Текст книги "Двадцать пятый кадр"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dvadcat-pyatyy-kadr-22963.jpg)
Автор книги: Марина Серова
Жанр: Современные детективы, Детективы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– А ты бы с ними разъяснительную беседу провел или платил бы за дежурство на лавочке, – съехидничала я.
– Да, одни потерпевшие и никаких зацепок, – вяло подвел итог Мельников.
– Андрей, подготовь мне, пожалуйста, список этих олухов, что у стадиона дрались... А хочешь, зацепочку дам?
Было очевидно, что у Мельникова зависало много нераскрытых краж и что ему было не до драк между бушующими фанатами.
– Давай, – он внимательно посмотрел на меня.
– Знаешь, ты все-таки сопоставь два факта. Случай на футболе, а затем ограбление квартиры погибшего парня. Я и сама этот клубочек не распутала – но смерть этого парня не случайна.
– Лихо ты закручиваешь, Татьяна. Тебе бы к нам в сыск с такой прытью.
– Это ты мне уже предлагал. У вас ведь прессинг, тонна дел, а я люблю свободный полет. Обмозговывать и терпеливо вести одно дело. Да и не за всякое дело я берусь. А у вас ведь не дадут сачковать и творческие планы реализовывать.
– Ни за что, – Мельников вздохнул. – Ладно, фамилии и адреса этих бойцов я тебе дам. А вообще-то драка и кражи как-то не увязываются вместе. Но, если хочешь, дерзай.
Я решила не повторять свои доводы, может быть, я действительно что-то нафантазировала и зря соединила эти факты воедино. Но подозрительное и плутоватое поведение фотографа Димки Крутикова наводило на мысль о его причастности и к кражам, и к смерти Киселева.
Фотограф Дима Крутиков... Фотограф... лаборатория...
Я вдруг поняла, что допустила непростительный ляпсус. Ведь о лаборатории может что-либо знать мать Киселева, я так хотела скрыть свою осведомленность о деле ее сына, что не спросила ее об этом. Мельников хотя и привык к моим внезапным озарениям, но всегда язвил насчет запоздалого их наступления.
Я пристойно попрощалась с ним, торопливо села в машину. У меня в мозгу словно что-то щелкнуло и стало проясняться. Боясь спугнуть интуитивную догадку, я с азартом и нетерпением устремилась к Киселевой. Для полной картины мне не хватало только охотничьего рога и гончих для погони за удачной идеей.
* * *
Киселева удивилась моему вечернему визиту, видимо, она не планировала, что я так быстро подключусь к этому делу. Затем она обрадованно захлопотала, повела меня в комнаты, желая, чтобы я осмотрела место происшествия.
Я увидела портрет Вадима. Да, точно такой же спокойный и уравновешенный взгляд я наблюдала у него на свадьбе.
Мы присели у нее в комнате, и я утонула в мягком кресле.
– Ирина Павловна, мне необходимо задать вам еще несколько вопросов.
– Пожалуйста, я расскажу, если что знаю.
Я заметила на тумбочке у окна лекарства, совершенно ясно, что эта трагедия пошатнула ее здоровье.
Видимо, она уже приняла какие-то из них, потому что была намного спокойнее, чем во время предыдущего нашего разговора. Зато я была взвинчена, мои чувства пронзительно обострились. Я уже как бы видела решение этой задачи.
– Скажите, а Вадим вам рассказывал что-либо о лаборатории, где они обрабатывали пленку?
– Да, он упоминал несколько раз об этом. Просто иногда предупреждал, что задержится в лаборатории, так как есть срочная работа.
– А где она находится?
– Точно не знаю, я там не была. По-моему, на улице Чехова.
– А дома он никогда не обрабатывал пленки? – спросила я.
– Случалось, просматривал иногда, только уже готовые, даже несколько раз звал меня посмотреть. Мне нравились его работы, он очень качественно снимал.
– А где он получал заказы? Он что, давал рекламные объявления? – уточнила я.
– Нет, у него была знакомая в одной фирме – Маша Хохлова. Она и помогала ему с заказами.
– А у него была лицензия?
Ирина Павловна вздохнула, но ответила вполне искренне:
– Нет. Это дорогое удовольствие, но со временем Вадим хотел обязательно ее приобрести.
– Значит, и налогов не платил, – утвердительно и задумчиво сказала я.
– А при чем здесь это? – Моя собеседница уже собиралась обидеться. – Я вас не это просила расследовать.
– Да, это совсем ни при чем, – подтвердила я.
А задумалась я о Хохловой. Конечно, она небезвозмездно давала Киселеву заказы. Но, может быть, она имела более тесные контакты с Вадимом?
– А какие у него были отношения с Машей? Да, кстати, а как фирма называется, где она работает?
– Фирма «Спектр». А отношения у них были просто приятельские. Она к нам приходила несколько раз на праздники и все время с Димкой Крутиковым. По-моему, она его девушка.
– А что вы можете сказать о дружбе Вадима с Крутиковым?
От моего вопроса Киселева опять заволновалась, после некоторой паузы она ответила расстроенно и с некоторым раздражением:
– Этот его Димка очень мне не нравился. Он себе на уме. Вадик всегда его защищал, говорил, что я его не понимаю. А я этого Димку насквозь видела – скользкий, хитрый. Если ему что-то было надо, он мог наизнанку вывернуться, но своего добивался.
– А в последние дни у Димы и вашего сына не было каких-нибудь разногласий и ссор?
– Меня всегда оскорбляло, что Вадим все по Димкиной указке делал, а в последние дни Димка зачастил. Все куда-то его уведет, а после сын возвращался домой грустный, потерянный такой... Но при мне они не ссорились, ничего не выясняли. Я думаю, может, они девушку эту, Машу, не поделили...
– А вы адрес Маши знаете?
– Нет, что вы, может, Димка Крутиков знает.
– А на похоронах она была?
– Да. Еще многие друзья Вадика были. А Димка, хоть и не люблю я его, но уж здесь расстарался. Все сам организовал, меня жалел, видимо, чувствует вину – ведь вместе там были. – Тут Киселева спохватилась: – А вы его спросите, может, видел что, а сказать боится?
– Как найду, обязательно спрошу, – согласилась я.
Ирина Павловна еще немного посокрушалась, осуждая Димку, подчеркивая его недостатки, потом заговорила о сыне. Я видела, что ее мучают воспоминания и скорбь. Я тоже расстроилась – мои надежды на более подробную информацию не оправдались. Хотя всплыла еще раз Хохлова. Игорь Степанович обращался в фирму «Спектр», откуда и был прислан кинооператор. Именно он выяснил, что заказ Киселеву передала она.
Ну что ж, попытаюсь переговорить с Машей. Я не могла позволить себе такой роскоши, как расслабление, но в вечерние часы фирма наверняка закрыта. Придется отложить встречу на завтра.
Глава 4
На вечер намечалась презентация престижного салона мод «Каприз». Плотников полуинтимно обещал грандиозный и шикарный вечер в теплой и приличной компании. Как же, как же. Ну совершенно невозможно получить удовольствие от общения с малознакомыми людьми и уж тем более провести шикарно вечер. Но для более удобного общения с некоторыми потерпевшими неофициальная встреча может принести неожиданный результат. Все эти задумки Плотникова совсем не грели мне душу, но для полной картины хотелось лично узнать у облапошенных граждан, как же они при таких замках и сейфах допустили уплывание своих домашних кладов в неизвестные руки.
Из слов моего нового «друга»-банкира я поняла, что в среде новоиспеченных нуворишей поселилась тревога, готовая перерасти в панику. Из их квартир и сейфов аккуратно изымались денежные знаки и драгоценности, а востребовать свое добро было не с кого. Милиция профессионально работала и мрачно молчала, местная бритоголовая братия, пошустрив и активно перетряся свои ряды, недоуменно пожимала плечами. Конкретно невозможно было ни к кому подкопаться или хотя бы смутно подозревать кого-то в таких некрасивых проделках. Озабоченность серьезных деловых людей возрастала и переходила в тихую ярость.
После удачного просмотра кассеты моим родственником Власовым окрыление и прилив творческой мысли озарили Плотникова. Но его секьюрити потеряли ниточку, вот и возникла идея обратиться ко мне. Теперь некоторые банкиры объединились, как братья во Христе, надеясь, что изо всего этого я вытащу конкретного виновника. Так вот легко, как в цирке – але оп!
Стоп. Раздражение побоку, никому не интересно, что у меня сегодня был неудачный день. Одеваясь, я прикидывала, что более всего подходит для меня в такой ситуации. Роль синего чулка и деловой офисной крысы просто неприемлема на торжестве. Надо что-либо среднее между вечерним платьем и деловым костюмом. Я остановилась на элегантном брючном костюме из легкой плотной ткани с широким блузоном с отделкой ручной работы.
Макияж самый легкий и ненавязчивый запах духов. Терпеть не могу, когда духами пользуются, как освежителем воздуха, и их аромат заполняет все пространство. Духи – это деликатный атрибут и должен ощущаться только при интимном общении, как легкий трепетный ветерок или воркующий бриз спокойного и тихого моря.
Мои приготовления были почти закончены, когда внизу засигналил автомобиль. Я посмотрела в окно – машина Плотникова. Очень интересно господин Плотников ухаживает за дамами. Ну, что я ему, девочка по вызову? Мог бы и зайти за мной в квартиру, это выглядело бы более уместно и благородно.
Я нарочито медленно осмотрела себя в зеркало, обулась, проверила содержимое своей сумочки на предмет необходимых мне атрибутов и плавно двинулась навстречу своему кавалеру.
Некоторое подобие светских манер Плотников изобразил у машины. Он открыл дверцу, любезно помог мне сесть, затем сел рядом на заднее сиденье. При этом он сыпал комплиментами на манер южного тамады. Он кивком приказал шоферу отъезжать и расслабленно откинулся на сиденье.
– Мы, конечно, немного запаздываем, – произнес он, затем поморщился. – Не люблю я этих фа-фа-ля-ля, мелкий бисер по поводу нового и полезного дела... Но уважение и почтение выказать надо, для дальнейших деловых связей и сотрудничества полезно.
– Я сама не люблю, когда по поводу и без повода распускают торжественные и хвалебные слюни, – поддержала я его и тут же каверзно поддела: – Так мы что же, ужинать едем на халяву?
– Ну что вы... – Плотников обиженно захрюкал, видимо, не привык к нахальному и язвительному тону. – Я разве похож на человека, который последний кусок доедает?
– Тогда почему же пропускаете торжественную часть? – настойчиво доставала я его.
– Сами увидите, – спокойно и высокомерно ответил он, – вторая часть намного интереснее, и именно в это время можно обговорить некоторые нюансы предстоящих операций, а также присмотреться к партнерам. Умный человек по манере общения и по кратким репликам сможет составить мнение о деловых качествах и порядочности партнера. А ведь именно в неофициальной обстановке это проявляется лучше всего.
– А что же, у вас и штатный психолог имеется?
– Для нас лучший показатель – это бизнес. Кто не углядел вовремя какую-нибудь «липу», тот пролетел в трубу... – Плотников уже взял себя в руки и совершенно бесстрастно поучал меня: – А у вас, как я вижу, неважное настроение, которое я надеюсь улучшить...
– Что ж, попробуйте.
Я замолчала. Глупо вести себя раздраженно и капризно, если день прошел почти с нулевым результатом. Здравый смысл тихо нашептывал умерить свой язвительный пыл. А какая-то субъединица в моем подсознании подначивала, как шкодливый ребенок, и постоянно высовывалась поболтать. Усилием воли я угомонила в себе мелкого тирана и пересмешника и тут же преобразилась в благообразную деловую даму с интеллигентными и светскими манерами. Ради пользы дела я решила поберечь честь и достоинство банкира, а также свое реноме. То, что Плотников во мне сомневался, я почувствовала с первой нашей встречи. Это нестрашно, это просто банально. Любой мужчина считает себя венцом творения флоры и фауны, а так как женщина слеплена из его биоматериала, то должна слепо и безропотно следовать его инструкциям.
Но раздражало меня другое, то, что Плотников, заказав мне расследование, не признавал во мне специалиста. Обычно если я сомневаюсь в человеке, то предпочитаю с ним не работать. Только участие в этом щекотливом деле моих родственников Власовых обязывало меня взяться за это расследование.
Весь оставшийся вечер мы изображали из себя двух голубков. И надо отдать должное Плотникову, что представлял он меня своим деловым партнерам и товарищам по несчастью очень корректно, с большим уважением и доверием. Ни единой тени сомнения не проскользнуло ни в его интонации, ни в открытом доброжелательном взгляде. Я активно запоминала представленных мне мужчин. Вот Дробышева я уже видела на свадьбе. И он, вероятно, тоже припомнил это, потому что упрямо называл меня Танюшей. Остальные мужчины, несмотря на свой почтенный возраст, обходились без фамильярности и величали по батюшке.
Шакиров с азиатской проницательностью и бесстрастностью беседовал тихим и вкрадчивым говорком.
– Игорь Степанович ознакомил вас с проблемой. Мы внесем некоторые уточнения, – он степенно обвел взглядом всех участников разговора. – Вся трудность заключена в том, что это, вероятно, человек, приехавший из другого города, потому что никто из местных к этому не причастен. Мы проверили...
– Значит, вы думаете, что это гастролер? – пояснила я его предположения.
– Возможно, хотя орудует он уже больше полугода, стало быть, жилье в городе имеет или в пригороде...
Шакиров вел беседу на правах главного, видимо, его соратники ценили в нем дипломатичность и собранность, которые делали беседу плавной и согласованной.
– Ладно. Вопрос о местообитании пока неясен и требует уточнения. – Я занесла наблюдение Шакирова в свою память для дальнейшего обдумывания. – Но ведь действовал не один человек?
– Команду, мы думаем, он подобрал на месте, – закончил размышления Шакиров.
– Вы говорили, что, кроме денег и валюты, они брали еще драгоценности. Неужели нигде не всплыло ни одной вещи? Ведь ему килограммы золота ни к чему.
– Мы проверили всех основных скупщиков золота, на которых работают мелкие сошки, но никаких вещей, согласно приметам, обнаружить не смогли.
Ого, эти серьезные и озабоченные господа поразили меня грандиозностью проведенной работы. Похоже, они действительно перетрясли город, но безрезультатно.
– А ведь он мог сбывать золото у зубных врачей? Или просто переплавлять изделия в лом.
– Мы проверили первый вариант, по мере возможности. А вот если золото переплавлено, тогда это просто драгоценный металл, и доказать, чей он, невозможно.
– И нигде не предлагалось большое количество золотого лома?
– Нигде...
– Значит, он решил обвешаться золотом сам или готовит кому-то в подарок, – я внезапно для себя мрачно пошутила. Уж если эти господа так активно поработали и остались с носом, то где копать мне?
– Татьяна Александровна, мы объяснили вам детали нашей проблемы. У вас есть еще какие-либо вопросы?
– Да. Если я обнаружу этих хапуг, как вы с ними поступите? Ведь не самосуд же чинить будете?
– Это смотря по обстоятельствам, – прямо и без лишнего словоблудия ответил Шакиров.
– Как я понимаю, ваша задача вернуть похищенное, в этом я постараюсь максимально вам помочь. – Я сделала паузу. – Но хочу вас предупредить, что моя лицензия не позволяет мне нарушать рамки закона. Поэтому оговорим сразу, что никаких незаконных акций проводить не буду.
После моих слов дядечки приуныли, видимо, они рассчитывали на Джеймса Бонда в юбке, а тут ангелочек с крылышками. Ну, не надо все воспринимать так буквально. Ну, почти не нарушаю эти рамки, хотя кто-либо из моих объектов наблюдения мог запросто накатать петицию в ООН за нарушение прав человека. Ведь я лезла в святое святых – личную жизнь человека. Ну, еще иногда превышала скорость, опять же для пользы дела.
– Не волнуйтесь, – Шакиров полуприкрыл глаза и монотонно продолжил: – Мы не станем вас впутывать в сомнительные и противозаконные действия. Вы найдите и покажите нам этих людей, а мы попробуем их «уговорить» вернуть наши сбережения.
Шакиров подкупал меня своей ненавязчивой манерой общения. Он не торопился выказать мне свое истинное отношение или какие-либо эмоции. Для него не имели значения ни отзывы о моих способностях, ни мои умственные или внешние данные. Он руководствовался только решением проблемы.
С таким противником приятно играть в шахматы. Такой, даже чувствуя перевес на своей стороне, никогда не покажет, что он умнее. У него всегда решающий и запасной ход, самый меткий и точный, надежно спрятан за маской равнодушия.
Я оторвалась от гипнотизирующего взгляда Шакирова и ответила на вопрос Бустылова – короля бензоколонок:
– А вы уже имеете кого-либо на примете?
– Нет. Пока что нет, – я намеренно не подлакировывала действительность и предупредила их честно. – В дальнейшем я не буду отчитываться о каждом проделанном мною шаге. Поверьте, это экономит массу времени и не создает лишней нервозности.
– Что вы, – с некоторой поспешностью откликнулся Бустылов, – полная свобода действий, вам все карты в руки... Самое главное – положительный результат.
Как же, карты в руки, хотя бы одну засветили из этой колоды. Серьезность нашей беседы на шумном торжестве охраняли бдительные и бесшумные, без особых примет охранники, которые деликатно пресекали любое поползновение в наш укромный уголок. Для старта я получила элементарные, хотя и очень скудные, данные. По окончании нашей встречи я хотела незаметно ускользнуть из зала, где уровень напряжения подходил к предельной отметке. Но тут меня удержал Плотников, шепнув мне приветливо и с тайным полунамеком:
– Подождите, сейчас начнется самое интересное. – Он довольно хихикнул, мягко, по-кошачьи взял меня под руку и повел в общий зал.
– И что же такое будет? – Я выказала умеренный интерес, хотя в действительности соблазнить меня сейчас могла только мягкая подушка и удобный диван. От усталости меня штормило.
– Сейчас, сейчас... А пока мы с вами легонько подзаправимся. Я после серьезных разговоров всегда скидываю килограмм-другой, а вы?
Взяв с подноса чистые рюмки, он налил из открытой бутылки коньяк.
– За сотрудничество.
– За решение нашего ребуса, – поддержала я его предложение.
Для расширения сосудов и стимуляции работы мозга рюмка коньяку – то, что надо. Но, видимо, мой кавалер решил основательно себя простимулировать, потому что сразу же повторил еще, так же наполнив и мою рюмку. Нет уж, дружок, напиваться не входит в мои обязанности. Я решительно отказалась поддержать мероприятие по поднятию тонуса.
– Не переживайте, Танюша, – Плотников фамильярно отсек мое отчество, видимо решив, что официальная часть наших отношений плавно перетекает в дружеские симпатии, – моя машина отвезет вас домой, так что можно и расслабиться.
– Да нет уж... Мне завтра нужна светлая голова.
Я не стала вдаваться в подробности о том, что алкогольные вожделения меня не прельщают. Если и случалось, что я крепко прикладывалась к такого рода напиткам, то лишь в ситуациях, когда этого требовали интересы дела. При этом я применяла различные меры предосторожности в виде некоторых элементарных таблеток, помогающих сохранить ясность ума, – например, активированный уголь или аспирин. Если не было возможности незаметно принять таблетки, то выбирала пищу, максимально обволакивающую желудок. Такими нехитрыми манипуляциями я оберегала свой организм от вредного воздействия. Сейчас мне не было нужды принимать алкоголь и незаметно накачивать собеседника.
– О, начинается, – Плотников тихонечко развернул меня к миниатюрному подиуму. – Сейчас посмотрите на наших красоток. Будут демонстрировать модели.
– Что, показ мод? – я откровенно заскучала.
А публика, не в пример мне, настороженно оживилась.
– Ага, – он сиял, как начищенный таз, – сейчас начнется состязание по «бабкам».
– По чему? – не поняла я.
– А вот кто круче заплатит, та модель и будет первой.
Пока мы мило ворковали, к нам подошла девушка с флажками разных цветов. Она вручила нам по комплекту бумажных флажков.
– Я вам сейчас обрисую обстановку. – В это время на подиум вышла длинноногая, вся в бирюзовом «русалка» с роскошными волосами. Утонченно и жеманно она прошлась взад-вперед, демонстрируя себя и наряд.
– Это девочка Турлина. Ну, хорошо... Жаль только, но он лишних денег на ветер не бросает. – Плотников налил себе еще и с рюмкой двинулся ближе к зрелищу.
Я совершенно не представляла, кто такой Турлин, да и соревнование конкурсанток и кошельков их спонсоров меня мало интересовали. Я решила тихонько ретироваться и увильнуть от просмотра. Поеду-ка я домой, тем более что Плотников заранее предупредил своего шофера.
Мою задумчивость разрушил седоватый мужчина, который нечаянно, в развороте подтолкнул меня. Он обернулся и начал стремительно извиняться:
– Ох, пардон. Я вас не очень помял?
Я отрицательно покачала головой. Он успокоился и стал заинтересованно комментировать выход следующей девушки.
– А как вам эта? – Он приблизился ко мне и, как старой знакомой, стал расписывать достоинства модели. – Эта держится увереннее и более раскованна... А вам нравится показ?
Наверное, это прилипала из учредителей данного проекта, расширяет контакты с будущими клиентками.
– Да, все достаточно мило, – рассеянно и деликатно ушла я от обсуждения и собралась покинуть своего собеседника.
– Минуточку. – Он настойчиво загородил дорогу и назойливо продолжал свои излияния: – А вы какой стиль предпочитаете? Вероятно, классический... Я по вас это сразу определил.
При всей его словоохотливости я не могла разглядеть личность этого человека, он постоянно менялся и ускользал за маской.
– Вы, наверное, деловая женщина... Весь вечер просидеть в компании мужчин... Видимо, разговор был серьезный? – он вопросительно, искоса посмотрел на меня, и опять я не смогла уловить его взгляд. Что это, любопытство или бестактность?
Для модельного бизнеса он явно не подходил своими простоватыми манерами и обликом, далеким от изящества. При таком деликатном и вежливом разговоре взгляд его все-таки был блудливым. Для модельного агента он сомнительно мало разбирался в направлениях моды. Зацикленно бубнил о достоинствах классического стиля и в очередной раз подчеркнул мой вкус.
Что это, заключительный аккорд подобных мероприятий? Легкое и фривольное знакомство для приятного проведения досуга? Или он скучает и рад любой беседе, даже с таким малоразговорчивым собеседником, как я? В любом случае меня этот человек тяготил и смущал своими никчемными вопросами.
– Вы здесь с кем? – он опять любопытно стрельнул глазами.
– Я уже ухожу. – Я действительно решила прекратить дальнейшую словомешалку, обогнула мужчину и пошла к выходу. Спиной я чувствовала его липкий взгляд, но романтическим интересом здесь и не пахло. Его гладкие прилизанные фразы не вязались с холодным, скользящим взглядом. Видимо, наше короткое общение оставило у него осадок любопытства и странного пристального внимания.
Уже в машине, в легком укачивании салона, я осознала несоответствие мимики и улыбки моего собеседника со взглядом, скользящим внутрь меня и в то же время за меня. Мне все время хотелось оглянуться. Ладно, прочь чепуху и сумятицу сегодняшних метаний. Завтра с утра за дело.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?