Читать книгу "Десять лет странствий. Величайший обман"

Глава 20 Под толстым слоем пыли

Какой первый образ всплывает в вашей голове при упоминании библиотеки? Огромное скопление книг, множество пыли и обилие книг, которых ты ни когда не видел и представить не мог, что существует литература по какому-то узкоспециализированному вопросу. Да все это первое, что может прийти в голову обычному человеку, и что сказать именно такие мысли посетили меня впервые. Но потом я задумался, а что если все иначе, и меня ожидает что-то совершенно иное но…

Наш короткий брифинг закончился, и пришло время отправляться за ответами, но перед этим мы поговорили. Дезмонд остановил меня, когда я уже собирался выходить из комнаты, – Каков твой план? – Начну с очевидного проверю библиотеку на предмет подобного рода легенд. К нам подошел Карас и то же поинтересовался нашими планами. – Вам нужна будет помощь, – обратился он как ко мне, так и Дезу. – Мне нет, да и он ее не примет, – одобрительно покачал головой Дезмонд, – А Ева нужнее вам будет, сказал на опережение Дез. Я повернулся, оглядел копошащихся в низу людей и продолжил говорить, – Легенды не возникают на пустом месте, их слагаю очевидцы, но со временем они меняются в угоду тех, кто стоит на веху. – И ты планируешь докопаться до истока, – произнес Карас. – Да, – ответил я. – Так что пора отправляться в библиотеку. Эти трое еще долго стояли и обсуждали предстоявшие события. И что мне предстоит путешествие по страницам истории, что Дезмонда ожидает детективная история, начавшаяся задолго до его рождения, и самое дерзкое нападение на базу Карасом используя «НЗ». Разговор был очень долог и наполнено кажется всеми вариантами исхода, но одно поняли все трое и это озвучил Дезмонд: – Когда у нас все получиться, все эти части пазла будут собраны мы у зреем истинную картину, тогда …, – он не договорил, замолк на полуслове о всем было понятно, что это молчание означало.

Разговор закончился, я не любил долгих проводов и прощаний, поэтому сразу решил отправиться в дорогу, тем более все близкие мне люди знали, куда я отправляюсь, и находились в той переговорной комнате. Место, в которое предстояло мне оправиться было в расположено в секторе 456, планета с кодовым обозначением ОР657, на ней находилась целый комплекс древнейших библиотек, как говорил экипаж на нашем корабле счет лет ее пребывания начинался с сотворения мира, или если сказать проще она была очень старая и с обилием первых изданий всего, так что выбор был прост и очевиден. Корабль я взял небольшой по сравнению с ERUE, всего состоявший из пяти отсеков помимо мостика и каюты. Так что спустя всего десять часов после прилета домой, мне предстояло отправиться в далёкое путешествие и впереди ожидало много всего, но особенно много было пыли.

Я удобно расположился на мостике, на этот раз на правах капитана я сидел уже не справа в кресле, а по центру на месте капитана, бортовой компьютер просчитал курс и мне только и оставалось, что бездельничать и ждать своего прибытия на место. Но развлечение у меня все же было кольт, я прихватил с собой, так же мне был выдан что-то на подобие мобильника, правда обеспечивающий связью через звёздные системы и галактики теоритически, пока мне не предоставлялось возможность его опробовать, но в его необходимости сомневаться нее приходилось. Головная боль, еще недавно терзавшая меня уже долгое время не беспокоила, все это в купе с хорошим настроение придавало уверенности в хорошем исходе намеченных поисков.

Спустя три дня корабль прилетел на планету, и началось следующее. Библиотека представляла, была не просто здание, а целым комплекс строений, чем-то напоминавший маленький городок со своей экосистемой. Все здания были разные как по форме, так и архитектуре, и по их внешнему виде можно было примерно определить, что хранилось в каждом из них, хотя это было не совсем справедливо и в отдельных случаях – это правило могло и не сработать. Я примерно знал, что мне искать и направился в здание с самой красивой архитектурой чем-то напоминавшее строения древней Греции, оно было высоченное с огромные простирающимися в верх колоннами на входе этаже двадцать в верх, да и цвет был ярко белоснежный такой, словно только что с него сняли слой и покрыли тончайшей пленкой, чтобы ни одна пылинка не садилась на эту идеально белую поверхность. Зайдя внутрь этого величественного храма знаний, в моей голове роились мысли как мне получить информации о легенде, как проникнуть туда, куда обычных посетителей не пускаю, я все думал и думал, и так дошел до стола, за которым сидела девушка. Она прервала мои размышления, – Здравствуйте что вы хотите, – обратилась она ко мне. На дальнейшие раздумья не было времени и то, что мне пришло в головы было гениально и в то же самое время очень рискованно, – Здравствуй меня зовут, Арес – я писатель, исследую древнейшие легенды для нового произведения могли бы вы мне помочь с этим, – не знаю, почему я представился именно этим именем, может архитектура повлияла как-то на меня. – О какая интересная у вас наверно работа, – ответила девушка. – Не то слова, мне нужен доступ к оригиналам рукописей по легендам о первых народах. – Но для этого нужно получать допуск, – ответила библиотекарша. Я взял ее за руку и прочитал имя на бейдже произнес, – Дорогая моя Зула, обещая, что ваш персонаж будет занимать центральное место в повествовании, если мы пропустим эти формальности. Лесть и обещание сыграли свою роль, да же не пришлось лезть ее в голову, и я получил пропуск в хранилище древнейших рукописей. Говоря с Зулой и представившись писателем у меня возникло такое странное чувство, что я не прикидываюсь тем, кем не являюсь, а будто нашел то кем я был раньше, настолько легко и просто мне это давалось и результатом всего этого стало помещение, расположенное на тринадцатом подземном этаже.

Хранилище представляло собой что-то средне между музеем и лабораторией, каждая книга, каждый манускрипт содержался в отдельном контейнере. И их было огромное количество, так что я начал. Первым прочитанным мною манускриптом стала «Ода о последнем выживем», ничего нового она не открыла, а представляло из себя что-то вроде записок из дневника спасшегося после катастрофы. Написана она была на шумерском языке, и как литературное произведение было очень слабым. Дальше последовали «Рассказы странника» – они то же не внесли ясности, и были еще более унылым произведение, чем предыдущее, но чем больше я читал подобной писанины, тем больше становилось понятнее, что описание в легенде было откровенной ложью плотно переплетенной с правдой. То, что было подтверждено из рукописей ложилось на двух листах записной книжки – это:

– Факты существования двух рас

– Факт уничтожения одной другой

– Факт наличия способностей…

А описанный конфликт в разных источниках был представлен по-разному, в одном говорилось об банальной зависти, в другом о борьбе за лидерство, и еще десяток разных версий, но про хаос и созидания было упомянуто лишь в трех причем эти три повествования, были написаны на относительно современном языке, а не на мёртвых или сильно устаревших как предыдущие. Я понимал, надо продолжать искать, мной было проштудирована лишь четверть из имеющихся изданий. Так же я записал названия тех трех источников как мне казалось дезинформации – это были: «Начало величия», «Сон на яву», «Времена до появления света», не знаю, но что-то в этих произведения показалось мне очень странным, та манера письма, повествования, словно они были написаны одним автором, но этого не могло быть ведь между ними были сотни и даже тысячи лет, как свидетельствовал радиоуглеродный анализ.

Книга шла за книгой, рукопись за рукописью, языки, на которых были запечатлены истории, были разные, но тон всегда оставался один и тот же, все было пропитано сожалением и отчаяньем по погибшему миру, в не зависимости от автора. Я сбился со счета времени казалось, что прошло всего несколько часов, но на самом деле, прошла целая неделя, ко мне спускались библиотекари что-то говорили, но все это не воспринималось мной, они были чем-то вроде пелены, от которой можно отмахнуться и заниматься делом дальше, и так я и поступал. Но одна рукопись вернула меня в реальность.

Стол, за которым я работал, был очень широким, и на нем располагалась куча книг, причем в таком хаотичном порядке, даже можно сказать они были свалены в кучу, и если бы в такие моменты ко мне кто-то зашел, то вылетел бы я с терском от сюда. Но благодаря тому, кем я являлся, этот хаос убирался за секунды благодаря телекинезу, а появление смотрителей можно было предугадать по загорающейся кнопке лифта, таким образом, в глазах библиотекарей я был прилежным писателем проводящим исследование. Закончив читать очередной трактат, я направился к последней стойке, что было в тот момент мне не свойственно. Обычно на протяжении уже большого промежутка времени я просто протягивал руку и следующий экземпляр устремлялся в моем направлении. Подойдя к полке с книгами, в глаза кинулось то, что было не свойственно это место, особенно то помещение, в котором происходило сие действие, а именно слой пыли. Убрав перегородку, моему взору предстала страница вся в пыли, но что самое интересное язык, на котором это написано был смесью всех языков Земли. В найденном документе говорилось о существование двух близких миров, их похожести, добрых отношения между ними. Я отошел от стеллажа, и тут все стало понятно, книге расставленные на нем были не плотно поставлены друг к другу, а имелось расстояние большее чем должно быть, так что можно было взять несколько и никто не найдет пропажи. Простерев руки в верх, книги находившиеся на столе полетели на свои места, а находившиеся на полках плотно встали друг к другу.

Забравшись на один из стеллажей, и осмотрев расположенные в комнате издания, расставленные по места, я обнаружил, что не хватало трех книг, а также одного манускрипта. Это открытие одновременно обрадовало меня и огорчило, казалось, что разгадка хранится в этих отсутствующих изданиях. И здесь мене улыбнулась удача, кнопка лифта загорелась и это означало, что едут гости. Двери лифта открылись и в нем находилась служительница, что пустила меня сюда. – Зула, а не скажите кто-нибудь еще проводил здесь такие исследования как я? Библиотекарша подошла к столу, и поставила поднос с кружкой, который приносила мне ежедневно уже на протяжении недели, в то время как я стоял у стеллажа. – Знаете как не странно, но вы первый посетитель за четыреста лет, заинтересовавшийся исследование этого вопроса. – А что таково? – Да просто вопрос праздного любопытства, – ответил я. – Вы еще долго будете здесь, – спросила Зула. – Знаете почти закончил, осталось буквально пару книг и все. – Тогда не буду вас отвлекать, – сказала она, разворачиваясь и уходя. Спешка нужна при ловле блох, произнес голос у меня в голове, и я к нему прислушался. Отойдя от стеллажа и тем самым встав посередине комнаты, я закрыл глаза для того, что бы подумать, это позволило отбросить все лишнее, но ни каких мыслей в голову не пришло. Открыв глаза и взглянув на комнату, представлявшую их себя кладовую знаний, но в которой не было необходимых ответов, это не принесло ничего. Я сел за стол пододвинул поднос, взглядом брошенным на последнюю полку, книга прилетела ко мне, поднеся кружку к губам, я почувствовал вкус не чая, а кофе которой по какой-то причине я не пил. Оставалось только одно самому подняться на лифте и налить себя чай. Войдя в кабину и нажав на кнопку с надписью один, кабина устремилась на верх.

За неделю моего пребывания здесь я неплохо изучил местность, хотя отлучался очень мало, но первый этаж был мною изучен буквально вдоль и поперек. Это огромное помещение, в котором располагался читальный зал, с не менее большие стеллажами с литературой, и все это великолепие было подкреплено величественной архитектурой, создающей ощущения присутствия на олимпе. Мне надо было попасть на кухню, и этот путь можно было пройти только через лабиринт из стеллажей книг, так я и поступил. Но стоило мне пройти половину пути как, у меня появилось ощущение, будто за мной кто-то наблюдает, что не удивительно, так как над полками сверху находилось что-то наподобие балкона протяжённость во все помещение. И это чувство было сродни тому которое испытываешь смотря в зеркало. Я находился почти на выходе, как вдруг одна из книг упала с полки, моя голова непроизвольно повернулась и взгляд был устремлен на верх, там, на балконе мелькнул силуэт, показавшийся мне очень знакомым. Книга, упавшая передо мной раскрылась на сорок седьмой странице, я хотел поднять ее и поставить на место, но глазами зацепился за один из абзацев этого произведения, он слово в слово повторял текст «Сон на яву», перелистнув дальше и снова совпадения, страница за страницей цитата за цитатой, манера изложения, стиль повествования. Все было очень похоже, с той лишь разницей, что упавшая книга было о современном мире. Закрыв произведения, я увидел имя автора Николас Фламель, а перевернув, и его фотографию. Я словно заведенный схватил другие книги с этой полки, пролистывал одну за другой вчитываясь в написанное, ощущение того, что этот автор является и автором тех произведений усиливалось. И тут я услышал какой-то шорох и звук шагов, словно кто-то в спешке убегал. Этим шансом я непременно воспользовался и направился в направлении от, куда они раздались, но там уже ни кого не было. Но, кажется, черная полоса закончилась и начавшийся разговор темной фигуры с Зулой, стал тем, что я искал.

Библиотекарша стояла, как всегда около на своем рабочем месте к ней подошел человек, что само по себе было достаточно удивительное событие. Он был большого роста одет в плащ и шляпу с огромными полями. Силуэт подошел к тумбе и задал вопрос. – Здравствуйте мне звонили на счет редкого издания. Зула оторвала свой взгляд от находившегося пред ней монитора и посмотрела на фигуру стоящую передним, – Это вы, -произнесла она с нескрываемым восторгом. – Это вы Николас Фламель, вы написали мои любимы произведения, – продолжала говорить библиотекарша. Мужчина снял свою шляпу и посмотрел на стоявшую пред ним девушку, – Да это я, и мне звонили на счет одной книги. – Да, да, – с тем же восторгом произнесла Зула и закопошилась в компьютере выполняя просьбу писателя.

Все это время я стоял за колонной и наблюдал за происходящим, книга, которая выпала с полки находилась у меня в руке и когда темная фигура сняла шляпу, представилась возможность сравнит фотографию со стоявшим в некотором отдалении субъектом. Результат оказался самым наилучшим, это был он. Я не верю в судьбу и проведение, но назвать падение книги и приход Николаса простыми случайностями как– то не получалось. И последовав внутреннему голосу я решил проследить за писателем. Когда тот закончит с Зулой.

Библиотекарша копошилась в компьютере, но ни каких записей о запрашиваемой книге не было, словно Фламеля кто-то разыграл, или заманил суда для меня. Не найдя ни какой записи она спросила у Николаса о нужной книги и пошла посмотреть ее в каталоге, а писатель остался стоять около стойки. Спустя буквально пару минут Зула вернулась в руках у нее находилась две книги. Она подошла к стойки протянула оби и произнесла, – Вот ваша, и вот эту могли бы вы подписать. Стоявший напротив молодой человек улыбнулся, – Конечно. Он залез в карман своего плаща вынул ручку и написал на обложке книги «Моей самой преданной читательнице Зуле, не все так просто как кажется» и поставил роспись. Второе произведение он положил в карман верхней одежды. И направлялся на выход, я последовал за ним.

Глава 21 Как остаться незаметным

Я держался от Фламеля не небольшом отдалении, но не терял его из виду, это было легко, как только он поворачивал за очередной угол, я менял личину, в которой находился, и продолжал дальнейшее следование за ним. Выйдя из библиотечного комплекса, где преобладали все виды архитектуры, и царило многообразие представителей разных рас там были и: обычные серые человечки хорошо нам знакомые по ранней фантастике; рептилойды; люди похожие на птиц, у которых часть кожи была покрыта чем-то сильно напоминающие перья, но не являлись ими; а так же существа почти ни чем не отличающиеся от нас, только маленькие деталями, но не имели наши способности. Зайдя за ворота отделявшие комплекс от остального города, я очутился в совершенно иной архитектуре, в ней был единый стиль, если хотите она была цельным, даже монотонным куском, где одно здание не отличалось от другого. Это были не серые унылы постройки, а величавые архитектурные произведения, по своей стилистике очень похожи на викторианский Лондон. Да и население этой части города было несколько другим, вся полнота и разнообразие существ осталась за воротами, там в библиотеке. А здесь, например не было людей птиц, и риптелойдов, остались только разнообразные люди, и чувствовалась какая-то напряженность в общение людей на улице некое недовольство общества тем, что происходит как у них, так и в городе в целом.

Я следовал за Николасом, он шел, размерено осматриваясь по сторонам и смотря на происходящие события, отстранено как наблюдатель смотрит фильм. Писатель гулял по улице, слева от него находилась пекарня, с исходившим от нее чарующим ароматом, заполнявшим всю улицу, поэтому у нее всегда была очередь из покупателей. Дальше вниз по улице находился бутик с прекраснейшими костюмами, во время моей слежки от туда вышли двое элегантно одетых мужчин.

Спустя десять минут Николас приблизился к своему дому, по виду этого сооружения мне сразу стало понятно, что мы прибыли к пункту назначения. Это задание отличалось от стоящих рядом, у него был устремленные ввысь двенадцать шпилей, два балкона напоминающих укрепления на крепости, и огромная входная дверь. Дом, к которому меня привел Николас был больше похож на крепость, и внешность было не обманом, так как проникнуть впоследствии было не, так и просто. Фламинг скрылся за огромной дверью, распахнувшейся перед ним и мне осталось только обдумывать, как проникнуть в крепость и как вести себя с человеком, живившим там, у которого как я думал, были ответы на многие вопросы.

На первый взгляд дом был не преступен, как казалось из-за архитектурной составляющие, проще сказать он выглядел так, на деле, имелись входы на крыше где располагалась голубятня, которую я увидел, когда поднялся на соседнее здание. Через это место было принято решение проникнуть внутрь, осталось лишь вернутся на корабль за парой вещей, и разузнать о Николасе побольше.

Глава 22 Аспекты «успешного» взлома с проникновением

– Какую ошибку совершили преступники, которых поймали, – говорил силуэт, привязанному к стулу другому. – Не знаешь, а я тебе скажу не достаточно продумали план, или еще хуже плохо узнали жертву. Человек отошел от привязанного, взял стул сел напротив. – Неправда ли, – спросил силуэт и его лицо озарила улыбка.

Прошло три месяца, спустя моей первой слежки. В библиотеке я дочитал всю оставшуюся литература по вопросу легенды, ни чего нового это не принесло, а так же проштудировал все Произведения Фламеля, на удивления он оказался не плохим писателем, а некоторые из его работ стали одними из моих любимых. Но я не переставал следить за Николасом на протяжении этих трех месяцев, узнавая его привычки, манеру поведения с людьми, то, как он говорит, с кем он говорит и как он говорит с отдельными людьми. Удивительно, но у столь известного и успешного автора было очень мало друзей за те месяцы, что я провел в слежке за ним он встречался с ними лишь трижды, и то назвать их действительно друзьями можно было с натяжкой, скорее это были близкие приятели. Он словно не подпускал ни кого близко, почему осталось на тот момент для меня загадка. И вот спустя три месяца был составлен план проникновения, психический портрет, и план разговора, но, как и спектакль в театре нужна была репетиция, для устранения шероховатостей моей постановки.

Это была среда погода прямо таки располагала для преступления был солнечный ясный день, на небе не было ни облачка, хотелось сказать, но на самом деле. Лил сильнейший дождь, ветер был настолько силен, что сбивал некоторых прохожих с ног. Я стоял на противоположном здании в руках была веревка, для переброски на дом Николаса, и это казалось, был тривиальная задача заняла у меня полчаса и порядка семидесяти попыток. Ветер раз за разом сдувал кидаемую мной кошку. Но все получилось, и веревка зацепилась за выступ, и первый пункт плана был, выполнил. Взяв приспособления для спуска по веревке, и закрепив его, я оттолкнулся и благодаря силе притяжения направился на противоположное здание, внезапно ветер, усилился и вместо того что бы попасть на крышу и комфортно приземлится, случилось иное. Противоположный конец веревки оторвало, и я влетел в окно. – Это не входило в план, – произнес я, вставая с пола отряхиваться от стекла, благо хозяина не было дома, но это я знал. Комната, в которой я очутился, была не чем иным как кабинет со стоявшим посередине у разбитого окна письменным столом с расположенным на нем сенсорной панели, и обилием книг как на полках так непосредственно на столе. Я не отказал себе в любопытстве и посмотрел некоторые из них: «Искупление» – Томас Крейн; «Новое начало» Рон Говард; «День и ночь» Ник Смольный – это те, что лежали на столе и были читаемы во всех них один общий лейтмотив способы жить дальше после утраты. Я вышел из кабинета и начал осматривать другие комнаты. Спальня была проста и аскетична, кухня то же не отличалась изяществом, все комнаты были просты и функциональны. И в одной из них я нашел то, что не ожидал за картиной в гостиной был сейф, а в нем, комбинация оказалась очень проста. Он был не закрыт и внутри был чемодан внутри, которого были ключи и сверток с рукописью.

Осталось осмотреть оставшуюся часть дома и замести следы моего пребывания тут, чемодан я положил на место, только взяв из него сверток, ключи были скопированы с помощью двух ложек с кухни, в итоге у меня был дубликат ключей, представление о том, как не надо проникать в жилище. Это были итоги среды.

Вернувшись с дела, я, наконец, мог посмотреть, что имелось в том свертке и увиденное утвердило мои подозрения о роли Николаса в происходивших событиях.