Текст книги "Привычка умирать"
![](/books_files/covers/thumbs_240/privychka-umirat-5988.jpg)
Автор книги: Мария Симонова
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Да, – сказал я. – Он исправит здоровые человечьи клетки на мутантов. Так?
– Да! Именно так. После нескольких сеансов то, что выйдет из капсулы прибора, уже не будет человеком! И я не знаю, что это будет! Но и это еще не все… Я обнаружила следы нановмешательства в структуру генов. Что это и для чего предназначено – я пока не знаю, но апроксимация говорит, что эти наномолекулы активируются при повторном воздействии инфинитайзера. Вероятность – почти 63%. Возможно, они приведут к дальнейшей мутации.
– Что за наномолекулы?
– Очень странное вещество – оно не имеет аналогов в таблице Менделеева—Ларссона, не имеет привычной нам структуры. И что более удивительно – иммунная система на него не реагирует. А должна бы отторгать, вытеснять из организма. Но при каждом обновлении клетки наномолекула оказывается в ней. Это противоречит законам физики! Этот прибор – от дьявола, Дик. Он не человеческий.
Жен поникла, как надломленный цветок. А у меня зачесался затылок.
– Ага… Вот откуда такие потребности в энергии у инфинитайзера. Синтез вещества. Ты не могла бы дать его характеристики?
– Нет нужного оборудования, Дик.
– Найдем. Найдем, Жен!
Первой пришла злость – яйцеголовый сморчок Рунге подбросил нам конфетку с отравой. И умер, “отправился на скок”, так что его уже не спросишь. Но цели?
Теперь я по-иному оценил его нежелание лезть в прибор. Расклад был настолько знаком и сотни раз использовался Гильдией, да и мной лично. Троянский конь! Рунге подослали в Исследовательский Центр, чтобы всучить прибор наследнику Президента. А с моей помощью вышло так, что инфини-тайзер достался самому Президенту.
Именно эта привычность позволила отодвинуть в сторону злобу и проклюнувшийся страх. Р-р-раз-беремся. По крайней мере, попробуем.
Глава 2
Игорь Каменский курил двадцатую сигарету подряд, отчего в кузове спецфургона, напичканного аппаратурой, можно было вешать не только обычный вибротопор, но и плазменный резак средней мощности. За пять с лишним часов дежурства Игоря картинка на мониторе не изменилась ни на йоту, словно он был поставлен в режим паузы. Во дворе виллы, расположенной у лесного озера в полукилометре от них, не появлялось ни единой живой души.
В животе забурчало, и Игорь помянул сквозь зубы тещину печень, сосватав ей всех чертей вместе взятых – суррогатная овсянка на завтрак вместо цыпленка табака! С тех пор, как жена Катерина отправилась на Зеленоград-4Г во всемирно известный Центр матери и ребенка имени какого-то там Грауэрманна, теща совсем остервенела и объявила Игорю настоящую войну на выживание. Выживала она его, естественно, из собственного дома, беспрерывно пиля и кормя синтетикой.
Да черт бы с ней, с тещей! Акция – прежде всего. Вот принцип, которым руководствуется каждый “пес” Администрации господина Вечного Президента. А Каменский являлся не просто матерым псом, он был натаскан самим Александром Гором, живой легендой Управления.
Собственно, место Каменского было в комфортабельном кабинете с кондиционированием, натуральным кофе с бутербродами и все такое. Присутствие руководителя группы на операции было вовсе не обязательно. Игорь мог бы и не покидать пресловутый кабинет.
Мог бы, но интуиция! Чутье подсказывало Игорю, что напряжение вот-вот должно прорваться именно здесь, на Барвихе. В нем проснулся азарт пойнтера, взявшего свежий еще теплый след дичи… Да и дичь, именуемая Колян Зашитый, была хороша: самодовольный люкс и при нем свора хищных мордоворотов. Специальность – крышевание. Но все бледнеет перед главным – обвинение в подпольной торговле бессмертием тянет на пожизненную изоляцию в одиночной капсуле.
На территории этого роскошного имения, с вероятностью 71,96%, находилась подпольная лаборатория бессмертия. Визуальное наблюдение подтверждало данные аналитиков: Колян приехал в сопровождении пяти телохранителей, вилла отлично защищена, и главное – в списке тех, кто посещал его здесь, имеется, как минимум, один достоверно обессмерченный. Который, правда, ушел в руки специалистов из Госцентра по Проблемам Долгожительства, что исключало возможность снятия с него показаний.
Игорь уже не первый раз прошелся крепким матерком насчет новой блажи господина Президента: получив свою порцию бессмертия, старик решил строить в Восточно-Европейском Союзе “правовое государство”, рассудив, что времени у него теперь предостаточно. Времени – может быть, но что касается государственного мышления, тут наблюдался некоторый, мягко говоря, недобор. В результате преступность вкупе с коррупцией захлестнули миры Союза, подмяв под себя даже старую, веками процветавшую теневую Систему. Преступники действовали внаглую, почти не скрывая своих делишек, а общественность все более настойчиво стала требовать от господина Президента жестких мер. Безрезультатно – бессмертный старик уперся намертво.
Игорь ткнул в рот очередную сигарету. Сидящий рядом опер с забавной фамилией Крапива хмыкнул:
– Похоже, здесь кто-то не накурился, – сказал он.
– В смысле? – буркнул занятый своими мыслями Каменский.
– Я говорю, господин начальник, что одну докурить не успели, а уже за другой тянетесь.
Каменский опустил глаза к уродливому ежу из окурков, скрывавшему где-то в своих недрах пепельницу, и обнаружил, что по крайней мере два бычка усиленно тлеют. Во рту было кисло и отдавало далеко не мятной свежестью, но он упрямо затянулся поглубже и проворчал:
– Они там что, совсем повымерли? Никакого движения, а ведь не меньше дюжины человек должно быть на вилле. Включая обслугу.
– Никто территорию не покидал, – подтвердил Крапива. – А частные порталы отключены по всему району.
– Да знаю!
Районная портальная сеть была блокирована, якобы из-за сильнейшей магнитной бури, о чем специально сообщалось по окружному телевидению.
– Черт бы побрал эту “Росянку”… – Так именовалась охранная система виллы. Помимо лучевиков, украшавших ограду через каждые двенадцать метров, по территории барражировали мобильные искатели, выполненные в виде крупных шестикрылых стрекоз. “Росянка” реагировала на уйму параметров, мгновенно уничтожая подозрительный объект, в том числе птиц и насекомых. Поэтому единственный “глаз” – крошечный разведчик-автомат, снабженный гравипоплавком и датчиками, оказался практически бесполезен. Пришлось оставить его в том месте, где он закрепился – среди веток небольшого кипариса в одном из закутков внутреннего двора.
– Шеф, а может, попробовать подвинуть “глаз” хоть чуток, а?
Вообще-то Крапива считал, что для прояснения ситуации следует просто вломиться на виллу. Опер предпочитал простоту во всем.
Игорь искоса глянул на него, вздохнул – проклятая секретность! Иногда доходит до смешного, бывает, что гриф АО, заоблачный, как говорили в Администрации, полностью парализует работу опергрупп. Сейчас, например, официальная версия – лаборатория по производству психотропных препаратов.
После каждой акции бригада Каменского в обязательном порядке подвергалась локальной чистке памяти. Сам Игорь, как руководитель, освобожденный от этой процедуры, знал немногим больше: обессмерчивает некий прибор – инфинитайзер, с некоторых пор эти инфинитайзеры стали появляться в руках у частных лиц, и тысячи людей готовы были рискнуть имуществом и головой, чтобы осуществить желанную мечту. Их не останавливали ни пожизненная изоляция в одиночной капсуле, затерянной в космосе, ни конфискация имущества, ни поражение в правах ближайших родственников и детей. Подпольные лаборатории росли, как грибы после дождя. Пятьдесят процентов выявленных точек торговали фальшивками, но через раз операм удавалось захватить настоящий прибор. Всего за два года их взяли восемьдесят девять штук, с Коляновым будет девяносто – в масштабах Восточного Евросоюза это не цифры, практически ничто, остается только надеяться, что подчищается практически все. Однажды был перехвачен курьер, перевозивший лишь основную деталь прибора – сердечник. Но следствию так и не удалось узнать, откуда он был взят и кому предназначался: курьер при задержании покончил с собой, выстрелив в голову.
Выявлением левых приборов занимался лично Александр Васильевич Гор, заместитель директора по оперативной работе, друг и учитель Игоря Каменского. Добытчик первого инфинитайзера. В кулуарах ходили слухи, что сам Гор обессмерчен, но эти слухи были очень и очень приглушенными. Всю историю до конца хранила тонкая папка в его сейфе – единственный экземпляр того давнего дела, написанный на архаичной пластбумаге.
Коминс тихонечко пискнул:
– Тополь, я Орех, к нам гости.
– Понял тебя, Орех. Кто, откуда? – встряхнулся Игорь.
Монитор нарисовал кадр мгновенной съемки – кортеж из трех вместительных флаеров на просеке, ведущей к воротам виллы. Это были “Кондоры-ТриСтар”! Бешено дорогая модель, снабженная всеми мыслимыми системами безопасности. Данные о гостях, снятые из базы местной ГАИ, оказались любопытными.
– Судя по всему, – сказал Игорь, – это кто-то из людей Троленко, а может, и он собственной персоной. Не пошлет же он к Зашитому своих “шестерок” на “Кондоре”. Тем более на трех.
– Этим Колян не сможет не открыть, – предположил Крапива. И ошибся: простояв в безмолвном ожидании двадцать минут, флаера развернулись и также неспешно проследовали по просеке назад.
– Ни черта не понимаю, – сказал Игорь. – Колян что, решил в войнушку с Силиконами поиграть? – Решительно вздохнув, он взялся за джойстик управления “глазом”: – А, была не была, попробую. Пусть Колян думает, что это гости ему сюрприз подбросили.
Он рванул рычаг на себя: разведчик словно пуля вылетел из-под кроны дерева, бешено вращая окуляром. Через полторы секунды экран залился вспышкой: сработала “Росянка”. Каменский немедленно сбросил данные от почившего “глаза” аналитикам в центр с пометкой “сверхсрочно”.
– Внимание, я Тополь, – сказал он, беря не истлевшую даже на треть сигарету. – Продолжать наблюдение. Мы потеряли “глаз”.
– Я, Ель-2. Может, попробовать запустить другой? У меня еще есть пара.
– Попробуй. Попытка не пытка. – Шутка была с километровой бородой, но проверенная. Юмор в Управлении всегда оставался даже более консервативен, чем мировоззрение начальства.
* * *
Семен чувствовал себя не в своей тарелке – он устал, нервишки начинали пошаливать. Временами казалось, что жуткая черная воронка высасывает его изнутри. Ощущение было отвратительное. Нет, конечно, ему приходилось применять вакуумный насос к строптивым клиентам босса, одного даже таким макаром на скок отправили. Но к нему-то никто никакого насоса не подключал, и все же что-то из него тянуло. Не кишки, конечно, а мысли. Чувства вытягивало куда-то вовне.
Одно только не менялось – предчувствие. Инстинкт парии-3. Нечисто что-то в здешней атмосфере.
Семену не нравилась тишина, нависшая над виллой, не нравилась странная активность “Росянки”: Садик нажрался с утра герыча и настроил ее зачем-то на максимальную мощность. Теперь не разберешь – то ли шмели разлетались, то ли псы-внешники прощупывают виллу. В таком режиме “Росянка” даже пепла не оставляет, а этот урод сам ни хрена не делает и другим не дает. Обложился, мать его, паролями, секретчик хренов. А тут еще босс запретил покидать виллу и с самого утра засел за виртуалку.
Они ждали больших людей, пожелавших воспользоваться аппаратиком. От такой возможности никто бы не отказался. Еще бы! Ни тебе смерти, ни болезней. Живи себе, не тужи. Влепили тебе из лучевика – отряхнулся, шмальнул придурка и живи дальше. А если машинка твоя, такие башли будешь загребать, только успевай по загашникам распихивать. И наймитам своим босс платит от души. Щедро платит. Вон Харя даже сеть похоронных контор открывать собрался, да и ему, Семену, грех жаловаться. Словом, повезло боссу с машинкой, а им с Харей повезло с боссом.
А тут накатило, мать ее, и тянет. Места себе не найти. Сосет, аж чувство голода появилось. И Семен пошел к боссу, отпроситься в Барвиху на пару часов. Зачем? А хрен его знает, но здесь сидеть – совсем мочи нет.
– Извините, босс… – Семен помялся на пороге. Зашитый сдвинул шлем, недовольно глянул на наймита и опять уставился в экран. Режется босс в мега-Дум и плевать ему на то, что Семен места себе не находит. Плевать с высокой колокольни.
Плевать…
А плевать на себя Семен не позволит.
– Босс! Мне нужно отлучиться.
Подавив желание втянуть голову в плечи и оглянуться, Семен сложил руки на животе, как бы изобразив поклон.
– Совсем оборзел?!! – Голос шефа из-под шлема звучал глухо, но по интонации Семен понял: босс явно выпятил там свои вывороченные губы. А когда он так делал, то вместе со словами изо рта у него вылетали капельки слюны, как случалось порой на стрелках. – Закрой дверь с той стороны и не питюкай. Скоро Тролль заявится.
Семен представил себе эти капельки, что вылетают на атласные стенки виртуального шлема, и его замутило. Не совсем еще понимая, что делает, он шагнул за спину боссу. Шокер сам как-то оказался в руке – он его вскинул и всадил в шею Зашитого максимальный разряд. Дальше его словно бы кто-то вел, по крайней мере по собственной доброй воле Семен никогда бы такого не сделал: он потянулся к коммутатору и вызвал Садика, левую руку босса – техническую. Сам-то он был естественно правой – вооруженной:
– Сад, тебя босс вызывает.
– А чего не сам? – Садик отвечал сипло – наверное, дрых.
– А ты че, круче кипятка стал? В виртуалке босс, через пятнадцать минут выйдет. Подваливай.
– Ага, – нехотя буркнул Садик. Они с Семеном издавна не любили друг друга, ревновали расположение босса. Вот и пришла пора расквитаться.
Пристегнув Зашитого к креслу наручниками., Семен достал любимый скорострельный “альпен-кольт” и встал сбоку от двери. Вошедший Садик, не пикнув, рухнул у стола босса, срезанный очередью. Сковав и его наручниками (кто ж бессмертного просто так валяться оставит), Семен вышел в холл, где обнаружил телхрана Петюню, созерцавшего визио-лотерею. Его тоже прострочил поперек. На внешней галерее послышались шаги и беззаботный свист. Семен быстренько обмотал руки-ноги Петюни шнуром от портьеры, положил ствол на столик и вышел навстречу. Харя, старый кореш. Для этого был приготовлен обычный нож-выкидушка: снаружи стрелять не стоит, а то еще “Росянка” среагирует.
Черная воронка словно бы нависла над головой Семена, и все лишние мысли мгновенно высасывались через нее, даже то, что Харя был земляком, почти родичем, и то, что Харя бессмертия пока не получил. Босс сказал тогда – в следующей партии. Не будет ее, землячок, не судьба.
Семен ухмыльнулся, шагнул навстречу. Харя только и успел улыбнуться ответно, как десятисантиметровое тонкое лезвие уже входило ему под пятое ребро. Семен подхватил тело и осторожно, словно боялся разбудить или разбить, опустил его на мраморные плитки террасы. Спи спокойно, дорогой товарищ.
Уже никуда не торопясь, Семен сходил в дом за кочергой от камина и одним точным ударом размозжил земляку голову – чтоб, если даже станут потом скренировать Харю, ничего бы не наскренировали. Потом отволок всех, кроме, естественно, Хари, в подвал и пристегнул к креслам. Этот подвал имел у босса специфическое применение: встать с кресел без посторонней помощи было бы затруднительно. Босс пришел в себя и вращал выпученными глазами, как подавившийся енот. Наконец у него и слова нашлись:
– Ты что, сука, внешникам продался? Или тролли тебя перекупили?!! Сколько тебе дали, гнида? – При этих словах с губ его сорвались тягучие брызги.
Семен почувствовал, как опускается ему на темя черная воронка, как вгрызается в череп, как тянет из него жизнь. Ему стало холодно и брезгливо, зато теперь он знал, с кого начнет. Подошел к столику, накрытому белоснежной хрустящей салфеткой, сдернул ее. Запустил небольшую “болгарку” – фреза закружилась, зашелестела, лучась алмазными гранями. Пила работала почти бесшумно. Он отпустил кнопку и повернулся к боссу.
– Ты что делаешь, сука?!! – заорал Зашитый, и в соседних креслах завозились другие пленники, словно крик стал будильником.
– Я просто хочу поесть, босс, – доброжелательно пояснил Семен, поднося сверкающую грань к виску Зашитого.
* * *
– Что это там?!! – Крапива тыкал пальцем в монитор.
Коминс закончил первичную обработку данных и уменьшил скорость воспроизведения до приемлемой человеческому зрению. Результаты съемки, длившейся чуть меньше полутора секунд, представляли собой сильно смазанные и нечеткие картинки, но опера не утерпели и попробовали просмотреть их сразу же.
До уничтожения окуляр “глаза” успел сделать шесть полных оборотов, охватив около восьмидесяти процентов двора виллы.
– Стоп, – скомандовал Игорь. – Назад. Семьдесят процентов. Скорость – минус пятьдесят процентов.
Бортовой компьютер пытался компенсировать размытость изображения. Расплывчатая бело-серая полоса – это каскад фонтанов, что спускается к крошечному пруду. Дорожка в виде смутно-бурого мазка, стриженый кустарник, стеклянная оранжерея чуть поодаль. Людей не видно… Все смазано слишком быстрым вращением окуляра. Часть внешней террасы, увитой зеленью, угодила в объектив лишь на долю секунды.
– Что там? – спросил Каменский.
Крапива пожал плечами:
– Не знаю, может, показалось. На балконе…
– Двадцать назад. Скорость – минус тридцать.
Теперь картинка смещалась дискретно, словно бы “глаз” двигался прыжками. Оранжерея… Край террасы… Масса растений… Слишком смазано.
– Стоп! – закричал Крапива. – Вот!
Картинка чуть подрагивала, замерев на экране.
– Вот, между перилами, – он ткнул пальцем. – Вроде какой-то предмет…
Коминс пискнул: готова вторая серия отфильтрованных кадров. Игорь поспешил вывести их на экран:
– Скорость – десять… Стоп!
Теперь можно было различить крупные листья, но предмет, заинтересовавший Крапиву, отчетливее не стал, только чуть как бы приблизился. Что-то там выглядывало среди плетей лианы, но в этот момент заряд уже угодил в разведчика.
Опера увеличили предмет на треть кадра и переглянулись.
– По-моему, напоминает подошву ботинка… – неуверенно пробормотал Крапива.
Действительно, было похоже на мысок черного тупоносого ботинка. Судя по его положению, хозяин лежал на полу на спине. Впрочем, это мог быть не ботинок, а, скажем, фрагмент напольной вазы.
– Игорь Владимирович, – послышался из наушника голос старшего аналитика Трынкова. – Есть интересные данные по вашей съемке…
– Да-да, давайте!
– В правом верхнем углу последнего кадра отчетливо видна часть округлого темного предмета… – размеренно начал доклад Трынков.
– Я понял, Сергей, – нетерпеливо прервал Каменский, – короче, что там у вас?!
– То же, что и у вас. На семьдесят процентов вероятно, что это мужской ботинок. Оценка такова… Размер ноги примерно сорок четыре с половиной, по фактуре подошвы определить фирму-производитель пока невозможно. Судя по положению стопы, мужчина лежит на спине, либо поворот тела вокруг горизонтальной оси незначителен…
– Спасибо, Сергей, я все понял. Думаешь, труп?
– Ну, данных маловато… – Трынков, как всегда, обиделся, что ему не дали закончить полную безупречной логики речь. – Счастливо.
Наконец-то зацепка, теперь можно действовать! Каменский скомандовал приготовиться группе захвата, в то время как Крапива уже выводил флаер из леса:
– С парадного пойдем, шеф?
– А? Да, да… – Игорь вызывал по коминсу Гора: – Александр Васильевич, нужна санкция на обыск виллы “Блаженные зори”. Похоже, у них там труп.
– Я понял, Игорь. Санкция будет. Ты делай свое дело, а прокурорских оставь мне.
– Спасибо, Александр Васильевич! Трынков высылает вам подробный отчет, – сказал Игорь и переключился на технарей: – Объект блокировать наглухо, чтобы пылинка не вылетела. Прервать внешнее энергоснабжение. Мы начинаем.
* * *
Каменский дал знак драбантам рассыпаться цепью. Бойцы споро выполнили приказ, на ходу поводя головами, проверяя настройку боевых систем комбинезонов “Паук-7 Супер”. За непроницаемыми забралами шлемов лиц было не разглядеть, лишь красновато-зеленые сполохи от внутренних консолей перебегали изредка по тонированному пластику, словно отголоски северного сияния. Рядом с Каменским остались Крапива и командир драбантов сержант Лоскутов, напоминавший в боевом комбинезоне вставшего на хвост лобстера.
– Действовать только по моей команде. Я к воротам, Крапива – старший. Помните – внутри ценнейшее оборудование, его необходимо взять неповрежденным. Все, я пошел.
– Забрало! Защиту на полную! – напомнил Крапива. Игорь только плечами пожал, влекомый инстинктом “пса”, в момент охоты забывающего о самосохранении. Однако разум возобладал, и он все же активировал защиту комбинезона на пятьдесят процентов. Сразу же потянуло послегрозовой свежестью.
Каменский шагнул за кромку леса и вышел на гладкую площадку перед воротами виллы. Преступник находится в западне, остается только войти и взять его.
Он сунул в приемную щель замка свое удостоверение. Чтобы попасть на виллу, его полномочий хватало с лихвой: пластиковый жетон с золотым обрезом, гербом Союза и кодом доступа уровня А3 давал владельцу законное право проникать практически на любой объект, будь то частное жилище или промышленное предприятие. Исключение составляли только космические и военные базы и некоторые научные организации. Например, Государственный Центр по Проблемам Долгожительства, ГЦПД. Код жетона, своего рода универсальная отмычка, переключал все системы автоматического управления входом-выходом на личный коминс Каменского, позволял получить доступ к сетям и базам данных, к управлению любыми транспортными средствами вплоть до космических челноков.
Однако электронный привратник брезгливо сплюнул жетон, словно простую бумажку. Послышался издевательски наглый щелчок блокировки, где-то внутри ворот с лязгом вошли в пазы дополнительные засовы Игорь почувствовал себя по-дурацки, потом пришло удивление: неподчинение властям давало право стрелять на поражение. Колян что там, совсем нюх утратил или на бессмертие свое надеется? Так оно ему пригодится на пожизненном. И очень скоро пригодится. То-то будет времени апелляции подавать, да только кто ж их принимать-то станет, если за незаконное обессмерчивание применяют статьи раздела Прим, а материалы дела засекречиваются.
Еще одно косвенное подтверждение незаконной деятельности Зашитого, ухмыльнулся Каменский, нагибаясь за жетоном. Оставалось только дать сигнал драбантам, когда с двух сторон раздалось легкое жужжание. Каменский успел заметить выдвинувшиеся из косяков консоли излучателей, мощный разряд ударил ему в плечо, отбрасывая от ворот назад, на площадку. Защитное поле “Паука” поглотило энергию удара и полностью разрядилось. Пятидесяти процентов оказалось маловато.
Встать! Скорее к воротам, в узкую полоску мертвой зоны!
Каменский почти ослеп от пневматического шока, но, превозмогая боль, бросил тело вперед. Он видел, что не успевает, что фидер второго лучевика уже налит багрянцем, словно спелое яблоко, и энергия выстрела вот-вот обрушится на него. Но рефлексы заставляли биться за жизнь; скрипя зубами, он сделал еще рывок, распластавшись на бетоне, словно ящерица…
Пфффхх!!! Пфхх! Пфхх! От опушки стреляли драбанты, что-то ревел сорванным голосом Крапива, а над ним арка ворот расцветилась яркими цветами разрывов.
Каменский тяжело приник к створке, перед глазами мелькали разноцветные круги и переливались маленькие радуги, в мозгу тупо крутилось: “Хотел цыпленка табака, получи с приветом от тещи, сто чертей ей…”, а сверху на спину падали тяжелые капли расплавленного металла. Защитное поле защитить его уже было не в состоянии. Оставалось надеяться на надежность самого комбинезона.
Каменский почувствовал, что задыхается и превращение в прожаренную отбивную вот-вот завершится, когда острая боль милостиво подарила ему глубокое забытье.
* * *
Советник Александр Васильевич Гор стоял одной ногой на краю алого шелкового ковра, разделяющего кабинет Президента на как бы официальную и неофициальную половины. Сам господин
Вечный Президент Белобородько метался вокруг, потрясая подборкой прессы.
Взгляд советника был направлен в пространство. Если пси-аналитики, дублирующие возле визио-камер “декодер намерения”, надеялись что-то прочесть на его лице, то зря. Советник не знал, дежурят ли они, когда целью аудиенции является награждение или другой приятный повод – он в последнее время не попадал на такие приемы. Гора вызывали, только когда ситуация становилась угрожающей. Как сейчас.
Вторым человеком, удостоившимся сегодня аудиенции, был генерал Лосев, начальник личной охраны. Тоже обессмерченный.
– …Что за страна!!! – хрипло орал господин Президент, блестя покрасневшим лицом, как наливное яблочко с червяком внутри. – Стоит ослабить контроль хоть на мгновение, как тут же выползает всякая шваль и, видите ли, начинает грозить Президенту свержением! Президенту!!! Такое возможно только у нас. Можете себе представить подобное где-нибудь в Желтой Империи или в Эмиратах? Можете?
– Осмелюсь заметить, господин Президент, это не правовые государства, – осторожно проговорил Лосев.
Гор сдержал усмешку – генерал озвучил его мысль, только сам Гор обязательно бы добавил к титулу вводное слово “Вечный”. Но что позволено Юпитеру, то не позволено “псу” Администрации. А и было бы позволено, Гор бы все равно не воспользовался – ему не нравилось многое в государстве и в людях, которые им управляют… Да что там скрывать, Гор был не в восторге от самого господина Вечного Президента. Но он отдал госслужбе уже почти сорок лет и не придавал значения мелочам. Он служил идее.
Белобородько замер с открытым ртом, выпучив глаза. Если бы Гор не знал, что Президент обессмерчен, он бы заволновался. Казалось, старика вот-вот хватит удар. Но, как и следовало ожидать, вместо того, чтобы упасть в конвульсиях, Белобородько перевел дух и обернулся к Гору:
– А вы, советник, почему молчите?
– Я еще не владею информацией, господин Вечный Президент, – с олимпийским спокойствием ответил Гор. – Если вы предоставите мне вашу подборку и немного времени на ознакомление, я смогу высказать свое мнение.
– Вот как? Вы не владеете информацией. Отлично! – господин Президент хлопнул себя по толстеньким ляжкам и возобновил хаотическое движение по кабинету. Гор и Лосев стояли неподвижно, глядя перед собой, пока он не вернулся в их поле зрения, плюхнувшись за свой стол. – Отлично. Вы не владеете информацией, напрямую связанной с вашими обязанностями! Отлично! А я вот владею. – Сводка печати шмякнулась на стол и стайкой голубей мира разлетелась по кабинету. Белобородько досадливо крякнул. – Может быть, это значит, что я работаю лучше вас, Гор?
Советник пожал плечами. Что он мог возразить? Что, если бы господин Вечный Президент провел чистку в собственной Администрации и раздавил теневую Систему, то возможность всякого рода угроз для его власти существенно бы сократилась? Гор бы с удовольствием предоставил ему список кандидатов на зачистку. Или посоветовать отдать инфинитайзеры ГЦПД на откуп частным компаниям? Глупо. Ворон ворону глаз не выклюет, а шакалы дерутся только из-за падали. Одного поля ягоды они все – это советник Гор понимал с кристальной четкостью. Он был морально готов в любой момент подать в отставку. Лишь привычка держала его на госслужбе, пропитав насквозь – он стал необходимой, до микрона выточенной деталью этого механизма и без него себя не мыслил. Поэтому-то он и ограничился пожатием плеч.
Сейчас его больше интересовали результаты акции на Барвихе. Хотя эта шумиха в прессе бушевала уже в течение недели, но он предпочитал не отвлекаться от реальных дел. В конце концов по Администрации давно бродили слухи о его собственном бессмертии, и никаким переворотом во вверенном ему Следственном Управлении это не грозило.
– Значит, так, Гор. – Кажется, господин Вечный Президент исчерпал свой эмоциональный запал. – Дело в вашей компетенции. Даю вам… Неделю! Нет, пять дней! Найдите мне этих засранцев во что бы то не стало!
– Пять дней – это нереально, господин Вечный Президент. Две недели. Ведь мы стараемся работать исключительно в рамках закона.
– Только не надо меня дурачить! Чем сейчас занимается ваш костолом Каменский?!!
Назвать Каменского костоломом – все равно, что определить его в балет: одинаково бездарно. Но Игорь наверняка просиял бы, узнав, что сам господин Президент уже поминает его имя всуе, пусть и в далеком от истины контексте. Даже Лосев хмыкнул беззвучно.
– Каменский в данный момент занят арестом государственного преступника.
“Вот такие они, наши костоломы. Животы кладут на алтарь безупречной службы. И не подкопаешься!”
Поняв это, Президент опять резко переместился в пространстве, словно смена физической позиции давала ему право диаметрально переменить мнение.
– Хорошо. Сколько вам нужно времени?
– Не менее двух недель.
Гор отлично понимал, что, если Президенту попадет вожжа под хвост, у него не останется даже двух часов. Даже невзирая на хваленое бессмертие.
– Думаю, люди, посмевшие угрожать вам, зарылись достаточно глубоко, если, конечно, они не окончательно… сошли с ума.
Имелось в виду, что подобным посягательством неизвестные злоумышленники подтвердили тезис о своей психической неполноценности. Президент воспринял лесть благосклонно:
– Ладно, но учтите – не больше. Все. Идите. А ты, Федор Иванович, останься.
* * *
Крапива переглянулся с сержантом Лоскутовым: потерять опера Администрации – это не шутка. Теперь, даже если на вилле и не имеется трупа, то повод сровнять ее с землей определенно есть. Причем законный.
Синхронным движением оба надвинули шлемы:
– Приготовиться к атаке! – распорядился Крапива. – Стрелять на поражение только в крайнем случае. Вперед!
Словно отпущенные с незримых поводков, из леса взмыли флаера поддержки и зависли над виллой, отстреливая мобильные искатели. “Росянка” была подавлена в считаные секунды. Черные фигуры, устремившись вперед, перемахнули через ограду: драбанты отлично знали свое дело. Воздух наполнился озоном от включенных на полную защитных полей и от плазменных зарядов прикрытия.
К распростертому Каменскому подскочили двое драбантов, подхватили и понесли навстречу флаеру сопровождения. Крапива видел это краем глаза – тросики его “Паука” уже зацепились за гребень стены, рывок, и пару мгновений спустя он приземлился по ту сторону.
Тактический дисплей повел Крапиву по территории виллы – к подсобному строению, где на плане пульсировал красный крестик силовой установки. Наверняка там же находится лаборатория. Успеть, найти, захватить.
– Мы в доме, – раздался в наушниках хрипловатый голос сержанта.
– Хорошо. Действуйте осторожно.
Крапива бежал через двор, огибая каскадный фонтан – справа была та самая терраса, где лежал труп. Датчики пока не указывали на наличие противника – только силуэты драбантов, очерченные зеленым – свои, мелькали на дисплеях кругового обзора. Странно. Где же обитатели виллы?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?