Читать книгу "Любовь Дракона"

Там были все книги, которые я изначально просила, а еще собрание сочинений «Открытые миры» в пяти томах. Сверху лежала записка: «Самой неординарной девушке, которую я встречал. Э».

Глава 7. Завтрак у господина, или Невеста года

Как и обещали Нагаши с Ларифой, для меня приготовили наряд, достойный невесты повелителя. Чтобы мой облик услаждал взор Рен А’Хара, а драконьи булочки (я сейчас про еду) случайно не попросились наружу при виде женских прелестей, меня обрядили в полупрозрачные шаровары, плотный лиф с полупрозрачными рукавами, а сверху все это полирнули не то такой же прозрачной вуалью до пят, не то паранджой. Вопрос, как в этом есть и не обляпаться, они, конечно же, не рассматривали.

– Красо-о-отка, – сообщил возлежавший на моей кровати Алавастор. Я швырнула в него расческой, чем вызвала недовольный шнырк в сторону и изумление служанок.

– Нервы, – пожала плечами я.

– О, вы волнуетесь перед встречей с господином! – воскликнула Ларифа.

– Не волнуйтесь, вы прекрасны! – поддакнула Нагаши.

Да что тут волноваться-то? Учитывая, что мой шрам надежно скрылся под вуалью, а поднятые наверх волосы в прическе наводили мысли не то про амазонок, не то про одалисок, я в принципе могла позиционировать себя как прекрасную. Хотя нас таких прекрасных там двадцать одна штука будет.

Нагаши ахнула, и я поняла, что последнее озвучила вслух.

– Для каждой из вас выбран собственный цвет наряда, – заверила меня Ларифа. – Для вас алый. Вы уникальны.

Да что тут уникального-то? Мы ж как трусы неделька в упаковке на двадцать один день. И где они двадцать один цвет нашли? Оттенки я еще понимаю.

Впрочем, душевная доброта Эдара настолько меня впечатлила, что я даже не стала особо противиться судьбинушке и направилась вслед за служанками к месту встречи. Невесты топтались в ожидании приглашения в большом предбаннике, читай, зале ожидания, в большую столовую. Все они сбились кучками вокруг своих наставниц. Я с тоской посмотрела на Агари, которая поманила меня к себе.

В нашу семерку, помимо меня, входили та самая красноволосая драконесса и темноволосая смуглянка. Астрея и Эррьяна. А вот остальных я сильно боялась напутать, потому что когда они представлялись, я считала ворон. Или кто у них тут летает.

– Напоминаю, девушки, что ваше первое испытание начнется уже сегодня. Хотя это и не испытание, – Агари выразительно посмотрела на меня, – нужно быть предельно внимательными. Соблюдать этикет. Не разговаривать, пока господин не спросит.

Мои брови под паранджой медленно ползли вверх, но я их остановила до того, как они добрались до прически. К счастью, этого никто не заметит.

– Астрея, что надлежит делать, если господин к тебе обратится?

– Опустить глаза и ответить.

– Тимита, что станешь делать, если ты уронила прибор?

Невысокая пухленькая девушка закусила губу, а после произнесла:

– Сделаю вид, что ничего не произошло, а после того, как слуга подаст мне новый, продолжу есть.

– Как быть, если ты запачкалась, Эррьяна?

Да-да. Этот вопрос меня тоже очень волнует! Темноволосая посмотрела почему-то на меня, а потому надменно произнесла:

– Нужно взять салфетку и уронить ее на пол. Подбежавший слуга всем займется.

Понятно. Не невестинское это дело, самой одежу вытирать.

– Любовь, – Агари посмотрела на меня. – Что станешь делать, если господин задаст провокационный вопрос?

– Почему мне?

Я сказала это громче, чем предполагалось, и на меня посмотрели не только семеро чирлидерш из моей команды, но и оставшиеся четырнадцать из других. Включая их наставниц.

Агари сдвинула брови:

– Я говорила, что имею право вас наказывать?

Вообще говорила, но я думала, что это больше для устрашения.

– Так вот, Любовь сегодня лишается десерта. На весь день.

Ой да пожалуйста! Сами зарабатывайте свой сахарный диабет.

– Кто хочет ответить на вопрос? Эррьяна?

– Нужно опустить глаза и ответить: прошу прощения за мою дерзость, но я бы предпочла промолчать.

Я промолчала. Потому что мало ли, чего меня могут еще лишить. Ладно если какого-нибудь кушанья, а если мгновений уединения вдали ото всего этого кошмара? Как вообще Миранхард, будучи правителем, путешествуя к Фениксам и Играм, проводя с ними переговоры, может следовать таким дремучим и диким традициям? Ему самому не тошно? Он тут вообще как себя чувствует?

Увы, спросить все это мне не представлялось возможным: не у кого. Миранхард недосягаем, невесты агрессивны или равнодушны, Агари… та так вообще, ужас летящий на чем попало. Жаль, Эдара не будет на этом завтраке. Очень жаль.

На этой мысли двери с той стороны распахнулись, и слуги, низко поклонившись, позвали нас присоединиться к завтраку господина.

В отличие от вчерашнего уютного завтрака, здесь мы все оказались в просторнейшем зале: светлом, как и все в этом дворце. Двери на балкон были распахнуты, и прохлада выложенного мрамором зала смешивалась с пылающим зноем местной наружи. Миранхард восседал на своем месте, читай, во главе стола, за его спиной во всю стену раскинулся гобелен, на котором драконы парили в небе над морем.

– Доброе утро! – поприветствовал нас один конкретный.

В ответ невесты зашуршали шлейфами и балетками по мрамору. Я для себя решила мимикрировать под окружающую действительность, чтобы не особо выделяться. Все-таки животный мир и растения, которые так делали и долгое время выживали – не идиоты. Тысячи лет эволюции, все такое.

И все же, пока мы шли разноцветным гуськом, я не могла перестать смотреть на Миранхарда: да, раньше дракон казался мне заносчивым, невыносимым снобом, общаться с которым может только совершенно уравновешенная психически личность (коей я, разумеется, не являлась). Но все, что здесь творилось сейчас… его реально не затошнит от таких невест, а потом и жен? Как они тут со скуки не помирают с такими традициями?

Увы, вопросы были риторическими, поэтому я уселась по одну сторону стола, вместе с Агари и остальными сестрами по несчастью, напротив нас уселась вторая команда, а третья рассредоточилась и рядом с нами, и рядом с той. Но нам достались самые козырные места, я считаю: я могла смотреть в окно и любоваться видами на залитый солнцем город.

Тем временем к столу приблизились слуги, убирая крышки с многочисленных блюд. Умопомрачительные запахи выпечки, сладостей, пряностей и трав разнеслись над столом, но, памятуя о вчерашнем проколе, я ждала остальных. Первым, разумеется, к трапезе приступил дракон, и после этого напряжения в зале стало как-то поменьше.

Особенно когда он спросил:

– Как прошел ваш первый день во дворце?

Я внимательно посмотрела в тарелку: мне же нужно было сидеть с опущенным взглядом. А еще поди догадайся, кому предназначается вопрос, когда его задают так, глядя на всех и ни на кого. Но все оказалось гораздо проще – вопрос был задан для всех. Повезло мне, что отвечать начали с того конца стола.

– Восхитительно, мой господин! Я провела чудеснейший день, познакомилась с остальными девушками и насладилась вечером в купальне…

– Невероятно! У вас такие красивые сады! Нигде больше таких не видела.

– Я позволила себе прогулку по дворцу в сопровождении служанок! Это невероятное сооружение, а музыкальный салон…

Больше всего комплиментов, конечно, досталось купальням и садам, но и дворцу тоже перепало. Хотя косвенно они все предназначались Миранхарду, девушки без устали восхищались беседками, дорожками, видами с дворцовых балконов, купелью с ключевой ледяной водой и согревающими ваннами, и бла-бла-бла-бла, бла-бла-бла-бла, бла-бла-бла-бла.

И все бы хорошо, но очередь неумолимо приближалась ко мне. Тоже что ли про дворец сказать, подумалось мне. Ну а что? Я гуляла по нему? Гуляла. Могу сказать, что он красивый? Могу, я правда так думаю. Так зачем выделяться из коллектива?

– Размышляла над вариантами тимбилдинга.

Иногда мне кажется, что внутри меня помимо Любы, отвечающей за выживание и мимикрию, сидит еще Любаша-от души-фигашу. Которой совершенно без разницы, что с нами будет, что нам просто нужно с минимальными потерями пройти отбор и выбыть на Землю, а там уже действовать по обстоятельствам. Хотя… нет, мне не кажется.

– Еще я ходила в библиотеку, и она реально впечатляет, – продолжила я. – К сожалению, мне отказались выдавать интересные книги, но я все равно поработала над предложением. Его сейчас можно озвучить или чуть попозже?

«Невеста года!» – восхитилась та самая Любаша.

«Нам каюк», – грустно призналась Люба-мимикрия.

– Тимбилдинг? – уточнил дракон, глядя на меня в упор.

Вот как в таких обстоятельствах опускать глаза и не выделяться из толпы?

– Простите, – я выпуталась из паранджи и откинула красную вуаль назад, чем вызвала коллективное «ох». – Мне просто все время кажется, что я зажую эту ткань, когда говорю, и это будет совершенно не по этикету. Тимбилдинг… – Продолжила я, глядя дракону в глаза. – Это объединение коллектива. То есть командная одежда, командная сувенирка, командные активные игры, ну и в целом все такое, направленное на сплочение будущих жен еще до того, как мы ими станем. В моем мире, если такое успешно провести, потом никто не хочет увольняться… тьфу, уезжать. То есть даже после того, как ваш отбор закончится, все мы останемся друзьями и будем ходить друг к другу в гости. Иногда с мужьями.

Кроме меня, но это детали.

– Могу я сказать, мой господин? – раздался елейный голосок Агари. Хотя это с ним она так покорствовала, на меня же метнула убийственный взгляд, который должен был превратить меня в никчемную лужу и побудить впитаться в подпопную подушечку.

Миранхард, до этого смотревший на меня, кивнул ей.

– Мы планировали делать все то же самое, мой господин! Проводить время за чтениями и музицированиями, в совместных прогулках, общении…

– Но элемент неожиданности и сюрприза у вас все равно отсутствовал. То есть, мы все знаем, что нас ждет. Представляете, какой стресс испытывают девушки, готовящиеся к испытаниям на протяжении месяцев? Это же как…

Я задумалась.

– Непрекращающаяся сессия!

Меня сия участь обошла стороной, моим образованием после попадания сюда занималась ба. Но иногда мне казалось, что лучше бы я училась в земном универе у самых строгих преподов, потому что временами ее запросы казались ну очень завышенными.

– Сессия? – осторожно спросила одна из возможных жен по ту сторону стола, худенькая блондинка. – Это что?

– Это когда студенты учатся, учатся, учатся… а потом две недели кошмара, когда они сдают экзамены. То есть с них спрашивают все, что они прошли за полгода, все знания по множеству предметов. И если они отвечают неправильно…

Я сделала многозначительную паузу.

– Ох! – ахнули невесты. Видимо, впечатлились.

Над столом понеслись шепотки: здесь система образования была несколько иной, поэтому мои слова стали для них открытием. Что же касается Агари, она разве что не позеленела от злости.

– Девушки! Напоминаю о том, где мы и кто мы! – едва сдерживаясь, чтобы не зашипеть, произнесла она, и снова воцарилась гнетущая тишина. – Этой девушке сладости не кладите, она наказана!

Осадила наставница слугу, который собирался положить мне на тарелку вкусно пахнущую пахлаву или как она тут называлась.

– Почему? – Голос дракона прозвучал как гром среди ясного неба.

Я с интересом посмотрела на Миранхарда, а вот Агари – так, будто съела что-то несвежее.

– Она перечит, перебивает и выказывает неуважение к нашему образу жизни!

– Каким образом?

– Отвечает вопросом на вопрос!

– Сделаем скидку на незнание наших традиций, – произнес дракон. – И разве это не ваши обязанности, донести до девушки, как она должна себя вести? Как ей надлежит себя вести, чтобы стать мне достойной женой?

Ну вот, а все так хорошо начиналось. Хотя в принципе я готова ему была даже простить последнее, потому что Агари все-таки сначала побелела, а потом по ее щекам пошли красные пятна.

– Я рассказала все, что надлежит, мой господин. Я…

– Не будем рубить с плеча. Все заслуживают второго шанса. В том числе вы, ведь Любовь находится под вашей ответственностью.

Ладно, ты его тоже заслужил после такого, подумала я. Агари закивала, хотя по виду, она только что подавилась чем-то горьким и несвежим. Тем не менее мне положили пахлаву, а дракон добил всех присутствующих:

– Идея с тимбилдингом мне нравится. Жду деталей до конца завтрашнего дня. – И так выразительно на меня посмотрел, как будто на свидание приглашал, а не на планерку по поводу брачного корпоратива.

Невесты продолжили говорить о таком, какие красивые здесь сады и купальни, а я жевала сладости и почему-то не могла перестать улыбаться.

Глава 8. Теория невероятности

– Это похоже на попу без ягодичной складки, – заявил Алавастор. Дракончик-дух свернулся клубочком у меня на спине и заглядывал мне через плечо, пока я, пользуясь случаем, щедростью Миранхарда и переданной его братом литературой, готовилась презентовать обещанный тимбилдинг.

– Это клубника! – возмутилась я.

– Это попа без ягодичной складки. С прыщами.

Я решила больше не тратить время на диалог в стиле анекдота, что было первым – попа или яблоко, и захлопнула папку с рисунками.

Ко встрече с Миранхардом у меня было готово почти все: план по сплочению невест, командные игры, рисунки для сувенирной продукции. По ходу действия я так вдохновилась, что даже нарисовала призы и предложила варианты костюмов, в которых невесты могли щеголять не только во время игр, но и на отборе.

Последнее, правда, маловероятно, но попробовать стоило. Мало ли, вдруг его драконье великолепие сладостей своих объелся и одурел настолько, что и это тоже мне разрешит.

– Без вариантов, – ответил Ал.

– Тьфу ты!

Освобожденная до завтрашней встречи от всех невесто-сходительных мероприятий, я ушла в свое дело с головой настолько, что начала заговариваться. В смысле, озвучивать то, что думаю. Надо с этим поработать, пока я не сказала Миранхарду все, что о нем думаю.

И ладно бы там были исключительно мысли о том, как я на него злюсь за все, что происходит. Сейчас к этому добавилась еще и благодарность за то, что поставил Агари на место – она до конца завтрака сидела и пыхтела, как пылесос «Ракета», который валялся у ба на даче на чердаке. Правда, на это пыхтение никто не обращал внимания, а что было дальше (сколько еще невест лишились сладкого из-за ее дурного настроения) я не знала, потому что меня отпустили к себе. Снова благодаря Миранхарду.

Вообще, в моей Вселенной два слова – Миранхард и благодарность – не сочетались ну никак. До вчерашнего дня. А тут на тебе… и я не представляла, что с этим делать. Мне полагалось злиться на дракона, ненавидеть дракона, желать ему всего самого лучшего, то есть импотенции, а я сидела и думала о том, как мужественно он смотрелся за столом. Особенно когда сказал Агари, что она может идти… в лес за клубникой.

– Ты чего такая мечтательная? – поинтересовался Ал, понимая, что провокация по поводу попы не удалась.

Но эта тоже не удалась. Сегодня я была на редкость благодушно настроена.

– У меня хорошее настроение.

– У тебя – что?! – наигранно изумился дух. – Погоди. Дай-ка потрогаю лоб… ты не заболела?

– Уйди, животное, – отмахнулась я, когда маленькая драконья лапка потянулась к моему лицу.

– Так. Так… она все еще пытается огрызаться, но уже как-то несмело. Не по-настоящему. Предположительно, у нас проблемы.

– Какие? – уточнила я.

– Ну как… ты не дерзишь. Не фонтанируешь сарказмом. Не лежишь попой кверху с мыслью, что все тлен. Я начинаю опасаться за сохранность мироустройства и Вселенной в целом.

– Не переживай, – я щелкнула его по носу. – Ты, похоже, делаешь это за меня, так что Вселенная в безопасности.

– Э-э-э… – многозначительно произнес Ал.

– Пойдем со мной? – предложила я, поднимаясь с кровати. – Познакомлю вас с Миранхардом. Думаю, ты ему понравишься.

– Почему?

– Как – почему? Ты же дракон, и… о!

– А! – пискнул дух, когда я его схватила и прижала к себе.

– Ты будешь символом отбора.

– Че-го?!

– Символ обязательно сопровождает какое-нибудь массовое мероприятие, это что-то вроде логотипа для компании или маскота для бренда.

– Перевод, пожалуйста? – запросил Ал, пытаясь вывернуться из моих объятий.

– Как бы тебе объяснить? Знаешь, что такое герб?

– Конечно!

– Вот! – обрадовалась я. – А символ – это то же самое, только не для рода, а для мероприятия. Дракон женится, символом отбора тоже будет дракон. Мило? Мило!

– Я так не думаю, – проворчал Ал. – Это несерьезно! Миранхард на тебя разозлится и запретить тимбилдничать!

– Что значит – несерьезно?

– Я маленький дракон и ненастоящий! Я вообще дух рода алых сирин!

Воспользовавшись моей заминкой, дракончик все-таки выскользнул из ослабевшего (сила ушла на придумывание контраргумента) захвата и исчез.

– Ну и сиди тут один! – крикнула я. – Кто мне рассказывал, как ему надоело находиться в забвении без возможности воплотиться?

– Если бы ты видела меня в моей настоящей плоти, ты бы меня поняла, – донеслось откуда-то.

Я так и не поняла откуда. Дух алых сирин оказался крайне непредсказуемым, он мог быть дракончиком, мог – видимой только мне голубой дымкой, а мог вообще исчезать, чтобы избежать нежелательных последствий. Я подумала, не рассказать ли ему про олимпийского мишку восьмидесятых, но решила, что не стоит. Все равно не проникнется и объявит несерьезной.

– Передумаешь – дай знать, – напомнила я.

Ответом мне была тишина, ну а мне пора была собираться. Сначала я хотела нарядиться в традиционный наряд народности Люба, но потом передумала. Джинсы и майка – это, конечно, хорошо, но не для местного климата. А еще на переговоры с драконами лучше надевать национальную одежду, потому что это вроде как дань уважения традициям. Ба и Вера считали, что я ничего не смыслю в жизни и что она меня ничему не учит, а вот выкусите теперь!

Единственное, что я не стала надевать – вуаль-паранджу. Я в ней путалась и больше напоминала себе пыльный торшер в гостинице «Националь», чем девушку. К тому моменту, когда за мной пришли Нагаши и Ларифа, я крутила себе волосы в пучок и держала в зубах заколку, которой реально можно было кого-нибудь заколоть. У меня таких теперь было десять штук и все с разными камнями разной степени узорчатости.

– Как же так, госпо… Люба!

– Мы должны были вам помочь одеться и привести себя в порядок!

– Зато не опоздаем, – прекратила стенания служанок я. – Сколько у нас там времени?

– До встречи с господином еще полчаса.

– Тогда давайте прогуляемся по дворцу, – не помешает и мне как следует впечатлиться окрестностями.

Заодно мысли приведу в порядок, выстрою все в нужной последовательности и перестану думать про Миранхарда, как про благодетеля всея Драонастрии.

Девушки покорно поклонились, и мы пошли на выход. Папка с эскизами и планами немного подрагивала в руках – вообще с чего бы? Поэтому я мало что замечала.

«Вот сюда направо купальни».

Купальни посмотрим потом.

«А отсюда открывается прекрасный вид на фонтан».

На фонтан и правда вид был красивый. Просторная длинная открытая галерея-балкон с широченными, разделенными тонюсенькими каменными вьюнами окнами, открывала со своей высоты вид на внутренний двор. В самом центре его располагался фонтан, раскинувший мощные крылья дракон, из пасти которого вместо пламени ввысь, выше балкона, на котором я стояла, взлетала вода. Сам дракон был темно-красным, из-за пламенного цвета камня внутри вода казалась огнем. Дворик был достаточно зеленый, в беседках можно было укрыться от жары, так же, как и в тени деревьев.

Нет, Миранхард все-таки реально драконошейх. Не удивлюсь, если у него тут еще и насыпные острова имеются.

Мы двинулись дальше, и из галереи перешли в закрытую часть дворца. Я получила возможность заглянуть в музыкальный салон, а дальше располагались гостиные. Мраморная гостиная, огненная гостиная драконов, гостиная фениксов, гостиная игров… Все они были оформлены в цветах и в соответствии с предпочтениями и местами обитания других рас.

– Далее идут гостиные невест, – произнесла Ларифа. – А после они станут гостиными жен.

– А гостиные предыдущих жен где? – спросила я. – У отца Миранхарда же тоже должно было быть семеро жен?

Да и вообще, надо побольше узнать о семье драконошейха. Закопавшись в свои страдания, о таком я как-то не думала. Будем честны, я вообще мало о чем думала.

Нагаши уже собиралась ответить на мой вопрос, но в этот момент из-за ближайшей двери до меня донеслось:

– Конечно, ей нужно как-то привлечь внимание! Вы видели ее лицо? А этот ужасный шрам? Я бы на ее месте тоже делала что угодно, чтобы меня заметили.

Служанки переглянулись и побледнели так, что могли цветом лиц посоперничать с мрамором пола. Как будто это они несли ту хрень, которую я сейчас услышала. Поразительно, но… я не почувствовала ничего. То ли у меня атрофировались чувства по поводу моей внешности, то ли что еще, но мне не было больно. Мне не было обидно. Мне было никак. Правда, пресечь это стоило на корню.

– Тук-тук, – сказала я, заглядывая за дверь.

Оказалось, это невесты из моей группы, я по голосам их еще не узнавала, но совершенно не удивилась, что все смотрят на черноволосую смуглую девушку.

– Привет, – сказала я уставившимся на меня претенденткам, – это я, любительница привлекать внимание с ужасным шрамом. Кстати, попытка опустить соперницу, указывая на внешние дефекты, говорит об интеллекте инфузории-туфельки. Попробуй выяснить, что хорошего есть в тебе самой, чтобы не пришлось возвышаться за счет других.

Можно было еще завернуть, что я сейчас иду на личную встречу с Миранхардом, а она тут сидит и брызжет ядом, но это было уже больше в ее стиле, поэтому продолжать я не стала.

– Хорошего вечера, девушки!

Помахала невестам ручкой и закрыла за собой дверь раньше, чем любительница замечать чужие недостатки закрыла свой рот и снова его открыла, чтобы мне ответить.

– Ну что? – сказала я служанкам, которые смотрели на меня во все глаза. – Ведите дальше.

Когда меня перестал волновать собственный шрам? И перестал ли? Я даже потрогала скулу, чтобы убедиться, что он на месте, что все происходящее мне не приглючилось, и что я в своем уме. Но нет, шрам был на месте, и мне было совсем не больно от ее слов. Возможно, потому что эта девица была для меня никем, вот если бы такое сказал кто-то из моих близких… А у меня вообще остались близкие после всего?

Мысленно отвесив себе подзатыльник (не время сейчас скатываться в философию и страдашки), я поняла, что служанки так и не двинулись с места.

– Вы такая спокойная, – произнесла Ларифа, приложив руки к груди.

– С таким достоинством ей ответили, – вторила ей Нагаши.

Сюда бы сейчас мою семью, я бы на них посмотрела. Не скрою, мне было приятно такое услышать, потому что обычно я слышала, что я взбалмошная, нерассудительная, спонтанная и совершенно неуправляемая. Хм.

Я благодарно улыбнулась служанкам, и мы продолжили путь. На сей раз мы шли уже в кабинет дракона, и мое спокойствие внезапно начало улетучиваться. Я вдруг поняла, что именно его мнение по поводу моего шрама меня как раз и волнует, потому что начала привычно выдергивать прядь из прически, рискуя разрушить всю конструкцию высокого хвоста.

Когда мы гуляли по дворцу, все было окей, но сейчас, чем ближе я подходила к Хренахаровой обители, мне становилось все больше и больше не по себе. Сердце дергалось внутри, как на ниточках, а я сама чувствовала себя так, будто иду на экзамен. На тот самый, о котором недавно рассказывала.

Я даже сбавила шаг, но отступать все равно было некуда: девушки привели меня к двойным арочным дверям, справа и слева от которой стояли стражники. Одетые в темно-красную знакомую мне форму, правда, без нашивок, с тюрбанами на голове. Прям Великолепный век во всей красе, только красы не хватает.

Двери передо мной распахнули Нагаши и Ларифа, и я шагнула в… кабинет. Если можно было так выразиться. Это просторное помещение меньше всего напоминало кабинеты в общепринятом стиле. Очередной роскошный зал с балконом, диванчиками, разбросанными повсюду алыми подушками с кисточками и без.

Полки здесь были, их украшали книги и свитки, очевидно, необходимые Миранхарду в работе здесь и сейчас, а еще здесь было столько солнца, что я совершенно не ощущала рабочей атмосферы. Особенно когда, заслонив эти самые солнца, дракон поднялся мне навстречу из огромного кресла.

Здесь он был не в форме… в смысле, в форме он был, еще в какой, но эти их восточные наряды, обнажавший мощную грудь вырез на свободных одеждах, выбил из моей головы остатки мыслей. Пожалуй, сейчас инфузорией-туфелькой себя почувствовала я. Даже не туфелькой, а тупелькой, потому как пялилась в этот самый вырез с единственной мыслью: «Ы».

В сознание меня привели сначала звук захлопнувшихся за спиной дверей, а после глубокий низкий голос дракона:

– Рад вас видеть, Любовь.

Что, правда? Хорошо хоть я не сказала это вслух, иначе моя самооценка, немного подросшая после происшествия с невестами, моей реакции на него и комментариев служанок, пробила бы этот пол, а заодно и дно земель Драонастрии.

– Взаимно? – отозвалась я.

– Вы меня спрашиваете? – почему-то уточнил Миранхард и приблизился ко мне. Я прижала папку к груди, как щит, хотя вряд ли она бы меня защитила. Если бы дракон захотел сделать… что?

– Я принесла документы, – сказала я, быстро переключая себя на деловой настрой. – И эскизы, чтобы нам было о чем поговорить предметно.

– Хорошо, – Миранхард указал на те самые разбросанные подушечки. В его кабинете помимо стола большого, за которым можно было работать, стоял еще невысокий. На нем сейчас стояли блюда с фруктами, сладостями и еще с каким-то вишневого цвета напитком в узорчатом графине. – Прошу.

Мне пришлось приложить усилия, чтобы сесть не как счастливая собака, увидевшая хозяина, то есть не плюхнуться попой прямо вниз. Вот чему мне однозначно стоило поучиться, так это как здесь красиво садиться и вставать по-драконьи. Со стульями я, слава всем кому только можно, подружилась еще в тереме алых сирин, но это было что-то новенькое. Новый уровень.

Зато Миранхард сел так, как мог сесть только он, в смысле, потомственный дракон, правитель Драонастрии, который делал это с детства. Легко и непринужденно. Скрестил ноги по-турецки (уверена, он про Турцию даже не слышал) и предельно серьезно произнес:

– Я вас внимательно слушаю.

Я решила не отвлекаться на странную реакцию организма на дракона и приступила к изложению своей идеи. Первым пунктом у меня шло сплочение коллектива с помощью возможности никогда никого из этой компании больше не видеть. То есть реальная возможность проводить время в одиночестве, гулять, отдыхать в свое удовольствие и в целом наслаждаться жизнью так, как хочется конкретной девушке, а не так, как придумала Агари или ее подпевалы.

– Вам не кажется, что это противоречит самой идее сплочения? – поинтересовался дракон.

– Не кажется. Иногда, чтобы понять, насколько тебе кто-то важен, нужно побыть от него вдалеке. Даже сама возможность проводить время отдельно от других девушек – уже прекрасная возможность начать скучать по женскому обществу.

– С вами такое сработало бы? – Миранхард пристально посмотрел на меня.

– Со мной нет, но я не лучший показатель, – призналась я. – Я привыкла быть одна, мне это нравится.

– Или просто вы не нашли тех, рядом с кем хочется находиться?

Так, я не поняла, у меня тут деловая встреча или сеанс у психолога?

– Не суть важно. Но факт остается фактом, даже когда я долго сижу в комнате одна, мне потом хочется пообщаться. С кем-нибудь. Поэтому я вылезаю и ищу на попу приключения.

Дракон кашлянул.

– Простите, – пожала плечами я, – но в моем случае это именно приключения, что касается остальных, я уверена, через пару-тройку дней они будут искать общества друг друга и командная работа покажется им крайне интересной. А мы за это время подготовим все самое интересное.

– У нас есть устоявшиеся мероприятия, которыми занимаются Агари и опытные организаторы.

– Поверьте мне, ваши невесты готовы поубивать друг друга за место в вашей спальне. Но это сейчас. Когда я закончу, они будут водить хороводы и вообще забудут про вас.

Дракон снова кашлянул.

– Ну может быть не буквально. Образно выражаясь. Смотрите, вы разбили нас на команды. Но у нас нет слогана, нет общего духа, мы видим друг в друге соперниц… у нас даже нет логотипа. – Я показала Миранхарду дракона с клубничкой на попе. Так что Ал был неправ, попу на попе я бы никогда не нарисовала. – Вы знаете, что такое футбол?

– Нет, – произнес окончательно сбитый с толку дракон.

– Это такая игра, где одиннадцать человек бегает за мячом по полю, стремясь загнать его в ворота противника. Ну ладно, десять бегает, один стоит на воротах и их защищает. Как думаете, что их может сплотить?

– А, это игра, о которой мне говорил Эдар. Из вашего мира.

– Чудесно. Значит, вы знаете.

– Тогда, если не ошибаюсь, их могут сплотить деньги. Выигрыш. За первое место он самый большой, я прав?

Я поморгала. Определенный резон в его словах, конечно же, был. Да, футбол оказался не лучшим примером.

– В общем, я уверена, что все невесты готовы к тому, что вы им приготовили, – я протянула дракону листы с перечнем командных игр, – но они не готовы ходить в одной форме. Не готовы бороться за призы для своей команды. Не готовы защищать друг друга и стоять друг за друга горой. У них нет резона быть командой, вы понимаете? То, что их объединяет… при всем уважении к Агари – это не стимул. Можно, конечно, держать девушек в строгости и на нервяке, но оно вам надо? Двадцать одна девушка, нервная, готовая на все, чтобы победить… Или двадцать одна девушка, кайфующая от процесса, а не от результата. Свободная, расслабленная, счастливая…

– Вы этого хотите, Любовь? – неожиданно перебил меня дракон. – Свободы?

– Свобода – неотъемлемая составляющая счастья, – заметила я.

– Но она не определяется внешними обстоятельствами.

Дракон подался вперед и оказался так близко ко мне, что впору отползать вместе с подушкой. Про себя я решила, что нет – не доставлю ему такого удовольствия. Кроме того, нас не связывает ровным счетом ничего, кроме договора, по истечению которого я стану свободной. А Миранхард, как бы не философствовал, никогда не сможет понять, что это такое. Он правитель, он может делать все, что захочет. Через пару часов он мог бы оказаться в другом мире, как его брат, но его свобода – это сидеть здесь и выбирать семерых жен. Просто у него она такая. Поэтому ему не понять.

– Может быть, – не стала спорить я.

– Вы стали на удивление покладисты.

А вот это уже совсем не комплимент.

– Я предпочитаю держать свой сарказм при себе во время деловых переговоров, – честно призналась я. – Но как только мы с вами договоримся, я снова начну с вами препираться, не переживайте.