Читать книгу "Грешник"

Глава 5

– Обязательно его дожидаться? – спрашивает Мария, поправляя бретельки платья. Зачем, если я их всё равно спущу? – Можем пойти в более подходящее место.

– Роберто – подручный Дона и мой брат, а я устроил в его ресторане разгром. Сама как думаешь, нужно его дожидаться или нет? Время проведём с пользой, не волнуйся, у меня на тебя большие планы.

Мария фыркает и ругается на итальянском. Характер у неё взрывной, но мне плевать на то, что она перечит сейчас. Я просто хочу сбросить напряжение.

– Да не задержит он нас надолго, не переживай. Накричит и выставит с позором.

– Воодушевляет, – кривится она.

– Ладно, хватит болтать. У нас примерно полчаса, не будем тратить время.

Толкаю её к стене и рывком стягиваю верх платья до талии. Взгляд Марии темнеет и плавится, она неровно дышит, а когда я сжимаю её пышную грудь, издаёт томный протяжный стон, который становится для меня спусковым крючком.

Скольжу рукой вверх и осторожно обхватываю её горло. Нельзя допустить, чтобы остались следы, и я практически не давлю, но всё равно чувствую под пальцами её учащённый пульс.

Похоть растекается по венам. К чёрту грёбаную прелюдию. Мария тоже возбуждена, я уже проверил. В этом мы похожи: я не влюблённый в неё мальчик, и ей от меня тоже нужно только одно.

Разворачиваю её и задираю подол платья. Мария упирается руками в стену и выгибается в пояснице, пока я вожусь с пряжкой ремня.

Когда вхожу в неё, в глазах резко темнеет, а затем всё застилает тёмно-красными пятнами. Я отключаюсь от реальности. Быстро двигаю бёдрами, заставляя Марию шипеть, царапать ногтями стену, стонать и требовать ещё.

Да-а-а… Именно это мне сейчас и нужно.

Не люблю я благородных, неопытных и тех, что строят из себя недотрог. Мне нравятся раскрепощённые женщины, которые любят экспериментировать и не стесняются своих желаний. Они не привязываются, умеют получать и дарить удовольствие. И хорошо, если выставляют свои прелести напоказ, чтобы я сразу мог оценить всю картину.

Вот такой я любитель самодостаточных любвеобильных сук.

Мне нравится трахать их, раздевать глазами, иметь жёстко и в любом месте. Быстро. Доступно. Так, как надо мне.

Мария вполне в моём в вкусе. Плевать, что она жена Дона. Я не чту Омерту, не рвусь наверх, не подлизываюсь к Боссам и Донам. Я презираю всё, что связано с мафией, но тем не менее семью я не предам никогда. Не подставлю. Не пойду поперёк.

Всю жизнь я пытался вырваться, но у меня не получилось. И раз уж я варюсь в этом адовом котле, то хотя бы интенсивность кипения буду регулировать сам. Для этого нужно вписываться. Делать вид, что играешь по правилам. Но открою вам секрет: в моём мире нет никаких правил, кроме одного.

Не предавай своих.

В остальном – можно играть грязно, лгать, плести интриги, уводить сделки из-под носа у конкурентов, даже убивать. Не всех, но тех, кто стоит ниже меня, – да. Если замахнусь высоко, меня самого порубят на куски. А жизнь не так уж и плоха, знаете ли. Я нашёл в ней прелести.

Деньги, власть, шлюхи.

Примитивно?

Таким уж я стал. Мечтал совсем о другой жизни, но мечтам не суждено было сбыться. Да и хрен с ними. Мне и так нормально. Сердца у меня всё равно давно нет, как и души. Просрал на старте.

Мария успевает дважды достичь разрядки, прежде чем это делаю я.

– Какой же ты ублюдок, Дерек, – томно мурлычет она. – Но у тебя отличный член.

– Как будто ты многие опробовала. – Я усмехаюсь и отхожу от неё.

– Ты прав, у меня было мало мужчин. Но с тобой мне трахаться нравится. Однако, если ты женишься… – Она поворачивается ко мне. – То есть: когда ты женишься, мы больше не сможем делать это. Муж не должен изменять жене.

– А то, что ты наставляешь Анхелю рога, тебя не смущает?

Мария презрительно фыркает.

– На деле он мне не муж. Наш брак – это формальность, выгодный союз двух семей с перспективой рождения наследника. Анхель не особо старается заделать мне ребёнка, зато со своими шлюхами развлекается каждый день. В нашем доме. В нашей спальне. На моих глазах. Как думаешь, люблю ли я своего мужа? Уважаю ли? Да ни хрена! Ни одна женщина не потерпит такого отношения и измен. Я хочу, чтобы он сдох. Зря ты убил тех наёмников.

– Предпочла бы, чтобы они убили тебя?

– Не убили бы.

– Я действовал по приказу Лоренцо. Твои желания меня не волнуют.

– Знаю. – Мария подходит к столу, берёт пачку салфеток и начинает приводить себя в порядок. – Но иногда они совпадают с твоими. Я приду к тебе вечером, если предложение ещё в силе, нужно им воспользоваться, пока ты не женат.

– Да, в силе. Захвати выпивку.

Она кивает, поправляет платье и причёску.

Едва я успеваю заправить рубашку в брюки, в дверь начинают ломиться. Роберто материт меня на чём свет стоит и грозится убить. Подхожу к двери, но, прежде чем открыть, поворачиваюсь к Марии и произношу:

– Я не собираюсь жениться, плевать я хотел на всё это дерьмо.

– Жизнь – штука непредсказуемая, Дерек. Никогда не знаешь, что ждёт за поворотом. Сегодня тебе это не нужно, но всё может измениться.

– Нет.

– Посмотрим. Зачем загадывать?

– Ты сама завела разговор про брак.

– А ты чего так разозлился? – Мария издаёт смешок. – Выходит, тебе не всё равно. В общем, так: жёнушку свою ты будешь оберегать от всех и не станешь изменять ей. Однажды я захочу посмотреть на вас, не откажи мне в такой чести. Но помни: если ты когда-нибудь изменишь своей жене, я расскажу о нас всем. Такие скандалы не имеют срока давности.

– Не расскажешь. Кишка тонка.

– Проверим? Заруби себе на носу, Дерек: женщины не прощают предательства. В скором будущем я буду смотреть, как ты трахаешь свою жену. И смотреть я буду, зная, что трахаешь ты только её. Это моё желание. Запомни его.

Чертыхаюсь сквозь зубы и щёлкаю замком. Стоит распахнуть дверь, Роберто сходу хватает меня за грудки и рычит в лицо:

– Ты… ты… Сукин ты сын!

– Отпусти.

Он матерится на итальянском, разжимает пальцы, отступает на два шага и бросает в сторону Марии:

– Мария, выйди, пожалуйста.

– Я останусь.

– Выйди! – рявкает Роберто.

– Нет. Наёмников послали за мной, а Дерек вступился. Если бы не он, я была бы мертва. Думаешь, Анхель сказал бы тебе спасибо? Куча вооружённых до зубов людей заявилась средь бела дня в твой ресторан и устроила перестрелку. Это, ты считаешь, нормально? Куда смотрит твоя охрана?

– А где была твоя охрана, Мария? – Роберто прищуривается. – Зная о том, что за вами ведётся охота, ты свободно разгуливаешь одна. Или ты хотела встретиться с Дереком, поэтому отпустила охрану? Какого чёрта вы закрылись здесь? Я о чём-то не знаю? А твой муж, он знает?

– Анхель знает про меня всё, – врёт Мария, не моргнув и глазом. – Охрану я отпустила, потому что хотела пообедать в одиночестве, без их назойливых взглядов. Я же не предполагала, что твой ресторан настолько опасное и незащищённое место! С Дереком мы столкнулись случайно. Сюда ходят все наши, что удивительного в нашей с ним встрече? Он любит местную кухню, а я люблю красивые виды. Но, чёрт меня дери, Роберто! Я возмущена! Если бы не твой брат, из меня бы сделали решето. Больше ноги моей не будет в твоей забегаловке! Тебе придётся объясниться с Анхелем. Халатность и трусость твоей охраны привели к этому инциденту. Где они все были, пока мы с Дереком палили из пушек? Где? А я скажу где! Твои люди наложили в штаны от испуга и слиняли в кусты. А, да! Почему мы закрылись здесь? Ради безопасности. Вдруг ещё десяток наёмников на подходе. Не провожай. Моя охрана меня встретит, их уже ввели в курс дела.

Мария выходит из кабинета с гордо поднятой головой, а я еле смех сдерживаю. Актриса, чтоб её.

– И давно ты с ней спишь? – рычит Роберто, едва дверь за Марией закрывается.

– Не понимаю, о чём ты.

– Не ври мне! Не ври, мать твою!

– Я никогда не вру, Роберто, ты же знаешь.

– О, конечно! – огрызается он, покрываясь багровыми пятнами. – Тот Дерек, которого я когда-то знал, не врал, да. Но ты, – Роберто тычет в меня пальцем, – кто ты вообще такой, твою мать?! Не считаешься ни с кем, играешь грязно, обманываешь, подставляешь. Мне смотреть на тебя противно! Больше ты не придёшь сюда. Только через мой труп.

Он ждёт, что я что-то отвечу, но я лишь усмехаюсь.

– Тебе смешно?! Ты угробил мою репутацию!

– Я не виноват, что они ввалились на твою территорию и открыли огонь.

– Хватит врать! Ты знал, что они придут. Я сам сказал тебе об этом. Память отшибло?

– Ты такого не говорил.

– Так напряги мозги и вспомни. Фраза «Наёмники, которые сейчас охотятся за Анхелем и его близкими, каждый день обедают в моём ресторане» ни о чём тебе не говорит?

– Я просто защищал Марию.

– А заодно разнёс мой ресторан и растоптал мою репутацию.

– Приказ Босса, ничего личного. Лоренцо возместит все убытки.

– Постоянных клиентов он тоже вернёт?

– Он будет покрывать разницу в доходе, пока ситуация не придёт в норму. К тому же Мария жива, Анхель поблагодарит тебя.

– Да ни хрена! Он поблагодарит тебя, а меня втопчет в грязь! Его жену чуть не грохнули в моём ресторане! Какого чёрта она сюда заявилась? Пулю словить?

– А кто виноват, Роберто? Все были в курсе охоты на Анхеля и Марию. Почему этих головорезов пропустили, если Мария была здесь? Да ещё и с оружием. Твоя охрана и правда сплоховала.

– Больше такого не повторится. Уж ты-то сюда точно не войдёшь. Выметайся! С глаз моих!

Продолжаю стоять на месте, и Роберто звереет окончательно:

– На хрен вали! – Он вытаскивает пистолет и наставляет на меня. – Проваливай, пока жив. Может, стоит сказать Анхелю, что ты трахаешь его жену? Тогда он сам тебя грохнет. У него будет причина похлеще моей.

– А у тебя какая причина?

Роберто издаёт дикий рык, чем выдаёт свои намерения. Уворачиваюсь от пули и начинаю хохотать. Он отбрасывает пистолет, кидается на меня. Мы сцепляемся, но потасовка длится недолго. Валю Роберто на пол и придавливаю его горло локтем.

– Достаточно? – спрашиваю, пытаясь сдержать улыбку.

– Слезь с меня, ублюдок, – хрипит он.

– Как скажешь.

Поднимаюсь на ноги, подхожу к столу и наливаю нам выпить.

– Даже не споришь с тем, что ты ублюдок. Когда ты успел стать такой скотиной?

Пожимаю плечами, протягиваю ему стакан.

– У вас с ней серьёзно?

– Нет.

– Тогда зачем? Жить надоело? Неужели эта женщина того стоит?

– Ты волнуешься за меня. Мило.

– Да пошёл ты, Дерек. И врагу не пожелаешь такого троюродного брата.

– Я тоже тебя люблю, Роберто.

– В моём ресторане ты больше не появишься.

– Как скажешь.

– И больше не будешь трахать Марию. Вообще к ней не подойдёшь.

– А вот это уже мне решать.

Роберто чертыхается, но больше не пытается вправить мне мозги. Лишь смотрит тем самым взглядом, в котором перемешаны разочарование, злость, тревога и… жалость.

От этого становится тошно.

Разумеется, Роберто в курсе, как проходило моё обучение.

Но я отлично умею отмахиваться от людей и их заботы.

Глава 6

Мария не приехала ко мне, это я поехал к ней. Точнее, к Анхелю. Он пожелал лично выразить благодарность и пригласил меня на ужин.

И теперь я сижу и слушаю речь, которую он толкает уже минут пятнадцать. Всё сводится к описанию процветания наших семей. Разумеется, если мы будем сотрудничать.

Благосклонность Анхеля вернулась, как и хотел Лоренцо. Дело сделано.

– А теперь будь так любезен принять мой подарок, – произносит Анхель и поднимает бокал. – Отказов слышать не хочу. Я очень старался угодить тебе, Дерек, учёл твои предпочтения. Надеюсь, ты останешься доволен.

– И какие же у меня предпочтения?

– Люди разное говорят.

– Например? – Приподнимаю уголок рта и весь обращаюсь в слух. Иногда забавно послушать байки про себя.

– Говорят, что ты садист, но этим россказням я не верю.

– А чему ты веришь, Анхель?

– Тому, что ты любишь красивых шлюх и качественную порку. Я подобрал тебе несколько вариантов на ночь. Можешь выбрать любую. Хоть всех отлупи, если сил хватит.

– Спасибо.

– Не благодари. Это самое малое, что я могу сделать. Ты спас мою жену. – Он делает глоток, смакует напиток, смотря куда-то вдаль, затем переводит взгляд на меня. – Знаешь, владеть борделем очень удобно. Никогда не думал открыть свой?

– Как-то не задумывался об этом.

– У меня есть одна просьба, Дерек.

– Слушаю.

– Мария хочет посмотреть.

– В смысле? – Мои брови взлетают вверх. Я правда удивлён. Мария, конечно, обожает наблюдать за другими, но она не разделяет моих увлечений.

– Ну ладно. – Анхель понижает голос до шёпота и склоняется над столом, приближая ко мне лицо. – На самом деле, мне просто нужно её сплавить. Ко мне едет Сара, и я был бы тебе очень благодарен, если бы ты занял Марию на всю ночь. Она слишком нервно реагирует на моих любовниц. Так ты не против, если она присоединится к вам? Посидит в уголочке и посмотрит. – Анхель издаёт смешок. – Или всучи ей в руки плеть и научи бить как следует. Стрелять она умеет, а вот обращаться с ножами и кнутами – нет. Надо бы исправить это.

– Анхель. – Прочищаю горло и делаю глоток. – Я, конечно, признателен тебе за доверие, но сегодняшнюю ночь я бы хотел провести без лишних глаз.

– Мария вам не помешает. Взамен на эту маленькую услугу я предоставлю тебе комнату, сохраняющую полную конфиденциальность.

– Неужели не запишешь мои развлечения на камеру?

– Нет, если ты против. К тому же там будет Мария. Никто не должен об этом узнать, так что и доказательств не останется. Мало ли… попадут не в те руки. – Анхель ухмыляется. – Мария приедет туда отдельно от тебя, инкогнито. Я отдаю свою жену под твою ответственность. Обратно вы приедете вместе. Сделай так, чтоб все подумали, что ты просто прихватил с собой понравившуюся девушку.

– Думаешь, никто не узнает её?

– А зачем ещё нужен вход для особых гостей? В моём заведении есть комнаты для своих: ни видеонаблюдения, ни прослушки. Одна из них в твоём распоряжении, как и мои лучшие шлюхи.

«И твоя жена», – добавляю мысленно, ощущая напряжение ниже пояса. Как не вовремя! Не хватало ещё, чтобы Анхель что-то заподозрил.

– Ну так что, Дерек? Прикроешь меня?

Ему и правда на неё плевать. Однако стоит быть осторожнее, вдруг это просто проверка. Выдерживаю паузу, словно взвешиваю все «за» и «против», только потом сдержанно произношу:

– Хорошо. Мария может посмотреть, но пусть не вздумает отвлекать меня. Я не шучу, Анхель. Во время сессии меня порой заносит. Если твоя жена полезет под горячую руку…

– Понял, понял. – Анхель кивает. – Прикажу ей сидеть тихо, как мышь. Мария мешать не будет, слово даю.

Ага, слово он даёт. Будто не знает характер Марии. Сидеть смирно она точно не станет, даже несмотря на приказы. Нужно будет убедиться, что в комнате и правда не ведётся наблюдение.

Анхель переключается на нейтральные темы, и я немного расслабляюсь. Спустя минут сорок-пятьдесят он провожает меня к машине, говорит, что Мария уже ждёт на месте, и желает мне хорошо провести время.

Разумеется, время я проведу отлично.

До пункта назначения доезжаем быстро. Автомобиль останавливается в тихом закоулке, меня провожают к чёрному входу и передают на попечение управляющего. Он лично сопровождает меня в отданные мне на ночь апартаменты, сообщает, что девушки ждут за дверью напротив, а также о том, что весь этаж в моём распоряжении, затем удаляется.

Само собой, я сразу проверяю помещение на наличие прослушки и видеонаблюдения. Хоть Анхель и сказал, что всё чисто, однако я ему не верю.

Ничего не нахожу, но это ещё не значит, что здесь чисто. Приборов обнаружения у меня с собой нет, а без них заметить жучок или скрытую видеокамеру бывает невозможно.

Однако тут весьма недурно: спальня, «игровая» и ванная комнаты оформлены в чёрно-красных тонах. Кожа, дерево, атлас. Стандартно, но при этом не безнадёжно пошло. В принципе, все подобные места чем-то похожи друг на друга. Красные стены, чёрный пол и потолок, в ванной красная плитка и чёрная ванна, есть также открытый душ. В спальне и «игровой» комнате имеются большой кожаный чёрный диван, огромная кровать и приспособления для любителей особых развлечений.

Открывается дверь, сзади доносятся шаги и острые ноготки касаются шеи.

– Не хочешь выбрать девушку? – шепчет Мария. – Они тебя ждут.

Мне хочется ответить ей, что я уже выбрал, и отыметь её же сию минуту. Но пора это прекращать. Она жена Анхеля. Наша связь рано или поздно раскроется. Однако дело даже не в этом. Нужно обрубать всё, пока меня на ней конкретно не заклинило. Уж не знаю, что такого в этой стерве, но хочу я её слишком сильно. Запретный плод и правда сладок.

Сбрасываю её руки и холодно произношу:

– Тебе велено сидеть и помалкивать, так что сядь и молчи.

– Да, Господин, – отвечает она с плохо скрываемой насмешкой, чем бесит меня до белого каления и заставляет желать её ещё сильнее.

Мария отходит в глубь «игровой» комнаты, садится на диван и набрасывает на голову капюшон. Плащ скрывает её фигуру и лицо. Теперь я и сам бы не узнал её, если бы не знал, что это она.

Раздеваюсь, оставляя только брюки, и вновь обращаюсь к Марии:

– Я говорю серьёзно, Мария. Тебя здесь нет. Ни звука. Поняла меня?

– Разумеется, – фыркает она. – Развлекайся. Всегда хотела на это посмотреть.

– Всегда?

– С того момента, как узнала, что тебя на самом деле привлекает.

– Хорошо. – Мои губы растягиваются в улыбке. – Сейчас увидишь.

Она остаётся, а я покидаю апартаменты и вхожу в дверь напротив. Однако, Анхель не обманул: тут собрался целый гарем, по-другому и не скажешь. Блондинок и рыженьких я отсеиваю сразу, интересуют меня только темноволосые. Отчасти потому, что именно они привлекают меня больше других, но в основном дело в Марии. Пусть смотрит и проецирует на себя, а я буду представлять её на их месте.

Мария никогда не отдаст мне своё тело в стопроцентное пользование, и это ещё одна причина, чтобы всё прекратить. Зачем мне женщина, которая не разделяет моих увлечений?

Возвращаюсь я в сопровождении двух обнажённых брюнеток. На глазах у них повязки. Не просто мера предосторожности, но и моя прихоть. Мария словно понимает это и вновь презрительно фыркает.

Не нравится, крошка? А ведь это только начало. Сама хотела увидеть эту мою сторону, так смотри.

Подвожу одну из девушек к нужному приспособлению и заковываю в цепи. Пусть пока постоит и послушает. Если услышанное не возбудит её, она уйдёт без сладкого. Принуждать девушек к чему-либо, добиваться их расположения или из кожи вон лезть, пытаясь пробудить в них желание, – не в моих правилах. Есть много желающих оказаться на месте этой брюнетки, а на месте Марии – и того больше. Я уже решил, что сегодня порву с ней. Хотя, возможно, грядущее представление всё сделает за меня.

– Подождёшь немного? – шепчу в открытый пухленький ротик, дожидаюсь кивка и отхожу от неё.

Вторую свою находку я усаживаю на отдельное сиденье и наклоняю таким образом, чтобы голова находилась на уровне моего паха. Связываю девушке руки за спиной и огибаю её. Она втягивает воздух ртом, кусает нижнюю губу, тихонько стонет, а её пышная грудь вздымается от частых вдохов. Девушка в предвкушении, ей нравятся такие игры.

– Красивая, – произношу и легонько шлёпаю её по щеке, вызывая очередной стон.

От нетерпения девчонка елозит по кожаному сиденью. Наклоняюсь и целую её. Чёрт… Эти губы нужны мне в другом месте.

Когда она исполняет моё желание, я начинаю вбиваться в тесное влажное пространство, напрочь позабыв о Марии и вообще обо всём. Мозг отключается, уступая место животным инстинктам.

Не забочусь ни о комфорте, ни об удовольствии этой девушки. Я пришёл сюда скинуть напряжение. Брать, а не отдавать. И её заводит такое потребительское отношение. Девчонка просто огонь, я бы ещё с ней поразвлёкся. Наедине.

Но тут происходит странное: Мария садится позади брюнеточки. Плащ Мария сняла, а под ним ничего нет. Она откидывается чуть назад, выставляя роскошную грудь на обозрение, проводит по ней острыми ноготками, насмешливо глядя мне прямо в глаза, и я с глухим стоном изливаюсь брюнетке в рот.

– Ты красивая, – шепчет Мария девушке, пока я застёгиваю брюки. – Как тебя зовут?

– Бьянка.

– О, bellezza.

[*красавица; итал.]

Кажется, Мария приревновала меня к ней. Не на такой эффект я рассчитывал, но сейчас мне плевать, меня волнует совсем другое.

Беру в руки стек и направляюсь ко второй девушке.

– Ну как ты тут, детка?

Легонько шлёпаю наконечником стека по её щеке. Вижу, как девчонка напрягается, вздрагивает всем телом, натягивая цепи, которые удерживают её руки и ноги в разведённом положении.

– Хорошо, – сдавленно выдыхает она.

Веду стеком по груди, очерчиваю ареол соска, отвожу стек, а затем хлёстко ударяю по нежной коже. Девчонка снова вздрагивает и шумно дышит, но отнюдь не от возбуждения. Ей не хорошо, а страшно. Страх я чую за километр, но сейчас не он мне нужен.

– Тебе не нравится.

– Всё хорошо, – повторяет она свою заведённую пластинку.

Наклоняюсь к её лицу и еле слышно произношу:

– Не ври мне.

Её губы подрагивают, на лбу проступает испарина, а из-под маски стекают ручейки слёз.

– Мне правда нравится, – шепчет девчонка. – Продолжайте, господин.

Отбрасываю стек, освобождаю девушку и тяну за собой прочь из апартаментов. Она всхлипывает, спотыкается, цепляется за мою руку, но не отстаёт ни на шаг несмотря на то, что глаза у неё завязаны.

Лишь когда мы выходим на остеклённую террасу, я снимаю с девушки повязку. Подвожу дрожащую от страха девчонку к диванчику и велю сесть на него, затем присаживаюсь напротив.

– Рассказывай.

– Ч-что рассказывать? – Она непонимающе хлопает огромными голубыми глазищами.

Подаюсь вперёд, касаюсь её щеки, и девчонка еле сдерживается, чтобы не шарахнуться от меня. Забавно.

– Я вижу, что ты не шлюха. Так какого чёрта ты тут забыла?

– Почему вы так решили? Я именно такая, – врёт, густо краснеет и облизывает губы. Наверное, ей кажется, что она делает это развратно и сексуально, но на деле выходит просто нелепо. – Люблю секс и деньги, поэтому работаю здесь.

– А я люблю, когда мне говорят правду.

– Это правда.

– Разве?

Разглядываю девушку, всё больше убеждаясь в том, что она солгала мне. Добрый и открытый взгляд, смущённая улыбка, скованность в движениях и полное отсутствие понимания, как должна вести себя женщина, работающая в таких местах. Нет, она не из таких. Слишком чистая и наивная. Плевать, что работает здесь. Дело вообще не в этом.

– Как ты попала сюда?

Девчонка в испуге оборачивается назад и бросает взгляд в камеру, а я закатываю глаза.

– Говори правду, или будет очень плохо.

– Тут камеры, – шепчет она. – Может, я лучше сделаю вам приятно?

Девчонка скатывается с дивана, подползает ко мне, вклинивается между ног и тянется руками к ширинке, не сводя взгляда с моего лица.

Внутри начинается нехилая такая борьба. Одна часть меня хочет поиметь этот сладкий ротик, а вторая – отпихнуть девчонку подальше, забрать отсюда и сделать так, чтобы никогда не касалась этой грязи.

И уж тем более не касалась меня, даже если придётся сделать ей больно. Я порчу всех и всё, что меня окружает, поэтому и общаюсь только с теми, кто и без моей помощи давно прогнил насквозь. И хожу только туда, где всё пропитано алчностью и пороком. Так проще.

Не могу я находиться рядом с теми, в ком света больше, чем тьмы. Ощущаю себя полнейшим дерьмом. Хорошие, неиспорченные – не моя тема. Вот я и обхожу их стороной. Может, я и ублюдок, но не до такой степени, чтобы втягивать кого-то в это грязное, до дна прогнившее болото.

– Считай, что моё желание, – это поговорить начистоту.

Хватаю девчонку за затылок и рывком тяну на себя. Она спешно поднимается на ноги и шлёпается на мои колени. Лицом ко мне.

– А я ощущаю другое, – выдыхает она, обхватывает мою шею руками и с нажимом трётся о мой пах. Сучка. Может, не такая уж она и хорошая?

Внешность бывает обманчива, да. Но глаза врать не могут. Девчонка переступает через себя, проделывая всё это. Однако исполняет она сейчас славно. Если продолжит, то не уверен, что сдержусь.

– Так как ты попала сюда?

– Отец задолжал Анхелю кучу денег, – едва слышно произносит она. – Предал и сбежал из страны. Не знаю даже, жив ли он. Возможно, его давно нашли и убили.

– А ты до сих пор расплачиваешься.

– Я привыкла. – В её глазах мелькает грусть, но быстро исчезает. – Научилась. Я способная.

– Да, вижу. – Ухмыляюсь, борясь с желанием взять её жестко. Она возбудила меня не на шутку. И продолжает это делать. – Но ты не шлюха. Однако станешь, если останешься здесь. Я могу выкупить тебя. Уедешь, начнёшь всё заново.

– Не получится. – Она горько улыбается. – Я любимая игрушка Анхеля, он не отпустит.

– Анхель мне должен.

Девчонка мотает головой, не прекращая елозить на мне.

– Ему не нужны ваши деньги, он только взбесится. Вам ничего не сделает, а на мне отыграется.

– Каким образом?

Она молчит, но я и так понимаю. Вот почему она тряслась даже от лёгких ударов стека.

– Я поговорю с ним.

– Не надо, пожалуйста! – замерев, испуганно охает девчонка. – Пожалуйста… Я… Мне не нужно было ничего говорить. Позвольте, я просто выполню свою работу. Я хорошо это делаю, все остаются довольны. Возможно, однажды Анхель оценит мои старания и заберёт отсюда, даст мне другую работу.

Мягко сталкиваю её с колен и поднимаюсь на ноги.

– Считай, что сегодня у тебя выходной. И ещё запомни: если метишь высоко, купи поджопник. Падать придётся много раз. Это жестокий мир, детка, очень жестокий.

Быстро покидаю террасу, стараясь не думать об отчаянии в распахнутых голубых глазах. Всех не спасёшь. Наш мир и правда отстой. И она права: если я заведу разговор о ней, нет гарантий, что Анхель отреагирует адекватно. Он повёрнутый на контроле садист и вполне может избить девчонку до полусмерти, если заикнусь о её свободе. Если она его любимая игрушка, он не отпустит её, сколько бы денег я ни предложил. Эту девушку не вытянуть отсюда, а жаль. Она хорошая. Могла бы жить себе спокойно, выйти замуж, родить детей. Но девчонке не повезло с семьёй, как и мне. И закончим мы с ней весьма печально.

Врываюсь в апартаменты и застаю странную картину: Мария и Бьянка оживлённо о чём-то болтают и смеются, лёжа на кровати. При виде меня Бьянка немного тушуется, а Мария не ведёт и бровью. Кто бы сомневался. Но если она думает, что своим игнором сможет испортить мне вечер, то сильно ошибается.

Стаскиваю брюки, беру средства защиты и забираюсь на постель. Бьянка обнимает меня сзади, целует в шею, но сейчас я хочу ту, что под запретом.

Тяну задницу Марии вверх, обильно смачиваю желанную дырочку и медленно погружаюсь туда. Плевать на камеры, даже если они тут есть, а я не заметил. Анхель сам её под меня подложил.

– Ты животное, Дерек, – шипит Мария, извиваясь подо мной.

– И тебе это нравится, не ври, – чеканю, вбиваясь в неё мощными ударами.

– О да, – довольно мурлычет она, – сильнее, Дерек, ещё, чёрт возьми!

Мария больше не пытается притворяться и полностью отдаётся процессу. Вот поэтому мне и нравятся такие женщины. Неважно, берут они за секс деньги или нет. Для меня слово «шлюха» не ругательство, не обозначение профессии. Называя их так, я не подразумеваю что-то оскорбительное, наоборот, в моём понимании это комплимент.

С женщинами, которые любят секс, всё просто, понятно и легко.

Не нужны мне хорошие и благородные.

Никогда с такой не свяжусь.