Текст книги "Агент тьмы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/agent-tmy-295216.jpg)
Автор книги: Майк Омер
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)
Глава 7
Я проскользнула в свой номер через одно из зеркал. Грудь сдавило от тоски, по щекам текли слезы, одежда пропиталась кровью – кровью банши, моей собственной, кровью Габриэля, – и от ее металлического запаха сводило желудок. Я быстро стянула промокшие насквозь джинсы и взглянула вниз, на ноги: кровь просочилась сквозь ткань, оставив на коже странный, тошнотворный красный узор. Столько крови… Я не могла дышать.
Я рухнула на кровать, вытирая слезы тыльной стороной ладони. Габриэль погиб, пытаясь помочь мне. Он был настоящим другом – лучше, чем я заслуживала.
Я уставилась на пол, по-прежнему усыпанный осколками. Из горла у меня вырвался всхлип, потом еще один. Я пыталась сдержаться, убедить себя двигаться дальше – фейри хотят меня убить, и нужно действовать. Но меня охватила скорбь.
Я вспомнила, как в первый раз встретила Габриэля на месте преступления на Митр-сквер, впервые заглянула в его карие глаза. Как мне приснился кошмар, я с криком проснулась у него дома, и он пришел меня успокоить. Сколько раз я просила его о помощи, и он никогда не раздумывал. Как он заботился обо мне; как, напевая себе под нос, жарил яичницу…
Нельзя допустить, чтобы эти воспоминания навсегда омрачились другим: как он лежит навзничь в переулке с пустыми глазами, разорванным горлом и гримасой боли на лице. Смогу ли я когда-нибудь думать о нем, не вспоминая этот кошмар? Не гадая, как бы сложилась его жизнь, не встреть он меня?
Я вцепилась в край грязной простыни. Хоть бы Габриэль никогда не приходил сюда навестить меня… Слезы застилали глаза, струились по лицу.
Наконец слез не осталось – только пустота под ребрами. Не знаю, сколько я просидела на кровати, уставившись в пол; может, несколько часов. Когда заныла спина, я встала и огляделась. Медовый солнечный луч просачивался сквозь жалюзи, отражаясь в осколках. Я прошла в угол комнаты, подняла с пола пакет и начала осторожно собирать в него осколки – один за другим. Я действовала внимательно и аккуратно, избегая острых углов, стараясь сосредоточиться. Это поможет двигаться дальше. Крики в голове утихли, сделавшись терпимыми. Подавив горе и ярость, я разрешила разуму застыть, пока меня не охватило ледяное спокойствие.
Пока я прибиралась в комнате, мои мысли блуждали вокруг нападения. Что со мной произошло? Каким-то образом я высосала страх из банши и бросила его обратно в них, парализовав их ужасом. Я никогда раньше не чувствовала страха фейри. Вот бы обнаружить в себе эту странную силу до того, как они разорвали Габриэлю горло…
Под льдинами разума раздался пронзительный голос: Повелительница Ужаса должна умереть.
Меня второй раз назвали Повелительницей Ужаса. Что это значит? Я уставилась на свое отражение в большом осколке, который держала в руке. Красный нос, опухшие глаза… Выглядит не особо страшно, и все же король фейри хотел моей смерти. Можно только догадываться, что это как-то связано с тем ужасом, который мне удалось вселить в банши.
Король. Король подослал ко мне банши, а они заодно убили Габриэля.
Холодная ярость заполнила тело, вытесняя первоначальный шок. В смерти Габриэля виновна не я, а Верховный Король фейри. Он отправил ко мне убийц, и мой друг заплатил за это.
Я стиснула кулаки. Король убил моего друга – и расплатится собственной жизнью. Черт побери, я Повелительница Ужаса, и он должен меня бояться.
* * *
Лед. Я позволила сознанию превратиться в чистый лед и сосредоточилась на том, что делать дальше. Приняв душ, натянула последнюю чистую одежду – кожаные легинсы и черную рубашку, – собрала вещи и рассортировала их, обдумывая предстоящую задачу. Я гнала прочь мрачные мысли, копошащиеся на задворках сознания, и перебирала одежду, откладывая испачканную горчицей, вином и кровью. Худи с непонятно откуда взявшейся прожженной дырой на локте, провонявший виски лифчик – их я выбросила. Все годное укладывалось в рюкзак, где уже лежали заряженный пистолет, который я подняла возле тела Габриэля, и мой собственный пистолет, весь в грязной жиже из пруда. Сунула ноутбук в кожаный чехол и запихнула в рюкзак к остальным вещам. А компас оставила на прикроватной тумбочке: он сделал свое дело.
Положила на кровать несколько купюр – щедрые чаевые; кому-то придется убирать за мной бардак, а там, куда я направляюсь, деньги не понадобятся. Потом надела рюкзак и попыталась четко сформулировать, что именно делать и говорить дальше.
Дрожа всем телом, я направилась в общую душевую, стиснув лямки рюкзака. К счастью, там никого не было, и я без помех подошла к зеркалу. Подавив горе и гнев, уставилась на отражение, едва узнавая себя. Вся эта какофония из криков в голове исчезла. Исчезла и профайлер, которая с утра пораньше принималась за работу с горящими глазами, заправившись кофе. Я уставилась в отражение и встретила жесткий стальной взгляд. Уродливая красная царапина пересекала шею, налитые кровью глаза свидетельствовали о неделях недосыпа. Я стиснула зубы, стараясь сосредоточиться перед отправкой на следующую миссию, и позволила сознанию превратиться в ледник спокойствия.
Скинув рюкзак на пол, я достала косметичку, закрасила консилером глубокие мешки под глазами, нанесла на щеки перламутровые румяна и приняла почти нормальный вид. Закончив, снова уставилась в зеркало и нащупала отражение, позволяя сознанию соединиться с ним. Я слилась с зеркалом, пока не ощутила ту самую связь, стала искать и нашла того, кого хотела.
Вот он сидит у камина, залитый теплым светом, в комнате со стенами из красного дерева. Я не узнала помещение. Оно было великолепно: резные деревянные фигуры на стенах, отполированный до блеска дубовый пол. И в свете теплых огненных языков пламени он – мужчина, чьи цели теперь полностью совпадали с моими. При виде него сердце замерло.
Я нырнула в отражение, чувствуя, как прохладная жидкая поверхность омывает кожу, пробирая до костей, и оказалась в углу комнаты, под окном.
В ту же секунду Роан бросился на меня, яростно сверкнув золотистыми глазами.
Я вскинула руки, защищаясь:
– Роан… Это всего лишь я.
Он застыл в футе от меня; глаза сверкали золотом, зубы удлинились, превратившись в острые клыки. Отблески пламени дрожали на могучем теле. Зарычав, он втянул носом воздух, и вокруг резко похолодало. На его голове выросли рога цвета слоновой кости. Он вот-вот раскроется целиком, примет истинный облик.
Сердце сковал первобытный ужас:
– Роан?
– Кассандра… – Роан прикрыл глаза, тихо рыча. Я наблюдала, как он овладевает собой, клыки и рога исчезают. Но угроза не исчезла, воздух сгустился от напряжения. В комнате было холодно, дыхание превращалось в пар.
Дрожа, я обхватила себя руками. Роан прекратил раскрываться, но в выражении его лица не было ни малейшего намека на радушный прием.
– Мне нужно с тобой поговорить.
Он улыбнулся:
– Какое совпадение. И мне нужно с тобой поговорить. – Нахмурился, оглядывая комнату. – Только не здесь. Я могу отвести тебя в другое место – там будет удобнее.
– Конечно. Как скажешь. – Мое сердце все еще стучало от того, что он едва не раскрылся.
Роан повернулся к двери:
– Нериус?
В дверях возник громила с темными глазами и оливковой кожей, и по телу у меня побежали мурашки. Его длинные каштановые пряди спадали на кожаные доспехи, красивое лицо уродовал шрам. Он уставился на меня.
– А, вот что я почувствовал. – Его голос сочился ядом. – Пикси… Как умно с твоей стороны притащить ее сюда.
Роан сунул руки в карманы.
– Думаю, она соскучилась по мне. Кассандра, это мой друг Нериус. Он возьмет твои вещи.
Я крепче вцепилась в сумку. Из-за такого странного приема печаль, которую я до сих пор подавляла, грозила вырваться наружу. Я моргнула, прогоняя слезы.
– Спасибо, я оставлю их при себе.
Нериус подошел ко мне, в его глазах мелькнули тени. Он скривил губы, зарычал, и за его плечами выросли темные призрачные крылья.
Внутри меня все сжалось, я стала озираться в поисках отражений и заметила в углу зеркало.
Нериус протянул руку:
– Он сказал взять твои вещи.
Я скрестила руки на груди:
– Какого черта, Роан?
Он только пожал плечами:
– Что я могу сказать? Дом Таранисов известен своим гостеприимством.
Хрен с ним. Я пришла сюда не просто так, и сейчас мне больше некуда было идти. Придется подыграть – и, возможно, мне больше не понадобится оружие, чтобы защищаться. Я сняла сумку и рюкзак и отдала уроду с крыльями. Он резко развернулся, подошел к Роану и наклонился поближе, пока тот что-то шептал ему на ухо.
Когда Нериус вышел, я уставилась на Роана, пытаясь не обращать внимания на грызущую пустоту в груди:
– Габриэль мертв. Его убили приспешники короля.
На лице Роана отразился шок, и атмосфера в комнате разрядилась.
– Что?
– Они пытались убить меня. А Габриэль… – У меня перехватило горло. – Он пытался помочь.
Роан нахмурился, глядя на зеркало, через которое я появилась.
– Мне жаль, Кассандра.
– Спасибо. Я хочу отомстить. Я хочу…
– Давай поговорим в Апартаментах Морганы. Там можно устроиться поудобнее и все подробно обсудить. – Он повернулся и направился к двери.
Стиснув зубы, я последовала за ним в зал с дубовыми стенами и темными сводчатыми потолками. Высокие окна выходили на лужайку внутреннего дворика, усыпанную голубыми и желтыми полевыми цветами. Если б не застывшие за окном лондонские небоскребы, я решила бы, что мы в Триновантуме.
– Что это за место? – спросила я.
Роан не ответил, и я продолжала разглядывать стены, украшенные резьбой в виде лесов и оленей. На красном дереве висел герб – я раньше никогда такого не видела. Голова оленя. Дом Таранисов. Роан происходит из одного из шести благородных домов? В баре Лероя на стене висел изуродованный геральдический щит. Может, такой же…
Мы дошли до двери под аркой как раз в тот момент, когда оттуда появился Нериус, нагруженный вазами и металлическими подсвечниками. Он бесцеремонно швырнул их на пол, одна ваза разлетелась вдребезги. У меня пересохло во рту. Они убирали все отражающие поверхности. Роан не хочет, чтобы я исчезла.
– Можешь не волноваться, я здесь по доброй воле, – заверила я.
– Готово, – доложил Нериус; его тело источало темную магию.
Роан приглашающим жестом указал на вход в тусклое помещение. Я шагнула в комнату с темно-синими стенами, в центре стояла кровать. Ни окон, ни металла. Ни одной отражающей поверхности, никакого освещения. Пока я старалась что-нибудь разглядеть в полумраке, дверь за спиной захлопнулась, щелкнул замок.
Этот ублюдок Роан запер меня внутри.
Глава 8
При закрытой двери почти ничего не было видно, из-под нее едва-едва проникал солнечный свет. Темнота скрывала отражения, так что даже если Нериус не заметил какую-нибудь зеркальную поверхность, я вряд ли смогу ею воспользоваться. И все-таки я стала медленно поворачиваться по кругу в поисках отражений и несколько раз почувствовала слабое притяжение, словно в груди натянулся невидимый трос. Но оно было едва уловимым – видимо, отражения находились в других комнатах. Мне нужно видеть отражение, чтобы воспользоваться им. На полу в комнате лежал ковер. Может, доски под ним достаточно блестящие, чтобы воспользоваться ими? Да нет, вряд ли…
К тому же я здесь не просто так – нужно узнать, почему король жаждет моей смерти. По какой-то причине он увидел во мне серьезную угрозу для себя – и, наверное, так и есть. Может, если я примкну к восставшим против короля, ситуация изменится.
Надо только выбраться из комнаты, в которой меня заперли. В голове появилась картина: Габриэль с приоткрытым ртом лежит на тротуаре, под его головой натекла кровавая лужа. Я сжала кулаки, ногти впились в кожу. Затем закрыла глаза, и лед в сознании начал трескаться, угрожая выпустить наружу страдание, прорвать плотину горя.
К горлу подступила тошнота, я схватилась за живот и рухнула на кровать. Не сейчас. Сейчас нельзя поддаваться горю. Мне по-прежнему нужно держать себя в руках. Я сделала глубокий вдох и снова призвала в сознание лед, создав ледник спокойствия. Надо отвлечься. Я сосредоточилась на переполненном мочевом пузыре. Мне нужно опорожнить его, и произойдет это нескоро. Дискомфорт отвлекал от душевной боли.
Но я по-прежнему не понимала, что происходит. Едва Роан увидел меня, как чуть не принял истинное обличье. Почему-то он счел меня угрозой.
Почему?
Может быть, он тоже видел во мне Повелительницу Ужаса? Неужели, коснувшись Камня, я обрела какую-то новую способность? Без сомнения, в Камне заключается мощная сила. Я просто не знала, какая именно.
Через несколько минут дверь открылась, и появился Роан со свечой в руке – разумеется, без подсвечника, он же слишком блестящий. Закрыл за собой дверь, подошел к комоду, капнул воском на поверхность и воткнул туда свечу. Воск затвердел, удерживая ее вертикально.
Роан пересек комнату и сел рядом на кровать. Матрас прогнулся под его весом. Я чувствовала тепло его тела, запах мха и дуба. Взгляд глубоких зеленых глаз встретился с моим, и Роан пристально уставился на меня. Я крепче вцепилась в простыни.
– Может, объяснишь, с чего вдруг я стала твоей пленницей?
– Извини.
– Это не объяснение.
– Мне нужно задать тебе несколько вопросов, и я не хочу, чтобы ты сбежала, когда узнаешь то, что знаю я.
Я немного помедлила.
– И что же ты знаешь?
Свеча оплывала.
– Что тебе нельзя доверять.
Ну вот, еще один недоверчивый…
– Почему? Это, случайно, не связано с Повелительницей Ужаса?
На его лице промелькнуло неподдельное замешательство:
– Что? Послушай, у нас с Абеллио есть к тебе вопросы.
– С кем?
Словно по команде, дверь снова открылась, и появился еще один человек. Его каштановые волосы контрастировали с бледной кожей, светло-голубые глаза светились добротой. В кармане темно-синей рубашки поблескивала серебряная ручка. Чертовски высокий, хотя и не такой верзила, как Роан. Уж точно лучше он, чем Нериус.
Он закрыл за собой дверь и повернулся ко мне:
– Меня зовут Абеллио. – Поклонился, глядя мне в глаза. – А ты Кассандра. Много слышал о тебе.
Я тоже посмотрела на него и сухо уточнила:
– Неужели?
– Ну ты же знаешь Роана. Он такой болтун, не может удержаться, да? – В его глазах вспыхнули веселые искорки. – Итак… зачем ты здесь, Кассандра?
– Чтобы вместе с вами уничтожить Короля, – ответила я.
Повисло молчание, оба ошеломленно уставились на меня.
– Мне есть что рассказать вам, – добавила я для убедительности.
– Правда? – Судя по тону Роана, он явно не верил мне.
Абеллио скрестил руки на груди, попятился и прислонился к комоду, глядя на меня с изумлением.
Я прикусила губу, пытаясь придумать, какую информацию предложить в обмен. Я знала, что Лондонский Камень очень важен, но до сих пор все попытки объяснить его важность кому-то другому не имели успеха. Кажется, моя мать находится внутри Камня и кричит. Что еще? А, еще есть идея, что Камень – это хранилище ужаса, через которое мне доступны видения других фейри. Но даже мне самой это казалось потоком бреда.
Роан наклонился ко мне, на удивление нежно убрал влажные волосы с моей шеи и понюхал ее, скользнув рукой вниз по спине. Я инстинктивно запрокинула голову.
Роан отстранился, его глаза потемнели. Он выглядел разъяренным:
– Куда ты отправилась пять дней назад, когда вернулась в Лондон?
– Я заселилась в отель. Зачем ты сейчас меня нюхал?
Роан вскинул голову.
– Врешь, – тихо ответил он.
– Нет, не вру. Ладно, сначала я пошла за вещами. Я кое-что оставила в камере хранения на станции метро. А потом заселилась в отель. Ну, не совсем отель. Дерьмовый хостел, потому что было туго с деньгами.
А потом ушла в недельный запой, помешавшись на Камне… Но эту часть можно опустить.
– С кем встречалась? С кем разговаривала?
– Я больше ничего не скажу, пока не объяснишь, что происходит. – Я уже не контролировала желание сходить в туалет, и это еще больше раздражало.
Лицо Роана потемнело.
– Ты не в том положении, чтобы…
Абеллио шагнул вперед и положил руку ему на плечо:
– Кассандра, не волнуйся. Мы не хотим тебе навредить. Но чем быстрее ты ответишь на вопросы, тем быстрее мы с этим разберемся. Нам очень нужно знать, с кем ты разговаривала после возвращения.
– Прекрасно, – холодно ответила я. Мне нечего скрывать, можно и начистоту. – С тех пор как в последний раз видела Роана, я встретилась со своим знакомым – молодым фейри по имени Элвин. Я хотела узнать, где найти маму. Я имею в виду биологическую мать. Говорила по телефону со Скарлетт. – Я затрясла головой, пытаясь вызвать четкие воспоминания о той потерянной неделе. – И с незнакомцами. Я говорила с незнакомыми людьми в магазинах – ничего особенного. А сегодня утром ко мне пришел Габриэль… – Мой голос надломился, я замолчала, и лед слегка потрескался.
Роан медленно кивнул:
– Но это не объясняет, почему от тебя воняет банши.
В голове вспыхнуло воспоминание о теле Габриэля, и воздух вышел из легких.
– Они напали на меня… их было трое. – Горе грозило накрыть меня с головой, горячая слезинка скатилась по щеке.
Я почувствовала на спине ладонь Роана.
– Что случилось?
Я уставилась в пол, слезы струились по щекам.
– Он пытался защитить меня. Банши пришли за мной. Они сказали, что их послал король. Сказали, я Повелительница Ужаса.
– Ты? – недоверчиво переспросил Роан. – Повелительница Ужаса?
– Видимо, так.
Он переглянулся с Абеллио, тот кивнул.
– Что за банши? – спросил Роан.
– Я не знаю их имена. Мы были заняты тем, что пытались убить друг друга. И они убили Габриэля.
Он долго смотрел на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли. Наконец произнес:
– Понятно.
Я вытерла слезы тыльной стороной ладони.
– Вот почему я здесь. Я могу помочь. Теперь мы хотим одного и того же.
Роан глубоко вздохнул:
– Во-первых, мне нужно знать, кому ты рассказала о тропе.
– Какой еще тропе?
– Тайной тропе. Через реку в Триновантуме. Магическом проходе, который я тебе показал. Кому ты рассказала? Элвину?
Я покачала головой:
– Нет. – По крайней мере, я была уверена, что не говорила. Я сделала глубокий вдох. – Слушай, почти всю прошлую неделю я накачивалась вином и виски, но почти наверняка никому не сказала про тропу.
Роан опять глубоко вздохнул.
– А что стало с банши?
– Я их убила.
Он нахмурился.
– Ты убила трех банши?
– Да, я… – Я замялась, пытаясь объяснить получше. – Я использовала против них их собственный страх. Не знаю, как это получилось, – просто так вышло.
– Бессмыслица какая-то. Ты не можешь использовать эмоции фейри, Кассандра.
– Говорю же, так и было. – На мне стала сказываться усталость. Они явно мне не верили.
Роан взглянул на Абеллио, тот слегка кивнул. Роан опять посмотрел на меня:
– Этот Элвин. Опиши его.
– Молодой патлатый блондинчик, всегда под кайфом, торчит в баре Лероя. Он явно тебя знает. Он не раз о тебе говорил…
– Элвин Таранис? – Губы Роана слегка скривились.
– Он никогда не называл свою фамилию. – Я покачала головой. – Вы что, родственники?
Роан скрипнул зубами:
– Он дальний родственник.
Абеллио улыбнулся, на его щеке появилась ямочка:
– Не такой уж и дальний.
– Достаточно дальний. Ты рассказала ему про тропу? Я бы ему не доверял.
– Я же говорю – почти уверена, что нет.
Изумрудные глаза Роана пронзали меня насквозь.
– Точно не помнишь? Как удобно…
– На самом деле это очень неудобно.
Роан снова взглянул на Абеллио. Тот погладил подбородок и нахмурился:
– Не знаю. Столько эмоций… И еще так много скрытых эмоций… Это все равно что пытаться прочесть океан.
– Кто ты? – спросила я его. – Что-то типа детектора лжи?
Абеллио кивнул.
– Очень точное определение. Но в твоем присутствии все… путается. Очень много боли. И гнева. Трудно отличить правду от лжи. Еще труднее понять, кому ты лжешь: нам или самой себе.
– О, как здорово… Фейри-психотерапевт!
– Давай начнем сначала? – предложил Абеллио. – Ты вернулась в Лондон после того, как Роан отвел тебя к порталу. Пожалуйста, расскажи снова. Только помедленнее.
Мне страшно хотелось в туалет. Но я знала: если сказать им об этом, у них появится новый рычаг давления. Сколько раз я говорила подозреваемому, что он сможет пойти в туалет после того, как ответит еще на один вопрос? Ну нет, я не доставлю им такое удовольствие.
– Как я уже говорила, вернувшись в Лондон, я нашла Элвина.
– Зачем?
– Надеялась, что он поможет найти мою биологическую мать. Я знаю, что моим биологическим отцом был Рикс. А про мать не знаю. И хотела это выяснить.
По их лицам было неясно, удивил ли или заинтересовал кого-то из них такой ответ.
– А Элвин знает, кто она?
– Нет. – Это было не совсем правда, но и не ложь.
– Ты рассказала ему что-нибудь о своем путешествии в Триновантум?
– Нет. Тогда я еще не была в запое. Я помню.
Следователи из них не ахти. Они сами направляли беседу, позволяя мне пропускать детали, не рассказывать про визиты к Лондонскому Камню и крики в голове. Все детали, которые выставят меня сумасшедшей. Они даже не спросили, почему я пила целую неделю.
– А теперь можете рассказать, что произошло?
Роан опустил глаза.
– Через два дня после того, как я показал тебе нашу тайную тропу, люди короля устроили засаду на трех повстанцев. Один погиб, другой попал в плен.
– Она говорит правду, Роан, – заметил Абеллио. – Должно быть, король нашел тропу сам. Или, возможно, среди нас есть еще предатель.
– Конечно, я говорю правду. Зачем мне врать?
– Тебе некуда деваться, – предположил Роан. – И ты надеешься вытянуть из нас больше информации.
Я скрестила руки на груди:
– Роан, я всегда найду выход.
– Как же?
Я указала на карман рубашки Абеллио, в котором в тусклом свечном свете поблескивала серебряная ручка:
– Можешь передать своему приятелю, чтобы в следующий раз держал свои миленькие канцелярские принадлежности от меня подальше.
Абеллио посмотрел на карман рубашки и расхохотался. Роан бросил на него раздраженный взгляд и снова повернулся ко мне, всматриваясь в лицо, словно пытаясь запомнить каждую черточку:
– Я должен сам узнать правду.
– Тебе придется довериться мне и Абеллио, – ответила я. – Кто-нибудь может показать, где туалет? Или мне прыгать туда через грудь Абеллио?
Тот озадаченно приподнял брови:
– Должен признаться, я хочу почувствовать, каково это. Странно, да?
Роан кивнул ему.
– Проводи ее в туалет, но потом приведи обратно. У меня к ней еще несколько вопросов. Побеседуем с глазу на глаз.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?