Текст книги "Печали веселой семейки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pechali-veseloy-semeyki-23905.jpg)
Автор книги: Марина Серова
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– Пусть связывает, если хочет, – лениво проговорила Вобла. – Что с того? В милицию он все равно не обратится, ему же не нужны лишние неприятности на свою голову. С тех пор, как он еще в застойные времена попался на краже социалистического имущества, когда работал завскладом автомобильных деталей, и отмотал приличный срок, он с милицией не дружит. И потом – попробуй-ка докажи, что деньги украли мы с тобой! И вообще, на то мы и скроемся, чтобы нас с тобой не нашли!
– Да, дорогая. Значит, послезавтра утром мы с тобой…
– Да, мой пупсик. Ну, скажи еще раз, как ты любишь свою девочку, – слова Воблы плавно перетекли в жаркий шепот, а чуть позже – в совершенно невнятное мычание, затем, судя по звукам, последовал второй раунд вольной борьбы, в которой ринг заменяла огромная кровать. А может, какой другой борьбы, не в том суть. Суть же заключалась в том, что между Эммой Эдуардовной и Андреем были вовсе не те отношения, какие должны быть, по идее, между женой бизнесмена и ее водителем.
«Ну, хорошо! – подумала я. – Я эту дамочку поймаю с поличным, она меня узнает. Значит, послезавтра утром Вобла собирается сбежать с деньгами и с любовничком… Ну, так ей это не удастся! Жалко, конечно, что такой симпатичный парень, как Андрей, оказался втянут в грязную историю, но тут уж ничего не поделаешь: факты есть факты».
Я покинула квартиру, честно внеся плату за сутки моего в ней пребывания, и, набрав номер дружка-риелтора, горячо поблагодарила его за помощь, оказанную следствию. Прослушивающее устройство мне больше не понадобится: я и так знаю о планах Воблы решительно все. Все «материалы» – меня так и передернуло, когда я вспомнила, из чего большей частью состоят эти «материалы», – записаны на пленку, и в случае чего их можно будет использовать в качестве доказательства преступных действий Эммы Эдуардовны и Андрея. А заодно я дам Вобле несколько рекомендаций на случай, если она решит продолжить самообразование по грабительской специальности: например, чем стирать отпечатки пальцев на сейфе, лучше попросту надеть перчатки.
Глава 2
Я, конечно, знала уже достаточно много для того, чтобы прийти к клиентке и изложить ей во всех подробностях результат своего расследования, но страсть к неожиданностям и эффектам у меня, наверное, в крови. Да и очень хотелось всласть посмеяться над глупой истеричкой, которая посмела тягаться со мной, частным детективом Татьяной Ивановой, на счету у которой более двух сотен раскрытых дел – и каких дел! – и поймать ее с поличным в момент бегства.
Значит, надо делать вид, что я ни о чем не догадываюсь, позвонить Вобле, сказать, что дело знай себе движется, и даже, пожалуй, слепить какую-нибудь оригинальную историю о том, что я напала на след, уводящий как можно дальше от самой Воблы. Это просто необходимо, если не хочешь спугнуть преступника, уж поверьте моему опыту.
Ровно в одиннадцать я набрала номер телефона особняка Каминских. В трубке раздались ровные гудки, затем автоответчик слащавым голосом Эммы Эдуардовны сообщил: «Ни меня, ни Жоржа нет дома, просьба перезвонить, всего доброго». Я оставила сообщение на автоответчике, что перезвоню позже, и повесила трубку.
Отсутствие Эммы Эдуардовны меня немного насторожило, но еще не настолько, чтобы я начала испытывать серьезные опасения. Она могла куда-то выйти. Например, перехватить мимолетный поцелуй у своего любовничка. А может, она страдает несварением желудка и в настоящий момент сидит в соответствующем ее состоянию помещении особняка. И только когда никто не снял трубку ни в половине двенадцатого, ни в двенадцать, ни в час, я начала беспокоиться.
В половине второго, вновь услышав запись с автоответчика, я поспешно оделась и вышла из дома, решив съездить к Каминским. У меня была заранее заготовлена версия о том, что я «почти вышла» на одного уголовника, который мог совершить кражу, но я нутром чувствовала, что она мне не понадобится.
Как и в прошлый раз, я нажала кнопку видеодомофона на воротах, и снова, как и вчера, они бесшумно открылись. Все оставалось на своих местах, только гараж был заперт, и водителя не было видно. Я поднялась на крыльцо и нажала кнопку звонка, который тут же отозвался вчерашней мелодичной трелью. Раздались шаги, щелкнул открываемый замок и… Представьте себе мое удивление, когда я нос к носу столкнулась с Георгием Николаевичем Каминским собственной персоной! Не узнать его было невозможно, ведь я так часто видела его фотографии в газетах. Но он же должен приехать только завтра… Как мне теперь выкручиваться?
– Прошу, – вполне любезно пригласил меня в дом Каминский.
Мы прошли в знакомый мне кабинет. Каминский указал на кресло, стоящее у камина, а сам сел в другое, рядом. Воцарилось недолгое молчание, за время которого я успела хорошенько рассмотреть знаменитого тарасовского бизнесмена, так сказать, вживую. Это был невысокий мужчина лет пятидесяти с солидным брюшком, по объему которого было видно, что Каминский не чурается пива. На вид он чем-то напоминал старую сову. Наверное, в этом был виноват крючковатый нос и цепкий, немигающий взгляд. Голову Каминского венчала великолепная плешь, заметная несмотря на то, что остатки волос, явно подкрашенных, были зачесаны с боку на бок с целью ее скрыть. В общем-то, это производило довольно отталкивающее впечатление, усиливавшееся еще и тем, что Каминский пользовался какой-то ужасной туалетной водой, запах которой, по-моему, должен был уничтожать все живое в радиусе километра. Словом, внешне это был пренеприятный тип.
Молчание прервал сам Каминский.
– Если я все правильно понял, – начал он, – то моя супруга наняла вас по поводу… э-э… так называемого ограбления сейфа?
Вообще-то я не обязана отвечать на подобные вопросы. В моем деле существует такое понятие, как профессиональная тайна.
– Прошу простить, – начала я, – но интересы моей клиентки не позволяют мне…
– Я тоже прошу меня простить, – довольно бесцеремонно перебил хозяин дома, – но ваша клиентка нынче утром скрылась в неизвестном направлении, и если вы хотите получить плату за свои труды, вам стоит быть более откровенной с мужем вашей клиентки.
«Вот подлюга! – подумала я, продолжая слушать объяснения Каминского. – Знает же, что я буду настаивать на оплате, вот и вертит мной, как хочет! Может, мне еще удастся отыграться?»
– Ваше сообщение на автоответчике все мне разъяснило. Я ждал вас, чтобы прояснить всю ситуацию. Видите ли, я прекрасно знаю, что моя жена сбежала с любовником, прихватив солидную сумму денег, а именно двести тысяч долларов из сейфа, который она собственноручно открыла, зная его код. Более того: я сам приложил немало усилий, чтобы толкнуть ее на этот шаг. Я «забыл» код, записанный на бумажке, в своем кабинете. Не сомневаюсь, что моя супруга наведалась в кабинет, а прочитав то, что было написано на бумажке, поспешила проверить, точно ли это код сейфа. Кроме того, чтобы заставить ее действовать быстрее, я специально позвонил ей вчера и сообщил, что приеду пораньше. И теперь я прошу вас закрыть это дело за ненадобностью. Разумеется, я оплачу вашу работу.
Наверное, у меня был глупый вид, потому что Каминский довольно неприятно ухмыльнулся.
– Может быть, – произнес он, – вы все-таки расскажете мне то, что знаете насчет моей жены? Как видите, я с вами говорю совершенно открыто. Не хотите ли вы отплатить мне откровенностью за откровенность?
Что ж, я и отплатила. То бишь все рассказала. Терять мне было нечего, так зачем же скрывать карты. В доказательство своей сообразительности я даже предъявила «жучок», который, пройдя с Каминским в спальню его жены, вытащила из-под кровати.
– Я не сомневаюсь в том, что вы умеете хорошо работать, – заметил Каминский. – То, что вы так быстро раскусили мою жену, говорит, конечно же, в вашу пользу. Собственно, именно поэтому я остановил свой выбор на вас. Я хочу поручить вам новое дело.
Ого, кажется, мое сотрудничество c семьей Каминских не закончилось. Что ж, если речь идет о новом деле, я, конечно же, не откажусь. Разве я смогу отказаться, если клиент с оплатой моей обычной ставки двести долларов в сутки сам плывет мне в руки? Однако нельзя же начинать новое дело, не разобравшись с оплатой старого!
– Очень хорошо, но должна предупредить вас, что, прежде чем открыть новое дело, неплохо бы завершить старое. Думаю, что вы как муж моей клиентки вполне можете расплатиться вместо нее. Вот счет.
И я протянула Каминскому листок, на котором были записаны, помимо моей ставки, различные расходы, из которых самым весомым был, конечно, тот, который возник из-за квартиры, снятой на сутки. А надо вам сказать, что снять на сутки квартиру в центре города, да еще и в престижном районе недешево стоит. Одним словом, общая сумма счета оказалась весьма внушительной.
По мере ознакомления с предъявленным счетом глаза у достопочтимого бизнесмена лезли на лоб и грозили доехать через неудачно замаскированную плешь до самого затылка.
– Что-о? Двести долларов в день? Доплата за срочность? Оплата бензина и снятой квартиры? Итого… Ну, знаете!
«Воблина школа! – подумала я. – Муженек у нее такой же прижимистый». А скупердяев я, между прочим, не люблю так же сильно, как и истеричек. Семейству Каминских не повезло: в нем присутствовали и скупердяй, и истеричка.
Я, конечно, согласна, что беру недешево, но разве блестящее раскрытие дела за минимально короткий срок не стоит того? Вероятно, Георгий Николаевич подумал то же самое, потому что все-таки, явно скрепя сердце, оплатил счет. И все равно: несимпатичный он человек! Теперь я могла развернуться и уйти, отказавшись вести дело, которое он мне собирался предложить, – не очень приятно работать на человека, который тебе не нравится, – но любопытство пересилило. Да и заработок никогда не бывает лишним. Я ведь люблю тратить деньги на машину, на всякие там детективно-шпионские штучки вроде «жучка» последней модели. Ну и себя, конечно, не забываю, мне ведь всего двадцать семь, я красивая и люблю хорошую одежду. А чтобы получить новое дело, а с ним и новый заработок, нужно быть вежливой с клиентом.
И я уселась поудобнее и приготовилась слушать, стараясь одновременно излучать как можно больше обаяния. Было видно, что моя внешность не оставила Каминского равнодушным, хотя напрямую он об этом, слава богу, не говорил, а не то я попала бы в довольно сложное положение. У меня несколько раз было так, что в меня влюблялись клиенты. Один даже – честное слово! – сделал предложение руки и сердца, но я, убежденная холостячка, никогда не приветствовала такие предложения.
– Итак, – начал тем временем Каминский, – как видите, я сам спровоцировал жену на то, чтобы она ограбила мой сейф. Если хотите знать, я даже специально положил в него сумму, которая ее соблазнит и которой, по моему мнению, ей за глаза хватит. Словом, я вел себя, как заботливый муж, который хотел как можно деликатнее и безболезненнее избавиться от порядком надоевшей супруги.
Я молчала в недоумении. Странно же понимают заботливость эти бизнесмены! Попробовал бы обо мне кто-нибудь так позаботиться – потом сто раз пожалел бы!
– Я уже давно знаю, что Эмма Эдуардовна мне изменяет, – говорил между тем Каминский. – Впрочем, и у меня не так давно сложились чрезвычайно близкие и доверительные отношения с моей секретаршей Марией. Я впрямую не говорил об этом жене, но, по-моему, она все знала, потому что я не очень старался скрыть наш роман. Мы с женой давно охладели друг к другу, и пора было бы устраивать наши жизни по отдельности. Эмма Эдуардовна, моя дорогая супруга – дорогая исключительно потому, что мне дорого обходились ее прихоти, – никогда бы не согласилась на развод. Она слишком привыкла жить в роскоши, чтобы так просто все бросить. А Мария обладает всем тем, чего нет у моей жены: молодостью, красотой, умом. Она так понимает меня, как не понимал никто другой. Развод мне просто необходим, потому что мы с Марией собираемся пожениться.
Я попыталась представить себе женщину, которая могла бы полюбить Каминского – не ради богатства, а его самого, – но у меня это как-то слабо получалось. Хотя кто знает… Да и кто говорит о любви? Связалась же Вобла с красавцем шофером. И ничего, сейчас они, наверное, с чемоданами бегут навстречу новой райской жизни, которую проведут вдвоем где-нибудь среди пальм под жарким тропическим солнцем. Интересно, какие еще тут скелетики в шкафу припрятаны? Наверное, Каминский хочет теперь побыстрее развестись с супругой, и ему нужен официальный для этого повод.
– Если дело, которое вы хотите мне поручить, заключается в том, чтобы накопать компромат на вашу супругу и заставить ее тем самым согласиться на развод, то вам достаточно будет просто взять записи, которые я получила благодаря своему прослушивающему устройству. Их хватит для того, чтобы подать на развод в качестве потерпевшей стороны.
– К сожалению, речь пойдет не о разводе, – печально произнес Каминский. – Дело в том, что сейф вскрыли и ограбили меня.
– Что-о-о? Опять? – только и смогла вымолвить я.
– Увы, да. В первый раз, когда вы осматривали сейф, вы не заметили того, что он с секретом. Это и немудрено. Впрочем, я лучше все покажу сам.
Он подошел к сейфу и открыл его. Сначала я ничего не заметила. Сейф как сейф. Но тут Каминский нажал на один из медных шурупов, расположенных по углам сейфа с его внутренней стороны и выполняющих, как я думала, чисто декоративную функцию. Задняя стенка сейфа откинулась, и за ней оказалась небольшая дверца с прикрепленной к ней клавиатурой. Каминский набрал комбинацию цифр – дверца открылась. За ней оказалось небольшое отделение сейфа, сейчас пустое.
– Вот здесь, – печально произнес бизнесмен, – в день моего отъезда лежали важные бумаги. Какие, нет смысла говорить. Достаточно будет сказать, что они касаются некоторых секретов моего бизнеса, и мне было бы очень нежелательно, чтобы о них узнали мои конкуренты, а их у меня немало. Бумаги-то вам и предстоит найти.
А вот это было уже намного интереснее, чем быть вынужденной подслушивать подробности семейной жизни супругов Каминских. Сейчас мне предлагали настоящее дело, расследуя которое не требовалось копаться в чужом грязном белье. Правда, забегая вперед, скажу, что я была не права – грязного белья в новом деле оказалось хоть отбавляй, но тогда я об этом еще ничего не знала.
– У вас много конкурентов? – спросила я.
Вместо ответа Каминский позвонил по внутреннему телефону:
– Мария, принесите мне, пожалуйста, тот самый список, о котором я вам говорил.
На звонок явилась молодая красивая женщина в строгом платье и протянула бизнесмену лист бумаги, на котором мелким шрифтом были напечатаны фамилии.
– Вот они все, – сказал Каминский.
Я мельком на него глянула. Да, солидный получился списочек.
– А вы подозреваете кого-нибудь больше других? – поинтересовалась я.
– Трудно сказать, – задумался Каминский. – С одной стороны, потенциально в пропавших из сейфа документах заинтересован каждый из тех, кто занесен в список, так что за ограблением может стоять любой.
Жалко, что Каминский не говорит, что именно заключалось в документах. А он, похоже, собрался молчать. Ну и ладно.
– С другой стороны, – продолжал между тем мой новый клиент, – никто из них не может знать о секрете моего сейфа. Он был сделан для меня по специальному заказу, а код время от времени я менял на нем самолично.
– Может быть, кто-то из вашего окружения выдал секрет конкурентам? Кто еще, кроме вас, знаком с секретом сейфа?
– Только Мария, – сказал Каминский.
Женщина в строгом платье мило улыбнулась, как будто разговор шел не об ограблении и не о подозрении в том, что она сама могла участвовать в преступлении, а о чем-то для нее приятном.
– Но Мария должна полностью оставаться вне ваших подозрений. Я настоятельно рекомендую вам не разговаривать о совершенном преступлении с Марией, – Каминский, не вставая с кресла, взял Марию за руку, и та снова мило улыбнулась – на этот раз Каминскому лично. – На это у меня есть веская причина, и я готов назвать вам ее. Подумайте сами, зачем Марии нужны какие-то мои документы, если вскоре ей будет принадлежать все? Я ведь, знаете ли, – Каминский смущенно потупился, – как раз вожусь с тем, чтобы официально оформить свое состояние не только на себя, но и на нее. К счастью, Эмме Эдуардовне мое состояние не принадлежало: поженившись, мы составляли брачный контракт… Благодарю, Мария.
Женщина, так и не произнесшая во время напрямую касавшегося ее персоны разговора ни слова, послушно вышла.
Похоже, что Каминский уже помог мне в расследовании, без труда оправдав одного из подозреваемых. Да и в самом деле, нужны ли ей какие-то документы, если скоро огромное состояние Каминского, прекрасный особняк, «Порш» и «Линкольн» – я вздохнула, вспомнив о машинах, – будут принадлежать ей? Похоже, что Мария тут ни при чем. В конце концов, слово клиента для частного детектива – закон. Раз Каминский говорит, что мне не стоит даже говорить о расследовании с секретаршей, значит, говорить и не буду. Хотя, если быть честной, я бы не прочь пообщаться с невестой моего клиента.
– А ваша жена? – спросила я. – Могла ли это сделать она? Она ведь уже раз запустила руку в ваш сейф. Может быть, она знала о документах и одна или с помощью какого-нибудь мистера Икс, – я вспомнила о ее отношениях с Андреем – добралась и до вашего секрета?
– Вряд ли, – заметил Каминский. – Она не интересовалась моими делами. Все, что ее интересовало, это дорогие тряпки, иллюстрированные журнальчики, телесериалы и любовные романы. Больше за двадцать пять лет нашей совместной жизни я не обнаружил у нее никаких увлечений и интересов.
По-моему, он забыл в качестве увлечения супруги назвать ее любовника. Так плохо за двадцать пять лет совместной жизни узнать свою жену!
– Возьмите этот список, – сказал Каминский. – Надеюсь, он вам пригодится. Могу я поинтересоваться, что вы предполагаете делать дальше?
– Сперва еще раз осмотреть сейф, если вы не возражаете. Я уже осматривала его вчера утром, но то было, как вы знаете, совсем другое дело.
Каминский понимающе улыбнулся и отошел в сторонку, справедливо полагая, что мешать расследованию нехорошо.
Я достала из сумочки перчатки и принялась за исследование внутренности сейфа. Как я и ожидала, посторонних отпечатков пальцев на поверхности ящика не оказалось. Однако почерк преступления был другой, по сравнению с Воблиным, поскольку отпечатки пальцев самого Каминского – хозяина сейфа – остались на месте. Судя по всему, преступник или преступники действовали в перчатках, причем зная код сейфа. Или код вычислялся прямо на месте с помощью какого-нибудь новейшего устройства? Возможно и то, и другое.
Интересно было бы с максимальной точностью установить время ограбления, но пока это не представлялось возможным, и я сомневалась, что его вообще удастся установить. Конечно, удобнее всего кражу было совершать уже после того, как Вобла скрылась со своим любовником, но кто знает? Может, все произошло и гораздо раньше, например, когда она ездила по магазинам или даже трепалась в спальне с подругами по телефону, ведь от ее спальни до кабинета расстояние солидное: она могла ничего и не услышать. Положительно, у меня уже голова пошла кругом. Я-то рассчитывала сегодня на то, чтобы потрясти Воблу своей проницательностью и, как говорится, припереть ее к стене, а тут заваривалась такая крутая каша…
Я вышла из особняка уже вечером. Осмотр дома и прилежащей к нему территории ничего не дал. Похоже было, что, аккуратненько открыв сейф и прихватив документы, преступник просто испарился с места ограбления. Впрочем, так зачастую кажется поначалу, а там, глядишь, что-нибудь да и проясняется. Подождем немного, не следует спешить с выводами.
Я пообещала Каминскому, что буду держать его в курсе дел, села в машину и выехала за ворота особняка. И буквально на третьем повороте меня догнала серебристая «Нексия»…
А ведь все так хорошо начиналось!
Я не торопясь допила кофе и достала гадальные кости. Похоже, без них сегодня не обойтись.
Глава 3
Я всегда прибегаю к помощи гадальных костей, когда расследование заходит в тупик или когда надо быстро принять важное решение. Вот тогда они мне здорово помогают. Могу рассказать сотни случаев, когда без них было не обойтись. И ни разу они меня не подвели.
Мысленно я спросила себя, как мне действовать дальше, в каком направлении осуществлять поиск следов преступления, и бросила «косточки». Они тут же раскатились по столу, а я мысленно сконцентрировалась на интересующем меня вопросе. «Кости» остановились, показав мне интересное сочетание чисел: 16+26+7. До сих пор оно мне попадалось не часто. Числа означали, что, во-первых, я преследую недостойную цель, во-вторых, я должна выбрать правильный стиль общения, а в-третьих, мне следует соблюдать не только свои интересы, но и интересы партнера. В общем-то, могло показаться, что ответ слишком туманный для того, чтобы гаданием можно было руководствоваться в расследовании, но уж поверьте мне: по делу Каминского, за которое я взялась, мои верные помощники рассказали мне все, что я хотела знать на сегодняшний день.
Я преследую недостойную цель? Вероятно, это относится к недалекому прошлому: разве я не преследовала не очень достойную цель, стремясь поймать с поличным Эмму Эдуардовну и насладиться полным превосходством над ней? Я готова честно признать, что больше всего мне хотелось отплатить ей за то, что она воспользовалась мной как прикрытием для своего черного дела. Но птичка упорхнула с зелеными купюрами в клюве, а мне приходится начинать новое дело, которое куда как сложнее предыдущего, оказавшегося, в общем-то, даже и не настоящим делом, а так, мелкой разборкой на семейном фронте. Конечно, решались проблемы взаимоотношений супругов нестандартно, но, если поразмыслить, такое – ну, не такое, а подобное – случается сплошь и рядом. Разница только в денежной сумме, которую муж оставляет жене, да разве еще в том, что в большинстве случаев обычный «разъезд» – пока еще не развод – супругов все-таки не обставляют как ограбление, а разбираются по-простому, на житейском уровне.
Да, я преследовала недостойную, в общем-то, цель, копалась в чужом грязном белье. Но что поделаешь? Моя работа такая, что приходится этим заниматься чуть ли не каждый день.
Стоп! А может быть – и даже вероятнее всего! – преследовать недостойную цель – это снова напасть на след Эммы Эдуардовны? Ну да, как же я сразу не додумалась! Можно ли назвать дамочку достойной целью? В свете поступков, которые она совершила за последнее время, – нет. Но кто знает, не унесла ли она с собой и важные бумаги? Вдруг она не столь глупа, как считает муж… Что, если она завладела секретом сейфа, открыла его, унесла документы и хочет теперь продать их конкурентам собственного мужа… А почему бы и нет? К мужу она уже давно не испытывает никаких чувств, а начать новую райскую жизнь с молодым и красивым парнем, – может, предел ее мечтаний? А деньги на эту райскую жизнь ох как нужны! Во всяком случае, проверить мои подозрения стоит.
Теперь насчет стиля общения. Может быть, «косточки» опять намекают на Эмму Эдуардовну? Что, если окажется, что надо выбрать с ней другой тон, и тогда удастся вытянуть из нее побольше полезной информации? Или это намек на серебристую «Нексию», которая преследовала меня сегодня, и по отношению к тем, кто ее послал выследить или убрать меня, мне надо выработать стиль общения? Что-то вроде «око за око», например… И мне в свою очередь надо показать себя, чтобы они поняли, с кем имеют дело. Кстати, интересно, связана «Нексия» с Воблой или нет? Это тоже надо проверить.
Кстати, о «Нексии»… Не смущаясь поздним временем суток, я с помощью своих друзей из милиции обзвонила все близлежащие к месту происшествия пункты ГИБДД и автосервиса – машина-то была повреждена. Но поиски ничего не дали: серебристой «Нексии» и след простыл.
И третье: преследовать не только свои интересы, но и интересы партнера. Ну, если это намек на Каминского, так я и без того преследую его интересы. Хотя стоп, то, что я разыщу его жену, пожалуй, идет вразрез с его интересами. Значит, в этой ситуации мне придется как можно аккуратнее лавировать между супругами Каминскими. Так, чтобы узнать все, что я хочу, но в то же время оставить отношения между ними на той же стадии, на которой они были совсем недавно. И даже сообщить Эмме Эдуардовне, что ее супруг собирается с ней разводиться и у него есть веский повод – ограбление, которое совершила она. Надеюсь, тогда она расскажет мне больше, чем в нашу первую с ней встречу.
Решено, буду искать Воблу. Только где? Куда она могла скрыться вместе со своим Андреем? Ну, конечно! Я бросилась к своей сумочке и вытащила ту самую кассету, на которой было записано то, что творилось в спальне Эммы Эдуардовны. Я ведь прослушала не все – нечаянно задремала, а проснулась, когда любовники уже занялись сексом. Наверняка они о чем-то разговаривали до того, как я проснулась!
Я вставила кассету в магнитофон. Послышалось неясное бормотание – Вобла разговаривала по телефону с подругой. Ага, вот оно: этого я не слышала. В спальне слышался шорох, как будто там вынимали из шкафа и складывали вещи, затем последовал треск закрываемой «молнии». Та-ак, Вобла собирает чемоданы. А потом я явственно услышала шум шагов – это в спальню вошел Андрей. Никогда себе не прощу, что прозевала их разговор!
– Как дела, дорогая? – произнес голос Андрея.
– Все в порядке, я уже собираю вещи. Мы будем действовать, как договорились?
– Конечно, купим билеты на вокзале и сядем в поезд. Твой муж наверняка подумает, что мы полетим самолетом, а мы приедем в Москву незаметно. Есть у меня в Москве один хороший друг, поживем у него, а потом, когда все уляжется… Впрочем, мы это с тобой уже не раз обсуждали.
– А потом начнем новую жизнь! – восторженно заключила Вобла. – Вдвоем под пальмами!
Слушать дальше не было смысла, поскольку начались те самые упражнения на кровати, от звуков которых я и проснулась.
Теперь все встало на свои места: Каминский, как он мне сам сказал, возвратился из деловой поездки раньше, чем предполагали Андрей с Воблой, и, наверное, позвонил супруге, предупреждая о своем возвращении. Любовнички вынуждены были действовать порасторопнее. Осталось только уточнить, сели ли они в поезд до Москвы и прибыли ли туда.
Частных детективов у нас, к сожалению, не очень жалуют, но у меня много хороших знакомых в милиции. Взять хотя бы того же Кирю, Владимира Сергеевича Кирьянова то есть, подполковника милиции. Сколько дел мы распутали с ним совместными усилиями! Скажу вам по секрету, без ложной скромности, у Кири никогда не было бы по две звезды на погонах, если бы не моя светлая голова. Но надо отдать должное и ему: что касается добывания сведений, которые мне, лицу, в общем-то, неофициальному, не наделенному властными полномочиями, получить – все равно что достать луну с неба, то тут Киря просто незаменим. Он уже не раз доставал мне с неба луну.
Итак, я позвонила Кире и попросила его узнать, покупала ли Эмма Эдуардовна Каминская билеты на поезд Тарасов – Москва, и если да, то была ли она одна или ехала со спутником. Ответ я получила через пятнадцать минут: да, Эмма Эдуардовна купила билеты на поезд Тарасов – Москва, который отправился с тарасовского вокзала в шесть часов три минуты по московскому времени.
– И чуть не забыл, – ровным голосом добавил Киря, он вообще очень уравновешенный человек, и его трудно чем-нибудь смутить, – ехала она действительно не одна, с ней парень был – молодой, красивый, по документам Андрей Мурашов. Кассирша его запомнила, когда парочка предъявляла паспорта, чтобы купить билеты.
– Спасибо тебе большое, Киря! Ты настоящий друг, – с чувством произнесла я и тут же подумала еще об одном моменте, который неплохо выяснить сейчас же. – А знаешь, вот тебе еще один вопрос на засыпку. Сейчас десять вечера, поезд должен уже прибыть в Москву. Не мог бы ты узнать, доехали ли Каминская и Мурашов до Москвы? Узнаешь? Ответ будет самое большее через два часа? Не звони на мобильник, звони по городскому номеру, я сейчас дома. Спасибо, лапа моя! – я чмокнула трубку и положила ее на место.
Однако ответ на свой вопрос я получила куда раньше, чем думала.
– Ну и задачку ты мне задала, Танюха, – ровным голосом, как будто речь шла о самых что ни на есть обыденных вещах, проговорил Киря. – Похоже, что голубки твои до Москвы и не доехали. Я связался с тарасовским линейным отделом транспортной милиции, у меня там свои люди. Так они мне сказали, что до Москвы доехали только их вещи, а их самих и след простыл. Из Москвы уже насчет вещей прислали запрос: там чемодан, мобильник и документы на имя Эммы Эдуардовны Каминской. А саму ее с парнем последний раз, кажется, в Ртищеве видели. Знаешь, там большая остановка поезда, вагоны перецепляют… Короче, полчаса поезд стоит. Вот после той остановки они и исчезли. Ты что, очередное дело распутываешь? Чем еще помочь?
– Ой, Володька, втянули меня в такую историю! Но ты мне, наверное, сейчас больше не поможешь. Спасибо тебе, созвонимся. Что бы я без тебя делала! Ну, пока! – Я повесила трубку, исполненная глубокой признательности Кирьянову, который достал мне очередную луну с неба. Да еще какую – полную!
Дело все больше прояснялось. Сначала я, правда, подумала, что Вобла с Андреем заметают следы, но потом решила, что это они делают очень странно: оставляют вещи с документами, причем все принадлежит Вобле, а вещей Андрея нет вообще. Сам собою напрашивался только один вывод: красавец водитель, наверное, слинял с деньгами во время остановки в Ртищеве, а Воблу попросту кинул.
А что? Объяснение вполне правдоподобное, учитывая то, что со своей непрезентабельной внешностью, в которой больше половины всех прелестей было далеко не природного происхождения, Вобла вряд ли могла рассчитывать на глубокие и искренние чувства молодого красивого парня, который без труда бы покорил даже самую яркую девушку. Да что далеко ходить – взять хотя бы меня! Уж на что я стреляный воробей, да и то почти не устояла против его мужского обаяния. А где же тогда может быть Вобла? Скорее всего, раз не доехала до Москвы, она наверняка застряла в Ртищеве, и искать ее надо там. И сейчас же!
* * *
До вокзала Ртищево я на своей «девятке» добралась достаточно быстро. Выехала рано утром, почти ночью, и успела к тому времени, когда пошли первые электрички. Народу на вокзале было уже много. Я оглядывалась по сторонам, надеясь найти кого-нибудь, кто мог видеть вчера Воблу и Андрея.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?