Читать книгу "Прыжок в бездну"

Глава 7

Ди.

 С момента, когда я послала Шелеста, прошло четыре дня. Поначалу мне было плевать на то, что он так резко исчез из моей жизни, как и появился. Потом я ловила себя на мыслях, что вечно о нём думаю, а сегодня… сегодня у меня началась какая-то бешеная ломка. Мне хотелось с ним увидеться, просто поболтать ни о чём. Меня тянуло к нему со страшной силой. Заправив футболку в джинсовую юбку, завязала волосы в высокий хвост и, засунув руки в рукава куртки, вышла на улицу. Во дворе бегают дети, орут как ненормальные, а я перепрыгиваю через грязь, снег и лужи, появившиеся здесь после сырой метели. Час, и я на работе, за стойкой, в этой обтягивающей чуть ли не внутренности белой рубашке и длинном, почти в пол, фартуке, прикрывающем легинсы в обтягон. Потуже затягиваю хвост, вытаскивая из бара бутылку мартини. Ночка обещает быть весёлой, ещё только восемь, а народу уже кишит. Пятница. Все валом идут тусить. Наливаю мартини в этот плоский бокал и, кинув туда оливку, подаю смазливой девчонке, то и дело крутящейся на стуле. Она смотрит на меня с раздражением. Стискиваю зубы, подавая трубочку. Никогда не понимала, как некоторые могут потягивать алкоголь с довольным видом, ещё и через трубочку.

Улыбаюсь заученной, можно сказать, вышколенной улыбкой, наш администратор в этом постаралась, и отвлекаюсь на свои дела.

Музыка давит, голова начинает болеть, вытираю лоб тыльной стороной ладони, в сотый раз сканируя зал. За спиной кто-то ходит, я чувствую чужое присутствие, оборачиваюсь, впечатываясь Жорину в грудь.

– Привет, пошли наверх, посидишь с нами,  выпьешь, – берёт из бара бутылку текилы.

– Я на работе.

– Так я тебя освобождаю, пошли, – подмигивает.

– Спасибо, не стоит.

Денис задирает подбородок, раздражаясь. Его пальцы сжимают верёвочку на моём фартуке, которая завязана на животе в бантик, и тянут на себя. Слегка скользящий материал развязывается, падая вдоль моих боков, и фартук распахивается сзади.

– Это приказ, я твой начальник, и мне…

– Жорин, прекрати ко мне клеиться, достал уже.

– Не хами мне, – прищуривается, и его лицо больше не выражает веселья, скорее это гнев.

– Я? Как я могу хамить вам? Нашему кормильцу, просто свету в оконце.

Кланяюсь, вытягивая руку вперёд, почти касаясь ей пола.

Ден хмыкает и, приблизившись ко мне вплотную, проводит ладонью по щеке, мне хочется со всей дури вмазать ему по яйцам, и я уже готова это сделать, но до боли знакомый голос лишает меня мыслей и всяких действий. Я сглатываю, медленно поворачивая голову в зал. По другую сторону бара стоит Шелест. На лице ухмылка, а в глазах насмешка.

– Ты идёшь? – Дену.

То есть он всё это время был здесь вместе с Жориным. Был здесь и даже не поздоровался.

– Да, – мне в лицо, – иду.

Жорин выходит к Шелесту, а я с силой сжимаю край фартука, они уходят, больше не смотря в мою сторону. Поджимаю губы, опуская глаза в пол, настроение на нуле, а мне ещё целую смену пахать.

Остаток рабочего времени проходит очень и очень медленно. В пять я выхожу из бара, и Аня, девочка– официантка, предлагает меня подкинуть до дома. Как оказалось, она живёт за две улицы от моей, в новостройке. Контраст жилищных условий в действии.

Поблагодарив её, вылезаю рядом с её домом, и остаток пути иду пешком, лишний раз не хочется давать понять людям, насколько убога моя жизнь.

В подъезде творится очередная вакханалия, ещё в среду у дочки соседки снизу была свадьба, но гулянье длится до сих пор. Стиснув зубы, поднимаюсь к нам, открываю замок и, толкнув дверь ногой, захожу в коридор. В кухне горит свет, мельком туда заглядываю – пусто. Хотя батя уже не появляется дома пару дней. Сдох там, что ли?

Кидаю вещи в комнату и, закрывшись изнутри, ложусь спать. Всю ночь мне снятся кошмары, один сменяется другим, я постоянно убегаю, оглядываюсь и падаю. Туман сгущается, лес кажется непроглядным. Ободрав колени до крови, я встаю и продолжаю бежать. Не знаю, от чего я бегу, но это что-то ужасное, тело дрожит, и я чувствую страх.

Разлепив утром глаза, я ещё несколько часов думаю о том, что мне снилось. Всё это, конечно, бред, но слишком уж реалистично я там бегала.

Ладно, выдохни, Диана, выдохни и пошли всех на фиг. Беру сигареты из сумки и, накинув на плечи куртку, иду в подъезд. Прикуриваю, делаю пару затяжек и не успеваю стряхнуть, как пепел падает на мои уже давно растянувшиеся спортивки, прожигая дыру. Чёрт! Стискиваю зубы, проводя пальцами по дырке.

День начался отлично.

После обеда еду к Яне, кажется, мы не виделись целую вечность. Тётя Таня улыбается мне, нацеловывая щёки, крепко сжимая мои ладони в своих. Целую её в ответ и ловлю себя на мысли, что, когда я здесь, у них в квартире, я чувствую себя дома. Чувствую себя живой, цельной, а ещё мне кажется, что вот-вот откроется дверь, на пороге появится моя мама и заберёт домой.

Смотрю на плотно закрытую дверь, спускаясь на землю, осознавая, что никто не придёт, я попью чай, поболтаю и поеду в свой сарай.

После ещё неделю буду вспоминать наши с Янкой разговоры с теплом на сердце и с дикой болью в груди помнить, что мама умерла и никогда больше не придёт. Она ушла из моей жизни навсегда, бросила, оставив мне лишь жалкие крупицы воспоминаний.