![](/books_files/covers/thumbs_240/ocherki-pravoslavnoy-psihoterapii-na-puti-v-zemlyu-obetovannuyu-232184.jpg)
Автор книги: Марина Легостаева
Жанр: Религия: прочее, Религия
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 2
Психотерапия как путь к обретению смысла жизни
Не для житейского волненья,
Не для корысти, не для битв,
Мы рождены для вдохновенья,
Для звуков сладких и молитв.
А. С. Пушкин
§ 2.1. Возможно ли для человека обретение абсолютного смысла. Ограниченность представлений В. Франкла
В предыдущем разделе мы упоминали о таком направлении психотерапии, которое связывает возникновение невротических симптомов с утратой человеком смысла. Это направление носит название логотерапии («логос» – термин древнегреческой философии, означающий одновременно «слово» – «высказывание», «речь» и «понятие» – «суждение», «смысл»). Необходимо вернуться к этой теме, чтобы увидеть ограниченность данного направления, как его рассматривает В. Франкл, а также определить расширение возможностей его использования в случае, если мы обращаемся к православной психотерапии. К самому термину мы еще вернемся.
Правильной формулировкой задачи согласно Виктору Франклу является не вопрос о смысле жизни вообще, а вопрос о конкретном смысле жизни данной личности в данный момент. Каждая ситуация согласно его теории несет в себе новый смысл, разный для разных людей. Но для каждого он является единственно истинным. Не только от личности к личности, но и от ситуации к ситуации этот смысл может меняться. В нахождении и отыскании смыслов человеку помогает совесть. Совесть Франкл определяет как смысловой орган, как интуитивную способность отыскивать единственный смысл, кроющийся для человека в каждой ситуации. Этот момент, безусловно, очень важен в психотерапевтической работе.
Все более явным для практикующего православного психолога становится существование неких духовных законов, хотя далеко не всегда очевидных (видимых нашими очами). И нарушение этих законов никогда не остается без последствий. Довольно часто случаются ситуации или внутренние состояния, возникновение которых нельзя объяснить детскими травмами. Или, иначе говоря, наличие травм, полученных в детстве, не дает исчерпывающего объяснения невротического состояния человека. Есть что-то еще, остающееся «за кадром» жизненной хроники человека. Иногда эти состояния можно разрешить, только проанализировав моменты отпадения человека от Бога. И исцеляются они глубоким покаянием.
Возвращаясь к логотерапии В. Франкла, несмотря на притягательность его учения, мы видим ограничения в его понимании смысла человеческого бытия по сравнению с тем, как это представлено в православной антропологии. С одной стороны, Бог занимает почетное место в теории В. Франкла, а религиозная вера – в практике логотерапии. С другой стороны, понятие религии используется им в столь широком смысле, что оно включает в себя и агностицизм, и даже атеизм. Агностицизм (от греч. agnostos – «недоступный познанию») – это философское учение, согласно которому не может быть окончательно решен вопрос об истинности познания, получена объективная характеристика окружающей человека действительности.
Чтобы лучше разобраться, в чем состоит ограниченность учения В. Франкла о смысле, нам необходимо вопрос о сиюминутном смысле, о смысле для каждой конкретной ситуации перевести в рассматривание смысла вообще – в целом смысла человеческой жизни. Ведь, если мы не имеем ответа на этот вопрос, тогда вряд ли мы можем рассчитывать на истинное полное исцеление от невроза. В этом случае нам просто придется принять тот факт, что невротическое состояние – это нормальное состояние человека. И все зависит только от степени его тяжести. Если состояние не очень беспокоит, то, значит, его можно считать условной нормой. А начинать работать только тогда, когда оно причиняет неудобства. Примерно так рассуждают секулярные психотерапевты.
Однако есть точка зрения, согласно которой то, что мы принимаем за условную норму, – это не норма. То состояние, которое мы можем определить как состояние «ветхого человека», – это нездоровое состояние, хотя и вполне обычное. Таким видит человека православная антропология.
Таким образом, вопрос о смысле человеческой жизни для лечения неврозов совсем не праздный. Именно от верного ответа на него зависит и результат психотерапии.
Нам важно увидеть, как легко может произойти подмена смыслов, каким образом и почему происходит эта подмена. И как реально на практике обретается этот истинный и безусловный смысл.
§ 2.2. Понятия смысла в русской православной мысли (небольшое лирическое отступление)
Представление В. Франкла о нахождении смысла как о свободном выборе конкретной личности в зависимости от конкретной ситуации есть то слабое звено, которое не позволяет широко использовать этот метод в психотерапии. Психолог или психотерапевт, стоящий на позиции православия, с такой трактовкой смыслов согласиться не может.
Христианство как мировоззрение дает нам ответы на эти вопросы вполне определенно. И эти ответы – не теоретические измышления разума. Все они подтверждаются аскетическим личным опытом святых подвижников. В христианстве считается, что Истина открывается только сердцу, очищенному от страстей, а истинное богословие – это в первую очередь личный опыт богопознания. Только отвлеченными логическими построениями Истину обрести невозможно. За ними всегда должен стоять живой опыт веры. При этом необходимо помнить, что все же и в области христианской веры, и в самой жизни есть вопросы, которые не всегда имеют однозначный ответ, принятый полнотой Церкви, что и требует постоянного развития богословия как опытного приложения христианства к современным реалиям.
Таким образом, мы подошли к пониманию того, что вопрос о смысле человеческой жизни – один из важнейших. Для прояснения этого ключевого момента обратимся к наследию русской православной философской мысли.
Работа под названием «Смысл жизни» была написана православным философом Евгением Николаевичем Трубецким в начале прошлого века. Во вступлении к статье автор отмечает, что внешним поводом его труда явились мучительные переживания мировой бессмыслицы, достигшие в те дни необычайного напряжения. Россия стояла на пороге жесточайших страданий. Как всегда это бывает, искажения начинаются в сфере человеческого духа. Гордыня – название этому искажению. Человек начинает думать, что он может благополучно существовать в этом мире без Бога. Что он сам себе бог.
Затем эти искажения укрепляются в сознании и отражаются в действиях и поступках. Поэзия того времени отражает это довольно точно. Позвольте привести строки из поэмы Сергея Есенина «Инония», опубликованной в 1918 году:
Не устрашуся гибели,
Ни копий, ни стрел дождей,—
Так говорит по библии
Пророк Есенин Сергей.
Время мое приспело,
Не страшен мне лязг кнута.
Тело, Христово тело
Выплевываю изо рта.
Не хочу восприять спасения
Через муки его и крест:
Я иное постиг учение
Прободающих вечность звезд.
<…>
«Радуйся, Сионе,
Проливай свой свет!
Новый в небосклоне
Вызрел Назарет.
Новый на кобыле
Едет к миру спас.
Наша вера – в силе.
Наша правда – в нас!»[6]6
Есенин С.А. Полн. собр. соч. Т. 2. М., 2002. С. 96.
[Закрыть]
Снова и снова человек в опьянении свободой совершает первородный грех Адама, пытаясь устроиться в этом мире без Бога, возомнив в своей тварной ограниченности богом себя. И каждый раз это оборачивается трагедией личной и социальной.
Максимилиан Волошин описывает происходящее как бы свысока, охватив взором всю Россию. Поэтическая интуиция автора очень чутко ухватывает трагические последствия человеческой гордыни. Из его поэмы «Северо-восток» (1920 г.):
Расплясались, разгулялись бесы
По России вдоль и поперек —
Рвет и крутит снежные завесы
Выстуженный северовосток.
Ветер обнаженных плоскогорий,
Ветер тундр, полесий и поморий,
Черный ветер ледяных равнин,
Ветер смут, побоищ и погромов,
Медных зорь, багровых окоемов,
Красных туч и пламенных годин.
<…>
Сотни лет тупых и зверских пыток,
И еще не весь развернут свиток,
И не замкнут список палачей,
Бред Разведок, ужас Чрезвычаек —
Ни Москва, ни Астрахань, ни Яик
Не видали времени горчей[7]7
Волошин М.А. Стихотворения. Поэмы. М., 2009. С. 171.
[Закрыть].
По учению святых отцов Господь излечивает человека от гордыни тем, что попускает ему пережить скорби и страдания.
Жизнь духа начинает пробуждаться в страдании. Социальные процессы, положившие начало жестокому времени, требуют осмысления.
Работа князя Трубецкого «Смысл жизни» впервые была опубликована в 1918 году в Москве. Автор со всех сторон рассматривает проблему смысла, отвергая понятия так называемых ситуативных или субъективных смыслов. Для него вопрос о смысле – это вопрос о безусловном значении чего-либо, то есть о таком мысленном значении, которое не зависит от чьего-либо субъективного усмотрения, от произвола какой-либо индивидуальной мысли. Речь у него идет не о том, что значит данное слово или переживание для того или другого человека, а о том, что оно должно значить для всех.
Ниже приводимый его образный пример помогает нам осознать, как опасно доверять своему субъективному восприятию. Такое субъективное восприятие чего бы то ни было в святоотеческой литературе называется «мнением». «Зараженные прелестью “мнения” встречаются очень часто»[8]8
Игнатий (Брянчанинов), свт. Полн. собр. творений. Т. 1. С. 231.
[Закрыть].
Мнение – это именно ложное субъективное восприятие, которое сформировалось на основе чувств, неполной информации и выразилось в форме суждения или концепции. Святые отцы рассматривают мнение как форму прелести и всегда предупреждают, что с мнениями необходимо быть крайне осторожными. Они не могут отражать Истину именно в силу своей субъективности и ограниченности.
Если говорить о психотерапии, то причиной многих проблем, с которыми человек обращается к психотерапевту, являются ложные установки, укорененные в сознании, которые воспринимаются человеком как истина. Сознательно или чаще не осознавая этого, мы выстраиваем свою жизнь, следуя этим установкам. Психотерапевты работают с установками, которые имеют ограничительную функцию и не позволяют человеку продвигаться дальше, к реальному познанию себя и беспристрастному видению ситуации.
Путь к свободе от невротических симптомов, путь к внутренней свободе сопряжен с познанием истины. В Евангелии от Иоанна написано: и познаете истину, и истина сделает вас свободными (Ин. 8:32).
Вот какой простой и наглядный пример о возможном формировании ложного смысла происходящего приводит Е. Трубецкой: «Положим, я сижу на берегу большой реки. Я вижу вдали что-то, похожее на туман; потом впечатление проясняется; и я отчетливо воспринимаю какой-то дымок. Может быть, это – поднявшееся над рекой облако; может быть, это – дым отдаленной фабричной трубы или идущего вдоль берега паровоза. Но вот дымок, казавшийся сначала неподвижным, начинает приближаться, следуя извилинам реки; а вместе с тем мое ухо ясно начинает различать усиливающееся по мере приближения шлепанье по воде. И вдруг мне окончательно становится ясным несомненный смысл всего воспринимаемого, смысл, разом превращающий весь хаос моих восприятий во единую, целостную картину. Это – пароход идет вниз по течению! Все, что раньше мне представлялось или казалось, – облако, дым фабрики или паровоза – отбрасывается мною как только мое, мнимое, психологическое. Я нашел нечто сверхпсихологическое, что больше всех моих ощущений, переживаний, мыслей, общее искомое моих мыслей, которое ими предполагается и которое поэтому называется “с-мыслом”. В отличие от всего того мнимого, кажущегося, что я отбросил, это мысленное содержание, сознаваемое мною как смысл, утверждается мною как общеобязательное. Раз для меня ясно, что я вижу и слышу пароход, идущий против течения, я требую, чтобы и все признавали то же самое. То же самое мысленное содержание должно выразить “с-мысл” переживаний и восприятий других людей, которые тут же рядом со мною смотрят вдаль в том же направлении и слушают»[9]9
Трубецкой Е.Н. Смысл жизни. М., 1994. С. 6.
[Закрыть].
Итак, мы видим, что неверное определение смысла происходящего приводит к заблуждениям (то есть неверному истолкованию, основанному на чувственном восприятии), к интеллектуальному блужданию вдалеке от Истины – «мнению». Такое значение вопроса о смысле может быть показано на любом конкретном примере.
Этот пример характерен и для психотерапии. Как известно, для решения проблемы необходимо ее верное обозначение. Исходя из этого обозначения, то есть смыслового содержания, принимается решение о путях ее разрешения. Если психотерапевт стоит на позиции фрейдизма и видит в возникновении невроза только вытесненную сексуальность, то и решаться эта проблема будет соответственным образом. Потребовалось достаточно времени, чтобы психотерапия продвинулась к осознанию того, что и логотерапия В. Франкла, предлагающая искать ситуативные смыслы, также приводит к заблуждениям, если эти смыслы не обращены к Богу.
В дальнейшем может возникнуть вопрос: а к какому Богу обращается человек? Ведь очень часто он обращается к своему мнению о Боге. А значит, оказывается в ложном представлении и снова удаляется от Истины. Нахождение ответа на этот вопрос имеет решающее значение.
Человек – единственное живое существо, которое способно задавать вопрос о смысле своего бытия. По-видимому, он сотворен таким образом, что этот вопрос в нем присутствует изначально. И этот вопрос вынуждает его искать ответ, мучительно переживая состояние экзистенциального вакуума.
Русский человек особенно чувствителен к этому вопросу. Мы хорошо знаем это, сопереживая поиску героев Фёдора Михайловича Достоевского. Вопрос о смысле у Достоевского превращается в вопрос о Боге. И у Него же герои романов находят ответ.
Роман Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» – это, по сути, поиск Раскольниковым Бога, вернее, даже проверка своей жизнью, поступком, жесткий эксперимент над собой. И все это ради того, чтобы найти ответ на вопрос: а есть ли Бог? Раскольников исследует такие философские понятия, как свобода и своеволие. Он проверяет, существуют ли объективно нравственные законы или это плод человеческого разума, выстроенных этим разумом этических норм. Причем это исследование Раскольников проводит не теоретически, сидя за столом в кабинете, а всей своей судьбой. Ответ находится. И, как говорится, он дорогого стоит. Раскольников находит ту драгоценную жемчужину, ради которой мы можем оставить все без сожаления. И ради обретения ее происходит примирение со всем, что ниспосылается нам Богом.
Но обрести Бога (поверить в Бога) – это только начало. Необходимо знать, что с этим делать дальше. Ведь обретение Бога подразумевает начало преображения личности. В чем оно заключается, каково наше участие в этом процессе? Какова конечная цель?
Коротко и ясно отвечает на эти вопросы наш современник протоиерей Александр Мень: «Смысл жизни заключается в том, чтобы человек, созданный по образу и подобию Божию, приближался к своему Первообразу. Это одновременно и смысл, и цель. Мы в себе открываем вот это заключенное в нас Царство, и в нас начинает говорить Вечность. И тогда мы поднимаемся над суетой, мы перестаем быть рабами повседневности, мы умеем мужественно сопротивляться обрушивающимся на нас несчастьям»[10]10
Мень А., прот. Отец Александр Мень отвечает на вопросы слушателей. М., 1999. С. 67.
[Закрыть].
Преподобный Серафим Саровский на этот же вопрос ответил еще более кратко: «Истинная же цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святаго Божьего»[11]11
О цели жизни нашей христианской. Беседа преподобного Серафима Саровского с Н.А. Мотовиловым. Киев, 2013. С. 4.
[Закрыть].
Православный психотерапевт может сказать, что смысл психотерапии – это возможность помочь человеку встретиться с самим собой, обрести себя во всей полноте своего бытия. И это никак не будет противоречить первым двум определениям.
Жизнь наша наделена смыслом изначально, знаем мы об этом или нет. И все ситуативные смыслы и выборы так или иначе должны определяться этим основным смыслом. Любой другой выбор не достигает цели, а следовательно, не способствует нашему исцелению, лишает внутреннюю структуру человека целостности. Собственно говоря, чем и характеризуется невроз – невыносимым состоянием внутренней расщепленности.
Для языка психотерапии характерны такие термины, как субличность, расщепленность сознания, фрагментарность мышления, биполярные эмоциональные расстройства. Иногда, говоря об одном человеке, оперируют понятиями: внутренний ребенок, внутренний родитель, внутренний взрослый (трансактный анализ Э. Берна). Все эти термины, используемые в различных направлениях психотерапии, отражают наличие внутреннего конфликта, нарушенной психической целостности как в мыслительной, так и в эмоциональной сфере.
Чтобы с этим справиться, нам следует ясно увидеть, в чем заключается суть этого нарушения целостности. Как оно произошло? И каковы пути ее обретения, то есть какими путями нам достичь исцеления? Неудивительно, что полные ответы на эти вопросы мы находим в святоотеческой антропологии.
Если исходить из предположения, что Господь попускает человеку скорби и страдания для исцеления души, то нам становится понятно, что и невротические состояния попускаются человеку не случайно. Они призывают его к действию, к изменениям. Сама невыносимость внутренних состояний, которыми характеризуется невроз, заставляет человека подняться над обыденной суетой и начать задавать себе вопросы, которые раньше его не очень-то беспокоили.
В наше время, когда невротическое состояние скорее норма, чем исключение, человек вынужден, преодолевая его, обращаться к высшим ценностям. Довольно часто в практике работы приходится слышать от клиента примерно такую фразу: «Если бы не невроз, я бы не обратился (не обратилась) к Богу». Оглядываясь назад, на свою жизнь, человек, исцелившийся от невроза, вполне осознанно может сказать: «Слава Богу за все!». Эта фраза отражает состояние глубокого примирения и с собой, и с людьми, и с Богом. В этом состоянии отсутствует сожаление о выпавших на долю скорбях и трудностях, а также отсутствует тревога за будущее.
Как правило, чтобы прийти к этому, необходима длительная внутренняя работа человека над собой. Видимо, не каждый человек на это способен. Эта работа требует от нас определенного мужества. И выполнить ее можно только совместными усилиями самого человека и Бога.
Господь все время ставит нас перед выбором и никогда не лишает нас свободы сделать этот выбор.
§ 2.3. Возникновение невротических проявлений у человека как возможное начало поиска Истины
Невротические черты присущи каждому человеку. И разница между так называемой больной и здоровой психикой часто количественная.
Согласно христианскому представлению о человеке наша природа искажена, деформирована грехом. Это отображается в расщепленности нашего сознания, нашей психики. Не прекращающиеся на протяжении истории попытки человека устроиться в этом мире без Бога обусловлены грехопадением. Человек в своей самости противится Божьему замыслу о себе, таким образом сопротивляясь своему исцелению.
Исцеление в смысле обретения полноты бытия невозможно без покаяния. Без понятия о покаянии как о внутреннем творческом акте человеческой психики нам просто не обойтись. Человек может переживать покаяние в любое время и в любом месте, чаще всего – наедине с Богом, а потом уже он приходит в храм и исповедует свои грехи в таинстве. Покаяние – это внутреннее осознание греха, μετάνοια, перемена мысли, переворот ума и взывание о прощении.
Иногда психоанализ сравнивают с исповедью. Ведь на приеме у психоаналитика от человека требуется его максимальная открытость. В то же время не запрещается обсуждать и осуждать близких людей и сваливать вину на них или на обстоятельства жизни. Такая работа зачастую может способствовать еще большей невротизации. Это означает, что человек как бы разобрался с проблемой, понял, в чем ее психологические причины, но она до конца не разрешилась. Да и вину свою можно обозначить как невротическую, иррациональную. А следовательно, перестать об этом тревожиться. Однако смутное чувство, что что-то здесь не так, может остаться. Один из вероятных эффектов психоанализа – это притупление чувств. Вместе с виной может уйти и чувство сострадания к ближним, и ощущение любви к родителям, которое было до тех пор, пока не стали подниматься и анализироваться детские обиды…
Классический психоанализ очень внимателен к мыслям и образам, которые возникают в сознании человека. Но они никогда не трактуются как помыслы, поскольку понятия помыслов нет в психоанализе. Христианин, имеющий представление о помыслах, учится различать их и противостоять им в духовной брани. Но разница между «исповедью» на приеме психоаналитика и исповедью в церкви заключается не только в этом.
Покаяние, совершенное в исповеди, – это одно из таинств Церкви. И совершается оно Духом Святым. Что же это такое – христианское покаяние? В чем его сила?
Пауль Тиллих (1886–1965) в своей небольшой работе «Мужество быть», относящейся к философской классике нашего времени, объединяет границы философии, теологии и психологии. Он пишет о том, что невротические защиты развиваются в особо чувствительных людях как страх перед состоянием своего небытия. Патологическая тревога заставляет человека укрываться в «безопасности» своего невроза. Это похоже на «безопасность» тюрьмы. Таким образом, невроз по Тиллиху – это способ избежать небытия путем побега от бытия. «Укрываясь в неврозе, личность прячется от невыносимого состояния тревоги, уберегая себя от крайней ситуации отчаяния»[12]12
Тиллих П. Мужество быть. Избранное. М., 1995. С. 114.
[Закрыть].
Страх перед состоянием небытия, вероятно, возникает тогда, когда человек вытеснил свои грехи («вытеснение» означает, что из сознательной сферы они вытеснились в область бессознательного) и даже не хочет о них думать. Обычному человеку, который не совершал каких-либо серьезных преступлений, кажется, что ему не в чем каяться. Мелкая ложь, обман, непрощенные обиды, человекоугодие, блуд, осуждение ближнего – все это не берется в расчет. Однако эти нераскаянные состояния и поступки могут служить причиной неосознанного страха перед небытием. Душа как бы не желает перейти из земной жизни в вечность без покаяния. Вспоминать же о неприглядных своих поступках человеку зачастую не хочется. Это вызывает дискомфорт, неприятные ощущения, от которых человек хочет освободиться, просто не думая об этом. Таким образом, происходит вытеснение из зоны сознания в зону бессознательного. Возникает еще одна зона внутриличностного конфликта – между душой и рациональным мышлением.
Христианская вера дает человеку то реальное мужество, опираясь на которое можно преодолеть невыносимые невротические состояния и подойти к разрешению этого конфликта. И более того – само преодоление этих состояний укрепляет веру. Развернуться в сторону своего греха мы можем только тогда, когда верим в целительную силу покаяния.
Возникновение невроза можно рассматривать как определенный рубеж, преодоление которого открывает возможность для новой жизни человека. Это некий пик переживаний, на котором человек решается сделать шаг в неизвестное. Шагнуть только на том основании, что больше находиться в неврозе он не может. Зачастую, не обладая никакими ресурсами (все ресурсы личность в какой-то момент может уже истощить), только усилием веры человек решается шагнуть в неизвестное.
Акт покаяния всегда требует определенного мужества. Не случайно в православии святые называются подвижниками веры, подвижниками духа. Они – как старшие наши братья и сестры, которые во многом прошли этот путь и указывают нам, обычным людям, что этот путь возможен, что сделать это необходимо и что другого пути у человека попросту нет.
З. Фрейд трактовал невроз как вытесненную, подавляемую сексуальность. Несомненно, что вытесненная духовность приводит к гораздо более серьезным последствиям, чем вытесненная сексуальность. А отказ от воцерковления может явиться в некоторых случаях источником многих психопатологических отклонений, в том числе и психозов. Ниже это будет показано на конкретных примерах.
Воцерковление взрослого человека – это не только осознанное участие в таинствах Церкви. Одними из них являются таинства Исповеди и Причастия, которые призваны способствовать исцелению человеческой души. Воцерковление – это еще и размышление над текстами Писания и Предания, это внутренняя работа над выстраиванием в себе самом христианского мировоззрения. И это – работа сознательная, в которую вовлекается человек полностью, всем своим существом.
В психологической литературе часто встречаются призывы освободиться от разрушающих чувств: вины, обиды, зависти, гнева, уныния. Человека призывают как бы закрыть дверь в прошлое. В этом призыве секулярных коллег изначально заложено существенное упущение. Когда человек делает это сам, то он получает невротические состояния, или жалкую имитацию своего психического благополучия, в котором отсутствует вся полнота переживаний своего бытия. К сожалению, секулярные психологи зачастую работают, как врачи-косметологи, которые создают имитацию омоложения или красоты. Наверное, кого-то устраивают и такие варианты. Ведь свобода выбора дарована каждому из нас Богом. Но надо помнить, что по-настоящему дверь в прошлое сможет закрыться только у того, кто встал на путь покаяния.
Это касается не только отдельно взятой личности, но и социальных исторических процессов, происходящих в государстве.
Итак, мы подошли к пониманию того факта, что пробуждение и развитие духовности – это не роскошь, осуществляемая какой-то отдельно взятой личностью по своему усмотрению. Это необходимость. И Господь все время предоставляет нам возможность подойти к порогу, с которого может начаться этот процесс. Особенно это становится явным в моменты кризисов, в состояниях, когда, казалось бы, уже край. Говоря о мужестве быть, П. Тиллих имеет в виду, что только в решимости жить свою жизнь, принимая скорби, принимая все то, что мы встречаем на своем пути без отчаяния, принимая и невротические состояния, мы способны сделать этот прорыв навстречу Богу.
Человек создан таким образом, чтобы самоосуществиться от образа к подобию Божию. Осуществиться, пройдя этот путь осмысленно, прилагая все свои интеллектуальные, эмоциональные усилия, соединяя их с Божественной энергией, ведущей нас ко спасению.
Заканчивая эту главу, следует вернуться к понятию Логоса в христианском богословии.
Евангелие от Иоанна дает учение о Логосе как Единородном Сыне Божием, выраженное словами: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог (Ин. 1:1). Логос христианской философии, отождествленный в Евангелии со Вторым Лицом Троицы – Иисусом Христом, и является той дверью, войдя через которую, человек духовно исцеляется. Именно в таком понимании логотерапия обретает всю свою полноту.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?