквозь окна вовсю плескало солнце. По пути попадались артанские воины: все куда-то спешили.
Мрака я заметила, когда мы подошли к главному входу. Я вздернула подбородок и смело встретила взгляд, что прошелся по мне тысячей игл. В глазах артанского князя сверкали серебристые искры магии, способной подчинить любого. Любого, но не меня.
Чудовище. Зверь.
Но на каждого зверя найдется свой охотник.
Он никогда не сможет меня прочесть, и это – мое оружие. Оружие, которое сокрушит его, когда придет время.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?