Читать книгу "Тринадцатый Проклятый. Скорбь Стража"

– Кто? – вырвалось у Агнесс, пока она пыталась освободить клинок.

«Да о чем он? Проклятье, о чем там шепчутся семарглы в мое отсутствие?» – терялась Агнесс. Пока она защищала Землю, во Вселенной, похоже, произошло нечто, о чем ей не сообщили. Что-то глобальное, что заставило даже этого повелителя тьмы говорить с таким странным сожалением.

Внезапно стена черных линий исчезла, и враг ринулся прямо на нее. Его атака ощущалась как удар молнии – стремительной и сокрушительной. Два клинка – один из чистого света, другой из спрессованной тьмы – сошлись с оглушительным грохотом, от которого задрожала небесная твердь. Агнесс едва удержалась в воздухе, но ее крылья вспыхнули ярче и раскрылись шире, чтобы компенсировать чудовищную силу удара.

– Алистер! Надо отступать! – донесся чей-то крик из стаи Воронов.

Имя прозвучало как удар грома. Конечно, она уже видела эти ненавистные черты! Больше ста лет назад.

– Алистер?! – прорычала Агнесс, и в груди ее вспыхнул новый, осознанный гнев. Верховный Ворон Алистер, правая рука сёгуна Нираша, один из главных врагов, оказался прямо перед ней.

Верховный Ворон лишь склонил голову. Его длинные губы растянулись в ухмылке, обнажая слишком острые клыки.

– Алистер к вашим услугам, милая леди, – пропел он и вновь атаковал.

На этот раз Агнесс решительно парировала, и взрывная волна от столкновения противоположных сил отбросила нескольких ближайших бойцов. Ворон лишь рассмеялся, видя, что она устояла, не уступила ни пяди раскаленного воздушного пространства.

– О! Вы стали сильнее, наивный ангелок.

– А ты так и остался маньяком!

– Разве я когда-то действовал как маньяк, милая леди?

Он двигался с легкостью и бесшумностью дымчатого леопарда, совершая обманные выпады, заставляя отпрыгивать и парировать. Агнесс же разучилась отступать, разучилась быть «мудро-безучастной», как завещал Митрий.

– Душелов! Душегуб!

– Душелов – все верно. – Улыбка мгновенно исчезла с лица Алистера, взгляд стал тяжелым и пронзительным. – Таким меня сделали они. И он. Когда не пришел.

«Да о ком он говорит?! О Митрии?» – терялась в догадках Агнесс, но времени на раздумья не хватало.

Алистер резко отступил. Его алые глаза на мгновение встретились с ее взглядом, и в них читалось нечто не поддающееся расшифровке – не ненависть давних врагов, а точно жажда отмщения пополам с горечью мрачного знания.

– Отступаем! – скомандовал он, властный голос прокатился по всему полю боя.

Так же стремительно, как и появились, темные воины начали втягиваться обратно в багровые пасти порталов. Вскоре в небе, затянутом туманной дымкой, остались лишь измотанные семарглы и Агнесс, которая неподвижно парила среди облаков, не сводя глаз с того места, где только что ухмылялся Верховный Ворон.

– Ушли, – выдохнули семарглы.

Воздух, еще недавно закрученный в спирали магических вихрей, застыл промозглыми сумерками, неся лишь запах бензина и горьковатый привкус пепла. Но в душе все еще горел пожар из вопросов и противоречий.

Агнесс медленно опустилась на крышу такого же спирально закрученного небоскреба[2]2
  Имеется в виду башня «Эволюция» комплекса «Москва-Сити».


[Закрыть]. Ее белые крылья мягко сложились за спиной и стали полупрозрачными.

Вокруг нее, словно опавшие листья, начали приземляться другие семарглы. Их сияние, обычно ровное и уверенное, в этот вечер мерцало, как пламя на ветру. В их глазах читалась не столько усталость от боя, сколько растерянность.

– Почему асуры так рьяно лезут на Землю? – нарушил молчание один из воинов, молодой семаргл Адриан с автоматом, все еще дрожащим в его руках.

– Боюсь, они охотятся за Алмазами и Ключами, – устало ответил другой, старший.

– Что за Ключи? Скажите… Я ведь недавно семаргл.

Их армия не пополнялась уже сотни лет, в отличие от армии Воронов. Стать семарглом практически никто не мог, хотя случались крайне редкие исключения, как в случае с Адрианом.

– Ох, это очень старая история. Ключи Асуров – то, что позволит верховным асурам разрушить печати и выбраться из Бенаама, – сказала Агнесс. – Четыре Ключа заточены в четыре души: Гнев, Болезнь, Война и Смерть – вот их кодовые названия. Так… друзья мои, вы можете мне ответить, почему на этот раз Воронам удалось пробиться в таком количестве? Вы не смогли остановить их на подходах?

Старший семаргл виновато покачал головой, его светящиеся глаза потускнели.

– Без Митрия наша сеть нарушена. Его воля связывала нас, позволяя чувствовать угрозу за многие парсеки. Теперь мы получаем сигналы с сильной задержкой.

– И… и где Митрий? – неуверенно протянула Агнесс, нарушая внезапно воцарившуюся гнетущую тишину.

– Митрий пропал три месяца назад! – скорбно выдохнул собеседник, и в его голосе сквозила плохо сдерживаемая паника. – Беда! Мы не чувствуем его.

– Его нет в сети семарглов! А это значит…

– …он может быть в Бенааме. Из-за этого враги так осмелели? – тихо уточнила Агнесс, рассматривая потрепанный строй.

– Да.

– И асуры как будто куда-то торопятся. Именно сейчас решили лезть к Измерению Могущества.

Воины перешептывались, их крылья беспомощно вздрагивали. Они были могучими созданиями с совершенным оружием, они управляли «исходным кодом», чего не умели самые сильные маги в большинстве миров. Но за все века после вынужденного побега из Бенаама они не мыслили себя без Митрия. Агнесс, хоть и избрала путь изгнанницы, всегда знала: учитель где-то рядом. Он оставался точкой опоры.

– Возьмите себя в руки! – Возглас Агнесс прозвучал резко и сурово. – Вы защищали миры, когда люди еще не научились добывать огонь! Мы не имеем права сдаваться!

– Но кто теперь поведет нас? – прозвучал потерянный вопрос из толпы.

– Если никто не готов… – тихо начала Агнесс и почти прокричала: – Я поведу! Я знаю эту планету, я знаю, где портал в Измерение Могущества. Либо здесь, либо в Измерении нам предстоит решительная битва.

Агнесс стояла, ощущая тяжесть взглядов семарглов. Но ведь она не была предводителем! Вечная ученица. Митрий даже называл ее «вечное дитя».

Она погибла в Бенааме в двадцать три года, юная научная сотрудница в лаборатории, проводящая эксперименты под чутким руководством патрона. Она даже не успела познать вкус первого поцелуя. И вот уже две с половиной тысячи лет… не менялась. По крайней мере, внешне. Может, становилась более опытной и самостоятельной. Но еще семь лет назад каждый ее шаг контролировал Митрий, каждое ее желание предписывал он. Теперь, похоже, старые законы окончательно переставали работать и наставала эпоха перемен.

– Нам нужен новый центр, новый канал связи, – прервал раздумья старший семаргл. – Нужен… план.

– План – держать оборону, – твердо отрезала Агнесс, заставляя себя звучать уверенно. – Асуры хотят попасть через Землю к Измерению Могущества. Значит, мы должны укрепить наблюдение за Зеркалом Измерения. И… Искать любые следы Митрия. И… – Агнесс задумалась, покусывая каштановый локон. – И еще… приглядывать за Сумеречным Эльфом.

Неудавшийся Страж Вселенной порой оказывался незаменим в деле спасения миров, а порой… все рушил, теряя контроль над внутренней тьмой или своевольно вмешиваясь в сплетения черно-белых линий. Он тоже устал оставаться безучастным наблюдателем сотен трагедий.

– Ну все, разлетаемся! Начинаем патрулировать Землю и окрестности в районе Солнечной системы, ищем неучтенные порталы, – скомандовала Агнесс, ощущая на себе груз непомерной ответственности. Братья и сестры верили, что ученица Митрия, возможно, посвящена в его планы. Но она почти ничего не знала.

Хотя, возможно, Митрий кое-что рассказал ей. Кое-что важное! В памяти Агнесс, словно вспышка, возникло недавнее прошлое: три месяца назад она и Митрий стояли на крыше и спорили. Как всегда.

– Все нарушаешь? – спрашивал он, высокий, величественный и спокойный. Хотя в глубине янтарно-золотых глаз плескалась тревога.

– Твои правила – да, – не пыталась отнекиваться Агнесс. – Нашла еще одну подопечную… Девочку-сироту. Точнее… Уже совсем не девочку, женщину-эльфа. Ее выслеживают Вороны. Мне кажется, она хранительница артефакта!

Митрий вздохнул, и золотые крылья с черными пятнами, словно отпечатками давних битв, недовольно взметнулись за его спиной.

– Хранительница? Надо все проверить. Но ты опять вмешиваешься напрямую? Ох, Агнесс… Семь лет назад я обещал отрезать тебе крылья за неповиновение.

Она не дрогнула, глядя на него прямо и решительно.

– Но они все еще на месте и белы.

Уголок его тонких губ дрогнул в подобии улыбки:

– И ты стала намного сильнее…

– Когда взбунтовалась.

– И это меня пугает.

– Отчего же, учитель?

Он отвернулся, глядя на огни города, этого муравейника, за судьбу которого они теперь несли ответственность.

Но Митрий едва ли переживал: для него Земля представляла ценность лишь как планета с порталом в Измерение.

– Это нарушает баланс, который я пытаюсь удержать.

– Или твои представления о нем, – бесстрашно уточнила Агнесс.

Митрий резко обернулся, и в его глазах впервые за этот разговор вспыхнуло настоящее беспокойство. Его короткие серебристые волосы взметнулись по воле незримого ветра. Белый доспех из светящихся линий, казалось, подернулся рябью. Возможно, так проявился его гнев. Или… смятение.

– Ты не понимаешь! Над Вселенной нависла угроза!

– Какая? Асуры?

– Хуже, – тихо и даже зловеще начал Митрий, заглядывая Агнесс в глаза, как одержимый параноик. – Намного хуже! Я должен узнать, где оружие.

Агнесс тогда удивленно нахмурилась. Она примерно понимала, о каком оружии речь. И теперь, стоя перед растерянным воинством, она, кажется, догадывалась, зачем Митрий вообще говорил с ней: хотел передать информацию ученице, верному «оруженосцу», личной помощнице. Она же две с половиной тысячи лет назад отбирала подопытных для проекта «Стражи Вселенной». Она знала, с чего все началось, что они сотворили.

– Хуже? – засомневалась тогда Агнесс. – Оружие? Меч… Ты хочешь сказать, что…

– Да!

– Но ты ведь сам его создал. И Меч…

Митрий посмотрел на нее долгим оценивающим взглядом, словно решая, что еще ей можно сказать. И, видимо, счел, что лучше больше ничего не раскрывать. Как всегда!

– Я справлюсь. Помни, Агнесс, вы все – суры. Вы должны противостоять асурам. И… этому злу.

Воспоминание рассеялось, оставив после себя горький осадок. Речи учителя теперь звучали зловещим пророчеством. А возможно, и прощанием.

«Вот так две с половиной тысячи лет мы ждали великую угрозу. Которая хуже асуров, – мысленно закончила Агнесс. – Да, ждали. Но как-то абстрактно, а теперь… теперь все слишком реально!»

Митрий не просто пропал: возможно, он принял удар на себя, пытаясь предотвратить что-то ужасное. Это «что-то», судя по наглости асуров и таинственным словам Верховного Ворона, уже было здесь, на Земле. Но что?

Никто не давал ответов. И они, семарглы, остались без своего полководца накануне самой страшной битвы…

Глава 2
В переулках и казематах

2.1

Из дневника Эленор. Земля, Москва, 2025 год

Мне уже тридцать пять, скоро тридцать шесть. И чего я добилась? Возможно, я способна только ждать! В восемнадцать я даже собиралась замуж, за такого же светлого эльфа, как и я… мало нас на Земле, потомков беглецов из Бенаама. И вот встретились. Но нет же, нет же! Появился он! Сумеречный Эльф.

И я снова ему поверила, снова решила, что он – моя судьба. Да, наверное, он моя судьба. Но я уже не знаю, а мой ли он выбор? Или он то чудовище, которое заставило поверить в неотвратимость принадлежности ему?

Лучше бы он подсказал, что мне делать с Алмазом Жизни, он же всезнающий! Потому что мои родители не успели передать мне ничего.

Я думала, их убил Озимый… еще тогда, в шестнадцать лет полезла в его ночной клуб, думала, сама найду зацепку. Чуть не поплатилась честью и жизнью. Озимый мог ведь и в рабство продать. И при всем этом убийцей моих родителей был не он.

Это сделали асуры. Но ничего не добились, не смогли получить нужный им артефакт. А я не представляю, где моя семья хранила его и как он вообще выглядит! Как вообще действует. Что мне вообще делать?

Надоела такая жизнь. Просто надоела.

* * *

«Игрушки не сделают тебя счастливее. Ты потратишь деньги и забудешь», – подумала Эленор, глядя на пушистый брелок в ларьке перехода, и решительно удержала себя от покупки.

В тридцать пять стоило избавиться от «вредных привычек» в виде лишних трат. Конечно, кто-то сказал бы, что это источник эндорфинов, но библиотекарю с подработкой копирайтером надо было на что-то дожить до зарплаты. Она и так здорово потратилась: в прошлую субботу в их библиотеке проводил мероприятие коллектив молодых писателей. Эленор не удержалась, купила парочку книг с автографами и мерч к ним.

Кажется, в этом и состояла ее жизнь. Работа, дом, иногда встречи с подругами, иногда с боевыми товарищами из Ордена Полудня. Но последнее время все чаще – работа и редкие литературные встречи. К счастью, ордена темных магов затаились, и ее Орден Полудня оказался фактически распущен. Почему затаились? Как будто в ожидании чего-то ужасного и неизбежного. И Орден тоже ждал, и Эленор ждала. Чего-то. Кого-то. А Сумеречный Эльф… Что Сумеречный Эльф?

«Возьму напрокат мотоцикл на выходные и поеду с подругами за город!» – твердо решила Эленор, поправляя воротник косухи, застегиваясь до шеи от порывов промозглого октябрьского ветра.

Да, мотоцикл, да, встречи… Казалось, ее жизнь наполнена смыслом, но последние три года отчаянно не хватало хоть каких-то живых чувств. В сердце разрасталась черная дыра уныния. Почему? Неужели из-за этого необъяснимого существа, которым она когда-то восторгалась? Сумеречный Эльф – ее проклятье и благословение. Или наваждение юности.

Любовь ли это была вообще? Или это жадная сущность присосалась к ней, качая энергию для заполнения своей пустоты? Ему хотелось кого-то любить! Кого-то отзывчивого и доброго! И он нашел то, что некогда принадлежало его родному миру, Бенааму: светлую эльфийку.

Похоже, сам он тоже частично происходил из этой расы, хотя не помнил о себе ничего до шестнадцати лет. Митрий, глава семарглов, стер память всем Стражам, чтобы лишить их «эгоистичных человеческих привязанностей». А чем, если не эгоизмом, была любовь Сумеречного Эльфа?!

Он отпускал ее, давал ей свободу. Но она чувствовала себя виноватой каждый раз, когда на горизонте маячил какой-то парень. Да и… собственное дурное сердце молчало. А при появлении Сумеречного Эльфа раньше пело. Как теперь? Она не знала. Он оставил и ее, и Землю. И уже десять лет Эленор не слышала, как он играет ей на скрипке, не могла ни поговорить с ним, ни ощутить его присутствие.

«Надо избавиться от этого чувства вины за чувства и за бесчувствие, – потребовала от себя Эленор, заправляя за слегка заостренное ухо длинную белую прядь. – Хорошие девочки хранят верность мечтам до старости, так ведь? Хорошей девочкой быть правильно, но я слишком долго ждала. Слишком долго приходилось одной сражаться за себя».

На поясе, незримо для обычных людей, всегда висел складной меч Бенаама – нетленное оружие далеких предков, передаваемое из поколения в поколение в ее семье, как и артефакт… этот Алмаз Жизни, про который она ничего не ведала. Знала только, что она его хранитель.

И казалось, в это вечер понадобится не Алмаз, а именно меч. Дурное предчувствие кольнуло в груди, и Эленор подозрительно обернулась на людей в переходе, но никого странного не заметила. Она вышла на поверхность, направляясь к дому привычной тропинкой, пролегающей между болотистым яблоневым садом – старым кладбищем кошек – и не менее старой бойлерной, возле которой на днях нашли труп.

«Рядом со мной разгуливает убийца», – подумала Эле-нор, не придав информации значения. Но в этот вечер сердце заходилось от нехороших предположений. Вечерние тени сгущались, и с ними все росло и росло необъяснимое беспокойство.

Эленор обернулась, но за спиной никого не оказалось. Прохожие выскальзывали из метро, садясь на автобусы до Московской области, или спешили по домам. Никто не выглядел подозрительно. Но неприятное ощущение слежки не отпускало. Эленор дотронулась до меча на поясе – на месте. Ее единственный козырь перед врагами из других миров, видимый только магам через призму Зеркала Измерения.

«Надо бы собрать товарищей из Ордена Полудня», – нервно подумала Эленор.

Она ускорила шаг, проскальзывая мимо яблоневого сада – места, где граница между мирами была особенно тонка, ведь там находился постоянный портал на Зеркало Измерения, – и тут же поняла, что предчувствия не обманули. Не стоило идти привычной дорогой!

Он вышел из тени высоких кленов, словно материализовавшись из самого мрака. Мальчишка. Лет семнадцати, не больше. Отросшие черные волосы спадали на острые скулы, а в светящихся красных глазах плясали отблески ярости. Вампир? Темный маг? Таких и гонял Орден Полудня, зачастую успевая предотвратить непоправимое раньше полиции и специального Отдела ФСБ.

Эленор присмотрелась: под темно-серой кожаной курткой незнакомца что-то шевелилось.

«Черные линии! – с ужасом поняла она. – Ворон?! Но нет… Что он такое?!»

Воронов, этих жутких слуг асуров из Бенаама, Орден Полудня опасался: ни у кого из магов Земли не хватало сил бороться с порождениями черных линий. Сами-то линии многие не видели, а колдовали по наитию, на ощупь, слегка ощущая пульсацию под пальцами. Эленор видела белые линии, но ее навыков хватало лишь на то, чтобы усилить удары клинка или соткать вокруг себя энергетический щит.