Текст книги "Естественный отбор"
![](/books_files/covers/thumbs_240/estestvennyy-otbor-5235.jpg)
Автор книги: Майкл Стэкпол
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Лазеры отсоединили атомный двигатель «Дайши» от места крепления. Он выкатился вниз, и его предохранители в тот же момент выключили реактор, прежде чем мог бы произойти ядерный взрыв. Когда «Масакари» вынул из «Дайши» «сердце», боевой робот Виктора один раз содрогнулся, а затем все его мониторы погасли, оставляя водителя висеть в жарком и темном коконе.
Мертвая тишина навалилась на него, и он потряс головой. Единственное преимущество, которое у нас есть в сражениях с кланами, – это то, что они всегда следуют неизменному набору правил, что дает нам возможность для тактических маневров. Если только когда-нибудь они возьмут на вооружение ту гибкость, которую продемонстрировал здесь Фелан и другие его воины, то Рагнар перестанет быть единственным принцем из Внутренней Сферы, носящим браслет пленника.
VIII
Арк-Ройял
Федеративное Содружество
16 апреля 3055 г.
Несмотря на то что Фелан отлично понимал ситуацию, он не мог сдержать широкую улыбку, входя в зал для приемов. Он поднял своей правой рукой левую руку Ранны и поцеловал ее, а потом обернулся к Рагнару:
– Волки хорошо провели этот день. У нас есть все основания гордиться собой.
Ранна кивнула и одернула складки черного жакета.
– Это так, мой Хан, но если бы нашими противниками были Ягуары или Снежные Вороны, то мы не гордились бы победой над ними, воут?
– Но они же не клан, ут?
– Это стало теперь твоей точкой зрения?
Фелан оглянулся на нее:
– Это старая традиция Гончих, которая называется «правом на хвастовство».
Ранна встряхнула головой и высвободила свою руку:
– Так же, как они не являются кланом, так и ты теперь не принадлежишь к Гончим. Не удивляйся, если им не понравятся твои старания научить их покорности. – Она окинула его быстрым взглядом. – И, мой дорогой, твоя речь может все испортить.
Фелан вздрогнул:
– А твоя бабка здесь находится вовсе не для того, чтобы выслушивать обвинения, так?
– Нет, она находится здесь затем, чтобы напомнить тебе об осторожности. – Ранна обратила его внимание на оживление, царящее вокруг капитана Моран. – У нас и так уже есть масса врагов, Хан Фелан, как вне клана, так и внутри него. Нет никаких оснований для того, чтобы еще больше накалять ситуацию.
Фелан начал было убеждать Ранну, что ей нечего беспокоиться, но почувствовал, что ее слова попали в самую точку. Знакомое окружение Арк-Ройяла и извращенное удовлетворение, которое он получал, раздражая тех людей, которых считал безосновательно напыщенными, повело его по колее старого поведения. Фелан был рад представившемуся шансу вернуть уважение к себе – хотя бы частично – после того, как потерял его, присоединившись к кланам, но он знал, что Ранна была права, деликатно напомнив ему, что теперь на нем лежит гораздо большая ответственность, чем в то время, когда он считался одним из воинов Внутренней Сферы. Фелан по-прежнему был сыном Моргана Келла, но теперь являлся представителем гораздо большего, чем родная семья. Клан Волка сделал его одним из двух своих Ханов, и вместе с этим на него была возложена ответственность за судьбы других людей, а не только за свою собственную.
– Я всем сердцем принимаю твои мудрые слова, Ранна. – Благодарность к ней убрала самодовольство из его улыбки. – Я буду вести себя так, как подобает Хану.
– Я никогда и не думала, что ты можешь поступить по-другому, Хан Старейшина Фелан.
Она наклонила голову, когда увидела, что Кеитлин Келл машет ей рукой.
– Извини меня, пожалуйста...
– Конечно. – Он улыбнулся, глядя, как грациозно она удаляется от него, несмотря на обвивающую ее ноги черную шерстяную юбку, в которой воин клана должен был чувствовать себя стесненно и неловко. – Ты пойдешь со мной, Рагнар?
– Как прикажет мой Хан.
– Хорошо. – Фелан заметил, что многие присоединились к группе воинов, проигравших сегодня утром в виртуальном сражении. Он подавил в себе желание порадоваться своей победе и, к своему удивлению, обнаружил, что сделать это было совсем не трудно. Вместо этого он почувствовал что-то вроде стыда за такие мелкие и недостойные настоящего Хана чувства.
Позади Виктора и Галена стояли два других участника сегодняшнего сражения. Мужчины имели восточные черты лица, хотя светлая кожа Кая и более широкий разрез его миндалевидных глаз ясно указывали на смешанное происхождение. Серого цвета глаза Кая сильно контрастировали с темно-карими глазами Шима Иодамы. Офицер Синдиката Драконов ростом был на несколько сантиметров ниже Кая и выглядел на десять лет старше. Фелану показалось, что он увидел край черной с золотом татуировки, выглядывавшей из-под воротника его рубашки.
– Добрый вечер, – Фелан кивнул Галену, а потом улыбнулся Каю, – теперь я хорошо понимаю, почему вы стали чемпионом Соляриса, – он перевел взгляд на Шима, – и что у Координатора есть достойный наследник.
Шим замер, а потом быстро поклонился. Фелан успел заметить смущение, промелькнувшее на лице Шима. Всего несколько месяцев тому назад Координатор Такаси Курита был убит, и Шим находился под подозрением у телохранителей Такаси.
Кай кивнул Фелану, и его лицо покраснело.
– Если принять во внимание, что мой «Центурион» после переделки был тяжелее вашего «Волкодава» на пятнадцать тонн, вас хорошо приняли бы на Солярисе. Мне понадобилось бы провести много месяцев, рассчитывая свои действия и тренируясь, чтобы додуматься до того, что вы придумали пряма на ходу и продемонстрировали нам здесь.
– Это была просто удача, – пожал плечами Фелан, – я не думаю, что вам следует меня опасаться. Даже если бы мне и было позволено пересекать линию перемирия в районе Соляриса, я никогда не хотел бы повторения нашей встречи в реальной жизни. Как я помню, ни один из нас не вышел живым из этого боя.
– Я хорошо вас понимаю.
Мишель Моран слегка качнула свой бокал с остатками пива.
– Мне кажется, что для вас будет не так уж трудно попасть на Солярис, Хан Фелан. Его Высочество кажется очень опытным в получении любых заложников в любом месте, где он того захочет.
– Может быть, это и так, капитан Моран, но для Хана Фелана путешествие на Солярис было бы пренебрежением к соглашению, которое ильХан заключил с Ком-Старом. – Подобие улыбки застыло на лице Рагнара. – Военный советник не дал разрешения никому из людей клана пересекать линию перемирия. Виктор кивнул.
– В вопросе перемирия все настолько неустойчиво, что даже слухи о людях клана, пересекающих линию, могут вновь развязать войну.
Моран отмахнулась от этого замечания пустым бокалом.
– Будет ли когда-нибудь окончательно положен конец этой войне, Ваше Высочество? Посмотрите на захваченные в прошлом году Моргес и Кримонд, а сейчас набеги происходят уже на Лирянской границе. Все, что находится по эту сторону линии перемирия, включая даже Арк-Ройял, не может считаться защищенным от нападения. Кажется, что пока вне опасности находится только старая система Федеративных Звезд.
При этих словах Виктор выпрямился и стиснул зубы.
– Да, капитан Моран, со стороны кажется, что система Федеративных Звезд не помогает нам, однако в действительности это совершенно не так. Она участвует в обороне от кланов, посылая своих мужчин и женщин сражаться в наших битвах. Она снабжает нас ресурсами, необходимыми для успешного ведения войны, и помогает в восстановлении разрушенного.
– Но никто в их системе не находится под постоянной угрозой вторжения. – Моран отдала пивной бокал одному из мужчин и возмущенно потрясла освободившимися руками, подкрепляя этим жестом свои слова. – Система Федеративных Звезд никогда не теряла ни одного из своих миров. В Четвертой войне ваш отец ухитрился увеличить размеры системы Федеративных Звезд в четыре раза, а потом переложил на Лирянскую Республику оплату счетов за свой завоевания. При этом никто не обратил внимания на то, что мы отдали часть миров Синдикату Драконов. Сейчас мы несем на себе тяжелое бремя защиты от вторжений в наш мир, а Федеративные Звезды предлагают нам лейкопластырь, чтобы остановить артериальное кровотечение.
– Капитан! Не забывайте, с кем вы разговариваете! – рявкнул Гален Кокс.
– Все нормально, – спокойно сказал Виктор, скрестив руки на груди и поворачиваясь к Моран, – мы делаем все, что в наших силах.
– Вовсе нет. – Моран сжала пальцами виски, потом опустила руки. – Мы выступаем против кланов с одной рукой, заложенной за спину. Если бы мы использовали все войска Федеративного Содружества для борьбы с кланами, то давно сумели бы поставить их на место.
– Я надеюсь, вы не думаете всерьез, что нам следует взять все войска Федеративных Звезд и собрать их здесь?
– А почему бы и нет? Принц выглядел удивленным.
– Потому что кланы – это не единственная угроза Федеративному Содружеству. Романо Ляо тут же атакует нас, стоит только нам убрать свои войска от границы с Конфедерацией Капеллана.
Моран яростно тряхнула головой.
– Ерунда! Кроме того, Договор Святого Ивса – мир, который все еще считается законной частью земель Капелланов и дает больший процент своих войск на борьбу с кланами, чем система Федеративных Звезд. И, пожалуйста, не нужно говорить, что Свободная Лига угрожает нам. Пока вы держите Джошуа Марика в Новом Авалоне в качестве заложника, Томас не предпримет ничего такого, что могло бы создать угрозу для жизни его сына.
– Есть кое-что, о чем вы забываете в своих рассуждениях, капитан Моран. А именно то, что я Виктор Ян Штайнер-Дэвион. Я вырос здесь, на Лирянской части Федеративного Содружества. Затем я был на Нейджелринге, где с отличием закончил обучение. И всю свою службу я провел здесь. За это время мое единственное путешествие в Новый Авалон было связано со смертью моего отца.
Голос Виктора начал повышаться, и Фелан посочувствовал ему.
– Капитан Моран, из-за своего положения я особенно остро чувствую боль от наших потерь, понесенных в Федеративном Содружестве. Я сожалею о гибели вашего брата на Треллване, и вместе с этим меня радуют ваши военные успехи. Я горд и чувствую удовлетворение оттого, что сделал все возможное для нашей победы над кланами, хотя и хотел бы сделать еще больше. Да, мой отец был Хэнс Дэвион, а моя мать – Мелисса Штайнер, и это так тесно связывает меня с Лирянской Республикой, что вы вряд ли можете себе это представить.
– Неужели так сильно? – Глаза Моран сузились. – Временами я сомневаюсь в этом.
В этот момент Фелан внимательно оглядел всех собравшихся вокруг Виктора людей. Мишель Моран и ее люди чувствовали себя более свободно по отношению к нему и Рагнару, чем к Виктору и Галену. Это можно было объяснить только тем, что их горячая дискуссия берет свое начало из утренних упражнений на симуляторе или даже еще от подготовки к обороне против кланов. Однако Фелан чувствовал, что в ней замешана политика, и был озадачен тем, что же происходит на самом деле. Когда секундой позже он понял, в чем было дело, то чуть не ударил сам себя, по голове за то, что пропустил обстоятельство, так сильно бросающееся в глаза.
Виктор и Гален – оба члены элитарной группы Мстителей, входящей в состав десятой бригады Лирян, не надели своих форменных курток, а вместо них пришли в необычных зеленых шелковых комбинезонах с черной отделкой на манжетах и карманах. Крест, вышитый красными нитками на рукавах и груди комбинезонов, выглядел как знак отличия Мстителей, но граница вокруг него была выполнена из маленьких драконов, гоняющихся друг за другом, характерных для Дома Куриты.
Комбинезон Шима ничем не отличался по покрою, только кресты на его кимоно соответствовали когтям дракона. Фелану не показалось заслуживающим внимания то, что Шим Иодама был членом подразделения телохранителей Координатора Синдиката Драконов – со всех точек зрения военного времени Шим служил Дому Куриты добросовестно и хорошо. Но Фелана поразило совершенно другое, а именно то, что одежда, которую носил Виктор, слишком явственно напоминала форму войск Синдиката Драконов.
В душе Фелан чувствовал, что Мишель Моран разозлило не то, что Виктор был одет в такую одежду, а то, что означал этот выбор. У него не было сомнений относительно того, что многие из Гончих Келла смеялись за спиной Виктора, когда он освобождал Хосиро Куриту на Тениенте тем же способом, каким Гончие помогли спасти мир на Люсьене. Это должно было показаться им справедливым, но временами следует гораздо глубже смотреть даже на внешне простые вещи.
Фелан чувствовал себя неловко, наблюдая за тем, как раздражается Виктор под действием злых нападок Моран. Было заметно, что Мишель выпила на один-два бокала пива больше, чем ей следовало, но тем не менее Виктор застрял в гуще политических дебрей. Если он согласится с ней и об этом узнают другие, то определенные силы в районе системы Федеративных Звезд сразу же набросятся на него за то, что он оставляет их без прикрытия перед хищниками Конфедерации Капеллана.
Так же, как Крестоносцы давили на ильХана, пытаясь заставить его отречься от перемирия: Слыша в своем сознании эхо слов Ранны, Фелан с легкой улыбкой сказал:
– Позвольте вас заверить, капитан Моран, что с моей точки зрения принц Виктор действовал, как и все вы, то есть так, как, по моим расчетам, и должны были действовать войска Штайнера. Честно говоря, я ожидал от вас большего после того, как вы разгромили Ягуаров и Кошек.
Моран со сверкающими затаенной ненавистью глазами повернулась к нему.
– Но и вы погибли достаточно быстро.
– И благодаря этому вы, капитан Моран, и ваша команда прожили только на несколько мгновений дольше. Я поручил своему пленнику и моему племяннику, юноше, которого еще даже не приняли ни в одну из военных академий, выманить вас и вовлечь в погоню за призраком. Вы проглотили наживку, и ваши войска были рассредоточены.
Фелан поднял руки на уровень груди и задумчиво с видом превосходства сомкнул пальцы.
– Мы позволили им громить одиночек, пока сами сокрушили тех, кого вы безуспешно искали. И хотя при этом я и погиб, но погиб от руки единственного члена вашей команды, который менее всего имеет отношение к родне или тренировке Штайнера, – славного Иодамы.
Моран подняла голову.
– Это капитан Ранна победила большинство из нас. Только настоящий член клана мог сделать это.
Ноздри Фелана расширились.
– Хороший выстрел, капитан Моран, но не смертельный. Меня высмеивали за мое рождение вне кланов лучшие воины Клана Волка, да, черт побери, пожалуй, лучшие из всех кланов. Они ненавидят меня за то, какой я есть, вероятно, и вы ненавидите меня по той же причине. Они ненавидят меня, потому что боятся. Они ненавидят сам факт того, что я, волънорожденный вне кланов, смог достичь вершин в одном из самых могущественных кланов. Они боятся меня даже еще больше, чем сами понимают это.
– Я не боюсь вас, – фыркнула Моран.
– О, нет, вы боитесь меня, капитан Моран. – Фелан обвел глазами всех окружающих, ненадолго останавливая на каждом свой открытый взгляд. – Вы все боитесь. Вы все боитесь, что не сможете сделать того, что сделаю я. Вы боитесь, что, когда кланы появятся снова, я воспользуюсь своими знаниями, и тогда никакая сила, независимо от того, насколько она велика, не сможет даже остановить нас.
Фелан улыбнулся хищной улыбкой.
– Когда я вижу, как вы тут ссоритесь, например, как сейчас, то начинаю очень сильно сомневаться, что во Внутренней Сфере есть кто-нибудь, способный хотя бы замедлить наше продвижение.
Фелан помедлил несколько секунд и задумчиво сказал:
– Следующий раз? В следующий раз вам повезет, если удастся просто увидеть, как мы приближаемся.
IX
Арк-Ройял
Федеративное Содружество
16 апреля 3055 г.
Вот высокомерный сукин сын! Кисти Виктора сжались в кулаки, когда он посмотрел на Фелана. Он никак не мог сдержать дрожь, вызванную словами Фелана, и усилием воли остановил готовый сорваться с губ полный ненависти ответ. Я не боюсь его!
– Я вижу, что время, которое ты провел с кланами, совершенно не изменило тебя, Фелан.
Виктор обернулся, когда узнал нежный голос, мягко упрекнувший Хана Фелана. Выше его на восемь сантиметров, но с такими же золотистыми волосами, унаследованными от матери, его сестра Катерина нагнулась к нему и прикоснулась губами к его щеке.
– Я удивила тебя, Виктор? Надеюсь, что да.
– Катерина? Я думал, что ты с мамой на Таркаде. Никто не сообщил мне... – Виктор почувствовал, как противоположные эмоции борются в нем: его недавняя злость разбилась о наковальню приятного удивления, а потом превратилась в счастье от новой встречи со своей сестрой. – Когда ты прилетела?
Катерина не обратила внимания на его вопрос и протянула левую руку Шиму Иодаме.
– Я приветствую вас, Чу-Са, – сказала она по-японски. – Благодарю вас еще раз за то, что согласились подбросить меня на вашем шаттле.
Она пожала и отпустила его руку.
– Спасибо и вам за то, что разрешили мне воспользоваться вашим шаттлом, чтобы прибыть сюда, опередив «Тайцай», герцогиня Катрин.
– Ты прилетела сюда на шаттле Синдиката Драконов? – Виктор даже заморгал от удивления. – Герцогиня Катрин?!
Катерина взглянула на своего брата, потом непринужденно рассмеялась:
– Да, я прилетела сюда на «Тайцай». Я летела на «Джадбалье», надеясь пересесть на другой корабль, который направлялся бы с Таркада на Моргес. Встретившись с Иодамой на Гамильтоне, я сама пригласила себя на борт его корабля. Он был невообразимо вежлив, несмотря на такое вопиющее нарушение этикета. И я упросила его не говорить тебе, что нахожусь на пути сюда, а то, что мы воспользовались шаттлами друг друга, решило дело.
Виктор повел бровью, глядя на Шима.
– Ты мог бы сказать мне.
Якудза из Синдиката Драконов покачал головой.
– Если я узнал секрет и обещал хранить его, то держу свое слово независимо от последствий.
Красивые голубые глаза Катерины сияли озорством.
– И это совсем неплохо для тебя, Виктор, что он так поступает. Но чтобы ответить на твой вопрос, я скажу, что мы прибыли сегодня утром, когда ты и твои друзья занимались этими военными играми. – Она подняла руки и встряхнула пальцами, как будто бы военная игра была страшным и давно мертвым и разлагающимся отвратительным чудовищем. – Вы были очень заняты, поэтому мы решили преподнести тебе сюрприз вечером. Кейтлин тоже согласилась с нами, поэтому все оставалось в тайне.
Дрожь в ее голосе заставила Виктора рассмеяться.
– Но герцогиня Катрин! – Виктор задал вопрос таким тоном, который, он знал, привлечет ее внимание. – Что случилось?
Катерина нахмурила брови, сосредоточиваясь, и Виктор почувствовал, что все мужчины, окружающие ее, готовы предложить молодой девушке любую возможную помощь. Так как она являлась его сестрой, Виктор не мог понять их реакцию. Но если бы он заставил себя подумать об этом, то должен был бы признать, как выгодно темно-голубой жакет и юбка подчеркивают ее фигуру. Строгий воротник, мягкий изгиб плеч, красивый вырез на груди и золотые пуговицы сделали жакет подлинным произведением искусства высокой моды в этом сезоне.
Катерине, как он легко вспомнил после секундного замешательства, никогда не составляло труда сбить с толку даже самых строгих придворных и учителей своим невинным смущением. Она утверждала, что эта способность передалась ей по наследству от мамы, но Мелисса не соглашалась с этим, говоря, что в молодом возрасте она была очень стеснительна для того, чтобы флиртовать. Верховный Правитель просто признавала Катерину непревзойденной мастерицей в этой области.
– Известие о выходе Моргана на пенсию заставило меня подумать о нашей бабушке. Так как мое среднее имя Морган, в его честь, то я решила вернуться к исходной форме своего имени в ее честь. – Она улыбнулась, и Виктор почувствовал, как температура в их компании подскочила на два градуса. – Кроме того, Катерина – это безвкусное имя, которое дают старой императрице, к тому же оно немного напоминает кличку лошади. Катрин мне нравится гораздо больше.
Фелан уверенно кивнул. – И оно больше вам подходит, кузина.
Катерина подмигнула ему.
– Это кланы научили тебя льстить, Фелан?
– Нет, просто я хорошо вижу ситуацию и сообщаю вам о ней.
– Тогда тебе следует научить этому и моего брата. – Она повернулась и наградила улыбкой Виктора. – Между прочим, мне понравились комбинезоны. Ты и командующий Кокс выглядите очень здорово.
Из-за спины Фелана в круг вступили Кейтлин и Ранна. Счастливая улыбка Кейтлин была двойняшкой-близнецом улыбки Катерины.
– Катрин, ты выглядишь восхитительно. Виктор нахмурился и повернулся к Галену.
– Что, все, кроме меня, выходит, уже знают об этой перемене имени?
Гален смутился, а потом посмотрел на Виктора.
– Прошу прощения, сэр?
– Не обращай внимания, – пробормотал Виктор.
– А вы – Ранна? – проворковала Катерина, взяв женщину из клана за руку. – Кейтлин сказала, что вы красивая, но, по-моему, она вас совершенно недооценила. Я вздрогнула, еще издали увидев, как вы божественны, но сейчас говорю с абсолютным убеждением – вы совершенство – воут? Я правильно сказала, да?
Виктор нашел убежище в мгновенной растерянности Ранны. Он широко раскрытыми глазами следил за тем, как она пытается промямлить что-то в ответ. Катрин-Катерина – волшебница! В следующий раз, когда мне случится сражаться против кланов, я бы хотел, чтобы она была вместе со мной.
Он смотрел, как его сестра управляется с целой толпой. Хотя сам Виктор был почти уверен в том, что она заходит в своей игре слишком далеко, но, судя по всему, никто не разделял его мнения. Сочетание комплиментов и лести, которыми она награждала каждого, очаровало всех. Даже Кай и Гален выступили вперед, чтобы удержать Катерину в центре круга. Когда она продела свою руку под локоть Ранны и что-то залепетала ей, круг начал смыкаться плотнее, выдавив Виктора наружу и оставив его стоять забытым позади всех.
Слегка расстроенный, он двинулся в обход, держа курс к столу с напитками и мечтая обладать способностью телепортироваться подобно Т-кораблю, пролетающему между звездами. Он был так поглощен своими мечтами о невидимости, что прошел весь зал и только тогда услышал свое имя, произнесенное кем-то шепотом.
Поворачиваясь назад, Виктор сразу же заметил ее, и его нижняя челюсть отвисла. Она была одета в жакет и юбку, по стилю очень схожие с теми, в которые облачалась его сестра, но отличающиеся тем, что были из белого шелка с вышитыми на нем розовыми вишневыми цветками.
– Оми? – Виктор привел свои мысли в порядок и с трудом сглотнул. – Я имею в виду... Я приветствую вас, Курита Оми.
Оми наклонила голову в ответ на слова Виктора, и ее длинные черные волосы упали со спины подобно бархатному занавесу.
– Твой японский безупречен, Виктор. Наверное, ты много практиковался.
Виктор кивнул, неспособный произнести ни слова, так как его бешено колотящееся сердце отставало на секунду-другую от скорости, с которой проносились мысли в голове. Чтобы спасти своего брата от кланов на Тениенте, Оми была вынуждена заручиться поддержкой Виктора. С разрешения отца она пригласила войска Федеративного Содружества. В обмен на это разрешение отец Оми взял с нее обещание никогда больше не встречаться с Виктором. Однако ее дед отменил запрет в благодарность за ту роль, которую она сыграла в освобождении Хосиро. Он даже назначил внучку главой организации, которая финансировала обучение детей Мстителей, то есть занималась работой, которая требовала частого обмена информацией с Виктором.
Покидая Недостижимую четыре года тому назад, Виктор думал, что никогда больше не увидится с Оми. Оми тоже так думала, и мысль об этом сделала их свободными для выражения своих чувств в письмах, которые они посылали друг другу. Их отношения крепли вплоть до того момента, когда обещание Оми, данное отцу, превратилось для них обоих в пытку. Вместе с тем расстояние, разделявшее их, помогало держать свои чувства под контролем.
Когда он увидел ее снова, Виктору захотелось крепко обнять Оми прямо здесь, в зале, но он сдержал себя. Должно быть, он слишком пристально смотрел на нее, потому что Оми внезапно покраснела. В замешательстве отводя свои глаза, он и сам почувствовал, как жар начал разливаться по его щекам.
– Извини, пожалуйста, – сказал он, – я не хотел смущать тебя. Это все из-за того, что я никак не могу поверить, что ты в самом деле находишься здесь.
Оми нежно улыбнулась.
– Синдикат Драконов в огромном долгу перед Гончими Келла. Мой отец никогда не позволит мне оказаться невежливой по отношению к вам. Я приехала отдать дань уважения великому воину. Кроме того, я убедила своего отца, что у моей организации, помогающей детям Мстителей, есть неотложные дела, которые лучше всего будет решить лично, при встрече в Арк-Ройяле.
– Я понимаю. – Виктор нервно подергивал за концы шарфа, закрывающего ворот его комбинезона. Другая секретная миссия – еще одна, о которой я ничего не знал, но которую приветствую всем сердцем. – Я не думал, что когда-нибудь увижусь с тобой снова. Я думал, что ты, вероятно, обижена на то, что я не присутствовал на похоронах твоего деда. Я был искренне опечален его смертью.
Она посмотрела на белый мраморный стол.
– Смерть Такаси была такой неожиданной, но он всегда выступал против пышных церемоний в свою честь. – Оми на мгновение встретилась с глазами Виктора, а потом ее взгляд вновь скользнул вниз. – Я совсем не имела в виду, что ты был бы нежеланным гостем.
– Спасибо. – Виктор улыбнулся ей и почувствовал себя так, будто в груди у него сейчас произойдет взрыв. – Пойдем, я должен представить тебя своей сестре.
Она подняла одну руку.
– Спасибо, Виктор, но я уже встречалась с ней. Она помогла моим людям сделать это платье, пока «Тайцай» находился на пути сюда. Твоя Катрин очень мила.
Виктор громко вздохнул.
– Но немножко перебарщивает, ты не находишь?
– Она очень жизнелюбива, мне кажется. – Оми вежливо подавила зевок. – Я пришла сюда этим вечером, так как пообещала ей, что приду. Мне следовало послушаться своего советника и рано лечь спать.
– Да нет, я имею в виду, я понимаю, но я очень счастлив оттого, что ты решила прийти. – Виктор оглянулся туда, где его сестра все еще удерживала вокруг себя целую толпу. Конечно, они не заметят меня. Капитан Моран посмотрела на них и тут же нахмурилась, но этот факт едва ли отложился в сознании Виктора. – Ты не будешь возражать, если я провожу тебя в твой номер?
Почти сразу же он понял, как двусмысленно прозвучал его вопрос.
– Я имею в виду, что ты окажешь мне честь, позволив лично убедиться, что ты благополучно вернулась к себе в номер и находишься в безопасности.
Голубые глаза Оми на секунду сверкнули, но ее лицо оставалось лишенным всяких эмоций.
– Я смогу найти дорогу домой из сада. Если ты согласишься проводить меня так далеко, то я буду тебе очень признательна.
Виктор указал ей на вход в коридор. Когда он сегодня шел по нему на прием, то коридор показался ему бесконечно длинным, а сейчас, провожая Оми, Виктор понял, что он до обидного короткий. Они шли молча, не разговаривая и даже не притрагиваясь друг к другу, если не считать случайного соприкосновения рук, но это не имело для них никакого значения. Даже когда его взгляд был устремлен вперед, Виктор чувствовал, что Оми находится рядом с ним. Шелест ее одежды соблазнительно нашептывал о чем-то, а тихий звук дыхания девушки звучал сладкой музыкой в его ушах.
Открыв дверь в конце коридора, Виктор вывел Оми на прохладный вечерний воздух в тщательно ухоженный сад Гончих Келла.
Виктор помнил, какое сильное впечатление произвело на него это место в первое утро на Арк-Ройяле. Годами Гончие ухаживали за привезенными из великого множества миров, образцами растений, олицетворяя этим свою службу на благо процветания народов далеких планет. Маленькие теплицы тут и там усеивали огромную территорию, обеспечивая растения родной им атмосферой, так как многие из них совершенно не были приспособлены к жизни в условиях Арк-Ройяла. Радужная палитра сада достаточно впечатляет днем, но благоухание ночных цветов более чем восполняло поблекшие без солнца краски.
Сверкающее столпотворение звезд у них над головами заполняло небо. Млечный Путь прорезал черное небо с севера на юг. Виктор безуспешно старался найти какое-нибудь знакомое созвездие и показать его Оми, но, как назло, не мог припомнить ни одного из них.
Оглянувшись на Оми, Виктор заметил, что она дрожит.
– Тебе холодно? – Он ловко развязал шарф своего комбинезона и уже наполовину снял его, прежде чем она успела покачать головой. – Ты уверена?
– Абсолютно, Виктор. – Она огляделась вокруг и улыбнулась. – Просто я только что вспоминала тот последний раз, когда мы были наедине ночью в саду, так похожем на этот.
– Недостижимая, четыре года тому назад.
– Ты и Хосиро улетали на войну с кланами. Я думала, что уже никогда больше тебя не увижу. Тогда было столько всего неопределенного, страхов и сомнений... – Она снова улыбнулась ему. – И сейчас мне страшно.
– Страшно? – Он внимательно посмотрел на нее, пытаясь угадать ее скрытые чувства. – Чего тебе бояться?
– Я боюсь, что могу поддаться своим желаниям и попросить тебя сегодня вечером проводить меня домой.
При этих словах сердце Виктора перевернулось в груди. Зная, что Оми не будет возражать, если только он позволит своим желаниям вырваться наружу, Виктор все же нашел в себе силы удержать их, уловив настороженность и скрытое предупреждение, прозвучавшее в словах Оми. Если они будут вместе, то это окажется большой ошибкой и чрезвычайно безответственным поступком. Образно говоря, они могут даже разрушить мир между Федеративным Содружеством и Синдикатом Драконов. Это в свою очередь приведет к тому, что для кланов наступит благоприятная возможность напасть на Внутреннюю Сферу. То, что для другой влюбленной пары должно быть страстной лебединой песней, для них может стать увертюрой к падению цивилизации.
Ты все чересчур драматизируешь, Виктор. Не все ведет к концу света. Он встряхнул головой, когда понял, что Оми просит его быть сильным и в то же самое время будет придерживаться любого его решения. Сердце Виктора заныло из-за того, что его человеческое желание так быстро разбилось о чувство долга.
– Ты знаешь, всю свою жизнь я отдал бы только за одного человека. – Виктор, что ты говоришь? Никому совершенно не нужно это знать! Когда одна половина его сознания кричала, призывая замолчать, то другая по расслабившимся плечам Оми уже видела, что он поступает правильно, говоря ей это. – В саду, похожем на этот, четыре года тому назад мы говорили о том, что будем делать, если полюбим друг друга. Тогда мы говорили о возможных проблемах нашего союза. И хотя наши ответы и могли измениться с течением времени – мой, например, изменился, но проблемы-то остались прежними.
Она протянула руку и нежно погладила его по щеке.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?