Текст книги "Страсть"
![](/books_files/covers/thumbs_240/strast-77860.jpg)
Автор книги: Майя Бэнкс
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Майя Бэнкс
Страсть
Глава первая
Джейс Крестуэлл похлопал Гейба Хэмилтона по плечу. Тот обернулся.
– Тебе не кажется, что ты слишком уж надолго заграбастал мою сестренку? – с улыбкой спросил Джейс. – Сейчас моя очередь танцевать с ней.
Нельзя сказать, что это очень обрадовало Гейба. Они с Миа незаметно протанцевали целый час, буквально примагнитившись друг к другу. Однако спорить он не стал, а молча отошел. Миа лучезарно улыбнулась брату, занявшему место Гейба.
Бальный зал отеля «Бентли» был в рождественском убранстве – намек на то, что Миа любила Рождество больше всех праздников, и констатация факта, что Гейб готов в лепешку разбиться, только бы сделать свою невесту счастливой.
Гейб всегда привык действовать быстро, особенно если ему чего-то хотелось. Церемонию помолвки он начал планировать уже в тот момент, когда надевал кольцо на палец Миа. Казалось, он опасался, что она может передумать, и решил ковать железо, пока горячо.
Джейсу было очень забавно наблюдать, как его друг дергается из-за женщины. Вот только маленькая пикантная особенность: эта женщина – его младшая сестра. Но Миа была счастлива. Чего же еще желать старшему брату?
– Тебе хорошо, сестренка? – спросил Джейс, кружа ее по паркету.
– Джейс, это просто фантастика. – Ее глаза сияли, как у ребенка. – Весь этот вечер. Волшебство какое-то. Даже не верится, что Гейб сумел все так быстро устроить. Совершенство. Другого слова не подберу.
– Рад слышать, что ты счастлива, – улыбнулся Джейс. – Гейбу придется с тебя пылинки сдувать, иначе я ему задницу надеру. Я не преминул сказать ему об этом.
– Не надо меня опекать, – отозвалась Миа. – Я уже большая девочка. Если он не будет обращаться со мной, как обещал, я сама ему задницу надеру.
– Теперь я в этом не сомневаюсь, – раскатисто захохотал Джейс. – В минувшие недели ты славненько заставила его подергаться. Я просто восхищался.
С лица Миа вдруг исчезла улыбка. Джейс тоже нахмурился и удивился: что может опечалить ее в такой вечер? Ему казалось, что она просто на седьмом небе от счастья.
– Я знаю, скольким ты жертвовал ради меня, – прошептала Миа. – Скажи, не я ли была причиной, помешавшей тебе жениться и обзавестись детьми? – (Джейсу показалось, что его любимая сестренка вдруг тронулась умом.) – Может, теперь ты поймешь, что я совсем взрослая, и займешься своей жизнью? Знаешь ли…
– Нет, не знаю, – перебил сестру Джейс и мотнул головой. – Будем надеяться, что твое умопомешательство временное. Если ты выходишь замуж, это еще не повод, чтобы я перестал волноваться за тебя и проявлять братскую заботу. Это факт, который советую тебе крепко запомнить. Далее. Неужели ты думаешь, что, если бы я женился, особенно когда ты была еще девчонкой-подростком, это существенно облегчило бы мою жизнь? Или, может быть, твою? Вместо сверхзаботливого, сверхтерпеливого брата ты бы получила вариант мамаши. Нет, даже не мамаши, а мачехи.
Миа остановилась и порывисто обняла брата:
– Джейс, мне не в чем тебя упрекнуть. Таких братьев надо еще поискать. Ты прекрасно меня вырастил, и я всегда буду благодарна за все жертвы, которые ты приносил ради меня.
Джейс обнял ее, все еще качая головой и не переставая удивляться ее словам. Его сестренка явно свихнулась. Потеряла голову от счастья скорого замужества. Теперь она хотела, чтобы все дорогие ей люди стали одинаково счастливы. Похоже, им с Эшем нужно тихо ретироваться отсюда.
– Миа, я не приносил никаких жертв. Мне не о чем сожалеть. И потом, тебе не приходило в голову, что я попросту не хотел жениться и заводить детей?
Миа хмуро отстранилась от брата. Джейс заметил, что она украдкой поглядывает туда, где стояли Гейб и Эш.
– Приходило, – ответила она.
Джейс удержал досадливый вздох. Миа была слишком уж хорошо осведомлена о сексуальных пристрастиях его и Эша. О том, что для постельных забав они выбирали себе одну женщину на двоих. Хуже всего, когда особенности сексуальной жизни брата становятся известны его сестре. Джейс не собирался оправдываться перед Миа и вообще не хотел обсуждать с ней свои пристрастия. Не самая подходящая тема для разговора с младшей сестрой.
– Играй по-крупному и живи свободно, – сказал Джейс, посчитав эти слова объяснением. Миа искоса посмотрела на брата. Она все еще хмурилась. – Наш девиз, – усмехнулся Джейс. – Жизненное кредо Гейба, Эша и мое. Только ты смогла заставить Гейба изменить нашему правилу. Но это не значит, что мы с Эшем обязаны последовать его примеру.
– Получается, если бы не я, Гейб и дальше трахал бы все, что движется? Хорошего же ты мнения о своем друге, – округлила Миа глаза.
– Правда не всегда бывает приятна.
– Я вот сейчас пойду и передам ему твои слова. – Миа ткнула брата кулаком в плечо.
– Думаю, он ничего нового о себе не услышит, – снова расхохотался Джейс. – Я не удивляюсь, что он так испугался потерять тебя. Настоящая женщина и должна вызывать такое чувство. Я всего лишь хочу, чтобы он достойно обращался с тобой.
Их разговор прервал подскочивший Эш.
– Миа, дорогая, теперь моя очередь танцевать с тобой. Гейб еще натанцуется. Тем более что сейчас его атаковали родители и он вовсю играет в хорошего сына.
Джейс наклонился к сестре и поцеловал ее в лоб:
– Это твой вечер, сестренка. Хочу, чтобы ты запомнила его навсегда. Так что развлекайся на всю катушку.
Ее улыбка снова засияла на весь бальный зал.
– Спасибо, Джейс. Я люблю тебя.
Он потрепал Миа по щеке, и довольный Эш закружил ее в танце.
Джейс отошел в дальний угол зала и стал наблюдать за празднеством. Гостей было не много: Гейб и Миа не хотели шумного торжества. Это был вечер их любви, за которым, естественно, последует ночь любви.
Во всем мероприятии ощущалась слащавая сентиментальность, но тот, кто устроил торжество, и та, ради кого оно было устроено, наслаждались сполна. Остальное их не волновало. Джейс до сих пор не определился в своих чувствах к случившемуся. Ему до сих пор казалось немыслимым, что лучший друг всерьез захомутал его младшую сестру. Джейса тревожили не столько четырнадцать лет разницы между Гейбом и Миа, сколько сексуальные требования Гейба.
Джейса и сейчас передергивало, стоило ему вспомнить, как несколько недель назад они с Эшем без предупреждения заглянули в квартиру Гейба… От такого зрелища хотелось отмыться, поскольку никакой нормальный брат не смог бы спокойно смотреть на то, что вытворяли с его младшей сестрой.
Понимает ли Миа, во что впутывается? Этот вопрос до сих пор будоражил Джейса. Гейб, как побитая собака, приполз к Миа на брюхе. И если бы у него не было серьезных намерений ее вернуть, он бы не стал унижаться перед ней на глазах у половины Нью-Йорка. Что ж, значит, его сестра и вправду выросла и в случае чего сумеет дать отпор Гейбу.
Джейс старался не думать об этом.
Он вздохнул и стал разглядывать гостей… С тех пор как в автомобильной катастрофе погибли их родители, Миа занимала значительное место в его жизни. Поздний ребенок. Но и родители, и Джейс души в ней не чаяли. Внезапная смерть отца и матери коренным образом изменила и его жизнь, и жизнь его маленькой сестры.
Он учился в колледже и, пока не случилась трагедия, весело проводил время с Гейбом и Эшем, попивая пиво и ухлестывая за сверстницами. И вдруг эта внезапная ответственность за шестилетнюю Миа. К чести Гейба и Эша, они помогали ему, как могли и чем могли. Миа скрепила их дружбу. И наверное, не было ничего удивительного, что, став взрослой, сестра выбрала одного из его друзей.
Нужно привыкать к тому, что теперь он не несет полной ответственности за Миа. Джейс вовсе не собирался уходить из компании или переезжать в другое место. Просто теперь все будет по-другому. Миа начнет строить свою замужнюю жизнь и уже не будет обращаться к брату из-за мелких или крупных проблем. Казалось бы, можно облегченно вздохнуть, но на душе у Джейса было муторно. В его голове никак не укладывалось, что младшая сестренка больше не нуждается в нем так остро, как прежде.
Предаваясь этим невеселым раздумьям, Джейс вдруг заметил молодую женщину, собиравшую со стола грязную посуду и пустые рюмки и бокалы. Кажется, сегодня она уже попадала в поле его зрения. Она явно не была официанткой. Джейс не видел, чтобы она разносила шампанское и закуски. Женщина была одета в черные брюки и белую блузку, а поверх она повязала фартук.
Джейс долго изучал ее и только потом понял, что именно привлекло его внимание. Женщина совершенно не вписывалась в окружающую обстановку. Джейс сам не мог объяснить, откуда у него возникло это ощущение. Но чем больше он смотрел на нее, тем яснее понимал: она выглядит скорее как человек, приглашенный на торжество. В ее облике не было ничего от официантки или уборщицы.
Ее волосы были убраны наверх и скреплены заколкой. Они производили довольно возбуждающее впечатление, словно просили, чтобы мужская рука сняла заколку и разметала их по плечам. Несколько иссиня-черных прядей выбились из прически и теперь соблазнительно покачивались возле шеи.
Женщина была худощавой, без округлостей, обычно нравившихся Джейсу. Узкие бедра, маленькая грудь, которая тем не менее достаточно выпирала под застегнутой на все пуговицы блузкой, чтобы будить желание. Да и вся она была миниатюрной. Изящной. Можно даже сказать, хрупкой.
Когда женщина повернулась и Джейс увидел ее лицо, у него перехватило дыхание. Таких, как она, называли тонкокостными. Или, пользуясь старомодным языком, особами деликатного сложения. Высокие, выдающиеся скулы, производящие впечатление, будто их хозяйка постоянно недоедает. Маленький подбородок. И… глаза. Боже, какие у нее были глаза! Просто огромные для такого узкого лица. Сверкающие, редкого оттенка синего. Чем-то похожие на сине-голубой лед. Сочетание таких глаз и черных волос производило просто завораживающий эффект.
Она сама была завораживающей.
Потом женщина повернулась к нему спиной, взяла поднос с грязной посудой и направилась в сторону кухни. Джейс видел, как напряглись ее руки. Он провожал ее взглядом до тех пор, пока она не скрылась за дверью.
– Не твой типаж, – пробормотал за его спиной Эш.
Голос друга выбил Джейса из мечтательного состояния. Эш успел потанцевать с Миа и вернул ее жениху. Джейс посмотрел туда, где танцевали Миа и Гейб. Они снова приклеились друг к другу. Глаза сестры светились радостью. Она смеялась. Джейсу и самому стало легче. Его сестра попала в хорошие руки. Главное – она счастлива.
– О чем это ты? – с некоторым раздражением спросил Джейс.
– О цыпочке, убирающей со столов. Видел, как ты пялился на нее. Черт бы тебя побрал, Джейс, ты же буквально раздевал ее глазами. – (Джейс нахмурился, но промолчал.) – Я тоже играю, – сообщил Эш. – Горячая девчонка.
– Нет.
Отрицание прозвучало резче, чем Джейсу того хотелось. Он даже не понимал, отчего сделал такой упор на своем «нет» и почему отпустившее его напряжение вдруг снова вернулось.
– Расслабься, – засмеялся Эш. – Подожди здесь, а я пойду ее очаровывать.
– Эш, не смей к ней приближаться! – прорычал Джейс.
Но Эш уже пробирался в направлении кухни, оставив Джейса стоять со стиснутыми кулаками. Дерьмовая ситуация. И как он объяснит своему лучшему другу, с которым привык регулярно делить женщин, что на этот раз присутствия Эша ему не требуется? И почему ему вдруг захотелось, чтобы Эш держался подальше от незнакомки?
Глава вторая
Бетани Уиллис вытерла руки о штанины своих поношенных брюк и ненадолго закрыла глаза. Она стояла возле большой мойки, куда складывала грязную посуду, собранную по столам в зале. Ее покачивало.
Она устала. Зверски устала. А еще ей хотелось есть. Самая приятная сторона таких вот подработок, не считая оплаты наличными, – еда. Ей разрешили собрать остатки еды. Судя по количеству угощения, урожай сегодня будет обильным.
Богатые всегда излишествуют. Угощения и выпивки было явно рассчитано на большее количество приглашенных. Бетани мысленно пожала плечами. По крайней мере, сегодня она наестся досыта, даже если вся эта изысканная дребедень и не придется ей по вкусу.
Тут бы и Джеку хватило.
Ей вдруг стало грустно. Грусть быстро сменилась чувством вины. У нее не было причин считать себя виноватой. Джек рано или поздно вновь появится. Он всегда так делал: исчезал надолго, а потом, когда ему требовалось место, где можно перекантоваться и где к нему по-дружески относятся, возвращался. Когда ему требовались еда и деньги… Особенно деньги.
У нее сдавило грудь. Она прекрасно знала, куда шли деньги, которые он выпрашивал, хотя ему и было противно обращаться к ней с просьбами. Он никогда не смотрел ей в глаза. Обычно упирался взглядом в пол и бубнил: «Бети… тут такое дело. Мне нужно…» Ничего другого он не говорил. Она давала ему деньги, поскольку ничем другим помочь не могла. Ей ненавистно было слышать, как он произносит: «Бети». Она ненавидела само это уменьшительное имя, хотя когда-то оно вызывало у нее восхищение. Ведь так назвал ее человек, заботившийся о ней.
Джек. Единственный человек в мире, который пытался защитить ее от всего. Единственный, кому было не наплевать на нее.
Ее брат. Не по крови, но во всем остальном он был ей братом. Он принадлежал ей, как и она принадлежала ему. Разве она могла повернуться к нему спиной?
Не могла. И никогда не повернется.
Скрипнула боковая дверь, та, что выходила в проезд с контейнерами для отходов. Бетани повернула голову. В проеме стоял Джек. Голова вполоборота, чтобы следить за проездом. Таков Джек. Где бы он ни появлялся, всегда контролировал обстановку и заранее знал, как ему скрыться.
– Бети, – тихо позвал он.
Бетани вздрогнула, зная, зачем он пришел. Она молча полезла в карман брюк, где лежали свернутые трубочкой деньги. Половина ее заработка, выданная авансом. Вторую половину она получит, когда закончит работу. Джеку она отдаст первую половину, а на остальные будет жить, пока не подвернется новая подработка. А когда это случится, не знает никто.
Торопливо подойдя к боковой двери, Бетани сунула деньги в руку Джека. Он тут же отвел взгляд, стараясь не встречаться с ней глазами. Деньги он запихнул в грязные, рваные джинсы. Вся его поза говорила о том, до чего ему это противно. Бетани это тоже было противно.
– Спасибо, – прошептал он. – С тобой все нормально? Есть где сегодня ночевать?
Места ночлега у нее не было, но она не собиралась ему об этом рассказывать. Проще соврать.
– Да.
Его напряжение немного спало.
– Отлично, – кивнул он. – Я продолжаю действовать, Бети. Скоро у нас с тобой появится надежное место.
Она покачала головой, поскольку это он говорил каждый раз, но его слова никогда не осуществлялись даже частично.
Джек наклонился и поцеловал ее в лоб. Бетани не открывала глаз, мысленно представляя различные обстоятельства. Но это было впустую. Нужно принимать все так, как есть, а желать, чтобы было по-иному, столь же бессмысленно, как писать против ветра.
– Я буду следить за тобой, – сказал он.
Она кивнула. Потом, когда фигура Джека начала растворяться в сумраке проезда, подняла голову и прошептала:
– Джек, пожалуйста, будь осторожен.
Его улыбка была совсем призрачной.
– Малышка, я всегда осторожен.
Бетани смотрела ему вслед и чувствовала, как у нее растет комок в горле. Черт! Ее захлестнула злость, но и злость была бесполезной. Она сжимала и разжимала пальцы. Вот он опять, нарастающий зуд. Потребность, жажда. Бетани сражалась с этим врагом, но битва была тяжелой. Победа еще не стала окончательной. Она давно не вспоминала о таблетках, но сегодня они ей снова понадобились. Голод и эмоциональная боль лишь заслоняли эту потребность, и не более того.
Забыться бы сейчас. Хотя бы на короткое время почувствовать себя в ином состоянии, когда мир становится более дружественным и управляемым. Хотя бы на несколько часов поверить, что все можно преодолеть и со всем справиться.
Она не могла вернуться к прежней жизни. Она слишком яростно сражалась, чтобы вырваться, и эта война отняла у нее все. Так надо ли множить потери? Может, плюнуть на все и начать медленное соскальзывание вниз, в мрачное прошлое? Но она должна быть сильной. Должна, даже если сейчас она совсем слабая.
– Это был твой дружок?
Вопрос, заданный суховатым тоном, заставил Бетани вздрогнуть. Она обернулась, и у нее заколотилось сердце. Возле двери в зал стоял мужчина и пристально смотрел на нее.
Один из богатеньких. Гость на этом торжестве. Даже больше, чем просто гость. Бетани видела его рядом с парой, празднующей помолвку. Боже, до чего же он хорош! Уверенный. Элегантный. Казалось, он сошел с глянцевой обложки журнала о богатой и красивой жизни. Он был из мира, к которому Бетани никогда не принадлежала и не будет принадлежать.
Мужчина засунул руки в карманы дорогих слаксов. Он продолжал разглядывать ее с каким-то ленивым пренебрежением. Его зеленые глаза вспыхивали, словно он решал, достойна ли она. Вот только чего? Его внимания? Какая дурацкая мысль.
У него были светлые волосы. Ее никогда особо не тянуло к блондинам. Однако его волосы были не просто светлыми. Бетани разглядела не менее четырех оттенков: от грязновато-серого до пшеничного. На такого красавчика даже больно было смотреть.
– Ты ответишь на мой вопрос? – мягко спросил он. Она молча покачала головой. К ее удивлению, мужчина засмеялся: – Как прикажешь понимать этот жест? Как нежелание отвечать? Или как ответ, что тот парень не является твоим дружком?
– Он не мой дружок, – прошептала Бетани.
– Премного благодарен за ответ, – буркнул блондин.
Бетани удивленно моргнула и тут же настороженно сощурилась. Мужчина шагнул к ней. Она быстро перешла на другое место, чтобы он не мог припечатать ее спиной к двери. Бетани не могла убежать, к тому же бегство не решение проблемы. Ей обязательно нужно получить вторую половину заработка. И потом, она рассчитывала поесть и кое-что забрать с собой.
Однако блондин вновь оказался почти рядом с ней. Он приближался, пока у нее не застучало в висках. Бетани поглядывала на боковую дверь. Ей вдруг стало наплевать, получит она сегодня деньги или нет.
– Как тебя зовут?
– А это так важно? – спросила Бетани.
Светловолосый скособочился и после некоторого молчания ответил:
– Да, это важно.
– Почему? – прошептала Бетани.
– Потому что у нас нет привычки трахать женщин, чьих имен мы не знаем.
Вот те на! Подобное заявление ее никоим образом не устраивало, но она не знала, с чего начать свои возражения. Перво-наперво она выставила руку вперед, инстинктивно защищаясь от приближения блондина.
– Мы? – переспросила она. – Это что еще за «мы»? Что за идиотская затея? Я вообще не собираюсь трахаться. Ни с вами, ни с ними. Ни с кем и никак.
– Джейс тебя хочет.
– Какой еще, к чертям собачьим, Джейс?
– Я решил, что тоже тебя хочу.
Бетани едва сдерживала злость. Едва. Она скрипнула зубами и устремилась в атаку:
– Я не потерплю сексуальных домогательств на работе. Я подам жалобу и еще потребую возместить мне моральный ущерб.
К удивлению Бетани, мужчина лишь улыбнулся. Он протянул руку с явным намерением коснуться ее щеки:
– Милая девушка, остынь. Я тебя не домогаюсь. Я предлагаю. Большая разница.
– Это по-вашему, – огрызнулась Бетани.
Блондин пожал плечами. Казалось, его не заботило, согласится она или нет.
– Кто вообще этот Джейс? – спросила она. – И кто вы такой? Это что за манера делать женщине подобное предложение, даже не представившись? Зато вам, видите ли, прежде чем трахнуть, необходимо знать мое имя. Мистер, у вас все в порядке с головой? Вы мне тут болтаете про какого-то Джейса, а своего имени не сказали.
Мужчина снова засмеялся. Смех его был на удивление теплым. Ей вдруг захотелось слушать этот смех до бесконечности. Беспечный смех человека, в жизни которого нет таких проблем, как у нее. Бетани наслаждалась его смехом, что не мешало ей одновременно презирать блондина и жгуче ему завидовать. Да, у него явно не было проблем. Похоже, единственная его забота – кого бы затащить в постель на эту ночь.
– Меня зовут Эш. А Джейс – мой лучший друг.
– Бетани, – неохотно назвалась она. Потом ее глаза снова сузились. – Это что же, вы оба хотите меня?
– Угу, – кивнул Эш. – Не такое уж редкое явление. Мы с Джейсом частенько делим одну женщину на двоих. Это называется «секс втроем». У тебя такое было? Если нет, гарантирую: получишь незабываемое удовольствие.
– Было у меня такое. Ничего особенного, – сердито бросила Бетани.
В зеленых глазах Эша что-то блеснуло. Похоже, она удивила его своим признанием. А что, только у него есть право удивлять ее своими мерзкими предложениями?
– Если ничего особенного, тогда, должно быть, ты трахалась не с теми мужчинами.
У Бетани распахнулись глаза. Что ответишь на такие слова? Ничего удивительного, если у нее вошло в привычку трахаться не с теми мужчинами. Подумаешь, ошеломляющее открытие!
– Эш.
В не слишком просторном помещении кухни это слово прозвучало как взрыв. Бетани резко повернулась и увидела в дверях другого мужчину. Его задумчивый взгляд прожигал Эша насквозь. Но тот даже не обратил внимания, что второй мужчина сильно рассержен.
Зато Бетани обратила.
Этот мужчина сегодня уже приметил ее. Он так и впивался в нее глазами, когда она убирала со столов. Дважды она чувствовала на себе его взгляд, проникавший под кожу и заставлявший ее дрожать от пронизывающей силы. Эш был легче, беззаботнее. Его облик словно говорил: «Ну да, я привык к тому, что богат и могу делать только то, что мне хочется…» Второй мужчина был полной противоположностью Эшу.
«Пронизывающий насквозь» – так Бетани охарактеризовала бы второго мужчину, хотя и понимала, что выбрала не те слова. Она не знала, какими словами описать этого человека. Крутой? Самоуверенный? У Бетани было предостаточно опыта общения с подобными мужчинами: на улицах и когда они приходили с улиц. Бетани вдруг подумала: она лучше согласилась бы оказаться в постели со знакомым дьяволом, чем с этим, умеющим прожигать взглядом насквозь.
Темные глаза. Темные волосы. Шикарные, надо сказать, волосы. Спутанные, длинноватые. Прядь, налезающая на лоб. Он трясет головой, пытаясь откинуть непослушную прядь, свисавшую почти до его воротника и придававшую ему сходство с диким зверем. Возможно, кому-то из женщин хотелось приручить этого зверя. Напрасная затея. Загорелая кожа. Загар настоящий, а не подделка из солярия, куда ходят смазливые парни из породы метросексуалов. Под всем этим блеском и лоском чувствовалась прочная основа. И даже лоск у него был каким-то иным. Не таким, как у Эша.
У Эша благосостояние было его второй кожей. Скорее всего, он родился в богатой семье. А вот второго жизнь успела побить, и богатство он зарабатывал собственными руками.
Мысль, пришедшая Бетани в голову, была дурацкой, и тем не менее… В темноволосом было что-то опасное. Что-то, заставившее ее встать и внутренне собраться.
– Джейс, – все тем же ленивым голосом произнес Эш, – познакомься с Бетани.
Дерьмовая ситуация! Дерьмо, дважды, трижды дерьмо!
Это и есть лучший друг Эша, вместе с которым они трахают одну женщину? Значит, Эш предлагал ей провести ночь вместе с ними двоими.
Джейс поджал губы и шагнул вперед. Бетани инстинктивно попятилась.
– Ты ее пугаешь, – с укором сказал Эш.
К удивлению Бетани, Джейс застыл на месте, но его глаза по-прежнему прожигали дыры в теле Эша. Пусть. Хотя бы не в ее собственном.
– Я же тебе говорил не делать этого, – тихо и зло произнес Джейс.
– Да, говорил. А я не послушал.
Бетани была ошарашена. Но потом Джейс повернулся к ней, и в его взгляде появилось то, от чего у нее перехватило дыхание.
Интерес.
Он смотрел на нее совсем не так, как смотрит на женщину мужчина, желающий ее трахнуть. Во взгляде Джейса было что-то иное, но Бетани не могла понять, что именно. Потом она вспомнила: ведь он наблюдал за ней весь вечер. В общем-то, и она тоже наблюдала за ним.
– Прошу прощения, – начал Джейс.
– Ваше предложение включает в себя обед? – выпалила Бетани.
Она застыла на месте и вдруг поняла: она не хочет, чтобы он ушел. Не сегодня. Сегодня ей хотелось погреться на солнце. Сегодня ей хотелось оказаться в мире, где тепло и где не происходит ничего гнусного. Ей хотелось на одну ночь забыть свою жизнь, Джека и все проблемы, связанные с ним и с собой.
И этот человек мог подарить ей такую ночь. В этом Бетани почему-то была уверена. Если ему никак не отделаться от Эша, что ж, она готова пойти с ними двоими.
Ей не хотелось выходить из отеля на холод и возвращаться в мир, ожидавший ее.
– Что?
Джейс посмотрел на нее так, словно она вдруг стала двухголовой. Он сдвинул брови, отчего его взгляд сделался еще острее. Казалось, он глазами выворачивал Бетани наизнанку.
– Он сказал, что вы хотите секс втроем. – Она кивнула на Эша. – Вот я и спрашиваю, входит ли обед в ваше… предложение?
– А как же, – обиженным тоном ответил Эш.
– Тогда о’кей, – сказала Бетани, торопливо произнеся эти слова, чтобы не передумать.
Она понимала, насколько это глупо. Сейчас она совершала самый дурацкий из всех своих дурацких поступков, но отступать не собиралась.
Джейс продолжал следить за каждым ее движением. Он словно забыл о существовании Эша. Он не видел ничего, кроме нее.
– Сначала я должна закончить работу.
– В этом нет необходимости, – возразил Эш. – Ты можешь уйти в любое время.
– Не могу, – покачала головой Бетани, – иначе не получу вторую половину своих денег.
– Торжество вот-вот закончится. Гейб не собирается растрачивать время на танцы. Ему хочется поскорее увезти Миа домой и уложить в постель, – сказал Эш. – Я компенсирую тебе вторую половину.
У Бетани все внутри похолодело. Она отступила на шаг. Кажется, даже ее лицо стало ледяным.
– Я передумала, – заявила она.
– Это еще что за игры? – взвился Эш.
А Джейс молчал, но следил за каждым ее шагом. Бетани вдруг показалось, что он может не выпустить ее отсюда. Кухня превратилась в подобие западни, отчего боковая дверь становилась все более манящей.
– Я не продаюсь, – тихо сказала Бетани. – Я жалею, что спросила про обед. Я должна была сразу отказаться. Вы предлагали секс втроем. Но я не хочу, чтобы мне за это платили.
В нее стала вгрызаться боль. Далекие воспоминания, которые так никуда и не делись. Выбор, который она делала каждый раз. Последствия каждого раза. Все это смыкалось вокруг нее, образуя непроницаемую стену. Всего один день. Только один день в солнечном мире Но солнце было не для нее. Оно никогда не было для нее.
Джейс тихо пробормотал какое-то ругательство. Первый звук, который он произнес за все это время. Потом его губы сомкнулись. Он был рассержен.
Его взгляд задержался на Эше, и тогда Бетани поняла: Джейс сердит вовсе не на нее, а на Эша. Здорово сердит.
– Я же говорил тебе: не делай этого, – выдавил из себя Джейс. – Все испортил. Надо было меня слушать.
А ситуация становилась все паршивее. Эш явно хотел действовать, Джейс – нет. Эш хотел подгрести к ней, Джейс, похоже, даже не собирался. Все это было до жути унизительно.
– Мне надо работать, – торопливо произнесла Бетани и начала потихоньку пятиться к двери, выходившей в бальный зал. Ее спина почти уже уперлась в дверь.
И вдруг Джейс оказался у нее на пути, мгновенно преградив ей дорогу к бегству. Он стоял почти рядом. Бетани чувствовала его запах и жар тела. Этот жар окутал ее, и ей почему-то стало хорошо. Настолько хорошо, что захотелось сделать какую-нибудь глупость. Например, прижаться к Джейсу. Зачем? Хотя бы затем, чтобы почувствовать шершавость его щеки.
Потом его пальцы приподняли ей подбородок. Прикосновение было совсем нежным. Бетани просто не могла не ответить. Она послушно подняла голову, и их глаза встретились.
– Заканчивай работу. Мы подождем. Потом у нас будет обед, который правильнее было бы назвать ужином. Назови, что бы ты хотела заказать. И где ты предпочтешь есть: в ресторане или в номере?
Все вопросы были заданы в вежливой форме и таким же вежливым, мягким тоном. В них даже ощущалось что-то интимное. Говоря с ней, Джейс ни разу не взглянул на Эша. Он смотрел только на нее. Его взгляд гипнотизировал Бетани, не давая ей отвести глаза. Она уже и забыла, как несколько минут назад отказалась трахаться с ними.
Заставив себя усилием воли оторваться от глаз Джейса, Бетани оглядела свою одежду. В фильмах героини обычно говорили: «Я должна съездить домой и переодеться». А у нее сейчас ни дома, ни одежды. Они же не поведут ее в дешевую забегаловку. А для шикарных ресторанов, куда эти двое привыкли ходить, ее тряпки не годились.
Бетани откашлялась, чтобы скрыть смущение:
– Можно и в номере. А насчет заказа – мне все равно. Было бы горячее и вкусное. Только не надо всех этих изысков. По правде говоря, я бы съела горячий гамбургер. И картофель фри. – У нее даже засосало под ложечкой. В таком состоянии она, пожалуй, и человека могла бы прикончить за гамбургер и порцию жареной картошки. – Да, и еще апельсиновый сок, – торопливо добавила она, вспомнив, что еду надо чем-то запивать.
Эша такое меню явно удивило, но Джейс и бровью не повел:
– Значит, гамбургер, жареная картошка и апельсиновый сок. Я сумею это устроить. – Он взглянул на часы. – Через пятнадцать минут зал опустеет. Сколько времени тебе нужно, чтобы закончить работу?
– Сомневаюсь, что за пятнадцать минут все гости разойдутся, – сказала Бетани. – Наверное, самые важные и уйдут, а другие останутся. Особенно когда вокруг столько еды и выпивки. И потом…
Джейс не дал ей договорить.
– Я сказал: через пятнадцать минут в зале никого не останется.
Это не было его предположением. Он говорил так, словно обещал ей.
– Сколько времени тебе нужно, чтобы закончить работу? – нетерпеливо повторил Джейс.
– Где-то полчаса.
Его пальцы скользнули по ее щеке, коснулись виска, поиграли с прядками, выбившимися из прически.
– Значит, через полчаса увидимся.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?