Текст книги "Мятежница"
![](/books_files/covers/thumbs_240/myatezhnica-172068.jpg)
Автор книги: Марина Эльденберт
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
6
Поднялась я на удивление легко. Приказ Мрака выдвигаться как можно быстрее был мне даже на руку: ни общаться, ни видеть его не хотелось. Тело слегка ныло, но если вчера я могла продолжить путь лишь ползком, то сейчас даже не морщилась от боли. Стоило признать, что проклятый артанец прав – если не стану себя беречь, о побеге и тем более о спасении Нифрейи можно забыть.
Платье легко зашнуровывалось, именно поэтому я выбрала его в прошлый раз, когда путешествовала с отцом. Из-за удобства. Если бы знать наперед о том, что расшнуровывается оно тоже легко…
От одних только воспоминаниях о случившемся щеки начинали гореть, но я предпочитала грешить на утренний морозец: чем выше мы забирались, тем холоднее становилось. Жесткие прикосновения оживали в памяти, и все внутри переворачивалось от страха и жгучего стыда. Не говоря уже об обещаниях Мрака. Нет, больше он ко мне не прикоснется. Лучше я останусь одна и сама отыщу дорогу в Дибру, чем задержусь рядом с ним!
– Куда мы сейчас направляемся? – обратилась к Брадену, который ехал рядом со мной. – Князь сказал, что через два дня мы будем на землях союзника. Он говорил о проклятых?
Оруженосец побледнел:
– Нет, проклятые ни с кем не заключают союзов. Они проводники.
– Проводники?
– Когда нужно срезать путь, мы спускаемся под землю, а проклятые указывают дорогу.
По спине пробежал холодок, и я плотнее запахнула накидку. Мрак действительно могуществен, если сами проклятые заключают с ним сделки.
– И часто вы это делаете? Путешествуете таким образом?
– Только если дорога занимает слишком много времени.
– Какая разница? – нахмурилась я. – Что на поверхности, что под землей время движется одинаково.
Поймала неодобрительный взгляд высокого мага из княжеской свиты. Он сразу отвернулся, но я тут же заметила еще один, на этот раз направленный на Брадена. Напряжение заискрило в воздухе. Мое любопытство привлекло внимание. Это заметил и оруженосец.
– Лучше спросите у князя, – посоветовал он.
Да я лучше вон тот камень поцелую!
Продолжать беседу было бессмысленно. К тому же артанцы по-прежнему следили за мной. Поэтому я стала рассматривать снежные вершины, что возвышались над желто-красным лесом, холмы с пожухлой травой, черную ленту дороги, уводящую вверх, край озера. Все это гораздо больше напоминало мне о доме, чем ухоженный княжеский парк.
Все мои предки были потомственными магами. Родители не исключение.
Они познакомились в замке Норг. Мать была фрейлиной молодой княгини, отец приехал принести князю вассальную клятву. Задержался он надолго, потому что первая красавица отказывалась принимать предложение руки и сердца от северянина и покидать столицу. В долгие зимние вечера он любил рассказывать, как не давал маме прохода своими ухаживаниями. Называл ее неприступной крепостью, за что получал нахлобучку. Мама создавала вьюнок, который оплетал бороду отца, отчего он напоминал древесного божка. Отец отвечал ей тем же: посылал ветерок в сторону маминых юбок, на мгновение оголяя ее щиколотки и вызывая возмущенный вскрик. И пускай фокус повторялся из раза в раз, все мы начинали хохотать так, что статуэтки над камином тряслись.
Мои братья тоже родились магами, им подчиняется стихия ветра (именно благодаря ей они защищают дом от северных бурь) и немного – магия разума, которая работает как щит для мыслей. Вот только мне не досталось ни капельки родительских способностей. Возможно, именно поэтому я стала разочарованием отца. Местные маги отказывались свататься ко мне в мужья – вдруг рожу таких же обделенных магией сыновей? Кто тогда защитит дом от половодья или оползней?
Понимая, что замуж меня выдать не удастся, отец решил отвезти меня в замок Норг. Туда, где не придется выживать и где я смогу раскрыть свои таланты. Где буду счастлива.
И я была счастлива. До тех пор пока Артан не решил подмять под себя Нифрейю. А ведь мы находимся по другую сторону Великих гор. Да и родник в нашем княжестве был один. Уникальный, да, но, если артанский князь может использовать силу множества других родников, зачем ему Древо на другом конце света?
Я отыскала взглядом спину Мрака. Не нужно было видеть его лицо, чтобы оживить образ в памяти: губы сжаты, меж бровей залегла глубокая складка. Маска жесткости и безразличия. С чего я вообще решила, что ему нужна причина? Отметит на картах, что Нифрейя принадлежит ему.
Больше с Браденом я не заговаривала, даже когда мы останавливались, чтобы перекусить холодным мясом и размять ноги. Украдкой изучала свиту Мрака, чтобы понять, кто из них может представлять опасность при побеге. Воинов из ближайшего окружения было семеро, судя по внешности и говору, далеко не все артанцы. Самые высокие, похожие как близнецы, молчаливые и сосредоточенные – маги земли. В темноволосых, смуглых, со слегка раскосыми глазами и украшенными татуировками руками воинах угадывались покорители огня. Молодой, но почему-то седой маг с длинным тонким носом управлял воздушной стихией. Его, пожалуй, можно было назвать самым болтливым: он либо рассказывал о своих любовных победах, либо насвистывал одному ему известные мелодии. А вот о Брадене и его магии я ничего не узнала.
Ближе к закату, когда оказались возле Больших разломов, паутины глубоких ущелий, пошел сильный дождь. Хватило бы простенького, растянутого над нами щита мага ветра, но отряду просто объявили привал. Я едва успела остановить Ягодку, как меня подхватили сильные руки.
– Не надоело играть в боевого мага, князь, и носить меня на руках? Я же не княжна какая-нибудь, а простая рабыня.
Руки артанца крепко стиснули талию: судя по всему, мои слова не оставили его равнодушным.
– Рабыня, говоришь? – Голос его стал приглушенно-тихим, как первое рычание зверя. – Значит, сегодня будешь мне прислуживать.
Я похолодела, а Мрак резко отпустил меня – я покачнулась и едва устояла на ногах. Он направился в сторону воздвигаемого магами шатра, оглянулся лишь однажды, чтобы скомандовать:
– Иди за мной.
Уставшие артанцы посматривали с любопытством, маг со шрамом ухмыльнулся, и в этот момент мне отчаянно захотелось откусить себе язык. Вместо этого вздернула подбородок и последовала за Логхардом. Пока дошла, с шатром уже закончили. Для магов это вообще пара пустяков: он стоял ровнехонько под большим валуном, который защищал от дождя. Если до этого внутри всегда горел огонь, а возле стен были разбросаны шкуры, то сейчас шатер разве что укрывал от ветра.
Стоило войти, как Мрак взял меня за подбородок:
– Для начала устрой все на ночь.
Я вцепилась в сильное запястье, пытаясь отстраниться, но тщетно: держали меня крепко.
– Для начала? – Облизнула пересохшие губы. – А если я откажусь вам прислуживать?
– Будешь наказана, – холодно произнес он. – Как рабыня.
Ночь на коленях меня многому научила, но после его слов все внутри оборвалось. У северян не было рабов, но в ходу были самые разные наказания, в том числе пытка огненным кнутом. Откуда мне знать, какие забавы любит артанец?
Мрак отпустил меня и вышел, прежде чем успела ответить. Распрямила плечи насколько смогла, потому что тут же прострелило поясницу, и я едва не согнулась пополам. Превозмогая боль, разогнулась и обнаружила у входа набросанные в кучу шкуры. Из груди вырвалось тихое рычание, я метнулась к шкурам и принялась швырять их в разные стороны. Еще и потопталась, сколько хватило сил, а потом рухнула сверху. Ненавижу, как же я его ненавижу!
Ох, была бы я огненным магом, сейчас спалила бы все к проклятым!
На глазах навернулись злые слезы, но тут снаружи вспыхнул костер. Нужно и в шатре развести такой же, чтобы согреться, а то пальцы от холода сводит. Развести костер…
Я едва не подскочила.
Костер! Конечно! Логхард сам подарил мне прекрасную возможность осмотреть лагерь. Хочет сделать меня посмешищем? Да пожалуйста! Мне это только на руку.
Лагерь за тонкой стеной шатра гудел на все голоса. Быстро отпихнув шкуры в сторону, вышла наружу. Взгляд тут же зацепился за спину Мрака, который стоял у костра и беседовал с воинами. Вот и хорошо, что занят делами. Просто замечательно.
Я развернулась, пошла в другую сторону, кутаясь в накидку.
Так, шатров восемь, и все стоят по кругу. Одни побольше, другие поменьше. В них зажигали небольшие костры, в основном магией, мужчины таскали откуда-то воду. Видимо, рядом был ручей или река, где-то в ущельях. Вот бы найти его и умыться. Кожа уже зудела от дорожной пыли.
На окраине лагеря завернула за один из шатров, когда прямо передо мной вырос маг со шрамом и преградил мне путь. Я вздрогнула, но не отступила.
Ну и мерзкий же он!
– Я выполняю приказ князя, – заявила недрогнувшим голосом. – Мне нужно собрать ветки, чтобы развести костер.
Маг даже не моргнул. Я прикусила губу: выдавать знание артанского или нет? Впрочем, можно попробовать поговорить с ним на языке Кри, они соседствуют с Артаном, и у них схожие наречия. Повторила свои слова, и, к моему облегчению, маг снова осклабился. Показал неровные желтые зубы и ответил на крийском:
– В такой дождь нужно здорово постараться, чтобы найти сухие деревяшки.
– Значит, проверю свое везение, – сказала я и сделала шаг в сторону, чтобы обойти артанца. Или крийца? Его черные глаза были слегка раскосые, а кожа более смуглая, чем у артанцев, но произношение чистое.
Он не позволил мне пройти, мгновенно шагнул следом. Так близко, что я едва в него не врезалась. Успела уловить кисловатый запах пота с примесью дыма. Такой же отвратительный, как и он сам.
– Тебе бы сидеть в шатре, нифрейка, если не хочешь неприятностей.
Сердце сбилось с ритма, но я напомнила себе про приказ Логхарда. И огненному магу заодно, вряд ли он посмеет противиться воле своего князя.
– Мне нужно развести огонь.
– Такой?
На его ладони вспыхнул крошечный огонек, заставивший шевелиться волосы на затылке. Особенно когда маг поднес его к моему лицу. Огонек превратился в миниатюрную ящерицу.
Саламандра! Опасный огненный дух, рожденный из магии родника и подвластный магу. Ящерка перепрыгнула на соболиную опушку, пробежалась по накидке и растаяла. Растаяла ведь?
– Нет. – Я нервно сглотнула.
– Отчего же? Огонь как огонь.
Он схватил меня за руку, дернул на себя, снова обдав гадким запахом. Меня замутило от отвращения.
– Князь скоро наиграется, нифрейка, и тогда я подберу то, что ему не нужно. Мы с тобой развлечемся, обещаю. Люблю строптивых.
Я ударила локтем под дых и коленом между ног.
Била так, как учили братья, совсем не как разнеженная фрейлина.
Маг охнул, отпустил, а я бросилась бежать. Изо всех сил. Назад к большому костру, до самого княжеского шатра. Сердце трепыхалось как безумное, дыхание сбилось. Остановилась только перед шатром, прислонившись к плотной ткани и приложив ладони к груди. К счастью, никто меня не преследовал. С губ сорвался хрип, я сорвала перчатку, к которой прикасался артанец, и бросила на землю.
А вдруг это он надругался над Роуз? Сейчас я была почти уверена в этом и ненавидела его еще больше. Его и всех артанцев разом.
Неизвестно, кто хуже: князь или его свора.
В следующий раз нужно быть осторожной, очень осторожной.
Повторять вылазку не стала, чтобы не искушать судьбу. Отдышавшись, собралась с духом и выглянула из-за шатра. Костер полыхал так, что люди рядом казались тенями. Чтобы его поддерживать, мало одной магии, нужны дрова. Туда я и направилась. И оказалась права – высушенные деревяшки лежали под навесом, чуть поодаль от пламени.
Мрак стоял там же, но даже не взглянул в мою сторону. А вот взгляды воинов после встречи с огненным магом меня нервировали. Они были липкими. Липли к коже, к волосам и платью. Хотелось стряхнуть их, как стряхивают снег с накидки, но мерзкий криец прав – никто не посмеет ко мне прикоснуться, пока не надоем Мраку.
Набрала деревяшек ровно столько, сколько могла унести, и направилась обратно к шатру. Я постепенно успокаивалась, теперь размышлять было гораздо проще. Значит, передвигаться по лагерю могу спокойно, а вот выйти за пределы – нет. Пока. Пока ко мне не привыкли. Пока не свыклись с мыслью, что нифрейка безобидна. И это «пока» подстегивало мою решимость.
За пологом шатра было и вовсе спокойно. Насколько это вообще было возможно, если забыть обо всем случившемся. Сложила костер, отыскала два камешка и высекла искру. Добывать огонь северяне учили своих детей почти с младенчества, обладали те магией или были ее лишены. Пламя согревало, защищало от диких зверей, помогало прокладывать путь даже во тьме и приносило душевное тепло, так необходимое мне сейчас.
Деревяшки занялись не сразу, но потом вспыхнул огонек, разгораясь сильнее и сильнее. Я сочла это хорошим знаком. В голову пришла шальная мысль ослабить шнуровку платья, закопаться в шкуры и притвориться спящей. Назло Мраку! Но с него станется меня будить, к тому же я обещала себе не злить артанского князя. Поэтому уселась возле костра и потянулась руками к теплу, подвигала замерзшими пальцами. А если ненадолго закрыть глаза, можно представить, что это камин в большой гостиной и никакой беды с Нифрейей не случилось…
В шатре становилось жарче и жарче, я сняла накидку, которая оказалась на удивление сухой. Даже не сухой, обжигающе горячей, будто в нее завернули согретый в печи кирпич. Из-под воротника донеслось шипение, и внутри у меня все перевернулось от ужаса. Взвизгнув, отшвырнула накидку.
Она тут же зашевелилась, на темный мех вползла сияющая ящерица – скользкий подарочек огненного мага, и она явно готовилась к нападению. Черные глаза-бусинки нацелились на меня, капюшон раздулся, делая ее еще больше, хвост извивался волной.
По спине пробежал холодок, и я бросилась к деревяшке, а в следующее мгновение в дерево перед моим лицом вцепились крошечные, но цепкие лапы, вонзились острые зубы. Вскрикнула, отбросила в костер, и ящерка с шипением растаяла, только огонь окрасился зеленым, вспыхнул сильнее и перекинулся на шкуры.
– Ой нет! – успела прошептать, но меня уже оттолкнули в сторону, и Мрак решительно затоптал пламя.
Спустя минуту лишь мерзкая вонь паленой шерсти напоминала о несостоявшемся пожаре.
– Что это значит? – спокойно поинтересовался он. Как-то слишком спокойно.
В противовес голосу ледяной взгляд полоснул наотмашь, словно огонь не погас, а перекинулся на него. Я неосознанно обхватила себя руками, слова замерли на языке. Слова о том, что его человек пытался меня убить, подсунув саламандру. Ну или напугать и оставить парочку укусов, не ядовитых, всего лишь болезненных ожогов. О том, что испугалась. А еще извинения за то, что была неосторожна, но… Тут я вспомнила, что артанский князь знает все мысли своих воинов, а значит, в курсе огненного подарочка. И вовсе не против таких развлечений, иначе не смотрел бы на меня так, словно хочет бросить в костер следом за саламандрой.
Поэтому я упрямо сжала губы. Да что бы сейчас ни сказала, все обернется против меня.
– Отвечай, – повторил Мрак.
– Вы сами все видели.
– Я видел, что ты устроила пожар.
Внутри противно царапнуло. Я ведь всего лишь защищалась от клыкастой твари! Для магов такие забавы – веселье, пару мелких царапин они способный залечить за минуту. А для лишенных магии, как я, все не так безоблачно. Но я заставила себя проглотить обиду.
– Покажи руки! – рыкнул артанский князь, словно я прятала в кулаке саламандру.
Я неосознанно подчинилась, выставила вперед ладони: одна в перчатке, другая лишь замотана в ткань. Они оказались не слишком чистыми, но новых ожогов не прибавилось. Руки слегка подрагивали – меня до сих пор бросало в холодный пот. Быстро взглянула на Мрака, который продолжал хмуриться. О чем он только думает? И какое наказание ждет за поджог? В том, что оно последует, я не сомневалась.
И тут меня осенило.
– Вы сделали это нарочно! – выдохнула я, сжимая кулаки. Ну конечно! Он читает мысли, он видит все, что происходит в проклятом артанском войске. Он может управлять своими воинами. – Подослали мага, чтобы поиздеваться надо мной.
Взгляд Мрака задержался на моем лице. Все внутри перевернулось, особенно когда глаза сверкнули знакомым инеем.
– Я приказал приготовить шатер и развести огонь, – он шагнул ближе, навис надо мной, как Великие горы, – а не разгуливать по лагерю.
Я едва не задохнулась от гнева, запрокинула голову и процедила:
– Вы не запрещали… разгуливать, чтобы собрать ветки. Так что я всего лишь выполняла ваш приказ.
– Раздевайся.
Из меня словно выбили весь воздух.
– Что? – переспросила ошарашенно.
– Снимай одежду. Всю. – В рычание зверя ворвалась угроза. – Хочу рассмотреть получше… свою рабыню.
Мир перед глазами покачнулся, сжался до точки, во рту пересохло. Тело под его взглядом словно заледенело.
– Нет, – отрезала я, сложив руки на груди.
– Подчиняйся, если не желаешь нового наказания.
Я сглотнула, но не пошевелилась. Наказание… Пусть лучше так! Лучше так, чем раздеваться перед ним и снова терпеть его прикосновения. От замка Норг мы теперь далеко, до Роуз ему не добраться, а я все стерплю. Стерпела один раз, стерплю снова.
Молчание, за которым отчетливо слышался треск дерева в костре, было недолгим. Мрак вытащил короткий клинок из ножен на поясе и шагнул ко мне.
– Не желаешь раздеваться сама, я тебе помогу.
По голосу Мрака сложно было понять, зол он или нет. Он словно целиком состоял из осколков льда. Какой стороной ни повернешь – можно порезаться. У меня не получалось быть такой холодной, скорее колотило от жара. Особенно когда он обхватил меня за талию и прижал клинок к шнуровке, надавив на плотную ткань и заставив задрожать от жара рук, от жара ненависти, проросшей в душе.
Я замерла, окаменела. Дернуться посильнее – и кинжал войдет точно в сердце. Наверное, это будет больно, но быстро. А потом? А потом ничего не будет. Не такой судьбы я для себя хотела. Но самое страшное – вместе со мной погибнет Древо. А если раздеться… что может случиться? Со мной, но не с Древом, спасением целого народа. Все эти мысли пронеслись в голове, заостряясь на одной. Монстр! Какой же он монстр!
– Не трогайте! – прошипела, уперев руки в мужскую грудь. – Не прикасайтесь ко мне.
Голос дрогнул, и за нотки страха в нем я готова была проглотить собственный язык.
– Я сделаю это сама.
– Хорошо, – довольно прозвучало в ответ.
Он легко отпустил меня, убрал нож и отошел в другую часть шатра, где опустился на шкуры и вперил в меня холодный взгляд. Колени подрагивали, единственной мыслью было броситься к выходу, но сегодня мне уже прекрасно показали, что далеко не убегу. А с князя станется придумать потеху для всего лагеря.
Я понимала, что это все игра. Очень жестокая игра, в которой мне выпала роль главной игрушки.
Выдерживать его взгляд я больше не могла, поэтому повернулась к Мраку спиной. Это все равно не спасало от холода, хотя от костра веяло теплом. Я не видела артанского князя, но продолжала его чувствовать. Он все время следил за мной, создавалось впечатление, что на мне уже нет одежды. Жаль, из-за огненной твари лишилась защиты накидки…
Сцепила зубы и стянула сеточку: косы упали на спину. Еще немного времени я выиграла, медленно расплетая каждую. Потом взялась за сапоги. Пальцы подрагивали, перед глазами то и дело темнело, сердце билось у горла, но я продолжала. Это такое же наказание, как и ночь на коленях. Унизить тебя могут, только если ты сам это позволишь, а мне всего лишь нужно выжить. Выжить для того, чтобы потом убить этого мерзавца.
Если бы артанский ублюдок заглянул в мои мысли, они бы ему не понравились. Снимая каждый предмет одежды, я представляла, что вонзаю в Мрака клинок за клинком.
Платье упало к ногам, и я просто шагнула из него. Камни холодили ступни, но мне было жарко, кровь неистово бурлила в жилах. Я помедлила, а затем стянула легкие штаны, оставшись в одной нижней сорочке. Раньше такой меня видели разве что Роуз и еще горничная.
– Повернись, – ударил в спину хриплый голос.
– Такого уговора не было, князь.
– Всю одежду, фрейлина. До конца.
Остатки сил утекали, как вода в решето, будто на плечи опустили по огромной скале. Нужно было покончить с этим, поэтому я решительно сжала пальцы на подоле и резко стянула рубашку через голову.
– Подойди.
Будь ты проклят!
Обхватила себя руками, развернулась и направилась к князю. Смотрела куда угодно, только не на него. Взгляд зацепился за клинок, что лежал на шкурах рядом с артанцем. Если бы я только могла до него дотянуться… Даже ладони зачесались.
Остановилась в шаге от Мрака, сгорая от стыда.
– Довольны?
Вместо ответа он схватил меня за руку и резко рванул на себя так, что я оказалась зажата между его бедер.
– Ты когда-нибудь обнажалась перед мужчиной, фрейлина?
– Да как вы смеете?! – Я рванулась вперед, сама прижалась к артанцу и ухватилась за рукоятку клинка.
Запястье тут же обожгло болью, клинок вылетел из руки, пальцы лишь схватили воздух. Рывок – и мы поменялись местами: он швырнул меня на шкуры, навалился сверху, так что вышибло дух и потемнело в глазах. Мои руки спеленал над головой – ни двинуться, ни вздохнуть. А в живот уперлась мужская плоть, заставив меня ахнуть и забиться в крепком мертвом захвате.
Я шипела, дергалась, проклинала его, лягалась, но только сбила ноги и окончательно обессилела. Рванулась в последний раз и откинулась на шкуры. Обнаженная, распластанная под ним. Щеки горели, к горлу подступал комок, а все внутри скручивалось в тугой узел.
Наши взгляды встретились. Вместо равнодушия и холода в серых глазах горел огонь, от которого сердце пропустило удар. Я посмотрела на предплечье, где тонкое лезвие взрезало край рубахи и сквозь длинный порез сочилась кровь. Стало страшно, как никогда в жизни. Даже не выдержала и крепко зажмурилась, потому что однажды артанец уже простил мне нападение на себя…
– Тебе это нравится? – неожиданно спросил Мрак. Его дыхание коснулось уха, так что по телу непроизвольно прошла дрожь.
– Что? – выдохнула я, широко распахнув глаза.
– Дерзить. Испытывать мое терпение на прочность.
Я замерла, до боли прикусила губу.
– Отвечай.
– Я свободная женщина, как бы вам ни хотелось думать иначе.
– Женщине положено делать то, что велит мужчина и ее господин. Быть послушной. В Артане это называют мудростью.
Я не удержалась от нервного смешка. Интересно, артанские женщины думают так же?
– Если мудрость означает подчиняться тому, кто способен унизить женщину, то я отказываюсь быть мудрой.
– Защищать, – процедил он. – Жен. Матерей. Их дом. Ценой жизни.
– А взамен получить жизнь на цепи, – с отвращением выплюнула в лицо.
Если это вообще сейчас можно было назвать лицом. Черты Мрака исказились, заострились, вены на лбу вздулись, брови сошлись на переносице, а взгляд напоминал ледяную бездну, в которой бушевала серебряная метель.
Меня резко отпустили, не просто отпустили – отшвырнули в сторону. Магия разума теперь сияла не только в его глазах, она сочилась сквозь поры кожи, клубилась вокруг серебристым облаком. Давила даже несмотря на то, что не могла пробраться в мои мысли. Я почти физически ощутила, как она сминает меня, выжигает разум, превращая меня в безвольную куклу, которой все безразлично.
Логхард сдавил виски. Его колотило, изо рта вырвались серебристые искры и пар, который показался просто ледяным. Артанец закашлялся и повернулся ко мне спиной. Я все это время не дышала, даже не пыталась отползти. Это было не похоже ни на одну известную мне хворь. Магических болезней не существует, это я знала точно. Но тогда что это такое?
– Ложись спать, фрейлина, – прохрипел Мрак, когда кашель унялся. Все закончилось так же резко, как и началось: сияние померкло, и мне больше не хотелось бежать на край света, лишь бы подальше от этой пугающей, сокрушительной мощи. – Пока я не передумал.
Я не стала ждать, пока он передумает, поспешно отодвинулась к стене и закопалась поглубже в шкуры, бросив тоскливый взгляд на свою одежду. Что бы ни произошло с артанцем, это меня спасло.
– И еще. – Голос Логхарда звучал по-прежнему глухо. – Ты моя рабыня, фрейлина. Только моя. Если к тебе еще раз прикоснется другой мужчина, виновата будешь ты, и ты понесешь наказание.
Отвернулась, лишь бы его не видеть.
Предпочла думать о том, что колотит меня от холода. А еще о том, что, кажется, у всемогущего артанского князя есть слабость. Слабость, о которой я обязательно должна узнать все.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?