Читать книгу "Ослиная шкура, потроха и королевский блуд"

Марина Комарова
Ослиная шкура, потроха и королевский блуд

Глава 1

Ослиная шкура на моём плече зевнула, тюкнула меня копытом по затылку и поинтересовалась:

– А долго ещё до границы? А то я проголодалась. Можем кого-нибудь сожрать?

– Няма, мы сожрали последнего разбойника два часа назад, – устало ответила я.

– Это была закуска, Драгана. За-кус-ка.

Я закатила глаза. Разбойник хотел меня ограбить, сделать вещи, о которых лучше не говорить в приличном обществе, а потом прикопать в лесу. Поэтому жалко его не было ни капли. К тому же Няма, как порядочная и жутко прожорливая нежить, разобралась сама.

Знаете, обычно в сказках принцессы убегают от злых мачех. Я же сбежала от любящего отца. Разница в том, что мачеха хотя бы не пыталась использовать мою кровь для ритуала династической чистоты, а заодно не присылала охотников с приказом: «Вернуть живой, но желательно девственной».

– Технически девственность под вопросом, – протянула Няма, свисая с моего плеча и уже зная, о чем я думаю.

– Няма, заткнись.

Ожившая шкура дохлого осла, воскрешённая некромантом-недоучкой, – не самый лучший напарник, но уж какой есть. Правда, Няма всегда возмущалась, что я ничего не понимаю, некромант был дипломированный… в одном месте. В каком именно, правда, не уточняла.

Я огляделась. Лес постепенно редел, сквозь ветви проглядывало что-то похожее на дорогу. Настоящую и накатанную, а не звериную тропу, по которой мы продирались последние три дня.

– Вижу цивилизацию, – буркнула я, поправляя на плече лямку потрёпанной котомки. В ней лежали золотое, серебряное и бронзовое платья, кольцо матери и… остатки здравого смысла. Последнего, правда, оставалось меньше всего.

– Ура, – без энтузиазма протянула Няма. – Значит, скоро будут люди. А люди – это потенциальная еда.

– Няма, нет.

– Няма, да-а-а. Я не просила тебя тащить меня через половину королевства. Могла бы оставить у некроманта, я бы там спокойно висела на крюке, никого не трогала...

– Ты через пять минут сожрала бы некроманта.

– Ну... технически... – Шкура замолчала, видимо, обдумывая аргумент. – Ладно, сожрала бы. Он плохо пах. Как… как протухшая капуста, а я не люблю капусту. Знаешь ли, вегетарианство – это не мое.

Я фыркнула. Вот за это я Няму и ценю, так это за умение в двух словах описать человека настолько точно, что можно писать портрет.

Граница королевства тетушки Герганы была где-то близко. Я чувствовала это по изменившемуся воздуху. Здесь даже пахло иначе. Никакого тебе дыма жертвенных костров и затхлой роскоши дворцовых покоев, где отец проводил свои ритуалы. Дорожная пыль, конский навоз и что-то ещё... Свобода, что ли?

Хотя, может, это просто все шло от Няма. Что еще можно желать от ожившей шкуры?

– Слушай, а ты уверена, что эта Гергана тебя примет? – Няма шевельнула ухом, что было её версией скептического взгляда. – Она же твоя дальняя родственница. Может, у них там та же запушня с чистотой крови?

Что такое «запушня» я понятия не имела. Но Няма произносила это слово с завидной регулярностью, используя как характеристику, определение и выражение собственного отношения к чему-то, что ей не нравилось.

– Гергана правит нормальным королевством, – отрезала я. – Там нет... этого.

– Ага, нормальным, – хмыкнула шкура. – Поэтому её королевство полно сплетен про некромантов, хрустальные туфельки и прочую дребедень. И вообще королева как бы немного мертвая, но живая. Очень нормально.

Я промолчала. Няма была права – королевство Герганы славилось своими странностями. Но там хотя бы не практиковали сохранение династии так, как у нас. А это уже прогресс.

А то, что Гергану подняли с кладбища, так… Слушайте, может, просто там было отдохнуть негде, поэтому и выбрала кладбище. Вот не надо придираться.

Дорога вывела нас на поляну. Вдалеке виднелся грубо отёсанный камень с гербом Герганы. Ага, пограничный столб. Корона, роза и какая-то птица. Или это была летучая мышь? В сумерках не разобрать.

– Стой, – напряглась Няма. – Слышишь?

Я прислушалась. И правда, топот копыт… Очень… много копыт. И еще лай собак.

– Охотники, – выдохнула я, и сердце ухнуло вниз. – Отец прислал охотников.

– Говорила я тебе, надо было сожрать того стражника у ворот по-тихому, – назидательно протянула Няма. – А ты все, Няма, не шуми, Няма, не чавкай. Вот теперь придется выкручиваться.

– У тебя тихо не вышло!

– А я старалась...

Лай приближался. Я рванула к границе, спотыкаясь о корни и камни. Ещё чуть-чуть, совсем чуть-чуть.

– Принцесса Драгана! – раздался знакомый голос за спиной. Это Божидар, он главный охотник отца. Человек, который мог выследить добычу едва не по запаху. И не хуже своих гончих. – Остановитесь! Король велел вернуть вас невредимой!

– Невредимой, но есть нюансы! – крикнула я через плечо, перепрыгивая через поваленное дерево. – Спасибо, откажусь!

– Это не то, что вы думаете! – искренне возмутился Божидар. – Это священный ритуал династического...

Дальше я не слушала. Пограничный столб был уже в десяти шагах. Я прыгнула, коснулась рукой холодного камня и рухнула на колени уже на территории королевства Герганы.

– Ха! – выдохнула Няма. – Теперь они не могут тебя забрать! Закон о политическом убежище, детка!

Я обернулась. Божидар и трое охотников застыли в пяти шагах от границы. Их собаки, мерзкие твари с горящими красными глазами – те еще плоды тёмной магии, скалились, но не решались переступить черту.

– Принцесса! – Божидар снял шляпу, обнажив лысую голову, покрытую татуировками защитных рун. – Вы не можете убежать от судьбы.

– Ещё как могу, – огрызнулась я, поднимаясь на ноги. Колени тряслись, но голос оставался твёрдым. – Передайте отцу: если он хочет чистоту крови, пусть женится на своей сестре. А меня оставьте в покое!

– Но у короля нет сестры.

– Тогда на себе самом! Пусть проявит креативность!

Няма захихикала.

Божидар вздохнул, надел шляпу обратно.

– Мы будем ждать вас, принцесса. Рано или поздно вы вернетесь. Или мы найдём способ забрать вас, потому что династия превыше всего.

– Династия – это когда у тебя много детей от разных жён, а не темный ритуал с родной дочерью! – заорала я, но охотники уже разворачивались.

Мы смотрели им вслед, пока они не растворились в сумерках леса.

– Ну-у-у… – протянула Няма, – это было драматично. Мне понравилось. Особенно момент про женись на себе.

Я опустилась на землю рядом с пограничным столбом и уткнулась лбом в колени. Руки тряслись, хотя там все тело тряслось.

– Э-э-эй, ну че ты… – Няма ткнула меня мордой в макушку. – Не реви. Ты же драконья дочь. А драконы не плачут.

– Моя мать не была драконом, – глухо сказала я. – Она была обычной женщиной, которую мой отец...

Слова застряли в горле.

– Знаю, – неожиданно мягко сказала Няма. – Поэтому мы здесь. И поэтому я тебя не брошу, даже если ты идиотка.

Ну, спасибо. Умеет поддержать. Я подняла голову. Сейчас ослиная шкура свисала с моего плеча, пустая и безжизненная на вид. Но я знала, что внутри там кто-то был. Или что-то. Возможно, осколок личности человека, который когда-то жил и дышал. Только вот как он там оказался?

– Няма, а ты... ты помнишь, кем была? До того, как стала... этим?

Шкура помолчала, попыхтела и выдала:

– Помню, но это уже не важно. Та, кем я была, умерла. А сейчас я твоя напарница. И твоя совесть, которой у тебя не особо-то хватает. Особенно, когда шкурочка голодненькая.

– Романтично, – хмыкнула я, вытирая слёзы.

– Я стараюсь.

Я поднялась и отряхнула платье. Оно было грязным, порванным и совсем не королевским. Хорошо, пусть так. Принцесса Драгана умерла в ту ночь, когда сбежала из дворца. Теперь я просто беглянка Драгана и девушка с ожившей ослиной шкурой.

– Ладно, – сказала я. – Пошли искать цивилизацию. Мне нужна работа, крыша над головой и план, как выжить в чужом королевстве.

– А мне – еда! – добавила Няма.

– Няме всегда нужна еда.

– Это моя суперсила, – важно заявила она.

Мы двинулись по дороге вглубь королевства. Где-то впереди были город, дворец и новая жизнь. И, надеюсь, никакого прошлого.

Хотя, зная мою удачу...

– Эй, Драгана! – окликнула Няма через полчаса ходьбы.

– Ась?

– А если в этом королевстве окажется, что все принцы – извращенцы?

Началось. Хотя один там такой точно был. Коллекционировал женские ноги, у него потом нашли целую коллекцию, бр-р-р.

– Тогда я стану монахиней.

– Монахини не держат ожившую нежить.

– Тогда стану ведьмой.

– Вот это мне нравится, – довольно протянула Няма. – Ведьма с ослиной шкурой. Звучит как начало хорошей истории.

«Или очень плохой», – подумала я.

Но вслух ничего не сказала.

Глава 2

Город появился на рассвете, когда мои ноги уже отказывались меня слушаться, а Няма в третий раз предложила сожрать попутного торговца.

– Он же живой! – шипела я, пока мужик с телегой капусты проезжал мимо, с подозрением косясь на нас.

– Ну и что? Зато упитанный. И пахнет лучше, чем разбойник.

– Няма, я серьёзно. Никого. Не. Жрать.

– Ты меня угнетаешь, – обиженно протянула шкура.

Город был... обычным. После моего дворца с его позолоченными колоннами, гобеленами из драконьей чешуи и жертвенными алтарями в подвалах, этот город казался почти уютным. Каменные дома с черепичными крышами, узкие улочки, пахнущие пивом и свежей выпечкой. Люди сновали туда-сюда, не обращая внимания на грязноватую девицу с котомкой.

Хорошо. Анонимность – это то, что мне сейчас нужно.

– Слушай, а где ты собираешься работать? – поинтересовалась Няма, когда мы свернули на главную площадь. – Прачкой? Швеёй? О-о-о, может, в публичный дом? Если блудить прямо на мне, ну, для любителей экзотики, конечно, так и платили бы больше. А еще…

– Няма!

– Что? Серьезно же, там хорошо платят. И кормят.

– Просто молчи, – шикнула я.

– Бу-бу-бу.

Площадь была огромной. В центре расположился фонтан с какой-то полуголой нимфой. Да уж, явно дело рук скульптора с богатой фантазией. Хотя вполне миленько. Вокруг полно лавок, трактиров и о-о-о! Дворец!

Он возвышался на холме. Весь такой белый, изящный и совсем не похожий на мрачную крепость отца. Башни тянулись к небу, флаги развевались на ветру. Красиво. Почти сказочно.

– Вот туда нам и надо, – твердо сказала я.

– Во дворец?! – взвизгнула Няма. – Драгана, ты кукукнулась?! Тебя там узнают за секунду!

– Меня никто не узнает, – отрезала я. – Я не была здесь с детства, и Гергана меня не видела лет пятнадцать. Плюс… – Я потрепала грязное платье. – Кто ж узнает принцессу в этом?

– Логично, – протянула Няма. – Но всё равно идея – запушня.

– У тебя есть лучшая?

– Публичный дом, я же говорила...

– Няма, заткнись.

Путь ко дворцу занял ещё час. Мои ноги умоляли о пощаде, желудок требовал еды, а Няма периодически предлагала решить обе проблемы одним способом, то есть сожрать кого-нибудь.

У ворот дворца стояла толпа. Люди с мётлами, тряпками и вёдрами. Кто-то нёс мешки с мукой, кто-то – вязанки дров. Ага, слуги и подённые рабочие.

Я протиснулась через толпу, стараясь не привлекать внимания.

– Эй, девка! – окликнул меня мужик в грязном фартуке. Управляющий, судя по ключам на поясе. – Ты за работой?

– Да, – быстро ответила я.

– Умеешь что-нибудь?

– Э-э-э... Готовить?

Няма фыркнула у меня на плече.

– Гото-овить, – протянул мужик, окидывая меня оценивающим взглядом. – Ладно. На кухню очень нужны руки. Только смотри, работаешь до упора, жрать дают раз в день, спать будешь в общей каморке. Согласна?

– Согласна!

– Как звать?

– Драга... на. Драгана.

– Понял, – кивнул мужик. – Я – Петко, старший тут по хозяйству. Пошли, покажу, где что.

Он развернулся и зашагал во двор. Я тут же поспешила за ним.

– Ты только что почти назвала своё настоящее имя, – прошипела Няма мне на ухо. – Гениально. Просто гениально.

– У меня стресс!

– У тебя мозгов нет.

Надо бы обидеться, но она права.

Двор дворца оказался ещё красивее, чем снаружи. Мраморные колонны, фонтаны, клумбы с розами. М-м-м, точно сказочно. Слуги сновали туда-сюда, таская всякую всячину. Кто-то мыл окна, кто-то драил полы.

– Вот кухня. – Петко ткнул пальцем в массивную дверь. – Главная там Милка, злая как гадюка, но справедливая. Скажешь, что я тебя прислал. И смотри не облажайся, а то вылетишь за ворота быстрее, чем...

– Петко!!! – раздался женский визг. – Петко, змея тебя за ногу, где ты шляешься?!

Дверь с грохотом распахнулась, и оттуда вылетела тётка размером с небольшого медведя. Красное лицо, руки в муке, фартук в пятнах. Мамочки.

– Вот, Милка, смотри, – выпалил Петко и отступил на шаг, явно на всякий случай. – Привёл новенькую, готовить умеет.

– Готовить? – Милка окинула меня взглядом. – Ты вообще хоть раз в жизни лук резала?

– Э-э-э...

– То-то же! – фыркнула она. – Ладно, пойдёшь на помойку. Отходы сортировать, кости для бульона собирать, остатки в свинарник таскать. Справишься?

Няма на моём плече вдохновенно задумалась.

– Справлюсь, – кивнула я.

Можно крутить носом, только тут я не принцесса. Я вообще больше не принцесса.

– Тогда живо за мной!

Милка развернулась и ломанулась обратно на кухню. Я кинулась следом, чувствуя, как Няма еле сдерживает смех.

– Помойка, – захихикала она. – Принцесса на помойке. О, это прекрасно.

– Заткнись, или сожру тебя сама.

– Ты не можешь меня сожрать, я же нежить.

– Но я все-таки попробую.

На кухне все грохотало, кипело и шипело. Со всех сторон шел жар и запах жареного мяса. Повара орали друг на друга, кастрюли кипели, ножи стучали по разделочным доскам. Хаос. Прекрасный живой хаос.

– Вот твоё место. – Милка ткнула пальцем в угол, где стояли три огромных чана. – Это для костей, это для объедков, а вот это для свиней. Не перепутай, а то повара шкуру спустят, если в бульон попадёт то, что должно было свиньям достаться. Поняла?

Что ж… по крайней мере не требуют снять Няму. На кухне бы так не прокатило. А у помойки нет дресс-кода. Тут я смотрюсь совершенно органично.

– Поняла, – кивнула я.

– Отлично. Работай.

Она ушла, оставив меня наедине с чанами и горой отходов.

Няма молчала ровно три секунды, но потом подала голос:

– Драгана?

– Что?

– Я тебя люблю.

– Что?!

– Ты привела меня в рай, – мечтательно протянула шкура. – Кости, объедки и еда-а-а… Столько еды...

– Няма, это не для тебя!

– А для кого же? – искренне удивилась она.

– Для бульона! И для свиней!

– Я тоже свинья еще та.

Я застонала. Решительно невозможно. Ладно, работать. Займусь сортировкой: кости направо, объедки налево, всё остальное – в средний чан.

Однако Няма… принялась поглощать всё, что я не успевала убрать.

– Няма, прекрати немедленно!

– Не могу-у-у. Это так вкусно.

– Это кости!

– Лучшие кости в моей жизни!

К обеду я поняла три вещи. Работа на кухне – это ад. Милка на самом деле не злая, просто у неё голос громкий. А Няма способна сожрать половину помойки и не подавиться.

– Эй, новенькая! – окликнула меня девушка на вид лет восемнадцати. Худенькая, с копной чёрных волос и лицом, вымазанным сажей. – Ты как, живая?

– Пока да, – выдохнула я, откидывая рыжую прядь волос со лба.

– Меня Зола звать. – Девушка протянула руку. – Работаю тут... э-э-э, сколько уже? Пять лет? Шесть? Вечность, короче.

– Драгана, – пожала я ей руку. – Первый день.

– Ясно, – ухмыльнулась Зола. – Ну, держись. Милка сначала всех гоняет, потом привыкает. А там уже можно и подзаработать, если стараться.

– Подзаработать? – осторожно уточнилая.

– Ну да. Если хорошо работаешь, тебя могут наверх отправить. Прислуживать на банкетах, полы драить в покоях. Там платят больше.

– А ты... ты не хочешь наверх? – уточнила я.

Зола помрачнела:

– Хочу. Но у меня... сложности. Мачеха тут тоже работает старшей горничной. И делает всё, чтобы я не высовывалась.

– Мачеха? – переспросила я.

– Ага, – вздохнула Зола. – Отец умер, мачеха захватила всё, а меня сплавила сюда. Но ничего, – улыбнулась она, – я не сдамся. Когда-нибудь я вырвусь отсюда.

– А может, принц тебя спасёт? – не удержалась я.

Зола расхохоталась:

– Принц?! Ты его видела? Он же... ну это…

– Странный?

– Ну, типа, коллекционировал обувь женскую. Говорят, у него целая комната туфелек. Жуть какая-то. Но он и его семья до королевы Герганы тут правили.

Угу. И коллекционировал он вовсе не туфельки. Если не ошибаюсь, принц Андон. Вот уж говорящее имя.

– О-о-о, я этого принца уже люблю, – прошипела Няма мне на ухо.

Нет, дорогуша, ногами бы он с тобой не поделился.

– А ты что там шепчешь? – прищурилась Зола, глядя на мою шкуру на плече.

– Это? – Я похлопала Няму. – Талисман. Семейная реликвия, так сказать.

– Ага, – протянула Зола. – Слушай, выглядит... жутковато.

– Зато счастье приносит, – соврала я.

– И голод утоляет, – добавила Няма, но тихо, так что Зола не услышала.

Остаток дня прошёл в работе. Я сортировала отходы, Няма их восторженно жрала, а Зола периодически подбегала поболтать. К вечеру я еле двигалась.

– Всё, – объявила Милка, когда стемнело. – На сегодня хватит. Новенькая, еда вон там в углу. Спать топай наверх в каморку, помыться на первом этаже. Завтра подъём с рассветом.

Еда оказалась простой. Похлёбка, хлеб да кусок сыра. Но после трёх дней в лесу это казалось пиром.

Няма, естественно, стянула у меня половину.

– Это моё! – возмутилась я.

– Ты жадина.

– Ты обжора!

– Жадина-говядина!

Баня оказалась и ничего так, а вот спальня – крошечной комнатушкой под крышей. Шесть соломенных тюфяков, окно без стекла, запах пота и старья. Но мне было всё равно. Я рухнула на свободный тюфяк и закрыла глаза.

– Драгана? – позвала Няма.

– М-м-м?

– Как думаешь, нас тут найдут?

Я открыла глаза. Шкура неподвижно свисала с крючка на стене.

– Не знаю, – честно призналась я. – Но очень постараюсь, чтобы нет.

– Хорошо. – Няма какое-то время помолчала, а потом тихо сказала: – А знаешь что? Мне тут нравится.

– Правда?

– Ага. Еды много. Люди не такие мерзкие, как у тебя на родине. И вообще... тут пахнет жизнью, а не смертью.

Я улыбнулась:

– Мне тоже нравится. Спи, Няма.

– Не хочу.

– Спи, а то сожру.

– Только попробуй.

Я закрыла глаза и провалилась в крепкий сон.

Где-то далеко за окном в королевском тракте дворца гасли свечи. И кто-то, сидя у окна, разглядывал амулет, найденный на ступенях после бала.

Маленький, серебряный и с гравировкой в виде дракона. Принадлежащий принцессе, которой здесь быть не должно.

Глава 3

Я проснулась от того, что Няма жевала мой сапог.

– Няма, какого... – возмутилась я, вырвав у нее обувь. – Это мой сапог!

– Ты же его всё равно не носишь, – невинно протянула шкура. – Он просто одиноко лежал. Я решила его утешить.

– Закусив им?!

– У меня свои методы утешения.

Находившиеся в коморке девушки захихикали. Зола, которая спала на соседнем тюфяке, улыбнулась:

– У тебя талисман такой... общительный.

– Это ещё мягко сказано, – буркнула я, запихивая изжёванный сапог обратно в котомку.

– Девицы, подъём! – раздался вопль Милки снизу. – Живо на кухню! Сегодня готовим для королевского банкета! Быстро-быстро!

Девушки застонали и начали одеваться. Я последовала их примеру, стараясь не думать о том, что все мои мышцы жутко ныли от вчерашней работы.

– Банкет? – шёпотом спросила я у Золы, пока мы спускались по узкой лестнице.

– Ага, знаешь, королева Гергана устраивает их раз в месяц. Приглашает там всю знать, магистров, иностранных послов и прочих важных шишек, – скривилась Зола. – А простые слуги работают как проклятые.

– А ты... ты не можешь попасть на банкет? Ну, как гостья? – поинтересовалась я.

Зола расхохоталась настолько громко, что несколько девушек обернулись:

– Я? Гостья? Драгана, у меня даже приличного платья нет. Мачеха следит, чтобы я не получила и лишней монетки.

– Но это же несправедливо!

– Справедли-и-ивость, – философски протянула Зола, – это когда у тебя есть связи или деньги. А у меня ни того, ни другого. Поэтому и справедливости тоже нет.

Что ж, тут она была права. Как бы сейчас не хотелось думать иначе.

Мы вошли на кухню, и там уже царил полный бардак. Милка орала на поваров, повара орали друг на друга. Душевно. Кто-то ронял кастрюли, кто-то резал овощи с таким остервенением, будто мстил личному врагу.

– Новенькая! – гаркнула Милка, увидев меня, и я чуть не вздрогнула. – Сегодня на тебе не только помойка! Будешь ещё овощи чистить. Вон там гора морковок, курдиком за работу!

Я кивнула и поплелась к указанному столу. Гора морковок оказалась размером с небольшой холм. Ну… могло быть хуже.

– Весело, – протянула Няма. – Может, я помогу? Сожру половину?

– Няма, это же для банкета.

– Ну и что? Я культурно все скушаю. Без чавканья, обещаю.

– Нет.

– В тебе ни капли сострадания.

Я хмыкнула и, взяв нож, принялась чистить. Рядом примостилась Зола с собственной горой картошки.

– Слушай, – шепнула она, – а ты откуда вообще? Местная разве?

– Нет, – осторожно ответила я. – Приехала из, э-э-э... дальнего королевства.

– А-а-а, сбежала?

Я чуть не порезалась. А соображает дай бог.

– Почему ты так решила?

Зола пожала плечами:

– У тебя такой вид, будто ты от чего-то бежишь. Я таких видела, – сказала она. – Ты не волнуйся, я тебя не выдам. У всех свои скелеты в шкафу.

Или шкура на плече. Каждый развлекается, как умеет.

Мы занимались овощами, а вокруг кипела работа. Повара бодро таскали туши, резали мясо и месили тесто. Пахло специями, жареным луком и чем-то сладковатым, что так просто не определить. Хм, пирогами, наверное.

– Эй, девки! – заорала Милка. – Банкет начинается в восемь вечера! До этого всё должно быть готово. Кто завошкается, тот вылетит без жалованья!

Сурово. Все зашуршали быстрее.

К полудню моя гора морковок уменьшилась наполовину. Руки болели, спина ныла, но я упорно продолжала.

Няма периодически комментировала:

– Эта морковка кривая.

– Няма, тихо.

– А эта вообще сра… уродливая.

– Няма!

– Ну, я просто говорю. Что уже и поговорить нельзя? Для принцессы ты, кстати, неплохо справляешься.

В какой-то момент на кухню зашёл Петко. Рядом с ним была женщина лет сорока в строгом тёмном платье и с суровым лицом.

– Вот, Свежда, это новенькие, – сказал Петко, ткнув в нас. – Рыжая Драгана первый день, а Золу ты знаешь.

Свежда окинула нас оценивающим взглядом и остановилась на Золе.

– Зола, – сухо сказала она. – Надеюсь, ты же не витаешь в облаках? Работа есть работа.

– Да, матушка, – покорно ответила Зола, не поднимая глаз.

У-у-у. Так вот она какая, мачеха Золы. Красивая, статная, но... пустая, будто внутри ничего нет, кроме холода.

– А ты… – Свежда повернулась ко мне… – Смотри, чтобы она не филонила. Тут не место для лентяек.

– Понятно, – кивнула я, стараясь говорить как можно спокойнее.

Свежда ушла, и Зола вздохнула с облегчением.

– Она всегда такая? – тихо спросила я.

– Всегда, – буркнула Зола, вернувшись к картошке. – Она меня ненавидит просто потому, что я дочь своего отца. Она не простила, что он любил меня больше, чем ее.

Вот же дура старая.

– Это... ужасно.

– Ага. Но что поделать, – улыбнулась Зола, но в улыбке не было ничего веселого. – Я уже привыкла.

Няма зашевелилась у меня на плече и внесла предложение:

– Хочешь, я её сожру?

– Няма, нет!

– Почему? Она плохая, а плохих можно жрать.

Этак мы трети королевства не досчитаемся!

– Нельзя!

Няма обиженно засопела, а Зола странно посмотрела на меня:

– Ты... с кем разговариваешь?

– С талисманом же, – вздохнула я. – Он... точнее, она помогает мне принимать решения.

– Я-я-сненько, – протянула Зола. – У всех свои причуды.

Не поверите, но к вечеру кухня превратилась в настоящий ад. Повара бегали с подносами, в кастрюлях что-то кипело, вокруг со звоном падали разные предметы. Милка орала без устали, а Петко носился как ужаленный, пытаясь всё успеть.

– Новенькая, ты закончила с морковками? – гаркнула Милка.

– Да!

– Тогда помоги подносы таскать! Живо!

Я схватила поднос с какими-то закусками и понеслась за остальными слугами. Мы шустро шли по коридорам, поднимались по лестницам и вытаскивали еду в огромный зал.

Зал, кстати, был... роскошным. Хрустальные люстры, золотые канделябры да столы, накрытые белоснежными скатертями. Уже начинали собираться дамы в шелках и бархате с господами в расшитых камзолах.

Я старалась не смотреть по сторонам, но все же не удержалась и увидела, что на возвышении стоял пустой трон. Королева Гергана ещё не пришла?

– Драгана, не стой! – шикнула Зола, проносясь мимо с подносом, полным бокалов. – Работай!

Я встрепенулась и продолжила расставлять закуски. Няма молчала, но я чувствовала, как она напряглась.

– Что-то не так? – прошептала я.

– Здесь полно тёмной и светлой магии, – тихо ответила Няма. – И ещё чего-то странное.

– Странное?

– Да, но что – понять не могу.

Я продолжила работать, стараясь не привлекать внимания. Гости рассаживались за столы, болтали и смеялись. Музыканты в углу настраивали инструменты.

Внезапно все затихли, и в зал вошла королева Гергана. Она была... не такой, какой я её помнила в детстве. Запомнилась доброй тётушкой, которая дарила сладости и смеялась. Сейчас же… она выглядела как мертвец.

Бледная кожа, тёмные круги под глазами, чёрное платье, обтягивающее фигуру. Волосы собраны в тугой узел. Лицо красивое, но какое-то... бр-р-р.

– Вот это да… – прошептала Няма. – Она правда мертвая.

– Что?!

– Ну, ладно, воскрешённая. Некромантия тыры-пыры, сама понимаешь. У нее ж вроде проказница, тьфу, племянница того… по-мертвому специализируется.

Кажется, моя шкура слишком много знает.

Гергана прошла к трону и села. Все гости склонили головы.

– Приветствую вас! – произнесла она низким бархатным голосом. – Рада видеть вас в моём дворце. Пусть этот вечер будет для всех приятным.

Гости громко зааплодировали, и весело заиграла музыка.

Я продолжала работать, но мысли сильно путались. Воскрешенная Гергана выглядит совершенно жутко. Я как-то на такое не рассчитывала.

– Драгана, – шепнула Зола, подбежав ко мне. – Ты чего такая бледная?

– Я... устала.

– Ага. Ладно, держись. Ещё пару часов и всё закончится.

Она ускакала, а я осталась стоять с пустым подносом, глядя на королеву.

А в следующий момент в зал вошёл симпатичный мужчина. Он был в тёмном камзоле, короткие черные волосы и острые черты лица. Двигался уверенно, напоминая хищника. На его поясе висел… серебряный амулет с гравировкой дракона.

Сердце ухнуло вниз. Это же… мой! Как, что… я его потеряла?

– Няма, это… – прошептала я.

– Магистр, не меньше, дорогуша, – ответила Няма. – Чувствую, что сильный. И у него эта твоя штука.

Магистр тем временем подошёл к трону и склонился перед Герганой. Они о чём-то говорили, но я не слышала. Кровь просто стучала в ушах.

Он нашёл амулет. Какая же я растяпа!

– Драгана, – резко сказала Няма. – Уходим сейчас же.

Я попятилась к выходу, не отрывая глаз от магистра. Но в этот момент он поднял голову и посмотрел прямо на меня.

Его глаза были серыми и холодными, как осеннее небо. А еще он совершенно точно знал, кто я.

Я развернулась и дала стрекача.

– Эй! – крикнула мне вслед Зола. – Драгана, куда?!

Но я не остановилась. Мчалась по коридорам, спотыкаясь и задыхаясь на бегу. Няма болталась на плече, то и дело костеря меня:

– Идиотка! Надо было незаметно уйти! А ты куда рванула?

– Не сейчас!

Я выскочила во двор, остановилась, озираясь. Куда? Куда бежать?

– Драгана!

Я замерла как испуганный зверек. Тот самый магистр невозмутимо стоял в дверях с амулетом в руке.

– Мы должны поговорить, – сказал он.

– Я... я не...

– Принцесса Драгана из Западного королевства, – ровно продолжил он. – Дочь короля Драгомира. Беглянка, обвинённая в убийстве трёх королевских стражников.

Мир поплыл перед глазами.

– Я не убивала... – начала я, но голос сорвался.

– Знаю, – неожиданно мягко сказал магистр. – Они напали первыми, и вы защищались. – Он шагнул ближе, тихо добавив: – Я не враг, Драгана. Однако мне нужны ответы. И вы мне их дадите.

Няма зашипела:

– Если он тебя тронет, я обглодаю его кости и буду потом ими ковыряться в зубах.

Это немного отрезвило.

– Ваш... талисман весьма разговорчив, – усмехнулся магистр. – Вижу работу некроманта. Очень интересно. – Он протянул руку с амулетом и сказал: – Это ваше, принцесса, вы получите его назад, но взамен я хочу получить ответы. Согласны?

Я колебалась. С одной стороны, он мог выдать меня. С другой… вернул амулет и не орет во все горло: «Стража!».

– Согласна, – выдохнула я.

Магистр кивнул:

– Хорошо. Тогда встретимся завтра вечером здесь во дворе. Приходите одна.

– А если не приду?

Он усмехнулся:

– Придёте. У вас нет выбора.

После чего развернулся и вернулся в зал. Я же осталась стоять, сжимая амулет в руке. Кошмар, я даже не спросила его имя. Определенно тупею с каждым днем.

– Ну-у-у, – протянула Няма. – Это было драматично.

– Молчи.

– И очень глупо.

– Няма!

– Ну, я просто говорю. Что ты заводишься?

Я вернулась на кухню. Зола тут же кинулась ко мне:

– Ты где была?! Милка уже хотела тебя уволить!

– Прости, – пробормотала я. – Мне... стало плохо.

– Ясно. Ладно, держись, банкет почти закончился. После этого отдохнем как следует.

Я кивнула, стараясь сосредоточиться на работе. Магистр знал, кто я. А Гергана ужасно выглядела. Зато… мой амулет вернулся. И завтра мне предстоит разговор, который может изменить всё.

– Няма, – прошептала я, когда мы наконец вернулись в каморку.

– М-м-м?

– Как думаешь, он нас выдаст?

Шкура помолчала некоторое время, а потом изрекла:

– Не знаю. Но если выдаст, я сказала уже, что с ним сделаю.

– Спасибо. Очень утешительно.

– Всегда пожалуйста.

Я закрыла глаза, но сон не шёл. В голове крутились мысли, лицо магистра и холодные серые глаза. Не такие уж и холодные. Кажется.